И снова преследование, вновь это яркое упоение собственной силой и местью, к тем, кто в его мыслях был достоин самого страшного наказания. В каких только уголках страны ему не довелось побывать, пока он выискивал - и находил! - тех, виновных. Далеко не первый год странствий ушел вдаль с той поры.
Магические меч и щит, что однажды были изменены силою Злота, по-прежнему оставались его самыми верными друзьями. Гулкую пустоту израненного сердца пока еще не смог заполнить никто...
О будущем противнике он узнал по ставшей теплой рукояти меча, и тускло засветившимся кристаллам на щите. Тот был далеко, буквально на грани восприятия двух подаренных Темным Божеством вещиц. Но тем и интереснее становилась охота.
Чем ближе мужчина подходил к своему врагу, тем ярче сияли кристаллы на мече и щите, показывая, что преследуемый - один из "этих".
- Попытка была хороша! Но Духи-Хранители Столицы не защитят тебя! Только ты, и твое владение мечом! - хриплый голос преследователя, с трудом проталкивающего слова из горла, заставил остановиться идущего по улице воина.
Предвкушающий шелест вынимаемого из ножен меча, сияющего уже совсем нестерпимо - приготовиться к бою, и вызвать тех самых Духов-Хранителей известным каждому ребенку магическим жестом.
Увидев, как за спиною "этого" материализуются две темные фигуры, в плащах с накинутыми капюшонами, мститель только хищно осклабился, и незамедлительно ринулся в бой.
Противник был силен, его два защитника не давали и мгновения передышки, но воин был словно ведом некоей все превозмогающей силой. Меч и щит, как живые, оказывались в нужных местах - отбивая или принимая на себя удары врагов. Усталость - скрадывалась все сгущающейся и сгущающейся вокруг тьмой.
Наконец, один из обманных ударов увенчался успехом! Проскользив вдоль выставленного опрометчиво вперед меча "этого", Мститель пробил ему сердце. Опешивших от неожиданности защитников удалось достать острым краем щита, и самым обычным метательным ножом, вовремя вытащенным из ножен освобожденной от веса меча рукой.
Кровь, обильно покрывающая штаны и сапоги победителя, задымилась серым туманом. Во мгле застлавшей улицу тьмы будто бы кто-то заливисто и одновременно страшно хохотал...
Когда языки тьмы полностью втянулись в синие кристаллы, мужчина не чувствовал нанесенных врагами по ногам и корпусу ран. Они затянулись. Подумав, что одежду придется менять, воин отложил щит и провел рукой по багровой, в разводах, штанине. Его глаза изумленно расширились - та была целой, твердой, и прочной на ощупь. Череп на щите сверкнул, словно бы подмигивая. Победитель, подобрав трофеи, кивнул каким-то своим мыслям, и пошел прочь с места битвы...