Открыла лениво томик Тушновой,
Поможет мне время в пути скоротать.
Рифмы на слёзы, любовь всё не ново.
Надо в дорогу Устинову брать.
Вдруг словно током ожгло. Коротнуло.
И отчего сердце рухнуло вниз?
Будто ступила на минное поле.
Словно я стала на узкий карниз.
Дохнула черёмуха горькою грустью.
Бездумная ночь отзвонила - пора.
Я мчалась, взлетала по лунному блеску.
И вслед её строки желали добра.
И запах смолистых набухнувших почек,
И моря расплавленного глубина,
Всё было мне близко, до боли знакомо.
И эти стихи мне желали добра.
Звенели они тишиною хрустальной.
Порой очень робко, как проба пера.
Дыхание Таллина, сто часов счастья
Они обещали, желали добра.
Пришпилено к сердцу булавкой навечно:
'Прощаться не будем со всем дорогим.
Хотя мы уходим, но всё остаётся.
И, поручается просто, другим ...'
