Аннотация: Интересно для нас сейчас живущих. Отрывок из книги "Легенда о Тристане и Изольде", Серия "Литературные памятники", М., "Наука", 1976
Не могу удержаться от цитирования из древней английской баллады см. в (Легенда о Тристане и Изольде, Издание подготовил А. Д. Михайлов, Серия "Литературные памятники", М., "Наука", 1976; перевод с древневаллийского: С. В. Шкунаев).
Трижды во времена Артура были возложены тремя Мужами Подавляющие Узы Всевыносящей Любви на трёх самых Прекрасных, Пленительных и Знаменитых Девушек, какие только были на Острове Британии в то время. Это были узы, которые
ТРИСТАН, сын Таллуха, возложил на ЕССИЛТ, дочь [Килвануйда] Опоры Британии;
и узы, которые Кинан, сын Клидно Айдина, возложил на Морвид, дочь Уриена Регедского;
и узы, которые Карадауг Сильная Рука, сын Лира Марини, возложил на Теган Золотогрудую, дочь Нида Щедрая Рука короля Севера.
И они были самыми Прекрасными, Пленительными и Знаменитыми Девушками, какие только были на Острове Британии в то время.
Три Неверных Жены Острова Британии: три дочери Калвануйда Британского:
Ессилт Прекрасноволосая [любовница Тристана],
и Пенарван [жена Овайна, сына Уриена],
и Бин [жена Фламдуйна].
И одна была более неверной, чем эти три: это
Гвенуйфар, жена Артура, так как она опозорила лучшего человека, чем любая [из трёх других].
В ту пору Тристан, сын Таллуха, и Ессилд, жена Марха, сына Майрхиона, скрылись в лесу Келидон. С ними были лишь Голуг Хафдид, служанка Ессилд, и Бах Бихан, паж Тристана, которые захватили с собой пирогов и вина и приготовили им в лесу ложе из листвы.
Марх, сын Майрхиона, отправился тогда к Артуру и стал обвинять Тристана в оскорблении его чести и просить о мщении, [говоря, что он, Марх, сын Майрхиона, двоюродный брат Артура и по родству ближе ему, чем Тристан - его племянник. "Я сам выступлю со своими людьми, - сказал Артур - и либо либо защищу твою честь". И они направились к лесу Келидон и окружили его.
Таково было свойство Тристана, что каждый, проливший его кровь, умирал, а также любой, кого ранил Тристан.
Когда донеслись до Ессилд со всех концов леса шум и голоса, она в страхе укрылась в объятьях Тристана. Спросил Тристан, отчего она так взволновалась, и Ессилд ответила, что от страха за него. И сказал Тристан:
−
Благословенная, забудьте страх, Ессилд,
Нас разлучить, коль вам я другом стал,
Три раза по сто рыцарей не смогут,
Или вождей, закованных в металл.
−
Встал Тристан и, подняв свой меч, устремился в первый поединок и, наконец, встретился с Мархом, сыном Майрхиона, который воскликнул: "И ценой своей жизни хотел бы я убить его!" Но другие его воины сказали: "Позор нам, если мы нападём на него!" И из трёх поединков вышел Тристан невредимым.
Кэ Длинный, который любил Голуг Хафдид, разыскал место, где осталась Ессилд, и спел такой енглин:
−
Ессилд, благословенная, сказать,
Позволь тебе, что любишь, словно чайка,
Тристану удалось неволи избежать.
− Ессилд:
Благословенный Кэ, когда,
Слова твои не ложь,
Прекрасную за то подругу обретёшь.
− Кэ Длинный:
За весть, что слышана тобой,
В награде нет нужды такой,
Голуг Хафдид я предпочту любой.
− Ессилд:
Коль эта весть из уст твоих,
Мне правду говорит,
Получишь ты Голуг Хафдид.
−
А Марх, сын Майрхиона, снова придя к Артуру, сокрушался, что не смыл он оскорбления кровью и не получил удовлетворения, "Лишь один совет могу я дать тебе, - сказал Артур, - пошли музыкантов, так, чтобы издалека слышал он звуки их инструментов, и поэтов со стихами в его честь - это пересилит его гнев и обиду". Так и было сделано. Тристан же созвал к себе музыкантов и пригоршнями раздал им золота и серебра. Тут выслали к нему главу мира - это был Гвалхмаи, сын Гуйра. Спел он старинный енглин:
−
Шумит огромная волна,
В пучине, буйной до предела,
Скажи мне, кто ты, воин смелый?
− Тристан:
Шумны огонь и гром всегда,
Поодиночке или вместе,
Я в битве как Тристан известен.
− Гвалхмаи:
Тристан, чьи безупречны нравы,
Твои слова не изменить ни в чем,
Я сам присутствовал при том.
− Тристан:
Чего для брата не свершил бы брат,
То в день кровавого труда,
Я для Гвалхмаи сделать рад.
− Гвалхмаи:
Тристан, чьи нравы несравненны,
Не откажись рука держать клинок,
Исполнил бы и я что смог.
− Тристан:
Об этом стал бы я просить,
Чтоб успокоить, а не возбудить,
Кто эти воины вдали?
− Гвалхмаи:
Тристан, чьи нравы знамениты,
Хоть и не ведая, кто ты,
В лесу Артура люди скрыты.
− Тристан:
Не стану угрожать и для Артура,
С девятьюстами я сойдусь в бою,
И если встречу смерть, то все ж и сам убью.
− Гвалхмаи:
Тристан, любезный дамам [знай],
Пока войной ты не пошёл на них,
Дороже мир всех ценностей земных.
− Тристан:
Когда на поясе мой меч,
И правая рука готова к бою,
Близка удача равно к нам обоим.
− Гвалхмаи:
Тристан, чьи достославны нравы,
И натиск копья сокрушал, как буря,
Единокровного не отвергай Артура.
− Тристан:
Гвалхмаи, чьи чудесны нравы,
Дождь затопляет сто полей,
Его любовь я встречу равной.
− Гвалхмаи:
Тристан, чьим нравам нет сравненья,
Дождь покрывает сто дубов,
К Артуру следуй ты без промедленья.
− Тристан:
Гвалхмаи с нравом противоречивым,
Сто борозд затопляет дождь,
Пойду с тобой, куда ни поведёшь.
−
И вот пришли они к Артуру и Гвалхмаи спел такой енглин:
−
Артур, известный благородством нравов,
Дождь заливает сто голов,
Со мной Тристан, возрадуйся по праву.
− Артур:
Гвалхмаи, чьи прекрасны нравы,
Ты не скрывался в битвы час,
Тристана я приветствую у нас.
−
Но Тристан не проронил ни слова, и Артур спел второй енглин:
−
Тристан благословенный, войск водитель,
Народ люби свой как себя,
И с ним меня - его вождя.
−
И опять Тристан не проронил ни слова, и Артур спел третий енглин:
−
Тристан, о знаменитый воин,
Бери, что лучший брать достоин,
И искренне люби меня.
−
Но и на это ничего не сказал Тристан.
− Артур:
Тристан прекрасномудрых нравов,
Люби свой род, не принесёт он зла,
Кровь среди нас остыть родная не могла.
−
И тогда сказал Тристан Артуру:
−
Артур, твои слова я принимаю,
И как вождя приветствую тебя,
Твоим приказам следовать желаю.
−
Тут Артур примирил его с Мархом, сыном Майрхиона. Но хоть каждого и уговаривал Артур, никто не хотел оставить Ессилд другому. И вот постановил Артур: одному она будет принадлежать пока листья зеленеют на деревьях, другому - все остальное время. Его-то и выбрал Марх, ибо тогда ночи длиннее. Воскликнула Ессилд, когда сказал ей об этом Артур: "Благословенно будь это решение и тот, кто его вынес!" И спела она такой енглин:
−
Три дерева вам я назову,
Весь год они хранят листву,
Плющ, остролист и тис -
Пока мы будем жить,
С Тристаном нас никто не сможет разлучить.
−