Нам жизнь навязана; ее водоворот
Ошеломляет нас, но миг один - и вот
Уже пора уйти, не зная цели жизни...
Приход бессмысленный, бессмысленный уход!
Омар Хайям (18 мая 1048 - 04 декабря 1131) - персидский философ, математик, астроном и поэт
Подъездные пути на станцию Сулук строили такие же, как и мы, военные строители - там ещё много чего необходимо следовало доделывать и переделывать. Выяснилось, что многое из бравурно -комсомольского песенного репертуара, про "комсомольскую стройку" - такой же вздор, как и вся прочая партийная агитация.
Возможно некоторая часть комсомольцев - и правда отправилась сюда "по комсомольским путёвкам" так сказать по велению сердца. Но основную работу сделали - с одной стороны - ЗэКи до 60-х годов, а с другой - железнодорожные войска.
По большому счёту ЖэДэВэ от первых не сильно отличались, возводя самый тяжёлый - восточный участок БАМа. Но самое главное оказалось, что практически весь БАМ - сплошная одноколейка. То есть только один путь, а идущие навстречу поезда расходились исключительно только на специальных немногочисленных "разъездах".
Очень важный момент - на лето 1982 года БАМ ещё не электрифицировали, и электровозы там отсутствовали. Работали только дизельные тепловозы. По долгу службы командование полка отправляло нас в наряды на кухню местной воинской части для выполнения подсобных работ.
После первых нарядов по столовой, а она дислоцировалась в местной воинской части курсанты начали, делится информацией о том, что их там их постоянно и методично избивают местные старослужащие бойцы. Обычно по окончанию наряда их пропускали через так, называемый "живой почётный бамовский эскорт", который состоял их прослуживших там более года черпаков.
Они образовывали живую цепь в два ряда и с удовольствием мутузили кулаками и пинками кирзовых сапог проходивших по ней курсантов нашего полка. При этом они приговаривали:
- Мы научим вас сынки как достойно служить на БАМе !
Среди них особой жестокостью выделялся старшина подразделения по национальности - чеченец, который являлся дежурным по столовой. Его любимой фишкой было избиение молодых ударами кирзовых сапог в пах, то есть в область мужских детородных органов.
Этот подонок - извращенец сладострастно наслаждался, когда от его метких ударов жертва падала на пол в столовой. Она, согнувшись пополам, корчилась в судорогах от болевого шока, схватившись за покалеченное место двумя руками, и громко стонала от невыносимой боли.
Для него высшим наслаждением являлось унижение и причинение страданий вновь поступившему в часть пополнению. Какое количество молодых солдат этот изувер избил и покалечил, таким образом и, которые впоследствии, не смогли, стать отцами своих детей из-за фатальных повреждений своих детородных органов история умалчивает.
Но странное дело даже его земляки - кавказцы ненавидели и презирали его за эти зверские повадки и садистские наклонности патологического характера. После окончания наряда основная масса курсантов понуро потянулась к коридору "почётного эскорта".
Витя Маланин, Стребков Гена, Витя Зейденц и я поступили неординарно, сломав обычные шаблоны поведения молодых, мы вчетвером дружно и решительно направились на выход в противоположную сторону через овощную кладовую к тыльной стороне столовой.
Во главе нашего ударного кулака уверенно двигался искушённый боец - рукопашник широкоплечий кряжистый Маланин Витя- "Маланья". Несколько тушек старослужащих бодро попытались нас тормознуть со словами:
- Здесь "Гуси" не ходят и не летают !
Но Маланин особо не церемонясь, легко качнувшись от встречного кулака, чуть вправо выпрямился как жёсткая боевая пружина, выстрелив первому бедолаге своим пудовым кулаком точно в челюсть. Черпак словно пушинка поднялся вверх и боком полетел спиной к порогу выходной двери.
Бренные тушки остальных "бамовских волков", разинувших рот от неожиданного дерзкого поведения молодых бойцов мы раскидали ударами своих рук и ног и спокойно вышли из столовой.
Гена Стребков, проходя мимо одной из жертв Маланина, не удержался от соблазна и ещё раз смачно приложился к нему со словами:
- Отдохни сучёнок пока мы на прогулке !
Пострадавшие бойцы - старослужащие с охами и ахами вставали, хватаясь за ушибленные места, и крича нам вслед отборную нецензурную многоэтажную брань, на которую мы не реагировали. Отойдя некоторое расстояние от столовой, наша боевая группа снова попала в нешуточный переплёт.
В столовую за подчинёнными курсантами, исправно отработавших наряд, отправился молодой лейтенант одного из взводов 1-го батальона. На подходе к местной воинской части его встретила местная гопота старослужащих с Кавказа и со словами:
- Сейчас мы тебя поучим литёха как правильно служить на БАМе ! - набросилась на него словно свора волков.
Лейтенант Виталий Пранозин - двухгодичник ("пиджак" - прим. от авт.) призывался из Харькова и оказался не робкого десятка, оказав им достойное сопротивление. Впоследствии мы от него узнали, что до армии он занимался боксом и достиг хороших результатов, уверенно выполнив первый разряд в полутяжёлом весе.
Высокого роста и крепкого телосложения он вьюном, кружился вокруг кавказцев, отправляя их в нокдаун и нокаут одного за другим. Гопота, осознав тот факт, что с наскока завалить летёху Пранозина не получится, моментально сменила тактику и взяла его в жёсткие клещи.
Они окружили свою добычу со всех сторон, словно волчья злобная стая, выхватив поясные ремни с медными бляхами. Один из кавказцев нанёс предательский удар лейтенанту сзади в голову и тот поплыл, теряя опору под ногами.