- Да, Таня, да. Я алкоголик, я бабник. Я лузер. Я это слышу каждый день. И часовню тоже я развалил. Знаешь, как-то уже поднадоела мне эта песня.
Время за полночь, мы на кухне. Я в халате, измотанная - у Ваньки опять живот схватил, не спит. Игорь в плаще - десять минут, как пришел. Он почти трезв, выглядит очень спокойным, смотрит мимо. Ждет моей реплики - как актер на сцене.
Потом кивнет, усмехнется и уйдет навсегда.
В шестой раз.
Говорят, женщины взрослеют быстрее мужчин. Компенсируют недостаток ума и власти над миром. Не знаю. Мы ровесники, но в двадцать Игорь был взрослее всех, кого я знала. Спокойный и умный, знающий, как надо. Жесткий к злым, щедрый к слабым.
"Время сейчас восхитительное, Танчонок. Кризис и возможность, одно и тоже. Главное, глупые удары не пропускать и в эндшпиле ходы считать".
Какой-то пояс по карате, камээс по шахматам - словечки оттуда.
Забрал меня в свою взрослую жизнь, научил всем этим приемчикам и интонациям. "Хорошие привычки лучше хороших принципов, Танчонок, но и принципы нужны - без них совесть скучает".
Влюбилась так, что небеса прослезились.
Сходились и разбегались, оба с амбициями, "развал-схождение", шутил Игорь. Потом Ванька родился, Игорь был счастлив.
Потом он ушел.
Да, в двадцать Игорь был старше меня. В тридцать - уже нет. Потерялся в издерганного пацана, потраченного на сладкую мелочь удовольствий. Свернувшего не туда.
Наверное, Фортуна затаила зло, а память у нее хорошая. Много было тебя дано, хороший мой, многое и забирают. А я не смогла помочь.
Где-то не подсчитала эндшпиль, пропустила удар.
Ты же старше - верила на слово.
Потом ты сдался, а я нет.
В детской хнычет Ванька, Игорь морщится. Разворачивается, идет в прихожую.
В это раз у него художница. До этого какая-то Ирма. Остальных не помню, не важно. Каждый раз он уходит не к ним - от меня. И даже не от меня - от своих покривившихся дорог.
Он знает - у неудачи должно быть имя.
Шесть жизней я бежала за ним, пыталась что-то изменить, хватала за руку, рыдала в этой самой прихожей.
Не туда я бежала.
Сколько надо попыток, чтобы понять - менять нужно только себя? Не плохих мужей, не разбалованных детей, не нудных родителей. Себя.
Хлопает входная дверь.
Я иду в спальню, открываю старую шкатулку. Цветик-семицветик, шепчу я. Прощай. Это в последний раз.
Седьмой лепесток лежит на моей ладони.
Лекция по матану, препод опаздывает. Незнакомый парень идет мимо рядов, красивый, уверенный. Девчонки оглядываются.
Останавливается рядом.
- Девушка, с вами можно?
Звучит двусмысленно; смешки, хохот.
Пауза растет.
- Не знаю, - честно говорю я. - Давай попробуем.