Хруст стекла под ногами....
-Нам здесь делать нечего. Уходим отсюда немедленно.
Но сижу на коленях, не двигаясь, а глаза полны слез.
- Они тебя не любили, опомнись! Не стоит о них горевать, - он подскакивает ко мне и начинает яростно трясти за плечи.
Если бы я не была такой размазней, то ударила его по лицу, не раздумывая, но вместо этого разрыдалась еще сильнее.
- Поехали ко мне на Север,там нас никто не найдет. Они тебя не любили, зато я...
Я уставилась своими зареванными глазами в его грустные прозрачные глаза.
- Я люблю тебя, - и он добавил, сильно прижавшись ко мне, - пошли.
Я, рыдая, начала говорить:
- Подожди... надо... собрать ценные... вещи... И...и...
- Молодец, - зашептал он мне на ухо, затем начал меня приподнимать на ноги.
Меня всю затрясло, а он принялся рыться в этом ужасном бардаке, но я его остановила.
- Я сама...
Ну, вот, и все... я одна. Мои родители мертвы... слуги разбежались и разгромили весь дом, пока я с Алларианом пряталась в шкафу.
И вот мы сейчас вдвоем посреди этого хаоса.
- Пошли за мной, соберем все, что можно будет продать...
Аллариан половочил штору и пошел за мной.
***
- Она останется здесь!
- Сопляк, да, как ты смеешь мне перечить! Это же отродье проклятого Тариэльяна! Ее хотят все растерзать! Я не пущу ее в дом!
- А кто тебя спрашивает, - грубо пихнул своего отчима Аллариан и втолнул меня в свой дом. Затем он затащил меня на второй этаж и, улыбнувшись, сказал:
- Пожалуйста, посиди с маленьким Консом.
Затем хлопнул дверью со всей силой. И за ней раздались грустные крики.
В комнате на полу за книгой с аэйровийскими символами сидел мальчик лет семи, разительно отличающийся от Аллариана. Его лицо было узким и без ярко выраженных скул, глаза, как и волосы были темными. Он вздохнул:
- Ну, вот они опять. Как меня это достало. Как я хочу отсюда уехать. А ты кто? Подруга Аллара? Меня зовут Константин, можешь просто Консом звать.
- Кордилина. Или просто Лина.
Глаза мальчика расширились:
- Ого-го-го! Самая богатая девочка!
- Сейчас нет, - заплакала я.
- Ну-ну, - мальчик подошел ко мне и сел на колени. - Все хорошо. Все станет хорошо. Так говорит Аллар. Я ему верю. А ты?
- Я тоже.
***
- К сожалению, дали только столько, - Аллар бросил на пол мешок с монетами. Я пересчитала их.
- Этого вполне хватит. Но как же ты... тебя не отправят обратно?
Он хитро улыбнулся:
- Я заставил отчима подписать бумаги, где он отказывается от меня. Заоодно подсунул и другую...
У меня сильно застучало седце. Аллар тем временем спросил у братика, изучающего другую книгу. Я знала, что он поменял обложку и читает книгу на аэйровийском на самом деле. Но не стала ничего говорить.
- Конс! Хочешь уехать отсюда и от орущего отца?
-Уехать? - у мальчака ажзагорелись глаза. - Да!
Я тихо спросила у Аллара:
- Что за бумага?
- О смерти Константина Вертэрнэйджа. Теперь он мой младший внебрачный брат Алексий Зайшарри.
Сердце у меня едва не выскочило, а в глазах помутнело:
- Как же.... это опасно...
- Ну, ты и трусишка.Я тут кое-кого знаю, что....
Он принялся объяснять, а у меня все поплыло перед глзами. Но тут я почувствовала прикосновение его губ к своим, и я вся встрепенулась.
- Все хорошо. Все будет хорошо. Непременно.
***
Я схватилась за борт и оброкинулась, чтобы вся пища оказалась не на борту корабля, а в море.
Меня похлопал по спине Аллар:
- А ты думала, будет легко? Ты вот, можешь, не видишь, но я до ужаса боюсь воды.
- Да? - еле спросила я.
- Тут так восхитительно! - к нам подскочил Алексий. Я быстро научилась называть его по этому имени, а вот Аллар до сих по запинается.
- Как же ваш дядя, детишки, не боится переправлять вас аж с Запада на Север?
- Дядя поссорился с родителями, - грустно проговорил убедительно Аллар. - А мы любим и дядю, и маму с папой. А они все занятые. Прямо до ужаса.
- А шторма не боитесь?
Алексий расплылся в улыбке:
- Мы ничего не боимся!
***
Судно сильно качало, как и меня, однако нас обоих держал Аллар, словно птица, высиживающая своих птенцов.
- Аллар, когда это прекратится? - плакал Алексий.
- Скоро...очень скоро. Но скоро будет наш новый дом... не беспокойся...
Мальчик еще сильнее сжался:
- Мне так страшно.
Аллар дрожал, но улыбнулся:
- Прорвемся. Обязательно.
***
И вот этот дом. Весь в зарослях. Заброшенный. Никому не нужный. И...
... страшный.
- Аллар, мы будем жить здесь? - прижался ко мне Алексий, сжимающий все ту же книгу.
- Да. Мы все здесь отмоем, и вы увидите, как тут хорошо, - и Аллар поцеловал меня в щеку.
- Фу. А в другом месте нельзя? - скорчил рожу Алекс.
- Хорошо-хорошо, - я потрепала по голове его. А сама едва улыбнулась.
Неужели это действительно новая жизнь? Где больше не будет страданий?
Я так надеюсь на это.
***
Я сидела в тесной каморке стражника и вся тряслась.
- Еще раз поворяю. Ты чья? Случайно не попыталась из приюта сбежать?
Но я лишь злилась слезами и помотала во все стороны головой.
И тут дверь распахнулась и вошел какой-то грязный дед, которого сопровождал Аллар.
- Это моя пачерица. Кордилина Зайшарри. Я ее и его брата взял из приюта.
- А если я проверю?
- Да, кто этих даэйгоров проверяет?
Стражник посмотрел на меня с отвращением:
- Даэйгор? - потом закричал. - А, ну, свалили отсюда все!
И вот, возвращаясь, обратно дед плюнул на дорогу:
- Надо же. Отпрыск Евгеши вернулся, да возьмет его душу на вершины Всетворец. Я уж надеюсь, что не придется на самом деле за вами оборванцами следить?
- Не, дяд Вась, мы сами. Просто чтобы стражники не доставали.
- Ну, и отлично, - хмыкнул дед и пошел прочь.
- Как ты уговорил его?
- Дал огненнной водяры, вот, и все. Извини, Лина, я забыл, заранее все сделать. Низины погреби, я же ведь почти взрослый.
- Нам только 15, а Алексу - 7. Мы еще дети.
- Хоть мы и дети, мы справимся со всем вместе. Пошли, Лина, там еще много работы сделать надо.
***
Теперь дом не выглядел заброшенным. Он словно приглашал нас вовнутрь, и мы приняли его теплое гостепрееимство. Алекс принялся бегать по этажам, а мы с Алларом легли на кровати родителей. Вскоре Алексий оказался между нам и задремал, напрыгавшавсь.
Я вздохнула:
- Неужели....неужели... Аллар... мы ... счастливы? Как такое возможно?
- Немного удачи, немного упорства, и вот. Мы счастливы. Еще многое предстоит решить, но давай сейчас отдохнем.
Я перевернулась на бок и заулыбалась:
- Я... такая... пугливая... ранимая...познакомилась с таким...
Аллар тоже перевернулся и улыбнулся:
- Каким?
- Смелый. Отважным. И...и...
Он привстал на локоть и произнес:
- Я тоже тебя сделаю смелой, не беспокойся. Ты очень сильный маг, но слабый человек, но ты мне кажешься искренней... и я сделаю тебя сильнее... я обещаю... Лина. Ты раскроешь свой талант.
Он легонько поцеловал меня через Алексия и сам начал спать.
А я же долго не могла проверить в происходящее.
***
- Лина...
Я еле раскрыла глаза, и не сразу поняла, что произошло. Меня легонько тормошил Аллариан, выглядел он обеспокоенным.
- В чем дело?
- Я тебе столько раз сказал, что я люблю тебя, а ты мне ни одного. Ты не любишь меня?
Я резко проснулась и круглыми глазами уставилась на него:
- Аллар?
- Лина... скажи прошу...
Я резко поцеловала его в губы неуклюже, а потом с трудом выговорила:
- Конечно же, люблю.
В ответ Аллариан яростно впился в мои губы и обхватил мое тело в сорочке, попытаясь ее снять, в ответ я закричала и вскочила с кровати:
- Не сейчас! Прошу! Мне страшно! Только после свадьбы в 19 лет!
Мне стало не по себе, но Аллар лишь рассмеялся:
- О, ты такая милая. Хорошо. Я даю обещание тебя не трогать до свадьбы. Но целовать-то можно?
- Целовать можно, - я принялась тяжело дышать.
К нам прибежал Алекс:
- Что случилось?! Лина, ты кричала?!
- Ничего страшного... просто упала с кровати.
- Можно я с вами посплю? Мне теперь страшно возвращаться.
Мы с Алларианом заулыбались и произнесли в голос:
- Да.
***
А дальше понеслась рутина. Тех денег, которые выручил Аллариан, с продажи последних ценностей, хватило только на переезд, а есть хотелось, и приходилось как-то выкручиваться.
Мне было постоянно страшно, поэтому на заработки я отправлялась вместе со своим любимым. Для начала я сходила в банк, представилась как Кордилина Къорлинэ, назвала пароль, на что мне сказали, что папаша давно все свои деньги не хранит в банке. Вот подлюка.
Тогда Аллар поныкался по большущему базару, по всем лавкам и нашел пару торгашей, которым требовались помошники. Аллар сначала помогал мне, а затем, со временем, когда я больше набралась храбрости, оставил меня одну вместе с милой бабушкой, торгующей цветами. Получали мы гроши, но прокормиться удавалось.
И тут настала беда. На Западе существовало только одно время года - осень, а тут вскоре наступала зима, и требовала одежда вместе с дровами.
Поэтому, подумав, Аллар, надеясь на свою силу, пошел в помощники кузнеца, а меня же саму отправил в местное отделение академии магов, где меня взял под свое крыло стареющий маг. Глаза у него отказывали, поэтому я читала ему статьи, помогала писать книги, ходила на базар, убирала у него дома, следила порой за внуками, в общем, помогала по всякому, за что получала уже более приличные деньги. И в академии меня кто-то даже стал примечать.
Алексий же оставался дома, ему был дан указ учиться, читать книги, убираться дома, готовить еду и искать дрова, с чем он очень упорно пытался справляться.
На самом деле, все мы втроем очень сильно уставали, и иногда, не оставалось сил совсем, но приходилось пересиливать себя.
Зато как приятно было потом всем втроем на огромной кровати враз плюхнуться, тут же заснуть и погрузиться в мечтательные сны, чтобы, проснувшись, с новыми силами отправиться на изнуряющие труды.
Которые вскоре дали плоды. Денег начало хватать на пару шуб, а дрова научился колоть сам Алексий, хоть ему было и тяжело, но со временем он привык.
Зиму мы пережили.
Хоть нам с Алексием и пришлось очень тяжело, я до этого не знала, что может быть НАСТОЛЬКО холодно, поэтому постояно кутулась в меха, пила много горячего чая, много двигалась и старалась не быть на улице.
Алексий же постоянно ныл и просился обратно, постоянно писал отцу. Но ответ пришел только весной, где говорилось, что Шао Вертэрэйдж умер от неизвестной болезни.
***
- Алекс?
- Зачем я его покинул? - дрожал мальчик. - Он хоть и был злым, но он ведь любил меня, а я сбежал. Он умер из-за меня.
- Нет... - я приобняла его.
В дверях стоял Аллар, скрестив руки, и скорбно смотрел на своего братика:
- Лина, пусть плачет. И ты, и я, потеряли своих родителей, теперь такая участь постигла и Конса, - затем он подошел к нам. - Это очень плохо. Ты лучше побудь дома и ничего не делай, мы позаботимся о тебе, Конс. Но все равно все наладится. Но не сейчас.
Алексий поднял на нас свои темные глаза и зарыдал:
- Как же дальше жить? Теперь не будет хорошо...
- Сейчас нет. Но потом...
- Нет! Ты лжешь! - закричал мальчик и убежал в ночь неизвестно куда. Мы искали с Алларом его, но так и не нашли.
А под утро пришел Алексий, виновато на нас посмотрел, выложил мешок с монетами, и улегся спать. Когда мы посмотрели, сколько денег там, мы с любимым были в шоке. Столько ни я, ни он, за все время, проведененное на Севэроне, не заработали.
И это напугало нас.
***
- Алекс?! Ты что ли связался, с бандитами?! - начал беспорядочно будить своего брата Аллар. Тот сонно открыл глаза и отвернулся.
- Тебе не понравится.
- Это правда?!
- Нет. Не скажу. Ты будешь в ярости.
- Нет, не буду. Пожалуйста.
- Скажи мне на ушко, - я подошла к Алексу, - а я потом передам Аллару.
Мальчик коротко кивнул и тихо прошептал:
- Приезжал сюда дядечка-исследователь. Тут нашли аэйровийскую штуку, и я с ним поспорил, что смогу ее перевести. Он не поверил, мы заключили пари. Я его выиграл. И сегодня днем он хочет меня забрать с собой в Вержегород. Аллар не позволит. Лина, помоги, пожалуйста.
Я вздохнула. И произнесла вслух:
- Аллар, было дело так. На повозке мимо нашего города приезжал богатый купец и случайно уронил кошель с деньгами. Вот Алекс, не долго думая, его и поднял.
Любимый строго посмотрел на нас:
- А вы мне не врете? А?
Мы честно помотали головой.
Я кашлянула. Мой любимый тут же забеспокоился:
- Ты опять начала болеть?
Коротко кивнула. Аллариан подозрительно покосился на нас обоих, заявил:
- Сидите дома, я нескоро, - и вышел за дверь.
Немного подождав времени, я и Алекс тут же принялись собирать вещи. Вышел небольшой рюкзак, я старалась, чтобы мальчику в пути было нетяжело. Затем, дождавшись времени, я проводила Алекса до гостинного двора, где его уже ждала повозка, из которой выглянул вполне себе молодой мужчина.
- Ух, какая у тебя красавица-сестрица, мальчонок, - тут же засмущал он меня, - как тебя звать-то?
- Кордилина.
- Как цветок прямо. Тебе муж-красавчик при деньгах не нужен?
Я забыла как дышать от возмущения, за меня ответил Алекс:
- У нее уже есть муж и покрасивее вас, Сергей.
Мужчина добродушно рассмеялся, а я нахмурила брови и стого произнесла:
- За Алексом чтобы вы там все заботились и следили. Если не будете, я вас там своими насекомыми загрызу!
- О, смотри-ка боевая, не беспокойся, маленькая леди, за таким юным талантом мы всеми глазами и руками, которые у нас есть.
- Пока, Лина! Пожалуйста, скажи Аллару, чтобы так сильно не злился!
- Пока, Алекс! Передам. Не волнуйся. Главное, будь там счастлив!
Я провожала их повозку глазами и тяжело дышала.
Вечером будет плохо.
***
Я испуганно отворила дверь, словно провинвшийся ребенок перед родителями.
Аллариан же скрестил руки на груди и грубым голосом начал:
- Знаешь, у меня было нехорошее такое чувство. И вот сейчас ты мне скажешь всю правду, - он с такой силой залопнул дверь, что я подскочила. И вся вжалась в стену. Он же неспешно пододвинул стул, развернул его спинкой ко мне и сел, расставив ноги.
Пришлось набрать воздуха в легкие, прежде чем я начала свои пояснения:
- Аллар. У Алекса есть мечта, и он поехал ее осуест....
- Давай без этого. Сразу к делу. Конс уехал? Куда? Что за деньги он вчера принес? Откуда?
Мне понадобилось еще какое-то время.
- Лина? Отвечай.
- Алекс хорошо знает аэйровийский язык. Он получил деньги за перевод камня. Его заметил Сергей Волков, молодой переводчик, который увез нашего братишку в Вержегород, в Академию истории, чтобы он там обучился и тоже стал переводчиком. Сергей пообещал, что у Алекс все шансы стать гением в области перевода аэйровийского языка. Он будет там жить в домиках для членов академии, там его будут кормить и следить за ним. Алекс обещал нам писать.
Аллар начал часто дышать и свирепеть.
И вдруг он неожиданно взял стул и со все дури разбил его об пол, а я вскрикнула.
- Мелкий гаденыш! Его мать, Лилия, покончила с собой, когда он был совсем мелким, и она тоже увлекалась аэйровийщиной всякой! Но нет! Все равно же передалось! Аэйровия, и все, что с ней связано - зло в чистом виде! Как ты могла со мной так поступить, Лина! Ты обманула меня!
Я насупила брови и неожидано заорала:
- Ты как мои родители прямо! Будь "миледи", нельзя общаться с такими простачками, как ты и Алекс! Не смей указывать, что ему делать!
- Ну, как же ты не понимаешь...
- А ты...
В общем, мы очень сильно разругались.
После этого разговора у меня на душе стало так дурно, а сама я лежала и рыдала в нижней комнате, бывшей спальной Аллара. Сам же он спал в комнате своих родителей. Так ко мне и не одошел. А может, он тоже не спал.
Несколько дней мы не разговаривали,это стало так невыносимо, что я стала оставаться ночевать в академии.
- Что, такое? Почему не хочешь домой? - спросил Павел Анатольевич, которому я помогла.
- Дома все рассорились, - вздохнула я.
- Нельзя, чтобы дома было плохо. Миритесь давайте. У меня кстати вопрос, милочка. У тебя такой потенциал, и все чувствую твою мощную... энергию. Не хочешь немного поучить детишек со мной?
Я вся сжалась:
- Но я...я... боюсь...
- Поэтому поначалу я буду с тобой. У нас с тобой совпрадает призыв насекомых.
Я начала мять губы.
- Давай попробуем хотя бы.
Безмолвно кивнула.
***
- Лина, Лина! - бежал и кричал Алариан по всей академии. Я стояла рядом с Павлом Анатольевичем перед маленькими ребятами и тихо спросила:
- Можно быстро отойду?
- Если приспичило, то пожлуйста, иди.
- Спасибо.
Я выскочила из дверей на поиски возлюбленного. Наконец я его увидела и мы встретились глазами. И все стало на свои места. Мы побежали навстречу друг другу и тут же растаяли в объятиях друг друга.
- Прости, что накричал на тебя! - в его глазах застыли слезы. - Тут писал Алекс. Он очень счастлив. Я, конечно, не одобряю его занятия, но раз он сам захотел... Он рассказал о том, что в столице ему нравится, хоть там немного и напряженная обстановка из-за того, что похитили маленькую принцессу клан даэйгоров, а потом вывесили ее обрезанное лицо на купол дворца. Потом девочку все же нашли, но она словно выпала из этого мира и была очень страшная. С даэйгорами начали воевать криккенёры...
- Кто с кем? - не поняла я. - Я что-то слышала об этом...
- Дома объясню. Я люблю тебя. Прости, пожалуйста.
- Я тебя прощаю.
Потом выяснили, кто такие даэйгоры и криккенёры, и что-то мне стало не по себе.
- А разве Алексу там теперь безопасно?
- Я думаю, он выживет, - держал меня в объятиях Аллар. - Сегодня я сделал свой первый заказ.
- А я провела урок.
- У нас что-то получается, Лина. Жизнь налаживается, - вздохнул любимый, хоть в его глазах и была грусть. - Жаль наши родители умерли... нам надо держаться вместе. Давай накопим денег, продадим дом и уедем в Вержегород к Алексу.
- Накопим мы нескоро - вздохнула я. - Несколько лет понадобится.
- Ну... придется подождать. Только, Лина, перед тем как уехать...
-Что, Аллар?
- Мы поженимся? Я избавлюсь в своей фамилии от приставки Вертэрнйдж, и стану Алариновым. Ты, Кордилина Зайшарри, готова стать Кордилиной Алариновой?
Я яростно замахала головой. Аллариан, едва не придушил меня в своих объятиях.
***
Четыре года мы копили. Все встроем на дом в Вержегороде. Больше всех нас получал, как не странно Алекс, его признали самым лучшим переводчиком, несмотря на то, что ему было всего 11.
Я же стала учителем и перестала боятся людей, а Аллариан стал мастером по ковке искусных оград. Казалось, металл под его руками превращался в глину и позволял делать с собой, что заблагорассудится.
Четыре года мы жили с Алларом вместе, получая письма от Алекса. Это время проскочило так неожиданно, что, когда вечером ворвался в дом Алекс, мы с Алларом большими глазами уставились на него.
- Вы еще не поженились?
- Нет... - сказали мы в голос, а затем побежали друг друга обнимать.
- Конс! Как долго тебя не было! Я соскучился по тебе! - Аллар, казалось, готов был расплакаться от счастья. - По какому поводу?
Мальчик достал огромную карту Вержегорода:
- Я тут нашел дом, который будет нам по зубам. И даже во втором квартале. Продадим этот, сложим свои накопления, и сможем его купить!
Я и Аллар переглянулись, а затем мы все втроем принялись за дело.
Сначала сходили к градоначальнику Выземы, выставить на продажу дом, добыли заранее подпись того же деда Васи, ездили в столицу Незебрада, чтобы получить разрешение на переселение в Россу, а затем уже там в Вержегороде, нас записали, как: "Аллариан Аларинов, Кордилина Зайшарри, Алексий Зайшарри, жители славного Вержегорода". Длился этот процесс где-то полгода, но зато мы втроем стояли уже не перед таким шикарным одноэтажным, более тесным домом. Но зато он находился в роскошной столице самого Северного королевства, самого богатогр из четырех.
Воодушевленные такой покупкой, мы втроем опять пошли к градоначальнику. Путь наш предстоял через широкую процессию, которую сопровождала куча стражников в дорогих кристально-серебристых доспехах. Они сопровождали дряхлого короля, а за ним шла девочка в шикарном наряде и вьющимися, хитро заплетенными светлыми волосами. Однако на ее лице была серебристая маска сквозь которую иногда проглядывалась безобразная кожа маленькой царицы.
Алексий на мгновение застыл:
- Ей же 9 лет, да? Почему она беременная?
Аллар нахмурился:
- Такова участь всех принцесс и королев. Их главная задача - родить наследника. И, видимо, девчонка, как ее там.... Эмильера вроде... слаба или скоро умрет. Вот она и вынуждена родить в таком возрасте.
К нам подошел ехидный старикашка:
- А принца-то нет. Небось собственный царь и оприходовал хе-хе.
Мне это все категорически не нравилось, поэтому я пошла быстрее, а мальчики вслед за мной. Мне не хотелось смотреть на безобразную царицу и думать откуда у нее в девять лет может быть ребенок.
Что-то мне казалось совсем не правильным.
***
Аллариан нес меня на руках, а Алекс бежал за мной и кричал:
- Счастья и благополучия! Счастья и благополучия! - осыпая нас лепестками роз.
Мы уселись на кухне, долго праздновали, Аллар принес вино, но брату запретил категорически прикасаться к бутылям. Мы съели скудное угощение, потому что денег едва хватило на покупку нового дома, невесть откуда достали свадебные костюмы, по быстрому сменили мою фамилию, нашли дешевые кольца. И мы был счастливы.
Уложив Алекса спать и заперев дверь в нашу спальню, мой муж игриво спросил:
- Каково быть Кордлиной Алариновой, а, женушка моя ненаглядная? - и оказался надо мной, целуя меня и обнимая.
- Чудесно, просто чудесно, самый счастливый день в жизни, - я также принялась лобызать го лицо, лоб, щеки, шею, и водя по спине.
Тут рука Аллара скользнула мне под платье, поднимая его до пояса, а саму ладонь он оставил на бедре, практически на пятой точке, и я вся сжалась.
- Что-то не так? - нахмурился мой муж. Я лишь сжалась еще сильнее и прошептала, сдвинув ноги:
- Мне страшно. Я боюсь.
- Ты мне тогда обещала...
- Да...я... боюсь, - и принялась и впрямь дрожать. Аллар вздохнул и сел на кровати:
- Давай приступим не сразу а... постепенно. Я буду масссировать тебя, гладить, ласкать, - а затем снова надо мной, - и тогда тебе не будет страшно?
Я не слишком уверенно ответила:
- Хорошо... медленно... и не спеша...
- У нас вся ночь еще впереди, дорогая моя.
***
Я резкоо открыла глаза и подскочила так, что с моего обнаженного тела соскочило одеяло. Вспомнив, что было, я вся зарделась, но мой взгляд остановился на муже. Он был сгорблен.
Обняв его сзади, я, целуя его шею, спросила:
- Что случилось?
Он сначала не отвечал.
- Аллар? - тут я уже забеспокоилась.
- Что ты почувствовала? Только честно, - в его голосе звучали нотки грусти.
- Это было чудесно. Зря я боялась. Да, вначале больно, но потом.... это было что-то невероятное.
- Хорошо, что тебе понравилось.
-Аллар? Что-то не так? А как же ты?
- Я...я...ничего не почувствовал. Вообще ничего. Я старался, чтобы ты была счастлива.
- Может быть... я что-то не то сделала?
- Нет, Лина... что-то не так со мной. Когда я выпил вина... тоже ничего не почувствовал... ночь... тоже ничего, и я не понимаю...
Я принялась его успокаивать:
- Ничего. У нас еще впереди столько времени. Завтра попробуем еще раз. Только я буду главной.
***
Но Аллар продолжал ничего не чувствовать, в отличие от меня. И это очень расстраивало его. Алекс не понимал нас. Я уговорила моего мужа сходить со мной к целителю. Отдав немалые деньги за осмотр меня и Аллара, а также беседу с ним, он кое-что прояснил:
- С вами Кордилина все впорядке. Правда, вы можете часто болеть, острожнее, особенно, когда вы в таком положении.
- В каком таком положении? - смутилась я.
- Теперь вы отвечаете не только за свою жизнь, но и за ту, которая находится у вас под сердцем. Вы - беременны.
Радость сперло мое дыхание. Ребенок?! От Аллара?! Что может быть лучше этого?!
Однако муж нахмурился:
- А со мной что не так?
- Вы - даэйгор, Аллариан.
- Что?! - воскликнули мы оба.
- И иза-за этого... - начал продолжать мысль муж, однако целитель перебил его:
- Нет. Отсутвие желания не связано с тем, что вы даэйгор. Даэйгоры, также как и люди, весьма охотны до этого дела. Но к сожалению, случаются в природе ошибки, когда, мужчина, например, вместо женщины любит мужчину. Так распорядился Всетворец, с этим, увы, ничего сделать нельзя. Также бывает, что есть желание, а умения, к сожалению, нет. У вас же, Аллариан,все с точностью наоборот. Любовью вы можете заниматься, удовлетворть свою супругу, и даже делать детей, но при этом не иметь никакого желания. Увы, с этим ничего нельзя сделать, только смириться. На Астрале это называют "асексуальностью".
Мы шли по дороге в обнимку и Аллар бесвяззно говорил:
- Невероятно... даэйгор... который скорой станет папой... и у меня никогда не будет желания...и...
- Я рядом, я всегда поддержу тебя, - прошептала я.- Ребенку же ведь нашему ты сможешь дать любовь и заботу?
- Да... просто... даэйгоры же... мало живут...всего сорок лет... я... в один прекрасный день...покину вас, - по его щеке покатилась слеза, - я оставлю ребенка, как в свое время мои родители...
- Хватит, Аллар, - сурово произнесла я. - Это будет нескоро. Всем тут говорит, как будет хорошо, а сам хандрит. А, ну, прекратил. Я не перестану тебя любить и буду с тобой до самого конца. А теперь у нас будет ребенок. Так что, а, ну, заулыбался!
Муж хохотнул:
- Думаешь, будет мальчик или девочка?
- Девочке придумаю имя я, а мальчику - ты. Честно, мне все равно. Главное, этот ребенок, - я погладила себя по животу, - плод нашей любви.
Аллариан вроде повеселел.
Алекс так был рад:
- О! У меня будет маленький друг! А можно я буду его учить говорить! Аллар- ты даэйгор. Мы же теперь можем не тратиться на транспорт! А еще ты умеешь летать! Все здорово!
- Да, - грустно улыбнулся Аллар, уйдя куда-то в ночь.
Как оказалось он ходил на могилу родителей. И после этого его глаза стали еще грустнее, и в них появилось напряжение. Я пыталась сделать его счастливым.
Но что-то явно шло не так.
***
На улице воевал ветер и раздался стук. Я открыла дверь, и на пороге оказалась невероятно красивая женщина с аболютно каменным лицом. Одета она была в полностью закрытое платье, а волосы ее развевались по ветру.
- Вы к кому? - спросила я, схватившись за уже большой живот. Ребенок зашевелился.
- Вам помочь? - спросила она холодно.
- Нет, все в порядке, - улыбнула я, однако мимика женщины оставалась каменной.
- Зачем вы пришли?
- Скоро будет нападение на столицу, организованное даэйгорским кланом, и предлагаю вам отправиться со мной в криккенерский замок, чтобы переждать на время атаку. Если хотите сохранить жизнь дитя, идемте за мной.
- Подождите. Как вас зовут?
- Блау Тарлиинир Кровавая. Или просто Блоурэн. Меня послал предводитель криккенеров Феликс.
- Я Кордилина Аларинова, - как-то мне было не по себе доверять незнакомой женщине, а теперь мы хоть как-то знакомы.
- Аларинова? Знакомая фамилия. Но не могу вспомнить. Впрочем, неважно. Идемте.
- У меня еще муж и брат не вернулись. Мы можем их подождать?
- Да. Но недолго.
Повисло неловкое молчание.
- Может.... пройдете в дом? - пригласила я жуткую женщину в дом. Нет, она не была страшной, но от нее исходило что-то пугающее... эти безжизненные глаза и отсутствие эмоций...
- Хорошо, - она села в кухне на стул, ровно выпрямив спину и застыв, как статуя.
Первым пришел Алекс.
- О! У нас гости! Я - Алексий Зайшарри, переводчик, - представился он. - а вы по какому случаю?
Странная гостья объяснила причину своего визита.
Когда же женщину увидел Аллар, он обомлел.
- Лилия?!
- Аллариан, - встала с места гостья.
- что? - не понял Алекс. - Лилия? Так звали мою маму. Но я о ней ничего не знаю, она умерла, когда мне был год.
- Это она и есть. Лилия Вертэрнэйдж. Конс - она твоя мама.
- Костя? - наконец-то выдала эмоцию женщина, и это было похоже на удивление. - мальчик мой...
- Мама... что-что-что?!
- Встаньте в круг, возьмите за руки, - приказала Блоурэн бездушным голосом, - поговорим в замке.
Му это сделали, и я почувствовала, как мои ноги погружаются под землю...
***
И вот мы уже в полутемном помещении, где много людей. Рядом с нами стоит та женщина, а ее радостно обнимает Алекс:
- Мама! Так хорошо, что я тебя нашел! Мне говорили, что ты была красивой! Мама! Мамочка! - его глаза все были в слезах. Женщина положила руки на плечи своему сыну и начала говорить голосом, в котором проскальзывали нотки радости:
- Мой мальчик. Извини меня, что я так поступила. Оставила тебя в руках этого грубияна. Хорошо, что я тебя встретила, Костечка, мой сынок.
- Мамочка... зачем ты покинула меня, папу и Аллара? Они не говорили, что ты...того... себя... сама...
- В горах произошел несчастный случай, в котором погибли мать Аллара. Мне было так стыдно. Я чувствовала ужасную вину, что из-за меня погибла моя родная сестра. И не сломгла с этим жить.
- Несчастный случай? - захмурился Аллар, прижав меня к себе и поглаживая меня по животу. - Что значит, несчастный случай?
- Маргарита всегда меня обвиняла в том, что я занимаюсь запретными всякими аэйровийскими штуками. Она меня гнобила за это, и я постоянно чувствовала вину. Они совершали подъем, я присоединилась к ним, начала извиняться, но Марго не унималась, она орала и кричала, это вывело меня из себя. И я столкнула в порыве злости ее вместе с мужем вниз.
- Что?! Ты убила моих родителей?! - враз стал злым мой муж. - Ах, ты поскуда...
Но тут закричал Алекс:
- Мамочка не виновата!
- Это вышло случайно, - подтвердила женщина.
- Ах, ты...
- ААААААААААААА! - заорала тут я на всю. Все посмотрели на меня. Первой сообразила мать Алекса, она взяла меня аккуратно на руки и коротко сказала:
- Она рожает. Я побегу за целителем.
- Я с вами! - тут же сменил гнев на милость Аллар.
- Нельзя. Это неприятный процесс. Когда все закончится, тогда за тобой приду.
- Но...
Пелена боли застлала глаза, я не видела, куда меня несут меня. Но вскоре я почувствовала, что подо мной что-то оказалось, что-то щелкнуло, и боль перестала быть такой неистовой. Ко мне подошел мужчина в темном.
- Да, девушка рожает. Если не хочешь, чтобы было больно, просто слушай мой голос и старайся делать, что я прошу, - он положил свою руку мне на голову.
Я испуганно кивнула.
***
И вот меня уже обратно несла Блоурэн.
В моих глазах были слезы, но я крепко сжимала маленький комочек, завернутый в ткань, к себе.
У меня не было сил, поэтому та странная женщина поддерживала меня в полуприсяде.
- Целитель сказал несколько дней лежать молодой маме. Ухаживать за ней. Она потеряла много сил и крови. И приставить к ней другого целителя.
Кордилина слаба телом. Поэтому со следущими детьми осторожнее.
- Лина, - провел по моим щекам мой муж. - Как ты?
- Это мальчик, Аллар. У нас сын, понимаешь? Ты счастлив? - плакала я от счастья. Вслед за мной заплакал и Аллариан:
- Евгений, наш маленький Женя... - он потянул руки, я протянула ему сверток, - у него мои глаза, Лина. Он похож на меня! Это... поразительно, - он прижимал сына к себе, и его глаза, казалось, просветлели на какой-то миг.
- О! Мой новый друг! - заверещал от восторга Алекс. - Аллар, можно мамочка будет с нами?
Мой муж, казалось, был восторжен от рождения сына, поэтому сделался мягким:
- Да.
И вот, поддерживаеваемая Лилией, среди толпы людей, вместе с Алларианом и новорожденным Евгением, моя голова мутнела.
Мне казалось, что что-то здесь не так.
Не так должно быть.
***
Я лежала и не могла заснуть. Мысли не давали покоя. Чувство нереальности не покидало меня. Я посмотрела в окно и на миг мне показалось, что за нами смотрит девушка... Это была я! Тут же резво подскочила к окну. Да, это была я... когда мне было пятнадцать лет. Только у меня... не было глаз! Они были окровавленными! Но эта самая другая "я" смотрела на меня, и мне стало страшно. Вдруг рядом с ней возникла женщина,с коровьими рогами и птичьими перьями на голове, развернула ее за плечи, и они обе исчезли в темноте.
Я стояла и тяжело дышала.
Аллар сонно спросил:
- Женя? Давай, ложишь, я его успокою.
- Нет, не он.
Но на всякий случай посмотрела на люльку, где спал мой сын, поразительно похожий на своего отца. Мне стало немного спокойнее.
- Мне просто дурно, - завернулась в одеяло в головой.
- Давай я...
- Не в этом дело...не в этом...
***
Шло время, наш мальчик рос. Я не могла не нарадоваться на то, как Аллариан возился с Женей, как опекал и убаюкивал его, как держал на руках и медленно качала на руках.
***
Женя сидел у меня на коленках и счастливо уплетал вместе со мной печенье, приготовленное Алларианом, который корпел на каким-то сложным тортом, в честь того, что мы перезжаем в новый дом. Нашему мальчику уже было четыре года, и Алекс предложил всем нам переехать в более просторный дом в третьем квартале. Денег в последнее время у него водилось аки грязи под ногами у бедняков, и он, бедный, даже не знал, что с ними делать. Мой брат пришел в дом и угрюмо сел за стол. Женя тут же заверещал радостно:
- Алекс! Алекс дома, мама!
Но тот даже не шелохнулся. Я дотянулась до его руки и взяла ее в свою маленькую ладонь.
-Что такое?
- Почему? Неужели я такой некрасивый или неинтересный человек?
- Чего? - не поняла я. Однако Алекс схватился за голову и в пол спросил печально:
- Почему на меня девушки не обращают внимания? Почему я им не нравлюсь?
Вздохнув, я осторожно ответила:
- Алекс, мой дорогой...ты такой молодой. Еще найдешь....
- Но вы с Алларом нашли друг друга так рано! Почему именно мне не везет?!
- Алекс....
Но он лишь быстро подскочил и ушел куда-то прочь.
Аллар, выглядывая из кухни, настороженно спросил:
- Что с ним?
Я даже не знала, что ответить. Только тяжело вздохнула.
***
К сожалению, Алекс начал хандрить все сильнее и сильнее, словно его печаль как снежный ком катилась с высокой горы, вбирая в себя все веселье. Даже купив дом, братишка никак не хотел улыбаться и ходил поникший, как будто к его спине привязали несколько мешков с картошкой. ни я, ни Аллар не могли ничего сделать, чтобы поднять ему настроение, и это меня очень сильно пугало. Поэтому я старалась как можно чаще водить Алекса на всякие увеселительные мероприятия: спектакли, представления, выступления уличных артистов, цирки, и прочее, однако кислое выражение лица не покидало моего вдруг погрустневшего братишку.
Я уже даже думала обратиться за помощью даэйгоров и искать средство от хандры в Астрале, как во время прогулки с грустным братцем, мне на глаза попалась очередная афиша, гласящая: " Трагедия в битве с Комедией. Впервые на сцене Вержегорода гениальный актер Ривьер Лакруа, прибывший из далекой Эрвуа".
- Смотри, Алекс, наш земляк. Может, посмотрим?
- Надоели мне твои спектакли. Пошли домой уже. Тебя там сын ждет, а мне еще кучу всякого барахла переводить.
- Идем, идем! - чуть ли не насильно потянула я его за собой. Впрочем, сопротивляться он не стал.
Билеты оказались на редкость дешевыми, а представление весьма скудным. Тут уже грустить и я начала вместе с Алексом, однако неожиданно погас свет во всем зале. И на сцене замаячил сгусток света, летящий над юношей в весьма странном одеянии и грустной маске. Он громогластно начал свою речь:
- Ах, что за доля-долюшка моя...
Тут неожиданно от такого сильного голоса Алекс даже встрепенулся и сменил позу со скучающей на заинтересованную.
Мне не было интересно, происходящее на сцене, я больше следила, как завороженно смотрел мой брат на актера, постоянно меняющим своим маски вместе с речью и поведением так легко, словно он родился с этим умением.
Представление закончилось, однако Алекс взбудораженно произнес:
- Нам нужно пригласить его к себе домой, - и скрылся в темноте, оставив меня одну. Я тут же поторопилась домой, потому что обещала Аллару вернуться пораньше, однако не сдержала обещанного и ожидала, что муж будет ругаться на меня. Однако, он не стал, услышав о произошедшем. И мы вместе задумчиво принялись ждать Алекса.
Он вернулся поздно вечером, веселый и взбудораженный, приглашая в дом какого-то незнакомого застенчивого юношу, нервно кусающим губу и ломающим себе пальцы:
- Извините, пожалуйста, за столь внезапное вторжение в ваш славный дом, да, будет снисходительна ко мне Комедия. Трагедия не одобрит, если я буду слишком много надоедать добрым людям. Ах, запамятовал я представиться. Ривьер Лакруа.
- Я - Кордилина Аларинова. Будь нашим дорогим гостем. Мой брат нечасто людей в дом зовет. Так что нас не стесняйся.
Дома мы представились друг другу и принялись за поздний ужин. Ривьер оказался весьма робким и застенчивым, и у меня в голове немного это не укладывалось. Я видела на сцене его могучим и грозным, однако в жизни он предстал абсолютно другим. Словно, ему не по себе от, что мы приняли его в дом. Я даже как-то облегченно вздохнула. Этот юноша был по характеру похож на меня, и я думаю, что мы поладим. Впрочем, он старался быть вежливым и даже учтивым, чем пришелся по душе Аллару. Женька и вовсе был в восторге.
Я собрала посуду и собиралась идти ее мыть, как ко мне подбежал Ривьер со словами:
- Уважаемая Кордилина, вы оказали мне честь, приняв скромного слугу Комедии и Трагедии в свой дом. Позвольте мне хоть чуть отплатить этим. Я могу все это отмыть.
У меня вырвался неловкий смешок. Неужели, я тоже так смешно раньше со своими страхами смотрелась со стороны?
- Ривьер, ты - гость, не положено гостю наводить уборку в чужом доме. Успокойся. Все хорошо. Дай мне закончить, и я устрою тебе комнату наверху.
Это вызвало страх у новоявленного друга моего брата:
- О, нет, что вы. Трагедии ради, я и так вам уже надоел, лучше пойду к себе домой.
- На улице темно, ты чего? Столица не так безопасна, как кажется. Оставайся.
Тут в поле зрения появился Алекс со словами:
- Лин, не принуждай его. Рив - у нас оказывается еще та стеснительная барышня. Рив, прежде чем уходить, подожди.
Он принес светящийся камень и вручил его актеру.
- Держи.
Тот его благодарно принял. И посмотрел прямо в глаза моему брату. Их взгляды переселись и на миг...
Нет, что за ерунда?
Я все-таки решила отложить на время домашние дела и проследить за удаляющимся в темноте огоньком.
Стоило Ривьеру скрыться, как я...
Опять она! Моя копия с окровавленными глазами! Что она забыла на дороге, низины ее погреби?!
Нет....нет...нет....
Сзади меня обнял Аллар и ласково спросил:
- Лина, что-то случилось?
- Аллар.... мне кажется, что все.... нереально...что-то не так...
Мой муж не стал возражать, он лишь крепче меня обнял и отвел к комнату.
***
Я лежала на кровати с закрытыми глазами, но сон никак не хотел посетить меня в эту беспокойную ночь. Рядом мирно дремали муж с сыном. Сначала мои веки были закрыты, но я их резко раскрыла, когда почувствовала холодные пальцы на моих губах. Это была "я"! Та самая! С изувеченными глазами!
Она заговорила со мной моим же голосом:
- Идем к зеркалу.
Не знаю почему, но я повиновалась ее приказу. С серебристой повехности смотрела я и другое мое "я", моложе меня, однако без глаз. Страх сковал меня, а моя копия продолжала безжизненным голосом:
- Думаешь, все было бы так хорошо?
Я совершенно не могла понять, что она имеет ввиду. А та продолжала:
- Бедная, несчастная Кордилина думает, что все было бы лучше. Но зато она может сделать так, - и вытащила нож.
Я тут же вся напряглась и приготовилась к худшему, однако безобразная версия самой себя лишь начала осторожно обрезать мои волосы чуть выше плеч.
- Разве это не замечательно? Я так не могу.
Закончив дело, она растворилась, уронив нож. Шум разбудил Аллара, и он испугано спросил:
- Лина?! Что ты сделала с собой?!
Я зарыдала в ответ:
- Аллар.... я не знаю, что произошло... не знаю...
***
Я не знаю... не понимаю ничего...
***
- О, Кордилина, вы так очаровательны и женственны с новой стрижкой!
Встретил меня голос вчерашнего знакомого. Как его там... забыла. Я тут же грозно посмотрела на вторженца, и он весь затрясся:
- Трагедии ради, прошу простить меня, такого некультурного и бестактного. Я хотел бы не беспокоить вас в столь ранее утро, но Алекс, можно так выразиться, чуть ли не насильно притащил меня сюда.
-Ага!У Рива сегодня важное выступление! В третьем квартале! А потом мы займемся переездом! - показался взбудораженный братик. Видеть его оживленным было для меня настоящим подарком, и я даже на миг забыла о случившемся ночью. Но о происшествии напомнил муж, кинув беззаботное:
- Ага, а мы с Линой пойдем, чуть прическу ей поправим.
По дороге к целителю, Женя спросил:
- Мамочке плохо?
Я вздохнула и сказала правду:
- Мамочка посреди ночи резала волосы тупым ножом...
- Ой!
Целитель осмотрел меня внимательно и вынес следующий вердикт:
- Все в полном порядке. Возможно, вы просто чего-то боитесь и этот страх принял такую форму. Не знаете, почему так могло произойти? Возможно, найдя причину, можно искоренить его.
- У меня появилось странное чувство... словно... все не так. Это не моя жизнь...
Тут вскочил Аллар:
- Полная ерунда! Просто ты не веришь в то, что у нас все получилось. Я - почетный кузнец, а ты - уважаемый маг, наш брат - вообще самый известный на Кристалье переводчик и водит дружбу с подающим надежды актером. Мы неприлично богаты. Мы добились всего, о чем мечтает каждый. Славы, богатства, признания. Не всякий так смог бы, как мы. У нас все получилось, мы победили все невзгоды жизни.
Целитель кивнул:
- Лучше послушайте своего мужа. Он дело говорит.
Однако другая я, выглядывающая из-за окна покачала головой.
***
Но после этого я ее не видела. Что несомненно успокоило меня.
***
Прошел год, и к нашей семье присоединился Ривьер, ставший лучшим другом Алекса. Несомненно эта крепкая мужская дружба благотворно повлияла на них обоих, и каждый из них расцвел по-своему. Рив избавился от своей нерешительности, как оказалось, в Эрвуа он был не таким, но он уехал оттуда один, разругавшись с братом-близнецом, и соответственно, оказавшись в столице самого богатого королевства, растерялся. А Алекс снова стал веселым и жизнерадостным. Я видела, что ему не хватает поддержки, ведь Аллар, хоть и смирился с ремеслом нашего брата, однако все равно не принимал его и старался меньше говорить на эту тему, я же пустила свои силы на воспитание сына. Видно было, что в Ривьере Алекс нашем родную душу, как и тот в свою очередь.
***
- Тебе не кажется, что Алекс немного странно стал себя вести? - бездушно спросила Лилия, его мать.
Я смутилась:
- Нет. Наоборот, он преобразился.
Хоть женщина и не выдавала никаких эмоций, однако ее слова меня насторожили:
- Этот Ривьер Лакруа. Что-то с ним не то. Хотя. Какое я имею право вмешиваться в жизнь своего сына, если не смогла даже свою уберечь ради него?
- О чем ты? Наоборот, Алексу пошла на пользу дружба с ним. Что в этом странного?
- Трудно объяснить, Лина. Материнское чутье, не иначе. Проследи за ним, пожалуйста. Я не имею права осуждать его выбор.
- Какой выбор? - ничего не могла понять я.
- Поговори с ним. Или лучше проследи.
***
За очередным ужином я внимательно изучала поведение Алекса и Ривьера.
- ... а потом этот дядька так надулся, распух, аки глубоководная рыба какая-то!
Рив хохотнул и похлопал по плечу своего друга:
- Да ты я смотрю, во имя славного имени Комедии, всех так уделывал! У нас же заявилась очередная гадюка, все никак не может уняться, все шипит и шипит: " очередная выскочка с бедного запада"!
- Ты же я надеюсь, как я тебя учил...
- Конечно, Трагедии ради, не принимай меня за дурачка, Алекс! Сказал ей, что знаю пару словечек на аэйровийском и превращу ее в уродливую жабу прямо посреди представления!
- Я бы за такое даже заплатил бы!
И они захохотали.
Ничего необычного. Может, Лилии что-то не так показалось? Ведь она мертвая, а что там у мертвецов в голове творится - неизвестно. А такой глупостью как слежка, я не намерена заниматься. Лучше я буду следить за своим сыном.
Но тут мой взгляд зацепил, что они оба носят одинаковые перстни с разными камнями. У одного он был на правой руке, у другого - на левой.
- Что это?
Тут Рив прикусил губу, а Алекс весело отмахнулся:
- Мы побратались просто. Рив - мой лучший друг, даже я бы сказал единственный, и вот мы изготовили одинаковые кольца со светящимся в темноте аэйровийским камнем, - и он положил свою руку на ладонь Ривьера.
Опять этот взгляд...
Вот теперь и я почуяла что-то неладное.
***
Во время прогулки с Алларом я соврала о своем плохом самочувствии и направилась со всей прыти домой. Что-то внутри меня все переворачивалось и прыгало. Мои страхи подтвердились, когда я услышала жалобные стоны Ривьера. Тут же подскочила к двери и распахнула ее, однако к такому меня явно жизнь не готовила, поэтому я застыла в обомлении.
На меня первым отреагировал Ривьер. Он тихо попросил:
- Ах, Трагедии ради прошу, позвольте нам закончить и объяснить позднее. Сейчас такой момент, когда Комедия ликует я не в праве прерывать ее блаженства.
Тут ошарашенно заметил меня и Алекс:
- Я оправдываться перед тобой и перед Алларом не буду. Закрой дверь и подожди внизу. Налей себе чаю, чтобы успокоиться.
Мне ничего не оставалось, кроме как, спуститься в кухню и судорожно ждать объяснений происходящему. Нервными руками я приготовила себе отвар и уставилась в пол, не замечая, как жидкость вливается не в меня.
Наконец появились и виновники моего шокированного состояния, одетые, более того, причесанные и аккуратные, словно ничего и не было. Я тяжело спросила:
- Так, значит, вы не друзья, а...
Алекс сел на колени передо мной, взял мои руки в свои и взглядом указал на свое кольцо-печатку:
- Мы супруги.
Весь чай оказался на полу, а я закашлялась:
- Чего-чего-чего?! Это как?!
- Ах, Лина, позвольте...
- Лучше я, Рив. Да, мы с Ривьером супруги. Все было бы куда проще, окажись кто-нибудь из нас женщиной. Я кое-с-кем поговорил и выяснил, что Всетворец не против подобных браков, однако людям он все равно кажется неправильным. Поэтому пришлось осторожничать. И единственное, что мы смогли сделать, так это стать "братьями" Зайшарри-Лакруа. Но мы в шутку называем нас Зайруа.
- Но все же поймите, Лина, что в любви нет ничего чудовищного и ужасного по заветам Трагедии! Всетворец не гневается на такую вот любовь! Ах! Дамы всегда бросали на меня язвительный взгляды, но Алекс! Комедия одарила меня великим подарком. Да, мы когда-то очень сильно дружили, но там, в комнате с различными артефактами мы раскрыли перед друг другом наши души, и поняли, что мы созданы любить друг друга! И тогда произошел наш первый...
Я застонала, не веря своим глазам и ушам:
- Но вы же будущие отцы! А как же дети? Что вы оставите после себя?! - в моих глазах появились слезы.
Они переглянулись и каждый меня взял за руку, говоря поочередно.
- Мы думали над этим.
- И пришли к выводу.
- Что оставить после себя можно не только детей.
- Но и то, что поможет в будущем другим.
- Я оставлю после себя великолепные переводы аэйровийских рукописей и артефактов, тем самым уберегу от необдуманнных поступков.
- А я оставлю после себя такие представления, что вздохновят многих и многих после меня веками.
- и самое главное в этой жизни.
- Быть единым душой и телом с любимым человеком.
- До самого конца.
- Оставив после себя великую память.
- И весь смысл жизни не сводится только к рождению детей.
Я хотела было задать язвительный вопрос, на тему, как долго они это репетировали, как "братья" не сдержались и вцепились в губы друг с другом.
И как раз в этот момент вернулся Аллар.
Скандал был просто ужасающий.Мой муж выгнал обоих и долго не мог успокоиться.
***
Алекс пришел к нам и заявил, что он будет вместе с Ривом жить отдельно от нас. Аллар был не просто зол, а в бешенстве и не желал разговаривать с нашим братом, как я не старалась их обоих помирить. Алекс в свою же очередь заявил, что не хочет видеть ни меня, ни моего мужа, а мои робкие попытки поговорить и с одним, и с другим воспринимались в такие острые штыки, что лучше бы меня проткнули настоящими, чем я снова попыталась бы заговорить с одним и вторым. Причем, братишка все же лелеял надежду на прощение и восстановление прежних отношений, однако муж был слишком категоричен.
Наша семья раскололась надвое. И это было печально.
***
- Надоел! Не все так плохо!
Ворвался спустя какое-то время к нам Алекс вместе с Ривьером. Аллар тут же поскочил на ноги, а я испуганно схватила его за руку.
- Убирайся, Алексий! Что ты забыл в моем доме?!
- Между прочим, я вложил больше всего денег в этот треклятый дом, в котором меня даже видеть не хотят! Так, что имей совесть и выслушай!
- Ах, ведь мы пришли с такой волнующей новостью как....
- А ты вообще заткнись, эрвуанская дрянь! Не с тобой разговор!
- Аллар! Прекрати, немедленно. Или, по-твоему, мне надо было жениться на какой-нибудь побитой жизни девушке, наделать с ней кучу нелюбимых детей, поколачивать ее, изменять и жаловать на то, какая жизнь плохая?! С Ривом мы живем душа в душу и действительно любим...
- Слышать не хочу!
- Осел, я пришел сказать, что мы нашли выход из этой ситуации!
- Что еще за выход, низины тебя погреби?!
- На это надо много денег... - опять попытался вмешаться в разговор Ривьер, однако его остановил злобный взгляд мужа, поэтому продолжил опять Алекс:
- Кто-то из нас двоих за очень большие деньги сможет стать женщиной.
Настала гробовая тишина.
- Я тебе не позволю... - тихо произнес Аллар. И также тихо ответил братик:
- А я не спрашивать разрешения сюда пришел.
И, приобняв Ривьера, пошел прочь.
***
- Ах, это так волнительно! Так...я...о... Трагедия и Комедия, у меня закончились слова...
- Вы точно решили?
- Да. По слухам, невыносимую боль испытываешь, словно сам разрушитель истязает в низинах своих. Не все решаются. Только беглые мерзавцы.
В переливающихся глазах Ривьера отчетливо читался страх. Он меня сильно обнял:
- Мне страшно. Но я сделаю это. Лина. Тогда ведь мы с Алексом сможем стать полноценной семьей, и заявить о своих чувствах. Нелегко такое хранить в секрете. К тому же, у нас даже могут быть дети.
- Всетворец милостивый, Рив, я с тобой. Не бойся, - похлопала я актера по плечу.
- Меня всегда интересовала судьба женщины. Вы - такие хрупкие, подобно стеклу, и вместе с тем сильные, как гора, ах, как вы сочетаете в себе столько противоричевых качеств, уму не постижимо! Но меня больше интересовал один вопрос. Каково быть матерью?
Я серьезно задумалась над этим, не зная, как ответить на это, и в конце концов, заявило следующее:
- Это... непередаваемо, Рив, - и тут в голове возникла странная мысль. - А звать-то тебя как будут после такого перевоплощения?
- Я думал оставить такое же имя, но как-то вычитал, что в Астрале местность, рядом с морей, где царит чудный целебный климат называется Ривьерой, и я подумал, почему бы не стать Ривьерой для своего будущего мужа. Ривьера Зайшарри. Даже звучит странно. Мой брат, Шелв, услышав новости, обозвал меня сумасшедшим и заявил, что меня Север испортил и извратил, как он и предрекал, однако я с ним не согласен. Я обрел здесь истинное счастье. И готов его сохранить. И ради этого я завтра пойду к целителю.
Я обняла будущую "жену" своего братишки очень крепко и произнесла:
- Знай, что я всегда буду на стороне Алекса, и приму все его решения и твои. Я хочу пожелать тебе только удачи. У вас все будет хорошо. Все получится, не сомневайся.
***
На следущий день в нашу дверь постучалась Блоурэн. Я поняла это по размеренному ритмичному стуку и сердце у меня все сжалось.
- Что случилось? - с дрожью спросила я, открывая дверь. И увидела подле нее два свертка ростом с человека, завернутые в ткани.
- Большую кровать мне.
Я не стала задавать лишних вопросов и повела Лилию в нашу комнату. Та, держа оба светка на своих плечах, положила их аккуратно на кровать, присела и спросила голосом, в котором едва можно было уловить нотки ужаса:
- Ты готова?
Женщина чуть приоткрыла два свертка.
И я заорала во все горло.
- Услышав о какой-то заварушке рано утром, я побежала на помощь. Но опоздала. Над их кроватью была кровавая надпись: "Таким как вы нет места в нашем мире. Любите себя в мире другом."
Замотанными в простыни оказались Алекс с разодранной половиной лица и Ривьер с выколотыми глазами.
Они были мертвы...
***
- Отныне я стану вашим сторожем. К сожалению, я не только потеряла своего мужа и себя саму, но и сына теперь. Я буду оберегать вас от бед, - хоть голос Лилии и был равнодушным, но в нем присутсвовала тень горечи.
А мы всей семьей наблюдали, как гробы исчезают в толще земли, и рыдали в голос. Все трое. Я, мой муж, и наш сын.
- Мамочка.... мой друг Алекс не придет? - плакал Женя.
- Нет, - честно ответила я. - Никогда.
- И даже Рив?
- И даже он...
- Но я буду скучать! Как... так? - не понимал мальчик. - Я буду... скучать! И плакать!
- Мы тоже, - прижал мальчика к себе Аллар.
***
- Не надо было мне тогда так злиться на него... Я даже выгнал его из дома... Какой я глупый... А теперь его нет...
Плакал в моих объятиях Аллар.
Я тоже не могла остановить водопад слез, однако ответила зло:
- Чего ты тогда так взъелся на него?! Это именно из-за таких как ты, он и умер! - я высвободилась из его объятий и скрестила руки на груди.
- Но я... - влажными большими глазами уставился на меня муж. Но я взорвалась:
- Хватит! Ты всегда был против его решений! Указывал, как ему следует жить! Ты...ты... не любил его!
Аллар дико раскрыл глаза:
- Я...я... лишь... хотел его уберечь...
- От чего?! Ты лишь хотел, чтобы он жил по твоим правилам!
- Не смей...- муж весь ощетинился и встал, - упрекать меня! Не я их убил!
- Мама, папа! - на пороге появился сын.
Мы разом утихли.
- Почему вы ругаетесь? И так больно, что мои друзья больше никогда не придут, а вы ругаетесь. Как вам не стыдно?
И кинулись его обнимать.
Мы с Алларом переглянулись, и я поняла, что дальше будет куда сложнее.
***
- Ты давно интересовалась тем, что творится в королевстве, где мы живем? - неожиданно спросил Аллар, сгорбленно сидя на стуле. Я сидела в такой же позе, а наш сын спал в своей комнате.
- Зачем ты это спрашиваешь?
- Мне надоело ругаться с тобой, давай хоть о другом поговорим.
- Ладно.
- Я тут недавно узнал, что северная маленькая принцесса родила наследника, после чего ее убили.
- Ужас какой.
- Ужаснее, как ее убили. Расчленили и выбросили к порогу дворца. Затем были пышные похороны, и после этого все внимание переключилось на маленького наследника. Как жизнь бывает порой несправедливой.
Я ничего не ответила. Однако подняла голову и мой взгляд упал на окно, за которым стояла обезображенная копия меня и держала в руке отрезанную изувеченную детскую голову за светлые волосы.
Я тут же упала в обморок.
***
- Ты надоела мне своими причудами, - фыркнул Аллариан. Мы сидели в доме знакомого целителя. В ответ я злобно прошептала:
- А ты мне надоел со своим отсутствием желания. Я, может, любви хочу, а от тебя ее не дождаться.
***
Сыну исполнилось восемь, соответственно, нужно было решать, будет ли он магом или нет. Я, не дожидаясь Аллара, подсела к читающему Женьке и начала:
- Сынок, слушай, мне надо знать, будешь ли ты магом или нет. Тебе доступны такие направления как целительство...
Мальчик тут же захлопнул книгу и уставился на меня глазами своего отца:
- Мама, получается, я смогу помогать людям?
- Да.
Женька неожиданно расплакался:
- Алекс и Рив всегда учили меня, что помогать людям - хорошо. В память о них, мам, я стану целителем. Остальные направления меня не интересуют.
Я обняла крепко сына и поцеловала его в лоб.
- А папе мы скажем?
Тут на пороге появился хмурый Аллар и грозно спросил:
- Скажете что?
Вечером мы опять поругались с мужем, он обвинил меня в том, что я специально подговорила сына.
***
Женька поступил в Академию магов в Вержегороде. Он был очень рад учебе, однако, чем быстрее он рос, тем меньше ему нравилось находиться в доме. Из-за наших отношений с Алларом. Которые похолодели заметно. Как и охладела постель. От чего я даже порой ломала руки и даже подумывала об измене, но все же надеялась на то, что у нас все будет как прежде.
***
Аллар пилил игрушки на чердаке, а я лежала на кровати в нетерпении, и, наконец, сорвалась и поднялась к нему:
- Ты мне нужен.
Он даже не развернулся.
- Дай доделать коня, и я спущусь.
- Долго?
- Да.
Низины погреби!
***
Нет. Что-то не так. Раньше Аллар действительно он любил меня. И лучше никак, чем...
Что же пошло не так?
Я, накинув, одеяло подошла к окну.
Ну, нет! Это мне надоело! Я заорала:
- Эй, ты! Когда ты появилась в моей жизни, все пошло наперекосяк! Кто ты и что происходит?!
Однако моя копия неожиданно сорвалась с места и побежала. Я злобно выбросила покрывало, и прямо в сорочке выбежала на улицу и погналась за возможными ответами на вопросы.
- Эй, стоять! - орала я, но моя копия не реагировала.
Сколько мы бежали, не знаю, но неожиданно другая "я" остановилась возле кладбища и подозвала меня:
- Я могу сказать, что не так. Идем.
Она попыталась взять меня за руку, однако я одернула ее:
- Не смей прикасаться, чудовище.
"Я" ничего не ответила, только поманила рукой. Я пошла за ней сквозь надгробия и мне стало не по себе. Мы прошли мимо посмертного пристанища Алекса и Рива, и мне на короткий момент почудилось, что я увидела их, но...несколько других.
- Вот, - копия указала на пустой могильный камень.
Я, уже напуганная, спросила:
- И?
- Присмотрись внимательнее.
На нем оказалась надпись. Я прищурилась и с ужасом прочла:
"Кордилина Къорлине. 870-885".
- Это...невозможно...я жива... Я Кордилина Аларинова...сейчас 909-тый год, и я жива...Мне 39 лет...я не могла умереть в 15...
Однако "я" холодно ответила:
- Это не так. Все идет не так, потому что ты не должна была жить. Ты - недостойна жизни.
- Нет...нет...нет...- сделала пару шагов назад я и сорвалась с места. Бежала долго, пока с ужасом не накрыла себя одеялом дома.
***
Прошло несколько лет, но с тех пор я больше не встречала свою копию, чему очень обрадовалась. Но чему я не была рада, так это нашим с Алларом отношениям. Мы были друг с другом вежливы, но чего-то не хватало. Это замечал и Женька, который решил вообще не навещать нас несколько лет, ограничиваясь письмами, чем огорчал и меня, и Аллара.
***
Мы грустно сидели и молча пили чай, как неожиданно появился он...
Я ахнула...
Это был молодой Аллар, пятнадцати лет, такой, каким он со мной познакомился, только в одежде мага, с шарфом целителя и копной длинных роскошных моих волос, наполовину забранных назад...
- Мам, пап, извините меня, пожалуйста, мне не нравились ваши ссоры, и я...это было неправильно...
- Сынок! - прокричали мы оба с мужем и кинулись обнимать со слезами на глазах своего ребенка.
***
- Мне остался последний год учиться, и я получу официальное разрешение от королевства на исцеление. Меня Академия давно перенаправила в Палату Целителей, и в этом году я буду помогать людям вживую, а не по учебникам! Это так здорово! А еще...
Я завореженно смотрела на своего сына и переставала замечать, что он говорит. О, Всетворец! Какой же он у меня красавец...точная копия Аллара. Если бы не волосы, точно он...
- Мам? - Женя строго посмотрел на меня и отца, - надеюсь, вы не ссоритесь больше. Очень ранит сердце, когда родители ругаются между собой. Я останусь на несколько дней с вами, только... без ругани, прошу.
- Да, сыночек мой, - сладким голосом произнесла я.
***
- Давно я не был в нормальной бане, а то в Академии...
На пороге появился полуголый Аллар с полотенцем на голове и на бедрах. Я обомлела и выронила посуду из рук. Это...он...как в пятнадцать лет!
- Мама? Что с тобой? - спросил Аллар голосом Женьки и кинулся собирать осколки. Я поставила барьер на двери и опустилась на колени рядом с ним...близи к его лицу...
- Мам, ты не поранилась? Я могу тебя исцелить, - посмотрел он прямо в мои глаза. Эти очи...эти прозрачные глаза....
Я больше не могла себя сдерживать и впилась в губы молодого Аллара, а он испуганно отстранился:
- Мама?!
- Мама? Аллар, не шути, - я начала закрывать пространство вокруг себя барьерами, попутно снимая с себя одежду, - но если ты хочешь поиграть, мой дорогой, я стану для тебя мамочкой.
***
Настал вечер, я пела песни от счастья и готовила нечто вкусное, как возле меня появился уставший Аллар и спросил:
- Где Женька? Он же сказал, что останется на несколько дней... вещи его здесь. Ты его не видела?
- Может, с подружкой гуляет? - напевая, предположила я, не оборачиваясь, - помнишь, мы в каком возрасте познакомились?
- Надеюсь, - обеспокоенно проговорил муж. Я обернулась....
Низины, что я натворила?!
***
Спустя несколько дней к нам за стол пожаловал сын, смотрящий огромными глазами вникуда. Муж тут же обеспокоенно спросил:
- Жень...что случилось?
Сын смотрел сначала в пол...затем поднял глаза и уставился на меня. А затем неожиданно зарыдал:
- Мама! Она...она...
Я испуганно замотала головой:
- Женя, это...была ошибка...я не хотела...
Аллар перевел взгляд на меня и уже строго спросил:
- Что вы с матерью такого натворили, а?!
Женя пролепетал:
- Отец...мы...с матерью...спали....
Сначала муж не понял:
- И что такого? Кровать...- и тут до него стало доходить. Он начал тяжело дышать, и с криком:
- Ах, ты, щенок! - на мгновение забыл, что он даэйгор, и со всей силой дал пощечину Женьке.
Сын, словно перышко, влетел в стену...
Я заорала.
Лицо Женьки сделалось синим, сам он, находясь в скрюченном состоянии со свернутой шеей, застрял наполовину в деревянной стене, задрыгался и, истекая кровью из носа, глаз и рта, замертво обмяк.
Тут заорал Аллар:
- Сынок! Я...я...не хотел...
Муж, как и я, заревел, и бросился прочь, а я медленно подошла к сыну.
На шум прибежала Блоурэн:
- Что случилось? - она осмотрела комнату и все поняла, подошла к Жене и принялась его вытаскивать, - он мертв, я сожалею, Лина.
- Нет....нет... - я полезла обнимать своего ненаглядного мальчика, - он жив...просто он...целитель...он...вылечит....себя...
Лилия со словами:
- Я за Алларом, - тоже побежала прочь.
А я наедине осталась с трупом сына...
***
Наконец, я нашла силы, чтобы уложить Женю на кровать и осознать случившееся, как в дом вернулась Лилия, таща на руках мокрого Аллара с пустым взглядом. Она положила отца к сыну и проговорила, чуть дрогнув:
- Извини, Лина, я не смогла его спасти. Он утонул. Это было самоубийство, но он не вернется криккенером, потому что он был даэйгором. Извини, Лина. Единственное, что я могу, так это - устроить вместо тебя похороны.
Я смотрела тупо на мертвецов, бывшими некогда моими мужем и сыном, какое-то время тупо, пока не зарыдала в голос...
***
Не знаю, сколько прошло времени, но я до сих пор не могла успокоиться. Пролила целое озеро слез, прежде чем я просто улеглась без сил на кровать, смотря высохшими глазами на свою копию, которая лежала на той стороне кровати, на какой раньше спал Аллар.
- Пришла посмеяться надо мной? - зло спросила я.
- Нет. Я не умею смеяться.
- Так убирайся с моего дома, - бессильно прохрипела я.
- Я только задам тебе вопрос. Что в том углу комнаты? - указала она рукой.
- Это нелепо, - проговорила я и посмотрела в направлении руки...
Что за...
- Я...ничего не вижу...
- Какого цвета твои волосы?
- Это легко! - я взяла прядь в руку и осеклась, - я...не знаю.
- Тебе это не кажется странным?
- Я...
- Ты с собой от горя начала говорить? - вошла Лилия. Я на нее отвлеклась, и моя копия тут же пропала.
- Нет...я...я...- тут же принялась плакать я...- Лили...они мертвы...все мертвы... Алекс, его отец, Рив, Аллар, Женя, и даже маленькая принцесса...я...схожу с ума....
- Я думаю, тебе нужна помощь.
***
В меня летели мощные потоки воздуха, однако Блоурэн крепко сжимала меня, а ее сильные крылья быстро несли нас к клочку земли:
- Почему ты думаешь, что это мне поможет?
- В любом случае, в том доме тебе оставаться нельзя. Мне никого не удалось защитить, и теперь, Лина - ты моя единственная семья, и я сделаю ради тебя все, даже перенесу в другое королевство.
- Ладно, - безрадостно просипела я.
Уже с воздуха что-то казалось не то. Но, подлетев к земле, мы с Блоурэн увидели лишь окровавленные трупы на песке с разгромленными платками и двух подростков, играющих с кинжалами.
- Еще развлечение прилетело, Сашка, - проговорила девчонка-близнец своему брату, - смотри, еще и криккенер... давай, поиграемся.
Мальчик молча кивнул.
Но они ничего не успели сделать, как Блоурэн успела вызвать барьеры, отделившие их тела от голов.
- Извини, Лина. Я не знала, что тут творится. У меня есть еще один вариант.
***
С воздуха открывался вид на песок и храм, скрытый за цветущими деревьями, стоящим прямо возле кромки воды. Лилия встала возле входа и поставила меня.
- Странно, что никого нет. Стой здесь, никуда не выходи, я поищу кого-нибудь.
И ушла.
Но дверь распахнулась и меня поманила моя копия. Я устало вошла внутрь, ожидая встретить там "себя".
Это и произошло...только это было...нечто другое...
Пустая комната посреди которого стоял роскошный гроб, в котором лежала моя копия, но она...не была обезображена. Ее голова с короткими волосами покоилась на подушке, а невридимые глаза были закрыты. Вокруг нее и внутри гроба были уложены красивые цветы, а в руках у нее покоился посох, на концах которого были изображения белого и желтого светил.
- Это...
- Это ты, - произнес женский незнакомый голос за спиной. Я обернулась и увидела женщину в накидке из вороньих перьев, а ее голову с волосами цвета этих самых вороньев перьев венчал обруч с коровьими рогами, а от узкиь губ спускалась по шее татуировка в виде змеи. Я сначала не узнала ее, затем вспомнила...это...это... я ее видела давно, когда в первый раз столкнулась с безглазой копией себя!
- Что происходит? Я не понимаю.
- Ты спишь и видишь сон, Кордилина, пока я тебя восстанавливаю и изучаю твой главный страх, - она наклонила ко мне суровое лицо с острыми вороньими глазами.
- Сон...страх...- я ничего не понимала... - так это все....
- Сон. Точнее твой главный кошмар. Твой главный страх.
- Какой еще страх?
- Ты боишься жить, Кордилина. Но тебе пора проснуться, Наракшат, воплощение надежды.
- Но...если...настоящая она... - заплакала я, - то, что будет со мной?
- Ты всего лишь сон. А теперь пора проснуться.
***
Я резко поднялась и сделала глубокий вздох. С меня посыпались цветы и едва не упал необычных посох, если бы я его не прихватила руками. Неожиданно зазвенели колокольчики, и меня окружили люди в халатах с цветами. Один из них в странном головном уборе провозгласил:
- Богиня проснулась, и теперь мы спасены! Слава Богине!
И все тут же упали на колени. Я попыталась встать, но только посыпались цветы. Палка опять чуть не ускользнула, но я рефлекторно ее держала в руках. Мужчина все понял и помог встать мне на ноги.
- Богине нужно помочь пробудится!
И эта толпа буквально вынесла меня к зеркалу, где на меня смотрела худая маленькая девчонка лет пятнадцати с огромными здоровыми глазами и кучерявыми волосами длиной выше плеч. Я потрогала волосы. Они не были такой длины раньше.... Но меня спокойно подстригли еще короче, глаза подкрасили, губы намазали, прошлись по лицу, и одели венок из цветов.
Я смотрела на все это и ничего не могла понять.
Кто я? Кто я настоящая? Та, у которой был сын или же другая, обезображенная?
Затем меня подняли, нарядили в накидку из живых пахнущих красивых цветов.
Запах...я вообще должна его чувствовать или нет?
Затем меня отвели в широкий длинный зал, где я увидела ту женщину с рогами на голове и воскликнула:
- Ты! - а затем запнулась...эмоция? Я испытываю эмоции?
Но меня заглушил тот мужчина:
- Возрадуемся же Богине, спасшей нас от Конца Света!
Что? Какой еще конец света?
Женщина подошла поклонилась мне и сказала мужчине:
- Позвольте мне, как предвестнице, сопроводить богиню.
- С великой радостью, Предвестница!
И эта женщина взяла меня под руку и мы пошли из зала по коридору. Как только толпа ряженых людей исчезла из виду, женщина начала говорить:
- Сейчас ты шокирована и у тебя много вопросов, Наракшат. Я представлюсь - Ньолар, настоящее имя забыла, но я вроде как богиня спокойствия и раздражения, но на самом деле, личная игрушка Лакромана. Сейчас он переключился на Аллариана, вот я и вырвалась...
- Меня не так зовут, а Кордилина...Аллариан...жив?
- Более того, дорогая, он - бессмертный.
- Я.... - в голове начало проясняться. - Точно, да...он не умер, это я умерла...затем...
- Ты просто спала, а я тебя восстанавливала. Ассертши ускорила твой процесс, в итоге ты получилась немного "незавершенной", и твоя душа с телом не слились до конца воедино, вот пока ты 30 лет спала...
- Сколько?! Сейчас 945-ый год?!
- Нет. Неправильно. Началось новое исчесление. Сейчас 30-ый год с Конца Света, который ты якобы остановила. На самом деле, очередная игрушка Лакромана под названием Аллариан стерла Северное и Западное королевства, населению в очередной раз мои сородичи стерли память и заново пошло время. Такое происходит уже шестой раз...или...низины, забыла. В общем, я говорю, что так мало того, что население сокращается, так вы его еще и отупляете, а никто меня не слушает.
- Запад и Север...исчезли?
- Да. Полностью. Только в предыдущие разы, - мы вышли на улицу, на пляж, - люди тоже исчезали. Навсегда, их растворяло в пространстве. Но аэйровийская магия потратили последние живые, мертвые и аэйровийские нити перемещения, в итоге - люди с Запада и Севера навсегда заперты в Астрале, но живы. А мы теперь не можем перемещаться в другой мир. И у нас остались лишь Восток и Юг. Сейчас мы в бывшем Восточном королевстве - нынешней Великой общине, где я подобрала тебя уснувшую и помогла. В свое время я вот так помогла Сейшалю... - она вздохнула, - с тех пор я стала его подопытной.
- Кому?
- Сейшаль Томази, младший сын привелигированного землеобрабатывателя желтого дома, который сейчас известен как Лакроман. О, это такой гад. Он даже притворяется, что якобы у него раздвоение личности...
- Что? Он не...
- Да. У него одна сущность. И цель - отомстить за свою судьбу. А она у него была нескладная. Ваши истории похожие, Кордилина. Может, поэтому я верю в тебя, что ты хоть сможешь его остановить...
Пока я приходила в себя и могла только задавать односложные вопросы:
- Почему наши истории похожи?
Но Ньолар замялась:
- Давай...я позже расскажу, это длинная история. Просто...когда я помогала его душе и телу нормально слиться, я слишком прочувствовала его историю..и...- женщина смахнула слезы, - мне тяжело, хоть я и понимаю, что Сейша нужно остановить. Как и вызволить Аллариана из беды. Ну, нашего сородича, и распутать его запутавшие нити.
Какое-то время мы смотрели на спокойное море и пляж цвета... рогов женщины. Мне вдруг стало так легко... но все же кое-что меня терзало:
- Тот сон... это же неправда, да? Я ... не такая...не...
- Это просто был твой страх, моя дорогая. Все мы чего-то боимся. И ты беспокоилась о том, что будь ты жива, все так и было, но реальность такова, что у нас, в Кристалье, остались лишь два королевства, которые сильно деградировали, и спустя 1000-2000 лет мы рискуем вообще остаться без людей и суши, если даже не раньше. Предлагаю найти Ассертши, и думать, как решить проблему.
Я кивнула головой, и тут же меня зашатало. Меня подловила Ньолар со словами:
- Только тебе нужно прийти в себя. Но я верю в тебя. В отличие от остальных, думаю, мы справимся с надвигающимся концом света.