Глава 2. Когда-то эта деревня была гораздо больше, чем сейчас. Свежий воздух и теплый климат привлекали сюда богатых людей. Они всё лето проводили здесь со своими семьями. В деревне были церковь, небольшой рынок и школа, построенная на личные деньги графа Ламберта, который тоже приезжал сюда на лето с женой и детьми.
Старший сын графа недавно женился, поэтому этим летом вместе с ним в деревню приехала его молодая жена Аилен.
Младшие дети графа - двойняшки Арти и Рин - росли веселыми и жизнерадостными. Они были очень похожи: у обоих черные, как ночь, волосы, лучистые шоколадно-карие глазки и пухлые щечки. Этим летом им обоим исполнилось по семь лет. Дети очень любили своего отца, который много внимания уделял семье.
В летнем доме графа Ламберта располагалось множество просторных светлых комнат. За домом находился большой сад с раскидистыми деревьями, которые отбрасывали тени, дарующие такую желанную прохладу жаркими летними днями.
Это утро ничем не отличалось от других, если не считать того, что малышке Рин всю ночь снились кошмары, и поэтому ни она, ни няня, которая каждый раз успокаивала заплаканную девочку, не выспались.
За завтраком все были какими-то вялыми. Миссис Ламберт жаловалась на головную боль.
Желая развеселить семью, граф предложил прогуляться по саду. Его предложение было с радостью принято всеми членами семьи.
* * *
Дети бежали впереди.
- Не догонишь! Не догонишь! - дразнил сестренку Арти.
- А вот и догоню! - крикнула ему Рин, прибавляя скорость.
- Рин, Арти, не убегайте далеко! - крикнула детям мать, но шаловливые двойняшки уже унеслись далеко вперед.
- Я присмотрю за ними, - с улыбкой предложила Аилен.
- Милая, не стоит, скоро дети прибегут обратно, - ответила госпожа Ламберт.
- Нет-нет, всё в порядке, - заверила девушка, ускоряя шаг.
Несмотря на то, что она старалась быть более серьезной и сдержанной, все знали, что восемнадцатилетняя Аилен сама бывала шаловлива, как ребенок, и поэтому больше её никто не стал удерживать.
* * *
Сестренка почти догнала брата, когда его веселый смех внезапно смолк, и послышался глухой удар. Арти споткнулся, упал и расшиб коленку.
- Арти! - воскликнула девочка, подбегая к брату. - Больно?
Мальчик уже встал и отряхивался.
- Нет, - ответил он.
- У тебя кровь, значит, всё-таки больно, - расстроено произнесла Рин.
- Я же сказал, что не больно! - заупрямился брат.
- О, Арти! - воскликнула подбежавшая Аилен. - Пойдем в дом, обработаем рану.
- Нет, мне не больно.
- Если не обработаем сейчас, то скоро будет больно, - уверенно заявила девушка, - поэтому надо смазать ранку.
- Давайте, лучше, найдем подорожник, - предложила Рин, - и приложим его к ранке. Он же лечит.
- Давайте, - согласилась Аилен и тут же опустилась на корточки, ища в траве подорожник.
Рин ползала на четвереньках по траве и внимательно рассматривала каждую травинку. Внезапно девочка услышала шорох кустов прямо перед ней.
"Братик опять балуется," - подумала Рин.
- Арти, тебе лучше... - начала было Рин, но тут же осеклась.
Арти сидел неподалеку и искал подорожник. Девочка снова посмотрела на кусты. Кусты ещё раз зашуршали, и наступила тишина. Рин чуть придвинулась вперед. В этот момент кто-то в кустах резко побежал от полянки, на которой ползали Рин, Арти и Аилен.
- Аилен! Там, в кустах, кто-то был, - быстро заговорила Рин, подбежав к жене старшего брата.
- Что? - переспросила девушка.
- В кустах был кто-то... а потом убежал.
- Рин, тебе показалось. Скорее всего, это ветер играл с ветками куста. Знаешь, ветер ведь тоже любит играть! - Аилен заговорщически подмигнула Рин.
- Правда? - несмело улыбнулась девочка.
- Конечно! - уверенно кивнула Аилен, - Вокруг сада большой-пребольшой забор. Вряд ли кто-нибудь стал бы через него перелезать...
- Нашёл! - радостно закричал Арти.
Аилен оторвала от рукава кружево и, приложив к ранке подорожник, перевязала им ногу Арти.
- Ну, нам пора назад, - сказала Аилен, - мама и папа уже заждались.
По дороге назад Рин держала Аилен за руку, Арти шел чуть впереди.
* * *
- Как вы вовремя! - улыбнулась госпожа Штейнли, когда к ним подошла Аилен с детьми, - Мы как раз собирались на обед...Ох, Аилен, что случилось?
- Арти поранил коленку, и мы перевязали её, - объяснила девушка.
- Боже! Вам не стоило портить своё платье. Арти, иди скорее в дом, няня обработает твоё колено йодом.
- Мам, мне совсем не больно! - запротестовал сын
- Арти!
Мальчик, вздохнув, направился в дом.
* * *
Обычно за обедом в семье Ламбертов было оживленно. Двойняшки баловались, но отец прощал им их милые детские шалости.
Но сегодня все были какими-то вялыми. В воздухе повисла гнетущая тишина; звон посуды и столовых приборов, который никогда не был заметным, теперь, казалось, оглушал.
После обеда, который прошел в непривычном молчании, миссис Ламберт приказала няне отвести детей в комнату и уложить спать. Рин беспрекословно подчинилась, но вот уложить Арти няне не удавалось - мальчик капризничал и упрямился. Услышав шум, Аилен пришла в комнату. Она подошла к Арти и опустилась перед ним на колени.
- Почему ты не хочешь спать, Арти? - ласково спросила девушка.
- Я... я не знаю, Аилен! Мне страшно... Я спать не лягу!
- Страшно? Страшно?! И это говорит сын графа Ламберта??! Мужчина должен быть смелым, Арти! - послышался голос матери, появившейся в дверях детской. - Ты сейчас же ляжешь спать!
Мальчик вздрогнул и потупил взгляд. Спорить с матерью было бесполезно.
- Да, мама, - тихо ответил сын.
Аилен была поражена сценой, разыгравшейся в детской. Девушка встала и молча вышла из комнаты.
* * *
В четыре часа дети проснулись, выпили молоко и отправились в свою комнату. В детской было спокойно, но очень скучно. Близняшки еле дождались ужина.
После ужина мистер и миссис Ламберт расположились в гостиной, обсуждая какие-то предстоящие дела, Аилен читала книгу, няня увела Арти и Рин в детскую, чтобы рассказать им сказку.
Так семья проводила этот вечер. Всем хотелось, чтобы этот день поскорее кончился.
Наконец часы пробили девять, няня уложила детей спать. Мать Рин и Арти зашла в детскую, чтобы пожелать спокойной ночи.
* * *
Мертвую тишину, царящую в доме, нарушил звон бьющегося стекла. Рин вздрогнула и проснулась. В комнате были только она и её брат. Арти стоял посреди комнаты и напряженно прислушивался, а потом медленно подошел к двери и замер перед ней, не решаясь открыть. Рин вскочила с кровати, подбежала к брату и вцепилась в его руку.
- Арти, не надо! Я боюсь, давай подождем, пока придет няня!
-Нет, - хмурясь, ответил мальчик, - я обещал маме быть смелым.
Он протянул руку к двери и открыл её. В лицо двойняшками подул ветер. Арти шагнул в темноту коридора, Рин, которая всё ещё держала его за руку, - за ним.
Дети увидели распахнутую дверь в левой части коридора. Свет, лившийся из той комнаты, освещал часть коридора, по которому туда-сюда сновали слуги. На первом этаже было очень шумно, а здесь, на втором, наоборот, все старались говорить шепотом. Арти направился к распахнутой двери. Несмотря на его решительный вид, ладошки мальчика похолодели. Рин крепче сжала руку брата.
Дойдя до комнаты, ребята с опаской заглянули внутрь. Первое, что бросилось им в глаза, это окно с выбитым стеклом, похожее на зубастую пасть. Острые осколки, которые валялись на полу, были забрызганы алой жидкостью, отчего здорово напоминали вымазанные кровью клыки. По всей комнате были разбросаны черные розы, много-много роз... На полу, темном от крови и черных цветов, ярко выделялась одна единственная белая роза. Казалось, этот светлый цветок случайно попал в царящий здесь хаос, но это было не так...
В углу комнаты лежало что-то большое, накрытое светлой тканью. Теплый летний ветер, который иногда вбегал в эту комнату через скалящуюся дыру в окне, приподнял край ткани, обнажая бледную мужскую руку. Рин замерла. Теперь она не просто сжимала руку брата, а уже впивалась в его кожу своими маленькими ноготками. Голос матери вывел её из оцепенения.
- Лиа! Лиа, немедленно уведи Рин и Арти в детскую! Нет, лучше в комнату для гостей... Отведи их в гостевую! - крикнула миссис Ламберт няне.
Няня схватила близнецов за руки и быстро повела по коридору к лестнице. Рин услышала, как её мать зовет отца, но, спустившись на первый этаж, больше ничего не смогла разобрать потому, что вокруг было очень шумно. Лиа отвела детей в гостевую и постелила им на диване. Через минуту сюда зашли Аилен с мужем и служанкой. Мужчина помог жене разобрать кресло.
- Сегодня Аилен будет ночевать здесь, - сообщил он. - Лиа, мы пришлем сюда кого-нибудь из слуг для дополнительной охраны.
Муж Аилен вышел из комнаты. Служанка постелила своей госпоже постель на разобранном кресле.
Предварительно постучав, в комнату вошел высокий широкоплечий мужчина и сел на табурет у стены, с которого было удобно наблюдать за всем помещением.
Вскоре близняшки и Аилен уснули, а няня задремала. Не спал только охранник. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием спящих людей.
* * *
Небо постепенно светлело, окрашиваясь в бледно-розовый свет, солнце снова отправлялось в путь по небу, как и каждое утро. Вот уже просыпаются жители деревни и идут по своим делам. Молоденькая девушка, ведущая коров на пастбище, с удивлением смотрит на дом графа Ламберта, в котором до сих пор царит тишина, словно дом пуст. А ведь обычно в это время в доме было шумно! Проходит час-два, но в усадьбе Ламбертов все также тихо и безлюдно, в воздухе не звенит детский смех, не раздаются голоса взрослых, даже собаки не лают, радуясь новому дню. К вечеру все жители деревни перешептываются и настороженно косятся на особняк, проходя мимо него, но никто не отваживается войти внутрь.
На следующее утро нашелся доброволец, мужчина лет пятидесяти, решившийся зайти в дом графа Ламберта. Народ столпился вокруг сада, окружавшего дом, чтобы поглазеть на смельчака. Мужчина открыл дверь и шагнул в прихожую. Люди с нетерпением ожидали его возвращения. Наконец, он вышел из дома.
- Похоже, что все мертвы, - сообщил он, хмурясь.
В толпе прокатился шепот. Семья графа Ламберта мертва? Графа Ламберта, у которого всегда было много слуг и отличная охрана?? Как такое возможно???
Несколько мужчин вместе с тем, кто вошел в дом первым, обследовали всю усадьбу. Все, кого они находили, лежали в луже крови. В гостевой нашли трупы охранника, няни и молодой графини - жены старшего сына графа. Истерзанные тела владельца дома и его жены также лежали в крови. В коридоре, перед дверью в гостевую лежало тело семилетнего мальчика. На том же этаже, в самом конце коридора находилась маленькая душная комнатка, в которой нашли Рин, трясущуюся, плачущую, но живую.
Единственным выжившим из семьи Ламбертов была Рин. Жители деревни очень любили графа за его доброту и заботу, но желающих удочерить девочку, потерявшую семью, не нашлось. Родственники Рин тоже не объявлялись, несмотря на то, что глава деревни посылал им письма с описанием произошедшей трагедии. Рин так и осталась жить в особняке, который теперь принадлежал ей одной. Никого не волновало, что ребенка преследовали кошмары, как во сне, так и наяву. Девочка засыпала и просыпалась в слезах, день за днем одно и то же: ночью она заново переживала ту кровавую резню, а просыпаясь одна в темноте, она плакала от страха, отчаяния и осознания собственной ненужности.
* * *
Прошло девять лет. За это время жители деревни научились обходить дом Рин стороной и отворачиваться при её появлении на улице. И уж конечно никто не смотрел ей в глаза, которые после убийства всей семьи из шоколадно-карих стали чернильно-черными. Разве это не проделки самого дьявола?
Никто из родителей не позволял своим детям играть с девочкой, поэтому она росла в полном одиночестве. Единственными посетителями Рин были её убитые родители, братья и Аилен, и то только во сне.
За это время дом Рин покрылся вьющимися растениями, скрывающими крошащиеся стены, крыльцо покосилось, а заброшенный сад выглядел абсолютно диким.
Волосы неаккуратно отрезаны ножом, старое черное платье, принадлежавшее когда-то её матери. А ведь Рин наверняка могла бы быть милой, привлекательной девушкой. Хотя зачем? Она чувствовала страх, наполняющий людей при её появлении. Потому её безразличный взгляд и равнодушие ко всему окружающему не удивляли.