Ночью мы голые лежали под тонкой белой простынёй. На балкон была открыта дверь. Дул прохладный, освежающий ветер. У меня замёрзли кончики пальцев на ногах, которые торчали из - под простыни. Очень захотелось закрыть балкон, но вставать не хотелось ещё больше, поэтому я забил на свои замерзающие кончики)). Она, кажется, спала. Или притворялась, как я. Я люблю притворяться, что сплю. А она любит класть свою голову на мои волосатые колени, я же - на её тёплую грудь. Спать она любит на моей безволосой груди, я же, в свою очередь, - на её мягких коленях. Мне нравятся прикосновения длинных волос.
- "Я не дам тебя обижать", - сказал я, не надеясь быть услышанным.
- "Спасибо", - неожиданно прозвучал её голос в тёмной комнате (тоже не спит).
- "Спасибо большое, что сказала мне", - нашёлся я и добавил: "А почему сразу на сайте не сказала?".
- "Я думала, ты не захотел бы тогда приехать".
- "Почему?", - улыбнулся я.
- "Ещё спрашиваешь?..".
- "А твои родители знают?".
- "Нет, не думаю, что когда - нибудь отважусь рассказать им".
- "Хочешь, вместе скажем? Вдвоём легче", - предложил я.
- "Не надо. Потом", - устало проговорила она.
Немного погодя, я сказал:
- "Ну, он ведь не передаётся воздушно - капельным путём, и через слюну не передаётся, если во рту нет ранок. А секса у нас с тобой и не было".
- "И не будет", - добавила она, а я улыбнулся ещё раз и поцеловал её губы, словно желая доказать, что ничего страшного не произойдёт.
- "А ты знаешь, от кого?", - спросил я.
- "Да", - ответила она.
- "Вы говорили после этого? Или он и сам не знал?".
- "Сказал, что не знал. Но мы не общаемся больше".
- "А ты пыталась искать такого же? Я слышал, у таких родителей могут родиться совершенно здоровые дети".
- "Нет пока. Я не хочу отношений. Просто одиноко иногда бывает", - сказала она, ухватилась за мой большой палец, вся задрожала, а подушка стала мокрой. "Ну ты и придурок, Николаев!", - разозлился я на себя и свою бесконечную тупость.
- "На мой номер тебе можно звонить в любое время", - долго думав, сказал я и нескладно обнял её.
Утром мы тепло попрощались. Я пообещал придти завтра. Мы договорились погулять по городу и забраться на колоннаду Исаакия на выходных. К тому же, я там ни разу ещё не был.
Мне её жалко. Я вышел из парадной и посмотрел в её окно, на последний, седьмой этаж. Она стояла за ним и, увидев, что я обернулся, улыбнулась и помахала мне своей тонкой рукой. Я (впервые за долгое время) искренне (по - настоящему, без натяга) улыбнулся и помахал ей в ответ.
Она одна живёт на Петроградской, напротив "Сенатора" в уютной однокомнатной квартире красивого семиэтажного дома. Ей 24 года.
У неё СПИД.