Глава 21
Они стояли перед следующей дверью - огромной, тёмно-фиолетовой, с мерцающими прожилками, которые медленно пульсировали, словно дверь дышала.
Плазма кружилась вокруг неё, как всегда любопытная:
- Ой, какая красивая! Смотрите, она переливается! Как будто внутри кто-то устроил дискотеку только для меня!
Аня скрестила руки:
- Плазма, отойди подальше. После библиотеки я не доверяю ни одной двери в этой вселенной.
- Да ладно тебе! - Плазма подлетела ещё ближе и игриво ткнула дверь краем. - Она тёплая! И... ой... она меня... лижет?
Валтах резко поднял голову:
- Что значит "лижет"?
- Ну как языком! Только большим и очень вежливым! - Плазма захихикала. - Щекотно! Перестань, дверь, я не еда!
Дверь вдруг издала низкий, довольный звук - нечто среднее между мурлыканьем и чавканьем.
Аня сделала шаг вперёд:
- Плазма. Назад. Немедленно.
Но было уже поздно.
Дверь внезапно открылась не в сторону, а... как пасть.
Огромная, с мягкими фиолетовыми "губами" и рядами светящихся зубов-лампочек. Она широко зевнула и громко, с явным удовольствием:
- ЧМООООК!
Плазму втянуло внутрь одним мощным глотком, как сок через трубочку.
Раздался довольный булькающий звук, и дверь захлопнулась обратно, став идеально гладкой и невинной.
В воздухе ещё пару секунд висело только эхо весёлого "Уиииии!" Плазмы.
Аня стояла с открытым ртом.
Валтах медленно моргнул два раза.
Тишина.
Аня первой обрела голос. Очень тихий и очень опасный:
- Дверь... только что... съела нашу Плазму.
Валтах кивнул, всё ещё глядя на дверь:
- Технически - да. Она применила функцию "поглощение избыточной эмоциональной массы". Плазма для неё была как большое ведро клубничного мороженого с посыпкой.
Аня сделала шаг к двери и ткнула в неё пальцем:
- Эй, ты, жрущая тварь! Выплюнь её обратно. Сейчас же.
Дверь в ответ издала сытое, довольное "бульк" и даже слегка икнула.
Аня повернулась к Валтаху. Глаза у неё были уже не просто злые - они были бешеные:
- Она... икнула. Эта дверь только что икнула нашей Плазмой.
Валтах поправил несуществующий воротник:
- Судя по звуку, ей очень понравилось. Возможно, Плазма была для неё деликатесом.
Аня сделала глубокий вдох, потом резко выдохнула и закричала прямо в дверь:
- СЛУШАЙ СЮДА, ФИОЛЕТОВЫЙ ПЫЛЕСОС!
Если ты сейчас же не вернёшь мне мою Плазму, я тебя разнесу по молекулам, а потом соберу обратно и заставлю смотреть, как я буду танцевать на твоих останках!
Дверь ответила тихим, почти смущённым "пффф..." и слегка покраснела по краям.
Валтах тихо заметил:
- Кажется, она стесняется.
Аня развернулась к нему:
- Валтах. Говори быстро. Как мы её достанем?
Валтах уже сканировал дверь:
- Вариантов три.
Первый - вежливо попросить. Шанс успеха - 0,3 %.
Второй - взломать её изнутри. Шанс - 34 %.
Третий - разозлить тебя настолько, что ты просто вынесешь дверь ногами. Шанс - 87 %.
Аня посмотрела на дверь так, будто та лично ей должна миллион кредитов:
- Значит, идём по третьему варианту.
Она закатала несуществующие рукава и сделала шаг вперёд:
- Эй, дверь. Я даю тебе последний шанс.
Выплюнь Плазму. По-хорошему.
Дверь ответила длинным, очень довольным чавканьем.
Аня улыбнулась. Очень нехорошо:
- Ну всё. Была вежливой - не получилось.
Аня со всей силы ударила кулаком по фиолетовой поверхности.
Дверь ойкнула - громко, почти по-человечески - и заметно содрогнулась. По ней пробежала волна мелких радужных пузырьков.
- Ай! - раздался изнутри приглушённый, но очень довольный голос Плазмы. - Ань, ты меня щекочешь!
Аня застыла с занесённым кулаком.
- Она... там живая?!
Валтах уже стоял рядом, сканируя дверь всеми доступными способами.
- Живая. Более того, она внутри активно переваривается. Дверь пытается преобразовать её в чистую энергию... но не может. Плазма слишком... сложная.
Он сделал паузу и добавил тише, почти задумчиво:
- Законы физики порождают сложные системы. А сложные системы рано или поздно приводят к сознанию. Плазма уже не просто энергия - она перешагнула эту грань. Дверь пытается её "упростить", а она сопротивляется. Поэтому процесс и застрял.
Аня повернулась к нему с выражением "ты сейчас серьёзно?":
- То есть эта жрущая дверь сейчас занимается философией на моей Плазме?!
- Именно. И, судя по всему, у неё несварение.
Дверь довольно икнула и выпустила маленькое розовое облачко с запахом ванили и лёгкой истерики.
Аня зарычала:
- Ладно, философская пасть. Сейчас я тебе устрою такое расстройство желудка, что ты будешь выплёвывать радугу до конца вечности.
Она размахнулась и начала методично колотить дверь обоими кулаками. Каждый удар сопровождался глухим "бум!" и возмущённым "ой!" изнутри.
- Отдавай! Плазму! Сейчас! Же!
- Ань, больно! - пискнула Плазма. - Но щекотно! Продолжай!
Валтах стоял в стороне и спокойно комментировал:
- Энтропия внутри двери растёт. Ещё семь-восемь ударов - и она начнёт выбрасывать фрагменты Плазмы. Продолжай в том же темпе.
Аня остановилась, тяжело дыша:
- Семь-восемь? Да я сейчас эту дверь на запчасти разберу!
Она отступила на шаг, разогналась и врезалась в дверь плечом, как таран.
Дверь громко крякнула, прогнулась внутрь и... внезапно выплюнула небольшой кусочек Плазмы - ярко-розовый шарик размером с кулак.
Шарик повис в воздухе и радостно запищал голосом Плазмы:
- Привет! Я часть! Меня зовут Плазмочка-мини! Я очень эмоциональная и немного растерянная!
Аня поймала шарик в ладони. Тот сразу начал обниматься.
- Это... это вообще что?!
Валтах наклонился ближе:
- Фрагмент. Дверь начала делить её на более простые составляющие, чтобы легче переварить. Мы сейчас собираем Плазму по частям.
Мини-Плазмочка радостно закружилась вокруг Ани:
- Я тебя люблю! А где остальное я? Я хочу быть большой!
Аня посмотрела на дверь уже с настоящей яростью:
- Ах ты жадная тварь. Решила нашу Плазму на запчасти разобрать?!
Дверь в ответ довольно булькнула и слегка покраснела.
Валтах вздохнул:
- Нам нужно извлечь оставшиеся восемьдесят семь процентов. И каждый фрагмент будет... разным. Один - чистая радость, второй - истерика, третий - непреодолимое желание всех обнять, четвёртый - философские размышления о смысле жизни.
Аня медленно улыбнулась своей самой опасной улыбкой:
- Значит, будем собирать нашу девочку по кусочкам. И каждый кусочек я вырву у этой двери с мясом.
Она снова замахнулась.
- Готовься, фиолетовая. Сейчас начнётся настоящая терапия.
Дверь заметно занервничала и попыталась втянуть "живот".
Аня размахнулась и с разбегу врезалась в дверь плечом.
БУМ!
Дверь прогнулась, как мягкий матрас, и возмущённо крякнула. Из неё вылетел маленький ярко-розовый шарик.
- Я здесь! Я часть Плазмы! Меня зовут Плазмочка-Радость! - шарик закружился вокруг Ани и начал обнимать её лицо.
БУМ!
Дверь икнула и выплюнула ещё один фрагмент - ярко-оранжевый, заметно нервный шарик.
- Я Плазмочка-Истерика! - завопил он сразу. - Всё пропало! Мы никогда её не соберём! Мы все умрём в этой двери! А-а-а!
Шарик заметался между Аней и Валтахом, размахивая крошечными светящимися "ручками".
Аня поймала его за "шиворот":
- Тихо. Мы тебя уже собираем.
Дверь, кажется, обиделась. Она перешла к следующей тактике - стала... грустной. По поверхности потекли фиолетовые "слёзы", а изнутри раздался тихий плачущий голос:
- Вы такие жестокие... Я просто хотела немного тепла... Плазма была такой яркой... А вы меня бьёте...
Валтах приподнял бровь:
- Стадия манипуляции чувством вины. Довольно продвинутый уровень.
Аня не купилась. Она подошла вплотную и твёрдо сказала:
- Слушай сюда, плакса. Ты сожрала нашу девочку. Отдавай. Или я устрою тебе такое расстройство, что ты будешь светиться от стыда следующие сто лет.
И снова удар.
БУМ! БУМ! БУМ!
Дверь громко рыгнула и выплюнула сразу два фрагмента.
Первый - маленький синий шарик - тут же начал рассуждать:
- Законы физики порождают сложные системы... а сложные системы неизбежно приводят к сознанию... Но что есть сознание, если меня переваривают?..
Второй - ярко-зелёный, невероятно энергичный:
- Я Плазмочка-Обнимашка! Давайте всех обнимать! Даже дверь! Особенно дверь
Зелёный шарик немедленно полетел обнимать дверь. Та в панике попыталась закрыться плотнее, но не успела.
Аня стояла, удерживая уже четыре фрагмента Плазмы. Они кружились вокруг неё, как светлячки, и говорили одновременно:
- Я тебя люблю!
- Мы все умрём!
- Сознание - это иллюзия...
- Давайте обнимемся!
Аня посмотрела на Валтаха:
- Это уже четыре. Сколько ещё осталось?
- Примерно шестьдесят три процента, - спокойно ответил он. - И, судя по динамике, следующие фрагменты будут... ещё интереснее.
Дверь, поняв, что теряет добычу, сменила стратегию. Она внезапно стала больше, темнее и угрожающей. Поверхность покрылась шипами, а изнутри раздался низкий рычащий голос:
- Хватит.
Я не отдам остальное.
Она моя.
Аня медленно улыбнулась своей самой опасной улыбкой:
- О, отлично. Теперь стадия "злая дверь".
Наконец-то честно.
Она отступила на несколько шагов, размяла плечи и сказала:
- Валтах, считай. Я сейчас буду выбивать Плазму по-крупному.
Валтах кивнул:
- Энтропия внутри уже критическая. Если продолжишь в том же темпе, через пару минут дверь начнёт отдавать крупные фрагменты.
Аня глубоко вдохнула.
- Ну что, жрущая тварь...
Продолжим?
Дверь зарычала.
Аня зарычала в ответ.
Поверхность двери разгладилась, стала золотисто-фиолетовой и почти изящной. По ней побежали аккуратные каллиграфические строки:
"Давайте договоримся.
Я готова вернуть 70 % Плазмы.
Взамен вы оставите мне 30 %.
Она такая вкусная...".
Аня фыркнула:
- Ты сейчас серьёзно пытаешься со мной торговаться?
Голос двери стал мягким, почти ласковым:
"Я могу быть щедрой.
60 % вам, 40 % мне.
Я даже добавлю бонус - вечный запас положительных эмоций для вас троих.
Представьте: вы больше никогда не будете злиться. Только радость и гармония".
Плазмочка-Истерика мгновенно взвилась:
- Нет! Не соглашайся! Без злости я не я! Я хочу иметь право орать!
Аня скрестила руки:
- Слышала? Моя Плазма не продаётся. Отдавай всё. По-хорошему.
Дверь ненадолго замолчала, затем выдала новый вариант:
"Хорошо. 85 % вам.
Но один маленький фрагмент - самый вкусный, философский - останется у меня.
Всего один. Он такой глубокий... Я буду с ним разговаривать по вечерам".
Валтах тихо хмыкнул:
- Переход к торгу за конкретные части личности. Это уже не жадность. Это коллекционирование.
Аня шагнула ближе и ткнула пальцем в дверь:
- Слушай сюда, рыночная пасть.
Ты получишь ноль процентов.
Ноль.
Отдавай всё - или я буду пинать тебя, пока ты не начнёшь выплёвывать Плазму вместе с зубами.
Дверь обиженно икнула и выдала последнее, отчаянное предложение:
"Ладно... 95 % вам.
Но я оставлю себе самый маленький кусочек - ту часть, которая просто хочет, чтобы её любили.
Совсем немного.
Она такая... милая".
Плазмочка-Радость, кружившая у плеча Ани, вдруг тихо сказала:
- Это я... Это та часть, которая просто хочет любви...
Аня замерла. А потом медленно, очень опасно улыбнулась:
- Ах ты...
Она прищурилась, глядя на дверь:
- Ты решила оставить себе ту часть Плазмы, которая умеет любить без условий?
Шаг назад. Разбег.
Удар.
БУМ!
Дверь прогнулась внутрь, как желе, и громко рыгнула, выплёвывая крупный фрагмент - ярко-розовый, размером почти с голову.
- Я вернулась! - радостно закричала новая часть. - Я та, которая хочет сказать, что всё будет хорошо!
Аня поймала фрагмент и крепко прижала к себе.
- Молодец, дверь, - холодно сказала она. - Ты только что потеряла ещё пятнадцать процентов.
Она подняла взгляд на поверхность:
- Ну что? Продолжим "переговоры"?
Дверь тихо заскулила и заметно побледнела, утратив часть своего золотого блеска.