В грязь лицом тебе ль не поклонюсь,
След босой ноги благословляя, -
Ты, бездомная, гулящая, хмельная,
Во Христе юродивая Русь.
М. А. Волошин.
Когда померкнет Свет, сомкнутся ставни -
Настанет мой черёд грехи и камни
Стезей своих уныло собирать.
Пока не поздно, прежде чем предстать
Пред Тем, кто отделит от плевел зёрна,
Я помолюсь о том, чтоб не притворно
На небесах, где постриг не принять,
Суду без колебаний мог сказать,
Что зыбкость грани чести и бесчестья
Давно постиг: не плёл интриг и в лести
Мне (фимиаме) - нет с рожденья брода.
Нет, не святой, но заповедей своды
Чтил, как умел: не лез в чужой карман,
Не доносил, не почитал обман,
И ближнего в минуту раздраженья,
Как некие с тупым остервененьем,
Ногою с отвращеньем не пинал,
Хотя рассудком где-то понимал,
Что жалость мне добром не обернётся:
Сторицею она назад вернётся
Людской неблагодарностью - в породу
Заложенною некогда природой.
Кружит дорога, вьёт веретено
Желаний низких, с ними заодно
Пороков нить и зависти тенета,
Им несть числа и не найти совета...
Но если жизнь дарована мне свыше,
То пусть Господь увидит и услышит:
Я верую в библейские заветы!
В сомненья миг не требую ответа -
За что?
А счастлив только, что дышу;
Не за себя - за ближнего прошу:
Прости ему, Отец, он слаб душою,
От слабости пороки и, не скрою,
И сам я слаб, но чашу, что дана
Раскаянья - готов испить до дна,
Превозмогая страсти и искусы;
Так помоги, Господь, мне, Иисусе
Спокойно созерцать и не винить,
Когда не в силах что-то изменить.
2
Но дай возможность выразить словами:
Не виноват народ, кто правит нами
Довёл его до злого отупенья.
Опять сменился строй, в одно мгновенье
Паяцы и шуты придворной марки,
Оттяпав кус, полезли в олигархи
И правят наравне с продажной Думой.
Лукав искусник рыжий, хитроумный
На переломе Дьявол выбрал трюк:
Всучил бумажки - взятый на испуг,
Что обдерут последние карманы,
Наивные (а кто и за стаканы)
Продали за бесценок и, в итоге,
На пенсии протягивают ноги,
Лишившись даже части нацбогатства,
А мафиозно-клановое братство
Качает из страны, бесясь от жиру.
Тем временем, вытягивая жилы,
Хватившие с лихвою лихолетий,
Пред кем страна по маковку в ответе -
Не противляясь по-толстовски, мрут.
Прекрасно всё -
Как лгали, так и врут
Вершители судЕб.
Растёт доход.
Как нужно ненавидеть свой народ?!...
Прок от стабилизирующих фондов
Грядущих поколений?
Ведь из фронды
Не вырастет народонаселенье:
Воочию родителей мученья,
Увидев, пожелает кто родить,
Чтоб нищету подобную плодить?
3
Где отыскать причины нелюбови? -
Начать с того, что на невинной крови
И на костях почти весь прошлый век
Хотел построить счастье человек,
Ниспосланный из Ада Сатаною.
Закрыли тучи небо над страною
И над людьми, забывшими истоки,
По пайкам жизнь, расстрелы, голод, сроки;
Цвет нации рассеян за границей,
Кто не успел - в загоне, по темницам,
А вместо хлеба - лозунги.
Обрыдло!
Так планомерно обращался в быдло
Народ,
В, родства непомнящих, Иванов,
Под зовы шарлатанов и тиранов
Разноязычных и поправших Веру,
Отгрохавших нелепую химеру
Навязанного на неволе братства.
А ненависть - есть пережиток барства,
Презренья черни и боязни рока
Быть свергнутыми ею ненароком.
Из ненависти, как и от боязни -
Репрессии, цензуры кнут и казни.
В законе равнодушия растленье,
И грех самих себя неуваженья;
Вот, сиречь, черви, есть они виною,
Что точат, разъедая, все устои:
Витает Демон, сея тут и там
Безверья срам, за грош скупая тыщи -
Забвения родного пепелища,
И нелюбовь к отеческим гробам...
4
Забиты головы: с экранов и манежей
Биланы, сериалы и всё те же:
Футбол, олимпиада под контролем
правительства -
издевка! И доколе
Во времена чумы продлится пир?
Смеётся, удивляясь, целый мир,
Как нам умеют головы дурить,
Лишь только б не удумали корить
Своё родное барство-государство.
Всё схвачено!
Намедни сел на царство
Галерного раба тот протеже,
Что был ещё не избран, а уже
Пыля одеждой, мчит Верховный клир
На верность присягнуть успеть,
в эфир
Летит: "Храни Царя сия о, Боже";
Апофеоз!
Сумняшеся ничтоже,
Сам патриарх челом о скипетр стукнул:
Монархия, виват!
И чуть не рухнул
В избытке чувств.
М-да, гаер отдыхает.
Вот это цирк...
Тут зритель замечает:
Неловко улыбнулись президенты
Недавний с тем, который в претендентах.
Ведь должно быть по правилам иначе:
Помазанника, иже с ним, в придачу
Со свитой - патриарх благословит
На службу государеву,
велит
Радеть о людях, Родине,
Свободы не ущемлять.
В ответ же принародно,
Подобострастно выслушав наказы,
С почтением (кто Богом был помазан)
По протоколу поцелует ручку:
Божественную.
То-то, недоучки.
Не зря чукотский новый Аввакум,
Набравшись невесёлых, горьких дум,
Раскол утеял Православной церкви;
Да выдержат ли святотатство нервы:
Смотреть сращенье пастырей духовных
Со властною структурой.
Не позорно ль:
Религия и совесть, государство
Теперь едины,
экое коварство!
Эх, в семинариях учили б дети Маркса:
Вот он давно сказал, что государство -
Насилие.
Так как же совместить
Насилие и душу? Не простит,
Я думаю, вам паства эти блудни.
А что чукотский? Скажут, что приблудный
И упекут, ей Богу упекут,
Не упекут - так точно расстригут.
5
Мечтается, когда сидишь с тетрадкой...
Вот я б для наступленья жизни сладкой
Собрал Собор и накрапал предъяву
Приемникам и тем, кто не по-праву
Сундучат недра и в мошну сливают -
Пусть мне моральный вред и возмещают:
Хорош хомячить деньги от народа,
Пора делиться - кыш, братва, под своды!
Восстановите до единой церквы,
Часовни, храмы.
Верую, что в первый,
Тот светлый миг, когда последний гвоздь,
Натруженной рукой зажатый в горсть,
Найдёт под молотком свою стропилу -
Знаменье будет:
Сгинет мир постылый
В небытие.
Отчизна возродится,
Да так, что не понять: то явь иль снится.
До той поры не будет нам Креста,
Как не вернуть с распятия Христа.
И ничего не сменится в России -
Всё тот же обаяшечка красивый
На троне Царь, как барин, что рассудит,
В водице мутной олигархи удят.
Безмолвствует народ.
Ау, поэты!
Поэтов нет - а, значит, нет ответов...
6
Вода вращает то же колесо,
С экранов ухмыляются в лицо
Воспрявшие нацисты и расисты.
Нас отовсюду выгнали со свистом,
А здесь брезгливо встретили отряды
Из беженцев, зато безумно рады
Оставшимся в упряжке сателлитам,
И валят им,
Империи пропитой
Нахлебникам, без толку и без меры -
Всё великодержавные манеры
Свои никак не можем позабыть.
Чечня пример. Чего её кормить?
Уж мало нам поминок по погибшим,
Когда от пьянки голосом осипшим
Грачевы их на гибель посылали?
А сколько бы сейчас понарожали
От тех ребят с Камчатки и со Ржевки?
И не сидели б наши дочки в девках.
Трусит за нами ставленник московский
Покамест перед носом пук морковки,
А стоит только чуть его убрать -
И злейший враг объявится опять
Из-под овечьей и смиреной шкуры.
Так для чего, ответьте, шуры-муры?
И, помяните!
Уготован розный
Нам с Грозным путь, пока ещё не поздно -
Нехай живэ-пасэться без наследства,
Как прочие.
Пора расстаться с детством.
7
Всех промахов, увы, не сосчитать.
Так, может, честь, как говориться, знать?
И хоть забот - кружится голова,
Всё трут, вращаясь, те же жернова,
Мирян сминая и круша надежды.
Но верую в исход:
Из жизни прежней
Не грязью жирной чавкая и ржавой,
Не как скоты понуро на потраву,
Ведомые не дураком -
Пророком,
Не Моисеем, может быть, и сроком
Не раньше тех же сорок-сороков,
Но сбросив путы рабства,
и оков
Вериги сняв в пустыне аравийской,
Войдём во обновлённый храм Российский:
Свободными
И жизнь украсим сами
Злачёными, резными куполами
Так, чтоб Господь почаще замечал.
Поэт когда-то это завещал...
Эпилог.
Сумбурен монолог.
Но за Державу
Обидно мне,
и потому по праву
И совести поэта-гражданина,
А лучше,
проще - любящего сына -
Россия-Мать!
Края твоей одежды,
Целуя, грешный, припаду в надежде:
Вернёт в мораль всем причтом справедливость
Святыни рода: совесть и стыдливость,
Воздастся всем по Вере и по мере,
Да будет так -
я бесконечно
Верю!
PS
Чем крепок дух? Нужна всего лишь малость:
Убить в себе раба, к себе же жалость;
Тогда достойно праведные вежды
Закроешь, покидая мир мятежный,
Чтоб не молить на смертном одре -
Сгинь,
А, твёрдо глядя, вымолвить:
Аминь!
![Верую [В. Загарских]](/img/n/nikolaj_manackow/werujuispowedx/pogosty1.jpg)