Так вместо награды за верную службу, оказался Илья в сыром темном погребе под семью замками. И потянулись недели дни, ползли месяцы. Сначала считать их пытался, а потом и со счета сбился. Повисло время, словно жернов мельничный на шее. День стал ночью, а ночь в кромешный мрак обратилась. Думал Илья, что уж лучше было в немощи у себя на лавке сидеть. Там он хоть березу за окном и траву на дворе видел!
"Может в том оно и есть счастье, чтобы на небо и красное солнышко своими глазами глядеть, да звезды и луну по ночам видеть?"
Хотел было отказаться от пиши, что ему дважды в день в погреб через узкую дыру спускали. Но снова зародилась в душе надежда. Зашевелилась, заворочалась, как старый больной медведь в берлоге:
" Рано тебе этот свет покидать! Может, увидишь еще облака, красно солнышко, степь вольную и родные дубравы. Только впредь умнее будь! Не променяй все это на почести людские и службу княжескую! "
И вот прошел год, а может и два. Откатил кто-то стопудовый камень, отодвинул засовы, снял крышку с погреба. Поднялся наверх Илья и в первый миг чуть не ослеп от яркого дневного света. А когда пришел в себя, увидел, что холопы княжеские в пояс ему кланяются.
Повели его сначала в баню. Когда грязь и плесень погребную смыл, одели в чистое, подстригли волосы и бороду, усадили за стол. А как наелся, напился, повели в палаты. Князь Владимир, словно в былые времена, сам навстречу вышел:
- Прости, Илья! Не храни зла, сослужи еще раз службу. Не мне, всей земле нашей!
- Видать, велика беда случилась! - усмехнулся богатырь. А князь в ответ:
- Сходи на стену. Сам все увидишь!
Поднялся Илья на городской вал. Черны поля вокруг от вражеских кибиток. Дым от костров небо застилает. Опять пришли печенеги с великой силой!
Вернулся он в княжеские палаты, говорит Владимиру:
- Вели дружину собирать! Поведу их бой.
Обрадовался князь. Велел лучший доспех и оружие богатырю выдать. А к крыльцу уже Сивку ведут. Увидел он Илью, заржал радостно. А Илья гриву погладил:
- Здравствуй товарищ мой верный! Видишь, опять довелось повидаться.
Как открылись городские ворота, решили печенеги, что послы с дарами богатыми идут. Но вдруг вылетает на всем скаку дружина, а впереди тот самый богатырь, про которого забывать уже стали.
И охватил степняков великий страх. Побежали они из-под стен Киева. Напрасно хан на воинов своих кричал, плетью семихвостной бил. Словно сокол на ворона, налетел на него Илья, с коня сбил, в полон взял. А когда возвращались с победой, князь вместе горожанами навстречу из ворот вышел. Обнял Илью, позвал главным воеводой и первым княжеским советником. Только Илья, помня зарок, что себе в темнице дал, от всех почестей отказался. И не успело еще солнце за дальний край степи опуститься, оказались они с Сивкой за городскими воротами.
Обернулся Илья назад , посмотрел, как закатное солнце на куполах и маковках теремов играет. Попрощался с Киевом, попрощался со службой княжеской. Подстегнул коня и уж больше не оборачивался. Грустно на душе было, и в то же время весело:
" Домой едем!"
Два дня ехали по чистому полю. На третий окуталась степь деревцами. А впереди уже и знакомая дорога! И видит Илья, стоит у обочины горелый сруб, а рядом нищенка. Сама в лохмотьях, волосы спутаны, глаза от голода ввалились. Огляделся, стал место припоминать :
" Это же корчма, где столько дней впустую убил!"
В нищенке же той признал хозяйку. Видать сильно ее жизнь потрепала. Из белой лебедки в ворону подбитую превратилась!
Кинул Илья ей серебряный рубль в суму, и поспешил дальше. Снова сомкнулся кругом лес. Снова петляла дорога среди чащобы. Но с каждым днем все веселее было на сердце. И, наконец, пошли родные места. Поля, перелески, рощи березовые на холмах. А вот уже на склоне знакомый дом, где они со стариком полдничали.
Свернул Илья с дороги, хотел с хозяином повидаться. Но как заехал на холм, видит: окна заколочены, а под самые окна бурьян вырос. Вздохнул, перекрестился. Слез с коня и зашел в соседний двор, узнать, где старик похоронен. Постучался в дверь, и открыла ему девица. Как увидела, даже кувшин выронила. С трудом узнал Илья девчонку, что им со стариком сметану приносила. Выросла, похорошела. Но, оказалось, помнила и ждала его эти годы.