Обесцвеченным пеплом укрылись дома.
Припорошены листьев зелёных озёра.
Этим холодом сводит сегодня с ума
Одинокость души. За задёрнутой шторой
Нахожу силуэт, что склонён у стола.
Перед ним - фото в рамке, где счастливы двое:
Бесконечность венчала их общей судьбою.
Только жадность чужая, увы, развела.
И клеймён клеветой, как обложен флажками,
Серой шерстью укрытый, восстал между нами,
Став изгоем, и, в драке, клыками разящий
Зверь, уснувший во мне. Но теперь настоящий.
Из израненных лап стелет кровью дорога.
И дыханья хрипят из, оборванным, слога.
Пеленою предсмертной глаза застилает.
И секунды живые тропой убегают.
Не прочёл ты в глазах, чем безмолвье кричало.
Не увидел, души умиравшей, Начала.
Арсенал пропитавши свой злобой и ядом,
Подарён был тобой, что обрушился градом,
Чтоб не смог уцелеть, от желавшего смерти,
Грязный кровью, комок, и измученный, шерсти.
И контрольный примчался из огненной трубки...
А в кровавом пятне было тело голубки...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . И срезана под корень, как цветок,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Моя душа, любовью захлебнувшись.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Всего лишь глупой мыслью обманувшись,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Что не узнать меня бы ты не смог.
И, кто жаждал трофея, склонился над телом:
В грязной лужице крови - соцветием в белом
Распускалась душа, как бутоны весною,
Белоснежностью слёз, уносимых волною
В небеса, где нет злобы за жадностью мести.
И где буду я ждать, чтобы снова мы вместе.
Где души утомлённой приму силуэт,
Что искалась мной болью во множестве лет.
Лёгкий сумерек шорох опустился на крыши.
Знаю, голос, молчу я которым, услышал.
И, горячей, слеза уронилась на фото.
И улыбкой своей одарил тебя кто-то.
И взорвались, жестокостью эха молчанья,
Те слова, что любили, даря обещанья:
- Мне не нужен другой. Лишь в тебе жизни свет!
И струится поток по щекам ей в ответ.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Я оставляю плен у ног твоих,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Благословляя нежностью дороги те,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . Что созданы судьбой для нас двоих,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . В твоей, не обозначившись, мечте.
За стеклом, обернувшись, увиделось взгляда
Солнце нежной души, отравлялась что ядом.
Только Светом глаза за окном источались.
И Любовью, и Верностью, что предавались.
Он шагнул, но голубка осталась на месте.
Милый голос шептал, что "судьбою мы вместе".
Он коснулся стекла, преграждавшего встречу,
И остались на нём... пальцы, кровью отмечены.