Никитин Александр Викторович
Найджин

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Говорят, что слово способно изменить жизнь! Не верите? Вот и наш герой не верил, пока не начались его приключения! Что же можно найти в разорённой войной стране? Надежду или смерть? И сможет ли одно не вовремя сказанное слово переломить хребет истории, породив нового человека? Редакция от 20.04.2026 года. Опубликована 8 глава. Предыдущие главы вычитаны, текст переработан.

Рассказы Золотой нити

Найджин

Пролог

  Сегодня выдался удивительно нудный день! Караван шёл медленно. Мы уже покинули Драконовы пределы и вышли на Большую дорогу. Однако тут было пустынно. Настолько... что виляющий хвост, впереди идущей лошади, был самым интересным предметом за весь день. В общем, за весь день, мы так и не встретили не единой души. Увы такова участь всех караванщиков! Не знаю стоит ли тут печалиться или радоваться... Как говорил Доминго: "Люди бывают разными. Кого-то и кофеем угостить можно, а кого-то и сталью угостить не грех!"
  Так это или иначе, однако дорога доканывала не только меня, но и моих попутчиков. Доминго на протяжении последнего часа постоянно ёрзал в седле, словно мозоль натёр. Почему я об этом знаю? Он ехал передо мной, так что я воочию "любовался" этим процессом. При этом я, кажется, слишком громко хихикал, так что Доминго меня услышал.
  Наконец-то он не выдержал и бросил на меня укорительный взгляд... Правда это мало чем помогло. Сдержать смех я уже не мог. Уж больно уморительно он ёрзал. Тогда Доминго перебросил ногу и сел на седло боком, так чтобы видеть меня. Конь его при этом продолжал мерно брести по дороге. От удивления я захлопал! Такой акробатики от него я не ожидал.
  - А ты превосходный наездник! - заметил я и тогда Доминго проделал следующий фокус. Он скрестил и поджал под себя ноги, сев на них. Всё бы ничего, да только под ним был не ровный пол, а походное седло, которое постоянно двигалось под лошадью. Положение прямо скажем шаткое!
  - Ого! - не выдержал я и по глупости решил повторить его трюк, за что тут же поплатился, слетев с лошади. Подняли меня достаточно быстро, а вот в чувства я, потом, приходил долго, но уже в седле, - Нет, не быть мне таким же всадником как ты, Доминго! - сетовал я потом.
  - Осторожнее Вильф, - предупреждал меня Доминго, - Слово не воробей, вылетит, - не поймаешь. Незачем тебе ставить на себе крест. В твои восемнадцать ещё всё впереди. При желании ты ещё пол жизни в седле пробудешь! Ты же караванщик! Забыл, что-ли?
  При том потомственный... Отец у меня был знатным купцом. Пол мира объехал. Жаль только мне его таланты не достались. Это мой первый караван, а я уже падаю из седла! Всего пару месяцев в пути, а что дальше?! Не смогу в седло сесть? Точно засмеют по дороге...
  Видя мою кислую физиономию, Доминго нахмурился и как-то по-отечески сказал: "Брось ты это! Таланты в землю не зарывают, а слова имеют огромную силу. Под час единственное слово, способно изменить жизнь. Так что не стоит закапывать себя раньше времени. Успеют и без твоей помощи!"
  - Правда? - заинтересовался я.
  - А то! - подбодрил меня Доминго, - Мне помниться история, в которой всего лишь одно слово, изменило весь ход событий!
  - Одно лишь слово? А так бывает? Хотя о чём я, - конечно да, если это слово короля...
  - О нет, по-настоящему судьбоносные слова из уст королей не звучат... - заверил меня Доминго, - Они лишь оглашают решения, что были приняты зачастую, даже, не ими. Это было имя, рождённое порывом гордости и один неприметный случай, что помог ему стать бессмертным. Он как маленький камушек, летящий с вершины подтолкнул цепь событий и закончился внизу лавиной.
  Слова Диминго заинтриговали меня.
  - Сейчас узнаешь, - уверил меня Доминго, устроился поудобнее и начал рассказывать, а я слушал и представлял...
  

Глава 1

  
  Карета размерено катила по дороге. До столицы Селента было ещё далеко, так что Дэрэк мог ещё раз всё повторить. Он нервничал, а это занятие помогало ему успокоиться, поэтому он раз за разом повторял напутствие данное господином Браном, королевским министром.
  В тот день, когда Дэрэк предстал перед взглядом господина Брана, его переполняло воодушевление. Это был яркий и солнечный день. Совсем не чета той унылой и промозглой погоде, которой его встречал Селент.
  Господин Бран принимал Дэрэка в саду своей резиденции. Учтивый камергер провёл гостя к садовой беседке, где отдыхал господин Бран, в компании своего друга маркиза Рошеля.
  Вокруг благоухали цветы и пели птицы. Дэрэку день встречи с господином Браном казался днём его триумфа. Ещё бы, такая миссия для молодого дворянина была возможностью отличиться и показать на что он способен. Правда сейчас, из окна тесного экипажа, перспектива казалась не такой радужной... Возможно роль тут играл тёмный лес за окном, а возможно не ясные перспективы исхода всего предприятия...
  Это было первое посольство Дэрэка за границу "родного дома". Он был способным парнем и место своё занял по заслугам, отучившись в королевской академии, но несмотря на браваду, которую он напускал на себя пребывая у господина Брана, Дэрэк нервничал, хотя его приключения только-только начинались.
  Дэрэк сидел в карете, которая должна была доставить его ко двору Селента. Места тут было мало, -карета была забита вещами до самого верха. Напротив Дэрэка сидел Карлис, - верный слуга, которому пришлось отправиться вместе с господином, в это нелёгкое путешествие. Карлис тихо дремал, утомившись в дороге, а вот Дэрэку не спалось. Колёса неспешно отмеряли дорогу, приближая его к цели, и с каждой минутой Дэрэк нервничал всё больше. Он был молод и в делах дворцовых был не столь искусен как хотелось бы, поэтому, перед отправкой нового посла на чужбину, господин Бран дал ему подробное напутствие.
  Дэрэк раз за разом вспоминал слова этого напутствия и поглаживал сумку, в которой лежали его верительные грамоты:
  - После Брэвэнского инцидента между Селентом и Антарой началась война, - голос господина Брана был спокоен, несмотря на то о чём он говорил, - Селент смог вернуть своего "беглеца" назад в императорскую библиотеку, но какой ценой? На беду Селента, король Антары как раз возвращался с похода, и его войско даже лошадей не успело расседлать, когда пришла весть о том, что селентианские солдаты спалили Брэвэн.
  Узнав об бесчинствах соседей, король Антары пришёл в ярость и велел немедленно готовить войско к новому походу. В общем, когда до императорского дворца Селента дошла новость о Брэвэнском инциденте, на границах Селента уже стояло войско Антары.
  Антарийцы без особого труда взяли приграничные рубежи и двинулись вглубь Селента. Король Антары не стал отвлекаться на разграбление больших купеческих городов, а ударил в самое сердце, - взял в осаду столицу, - Мармадол.
  К несчастью для Селента, император, со всей семьёй, в этот момент, был в Мармадоле, и пока дворяне собирали свои войска, антарийцы успели взять город. Кто-то говорит, что император покончил с собой, чтобы избежать плена, а кто-то поговаривает, что антарийские солдаты, в припадке гнева, просто перебили императорскую семью. Так или иначе трон Селента опустел, но сражаться с супостатом кому-то нужно было.
  В этот момент на передний план вышел герцог Лашер. Он объединил вокруг себя раздробленные отряды дворян и дал антарийцам бой! Правда, это была пиррова победа... Селентианские дворяне смогли освободить Мармадол и выбить оттуда антарийцев, но сил на дальнейшую борьбу у них не осталось. Да и у короля Антары войско заметно поредело. Так что на новый приступ он уже не решился.
  Вот так и закончилась эта угрюмая война. Обе стороны оказались обескровлены. Селент остался зализывать раны, а антарийцы повернули назад и ушли к себе домой. Ни у тех, ни у других сил продолжать войну не осталось, так что им пришлось подписать мир как он есть.
  Вот тут, как раз, и начинается наша история. Прогнав захватчиков, селентианские дворяне тут же начали грызню за трон. Союзники обернули оружие против своих недавних товарищей и начали пускать в ход яд.
  Герцог Лашер преуспел в этой войне. Он заслужил репутацию прекрасного стратега и военачальника. Стал героем войны! Да и в закулисных интригах он был искушён. Это был ещё тот волк.
  - Ему палец в рот не клади! - заметил господин Бран, - Однако дело разрешилось весьма интересным образом. Совсем недавно появился слух о том, что кто-то из императорской фамилии выжил... Какая-то дальняя родственница... А поскольку других законных претендентов на трон не осталось, то именно её коронуют новой императрицей Селентианской империи.
  - А что же герцог Лашер? - не удержался от вопроса Дэрэк.
  - Канцлер Лашер... - поправил его господин Бран и пояснил, - Теперь он уже канцлер. Он исполняет обязанности регента, пока новую императрицу не коронуют.
  - История как в сказке! - заметил Дэрэк и подумав пару секунд насторожился, - Я не прав?
  - О да, чем дальше, тем страшнее! - мрачно заметил господин Бран, - Во всей этой истории есть не мало белых пятен, и я не думаю, что канцлер Лашер так просто откажется от власти.
  - Что же нужно делать мне? - с готовностью служить спросил Дэрэк.
  - Смотреть в оба и запоминать всё, что услышите или увидите при дворе. Пусть ни одна деталь не скроется от вашего взгляда... - господин Бран помедлил, - В особенности всё, что касается этой новой императрицы. Вы, мальчик мой, направитесь на её коронацию, а нашему королю нужно знать, что эта особа из себя представляет. Не подведите его! Обо всём будете писать мне лично. Почтовыми голубями и средствами на прочие расходы казна вас обеспечит. Нужды знать не будете, но запомните главное, - смотреть в оба и тут же докладывать обо всём подозрительном! Вы будете там не один такой. На коронацию съедутся послы со всех окрестностей, так что не опозорьте корону и не дайте себя одурачить.
  - А стоит ли его туда отпускать? - спросил маркиз Рошель, когда аудиенция у господина Брана закончилась и Дэрэк ушёл, - Уж больно молод парень для такого дела.
  - Милый мой Рошель, ну кто же сказал, что он там будет один, - заметил господин Бран, - Я не был бы королевским министром, если бы полагался на одного человека. Там будет много моих людей... Так что о каждом шаге этого юнца я буду знать ещё до того, как он его сделает! Пусть он отвлекает на себя лишнее внимание. Это делу не повредит.
  Господин Бран позволил себе улыбнуться, и эта мимолётная улыбка выдала опытного игрока, вечно носящего чужую маску. Его взгляд изменился. Напускное спокойствие и невозмутимость уступили место коварству и расчёту. Господин Бран редко позволял себе удовольствие снимать "маску". Он делал это исключительно в присутствии своих самых близких друзей.
  Напутствие господина Брана звучало эхом в ушах Дэрэка от постоянного повторения, но волосы на загривке всё равно стояли у него дыбом. Хоть, обычно, повторение и помогало Дэрэку успокоиться, сейчас это не помогало, - напряжение не уходило. Хотя, что может пойти не так? Протокол встреч и этикет Дэрэк прекрасно знал. Хорошо говорил на двух языках, - саткхенете и селентианском. Разве могло что-то ему помешать добиться успеха?
  

Глава 2

  
  За четыре месяца до этого, где-то далеко от императорского дворца Селента.
  За обеденным столом сидел грузный человек и деловито уплетал аппетитные кушанья. На его толстых пальцах были видны аляпистые перстни, а также скромная дворянская печатка с гербом рода, к которому он принадлежал. Род его хоть и был стар, но славы себе так и не сыскал.
  Одет этот человек был в парчовый наряд, ни такой изящный как носила придворная знать, но броско расшитый серебряной нитью. Возможно у обладателя этого наряда и было желание украсить его чем-то ещё более заметным и пафосным, да вот только средства не позволяли ему этого сделать... а может и отсутствие вкуса.
  Звали этого человека виконт Фарад. Голова его была круглой и лысой как яйцо. Его лицо выделяли небольшие чёрные глазки и мясистый нос. Глаза его "лучились" безразличием. Он методично поглощал разложенные перед ним блюда и запивал их вином. Трапеза его хоть и была обильна, но в изысканности уступала многим.
  В какой-то момент дверь в залу, где сидел Фарад, отворилась и туда вошёл худощавый и высокий господин в дорожном плаще. На лице его выделялся острый нос и прямые усы. Одет он был куда скромнее своего визави, да и дворянской печатки у него не было. Впрочем, это не мешало ему мечтать о ней.
  - Наконец-то! - возвестил худощавый и прошёл внутрь, - Канцлер прислал гонца... Я видел её! - с трепетом произнёс он.
  Фарад явно не разделял возбуждения своего собеседника. Он продолжал методично обгладывать куриную кость, только однажды бросив взгляд на собеседника, когда тот вошёл в зал.
  - Ну? - флегматично буркнул Фарад, не отрываясь от еды.
  Его собеседник остановился, удивлённо хлопая глазами:
  - Да как вы не понимаете, мессере?! Его превосходительство нуждается в помощь, а это значит, что нам выпал тот самый шанс, которого мы так ждали. В замок доставили... - худощавый понизил голос и произнёс, - Её!
  - Ну так давай посмотрим, какой вкус у нашего канцлера, - проворчал Фарад, нехотя отрываясь от еды и вытирая руки салфеткой, - Вели её сюда подать, Гюго!
  Худощавый Гюго послушался и через десять минут, в сопровождении конвоя, в зале показалась молодая девушка лет двадцати. Одета она была неказисто, в рваное старое платье, явно доставшееся ей с чужого плеча. Волосы её были растрёпаны, руки не мыты, однако все эти мелочи не могли скрыть её юную красоту.
  Девушка неловко оглядывалась на окружающих, не понимая зачем она здесь. Гюго бросил на неё взгляд и кивнул Фараду, тот одобрительно кивнул в ответ:
  - Птичка, то что надо... - сухо заключил Фарад, играя кубком в руках и рассматривая девушку.
  Гюго усмехнулся в усы и улыбнулся, обращаясь к девушке:
  - Сударыня, не бойтесь! Мы не причиним вам вреда. Присаживайтесь к нам, я велю подать стул для вас. Эй, слуги! - закричал Гюго, - А ну-ка принесите даме стул, да поживее! - и пока слуги несли стул, Гюго успел налить девушке вина. Он учтиво протянул ей кубок. Та неуверенно приняла его и покраснела, поочерёдно косясь, то на Фарада, то на Гюго. Было очевидно, что светские рауты были для неё в новинку.
  Тем не менее Гюго не растерялся и предложил даме блюда. Тут-то девушка забыла обо всём на свете, жадно поглощая каждый предложенный ей кусочек и не обращая внимания на окружающих. Не останавливало её даже плохое владение вилкой и ножом. Там, где она не могла справиться с их помощью, она пускала в ход пальцы. Глаза её блестели при виде еды. Было ясно, что в последний раз она ела явно не сегодня.
  Пока девушка ела, Фарад наклонился к сидевшему рядом Гюго и тихо шепнул:
  - Не пойму, и зачем канцлеру эта замарашка?
  - Тише, господин... - предостерёг его Гюго, - В этом-то и есть наша цель. Превратить этого гадкого утёнка в настоящего лебедя.
  - Но для чего? - не унимался Фарад, - Он мог бы и сам трон занять.
  - Похоже у канцлера на неё планы... - озвучил очевидный ответ Гюго и вздохнул с печальной улыбкой на лице, - Не думаете же вы, что он будет нас в них посвящать?
  Фарад фыркнул в ответ, почесал затылок и, бросив на девушку оценивающий взгляд, буркнул: "Мда, непростая будет работёнка".
  - Над многим придётся поработать... - согласился Гюго, - но награда обещана немалая... Так что это того стоит.
  Услышав разговоры о цене, девушка поперхнулась и прекратила есть. Она подняла на мужчин испуганный взгляд и спросила: "Что стоит?"
  - Не обращай внимания, - ответил Гюго и улыбнулся, - Выпей! Кстати, ты так и не представилась. Как тебя зовут?
  - Эля... - откровенно ответила девушка, - Так меня мама звала.
  Лицо Фарада исказила усмешка.
  - Нет... Это имя не подойдёт, - подумав произнёс Гюго, - Тебя будут звать Элоной! Божественной Элоной! - в этот момент девушка не поверила своим ушам. Она замерла и нервно сглотнула.
  Новоявленная Элона не знала, что ждать от этих людей, а судьба, до сего дня, не была благосклонна к ней. Однако капризная фортуна уготовила этой девушке особую роль, решив, для начала, её немного помучить.
  - Скажи нам, - попросил Гюго, - Чего ты хочешь больше всего? - девушка задумалась и не ответила. Она молчала некоторое время, разглядывая богатый наряд и перстни Фарада. На её лице Гюго заметил тень зависти и не дожидаясь ответа продолжил, - А хотела бы ты жить в роскоши и уюте, не зная боли и зла? Так чтобы каждый завидовал и восхищался тобой? Так чтобы каждый преклонялся перед тобой?
  В этот момент глаза девушки загорелись от интереса и Гюго понял, что пол дела уже сделано. Впереди Элону ждали изнурительные тренировки и занятия. Канцлер не поскупился на учителей и поэтому каждый день Элоны был расписан на ближайшие месяцы. Что поделать, но канцлер желал получить результат как можно скорее, так что Фараду и Гюго пришлось изрядно потрудиться и превзойти самих себя. И пока Фарад собирал по всей империи лучших учителей, Гюго остался приглядывать за девушкой.
  -------
  По коридору бродила музыка. Они эхом отдавались от стен и летели всё дальше и дальше, кружась в увертюре и расплываясь по округе. Гюго шёл на её звуки, пока не оказался у пышных дверей. Раскрыв их, он вошёл внутрь. Внутри была просторная бальная зала, где стояло фортепиано. За ним сидел учитель танцев со строгим взглядом и играл бодрую мелодию, которая совсем не вязалась с усталыми движениями Элоны. Девушка раз за разом повторяла движения, но с каждым разом выходило у неё всё хуже и хуже.
  - Левой, правой, левой, правой. Раз, два, три, - размеренно чеканил ритм учитель танцев, заставляя Элону падать от изнеможения.
  - Я больше не могу! - стонала девушка, после очередного падения и её горький стон разлетался по бальной зале, бесцеремонно обрывая музыку. Однако учитель был неумолим и требователен. Он не обращал внимание на её просьбы:
  - Левой, правой, левой, правой, - настойчиво продолжал учитель танцев.
   - Гюго, ну хоть ты скажи ему, - взмолилась Элона.
  - Терпение сударыня, терпение, - напомнил Гюго подходя к ней ближе, - вот ваша благодетель! Не забывайте, ведь это всё не просто так. Вы же хотите стать императрицей? А для этого придётся потрудиться!
  - Я сейчас умру... - серьёзным голосом ответила Элона.
  - Вспомните, ведь это было ваше желание, - жить в роскоши и уюте, не зная боли и зла. Так чтобы каждый завидовал и восхищался вами, - заметил Гюго, аккуратно поглаживая девушка по волосам, - Ради такого стоит постараться!
  Элона тяжело вздохнула, сделала над собой усилие и встала, несмотря на то, что ноги её гудели от боли. Это было нелегко, но чего только не сделаешь ради мечты?
  - Превосходно! - похвалил её Гюго, а затем подошёл к учителю и наклонившись к нему шепнул, - Ускоряйтесь, у нас на сегодня впереди ещё грамматика и этикет.
  Учитель кивнул ему в ответ и бойким голосом произнёс, обращаясь к Элоне:
  - Отдохнули? Славно, теперь продолжаем! Левой, правой, левой, правой. Раз, два, три!
  И Эля продолжала разучивать движения ненавистного ей танца.
  --------
  Это было сложное время... По крайней мере оно таким казалось Элоне. Возможно это потому, что она просто не знала, что будет дальше с ней, и что уготовано её судьбой. Если бы кто-то сейчас сказал ей, как всё будет потом, то она бы искренне не поверила ему... и, наверное, сбежала бы от Фарада и Гюго.
  Но Элона не умела читать будущее, а потому усердно трудилась ради своей мечты. Спала она немного, а большую часть дня у неё занимали уроки. Голова её гудела и раскалывалась от знаний, которые в неё пытались впихнуть учителя, а руки и ноги болели от занятий танцами и верховой ездой. Однако Эля смогла превратиться из гадкого утёнка в настоящего лебедя, да такого, что любой ахнет!
  Через четыре месяца Элона, в сопровождении Гюго и Фарада отправилась в столицу Селента, в пышный замок Мармадол, где её ждала новая жизнь.
  

Глава 3

  
  Столица Селента гудела от обилия слухов. Все судачили о новой императрице, что прибыла недавно в город. Она произвела настоящий фурор среди знати, но никто не мог припомнить, чтобы видел её раньше, хотя это было удивительно. Столь приметная особа должна была запомниться местному высшему свету. Однако даже завсегдатае балов не могли сказать откуда эта девушка. Впрочем, загадочность лишь придавала Элоне шарма и притягивала к ней внимание окружающих.
  И вот настал день, когда её заметили не только внутри дворцовых стен, но и за пределами государства. В столицу начали съезжаться послы из соседних стран, чтобы посмотреть на новоявленную правительницу.
  -----
  Фарад и Гюго вошли в придворную комнату императорского дворца. Одеты они были в свои лучшие наряды. Фарад, желавший выделиться среди остальных, нацепил на себя цветастый камзол, расшитый серебряной нитью. Как обычно, его пальцы были унизаны перстнями, с которыми он никогда не расставался. Однако сегодня их было так много, что выглядели они особо нелепо, словно желая подшутить над своим хозяином. Гюго был одет куда скромнее и проще. В отличии от хозяйского, его бархатный камзол был строг и чист, и большим похвастаться не мог. Оба мужчины были в приподнятом настроении.
  - Дела идут как можно лучше! - с радостью заметил Гюго, - Я получил известие от канцлера. Его превосходительство доволен нами.
  Слова Гюго вызвали радостную улыбку у Фарада. В этот момент он напоминал жирного, довольного кота, которому посулили миску добротной сметаны. Фарад подбоченился и гордо задрав нос ответил:
  - Само собой, иного и быть не может! - он бросил взгляд на служанку, стоявшую у дверей в конце комнаты, и крикнул ей, - Эй там! Девчонка готова?
  Служанка встрепенулась, но не сразу поняла о ком речь. Затем она поспешно ответила: "Госпожа одевается".
  - Ну так зови её поскорее! - с нетерпением ответил Фарад, после чего служанка исчезла за дверью, рядом с которой стояла, - Скоро, совсем скоро, наши труды окупятся! - обратился Фарад к Гюго и дал себе волю помечтать. В мечтах его он уже носил графский титул, наряд, расшитый жемчугами и золотом, а пальцы его украшали ещё более большие перстни с настоящими самоцветами! От мечтаний Фарада отвлекло озабоченное лицо Гюго, - Что не так?
  - Я немного волнуюсь, - признался Гюго, - Сегодня важный вечер. Если раньше Элона была в окружении нашей знати, то сегодня она выйдет перед иностранными гостями, и кто знает, каким будет результат. Свои-то не кусаются. Вспомните последний бал, как перед ней все крутились, чуть ли не на животах ползали.
  - Ну и что? - с нетерпением прервал его Фарад, смотрясь в резное зеркало из красного дерева, что стояло на комоде.
  - Я волнуюсь, что сегодня всё будет иначе. Там, в парадной зале, её ждут куда более зубастые звери, нежели те овечки, с которыми нам раньше приходилось иметь дело.
  - Но ты-то обо всём позаботился? - вкрадчиво осведомился Фарад.
  - Да, конечно! - поспешил ответить Гюго, - Я же сам учил ей. Думаю, если мы будем рядом с ней, то всё пройдёт успешно.
  - Вот и отлично, - ответил Фарад, взглянув Гюго прямо в глаза, - И запомни, сегодняшний вечер должен пройти превосходно, так что за всё отвечаешь головой! - погрозив пальцем Фарад вернулся к своему занятию и продолжил любоваться собой в зеркале.
  В этот момент дверь в конце зала распахнулась и в комнату, в сопровождении трёх служанок, вошла Элона. Комната тут же наполнилась тонким ароматом её духов. Девушка прошла к большому зеркалу и посмотрела в него.
  - Ох, наконец-то! - Элона была в воодушевлении. Она с трепетом рассматривала своё отражение в зеркале, таком большом, что в нём можно было увидеть своё отражение с ног и до головы. Элона крутилось перед ним, чтобы увидеть каждый уголок своего шикарного платья. Рядом с ней остановились служанки, готовые услужить госпоже и выполнить любой её каприз, - Жду не дождусь, когда выйду в этом платье в свет! - радостно воскликнула она.
  Придворная комната, в которой они находились, была наполнена дорогими и красивыми вещами, но Элона затмевала их всех, выделяясь даже на их фоне.
  - Ну разве она не хороша? - напрашивался на комплимент Гюго, не скрывая гордости за проделанную работу, - Фарад, ну оцените же наш труд! Я сам учил её грамматике. Мы славно потрудились и из этого алмаза вышел настоящий бриллиант! - воскликнул Гюго не в силах налюбоваться на Элону.
  Фарад на секунду оторвался от своих занятий и бросил безразличный взгляд на Гюго:
  - Угу, - недовольно буркнул он, возвращаясь к зеркалу.
  Фарад смотрелся в зеркало, не такое большое, как было у Элоны, но достаточное, чтобы польстить его самолюбию. Впереди их ждал пышный приём, а это значило, что каждый из присутствующих мог блеснуть перед публикой своим достоинством, и Фарад намеревался этой возможностью воспользоваться.
  На нём был лучший его наряд, расшитый серебром и бархатом. Он был гладко выбрит и напомажен. Перстни его блестели, играя красками, и это приносило Фараду удовлетворение. Не зря же он потратил столько сил начищая их! Однако что-то резало ему глаза в том отражении, что он видел в зеркале. Фарад прищурился, стараясь понять в чём дело, и заметил в углу зеркала отражение Элоны. Та бесстыже крутилась перед своим зеркалом и рассматривала новое платье, изготовленное для неё специально на заказ.
  Платье Элоны и вправду было достойно императрицы. Шёлка и бархата на него не пожалели. Алый цвет, прекрасно подчёркивал красоту девушки, а изысканные украшения из самоцветов, дополняли её образ.
  Фарад почувствовал зависть и тошноту. Он бросил взгляд на своё отражение и лицо его исказилось, словно он проглотил лимон. На фоне Элоны он выглядел не просто блекло, но даже нелепо и смешно. Что его перстни, по сравнению с самоцветами императрицы, пусть ещё даже не коронованной? Что его наряд по сравнению с платьем Элоны? Разве может он поспорить в своём блеске с этим?
  - Выскочка, - подумал Фарад, и скулы его невольно сжались, но что он мог поделать? Судьба бывает несправедлива. Одним престол, а другим навозная куча.
  Не желая больше смотреться в зеркало, Фарад пошёл к выходу и обратился к своему спутнику: "Пойдём Гюго".
  - Но как же её величество? - опешил Гюго, не ожидавший такого поворота, - Нам нужно представить её гостям!
  Услышав это Фарад остановился и на лице его отразилось неудовольствие:
  - Величество? Не забывай, что она ещё не коронована! - заметил Фарад, - Я жду вас у парадной залы, - сказав это Фарад отправился к выходу из комнаты, но там дорогу ему преградил камергер.
  - Господа, позвольте войти, - попросил слуга и продолжил, - Гости в сборе, - отрапортовал он, проходя вглубь комнаты.
  - Да, да, - ответил Гюго, - Мы уже идём.
  - Но надо объявить госпожу! - заметил камергер, указывая в сторону Элоны, - И здесь... возникает проблема, - Услышав это Гюго перестал любоваться своим "творением" и бросил серьёзный взгляд на камергера. Тот поспешил объясниться, - Как объявлять госпожу? Какой у неё титул?
  - Титул? - задумался Гюго.
  - Да, - ответил камергер, - В зале собралась весьма искушённая публика. Герцоги и графы, магистры и пэры. У каждого из них есть с десяток титулов. Так как же нам объявить выход госпожи?
  - А у нашей императрицы ни земельных, ни почётных титулов. Только титул Божественной, что даётся всем императрицам, - подвёл итог Гюго, - Теперь, я кажется понимаю тебя.
  - Выскочка, - ещё раз убедился Фарад, - Титул Божественной она сможет носить только после коронации. Так что и его у неё нет.
  - Что же делать? - задумался Гюго, - Обидно будет, если Элона предстанет перед гостями в таком неприглядном свете. Уж слишком неказисто она будет выглядеть на фоне гостей.
  - И я о том же господин! - подтвердил камергер, - Нужно что-то придумать.
  Фарад бросил злорадный взгляд на Элону. Девушка была в смятении. Какая-то досадная мелочь могла испортить ей праздник! Она бросила взгляд за окно и увидела там звёзды. На улице уже давно наступил вечер и небосвод украшала яркая россыпь блестящих бусин. Людей всегда привлекало их величие. Поймав вдохновение Элона не раздумывая произнесла:
  - Найджин! Объявите, что я Найждин! Пусть это будет моим титулом! - девушка развернулась к собравшимся и подняла голову. Она гордо расправила плечи и довольно улыбнулась своей находке, заставив при этом Фарада посинеть от такой наглости. Ещё бы! Имя, которое присвоила себе новоявленная императрица, было не простым.
  Найджин, - звезда, что начинает сиять на небосводе перед самым рассветом. В тот самый миг, когда все остальные гаснут и ничто не может спасти от тьмы. Издревле, в Селенте, её считали путеводной звездой и вестницей благих перемен. Защитницей от зла и знаком того, что плохие времена скоро закончатся, какой бы длинной и суровой не была бы ночь.
  - Найджин? - повторил Гюго, поглаживая усы и раздумывая, - Предрассветная звезда. Знак спасения и символ надежды на лучшее будущее. Это... очень громкое имя! Найджин восходит на небосводе, наперекор любой невзгоде, - повторил Гюго известную в народе присказку, - Думаю, что это будет прекрасным именем для новой императрицы, если она желает заявить о себе. Что скажите милорд? - спросил он, обращаясь к Фараду.
  Фарад закатил глаза и усмехнулся дерзости девчонки. Немного поколебавшись он махнул рукой и вышел из комнаты: "Я жду у парадной залы", - напомнил он и его шаги начали удаляться.
  - Ну чтож, пусть так оно и будет, - произнёс Гюго, обращаясь к камергеру, - Объявите нашу госпожу, под этим славным именем! Посмотрим, как на это отреагирует высший свет.
  

Глава 4

  
  Тем временем, где-то у входа в императорский дворец появилась карета. Она поспешно подъехала к парадной лестнице и остановилась. Дверца кареты распахнулась, и оттуда выскочил молодой парень. Следом за ним вылез его слуга.
  - Скорее, Карлис! - поторопил парень своего слугу, - Мы опаздываем!
  - Сию минуту, господин Дэрэк, - ответил слуга, поправляя манжеты на парадном костюме своего хозяина.
  - Скорее, скорее, - с нетерпение подгонял его Дэрэк, что, в прочем, не мешало слуге невозмутимо делать свою работу.
  - Готово, - отрапортовал Карлис, отряхивая дорожную пыль с костюма Дэрэка, - Не переживайте, у Вас всё получится! - Голос у Карлиса был невозмутим, чего нельзя было сказать о Дэрэке.
  Парень был как на иголках. Мало того, что в городе не сразу удалось найти приличную гостиницу, из-за чего пришлось переезжать несколько раз, так ещё и возница попался бестолковый! По дороге упёрся в какой-то узкий переулок и стоял в нём как осёл, пока не смог выехать назад. Так что у Дэрэка были причины для паники. Видит Бог, что сегодня был не его день. Начало приёма и церемонии парень скорее всего уже пропустил, но была надежда успеть хотя бы к вручению верительных грамот. Если же и здесь не повезёт, то начало его карьеры можно будет считать и её концом.
  - Всё, я пошёл! - не выдержал Дэрэк и кинулся вперёд.
  - Господин! - настойчивым криком остановил его Карлис, - Ваша грамота, - с этими словами слуга протянул Дэрэку верительную грамоту.
  - Совсем забыл! - укорил себя Дэрэк, за то, что чуть было не оставил самую важную часть протокола. Без неё, на церемонии, послу делать было нечего. Этот маленький свиток, запечатанный сургучом и скреплённый королевской печатью, подтверждал полномочия посла говорить от имени своего правителя. Обычай требовал, чтобы посол, по прибытию ко двору, немедленно предстал перед монархом и лично вручил ему верительную грамоту.
  При дворе Селента сейчас была масса послов со всех окрестных земель. Все хотели посмотреть, чего стоит новая императрица. Так что канцлер решил не терять времени даром, а организовать для всех них приём. Церемония вручения верительных грамот должна была заканчивать официальную часть этого события, так что Дэрэк спешил не зря. Если он опоздает, то послом его так и не признают. Ещё раз осознав это Дэрэк выхватил грамоту и помчался вверх по лестнице.
  Наверху, у ворот дворца, его встретили придворные слуги. Каждый из них был облачён в камзол с перекинутой через правое плечо чёрной бархатной лентой. На лентах слуг красовалась эмблема с гербом Селентианского императора, - алой розой. Заметив Дэрэка, напыщенного вида лакей, бросил на него придирчивый взгляд и спросил: "Сударь куда Вы?"
  - Меня зовут Дэрэк альб-ван Кеал, - представился Дэрэк, поправив на плече ленту, на которой был вышит знак посольского отличия и герб его королевства, - Я посол его величества короля Барка!
  Придворные слуги переглянулись и один из них спросил: "У Вас есть верительная грамота? - Дэрэк кивнул, - Давайте сюда".
  - Только из моих рук, - предупредил Дэрэк демонстрирую свиток с королевской печатью, - Она предназначена для императрицы.
  Герольд, стоявший у дверей, взглянул на печать и кивнул: "Королевская. С гербом Барки" - пояснил он. Тогда старший из слуг раскрыл перед Дэрэком ворота и жестом пригласил его войти, что Дэрэк тут же и сделал. Герольд последовал за ним.
  - Похоже, что церемония уже началась, - отметил Дэрэк, вслушиваясь в звуки играющей музыки.
  - О да, Вы... немного припозднились, - ответил герольд, выбирая слова помягче, - Церемония уже подходит к концу.
  - Что! - вскрикнул Дэрэк и полетел вперёд, туда где играла музыка.
  - Постойте, так нельзя! - закричал ему вслед герольд, - Мне нужно объявить о Вашем прибытии.
  - Тысяча извинений, но я спешу! - ответил ему Дэрэк прибавляя ходу, - Мне нужно успеть к вручению грамот, - при этом парень добавил про себя, - Иначе это будет полный провал!
  Дэрэк бежал со всех ног, ориентируясь на звуки музыки, и спотыкаясь по дороге. Справа от него, в большой зале, слуги готовили банкетный зал для гостей. Не ради же танцев, сегодня во дворце, собралось столько народу?!
  Из банкетного зала доносился манящий аромат приготовленного мяса и специй, но Дэрэку было не до этого! Он стрелой пролетел мимо раскрытых дверей банкетной залы, краем глаза заметив в них толстяка. Тот выходил в коридор из банкетного зала и оказался прямо на пути у Дэрэка. Парень столкнулся с ним, но остался на ногах, чего нельзя было сказать о толстяке. Мелькнули аляпистые перстни, и толстяк кубарем повалился назад, опрокидывая подносы с едой, что несли за ним слуги.
  - Твою ж мать! - раздался рассерженный голос, но Дэрэк предпочёл не останавливаться, чтобы выяснить, чью мать имели ввиду.
  Через минуту парень оказался перед дверью в парадный зал, из которого доносилась музыка. Аккуратно приоткрыв дверь, он заглянул внутрь и понял, что герольд не соврал, - церемония уже подходила к концу.
  В центре зала, на помосте, был расположен трон, на котором восседала императрица в окружении своих приближённых. Этот трон был настоящим произведением искусства, выточенным из красного дерева с таким мастерством, что даже мастера Эль"фааров могли позавидовать.
  Его украшала ажурная резьба и фигуры в виде львов, что возвышались по обе стороны от трона, словно грозные стражи его императорского величества. Они были сделаны так, что императрица могла положить руки на их спины как на подлокотники, а при желании погладить их гривы или почесать за ухом как котят. Но несмотря на это фигуры львов были сделаны с таким мастерством, что раскрытые пасти и клыки внушали трепет окружающим. Эти творения вовсе не походили на котят для придворных забав, и фигура императрицы смотрелась рядом с ними не к месту, столь хрупкой и юной она была, и столь сильно отличалась от них.
  Трон императоров Селента видел немало правителей, но, несмотря на его шик и блеск, на спинах львов были заметны следы времени, там, где лак стёрся от многочисленных прикосновений. Сколько же их было? Сколько алчили сидеть на нём?! Но мало кто мог удержаться надолго. Кто знает, может и сидевшая сейчас на троне императрица долго не продержится... время покажет.
  Пока что трон не был украшен гербом императорской фамилии, как того требовали традиции. Это подчёркивало положение сидевшей на троне особы. Она ещё не была коронована и потому не могла править и даже считаться равной тем послам, что так упорно расхваливали её, ведь они были дворянами, а об её происхождении окружающие могли только догадываться.
  Но все прекрасно понимали к чему идёт дело, - коронация была лишь вопросом времени, ведь за императрицей стоял могущественный и влиятельный человек, - канцлер Лашер. При таких условиях никто из присутствующих послов даже и думать не смел, чтобы указывать императрице на такую "мелочь", как ношение ещё не полученного титула.
  Послы, стояли перед помостом, над которым возвышался трон, и передавали императрице свои верительные грамоты, произнося при этом хвалебные речи в её адрес. Императрица, тем временем, восседала на троне и выслушивала придворную лесть. Глаза её горели. Ей было приятно находиться в центре внимания. Несмотря на то, что поток лести и нескончаемые комплименты утомляли её.
  Видя это, каждый посол старался поскорее привлечь внимание императрицы, чем ещё больше утомлял её. Со временем императрица начинала скучать и клевать носом. Она разглядывала послов, стараясь развлечь себя и угадать кто из них откуда прибыл.
  Послов можно было отличить друг от друга по парадным лентам. Каждый из них носил ленту с гербом своего королевства и своими регалиями. Судя по расшитым лентам, в этом зале собралась очень влиятельная публика. Одних только герцогов и графов Элона насчитала больше дюжины.
  - Успел! - подумал Дэрэк и с облегчением вздохнув, шагнул внутрь парадного зала. Правда на этом его злоключения не закончились.
  Стоявшие у дверей слуги заметили его, так что ему ещё пришлось объясняться с ними. Больше всего в этот момент парень желал не привлекать к себе всеобщего внимания, но судя по взглядам, которым императрица бросала в его сторону, у него это не получилось. Коситься назад, на него, начали и гости. Сказать, что в этот момент Дэрэк нервничал было всё равно, что ничего не сказать! У него дрожали руки, язык заплетался, а на лбу выступали капли пота. Из головы у парня, как на зло, вылетели все слова селентианского языка, что он знал. Так что объясняться ему приходилось жестами.
  С горем пополам слуги пустили его внутрь, и Дэрэк смог присоединиться к другим послам, которые ждали своей очереди. Парень почувствовал недолгое облегчение и тут же вспомнил важную часть придворного протокола, - приветственную речь!
  Каждый посол должен был лично поприветствовать правителя перед тем как вручить ему свою верительную грамоту и этот жест имел глубокий смысл. Он задавал тон будущим дипломатическим отношениям двух стран, так что от произнесённых слов, порой, зависело, чем закончатся эти отношения, - миром или войной.
  - Пу-пу-пу-пу-у-у, - выдохнул Дэрэк и подумал, - Из огня да в полымя! Тут столько народу, а у меня все слова из памяти вылетели!
  И тут парня можно было понять, - легко ли выучить длиннющую речь на чужом языку, а после этого наизусть пересказать её перед придворной толпой?
  - Придётся импровизировать... - понял Дэрэк и сглотнул, стараясь вспомнить хоть что-то.
  Тем временем стоявший позади трона герольд объявил: "Граф Каруссо, посол его величества короля Парна!" - и стоявший рядом с Дэрэком мужчина вышел вперёд.
  - Ладно, посмотрим, что скажут другие, - подумал Дэрэк, прислушиваясь к речи посла короля Парна. Тот раскланивался в реверансах перед императрицей и не скупился на лесть.
  Правда, Дэрэк, как опоздавший, стоял в самом конце, так что мало, что мог разглядеть даже подпрыгивая. Впереди него стояла толпа из знатных и влиятельных особ, каждый из которых хотел щегольнуть пышностью своего наряда. Так что полагаться парню приходилось больше на слух, ибо плотный строй перьев и кружев закрывал ему обзор.
  Напрягая уши, Дэрэк раз за разом слышал слово, которым послы обращались к императрице: "Найджин". Для парня это слово было незнакомо: "Что это? Имя? Титул?" - терялся он в догадках.
  Герольд, тем временем, продолжал вызывать послов, оглашая их имена, и когда Дэрэк услышал своё имя, то вздрогнул. Мысли в его голове тут же разбежались в разные стороны, как тараканы, устроив при этом сущий переполох. Он вышел вперёд на ватных ногах, стараясь не выдать своего волнения и не упасть на пол перед присутствующими.
  Но стоило ему подойти ближе и разглядеть императрицу, как голова его тут же опустела. Тараканы в голове хором ахнули и испустили дух. Внутри осталась пустота, и только звуки учащающегося сердцебиения прерывали её. Дэрэк увидел перед собой прекрасную девушку, ради таких совершали подвиги!
  - Афигеть! - с чувством воскликнул Дэрэк, любуясь императрицей, и, только по растерянному выражению на её лице, понял, что что-то не так, а когда понял, что именно не так, то прикусил язык. Спасло ситуацию только то, что слова вырвались у Дэрэка на его родном языке, а не на селентианском, так что вряд ли кто-то из присутствующих понял его. Желая преодолеть возникшую неловкость, парень учтиво протянул императрице верительную грамоту, и когда та приняла её, начал свою приветственную речь и перешёл на язык Селента, - Уважаемая госпожа, позвольте поблагодарить Вас...
  Дэрэк не скупился на комплименты и от всех щедрот рассыпал похвалу то гостеприимству, то красоте, то свите императрицы. В какой-то момент его понесло, и он даже перестал понимать, что говорит. Однако парень этого не замечал. Всё его внимание было сконцентрировано на девушке перед ним. Дэрэк говорил, стараясь не особо пристально разглядывать императрицу, но получалось не очень. Она притягивала его взгляд. Даже когда Дэрэк намеренно отводил его в сторону, то его взгляд всё равно стремился вернуться к ней. Ему казалось, что один лишь вид этой девушки придаёт ему сил и потому Дэрэк хотел смотреть на неё, и смотреть, снова и снова.
  Потом Дэрэка посетило вдохновение, и он начал говорить в стихах. После этого он уже не останавливался. Он говорил до тех пор, пока его голова не начала кружиться... то ли от чувств, то ли от нехватки кислорода в крови.
  В очередной раз, отводя взгляд от императрицы, парень заметил нечто, что заставило его вздрогнуть и заикнуться. Взгляд его обогнул плечи девушки и ушёл влево, туда, где стоял кто-то из приближённых к императрице особ. И тогда Дэрэк увидел перстни, те самые аляпистые перстни, что он приметил у толстяка, на которого налетел по дороге в парадный зал.
  Дэрэк поднял взгляд вверх и увидел лысую голову и багровое лицо этого человека. Судя по недовольной физиономии и скрежещущим зубам, он тоже узнал Дэрэка, - взгляд его просто пылал от ненависти. Ещё бы, на парадном камзоле толстяка красовалось множество красноречивых, жирных пятен от опрокинутых на него блюд.
  - Ма-ма... - подумал Дэрэк и начал заикаться ещё больше, - По правую руку от императрицы!
  В голове у парня ожили тараканы и начали разбегаться ещё быстрее, чем прежде. Не мудрено, - по правую руку от коронованных особ, обычно, стоят самые влиятельные люди при дворе. И то, что видел перед собой Дэрэк лишь подтверждало это правило.
  Человек у трона стоял чуть впереди, гораздо больше, чем это дозволяло приличие. Трон, - это место монарха, кто смеет стоять перед ним, да ещё и спиной? Несмотря на нелепый вид, этот человек тенью своей поглощал весь трон и сидевшую на нём девушку. На его фоне императрица казалась меньше и слабее. И этот контраст бросался в глаза. Как только Дэрэк не заметил появления этого толстяка? Наверное, был слишком увлечён!
  Императрица бросила удивлённый взгляд на толстяка и прикусила губу. Она прикрыла лицо руками и тихо хихикнула. Тем временем толстяк продолжал испепелять Дэрэка взглядом. Казалось, что толпа послов перед троном мгновенно расступились, предвидя недоброе.
   К этому моменту Дэрэк подошёл к заключительной части своей речи. Его язык устал от упорной работы и не слушался его, сказывалось и волнение. Парень собрал остатки сил и на последнем дыхании закончил речь: "Почёта и процветания Её величеству Божественной Элоне. Найджин?"
  Последнее слово слетело с языка Дэрэка совсем не так как он того хотел. Его тон и интонация вышли иначе чем задумывалось, и оно прозвучало как вопрос. Парень умолк, проглотив язык и искренне надеясь на то, что его оплошность не заметили, а тем временем, над послом завис дамоклов меч.
  В тоне Дэрэка не было угрозы, но в нём слышался неуклюжий вопрос: "Найджин?" Что означал этот вопрос? Неловкое произношение могли истолковать превратно, как насмешку над титулом императрицы. Ведь не часто кто-то называет себя звездой, тем более такой...
  Девушка на троне была озадачена произошедшим конфузом, но вида постаралась не подавать. Ей было любопытно, чем закончиться эта сцена, и потому она переводила взгляд с одного придворного на другого, наблюдая за их реакцией.
  - Господин, не надо... - тихо взмолился Гюго, стоявший по левую руку от трона, - Только не при гостях. Иначе всё пойдёт прахом...
  Услышав эту мольбу багровый от ярости Фарад сделал над собой усилие и выдохнул. Затем он махнул рукой притихшим музыкантам и те грянули громче, отвлекая на себя внимание публики.
  - Продолжаем, - процедил он герольду, когда вернулся к трону.
  После этого церемония пошла своим чередом и Дэрэк поспешил раствориться в толпе, среди послов, чтобы не попадаться на глаза разгневанному Фараду.
  

Глава 5

  
  - Это был чудесный вечер, - воскликнула Элона и с радостной услыбкой на губах добавила, - Я так давно не веселилась!
  К этому моменту приём уже давно закончился, и гости разошлись, так что Элона могла спокойно выдохнуть, расслабиться и с удовольствием потянуться на троне. Всё равно кроме неё, в приёмном зале, сейчас остались только Фарад и Гюго.
  - Это был жуткий вечер, - тут же возразил ей Фарад и воскликнул от негодования, - Просто ужас! Гюго, ты куда смотрел?! Ты же распорядитель этого приёма! - с укором обратился он к своему слуге и погрозил ему кулаком, - Три шкуры потом спущу!
  - Дайте угадаю, - это из-за маленького конфуза с Вашим камзолом? - предположила Элона, вальяжно устраиваясь на троне. Взгляд её бесстыже указывал на жирное пятно, занимавшее добрую половину камзола Фарада. Пользуясь тем, что господин отвлёкся Гюго отошёл чуть подальше от него, чтобы не привлекать внимания.
  Фарад проследил за взглядом Элоны и побагровел, вспомнив посла, ставшего причиной появления этого пятна: "Увижу, убью! - процедил он сквозь зубы, в гневе сотрясая руками воздух, - Я весь вечер был вынужден краснеть из-за этого поганца перед другими гостями! Какой позор..."
  - Спокойнее милорд, мессере, - голос Гюго был бархатным и услужливым, но это не сильно помогало, - Вспомните, - это наш гость. Мы же не можем причинять вред гостям.
  - Кстати, раз уж мы заговорили о гостях, - подхватила Элона, - Фарад, Вы так и не рассказали, как это чудное пятнышко появилось на Вашем камзоле?
  - На меня налетел один из послов, - нехотя пояснил Фарад, - Мальчишка столкнул меня и даже не остановился. Подлец!
  - А-а-а, наверное, тот самый, которого Вы так живописно испепеляли взглядом сегодня на приёме, - догадалась Элона и добавила, чтобы немного поддеть Фарада, - Очень милый паренёк, стихи нам читал! Это было так забавно - видеть Ваше лицо и его кроткий взгляд.
  - Что ты имеешь в виду? - возмущению Фарада не было предела, - Что значит забавно?!
  - Ну что значит, что значит? - усмехнулась Элона, - То и значит... Думаю, что при дворе ещё долго будут вспоминать, как Вы коршуном нависали с помоста над этим бедолагой! Ей богу, если бы у Вас вместо носа был бы клюв, то в тот момент, этого никто бы не заметил, - столь "грозным" вы были! - произнесла девушка, особо выделив слово "грозный".
  От такого меткого замечания хихикнул даже Гюго. Впрочем, он тут же поспешил придать лицу серьёзное выражение лица. Негоже смеяться над патроном... Тем более в его присутствии!
  - Да как ты смеешь! - начал заводиться Фарад, а потом подбоченился и выпалил, - Девчонка, ты с дворянином разговариваешь!
  - А я императрица, - усмехнулась Элона, тоже начиная злиться, - И что?
  - И что?! - взревел Фарад, которому наглость Элоны уже стояла поперёк горла, - Ты никто и звать тебя никак. Мы все прекрасно знаем откуда ты сюда попала. А как ты там оказалась? - его собеседница потупила взгляд, - Вот именно! - надавил Фарад, - Тебя из грязи подняли и в люди вывели. И благодарить тебе за это нужно нас, в ногах ползать и вечно милости просить!
  - А Вы меня моей семьёй не попрекайте... - робко ответила Элона, стараясь защитить себя, - Она может и не дворянского рода, но из честных людей была.
  - Пф, - фыркнул Фарад и съязвил, - Из честных людей! В каком же месте твоя мать была честной?
  Девушка стиснула губы и съёжилась сидя на троне. Она взглядом молила Гюго о помощи, но тот не встревал в разгоревшийся спор.
  - И всё равно Вы не должны о ней так говорить, - дрожащим голосом настаивала Элона, не поднимая взгляда на собеседника. На глазах её начали проступать слёзы.
  - Я буду говорить то, что считаю нужным, а ты будешь подчиняться, а нет, так получишь плетей, - безапелляционно заявил Фарад, - как тебе и полагается, нищенка! Вылетишь назад на улицу, если ещё раз посмеешь со мной так говорить.
  - Милорд, леди, - встал между ними Гюго, расправив руки в успокаивающем жесте, - Милорд, не забывайте, во дворце, и у стен есть уши, - тихо и вкрадчиво напомнил Гюго Фараду, - Нельзя допустить, чтобы гости узнали о нашем маленьком секрете. Иначе планы канцлера рухнут, а с ними и наши головы... Позвольте мне?
  Фарад скрестил руки на груди и отвернулся от своего слуги, давая тому понять, что отступать не намерен. Однако, вместе с тем давая ему возможность говорить, и тогда Гюго обратился к Элоне:
  - Леди, послушайте моего совета, - начал Гюго, тщательно подбирая слова и придавая своему голосу самый дружелюбный тон, - Мой господин может быть вспыльчив, но он во многом прав. По закону Вы не можете наследовать трон своего отца, и то, что Вы сейчас сидите на нём, - это великая милость нашего уважаемого господина канцлера.
  На этом месте Элона окончательно сникла и опустила голову ещё ниже, а Гюго продолжил:
  - Мы много времени провели вместе. Я лично учил Вас и знаю, что Вы хорошая ученица. Настоящий талант! - подчеркнул Гюго, - Так позвольте мне дать Вам дружеский совет, как Вашему другу и наставнику. Я уверен, что Вас ждёт прекрасное будущее... - на этих словах Элона приподняла голову, а Гюго заметил, - Но только если мы все оправдаем надежды господина канцлера, - помедлив чуть-чуть и заглядывая в глаза Элоне, Гюго продолжил, - Вспомните, Вы же сами этого хотели, - жить в роскоши и уюте, не зная боли и зла. Ради такого стоит постараться!
  - Вы и правда думаете, что у меня всё получиться? - робко спросила Элона собираясь с силами, но всё ещё боясь посмотреть в сторону Фарада.
  - Ну разумеется, - заверил её Гюго, - Только для этого мы должны идти вместе. Так не покидайте же нас. Всё, что Вам нужно это слушаться нас. Мы - Ваши друзья и союзники. Мы защитим Вас, но сможем сделать это, только если Вы нам это позволите.
  - Я кажется, понимаю Вас... - робко ответила девушка, всё ещё не до конца отойдя от нахлынувших эмоций.
  - То-то же, - буркнул про себя Фарад, - А если нет, так получит плетей.
  Тем временем, от прошедшего вечера отходил ещё один его участник...
  - Это был жуткий вечер. Просто ужас! - сокрушался Дэрэк, расхаживая взад-вперёд по комнате гостиницы, в которой они остановились вместе с Карлисом, - Какой конфуз! А что, если меня теперь во дворец не пустят? - Дэрэк остановился как громом поражённый и задумался, - Тогда влезу в окно! - внезапно сам для себя ответил он и удивился своей решительности, - Я же посол. Я должен быть при дворе!
  Карлис приподнял бровь от удивления. Он уже полчаса выслушивал как Дэрэк сокрушался, но тот такого ещё не выдавал.
  - Господин Дэрэк, что это Вас так понесло? - невозмутимо спросил он, продолжая зашивать дырку на рукаве своей куртки, - Вас же из дворца не попёрли, так чего Вы теперь себя накручиваете? Вы же говорили, о том, что мы сюда приехали не просто так, а с особой целью, так ведь?
  - Так, - согласился с ним Дэрэк.
  - Ну так и следуйте этой цели! Вам что поручено?
  - Смотреть в оба и запоминать всё, что увижу при дворе, - ответил Дэрэк.
  - Ну так и смотрите! Может уже что заметили?
  - Борова у трона! - внезапно резко ответил Дэрэк, - Большого, лысого, даром, что не хрюкает!
  - Это уже интереснее, - оживился Карлис, - Продолжайте.
  - Он стоял у трона и... и кажется перед этим я налетел на него.
  - Это Вы уже рассказывали в самом начале, - отмахнулся Карлис, - Не думаю, что о таком стоит докладывать.
  - Да, это понятно... - сразу согласился Дэрэк и обеспокоенно добавил, - Только бы боком не вышло. Он рядом с императрицей был... Что она теперь подумает? Господин Бран говорил смотреть в оба и запоминать всё. В особенности всё, что касается этой новой императрицы... - Дэрэк задумался, вспоминая прошедший вечер. Каждый раз, вспоминая об Элоне, он чувствовал аромат её духов, словно она была рядом. Дэрэк тряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение, и взял себя в руки. Дело должно быть превыше всего! Ведь он здесь именно за этим.
  - Похоже, теперь самое главное, чтобы этот боров не прогнал Вас из дворца... - внезапно заметил Карлис, наблюдая за своим господином. Карлис был прозорлив. Именно поэтому, в это приключение, с господином отправился именно он, - доверенный слуга его отца.
  - Посмотрим, что принесёт новый день.... - ответил Дэрэк, - Это щекотливая ситуация. Быть одновременно рядом с императрицей и... собакой, что её охраняет.
  - И при этом, ещё, и не разозлить собаку, - резонно заметил Карлис.
  - Мда, это самая сложная часть задачи... Придётся с ней подружиться!
  

Глава 6

  
  Прошло два месяца с того самого момента, как Дэрэк впервые появился при дворе Селента. Выждав, пока история с его появлением забудется, Дэрэк начал действовать. Благо, поводов для этого было достаточно.
  Почти каждый день при дворе устраивали развлечения для гостивших послов. Все понимали, что гости задержатся при дворе надолго. Ни одному же Дэрэку поручили смотреть в оба глаза после прибытия в Селент... Шпионаж для посла - дело привычное, такова оборотная сторона дипломатии. И тут каждый преследовал свои цели, - хозяева дома пытались пустить гостям пыль в глаза, так что на увеселения не скупились, а гости пытались разведать как идут дела у хозяев на самом деле.
   Разумеется, что любой уважающий себя хозяин делал всё возможное, чтобы не дать такому гостю достигнуть своей цели, и тайная служба Селента не дремала. Она каждый день напряжённо следила за послами, не давая тем проявлять чрезмерную активность и скармливая им дезинформацию.
  Правда, послов при дворе собралось много, так что уследить за всеми было трудно, вот и придумали простой план, - собирать всех послов в одном месте, чтобы не разбегались, а, чтобы не вспоминали о своей "работе", - гостеприимно наливать им вина почаще! Работало это не со всеми, и не всегда, но работало! Так что эти два месяца прошли не даром.
  За это время произошло столько событий, что они затмили собой даже первое появление Дэрэка при дворе. Конфуз тогда вышел знатным, однако далеко не последним, ведь послы играли не только против хозяев дома, но и против друг друга, так что козни были делом обычным. Внимание хозяев дома, - это дорога валюта. Это возможность влиять на их решения, ради достижения своих целей, так что многие послы были готовы топить конкурентов при первой же возможности, коих при дворе было немало. Заканчивалось это, обычно, тем, что очередной конкурент садился в лужу на глазах у всего императорского двора. Потеха была знатной, но ровно до того момента, как обиженный конкурент не реализовывал план мести. Тогда жертва и охотник менялись местами и всё шло по кругу.
  А чтобы послы, при этом, не забыли ради чего их здесь собрали, перед ними каждый день дефилировала императрица, разыгрывая роль учтивой хозяйки, и являя собой образец обходительности, щедрости и величия. Именно такое впечатление на гостей хотел произвести канцлер Лашер, который и организовал всё эту авантюру с заезжими послами. Они должны были усвоить одну простую мысль, - что в Селенте есть новый правитель и власть его крепка.
  В принципе, и Фарад, и Гюго, улавливали эту идею, но конечную цель канцлера оставалась для них скрытой. Однако, так ли им было важно это знать? Ведь платили им не за это. У них была совсем другая роль, ведь кому-то же нужно присматривать за императрицей... И тот, и другой, повсюду следовали за Элоной, разыгрывая роли её доверенных приближённых. В общем... театр продолжался. Актёры играли свои роли и пока справлялись с этим. Так что возможность увидеть императрицу у Дэрэка была, и он был несказанно рад этому, чего нельзя было сказать об Элоне...
  Карлис тоже не сидел, сложа руки. Проходя по городу, он собирал слухи и новости. Ему удалось узнать немало о нравах и быте Селента. Встречал он и слуг других послов, коих в Мармадоле, в последнее время, было превеликое множество. Одни из них занимались привычными, обыденными делами, а другие... Тем же, что и сам Карлис, - собирали слухи и информацию. Такова суть игры, - послы сами не ходили на дело. Для этого были слуги. Сами же послы сидели как пауки в паутине и плели сети, организовывая сбор сведений, подкупы, доносы на других игроков, и прочие "приятные" мелочи.
  Лишь один игрок изменял правилам игры, - господин Бран. Королевский министр решил изменить обычаям и послал участвовать в придворном спектакле человека, которого остальные даже не воспримут всерьёз, - Дэрэка. Основную ставку он делал не на него, а на своих "неофициальных представителей", что в это время собирали сведения по всему Селенту. От Дэрэка требовалось лишь одно - отвлекать внимание остальных, о чём он, к своему счастью, не знал. Так что к своей роли он относился весьма серьёзно. Что бы делал господин Бран, если бы узнал, к чему приведёт чрезмерная активность Дэрэка...
  Но вернёмся к Карлису. Как верный слуга, он тут же делился со своим господином всем, что узнал накануне в городе:
  - А вот ещё одна штука, - как-то заметил он, пересказывая услышанное Дэрэку, - Помните то слово, что Вы принесли с собой из дворца?
  - Какое? - насторожился Дэрэк, вынырнув из своих раздумий.
  - Боже, Вы его несколько дней твердили после того злополучного визита! Как же его... - Карлис задумался вспоминая, - Найджин!
  Услышав это слово, Дэрэк подскочил на месте. Оно напомнило ему об Элоне:
  - Мда, имя императрицы... и что же? - спросил он.
  - Ну, Вы просили узнать о нём, - ответил Карлис, - Этим именем местные называют путеводную звезду, что восходит на небосводе перед рассветом. Мне рассказывали немало баек и сказок о ней. Она - вестница благих перемен и символ надежды для многих вокруг, - Карлис немного поколебался и вспомнил присказку, услышанную у местных, - Найджин восходит на небосводе, наперекор любой невзгоде! Так они говорят. Представляете? А ещё говорят, что самый тёмный час, - перед рассветом.
  - Путеводная звезда и символ надежды? - Дэрэк задумался, примеряя это имя к образу императрицы, - Это прекрасное имя! Теперь понятно, почему императрица избрала именно его. Такому громкому имени позавидует любой король!
  Дэрэк вспомнил как загорались глаза Элоны всякий раз, когда она слышала это имя, обращённое к ней. Ей было очень приятно и лестно его слышать. Тогда Дэрэк понял, что именно оно сможет помочь ему завоевать расположение Элоны. Возможно, он выбрал не самый подходящий путь, но лишь время покажет, чем это обернётся...
  Тем временем, Элона каждый день представала перед взорами знати и послов. Она улыбалась и была приветлива с гостями. Однако, скрывавшаяся под этой маской боль то и дело проступала наружу, несмотря на все попытки Элоны скрыть напряжение. Следом за ней неотлучно шёл Фарад, и в его присутствии она сникала ещё больше. Фарад без стеснения демонстрировал окружающим своё положение особо приближённого к трону человека, и Элона волей-неволей была вынуждена ему в этом подыгрывать, хотя и не испытывала при этом ни малейшего удовольствия.
  Вдобавок к этому, Фарад не упускал ни малейшего шанса чтобы продемонстрировать Элоне своё превосходство, всякий раз, когда вокруг не оставалось посторонних. Элона пыталась бороться, но тщетно. Фарад с лёгкостью исполнял своё обещание и брался за плеть. От угроз к делу он пока не переходил, но дело здесь было за малым.
  - Только дай мне подходящий повод, - просил Фарад, нежно улыбаясь и играя плетью в своих руках. Взгляд при этом у него всегда был недобрым. Настолько, что по спине Элоны пробегал холодок и ползли мурашки по коже. Она не решалась перечить ему в такие моменты. Что может противопоставить острый язык грубому кнуту? Элона знала его вкус. Её дядя не стеснялся наказывать свою племянницу, так что она понимала, когда спорить было опасно. Понимала она это и сейчас.
   Так жизнь Элоны проходила под строгим контролем со стороны Фарада. Продолжалось это уже достаточно долго, а издёвки Фарада становились всё болезненнее, настолько, что Эля начала задаваться вопросами:
  - Куда не шагни, - всюду нет! Этого нельзя, того нельзя... - сетовала она, всякий раз, когда получала возможность остаться одна, - И вроде получила то, чего хотела, но отчего же я так не рада? Пол жизни в услужении... в унижении... и нищете...
  Эля с горечью вспоминала те дни. Пока мать была жива, они жили при дворце, но когда её не стало, Эля осталась одна, и её приютил дядя по маминой линии. Он мало заботился о девочке. Она была для него обузой, которую нужно было кормить и одевать. Он был холодным как зимний ветер и вечно ворчал о том, как тяжело ему приходится заботиться о непутёвой племяннице. Делал он это всякий раз, когда Эля возвращалась домой после тяжёлого дня, наполненного заботами о хозяйстве дяди. В нём всегда находилось много работы, - тяжёлого ручного труда, ухода за скотом и садом. Уже тогда Эля узнала, что такое боль и стёртые в кровь пальцы.
  Дядя был рад избавиться от надоедливой племянницы, так что, когда к нему пришли люди канцлера, долго торговаться не стал. Он продал её совсем не дорого. Однако Эля была рада покинуть его дом.
  - Я-то думала, что день, когда меня забрали от дяди, был самым светлым в моей жизни, а оказалось, что нет! И здесь жизнь не лучше... Только выбралась оттуда и снова попала в кабалу, а я так старалась, - с болью выдохнула Эля, вспоминая ноющие мозоли, натёртые во время обучения, - Из кожи вон лезла... За этот шанс ухватилась как за спасительную ниточку! - в этот момент по щекам Эли всегда начинали течь слёзы, - И всё зазря... стёртые на тренировках руки и бессонные ночи. Я столько вложила в это... Вложила всю себя... Себя вылепила с нуля. Думала, что это мой счастливый билет, а оказалось, что нет...
  В этом месте память всегда напоминала Эле образ Фарада. Его надменное лицо и уничижительный крик: "Знай своё место, выскочка!" Теперь уже воспоминания о Фараде стояли на одном месте с воспоминаниями о ненавистном дяде. Только вот новый тюремщик был куда страшнее дяди.
  Он любил мучить своих жертв... и ломать их... Как ломает игрушки капризный ребёнок. В этом смысле канцлер не ошибся с выбором кандидатуры. Если Гюго можно было назвать "пряником", то Фарад, в этой паре, был "кнутом".
  Ему нравилось чувствовать своё превосходство и видеть страх в глазах Элоны. Он считал, что это достойный удел для такой выскочки, как она! Хотя Гюго с ним часто не соглашался:
  - Вы её сломаете... - замечал он каждый раз, когда разговор заходил об этом, - А тогда от неё проку не будет...
  - А может именно это нам и нужно? - парировал Фарад, - Сломанная, но послушная кукла куда лучше для нас, чем то, что мы сейчас имеем.
  - У девчонки есть задатки, - отвечал ему Гюго, - Мы всего за четыре месяца смогли обучить её тому, на что у многих уходят годы, - услышав это замечание Фарад бросил на Гюго недовольный взгляд, но тот набравшись смелости продолжил, - Во многом это произошло благодаря тому, что она сама хотела достигнуть нужной нам цели. Она упорная. Если захочет, то добьётся своего. Её нужно направлять, а не бить кнутом... Согласитесь, она же не лошадь, сир.
  - Не лошадь? - переспросил Фарад, - Она ещё хуже. Если на неё не надеть узду сейчас, то потом она нас затопчет! К покорности её нужно приучать сразу, ибо потом будет поздно. Канцлер ещё поблагодарит меня за такую услугу! - обещал Фарад своему слуге и был намерен добиться поставленного результата, - Это достойный удел для такой выскочки! - повторял он раз за разом, оправдывая свою жестокость. Что-что, а вселять страх он любил.
  И этот страх со временем подтачивал силы Элоны. Ведь Фарад всегда был рядом с ней, а значит и её страх тоже. Там, где страх, было и напряжение, а постоянно находиться в напряжении не сможет никто. Рано или поздно девчонка должна была сломаться и тут расчёт Фарада был верен... если бы не одно "но" и воля случая.
   - И как унять гордость, когда тебе даже права на неё не положено! - сокрушалась Элона, - Быть послушной куклой... Что сделать чтобы душа не болела? Всемогущая императрица, а по собственной воле даже шага сделать не могу... - сетовала она, - Ну и куда я попала, - в золотую клетку? И что же мне делать теперь? - недоумевала она, - А ещё этот надоедливый посол со своим: "Найджин"! - со злостью вспоминала Элона, вытирая слёзы, - Каждый раз, при встрече, он непременно упоминает это имя! И почему оно меня так коробит? Не могу его слышать! Ненавижу его и это имя! Оно ранит меня как нож! Раз за разом, напоминая о моём бедственном положении... Какая же из меня путеводная звезда, когда я сама себе помочь не могу? - выдохнув, Эля всегда возвращалась к главному вопросу, - Что же мне делать? - но найти ответ на этот вопрос Эля не могла. Так продолжалось день за днём, пока не грянул гром.
  

Глава 7

  
  В этот ясный день ничто не предвещало беды и Дэрэк, помня о том задании, что было ему поручено, решил снова наведаться в императорский дворец. Несмотря на холодность со стороны императрицы Элоны, он старался делать это как можно чаще, ведь он же посол, а посол должен быть при дворе. К сожалению Фарад его точку зрения не разделял. Именно в этот день он больше всего мечтал, чтобы при дворе толпилось как можно меньше посторонних. Голова у него гудела ещё с утра и виной всему была Элона...
  Фарад с силой хлопнул дверью императорских покоев и развернулся лицом к пустому коридору. Он едва сдерживал гнев и уже порывался идти за плетью, чтобы осуществить свои угрозы и выпороть эту несносную девчонку! За его спиной продолжали раздаваться жалобные женские крики. Фарад слушал их уже давно. Поначалу мольбы Элоны ему даже нравились, но со временем начали его утомлять. Что же больше всего бесило его, так это поведение Гюго, - тот продолжал нянчиться с девчонкой.
  Без сомнения, Гюго был мастером слова и мог запросто уговорить змею вылезти из кожи, но, по мнению Фарада, ему не хватало жёсткости. Гюго был слишком терпелив и мягок. Девчонка просила свободы, чего Гюго с Фарадом ей дать не могли. Более того Фарад был категорически против любых поблажек, и потому выслушивать мольбы Элоны приходилось Гюго. Он раз за разом объяснял ей причины, по которым Элона получала отказ, но та не отступала и продолжала настойчиво просить, получая при этом новый отказ. Так, сделав круг, они возвращались к отправной точке. Снова и снова. Так что разговоры Гюго с Элоной становился слишком долгими и утомительными.
  - Чёрт бы побрал эту девчонку! - подумал Фарад, стараясь прийти в себя, - У меня голова скоро лопнет от её нытья.
  В который раз Фарад ловил себя на мысли, что проще было бы высечь девчонку, чем с ней говорить. Вот и сейчас он был вынужден терпеть трёп Гюго с Элоной, настолько долго, что нервы его не выдержали, и потому Фарад решил оставить их наедине в императорских покоях.
  Логика Фарада была проста: Да, теоретически девчонка могла выкинуть какой-нибудь фортель в присутствии послов, и это могло стать проблемой, но, чтобы этого избежать вовсе не нужно было тратить на неё столько времени. Достаточно было её хорошенько запугать!
  Однако, как уже говорилось ранее Гюго был куда мягче, чем Фарад, и мог уговорить любого, даже Фарада. Именно поэтому Фарад пока ещё терпел происходящее, но ничто не вечно...
  - А может он просто трус? - подумал Фарад, массируя пальцами виски. Сейчас, когда Фарад отходил от гнева, его посетила интересная мысль. Он подумал, что эти затяжные мольбы могли быть не просто прихотью девчонки, но и её оружием... Уж если Фарад не выдерживал подобных "трелей" от Элоны, то Гюго и подавно, - Ведь он куда мягче, - заметил про себя Фарад, приходя к неутешительным выводам.
  Рано или поздно Гюго мог поддаться её влиянию. Как только Фарад пришёл к этой мысли, его рука потянулась к дверной ручке. Нужно было немедленно остановить эту проклятущую девчонку! Однако в этот момент в пустом коридоре появился чей-то силуэт.
  - Что за? - подумал Фарад приглядываясь, - Здесь не должно быть посторонних!
  Тем временем силуэт начал приближаться и вскоре Фарад смог разглядеть нежданного гостя.
  - Приветствую вас! - произнёс Дэрэк склоняясь в учтивом реверансе.
  - Как вы сюда попали? - спросил Фарад нахмурившись.
  - По лестнице, - честно ответил Дэрек, удивившись такому вопросу.
  - И как он мимо стражи прошёл? - подумал Фарад не скрывая своего удивления, - Напомнить себе, потом выпороть стражу у лестницы! - пообещал себе Фарад и вслух спросил, - Что вам нужно?
  - Я хотел увидеть императрицу и потому прибыл сюда. Слуги сказали мне, что она здесь, в своих покоях, - ответил Дэрэк умолчав при этом, что слуги предупреждали его о том, что госпожа никого не хочет видеть.
  - Она никого не принимает, - тут же отрезал Фарад, подтверждая слова слуг, - Вам лучше уйти!
  - А я как раз хотел... извиниться перед вами, - тут же сменил тактику Дэрэк, - Мы... не очень хорошо с вами познакомились, - продолжил он, подходя всё ближе, - Я думаю, что будет лучше, если мы начнём сначала.
  Фарад смерил собеседника взглядом с головы до ног. Судя по знакам на ленте, что была перекинута через плечо Дэрэка, перед Фарадом стоял типичный дворянин мантии. Такие получали дворянство вместе с должностью и занимали низшую ступень среди дворян. Их статус не передавался по наследству и сохранялся за своим носителем ровно столько, сколько он занимал свою должность. Такой статус можно было заслужить лишь верой и правдой исполняя свой долг. С этим справлялись не все, так что среди дворян мантии было много умелых людей... Гораздо больше, чем среди тех, кто получил дворянство по праву крови, унаследовав его от отца.
  Фарад смерил собеседника взглядом с головы до ног. Судя по знакам на ленте, что была перекинута через плечо Дэрэка, перед Фарадом стоял типичный дворянин мантии. Такие получали дворянство вместе с должностью и занимали низшую ступень среди дворян. Их статус не передавался по наследству и сохранялся за своим носителем ровно столько, сколько он занимал свою должность.
  С точки зрения Фарада они были вынужденным злом. Чем больше страна, тем больше нужно слуг, чтобы проворачивать её 'шестерни'. Уездные судьи, мелкие чиновники, - всегда было много должностей, за которые уважающий себя дворянин не возьмётся. Для таких случаев и существовали поднятые из грязи, - 'дворяне' мантии. Много им не платили, но зато давали возможность называть себя 'дворянами'.
  Фарад считал это возмутительным, но для большинства монархов экономия денег была достаточным поводом для того, чтобы жаловать таким выскочкам привилегии дворянства, хоть и временно.
   Дворянство мантии можно было заслужить лишь верой и правдой исполняя свой долг. Те, кто хотели купить титул, обычно брезговали такой 'почестью', - как дворянство мантии и метили выше, хотя бы в виконты, ибо работы у дворянина мантии всегда было невпроворот. Их назначали на самые сложные и хлопотные участки работы, а кому же захочется чистить авгиевы конюшни? С такой нагрузкой справлялись не все, так что среди дворян мантии было много умелых людей... Гораздо больше, чем среди тех, кто получил дворянство по праву крови, унаследовав его от отца.
  Однако таких "дворян" Фарад даже за людей не считал! Разве они могли сравниться с ним, - потомственным дворянином, что получил свой титул по крови? Разумеется, нет! Однако тщеславие и было той слабостью, что всегда губила Фарада...
  - Уверен, что в числе ваших многочисленных добродетелей есть и благоразумие! - заверил собеседника Дэрэк, продолжая осыпать того похвалой, отчего Фарад смягчался и млел всё больше. Принимая похвалу Фарад выпятил вперёд грудь и размечтался. Да, корона, в воображении Фарада, уже лежала у него на голове, как и несметные богатства, которых он, по его собственному мнению, был достоин, как никто другой.
  Тем временем Дэрэк потихоньку обходил Фарада полукругом, всё ближе подходя к двери императорских покоев. При этом он продолжал нахваливать добродетели Фарада, подчёркивая и его стать и его выправку, которыми его наградила судьба, и прочее, и прочее, прочее...
  Если бы какой-нибудь конь услышал все эти похвальбы и увидел при этом Фарада, то от его истеричного ржания попадали бы все вокруг, ибо Фарад, ну никак не тянул даже на половину тех добродетелей, коими его награждал Дэрэк, но к счастью Дэрэка конюшня была далеко, так что некому было испортить его старания.
  Однако в последний момент Фарад заметил, что собеседник потихоньку перемещается всё ближе к двери императорских покоев, и бросился ему наперерез.
  - Напомнить себе, потом четвертовать стражу у лестницы! - пообещал себе Фарад, осознав, что его чуть было не переиграли.
  - Императрица никого не принимает! - повторил Фарад свой ответ прямо в лицо Дэрэку, но тот не испугался этого. Вместо этого он выпрямился и твёрдо заявил:
  - Но я хочу увидеть Найджин!
  В этот момент мольбы, раздававшиеся в императорских покоях, мгновенно смолкли и внутри воцарилась гробовая тишина. Эта тишина заставила Фарада занервничать. Он прислушался и настороженно перевёл взгляд на дверь, ведущую в императорские покои, а затем назад на Дэрэка.
  У Фарада не было такой силы, чтобы заставить девчонку замолчать, а этот чудак сделал это одним только словом! Посол был странным и что-то в нём заставляло Фарада его опасаться. Уж очень настойчив был этот гость!
  - Просто одержимый! - подумал Фарад и пообещал себе, колесовать, а потом четвертовать стражу у лестницы, - Будут знать, как пропускать сюда всяких ненормальных! - затем он приоткрыл дверь в императорские покои и спиной протиснулся внутрь, захлопнув за собой дверь.
  Чудак-посол в этот момент его интересовала не сильно, а вот посмотреть на то, что произошло в императорских покоях ему хотелось. Внутри покоев Фарад увидел Гюго стоящего над Элоной. Девушка сидела в кресле приходя в сознание, а Гюго обмахивал её платком.
  - Что это было... - вяло спросила Элона поднимая голову и приходя в себя.
  - Один из послов хотел вас видеть, - ответил Фарад, скрестив руки на груди.
  - Тот самый?! - с болью спросила Элона, - Видеть его не могу. Прикажите слугам, пусть прогонят его! - взмолилась она.
  - Сию минуту, - ответил Гюго и тут же вышел за дверь, оставляя Элону наедине с Фарадом. Выражение лица у Гюго было таким, словно он сам был рад выйти наружу и только ждал для этого повода. Вид у него был уставшим и измученным.
  - Всё-таки, девчонка доконает его. Надо действовать быстро... - решил Фарад, оценив внешний вид своего слуги, - Ну! - тут же перешёл он в наступление, - Делай, что тебе велено!
  Элона устало приоткрыла глаза и выдохнула. Она была разбита. Долгие уговоры ни к чему не приводили. За целую неделю просьб она так и не смогла выторговать у своих тюремщиков даже небольшой поблажки. Уговоры не помогали, а силой взять своё она не могла. Оставалось только одно, - подчиниться...
  Выбор был не из лёгких. Небольшая, но яркая крупица гордости, что теплилась внутри Элоны, требовала бороться. Бороться за своё будущее и свободу, но... Что может маленькая крупинка, против огромной бури, готовой стереть в порошок скалы? Эта крупица хранила в себе едва тлеющее пламя. Пламя, готовое погаснуть в любой момент. Элона отвела в сторону взгляд. Ей не хотелось до конца жизни подчиняться Фараду и его прихотям...
  В этот момент в покои вернулся Гюго:
  - Всё сделано, - доложил он, - Я велел слугам выпроводить надоедливого гостя.
  - Отлично, - воскликнул Фарад, - Значит мы можем заняться делом.
  - Как я устала от ваших дел, - робко заметила Элона и тут же поймала ястребиный взгляд Фарада.
  - Ты будешь слушаться или пожалеешь о своём выборе, - грозно прошипел Фарад, заставив Элону опустить взгляд.
  - Найджин! - раздался уверенный крик за дверью.
  Этот крик заставил Элону вскочить и тут же рухнуть назад в кресло. Прозвучавшее слово резало ей слух и сердце, хотя совсем недавно она была рада его слышать, ведь она сама выбрала его в качестве своего титула. Она сама возложила на себя корону поистине звёздного величия, но возможно эта корона была ей велика?
  "Найджин", - это имя горькой усмешкой звучало в ушах Эли. Словно ехидно спрашивало: "На самом ли деле ты та, кем себя называешь?"
  - Безвольная кукла... или звезда надежды... - шептала Эля и на глазах у неё проступали слёзы.
  Что-то внутри Эли пыталось рассуждать. Что у неё было? А что может быть у марионетки? Ничего! Решительно ничего, - ни денег, ни власти, ни заступников... Мда, с такими задатками далеко не уедешь.
  Фарад, формально, хоть и был слугой короны, а значит должен был подчиняться Элоне, но придворные хорошо видели, чья рука ведёт их. За Фарадом стоял канцлер, а это значит, что любая карта Эли будет бита. Как бороться с тем, кто обладает при дворе реальной властью? Любое сопротивление будет задавлено ещё в зародыше. И что тогда? Не решит ли канцлер сам занять престол, а непутёвую императрицу отдать на растерзание Фараду? От этой мысли Элю бросало в дрожь. Она боялась за свою жизнь и не зря.
  Фарад заслуживал того, чтобы его боялись. Он мог выглядеть нелепо, мог быть самовлюблённым самодуром, но за этим фасадом скрывалась жестокость. Жестокость, которая позволила ему привлечь внимание канцлера и проложить ему путь наверх. Именно это качество в нём больше всего ценил канцлер Лашер и именно оно позволило Фараду возвыситься и стать его приближённым.
  Фарад не прощал своих обидчиков. Нелепый вид и скрытая внутри жестокость, - хорошее сочетание для придворных игр. Оно стоило жизни многим врагам Фарада, что неосмотрительно поворачивались к нему спиной, считая его шутом. Эля видела эту жесткость в глазах Фарада, каждый раз, когда он на неё смотрел и ей становилось жутко. В такие моменты, что-то внутри напоминало ей о том, насколько она беззащитна перед этим человеком.
  Но что лежало на другой чаше весов? Безропотное подчинение? До конца жизни играть обидную роль марионетки и терпеть упрёки Фарада. Приятного в этой перспективе было мало, но из двух зол выбирают наименьшее... Во всяком случаи так подсказывал разум и страх.
  - Безвольная кукла... или звезда надежды... - сами собой вырывались слова из уст у Эли, а пальцы сжимались, царапая подлокотники кресла.
  Этот вопрос всё больше терзал Элю и каждый раз, когда Дэрэк обращался к ней, этот вопрос, даже если его и не было в речи посла, возникал вновь и вновь. Эля пыталась оттолкнуть его, но судьба сводила их с послом снова и снова. Правитель и посол, принятый при дворе, вынуждены быть вместе, рядом друг с другом в бесконечной череде официальных встреч и церемоний. Такова была роль "Божественной императрицы" Элоны. Роль послушной рабыни, невольницы, исполняющей прихоти господ.
  Случайное совпадение, маленькая игра слов, безобидная интонация вопроса, может даже не осознаваемая самим послом, такая не умышленная, но причиняла Эле жестокую боль. Один неловкий момент на придворной встрече, а сколько последствий!
  - Век бы не видеть этого посла! - подумала Эля, вспоминая тот вечер, когда он впервые появился при дворе, - Неужели это будет преследовать меня до самой смерти? - при этой мысли её стало дурно.
  "Найджин", - что было в этом имени? Величие растаяло, но остался едкий упрёк. Упрёк, что ядом травил душу.
  - Гюго! - горько взмолилась Эля не в силах терпеть происходящее. Однако говорить не было нужды. Гюго уже повернулся к входной двери и был готов исполнить не высказанную мольбу Элоны и лично вышвырнуть из дворца надоедливого посла, однако, в этот момент дверь приоткрылась и в ней показался слуга.
  - Мессере, тысяча извинений, вы просили выпроводить гостя, - неуверенно начал слуга.
  - Да, и что?! - обрушился на него Гюго.
  - Он не уходит! - беспомощно развёл руками слуга.
  

Глава 8

  
  - Боже, всё нужно делать самому! - выпалил Гюго, выскочил из императорских покоев, забрав с собой неумеху-слугу, и захлопнул за собой дверь.
  - Что за бардак сегодня твориться! - изумился Фарад.
  - Милый мой Фарад, - ответила ему Элона и не удержалась от колкости, - Он у вас каждый день твориться! Взять хотя бы весь этот карнавал при дворе. Когда он уже закончиться?! Я не могу больше!
  - Сколько нужно, столько и продолжиться, - безапелляционно заявил он, - Не тебе решать девчонка!
  - Неужели вам так трудно мне помочь?! - взмолилась Элона.
  - Ха! - усмехнулся Фарад, - и не подумаю. Даже если бы у меня и была такая возможность, то я здесь не для этого!
  - У вас чёрствое сердце... - согласилась с ним Элона и отвернулась. Искорка гордости внутри неё блеснула ярче. Ей захотелось поскорее вырваться из этого места.
  За дверью императорских покоев поднялся шум и крики.
  - Найджин! - раздался голос Дэрэка, резанув ей слух и заставив плакать.
  - Боже, и за что мне это... - бессильно взмолилась Элона, - Мне больно слышать это имя! Ну сделайте хоть что-нибудь! - внезапно закричала она, подавшись вперёд.
  На миг во взгляде Фарада промелькнуло удивление, но потом его взгляд блеснул злобой:
  - Знай своё место, нищенка! - прошипел он не в силах больше сдерживать свой гнев, - Тебя здесь никто не спрашивал!
  Эля бросила взгляд на Фарада и сердце у неё екнуло. Шестое чувство отчаянно кричало ей о том, что нужно повернуть назад. Не спорить в Фарадом, ни здесь и не сейчас, ведь на Элю смотрели глаза от которых веяло холодом и от этого становилось не по себе. Так мясник смотрит на приведённую на убой корову.
  В глубине души Фарад жаждал получить отрицательный ответ, ведь этот ответ должен был развязать ему руки, и какая-то часть Эли понимала это.
  - Дай, мне только повод... - вспомнила Эля его слова и по коже у неё побежали мурашки.
  Внутри Эли разгорался пожар:
  - Безвольная кукла... или... - металась внутри Эли мысль, перебивая вопли шестого чувства.
  - Это погубит тебя! - в страхе ревело шестое чувство, призывая остановиться.
  - Найджин! - раздался очередной крик из коридора и внутри Эли что-то хрустнуло. Сломалась плотина, что сдерживала бушующие внутри неё чувства.
  - Не смейте со мной так разговаривать! - Элона встала и выпрямилась во весь свой рост. И хотя Фарад был больше и сильнее голос Элоны не дрогнул. Он был резок и чёток. Он разлетелся по покоям и эхом отдался в коридорах дворца. Крики в коридоре стихли и весь дворец замер, услышав эти слова, ибо в них была сила, - Я есть Найджин! Я, - императрица!
  Лицо Фарада выглядело растерянным, но ровно долю секунды, после этого его глаза наполнились яростью.
  - Да, как ты смеешь... - внезапно спокойно произнёс он и двинулся на встречу Элоне.
  Шестое чувство внутри неё завопило что есть мочи, предвидя скорый и болезненный финал: "Он тебя сейчас убьёт!". Однако Элона не дрогнула, хотя желание бежать и было велико:
  - Уж если и встречать конец... то стоя, - решила она, глядя на мрачно надвигающегося Фарада.
  В этот момент дверь в императорские покои приоткрылась и в ней показался Гюго.
  - Чёрт! - произнёс он и бросился наперерез Фараду, - Господин подождите, не делайте этого! С нас головы снимут. Умоляю, - остановитесь!
  - Да, плевал я... - начал было Фарад, но осёкся. Кто-то вежливо постучал во входную дверь, заставив Фарада остановиться.
  Дверь в императорские покои скрипнула и снова приоткрылась, только теперь в дверях показался тот самый "надоедливый посол", - Дэрэк. Он учтиво поклонился и прошёл внутрь.
  - Твою ж... - скрипнул зубами Фарад и бросил неодобрительный взгляд на гостя, - Прорвался всё-таки! Ну ничего выпроводим, - подумал он, а затем прошёл рядом с Элоной, развернулся, и встал у неё за спиной. И прежде чем она смогла что-то возразить Фарад положил ей руки на плечи. В этот миг Элона вздрогнула и оторопела от страха, уж слишком близко руки этого человека оказались от её феи. Со стороны могло показаться, что заботливый отец стоит на страже своей дочери... если только не смотреть в её испуганные глаза.
  - Зачем вы нас беспокоите? Уходите! - повелительным тоном рявкнул Фарад на Дэрэка.
  - Но я... - начал было Дэрэк и тогда Фарад рявкнул ещё раз: "Уходите!" - вид при этом у него был красноречивей любых слов.
  Взгляд Дэрэка переходил от Элоны к Фараду и назад. Посыл Фарада был максимально прямолинейным, но что-то во взгляде Эли приводило Дэрэка в замешательство. Её взгляд... Она словно молила о чём-то, и эта невысказанная просьба шла в разрез с призывами Фарада.
  - Вон отсюда! - рявкнул ещё раз Фарад.
  Дэрэк заколебался и ещё раз взглянул в глаза Эли:
  - Да какого... - подумал Дэрэк и сделал шаг вперёд, - Сударыня, я прошу прощения за то, что прервал вас в столь неподходящий момент, но... не соблаговолите ли вы сделать мне компанию?
  - Чё-ё-ё?! - опешил Фарад, после возникшей паузы.
  - А вот я не против! - тут же подала голос Элона и выскользнула из рук Фарада.
  - Но... - попытался возразить Фарад, однако тут же был упреждён Дэрэком:
  - Вы же не будете перечить своей госпоже?
  Услышав этот вопрос Фарад стал красным как помидор. Да, разумеется, в его руках была реальная власть во дворце. Однако все в этой "пьесе" играли свою роль, и он не был исключением, а его роль, - это роль слуги императрицы.
  - Господин, только не при гостях! - тут же напомнил ему на ухо Гюго, - Канцлер нас повесит, если его план сорвётся.
  Фарад был самой влиятельной фигурой при дворе. Однако он, хоть и формально, был слугой... Слугой его императорского величества, а значит должен был подчиняться ему. Так что Фараду ничего не оставалось, как отпустить Элону... по крайней мере пока.
  Быстрым шагом Эля вместе с Дэрэком покинула императорский дворец.
  - У меня такое чувство, что над вами пронеслась буря, - заметил Дэрэк выходя из ворот императорского дворца.
  - Это... долгая история, - ответила Элона, набрав воздуха в грудь, - Но в любом случае, спасибо вам... Это было неожиданно, - девушка бросила на Дэрэка оценивающий взгляд.
  - Мне показалось, что вы очень хотели оттуда уйти. Не мог же я вас бросить! - ответил Дэрэк и спросил, - Что же мы будем делать теперь? Насколько я понимаю назад вы вряд ли захотите вернуться.
  - Я... - девушка задумалась. В голове у неё кружились мысли, - Я не знаю...
  Шестое чувство ещё бушевало внутри Элоны, предвещая грядущий апокалипсис и конец света, но потихоньку на его фоне пробивался и голос разума. И был он крайне лаконичен: "Нам нужны союзники".
  Мда, с этой мыслью было сложно спорить. Возможно сейчас Элона и была в безопасности, но Фарад как сказочный дракон, караулил каждый сантиметр императорского дворца. Вряд ли он останется доволен сегодняшними событиями, так что, союзники Элоне понадобятся.
  - Тогда позвольте спасти вас от этого кошмара, - улыбнулся Дэрэк, - В городе есть немало мест, что смогут развеять вашу тревогу.
  - Думаете? - Элона прикусила губу и подняла на Дэрэка свой взгляд. Перед ней стоял симпатичный парень. Может немного наивный и простой, но честный. Хотя... возможно, что именно это и было его главным достоинством. В придворных играх честные встречаются редко, - А вы очень настойчивый! - отметила Элона, не скрывая своего удивления.
  - Почту за комплимент, - ответил ей Дэрэк краснея, - Может даже слишком, - подумал он, задним числом оценивая сегодняшний визит во дворец. Может где-то он и перегнул палку... Ну если только совсем чуть-чуть!
  Элона не отрывала заинтригованного взгляда от своего невольного спасителя, а потом произнесла: "Тогда мы с вами похожи... Только у меня будет одна просьба... Не говорите это слово".
  - Какое? - изумился Дэрэк, - Най... - он осёкся, увидев резкий взгляд девушки.
  - Это слово! - прервала его Элона.
  - Как же мне тебя называть?
  - Эля, - ответила девушка и протянула ему руку.
  
  
  
  
Продолжение следует

© Никитин Александр Викторович, 08.01.2026 - 11.03.2026 года

  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"