4.32 G

Гоблины.

Гоблины! Гоблины, гоблины, гоблины!

Гоблины.

И на этот раз появился Лорд Гоблинов.

Верно?

Никто не давал им такого шанса. Собирались армии. Люди, Дрейки и несколько племен Гноллов начали подготовку, чтобы покончить с угрозой до того, как она полностью раскроется. Лорд Гоблинов разгромил две армии Дрейков, поэтому на этот раз будет отправлено четыре. Или шесть. Или восемь. Люди уже стягивали огромные собственные силы на случай, если Лорд Гоблинов двинется на север.

Но в трёх уголках Изрила, глубокой ночью, когда уже начинал брезжить рассвет, трое гоблинов посмотрели вверх. Все они что-то почувствовали. Предчувствие.

Безмолвные наблюдатели на стенах смотрели, как проходят гоблины, не открывая ответного огня. Возможно, они бы сделали это против менее значимого войска, но никто не осмелился спровоцировать этот поток гоблинов в чёрных доспехах. Армия Короля гоблинов насчитывала десятки тысяч воинов, и они маршировали по равнинам. На север.

На одном из холмов, ближайших к городу, стояло здание. Трактир, очень странный, с какой-то башней. Гоблины пускали в него зажигательные стрелы, ворча, когда те не смогли поджечь здание. Более того, некоторые стрелы просто отскакивали от стеклянных окон, что было весьма необычно. Но здание находилось слишком близко к городу, чтобы его грабить, да и было, скорее всего, пусто.

И они знали об этом.

Гарен Рыжий Клык вышагивал по залам горы Тремборага с мечом в руке. За ним следовали несколько гоблинов из его племени - те, кто не примкнул к Рэгсу. Они держались позади, пока Гарен шел вперед, держа наготове свой красный клинок.

Гарен был в ярости. Он всегда был в ярости. Он ненавидел сидеть в горах, ненавидел то, что Рэгс ушла, и ненавидел Тремборага. Он и Великий Вождь не ладили. Но он признавал мощь Тремборага. И эта мощь была им необходима.

Приближался конец. Для гоблинов. Перепутье. И хотя Лорд Гоблинов должен был объединить племена, Гарен никогда не склонится перед ним. Никогда. И потому хобгоблин шел, не находя покоя. Ждал запаха крови на теплеющих ветрах. Ждал войны.

Последним гоблином, который поднял взгляд и что-то почувствовал в порыве ветра, была Рэгс. Маленькая гоблинша слушала, как некоторые из её гоблинов устроили соревнование по пуканью, и поморщилась, когда Пирит вырвался вперед в шумном - и зловонном - стиле. Она натянула одеяла на голову и проворчала что-то себе под нос.

Те ушли, ворча. В конце концов, она была Вождем. Рэгс перевернулась в своих одеялах и попыталась уснуть. Но не смогла. В воздухе что-то было. Она села и сердито посмотрела на Пирита. Тот извиняюще пожал плечами.

Следующий день наступал медленно. И для гоблинов племени Затопленных Вод это был интересный день. Всегда было интересно, когда просыпался их маленький лидер. Они просыпались, зевая, в поисках еды, червей или насекомых, и озирались вокруг. Ждали. У них не было высокой цели, как у всех остальных видов. Их целью было только выживание. Их Вождь решала, что делать.

Хобгоблин сидел у тлеющих углей костра, пока день сражался с ночью. Это был тот призрачный час перед истинным рассветом, когда свет только начинал освещать мир. Час до того, как проснулись птицы; призрачный миг, когда всё вокруг казалось спящим.

Это была вещь высокого качества. Хобгоблин посмотрел на кусок в своих руках. Племя Затопленных Вод украло его из каравана день назад. Мыло было ярко-голубым, почти идеально прозрачным на всем протяжении и пахло сандалом и чем-то еще. Чем-то... бирюзовым.

Пайрит был первым, кто признал бы, что он не так уж умен. Он был всего лишь бывшим Вождем небольшого племени гоблинов, специализировавшегося на горном деле. Конечно, они немного занимались плавкой и пытались самостоятельно создавать доспехи, хотя и с ограниченным успехом, но он считал себя довольно слабым примером того, каким может быть Вождь. Во многих вещах он не слишком разбирался.

Конечно, он мог совершенно ошибаться. Он был не так уж умен. Хобгоблин задумчиво прожевал, чувствуя, как мыло приятно растворяется во рту. Вкус его не смущал. Хоб ел вещи и похуже мыла. Огромных насекомых, камни, грязь, других мертвых гоблинов... мыло не было проблемой.

Рэгс мылась. Она где-то переняла основы гигиены и заставила своих гоблинов принять ее упрощенный вариант. Но это ограничивалось лишь тем, что если на руках гоблина было слишком много грязи, ему приходилось сполоснуть их в воде или сначала оттереть. Мытье с горячей водой и мылом каждый раз было чем-то, что делали только представители других рас.

Последний кусочек голубого бруска исчез во рту Пайрита. Он хмыкнул. На этот раз он определенно почувствовал, как нарастает давление. Да, мыло вызывало у него газы. Он слышал, что в некоторых видах мыла используются токсичные растения, что, предположительно, означало, что их не следует есть. Но опять же, он привык есть вредные вещи. Он был гоблином, и более того, хобгоблином, одним из гигантов и лидеров своего рода. Он мог есть почти всё что угодно.

Он любил есть. Еда была для него продуктивным занятием. Это помогало ему набирать жир, а жир был важен на случай, если ему придется сражаться или голодать. Пайрит ничего не знал о биологических проблемах, вызванных избыточным весом, а если бы и знал, ему было бы в целом все равно. Его аргумент, если бы его заставили его привести, был бы прост.

Все в мире хотело их убить, и в отсутствие доспехов, специально созданных для их вида, гоблину приходилось полагаться на умение уклоняться или выживать после чего-то вроде попадания стрелы. Поскольку тело Пайрита определенно не подходило под любые традиционные доспехи, слои жира на его теле были его единственным щитом. Следовательно, набор веса был для него необходимой задачей, пока он не начинал кардинально мешать его движениям или здоровью.

Хоб уже разделался с красным куском мыла и искал розовый, который заметил ранее, когда проснулась Рэгс. Он замер, подсчитывая, сколько стоит это мыло - по его грубым прикидкам, он съел продукта на несколько сотен золотых монет, особенно если им пользовалась знать. Солнце поднялось достаточно высоко, чтобы осветить мир, и Рэгс проснулась. Он понял это по ее крикам.

Пайрит осторожно упаковал остатки мыла, которое ел, и неуклюже поднялся. Его ноги не затекли, хотя он сидел часами; он заботливо менял положение в течение ночи и время от времени разминал их. Он двигался быстро и протиснулся в начало очереди к одному из суповых котлов прежде, чем туда успели добраться остальные гоблины.

Организация. Это было чуждо большинству племен. Живот Пайрита заурчал, когда он принюхался и почувствовал в сегодняшнем супе приличное количество муки, масла и животных жиров. Мяса было немного, что нормально, но довольно много было приправ, которые они украли вчера. Гоблины снова будут есть хорошо.

Конечно, гоблины ели его. Но вопреки тому, что могли предположить другие виды, ни одному гоблину не нравилось есть своих павших. Это было то, что они делали, чтобы выжить. Так что при первой же возможности мертвый гоблин не попал бы в меню. Пайрит с благодарностью взял большую миску супа у гоблина, отвечающего за раздачу, и принюхался. Да, нет ничего лучше неомясного супа, чтобы поднять настроение на день. В любом случае, он любил рыбу больше, чем красное мясо. Большинство гоблинов любили.

Они находились в лесу у озера. На самом деле, это был тот самый лес у того самого озера, где они лагеревали уже довольно долго. На данный момент это был их полупостоянный дом. И на то была веская причина.

И последнее. Лес у озера находился рядом с несколькими небольшими городами и поселками. Это было идеальное место для совершения набегов. Гоблины Затопленных Вод уже разграбили несколько караванов на дороге и несколько ферм.

- Пайрит.

Скорее всего, она всё ещё таила обиду за прошлую ночь. Пайрит всё ещё чувствовал газообразование, но сдерживался, пока ел. Рэгс посмотрела на него, а затем обвела взглядом свой шумный лагерь.

Она всё ещё произносила слова с трудом, но её способность говорить на общем языке стала гораздо лучше, чем была раньше. Она училась быстро. Пайриту потребовались годы, чтобы научиться говорить, и это при наличии преданного учителя. Он покачал головой.

Это было всё, что он сказал за весь завтрак. Когда он закончил с миской супа, Пайрит поставил её у костра, чтобы её забрал один из гоблинов, ответственных за сбор посуды, и снова открыл сумку с мылом. Он выбрал розовый кусочек, и Рэгс отодвинулась от него с наветренной стороны.

Через несколько минут мимо их костра прошел гоблин. Он подобрал миску, которую Пайрит поставил на землю, и ту, которую Рэгс бросила в него. Он ушел со стопкой мисок к гоблину, который наливал суп в новые миски для гоблинов в очереди.

Она привнесла в это племя организацию и систему. Она и только она сделала это. Ни одно другое племя, кроме племени Тремборага, не ввело ежедневные рабочие списки, не говоря уже о сменном графике дежурств. А племя Тремборага разработало такие системы лишь благодаря усилиям множества хобгоблинов и по чистой необходимости. Но Рэгс придумала всё сама. Своим умом.

И она была так молода. Пайрит взглянул на Рэгс. Да, молода. Он не знал точно, насколько, и она никогда не говорила - если сама вообще знала, - но она определенно была выдающейся. На самом деле, она была такой же, как он. Необыкновенной. Пайрит только задавался вопросом, почему она до сих пор не стала хобгоблином.

Рэгс не была хобгоблином. Должна была быть. Но не была. Это была одна из загадок, над которой размышлял Пайрит. Таких у него было несколько. Он думал о многом, но на многое не находил твердых ответов, потому что не был так умен, как Рэгс. Прежде всего, ему было любопытно, почему Рэгс не стала хобгоблином.

Он думал о последнем Короле гоблинов и о том, почему тот погиб. Пайрит задавался вопросом, почему Короля гоблинов, Велана, называли Веланом Добрым. Ему было интересно, что знал тот Король гоблинов, о чем он думал.

Он хотел знать, каков на самом деле Рхир. Гоблины знали его как место, где смерть милосерднее жизни. Но каков он был? И каковы Чандрар, Балерос или Терандрия? Большинство гоблинов никогда не слышали об этих континентах, но Пайрит слышал.

Что именно Гарен Рыжий Клык показал Тремборагу втайне - та вещь, которая убедила Великого Вождя объединиться с ним и племенем Рэгс? Пайрит видел, как они обсуждали это. Вещь была похожа на ключ, и оба знали, что это такое. Что он открывал?

Пайрит пукнул. Он моргнул и почувствовал, как в бок головы прилетела горсть земли. Он поднял взгляд и увидел Рэгс, занесшую руку для броска. Она за shower-ом засыпала его грязью, и Пайрит закрыл глаза. Она обошла вокруг костра, и он вздохнул.

Ее гоблины уже научились сражаться по-другому, в строю с вышеупомянутыми пиками. Они приняли арбалеты в дополнение к своим пращам и начали тренироваться в свободное время благодаря гоблинам Рыжего Клыка. Они начали познавать разные вещи.

И это были те же самые гоблины. Но более умные. Да, умнее. Пайрит видел, как гоблин, который был в его племени, додумался, как разжечь огонь. И Пайрит был потрясен, потому что когда тот гоблин был в его племени, он дважды получал травмы, засовывая руку в огонь и крича, когда обжигался.

Пайрит замолчал. "Воровать", возможно, было не лучшим словом, но оно подходило. Возможно... лоб огромного хобгоблина прорезала морщина сосредоточенности. У гоблинов не было для этого слова, но на ум пришло слово "заимствовать". Это было незнакомое понятие. Обучение? Возможно, это и было обучение.

Это было прекрасное, чудесное зрелище. И порой по ночам Пайрит думал о том, что сделал правильный выбор. Что остался с Рэгс, вместо того чтобы бросить её в горах. Потому что она могла вести за собой племена. Она могла стать тем Вождем, который им был нужен. Она могла бы стать Лордом. Она была особенной.

Горстка жалких собирается,

Следом за ней они идут;

Жить, стремиться и бороться,

Так мы сражаемся и странствуем;

Пирит сморщил нос. Откуда это взялось? Это было... странно. Он слышал подобные слова и раньше, когда Люди распевали их незадолго до того, как его племя выпрыгнуло из засады и вырезало их. Но почему он сам подумал о них?

Тем не менее, в этом была искра. "Заявить права на земли гоблинов" звучало заманчиво. Если немного поработать над этим и добавить причудливых слов, возможно, это стоило произнести вслух. Пирит на секунду задумался о том, чтобы записать это, но тут же передумал. Нет никакого смысла.

Это был камень. Рэгс уставился на Пирита, когда тот положил в рот один из гладких камней, которые он набрал со дна озера. Камень был твердым, грязным от мешка и немного покрытым мхом. Пирит начал разгрызать его на куски.

Со временем к костру подошли другие гоблины. Все они были важными персонами, и Рэгс с Пиритом приветствовали их хрюканьем, отодвигаясь, чтобы освободить место у огня. Вскоре собрались все гоблины, чье присутствие было необходимым, и они выжидающе посмотрели на Рэгса.

Пирит разглядывал их всех, пока они сидели вокруг костра; они мало что говорили, но их действия были красноречивы. Политика гоблинов была сложной штукой, и каждый из них представлял собой влиятельный голос в племени Рэгса. Каждый из них был важен.

Вместе они представляли значительную часть племени Рэгс, но, пожалуй, самой влиятельной фигурой, помимо Пайрайта и Рэгс, был шрамированный воин, сидевший рядом с ними на корточках. Редскар представлял всё бывшее племя Красного Клыка - элитных воинов, которые объединились под началом Гарена Редфанга, а затем ушли вслед за Рэгс. Он был свирепым бойцом, и именно к его мнению Рэгс часто прислушивалась в бою.

И последним был Грейбирд. Пайрайт включил его в группу советников Рэгс, потому что старый хобгоблин часто забредал к ним. Ему нравилось болтать во время таких собраний, но Рэгс терпела его, несмотря на это. И это было разумно.

По другую сторону костра Редскар пристально смотрел на Грейбирда. Пайрайт видел, что другой гоблин недоумевал, зачем Грейбирд здесь, но тот ничего не сказал, так как молчала и Рэгс. Пайрайт знал, что Грейбирд должен быть здесь. Он был важен. Очень важен.

Итак. Остальные гоблины сидели вокруг костра и ждали, когда заговорит Рэгс. Каждый из них был влиятельным лейтенантом, который мог обращаться к ней без страха. У каждого были свои мнения и желания, поэтому каждое утро они приходили, чтобы поговорить, а иногда поспорить и убедить Рэгс прислушаться к ним.

Гоблины были.

- Надо больше грабить караваны. Больше еды. Больше стали. Хорошей стали.

"Нужно найти место получше. Слишком долго на одном месте - плохо. Идём на юг".

- На юг? К Гоблинскому Лорду? Да. Там много драк. Плохих драк! Или хочешь спрятаться?

- Не к Гоблинскому Лорду. Ты. Ты говорил, есть другое племя. Где?

- Там, Вождь. Племя Подземных Ползунов. Они роют.

Пайрит выпрямился, заинтригованный. Любовь к горному делу выделяла его племя среди остальных. Он любил блестящие камни, даже если те не слишком хорошо усваивались. Ноэрс покачал головой.

Рэгс изучила карту. Пайрит заметил, что до местоположения племени Подземных Ползунов оставался всего полдня пути. По крайней мере, полдня с учётом навыка [Быстрые ноги] Рэгс. Она кивнула.

Все гоблины уставились на неё. Пойзонбайт почесала затылок.

Рэгс нахмурилась, словно всё было очевидно.

- О.

- Найти племя Подземных Ползунов. Украсть больше еды. Найти место получше. Идите сейчас.

Кроме того, она обозначила необходимость совершать набеги за едой, а значит, всё еще была сосредоточена на пополнении запасов. Это означало, что они нападут на караван, если встретят его на дороге, хотя она явно не считала это вероятным. Пирит тоже; слухи о мародерствующих гоблинах распространились, и только идиот отправится по дорогам, где они рыскают. С другой стороны, идиотов было в избытке.

Таков был их план на день. Остальные гоблины кивнули, и Пирит начал приводить приказы Рэгс в исполнение. Он был её заместителем и потому ускорил процесс. Он подошел к гоблинше, которая ошивалась рядом, вылизывая пустую миску из-под супа, и ткнул её пальцем.

- Идите туда. Все.

Так работали гоблины. Конечно, они могли бы использовать сигнал рога или какую-то иную систему, но гоблины были существами социальными. Как только они понимали, что что-то происходит, остальные гоблины начинали двигаться вслед за остальными, даже если точно не знали, что именно они делают.

Они пересекли дорогу и напугали городского бегуна до смерти. Тот с криками бросился наутёк, и некоторые гоблины, смеясь, вскинули свои арбалеты. На них накричали хоббы, стоявшие за их группой, и Рэгс. Никаких убийств людей. Или дрейков. Да и других видов тоже, если можно было этого избежать.

Пайриту очень хотелось бы с ней познакомиться. Он никогда не встречал человека, который не пытался бы его убить. Его первым воспоминанием о человеке был удар вилами, нанесённый фермером во время набега. В тот день [Фермер] и его помощники оказались слишком высокого уровня, да и их было слишком много. Они истребили гоблинов, пришедших украсть яйца и кур. Пайрит уполз в грязь и едва не скончался от потери крови.

Но должны. Рука Пайрита сжалась, раздавив кусочек коры. Он уставился на обломки в ладони и на время перестал есть. Вместо этого он ускорил шаг и, обходя других гоблинов, направился к паре гоблинов, которые ехали верхом на плотоядных волках и яростно спорили. Когда Пайрит приблизился, Рэгс как раз кричала на Редскара.

Воин оскалился на Рэгс.

- Это значит, что гоблины не умрут и при этом победят.

"Один. Много Гоблинов. Недостаточно."

Его очередь. Пирит хмыкнул, и оба маленьких гоблина посмотрели на него.

Лидер Красного Клыка ухмыльнулся, глядя на него снизу вверх.

- Козлы-пожиратели?

"Большое стадо в Высоких Перевалах. Будем сражаться. Едят Карн-волков. Хорошая битва. Сделает племя сильным."

- Глупо, - пробормотала Рэгс, но Пирит видел, что она обдумывает эту идею. Ее племя состояло из гоблинов, но лишь немногие из них были элитными воинами. У гоблинов Тремборага было довольно много боеготовых хобгоблинов, а армия Лорда Гоблинов имела своих хорошо экипированных бойцов. Кроме ее элиты Красного Клыка, Рэгс не хватало подобной ударной силы. Пирит уже собирался спросить Редскара, сколько именно гоблинов выживает после встречи с Козлами-пожирателями, когда спереди донесся крик гоблина.

А затем увидели то, что на нем висело. Они нашли племя Подземных ползунов слишком поздно. Люди добрались туда первыми.

С дерева свисали тела. Темные фигуры, некоторые из которых были наполовину съедены птицами. Большинство сохранились в холоде. Остальные лежали грудами вокруг дерева или там, где упали.

Нога Пайрайта хрустнула по снегу. Он подошел к дереву и посмотрел вверх. Повешенные тела. А остальные - он видел павших гоблинов, большинство из них -

Гоблины сражались. Гоблины пали. Но посмотрите, как они пали? У большинства были раны на спинах. Лишь у немногих было оружие. Они не сражались. Это была бойня. И большинство погибло при первой атаке. Остальных -

- Предупреждение. На случай, если придут другие гоблины.

Смерть. Пайрайт видел её не впервые. Но уничтоженное племя отозвалось болью в сердце. Он видел такое слишком часто. Он попытался подавить это чувство, пока не заметил надпись, вырезанную на дереве.

Рэгс уставилась на слова. Другие гоблины тоже смотрели, но большинство не умело читать. Она же умела, немного. Так же, как и Ноэрс. Она позвала его, и гоблин подошел. Лицо [Мага] оставалось бесстрастным, пока он вчитывался в надпись.

Рэгс и остальные уставились на него. Ноэрс заговорил медленно.

Какое-то время Рэгс смотрела на слова, вырезанные в коре. Затем она приложила руку к стволу дерева. Её ладонь засветилась, и кора под рукой начала тлеть и вспыхивать. Её лицо было... Пайрит отвернулся. Он посмотрел на тела и что-то заметил.

- Ты!

- Режь!

Пайрит стоял внизу и смотрел вверх. Тот, кто был жив, был не больше ребенка.

Умирал.

Появилась Рэгс с зельем. Она бросила его, и Пайрит поймал маленький флакон. Он на мгновение уставился на неё. Любой другой Вождь не стал бы тратить зелье на одного-единственного гоблина. Он и сам не был уверен, что стал бы. Она сердито взглянула на него.

Исцеляющее зелье начало снимать отек на шее и лечить припухшую кожу на лице. Но он был таким холодным и маленьким. Пайрит прижимал его к себе. Дитя гоблина задыхалось, а его глаза закрывались.

Пайрит заговорил с ним. Гоблин всхлипнул, и Пайрит осторожно пощекотал его по щеке. Он не мог уснуть. Если он уснёт, то умрёт. Исцеляющие зелья помогают лишь до определённого предела. Если в теле не осталось энергии, они умирают.

- Не смей закрывать!

Каким-то образом гоблин узнал в Рэгс Вождя. Он заклокотал, закашлялся. Его взгляд блуждал. Рэгс опустилась на колени, и Пайрит вылил на шею ребёнка ещё немного исцеляющего зелья. Рэгс склонилась к самому лицу малыша.

Она говорила на языке гоблинов. Ребёнок заклокотал, закашлялся. Его глаза лихорадочно блестели. Рэгс стояла на коленях, пока Пайрит поливал его шею зельем. Рэгс придвинулась ближе к ребёнку.

Шепот. Гоблин потянулся к ней, и Рэгс схватила его за руку. Она склонилась над ним, пока Пайрит чувствовал, как ребенок становится всё холоднее. Он закричал, требуя одеяло и огонь.

- Открой!

Медленно Пайрит выпустил маленького гоблина. Он положил его на землю и встал. Пустой флакон из-под зелья выпал из его руки. Затем Пайрит медленно наклонился и поднял его. Нехорошо тратить впустую... впустую...

Ее взгляд был мрачным, когда она посмотрела на Пайрита. Но затем она перевела взгляд мимо него на Вождя Рокфолла. Она кивнула хоббу.

Она отвернулась. Пайрит стоял в снегу, пока дерево не вспыхнуло пламенем. Тела сгорали и падали; он положил гоблинское дитя на костер и ушел.

Половина хотела уничтожить город. Другая половина... не видела в этом смысла. Среди последних, как ни странно, оказались и бывшие гоблины Тремборага. Те были не прочь устроить резню, но согласились с политикой ненасилия Рэгс в отношении людей. Не вреди им, и они не будут представлять такой большой угрозы.

Она не убивала Людей. Они ей нравились. Наконец гоблины перестали ссориться и замолкли. Глядя на неё. Доказательств не было. Приключенцев мог подослать кто угодно. Они могли прийти откуда угодно. Но Пирит был уверен, что это был город. Они попросили, и группа пришла, чтобы вырезать племя.

Такова была жизнь. Но в конце концов Рэгс подняла взгляд и произнесла:

Час спустя город показался гоблинам. Они двинулись на него. Тихо.

Ему было всё равно. Рэгс подняла руку, и с щелчком вскинулись арбалеты. Гоблины начали забрасывать камнями из пращ и выпускать в воздух болты. Защитники открыли ответный огонь, но луков у них было немного, и хоббы, используя собственное оружие, выбивали их по одному.

Пирит шел позади гоблинов с пиками, слыша глухие удары стреляющих арбалетов и крик гоблина, getroffenного стрелой. [Маг] на какое-то время начал сносить гоблинов с зубчатых стен, пока Ноэрс не ударил его молнией, а стрелы двадцати луков не сразили мага.

Гоблины с воем хлынули в город, столкнувшись с защитниками в свалке у ворот. Людей было много. Они кричали в ярости, защищая свои дома. Гоблины выли и бросались на них.

На нём был шлем, но человек всё равно погиб под сокрушительным ударом. Пайрит подхватил его и швырнул тело назад, в сторону его товарищей. Бронированный труп сбил с ног нескольких людей, и на них набросились мелкие гоблины.

Скорее всего, серебряный ранг. Он был уверен в себе, полагаясь на защиту своего щита. Искатель приключений отвернулся от хобгоблина и закричал:

Он поднял щит, и топор Пайрита с грохотом врезался в него. Щит не сломался, а искатель приключений лишь слегка пошатнулся. Он нанёс удар булавой. Она была с шипами и вырвала кусок плоти из живота Пайрита. Хобгоблин хмыкнул и отступил на шаг.

Человек оскалился, снова атакуя Пайрита. У хобгоблина не было щита, и он блокировал удары топором. Он получил удар по руке, а затем - в грудь. Оба раза булава оказывалась в крови, но Пайрит не произнёс ни слова.

Это раздражало человека. Выражение лица Пайрита оставалось неизменным. Он просто смотрел на противника, пока тот сыпал проклятиями. Тот замахнулся булавой, и Пайрит отбил её своим топором. Он ударил снова, и вновь поднялся магический щит, приняв удар на себя.

- А это что?

- Идиот.

Остальные Люди начали дрогнуть, как только Гоблины миновали ворота. Племя Рэгс значительно превосходило Людей числом, а её тактика была куда совершеннее. Она нагнала пики на Людей, пока её арбалетчики засыпали их болтами. Пирайту больше не пришлось сражаться с Людьми; сочетание пик и воинов Красного Клыка, ждавших позади, создало непроницаемую стену, которую защитники-люди не могли прорвать.

- Стоять.

- Принеси мне веревку.

Она развешала тела на домах. Не живых, а мертвых Людей. Когда Пирайт услышал её приказ, он почувствовал облегчение. Облегчение от того, что она не стала мстить тем же? Люди бы повесили их всех. Он подумал об этом, наблюдая за тем, как Гоблины карабкаются по крышам.

Они грабили город целый час, а затем ушли. Забрали всё, что смогли схватить и унести. Еду, припасы...

Племя Затопленных Вод оставило город в руинах. Оба ворот были сломаны, защитники перебиты. Но людей они оставили в живых. Пойзонбайт была против, как и Редскар. Они не хотели оставлять свидетелей.

Так они ушли. Когда гоблины маршировали обратно к своему лагерю, обремененные добычей, никаких празднований не было. Не в этот раз.

Лагерь, что расположился у озера, ел и отдыхал в тишине. Пайрит промывал свои раны в воде, наблюдая, как засохшая кровь уплывает в озеро. Было больно, но он не хотел использовать зелье исцеления. Это было бы пустой тратой.

Это тревожило Рэгс. И Пайрита. И поскольку их Вождь молчала, гоблины переняли это состояние. Пайрит уставился на молодого гоблина, практически ребенка, который угрюмо смотрел на озеро. Он чувствовал, что так быть не должно. Они должны улыбаться. Если они не улыбаются, то какой смысл в жизни?

- Плавать умеешь?

- Хорошо.

Все головы гоблинов поблизости повернулись в тот самый миг, когда Пайрит схватил малыша. Они смотрели на него, боясь, что он в гневе. Они наблюдали, как гоблин вынырнул, захлебываясь, а затем поплыл к берегу. Пайрит снова улыбнулся.

Он посмотрел на некоторых маленьких гоблинов, детей. Те отпрянули от него. Затем вперед вышла храбрая молодая гоблинка. Она взвизгнула, когда он подхватил её, и затем подбросил в воздух.

Пайрит швырнул гоблина. Кидать было плохо. Было больно, если ударялся о землю. Но что, если приземлиться в воду? В таком случае -

Пайрит обернулся, потея на холоде и слегка кровоточа из живота, где открылись его раны, и увидел Рэгс, стоящую со скрещенными на груди руками. Она многозначительно уставилась на его живот.

Он пожал плечами. Иногда она была очень умной, но не всегда.

Она посмотрела мимо него, как визжащий гоблин колесом влетел в воду, к вящему удовольствию всех остальных наблюдавших гоблинов. Она покачала головой.

Она развернулась, чтобы уйти. Пайрит схватил её. Рэгс сопротивлялась, кричала, но было слишком поздно. Он толкнул, и его Вождь полетела в воздух.

Она свирепо смотрела на него всё время своего полёта, пока не ударилась о воду. Это было даже довольно впечатляюще. Рэгс быстро выплыла из озера, в отличие от других барахтающихся гоблинов. Это удивило Пайрайта, пока он не задумался на мгновение. Конечно. Племя Затопленных Вод отлично умело плавать.

Вокруг него спали гоблины. Пайрайт всё еще не спал. По ночам он всегда бодрствовал. Ранее ему удалось поспать несколько часов, и для него было важно не спать, пока спала Рэгс. На всякий случай. Когда костры начали затухать, а вокруг него раздался храп гоблинов, Пайрайт уставился в пламя.

"Мы еще не стали монстрами;

Мы все потеряны, все мы изгнанники.

Дрожь. Последнее прощание.

И всё же они всегда будут ненавидеть нас всех.

Почему дует ветер?"

Он замолчал, но его никто не слышал. Пирит прошептал эти слова еще несколько раз. Неплохо. Но и не очень хорошо. Он дважды использовал слово "все", и вторая с конца строка вызывала у него сомнения. "Почему дует ветер?" - как-то слишком глупо, подумал он. Но потенциал был.

Он сидел и медленно выудил из костра обгоревшую угольину. Она все еще была очень горячей. Тем не менее он вгрызся в нее и медленно пережевывал, пока ночь заканчивалась и начинало всходить солнце. Так он и жил. День за днем, час за часом. Иногда он впадал в отчаяние. В другое время - смеялся.

Скорее всего, нет. Но он ждал, когда проснется Рэгс. Чтобы она проснулась и показала им, показала всем Гоблинам, что она достойна быть Вождем. Быть Лордом Гоблинов.

Стать Королем.

Ночь закончилась. Рэгс проснулась, и на этот раз в носу не было неприятного запаха. Она зевнула, когда лагерь начал оживать с рассветом, и заметила знакомый силуэт. Пирит, бывший Вождь Голдстоуна, сидел у костра, что-то пережевывая. Она хмыкнула, довольная тем, что он не уснул. Впрочем, он никогда и не спал.

Иногда Рэгс задавалась вопросом, о чем думает Пирит. Огромный хобгоблин сидел перед огнем, спокойно пережевывая что-то и глядя в пламя. Он всегда был таким спокойным. И, казалось, его ничто никогда не беспокоило.

Но она была готова к этому вызову. А позади неё сидел Вождь Голдстоуна, жевал и думал.

1.02 C

Мне нужно в чем-то признаться. Когда я впервые попала в этот мир, я была в восторге. Я думала, что смогу стать кем-то другим. Мне говорили, что я могу стать героем. Но оказалось, что люди не меняются так легко. Трусы остаются трусами. И я была трусихой.

Теперь я знаю правду. Люди не меняются так просто. Они могут, но этот мир не меняет нас. Скорее, он показывает нам, кто мы есть. Герои. Трусы.

Том.

- Том? Эй, Том, у тебя в волосах снег.

Белые лепестки. Они мягко кружатся под звуки людских приветствий, доносящихся с крыш домов. Я смотрю влево, сжимая в руках маленький лепесток. Ричард ухмыляется мне и чуть поправляет шляпу на голове. Должно быть, глупо носить ковбойскую шляпу поверх доспехов, но должна признать, стетсон Ричарду очень идет. Возможно, потому что он тоже на коне.

- Хорошая толпа.

Ричард качает головой. Я вздыхаю, но послушно машу рукой в ответ. Еще несколько человек присоединяются к ликованию. На самом деле, толпа небольшая. Тысяча человек в городе, рассчитанном на гораздо большее количество жителей. Но они собираются, и вокруг меня остальные тоже машут руками, посылают воздушные поцелуи. Они рады быть здесь. И пока лепестки медленно опускаются вниз, я признаю, что я тоже рада.

Впрочем, здесь об этом можно не беспокоиться. Я смотрю вверх, всё выше и выше, и мой взгляд скользит по небесным мостам из дерева и камня, по зданиям, вздымающимся подобно маленьким небоскребам, по слоям домов и лавок, тесно прижатым друг к другу. Этот город в чем-то очень похож, а в чем-то совсем не похож на города из моего мира. Высота есть, да, но воздушные переходы и рампарты? Нет.

- Правда?

- Кит рассказывал. Он увлекается архитектурой.

Смешно, я совсем забыла. Но, конечно, Кит должен был быть первокурсником в Пенсильвании. Университет Лихай. Так странно. Я никогда не ходила в колледж, но не могу представить, чтобы я была настолько уверена в том, чем хочу заниматься в жизни, в столь раннем возрасте. Я точно не знала, чего хочу, когда меня забрали.

- Не знаю. Стоимость строительства? Люди падали? Тебе стоит спросить у него.

- Не-а. Мне не настолько любопытно.

- Не-а. Но как-нибудь я туда прогуляюсь. Выглядит весело. Если только не поскользнуться.

- О? Почему?

- Не уверен. Думаю, это зависит от того, какое мы произведём впечатление. Эй, я поеду вперёд, ладно?

Я осторожно подгоняю лошадь пятками. Коричневое животное неохотно немного ускоряется, в то время как Ричард замедляет своего коня, чтобы остаться с остальными. У него всё получается так легко. Он сидит в седле своего жеребца так, будто они знакомы много лет. А я едва могу заставить свою кобылу остановиться.

Мы герои. А некоторые из нас - [Герои]. Я - нет.

И от этого города у меня перехватывает дыхание.

Это Рхир. И это сердце королевства, город-щит, известный как Паранфер, чьи стены стоят тысячи лет. Но даже здесь, за четырьмя великими стенами, возведенными поколениями жителей, безопасность не всегда гарантирована. Взглянув вверх, я вижу подтверждение тому в виде сторожевых башен, которые manned даже в столице.

Вероятно, зачарованы.

Судя по всему, люди живут там, в канализациях. Магическое загрязнение что-то делает с ними. Но какие бы опасности ни несло это заражение, оно всё равно стекает в море. И там течет на запад и север. К краю мира.

По крайней мере, мне так говорили. Я знаю лишь то, что другие рассказывают мне об этом мире. Я никогда не покидал этот континент за все месяцы, что провел здесь. И этот город я видел до этого лишь однажды.

- Стены стоят!

- До края света и обратно! Рхир! Последняя война! Бесконечная война!

Патриоты. Странная мысль. Я чувствую озноб и смотрю на дворец, возвышающийся над остальным городом. Он гигантский, судя по всему, выше любого другого подобного здания в мире. Он был спроектирован гномами, дополнялся год за годом и был создан так, чтобы его никогда не смогли захватить. Да, Рхир может быть осквернен, поражен темной магией, и год за годом подвергаться нападениям странных новых монстров. Да, Король Демонов ждет и посылает свои армии, чтобы сокрушить стены.

...Так мне говорят. Мне же кажется, что Рхир изолирован, отрезан от остального мира битвой, которую будут вести только местные жители. Но для этих людей их борьба - это гордость и цель.

Этот лепесток мягкий и прохладный, охлажденный воздухом, но в то же время согревающий, как погода. Я ловлю его и принюхиваюсь. Запах сладкий, едва уловимый и меланхоличный. Стоило мне вдохнуть, как я чихнула. Я вытираю нос и чувствую, как кожа начинает чесаться. Я быстро смахиваю лепесток и замечаю, что кожа уже краснеет.

Почему мне не может достаться что-то приятное? Я вздыхаю. Продолжаю ехать и слышу тихий голос.

Не самая приятная мысль. Я игнорирую её и вздыхаю.

- Черт возьми.

Это не делает меня сумасшедшей. Хотя я и безумна. Но [Малое Безумие] - это не... не...

Давайте попробуем еще раз.

Я больше не использую грим. Я не крашу нос в красный и не белю лицо. Я не жонглирую, не показываю трюков и не делаю ничего мало-мальски смешного, если могу этого избежать. Я перестал быть [Клоуном]. Правда.

Продолжай убеждать себя в этом.

Я осторожно тяну поводья своей лошади. Она замирает, и я чуть не сваливаюсь с седла. Кряхтя, я разворачиваю её и еду назад. К остальным.

Я ехал в голове нашего маленького шествия, но теперь возвращаюсь назад. Там четверо. Ричард, наш собственный южный ковбой- [Рыцарь], лидер нашей разношерстной группы. Эмили, еще один лидер, всеми любимая [Гидромант]. А рядом с ними Кит, [Кузнец], который хочет выяснить, существует ли класс [Инженера], и Холе. Холе - [Медсестра].

Ричард мгновенно прекращает разговор с Холе и остальными. Все замолкают, пока я неловко направляю свою лошадь к ним. Я вижу, как Эмили даже немного оттягивает свою лошадь назад. Ничего страшного. Даже понятно.

- Ну, это плохо. По крайней мере, нас эта дрянь уже не засыпает.

- Думаю, скоро будем в основной части города. Место-то огромное, верно? В первый раз, когда мы здесь были, я почти ничего не видел, но скоро мы проедем через более крупный район, с более внушительным сопровождением.

Эмили машет рукой балконам над головой. Какая-то девушка кричит ей что-то подбадривающее, но это совсем не поднимает ей настроение. Она хотела парад, а мы получили едва ли что-то похожее. Мне всё равно. Кейт выглядит таким же скептиком, как Ричард и я.

Он косится на меня. Я игнорирую этот взгляд и пожимаю плечами.

Ричард прокашливается.

Теперь он тоже смотрит на меня. Я поднимаю взгляд и встречаюсь с ним глазами.

Он кивает. Эмили выглядит неубежденной. Кейт открывает рот, но Ричард говорит первым.

Наша улица открывается, выводя нас на величественную площадь. Одна из многих, но всё же величественная. Она достаточно велика, чтобы вместить тысячи людей, или, по крайней мере, заставить нас почувствовать себя крошечными, когда мы въезжаем на неё верхом.

Когда мы въезжаем на площадь, наш предводитель выкрикивает команду, и я с радостью соскальзываю с седла. Я слышу, как один из наших, Эдди, начинает ворчать.

- Раз видишь, значит, дойдешь пешком. К тому же, некоторые дороги только для пешеходов. Хватит жаловаться, - отзывается Винсент, помогая Хлое спуститься с лошади.

Оказавшись на площади, я оглядываюсь. Сюда ведет множество дорог, а мощение земли образует своего рода спиральный узор. Цветные кирпичи создают ощущение, будто меня затягивает в центр.

Прелестно, как водоворот. Думаешь, это заклинание? Возможно. Разозли не того человека, и тебя засосет в землю прямо в центре. Вот там, в центре, как раз рядом с мужчиной в лавке, где продают кинжалы.

- О, смотрите. Нищие!

- Мы должны ей что-нибудь дать.

- Откуда ты это знаешь!

- Но она же...

Ричард улаживает дело прежде, чем оно успеет перерасти в очередной спор. Он поднимает руку, подходя к девочке, которая с надеждой смотрит вверх. Я вздыхаю и шарю рукой в сумке на поясе.

У меня есть Навык.

Игнорировать это. У меня есть хороший Навык. Не такой, как те... другие. Те, что я получил в ту ночь.

[Малое безумие]. [Жуткий смех]. [Дьявольская удача]. [Большая устойчивость к боли]. И... [Владение оружием: Ножи]. Вот навыки, которые я получила в тот день, когда сошла с ума. Когда у меня случился срыв и я вырезала отряд солдат-демонов.

Игнорировать. Игнорировать... с тех пор я подняла уровень ещё четыре раза. Я выучила несколько крутых навыков. Первый - [Безошибочный бросок], который позволяет мне попасть в любую цель, на которую я нацелюсь, при условии, что цель не уклонится и не заблокирует удар, и что бросок физически возможен для меня.

Немного золота, немного серебра... одной меньше. Не так много; особенно если мы собираемся покупать всё снаряжение, которое всем хочется. Но почему я чувствую, что это не остановит Синтию в её требованиях выдать больше монет каждому встречному ребёнку-попрошайке? Я вздыхаю.

Мне всё равно. Это правда. Но моя работа - распоряжаться монетами. Думаю, я могу спокойно раздавать их, когда кто-то просит. Потому что такова моя роль в этой группе. Кто-то из них лидеры, как Ричард и Эмили, у кого-то есть своё мнение, как у Эдди, который много знает об играх, а кто-то... почему мне кажется, что это студенческий совет и я снова в старшей школе? Наверное, потому что моя позиция здесь очень на неё похожа.

С меня было достаточно после той ночи, когда погиб Вилен.

На секунду я задумываюсь о том, чтобы ударить себя ножом. Прямо в глаз или в бок. Заставит ли это голос исчезнуть?

Я так сильно тебя ненавижу. Ненавижу. Я знаю, что ты не настоящая.

Раздается голос. Я поднимаю взгляд и осознаю, что кто-то находится прямо над моим лицом. Чешуйчатая оранжевая морда, блестящая кольчуга, копье в когтистой руке - на меня налетает ящер! Точнее, целая толпа ящеров, марширующих в плотном строю!

Это второй навык, который я освоил. [Безупречное Уклонение]. Он работает только тогда, когда я готов к тому, что в меня летит, и я не могу использовать его каждый раз. Но когда он срабатывает, я чувствую себя довольно шустрым.

Раздается крик, и ящеры мгновенно останавливаются. Они разворачиваются как единый механизм, и я вижу, как ко мне направляется еще один. У неё черная чешуя, раздраженное выражение лица и шлем с плюмажем. Очевидно, офицер.

- Прошу прощения. Эту ораву обучили идти напролом, невзирая ни на что, даже на то, что мы здесь гости. В Человеческом городе.

- Вы та группа, которую называют, э-э... "американцами"? Извините за опоздание.

Логично.

- Да, мэм. Мы американцы. А вы?

- Сирилл Горький Коготь, к вашим услугам. Я - прискорбный [Командир] этого сброда.

Сирилл немного недоуменно моргает, услышав "мэм". В этом мире принято называть людей "мисс" или "мистер", если у них нет официального титула, но Ричард никак не может перестать называть людей "сэр" или "мэм", сколько бы его ни поправляли.

Подходит Эмили; Сирилл коротко кивает и указывает на широкую дорогу, по которой они с остальными ящерицами только что шли.

- Что? Все вы?

- Именно. Как видите, мы нарядились для небольшого торжества. Будут цветы, приветственные крики - даже если никто не знает, кто вы такие. В этом городе есть люди, которые будут аплодировать даже катящейся бочке, если у неё есть конвой.

Когда мы впервые пришли в Рхир, когда попали в этот мир, нас приветствовали празднествами сам Король и весь двор. Для нас устраивали пиры, парады... пока они не поняли, что мы не настоящие герои, а потерянные дети, которые даже мечом толком махать не умеют. После этого они отправили нас на смерть.

А некоторые из нас вырезали целую ораву демонов. Не будем об этом забывать.

Сирилла говорит Ричарду почти то же самое, пока её солдаты выстраиваются по обе стороны от нас с крайне скучающим и незаинтересованным видом.

Ричард кивает. Наша группа выстраивается более-менее в линию, и я вижу, как Синтия и некоторые другие нервно смотрят на солдат-ящеров по обе стороны. О нет. У меня всё сжимается внутри. Только бы это не повторилось, как с тем солдатом-селфидом.

Ричард, должно быть, думает о том же самом. Он покашливает и обращается к Сирилле, прежде чем та отдаст команду "шагом марш".

Вся группа солдат, кажется, замирает на секунду. Сирилла перебивает Ричарда, не дав ему закончить.

Он осторожно кивает.

"Заняли позиции. Выдвигаемся, живо! Медленно!"

- Верно. Я был прикомандирован к Рхиру вместе со своей ротой. Нам достался короткий конец, если так можно выразиться. Все остальные части нашей армии были отправлены на фронт или на патрулирование разных участков, но им нужен был кто-то для красоты, и они не хотели тратить своих солдат на такую работу.

- В общем-то да. Каждая нация должна отправить армию для поддержки Рхира. Если бы это была полномасштабная война, я бы находился под командованием настоящего [Генерала], и здесь было бы как минимум две армии Дрейков. Но это не так, поэтому нашей участи - патрулировать и сходиться коготь к когтю с этими ублюдками-демонами на передовой ради забавы. Это часть старых договоров, знаете ли.

Странновато. Зачем тогда вообще называть его королем?

Я смотрю на Сириль. Она Дрейк? Значит ли это, что она родственница драконов, в отличие от... ну, кем бы ни были родственники людей-ящеров? В отличие от остальных её солдат, её доспех открыт сзади, чтобы выпускать два рудиментарных крыла. Они аккуратно сложены и довольно малы. Она замечает мой взгляд и улыбается. Зубасто.

- О. Э-э. Я Том.

- Нет. Не я. Я... нет.

- Ладно, тогда понятно.

Я ненавижу этот голос в своей голове.

Но я не сумасшедший. Нет. Голос - это... просто голос. Плод моего воображения. Не более того.

- Или очень здравомыслящий человек сказал бы такое. Потому что только здравомыслящие люди проверяют, не сошли ли они с ума.

Впереди Эмили перестает махать рукой, выглядя слегка... я перестаю бормотать под нос и пытаюсь ей улыбнуться. Не слишком сильно, не жутко-широко и ничего в таком роде. Просто легкая, едва заметная улыбка.

Ага. Посмотри на ее лицо. Она не считает, что это нормально!

Так ты говоришь. Продолжай убеждать себя в этом.

Пора снова всё объяснить. Привет, я Том.

Заткнись, заткнись! Я Том. И я не сумасшедший. Не могу им быть. Я просто... это не голос в моей голове. Или, скорее, это просто ещё одна часть меня. В этом-то и загвоздка, понимаешь? Я должен это осознать. Если нет, то я либо шизофреник, либо параноик.

Но этот голос - это я. Это такая плохая шутка, будто я играю роль адвоката дьявола во всём, что делаю. Это чрезмерный анализ, облечение в слова воображаемой личности. Но здесь есть только я.

Разве это не весело? Я вздыхаю и даю себе пощёчину, из-за чего один из солдат Дрейка, идущих со мной, странно на меня косится. Я игнорирую его.

Всё началось на следующий день после того, как остальные нашли меня в окружении трупов демонов, залит кровью, безумно смеющимся и почти умирающим от потери крови. Я поклялся, что больше никогда не буду [Клоуном], никогда не стану сражаться. Только не после того, как увидел и вспомнил, что я натворил. Я выпустил безумие наружу. Я сошёл с ума. И я решил больше так не делать. Потому что это был именно я, кто совершил все те ужасные вещи, кто вырезал тех солдат. Никто другой.

Вот именно. Это я. Никто другой. И раз я это знаю, я не сойду с ума.

Включая меня.

Во время марша я почти не смотрю на город. Я слишком занят тем, что громко напеваю у себя в голове. Но я успеваю догнать Сириль, когда та рассказывает Ричарду о главных достопримечательностях столицы.

- Терандрианцы?

- Нет, мы пришли из более далёких краев.

Я не слышу, как Ричард выкручивается из этого разговора. Когда мы проходим через очередные ворота, откуда-то впереди доносится крик. Сириль, Ричард и я быстро шагаем вперёд и видим бегущую назад Синтию; её лицо белое и бледное.

Мы с Ричардом мгновенно замираем. Сердце начинает бешено колотиться. Демон? Здесь? В городе? Не может быть. Но рука Ричарда уже лежит на мече, а мой собственный демон начинает шептать в моей голове. Однако именно Сириль не паникует. Она хватает Ричарда прежде, чем тот успевает обнажить клинок.

Она быстро ведет нас мимо внезапно насторожившихся Дрейков, и мы проходим вдоль ряда... что я могу назвать лишь витринами с пленными врагами. Здесь стоят клетки - маленькие, тесные, подвешенные на массивных цепях или выставленные на платформах, чтобы прохожие могли на них глазеть. И содержат они в себе то, что должно напоминать жителям города о том, кого следует ненавидеть.

У них есть рога, темная кожа, которая во многих случаях оказывается фиолетовой, но их облик может быть настолько изменчивым и разнообразным в зависимости от того, что это за Демон. Некоторые могли бы сойти за людей... если игнорировать третий глаз или лишнюю конечность. Но они - Демоны, поклявшиеся истребить всех жителей Рира.

Они вырезали нас. Более двух третей наших групп погибли за одну ночь, когда нас отправили на передовую. Даже сейчас один взгляд на него вызывает у меня страх. Но он за решеткой.

Ричард одергивает Синтию, которая впала в истерику. Позади нас один из Дрейков бормочет что-то нелестное о людях. Сирилла затыкает его. Я продолжаю смотреть.

- Стоять. Это один из пленников, которых только что привели. Бесстрашный.

- Бесстрашный? Почему он здесь?

- Без понятия. Это одна из тех вещей, которые делаете вы, люди. Простите, я имею в виду, жители Оскверненного Королевства. Наверное, им нравится напоминать себе, как выглядит враг. Мы, Дрейки, просто убиваем своих врагов. Но этих ребят стоит запомнить. Знаешь, кто такой Бесстрашный?

Кто-то из людей впереди, молодая женщина, швыряет камень. Он рикошетом отлетает от прутьев клетки. Плохой бросок. Но остальные тоже начинают кидать камни. Бесстрашный сидит неподвижно, ни на дюйм не сдвинувшись. Камень попадает ему в плечо, проливая немного крови. Толпа ликует. Но Демон не выглядит испуганным. Совсем нет. По его лицу пробегает выражение раздражения, и он прикрывает лицо рукой.

Я всматриваюсь в Демона. Под мехом всё его тело покрыто шрамами. Судя по виду, его уже закидывали камнями. Сильно. Но когда град камней немного стихает, он опускает руку и оглядывается, и в его глазах действительно нет ни капли страха.

Я вижу это в том, как двигается Демон, как он оглядывается. Он опасается камней, того, что его ослепят или ранят. Ему не нравится боль. Но он её и не боится. И смерти он не боится. Бесстрашный оглядывается вокруг - бдительный, расчетливый.

Ты и он - одно и то же. Не отрицай этого.

- Так это такой тип Демонов? Их много, таких же, как он?

Сирилл вздрагивает, её хвост дергается, пока она быстро шагает передо мной.

Мы проходим мимо улицы, которая выглядит так, будто ведет на какой-то фантастический базар, а затем мимо той, что целиком посвящена еде. Я замираю перед куском темно-серого мяса и указываю на него Сирилле. Она бросает на него косой взгляд, и один из солдат в хвосте нашего шествия что-то бормочет. Она качает головой.

- Демон...

- Здесь едят демонов. Мне это не нравится, но так уж оно заведено. Видишь того покупателя? Это один из [Жнецов Плоти]. Не смей их беспокоить.

М-м. Вкусно. Попробуй. Уверена, ты могла бы раздобыть кусочек.

В конце концов, наше шествие достигает дворцовых ворот без дальнейших происшествий. Я практически перестаю слышать ликование толпы. Возможно, оно предназначено мне, но я не нахожу в этом никакой радости.

И я... отвлекаюсь. Я всегда отвлекаюсь. Сирилла провожает нас у ворот, пока [Солдаты] Дрейка стоят по стойке смирно. Одна из них широко зевает, пока стоящий рядом напарник не толкает её локтем в бок.

Она кивает, и Ричард снова пожимает ей руку. Она проходит мимо меня, и Дрейки уходят. Остальные из нас смотрят на ворота. Они массивны, а за ними огромный двор ведет к дворцу Оскверненного Короля. Лестница тянется от двора к дворцовым воротам, а цитадель возвышается еще выше - так высоко, что кажется, будто она касается облаков.

Он пугает меня. Пребывание здесь пугает меня. Но больше всего меня пугает этот тихий голосок, от которого я не могу избавиться. Он шепчет, когда мы проходим через ворота.

Но глаза у него пронзительные. В них тот холодный, отстраненный взгляд, который я уже видела у сопровождавших нас солдат. Взгляд того, кто повидал войну. Он одет в темно-серые одежды с серебряной отделкой, которые не совсем скрывают шрамы на его руках и левой кисти.

- Возможно, вы помните правила пребывания здесь по своим предыдущим визитам, но мой долг - напомнить вам о законах Королевства. В частности, о магии.

Мы проходим мимо всего этого, пока Нерешал читает нам нотации. Он указывает на сияющий огонек размером с мою голову, расположенный чуть выше уровня глаз в коридоре, по которому мы идем. Без них в замкнутом пространстве дворца было бы темно, как в полночь. Окон здесь мало, а переходы по всему зданию представляют собой настоящий лабиринт, особенно учитывая размеры дворца. Сюда легко могли бы поместиться несколько замков поменьше.

- Это как "не успел отдать честь по приказу" или "не подчинился стражу", да-да, а что здесь не является преступлением?

- Что? Я просто говорю.

- Ладно, всё серьезно.

- Я просто...

Рука Нерешала вытягивается вперед. Он не касается Эдди, но всё, что тот собирался сказать, обрывается. Его рот остается широко открытым, а глаза расширяются. Он пытается говорить, я знаю, что пытается. Его рот начинает закрываться невероятно медленно. В панике Эдди ощупывает свой рот, быстро обследуя лицо.

Ричард встает между Нерешалом и Эдди с обеспокоенным и сердитым видом. [Маг] бросает взгляд на Ричарда.

Наступает пауза, все уставились на него. Голос Винсента срывается от недоверия.

- Я думал, магия времени невозможна!

- Младшие [Маги] могут так считать. Но магия времени - это иная форма силы, а Оскверненное Королевство требует всех форм магии для своей защиты.

Ричард посмотрел на Нерешала, когда стало ясно, что рот Эдди - единственное, что подверглось воздействию. [Маг] зашагал вперед, говоря быстро и четко.

- А какой именно?

- Предотвращение старения Оскверненного Короля. Чтобы он мог править на месяц, год или десятилетие дольше. До тех пор, пока я не буду освобожден от своих обязанностей здесь, я также выступаю в роли его стюарда. Примите мои предупреждения к сведению. Если вас уличат в нарушении любого из законов, патрульные стражники могут не стать ждать объяснений. А если вы выживете после этого, я назначу подходящее наказание.

- Есть ли какие-то другие правила, которые мы могли бы случайно нарушить, сэр?

- Я заметил, что двое из вас, похоже, стали вполне сносными [Магами] с вашего последнего визита. Кто-нибудь из вас знает какое-либо заклинание телепортации? Предупреждаю: не пытайтесь применять такие заклинания, пока находитесь здесь.

Нерешал указывает на одну из стен. В некоторых частях замка камни грубые и массивные, а коридоры узкие. В других же они просторны и величественны, что говорит об искусной отделке. Но повсюду я чувствую легкое покалывание, от которого кажется, что здесь сосредоточена серьезная магия.

- Магия телепортации строго запрещена в окрестностях замка. Она также невозможна. Заклинание блокирует любую телепортационную магию вокруг замка и самого города. Сомневаюсь, что вы случайно нарушите много правил, но помните о моих словах.

- Ваше присутствие обязательно на сегодняшнем пиру. Одежда будет доставлена в ваши комнаты. Там будет выбор. Вскоре после этого появятся слуги, чтобы проводить вас в банкетный зал.

Ричард колеблется. Он смотрит на Нерешала.

- Ожидается почтительность. Этикет - нет. Ваш прошлый визит дал этому ясную картину. Однако, возможно, вам придется предстать перед Его Величеством, в таком случае говорите с уважением.

- Оценить вашу значимость.

- Мне сообщили, что двое из вас достигли 30-го уровня. В нашем королевстве это знак уважения, и вам будет оказано должное, пока вы защищаете государство. Вы изменились с тех пор, как вас отправили на фронт. Это хорошо. Что касается другой причины, по которой Его Величество приказал вам вернуться...

- Его Величество желает лично подтвердить слухи о вашем успехе. Надеюсь, он не будет разочарован.

Думаю, он будет разочарован. Надеюсь, что будет.

Банкет - это то, что можно увидеть в фэнтезийном кино. Грандиозный. Магический. И в зале настолько огромном и пышном, что в нем могут разместиться тысяча или даже больше гостей. Тысячи? Я не очень силен в счете.

Кто-то сидит, кто-то стоит и разговаривает, словно на коктейльной вечеринке для богатых и влиятельных. Погодите, так это и есть коктейльная вечеринка, верно? Звучит музыка, маги и другие более традиционные артисты развлекают детей - есть даже парень в ярком наряде, который смешно падает, чтобы развеселить кучку ребятишек. Все они одеты как королевские особы.

Зал гудит от энергии и излучает такое богатство и мощь, что я начинаю дрожать в своих ботинках. Мне здесь не место. Не мне, ребенку из семьи рабочего класса. Но глядя издалека на Оскверненного Короля, я дрожу по другим причинам.

Один из младших [Камергеров], служащих под началом Нерешала, обращается к нашей ошеломленной группе. Мы, дети из другого мира, смотрим на него, а затем нерешительно входим в зал. Мы уже были здесь. Однажды нас угощали за столом самого Оскверненного Короля. Но это было целую жизнь назад, когда мир еще был магическим.

Однако некоторые из воинов, сидящих за столом, выглядят как герои. На них сияющие доспехи, а те, кто одет для удовольствия, а не для войны, всё равно двигаются с неестественным изяществом. У Оскверненного Короля есть свои собственные [Рыцари] и чемпионы бесчисленных классов. Я вижу, что Ричард нервничает. Ему позволили оставить меч - полагаю, знак уважения, но я сомневаюсь, что он вытащит его при любых обстоятельствах.

Король сделал то же самое. Это был лишь мимолетный взгляд, прежде чем он отвернулся, но он подтвердил то, что мы все знали. Он захочет поговорить с нами. Эта мысль пугает некоторых, например Синтию, и заставляет их бояться входить в зал. Другие, как Ричард, сделаны из более крепкого теста.

Он говорит это, но никто не двигается. [Камергер] осторожно покашливает. Но никто не хочет выходить на этот великолепный показ и привлекать к себе внимание.

Заставь их смеяться, Том. Отпустись на секунду. Ты же знаешь, что хочешь этого.

У тебя бы колени подогнулись, если бы она тебя зарезала. Или если бы ты зарезал её.

- Кто это?

- Это [Леди] Терез. Если вы хотите войти и поговорить с ней, пожалуйста, имейте в виду, что она в трауре, отсюда и красное платье.

Все посмотрели на [Камергера]. Он неловко замолчал, явно не желая этого говорить, но затем понял, что должен. Он снова прочистил горло.

- О.

- Значит, если они в трауре, то носят красное. Спустя три месяца?

- Странно.

Эмили и ещё несколько девушек обернулись и уставились на Эдди. Тот поморщился.

- И что? Что в этом плохого? Почему она не может быть открытой в этом вопросе?

- Не знаю. Это же странно, да?

- Это не её вина.

- Ну да, конечно, но...

Должно быть, он не любит мертвых младенцев. По крайней мере, они тише живых, верно?

Мы входим в зал банкета. И он поглощает нас. Через несколько минут я оказываюсь за столом. Мы сидим с Сирилл, так как она единственная, кого мы узнали. Она и пара Дрейков, кажется, только рады компании для разговора. И здесь достаточно еды, чтобы я могла отвлечься, поедая её.

Я слушаю лишь наполовину. Еда - одна из тех вещей, что обычно даруют мне передышку, но я... борюсь. С самой собой. Передо мной выбор ложек, и одна из них, с зазубренным краем, вроде шуполки, привлекла моё внимание.

Я смотрю на неё. Я хочу. Я прямо вижу, как беру эту ложку, а затем выкалываю Кейту глаз. Или свой собственный. Ложка. Какое удобное оружие. Впрочем, всё удобно, если использовать его правильно.

Возьми его.

Ты безумен.

- Что, Том?

Все ребята, и парни, и девушки, больше не выносят находиться рядом со мной. Не после той деревни. Я знаю, что они видели. Конечно, знаю! Но неужели они не могут притвориться? Неужели не могут - по крайней мере, Ричард пытается. Остальные подпрыгивают, стоит мне только чихнуть. Синтия вообще не заходит в одну комнату со мной.

Я думал, что такое может случиться. Но я не ожидал, что это произойдет именно так. Я думал, что смогу получить способности.

Боже, может, я и вправду безумен. В моей голове раз за разом крутятся одни и те же мысли. Разве это не первый признак безумия?

Да, именно так. Эйнштейн так сказал. Кажется.

Одинокий Том. Почему бы тебе не попытать удачи? Уверен, Эмили полюбила бы тебя. Если бы ты приставил нож к ее горлу. А зачем вообще возиться с этим? Просто убей ее. Брось ложку.

Просто мысли. Это всего лишь... мысли. Они проносятся мимо, и это не значит, что я последую им. Но неужели у всех бывают такие убийственные идеи? Мне нужно отвлечься. Я отодвигаю миску и кладу в нее ложку, вероятно, совершая грубейшее нарушение этикета.

Сирилл поворачивается ко мне. Напротив нее Дрейк с красной чешуей с размаху бьет кулаком по столу, отчего моя миска с супом подпрыгивает.

Он хватает кубок и осушает его, игнорируя взгляды, которые бросают на него люди по обе стороны стола. Дрейк повышает голос, перекрывая местный гул голосов.

Его спутники пытаются успокоить разгневанного Дрейка. Я доволен. Это отличное отвлечение.

- И ты мне об этом говоришь?

- Каждый год мы посылаем армию, чтобы разгромить Людей, и каждый год они посылают одну к Кровавым полям. Мы разрываем друг друга в клочья, убивая тысячи людей с точностью часов, а затем возвращаемся назад и заявляем, какая блистательная победа нам досталась! С обеих сторон! Либо вторгайтесь и сносите города, либо уже заключайте мир! Не тратьте жизни наших солдат, когда есть настоящие войны, в которых нужно сражаться!

- Да, точно. Это же безумие. Безумие - это делать одно и то же снова и снова, ожидая другого результата, верно? По крайней мере, так гласит определение.

- Да уж, тебе-то точно знать, верно, Том?

- Расскажите это моему начальству. Они вполне довольны тем, что сюда посылают несколько тысяч солдат для получения боевого опыта, невзирая на потери.

Дрейк, который только что был так разгневан, уныло обмякает в кресле. Разговор переходит на другую тему. Я немного расслабляюсь, но тут же выпрямляюсь, почувствовав, как Кит толкает меня в бок. Я поворачиваюсь.

- Том, это всего лишь миф. Эйнштейн никогда этого не говорил.

- Безумие. Знаешь, когда делаешь одно и то же снова и снова? На самом деле это не определение, понимаешь.

- Что? Нет, это оно и есть.

- Люди полагают, что это сказал Эйнштейн, но это всего лишь миф. Поверь мне, мой профессор обожал рассуждать о законах. Безумие - это не настоящий медицинский диагноз. Это юридический термин. Это значит... ну, это способ защиты, который использовали люди. Если ты безумен, тебя нельзя признать ответственным за нарушение закона. С медицинской точки зрения этого больше не существует. В этом нет смысла.

Я ошибся.

Откуда он знал? Нет - я сам должен был знать. Это совпадение, и всё. Я должен был знать и подсознательно...

Ты с ума сошел? Или я настоящий? Или я что-то другое? Откуда мне знать, Том? Кто я?

Я сижу на стуле, сижу, пока мир вокруг меня сереет. Это должен быть я. Это обязательно должен быть я. Тогда я сошел с ума, и, возможно, я безумен сейчас. Но я не могу позволить этому быть кем-то другим. Даже если так и есть. Потому что если я не возьму на себя ответственность за свои поступки, я и правда сойду с ума. Я использую это как оправдание. Это всегда был я. Если нет...

- Том? Том!

Я смотрю вперед, и в главе комнаты на ногах стоит Оскверненный Король. Он смотрит в сторону нашего стола, на нас. И его взгляд прикован ко мне.

Мне страшно. Но не из-за него. Я обливаюсь холодным потом, приближаясь к нему, одному из самых могущественных людей в мире, тому, кто призвал нас сюда. Не из-за его присутствия, не из-за вооруженных стражников, стоящих рядом, и не из-за его взгляда, который придавливает нас, словно муравьев. Я не боюсь его.

1.03 C

У Оскверненного Короля есть аура. Она давит на меня, пока я иду вперед. Безмолвный пиршественный зал слишком длинный, и нам, немногим, приходится проходить мимо наблюдающих гостей с бьющимися сердцами.

Газы?

Вокруг меня остальные содрогаются. Я вижу, как бледнеет лицо Эмили, как Кит начинает потеть, как глаза Синтии дико вращаются в глазницах, а Ричард сжимает челюсти. Их раздавливают. Я иду, чувствуя, как ноют плечи. Это... тяжело.

Мы останавливаемся неровной шеренгой у ступеней, ведущих к возвышению, где он восседает. Король смотрит на нас сверху вниз. Мы снова встретились.

Делает ли это меня странной? Я определенно отличаюсь от остальных. Я чувствую это, но ничего не могу с собой поделать. Страх - одна из тех вещей, что я потеряла. Я не боюсь людей с мечами. Я не в восторге от перспективы быть заколотой, но они не могут меня напугать.

- Итак. Герои пророчества вернулись. Ослабленные.

Взгляд Короля на секунду перемещается на меня, а затем на Ричарда и Эмили.

- Чудесное.

- Но так многие были потеряны. Мы отправили более шестидесяти из вас сражаться с Демонами. Теперь осталось меньше трети.

Эмили повышает голос и затыкается, когда взгляд Оскверненного Короля падает на нее. Он кивает один раз.

- Не я. Я буду сражаться. Но нельзя требовать одного и того же от всех нас, Ваше Величество.

- Один достиг 30-го уровня за три месяца. Он стал [Рыцарем], поклявшимся бороться с тьмой. И всё же ни один [Лорд] или [Леди] не даровал ему титула. Другая, [Маг] воды, обучила себя сама. Чудесные свершения, как и сказала наша госпожа.

"Вы найдете приют в наших залах, а ваши спутники получат еду и мою защиту, пока вы сдерживаете бич тьмы. Но мы слышали и о другом. О чемпионе, который защищал наш народ. О воине, который в одиночку перебил отряд демонов-налетчиков".

"Ты. Выйди вперед".

Хочешь, я расскажу им шутку? А как насчет фокуса?

Пойми шутку.

"Мы помним тебя. Кто ты? Каков твой класс? [Воин]? [Маг]? [Разбойник]?"

Он пристально смотрит на меня. Я слышу, как Синтия начинает хихикать - безумный, истерический смешок, который быстро обрывается. Король выглядит сбитым с толку.

"Он из нашего мира, Ваше Высочество. Том - он... артист. Тот, кто заставляет людей смеяться. Клоуны не бойцы. Они..."

У тебя есть я. Ты всегда можешь рассчитывать на меня.

Он смотрит на меня, и я чувствую, как становлюсь тяжелее. Только и всего. И, возможно, это дьявол в моей груди, но я не хочу отвечать. Поэтому я просто пожимаю плечами.

Я слышу шипение и вижу, как Ричард вздрагивает. Оскверненный Король бросает на меня взгляд, который говорит о том, что он раздражен.

- Что?

- Выступай, [Клоун]. Покажи двору трюки своего ремесла. Рассмеши нас.

У меня нет ни грима, ни реквизита - но я понимаю, что протестовать или оправдываться нет смысла. Поэтому я вздыхаю и встряхиваю кистью. В моей руке появляется ярко-красный шар, набитый сушеными бобами для формы. Я слышу ропот, и кто-то за главным столом выпрямляется.

Нет, это нормально. Всё потому, что я видела вещи и похуже. Гораздо хуже. Что значит несколько минут унижения?

Вил, это для тебя. С красным шаром в руке я щелкаю пальцами другой руки, и появляется синий. Я слышу тихий вздох за столом Осквернённого Короля, но больше ниоткуда.

На самом деле, это два Навыка. [Ловкость рук] и [Пространство для трюков]. Один позволяет мне делать глупые фокусы, которые делают карточные маги, если бы у меня была колода карт, а другой дает невидимое пространство вокруг тела, из которого я могу доставать предметы и куда могу их складывать. Там я храню три шара. Вылетает третий - жёлтый и потертый.

Маленькая девочка. Без сомнения, [Принцесса]. Её платье ярко-зеленое с белым, и она очень милая, как это бывает у детей. Её глаза расширяются, когда она фиксирует взгляд на шарах в моей руке. Ребенок. Я видела, как она смеялась над парнем, который только что комично падал. Я отвешиваю ей легкий поклон. Надеюсь, тебя это хотя бы развлечет, малявка.

Заткнись. Я начинаю подбрасывать шары в воздух, быстро жонглируя ими. Жонглировать тремя шарами одновременно тяжело. Знаю, это говорит о том, насколько я бездарна, но мне пришлось долго тренироваться, чтобы достичь такого уровня. [Ловкость рук] не работает с жонглированием, а специального Навыка у меня нет.

Все в комнате смотрят, как я жонглирую, и я вижу, как юная [Принцесса] оживляется и почти начинает хлопать в ладоши, когда я подбрасываю шары высоко в воздух. Девушка постарше, вероятно, тоже [Принцесса], останавливает её. Все смотрят, как я жонглирую.

И смотрят...

Так что я выдаю ему ужасный номер. Я планировал просто жонглировать, пока он меня не остановит, но тут это случается. Я слышу звук.

О боже. Эта музыка. Прошло слишком много времени с тех пор, как я слышал её в последний раз. Я мог бы прожить до конца своих дней, никогда больше её не слыша. Я чувствую сдвиг, когда она начинает играть, и слышу приглушенные звуки от окружающих меня людей. Остальные в комнате просто смотрят, ничего не понимая.

И это не кто-то из присутствующих в комнате. Я чуть не роняю шар, заставляю его исчезнуть, прежде чем снова подбросить в воздух, пока смех переплетается с музыкой. Теперь здесь призрачная публика, смеющиеся голоса - как будто я и правда в цирке.

На этот раз тишина иная. Я заставляю все три шара исчезнуть и молча кланяюсь. [Принцесса] выглядит смутно заинтересованной. Остальные - нет. Но музыка. Ах, эта музыка. Я смотрю в сторону и вижу Ричарда, который бледный смотрит на меня.

Это не ускользает от внимания Оскверненного Короля. Он смотрит на меня, а затем на остальных. Сколько он на самом деле знает о том, что я сделал? Он ждет, пока не понимает, что больше я ничего не собираюсь делать.

- Извините. Это всё, что у меня есть.

Его брови поднимаются. Он выглядит недоверчивым. Я киваю, ожидая, что он назовет меня мошенником или чем-то в этом роде. Я больше никогда не хочу слышать этот звук. Но тут кто-то другой выкрикивает в наступившую тишину:

От этого слова я вздрагиваю. Я вижу, как подпрыгивает Ричард, как бледнеет Эмили - и, что предсказуемо, вскрикивает Синтия. Слева меня задевает вспышка цвета, и кто-то отталкивает меня в сторону.

На меня смотрит мужчина в нелепом костюме. Маленький человек, а значит, и костюм маленький, но украшен он таким количеством кричащих цветов, что на него почти больно смотреть. Я говорю "почти", потому что такой эффект делает его скорее смешным, чем совершенно раздражающим. А его лицо искажено комическим возмущением.

Я пытаюсь подняться, но он выбивает у меня ноги. Я перекатываюсь, и он с криком ярости набрасывается на меня.

Слышится смешок, по комнате пробегает волна веселья. Мужчина перестает осторожно колотить меня кулаками и поднимается с возмущенным видом. Он кланяется Оскверненному Королю.

Он принимает высокомерную позу, умудряясь каким-то образом в третий раз задеть меня бедром. Для такого маленького парня в нем столько силы! И когда он меня задевает, это совсем не больно. Совсем.

- Шут. Желаешь выступить?

Его голос напоминает голос сценического объявителя, только ему не нужен микрофон. Шут разворачивается, приковывая к себе все взгляды, и делает эффектный жест. Он достаёт откуда-то цветной шар, как это сделала я, только этот более высокого качества и блестит на свету. Он подбрасывает его вверх - и вслед за ним летят ещё шесть.

"Лорды и леди, мужчины и женщины, маленькие девочки, которые ещё не легли спать, вот что делает [Шут]! Он жонглирует, он танцует -"

"И он - источник достоинства, а не какой-нибудь жалкий [Клоун]! Как вы смеете, сэр!"

"О боже. Ну и вонь".

"Вы явно пытаетесь занять моё место! Моё место! Что я буду делать, если мой Король прогонит меня? Я должен вызвать вас на дуэль прямо сейчас за подобное бесчестие! Сдавайтесь!"

"Ой. Ой. Ой. Ой. Эй, это был мой нос".

- [Шут] не мастер ни в чем и посмешище для всех, но [Клоун]?! В Рхире нет места для двух идиотов! Я вызываю вас на бой за звание главного среди худших, сэр! En garde!

- Ой.

К тому моменту, как он заканчивает, зал ревет от смеха. Я весь промок в вине, облеплен кусочками еды и обрывками собственного достоинства. Хотя оно и так почти отсутствовало.

- Весьма забавно. Шут, ты, как и всегда, умеешь развлечь в кризисные времена. Томас [Клоун]... мы также благодарим вас за развлечение.

- Очень хорошо. Мы попросим продемонстрировать ваши Навыки позже, сэр Ричард, и вы, леди Эмили. До тех пор добро пожаловать в наш дворец. Надеемся, вы не обманете надежд, которые мы на вас возлагаем, храбрые герои из другого мира.

Я сажусь, чувствуя на себе каждый взгляд. Сирилла смотрит на меня странно, а затем предлагает тряпку, чтобы вытереть лицо. Я принимаю её, стираю большую часть вина и замечаю, что Ричард и остальные смотрят на меня. Я криво улыбаюсь.

Я ошибаюсь на этот счет. Обычно так и есть, что в данном случае приносит облегчение. Особенно остальным. Нерешал не ведет нас в комнаты после банкета лично; вместо этого [Камергер] выделяет нам нескольких слуг, чтобы те указали дорогу.

Также идет много разговоров о том, чего хочет Оскверненный Король. Комнаты Ричарда и Эмили самые большие, поэтому в итоге там теснится больше десяти человек. Я слушаю, как они начинают говорить, спорить, если на то пошло.

- Может, вы и сможете, если получите другие классы, но спорю, он довольно скоро заставит тех из нас, у кого боевые классы, отправиться сражаться.

- Думаю, мы сможем протянуть хотя бы неделю или две.

Рейанн. Ты ведь не помнишь её лица, верно?

Ноутбук - одно из наших сокровищ. Электроники у нас на всех не так много. Часть была потеряна во время нападения. Другую украли, потеряли... и мы не осознавали, что сможем их [Починить], до самого последнего времени. Теперь электроникой все пользуются по очереди, кроме Эмили, которая владеет ноутбуком постоянно.

Но по-настоящему важен iPhone, который носит с собой Ричард. Он пристально смотрит на него, произнося что-то вслух.

- Можем ли мы попросить помощи у кого-нибудь из магов здесь? Они могут знать людей в Вистраме.

- Слишком рискованно.

- Мы не можем им полностью доверять. Что если они заберут iPhone? Нет, мы должны сохранить это в тайне, тем более что Оскверненный Король, похоже, не знает о других. Если мы сможем связаться с ними, встретиться или получить помощь...

Все смотрят на Винсента. Ричард кивает.

- Она странная. Противоестественная.

- Кит, послушай, она сказала мне, что можно заплатить за отправку заклинаний [Сообщения] или отправить письма. Я не говорю, что нам стоит так делать, потому что за нами, скорее всего, будут шпионить. Но если Эмили сможет научиться использовать заклинание, или если мы найдем способ разыскать кого-то из остальных...

- Он в нас не нуждается. Ричард и Эмили - единственные здесь люди 30-го уровня.

- Значит, мы пленники?

Я вздыхаю. Всегда так. Мне нельзя здесь находиться. Я поправляю слипшиеся волосы и решаю, что мне нужно принять ванну и побыть в одиночестве. Я встаю и иду к двери.

Голоса смолкают. Ричард смотрит на меня. Я улыбаюсь.

- То представление там...

Никто не смеется. Некоторые до сих пор смотрят на меня со страхом. Я отворачиваюсь.

Я выхожу из комнаты, слыша, как за закрывшейся дверью снова вспыхивает гул разговоров. Мои друзья.

Этот голос. Я спотыкаясь бреду к своей комнате. Конечно, никакой полноценной ванны там нет, но есть кувшин с водой, а бродить в поисках чего-то по ночам мне не хочется. Моя комната мала, но в некоторых аспектах тянет на гостиничный номер. Здесь нет ни окна, ни балкона, зато есть ночной горшок и кровать, достойная любого четырехзвездочного отеля. Одно это с лихвой возмещает всё остальное.

Но зеркало. Оно не идеально; в стекле есть изъяны, крошечные пузырьки, но оно слишком многое отражает. Я всматриваюсь в себя. Я выгляжу худым. Раньше я бы душу продал, чтобы так похудеть.

Оно показывает слишком много. Напоминает о слишком многом. Я смотрю на своё отражение. На свои глаза.

Никто не отвечает. Это зеркало... медленно я достаю вещи буквально из воздуха и раскладываю их на комоде. В конце концов, какая разница. Я извлекаю засаленную жестяную банку, вторую, поменьше, два огромных ботинка и пёстрый костюм.

Я смотрю на них. Слишком большие ботинки, несмешной костюм и грим для лица: белый, красный и чёрный. Вообще-то для чёрных кругов вокруг глаз я использую просто измельчённый древесный уголь. Мои рабочие инструменты.

- Ах да. Я так и не починил его. С того самого момента, как...

Кровь. Огромное пятно на передней части костюма, и ещё больше засохшей крови, впитавшейся в штанины. В ужасе я роняю костюм и отшатываюсь.

Я ведь его и не стирала. И теперь голос в моей голове издевается надо мной.

Дыхание становится чаще. Я оборачиваюсь.

Но ночью подкрадываются тени, сон становится неуловимым, а покой - невозможным. И я брожу по замку, безмолвная, терзаемая собственными мыслями.

По крайней мере, они знают, кто я. Черт, они, вероятно, видели меня в первый раз, когда меня выводили вместе с остальными. Вот он, ваш [Герой], ребята. Я. Том, несмешной [Клоун].

Никогда. Я качаю головой, входя в одну из комнат, которую Нирс показал нам ранее. Она привлекла моё внимание - комната, полная зеркал.

- Ладно. Вот я. Вот ты. Давай же. Если ты настоящий... выходи.

Но что, если это не так?

Я сошел с ума. Я обезумел и убивал людей. В этом уверены остальные. Я знаю, что это случилось. И я уверен, что это был я. Почти уверен. Но какая-то мысль шепчет: а что, если это был не я?

Это был не я.

Но нет. В темноте я чувствую уверенность. В тот момент, когда я держал Вилена, мне было плевать. Я потянулся и впустил что-то внутрь. Что-то темное. Неужели я каким-то образом открыл дверь?

- Исчезни.

Но что-то говорит мне, что это не всё. Что-то шепчет, что за стеклом притаилось нечто другое. Что?

Кто ты?

Обычные глаза. Но если я отвернусь, продолжат ли они смотреть? Я пробую. Поворачиваю голову и быстро смотрю обратно. Но отражение в зеркале каждый раз повторяет мои движения в точности. Я стискиваю зубы.

Я протягиваю руку и касаюсь стекла. Я смотрю в глаза своему отражению, бросая ему вызов - сдвинуться, хотя бы на секунду дернуться. Том смотрит в ответ: бледный, изнуренный бессонницей, с широко раскрытыми глазами. Он ухмыляется мне.

Всё? Ты уверен?

- Я ненавижу тебя. Если ты здесь, я тебя убью. Клянусь.

Смех. Голос - это еще не самое худшее. Порой он звучит как мой собственный: немного безумный, более мрачный, но всё равно такой, каким я его себе представлял. Голос пугает меня лишь изредка. Но по-настоящему мне становится страшно, когда я сам чувствую желание рассмеяться или разбить стекло, пока моя рука не окажется полной осколков.

- Что ж, я ожидал оказаться один, но, полагаю, был глупцом, раз так думал. Значит, очередное доказательство того, что я мастер своего дела.

- Мистер [Клоун]. Не думал увидеть вас сегодня вечером.

Он ставит бутылку и кубок на пол и отвешивает мне драматичный поклон.

- Что? Нет. Я... оно выручило меня. Спасибо.

- О. Простите. Я Том. Томас, но можете звать меня Томом.

- Пришли полюбоваться собой в комнате зеркал? Редко кто любит проводить здесь время. Признаюсь, именно поэтому я пришел один.

- Чепуха. Здесь более чем достаточно места для двух идиотов, или, по крайней мере, для одного [Дурака] и одного [Клоуна]. К тому же, компания приятна, и если у вас есть желание составить мне компанию, я буду только рад. Как видите, я здесь никогда не бываю один.

- Конечно. А что вы здесь делаете?

- Кубок? Конечно, но если он всего один...

- Ну?

- Маленький трюк. Прошу прощения, но шутка хороша лишь один раз, поэтому я проделываю это с каждым встречным. Видите ли, это фальшивый кубок.

- О, я просто скопировал этот кубок, разумеется.

- Это мой Навык - копировать вещи. Они также какое-то время сохраняются, если обращаться с ними осторожно. Полезно для розыгрышей и обмана. Для остального - не очень. Но вы-то наверняка знаете о подобных Навыках, не так ли?

Брови Шута взлетают вверх.

- Извините.

- Чепуха! Снова чепуха, а значит, всё это должно быть просто дурачеством! Хватит извиняться и не беспокойтесь о пролитом. Слуги всё уберут. Если нет - насекомые. Вам нужна практика. Неделя-другая, и весь двор будет кататься по полу от смеха. Кто знает, может, вы даже заставите Его Хмурого Величество улыбнуться!

- А. Вы говорили, что не очень-то воин?

Шут пожимает плечами. Он делает глоток из бутылки вина, позволяя напитку литься в рот с большой высоты. Он не проливает ни капли, и это впечатляет.

- Кстати, об этом. Неужели мы и правда те самые избранные герои, которые должны спасти Рхир от скверны и Короля-Демона? Об этом никто толком не упоминал.

- Хах.

Каким-то образом я оказываюсь за одним столом с Шутом; я пью из своего кубка, пока он наполняет его и пьёт сам. Он рассказывает мне о Порчевом Короле и о своей роли при дворе.

- Десять лет? Правда? Ого. А я думал, что [Шуты] должны быть частью двора по наследству или вроде того.

- Можно подумать, что чем больше шариков, тем веселее, верно?

- Значит, в Томе-[Клоуне] всё-таки найдётся шутка! Хотя немного грубовато. Я бы не посмел повторить такое при дворе.

Шут стал серьёзным.

- Видел. Она выглядит совсем юной.

- Значит, их было несколько?

- Это... отстойно.

- Это мило с вашей стороны.

- Жизнь [Принцессы] и без моих дополнений достаточно тяжела, мистер Том.

- Очень хорошо. Честно говоря, я удивлён, что вы выбрали такой странный класс, как [Клоун]. Чем именно вы занимаетесь, если не тем, что заставляете людей смеяться?

- Совсем как [Шут]! Но наверняка есть какая-то разница. Что отличает [Клоуна] от [Шута]?

- Что?

Он пристально смотрит на меня. Я пожимаю плечами. К этому моменту я уже приятно захмелел и чувствовал себя... на удивление неплохо. Я пытаюсь описать её, но он лишь качает головой.

Я вздыхаю.

- Это обязательное требование для [Шута]?

Он бросает на меня взгляд.

Он сделал паузу.

- Она правда тебя любит, да?

- Почему? Здесь настолько опасно? Я думала, что столица...

- О, здесь безопаснее, чем в любой другой части Рира, и безопасно для всех, кроме членов королевской семьи, полагаю. Но [Принцесса] должна быть осторожной, иначе она закончит так же, как её братья и сёстры.

- У неё были другие.

- Что же с ними случилось? Где они?

- Мертвы.

- О. Мне ж... я думала, в семье четверо...

"О".

"Теперь за [Принцессой] и Ее Юным Высочеством Исидором следят словно за овечками - львы, пока их отец и мать стремятся сделать свое королевство безопасным для всех, кроме их врагов. Трогательная история, не так ли?"

"Для [Шута] вы ужасно well-informed. И кажетесь важной персоной".

Шут встает и делает колесо, смеясь - наполовину от веселья, наполовину от какого-то знакомого мне отчаяния. Он поворачивается ко мне.

"Нет-нет - вам бы не понравилось видеть меня, когда я [Клоун]. Правда".

"Просто Томом. Несмешным Томом, который не прочь, чтобы вы долили ему вина, если оно еще осталось, Шут. Не думаю, что вы можете скопировать винную бутылку? Или у вас есть доступ к запасам вина, которые мы могли бы найти?"

"Не думаю, что я когда-либо встречал человека, который хотел бы со мной подружиться, Том. Вам настолько скучно, или я настолько приятный собеседник?"

Я ухмыляюсь ему в ответ и на мгновение чувствую себя счастливым. Шут моргает, а затем смеется. Из всех людей, которых я встретил сегодня, его смех был единственным, в чем я нуждался. И он что-то исцелил. В ту ночь я отключаюсь в своей комнате, пьяный, но в здравом уме.

- Боже, Том. Сколько же ты вчера выпил?

Эмили свирепо смотрит на меня, пока Эдди подходит ближе. Я качаю головой.

- Его? Где ты с ним познакомился?

- Думаю, Том пойдет отдохнуть. Ладно, остальные, пойдемте. Помните, у нас ограниченный бюджет, но мы позаботимся о том, чтобы у каждого были монеты. Том, сможешь дать нам деньги, раз ты остаешься?

Я бросаю кошелек Ричарду и, пошатываясь, ухожу в свою комнату. Спустя еще два часа я чувствую, что снова могу нормально функционировать, поэтому наконец встаю и с трудом выбираюсь из дворца.

Я добираюсь до внутреннего двора, когда осознаю, что у меня нет ни денег, ни особого желания осматривать достопримечательности, ни понимания, зачем я вообще здесь нахожусь. Я уныло оглядываю огромное открытое пространство, ведущее к замку.

Здесь могла бы пройти целая армия. Черт, в этом, вероятно, и смысл. В двор и ведут три ворот, от которых за лестницей идут двойные двери. Стена вокруг двора высокая, но само пространство настолько велико, что совсем не кажется замкнутым.

Тебе определенно нужно найти хобби. Например, stabbing people.

Тебе стоит обернуться. Сзади кто-то стоит.

- Ты и правда не умеешь ничего, кроме жонглирования? Отец говорит, что в тебе скрыты глубокие задатки.

- Э-э. Что?

- Ты умеешь делать сальто назад? Шут умеет.

На самом деле, я, вероятно, умею. Если это часть моей рутины [Безупречного Уклонения] или... черт, я даже научился неплохо делать колесо. Но я не уверен, почему [Принцесса] здесь, и я занят тем, что оглядываюсь в поисках стражников, которые должны быть рядом с ней.

- Если ты не умеешь, Шут может тебя научить. Он не стал учить меня, но он мог бы научить тебя, а я могла бы посмотреть.

- Он вон там. Можешь спросить прямо сейчас.

Невысокий человечек в неприметной одежде стоит примерно в шестидесяти футах, рассеянно прогуливаясь по двору. В руках у него что-то есть. Похоже на... свиток.

- Ты собираешься спрашивать или нет?

- Я знал, что вчера мы развлекались, но чтобы настолько? И что вы делаете в компании Принцессы, мистер Том?

- Что?

- Я удивлен, что она с вами заговорила. Наша маленькая Принцесса мало с кем общается.

- Что ж, это интересно. Полагаю, вам стоит развлечь её самому, мистер Том. Ну же, сделайте сальто.

- Это несложно. Давайте же. Обещаю, если вы свернете себе шею, это будет вдвойне забавно.

- А это что было? Вы с кем-то разговаривали?

[Принцесса] заглядывает на пояс Шута. Он отскакивает назад и грозит ей пальцем.

Он с надеждой смотрит на нас. Я пристально гляжу на него. Шут хмурится и отбивает один из своих жонглерских шариков от моей головы. [Принцесса] хихикает. Затем Шут смотрит на неё. В его взгляде есть что-то родительское.

С лица девочки тут же исчезает улыбка. Она шаркает ботинком по земле.

Шут напрягается. Я в замешательстве смотрю на него.

Он серьезно смотрит на меня.

Она не выглядит убежденной. Я понятия не имею, что здесь, черт возьми, происходит, поэтому отвожу Шута в сторону. Он бросает ей один из своих жонглерских шариков, чтобы ей не было скучно, и шепчет мне на ухо:

- Звучит серьезно.

- Не серьезнее любой другой битвы в Рхире. Но это тактическое решение. И такое, которым нельзя делиться, понимаете? Никто не знает об этом, кроме Короля и его советников. И я, конечно, в курсе.

- Из-за неё.

- О.

- Если она что-то говорит, мистер Том, значит, она обеспокоена. Боюсь, принцесса понимает, что такое война. А Его Величество, мудрый и трагический Король Оскверненного Королевства... боюсь, он не понимает, как много слышат его дети.

- Вот именно. А теперь помогите мне отвести её обратно в замок.

- Я же говорю тебе, сломанные кости - признак комедии, молодой Том. Мы еще сделаем из тебя настоящего Шута. Если нет, уверен, ты станешь первоклассным Идиотом. А вам, Ваше Королевское Высочество, не следует бродить без присмотра.

- Мне не нравятся мои стражники. Я оставила их.

Он оборачивается и указывает пальцем. Я тоже поворачиваюсь. Как я умудряюсь не замечать людей, подходящих сзади? Теперь я вижу еще одну молодую женщину, ту самую, что сидела рядом с Оскверненным Королем вчера.

Шут кланяется принцессе Исидоре. Я делаю то же самое, неуклюже. Она смотрит на меня и на Шута: на меня - с недовольством, на Шута - с раздражением, а на юную принцессу - строго.

- Он не сможет меня найти, если на мне это!

- Он может прочесать всю округу, и он это сделает, если ты не вернешься. И если он так поступит, он будет в ярости, а отец об этом узнает.

[Принцесса] прячется за Шутом и мной, как любой ребенок ее возраста. Только она из королевской семьи, а Исидора не одна. Группа мужчин и женщин в доспехах выбегает из открытых дверей дворца вслед за Исидорой. Я сглатываю, а Исидора свирепо смотрит на сестру.

- Я пойду с Ее Высочеством, если она пожелает.

- Прости, Шут, но мою сестру нельзя водить за ручку всё время. Да и твоё присутствие не успокоит Нерешала. Честно говоря, думаю, станет только хуже. Идём, Эрилл. Хочешь, чтобы Шута наказали?

С неохотой принцесса Эрилл выходит из-за спины Шута. Она с тоской смотрит на меня и на него, и Изодора снова бросает на нас взгляд. Секунду она смотрит на меня с выражением, которое мне знакомо.

Две принцессы разворачиваются и направляются к своей эскортной группе, которая мгновенно окружает их. Я смотрю, как они медленно возвращаются во дворец, и поворачиваюсь к Шуту. Он всё ещё смотрит в спину Эрилл. Грустно. Наконец он трясет головой и смотрит на меня.

Он произносит это имя с насмешкой. Я вздыхаю.

Шут кивает.

Затем он делает паузу.

- В каком смысле?

- Вы были в постели, а я разгуливал повсюду, выступая за завтраком, так что вы наверняка пропустили сегодняшние сплетни. Они были о вас. Вы утверждаете, что вы не более чем бывший [Клоун], но этим утром о вас ходили слухи, Том.

Не могу представить, кто запустил эти слухи. Может, Эмили, или Синтия, или Эдди, этот ублюдок? Вполне возможно... Шут кивает.

Он снова поворачивается к Изодоре и Эрилле. Они всё еще пересекают внутренний двор. Боже, какой же он огромный. Да и двигаться быстро в своих бальных платьях они не могут.

Он замолкает, глядя на юную принцессу. Та счастливо занята: подбрасывает мяч, который дал ей Шут, и пытается поймать его до того, как тот упадет. Она так его и не вернула, и я не думаю, что Шут когда-либо попросит его назад.

Я отвожу глаза.

- Так вы говорите, Том.

Когда я нахожусь рядом с Шутом, я не слышу голоса в своей голове. Не знаю, почему так происходит. Может, он просто настолько забавный, или настолько приятный парень, что я не хочу его убивать. Или дело в чем-то другом?

В тот вечер у нас снова банкет. И на этот раз я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы много поесть. Мы снова сидим с Дрейками, но в этот раз возникает большее чувство причастности. Теперь мы, по крайней мере в некоторых отношениях, гости, и, если не считать множества плохих шуток в мой адрес, всё просто замечательно.

Затем наступает очередь Ричарда. Сегодня я лучше понимаю, кто живет в замке Оскверненного Короля. Среди более важных гостей, сидящих ближе к главе зала, находятся группы тех, кого я могу назвать лишь чемпионами Оскверненного Короля. Суровые мужчины, женщины и представители других рас, большинство из которых одеты в сияющие доспехи, магическое снаряжение и излучают ауру силы.

Все они высокого уровня, и с началом пира некоторые из них встают, чтобы вступить в дуэли. Они используют настоящие доспехи, но деревянное оружие; они наносят удары, парируют, блокируют и уклоняются, как в самой крутой экшен-сцене из фильмов, что я когда-либо видел.

После этого Ричарда вызывают на спарринг с владелицей копья. Я слышу, как мои друзья подбадривают его, когда он встает, вытирая руки и принимая предложенный ему тренировочный меч. Владелица копья касается тупым наконечником деревянного меча, а затем бросается на Ричарда, и копье начинает жалить его в стремительном размытом движении. Она раскручивает копье, и оно хлещет Ричарда со всех сторон - настоящий град молниеносных уданий.

Я не верю, что Ричард сможет защититься от чего-то подобного, но ему действительно удается парировать несколько ударов и контратаковать. В итоге он проигрывает, но делает это, видимо, настолько достойно, что после боя раздаются аплодисменты.

Ревнуешь?

Я слышу в голове насмешливый смех, но кто-то отвечает и вслух.

Я замечаю рядом с собой мужчину с кубком вина, который вежливо смотрит на меня. Он кажется... знакомым. У него темная кожа, шрам над виском и вид человека, который знает, как пользоваться оружием. Он кивает мне.

- Эм. Привет.

- Подобные зрелища здесь обычны. В Рхире круглый год проводится множество турниров, и деньги предлагают любому, кто готов обучить других или продемонстрировать свои навыки, откуда бы он ни прибыл. Боевое искусство здесь ценится превыше всего.

Я смотрю в сторону Оскверненного Короля.

Мужчина качает головой.

- В это я могу поверить.

Интересно, смогла бы она заблокировать тебя, если бы ты ударил её ножом вблизи? А что если взять её дочь в заложники?

- Она весьма искусный воин, как и ваш друг. Он заслуживает своего места среди чемпионов Короля. Впрочем, я считаю ваши навыки равными их способностям по крайней мере в некоторых аспектах, сир Томас.

- Простите, но мы встречались? Я не припоминаю.

- Я не стал бы вас в этом винить. Мне выпала честь встретить вас в деревне Растфад, вскоре после того, как вы победили...

- Вы... вы были...

- Капитан Кируст, к вашим услугам. Я вернулся в столицу вчера вечером, но припоздно, чтобы принять участие в пиршестве. Я посетил его сегодня утром и был рад обнаружить, что ваша компания в добром здравии, сэр.

- Я осмелюсь не согласиться, сэр. Я видел, что вы сделали для защиты жителей деревни, и не могу поверить, что такой человек может уступать любому [Рыцарю] королевства.

Он пристально смотрит на меня. Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Неустойчиво. Кто-то смеется у меня в голове.

- Сэр Томас, я говорил сегодня с Его Величеством и высоко отозвался о ваших способностях. Я не хочу принуждать вас к сражениям, но вы должны, по крайней мере, получить награды, соответствующие вашим истинным заслугам.

Он выглядит сбитым с толку.

- Перестаньте так меня называть. Просто зовите меня... Том. Я не воин, понимаете? Я больше никогда не хочу этого делать.

Его взгляд неподвижно устремлен в мои глаза. В ушах у меня стоит гул.

- Я не хотел этого! Я этим не горжусь! Не нужно превозносить меня за то, что я убийца!

- Сэр Томас, в королевстве есть воины, но героев мало. Человек вашего склада...

- Я не воин! Я же сказала вам! Я не хотела их убивать! Я скорее умру, чем сделаю это снова! Я не потеряю контроль, я не сдамся! Ни сейчас, ни когда-либо, чего бы это ни стоило! Я не герой, вы понимаете?!

Безумие.

После этого я часами остаюсь в своей комнате, глядя в зеркало. Я швыряю окровавленный костюм клоуна на пол и начинаю вынимать всё из пространства для трюков. Жонглерские шары, кегли, засохший цветок, несколько монет и - ножи.

Славные времена.

Но если я его брошу - я осторожно толкаю нож в сторону стены. Он вращается в воздухе и врезается в стену. Рукояткой вперед.

Я поднимаю нож и верчу его в руках. Легко ловлю за рукоять. Я не боюсь порезаться. Первый Навык, единственный Навык, который я получил от своего класса [Герой], был [Владение оружием: Ножи].

Полагаю, владение ножами не означает, что я могу метать их как мастер. Тем не менее, я могу делать с ними множество трюков. [Ловкость рук] в сочетании с моим владением означает, что я могу практически "провести" нож по своей руке.

Было бы так просто просто дать ему упасть и отсечь себе руку. Или встать перед лезвием. Я перехватываю нож в воздухе, когда думаю об этом, и пристально смотрю на него. В этот момент открывается дверь.

Голос. Я оборачиваюсь. Хоул распахивает дверь в мою комнату. Она замирает, увидев меня с ножом в руке, смотрящего на нее. Я осознаю, как это выглядит, слишком поздно. Я делаю шаг к ней и совершаю ошибку, жестикулируя лезвием.

Она вскрикивает и убегает. Я чертыхаюсь и прячу нож в рукав, заставляя его исчезнуть. Почему у меня всегда такой неудачный выбор момента?

- Ничего безумного. Просто практикуюсь в метании ножей, ребята.

Они кивают и ухмыляются мне. Жалкие, бледные подобия ухмылок. Я смотрю на них. Они закрывают дверь. Я остаюсь стоять в темноте.

Я схожу с ума. Схожу. Я иду по коридорам дворца, чувствуя это в своих жилах. Становится всё хуже. Я больше не могу это контролировать.

Зачем я играл с ножом? Почему я хотел оказаться под лезвием? Почему я накричал на Кируста? Почему, почему, почему...

Тенях.

- Что? Что за...?

Я чувствую озноб. Что это? Это похоже на плохой... плохой фильм ужасов. Или на что-то иное. Я снова смотрю на свет позади себя. А затем - вперед.

Тьма... зовет меня. Я делаю шаг вперед. Где огни магов? Они должны быть здесь. Они говорили-

Тьма. Это не может быть совпадением. В замке, где свет должен гореть постоянно? Я чувствую чье-то присутствие. И я знаю.

Ответа нет. Я делаю шаг вперед, медлю. Каждый инстинкт велит мне отступить от тьмы. Но почему? Мне нечего терять. И если я отвернусь, я всегда буду задаваться вопросом, сходила ли я с ума или нет.

- Я не убегу. Не в этот раз. Я иду за тобой, слышишь?

Шепот. Шаги. Я поворачиваю голову. Там ничего нет. Голос в моей голове исчез.

- Я знаю, что ты здесь. Выходи.

Это в моей голове. Оно прямо здесь. Я схожу с ума. Это реальность. Тьма сгущается, и вдруг мне кажется, что я вижу свет. Я на ощупь продвигаюсь по коридору. Да, впереди что-то есть.

Я схожу с ума. Но затем я прохожу чуть дальше и осознаю, что впереди не магический свет. Вместо этого я вижу приближающееся призрачно-голубое пламя. Свет... фонаря. Да, прямо передо мной. Он движется.

Он. Я.

Передо мной стоит солдат-Демон с фонарем в одной руке и окровавленным мечом в другой. Я замираю, глядя на него. Он смотрит в ответ. А за его спиной я вижу человека, прижавшегося к стене рядом с богато украшенной дверью. Он замечает меня в тот же миг, когда я вижу его.

Он полуповорачивается ко мне, и я вижу, как его глаза расширяются. Он кричит:

Солдат-Демон резко разворачивается. С рычанием он заносит меч, и Дурак вскидывает руки. Демон бьет низко.

Я отступаю. Это кошмар. Только не такой, какого я здесь ожидал. Моя рука поднимается; она дрожит, пока я держу нож перед собой. И теперь я слышу голос.

- Назад!

Демон снова поворачивается ко мне, с мечом в руке. Я снова отступаю. Голос шепчет, кричит.

Нет, нет! Я трясу головой, дрожа. Я не могу - не стану! Но Демон приближается, меч в крови. Кровь капает на землю. Я снова отступаю.

СДАЙСЯ.

Демон поворачивает его в замке. Он распахивает дверь и врывается внутрь. Я замираю. Затем я слышу пронзительный крик. Это голос, который я узнаю.

Ее глаза расширены. Демон тянет ее к себе, в его руках окровавленный меч. Он убьет ее.

- Нет!

Тук.

- Ты в порядке?

- Сзади!

ОТДАЙ-

Я бросаюсь на второго Демона. Возможно, он высокий, но я - тяжелый. Мы врезаемся друг в друга, и я чувствую, как он наносит удары, быстрые, словно молнии. Его нож вонзается мне в живот: один, два, три, четыре...

Мы катимся по полу, пока [Принцесса] в ужасе покидает кровать. Всё, что я вижу - это лицо Демона. Его глаза широко распахнуты, зеленые - в них нет белков, только зеленые склеры и желтые зрачки в форме ромбов, прикованные ко мне.

"Это я! Я всё контролирую! Я! Это мой выбор!"

Он перестает двигаться. Металлическое копье снова разрывает меня. Только его руки и мои, стремящиеся забрать жизнь друг друга. Я смотрю на Демона, прямо в глаза, и он смотрит на меня.

Его глаза расширяются. Хватка на кинжале ослабевает. Я чувствую, как его когти раздирают мне живот, а затем расслабляются. Он замирает, и я отталкиваюсь от него.

Моей кровью.

- Ой. Извини.

Два Демона. Оба мертвы. Это я сделала. Я.

Я убила их. Я это сделала. Но это не имеет значения. Мне всё равно. Важно лишь то, что... что...

- Только я. Я сделал это. Я...

Здесь больше никого нет. Только Том. Том [Клоун].

- Тебе, наверное, стоит позвать на помощь. Или что-то в этом роде.

Все угасает. Я смотрю на стену. Хм, у Эриллы такой же комод, как у меня. Я вижу в нем отражение забрызганной кровью комнаты и молодого человека, лежащего поверх тела Демона, всего в крови.

Он ухмыляется мне. Белый дьявол, танцующий в багряной луже. Он смотрит на меня, и мне кажется, что на секунду подмигивает. Его улыбка похожа на кровь. Но это лишь в моей голове. Я отворачиваюсь от зеркала.

Только я. А затем по всему замку разносится звон, похожий на колокольный, слышны крики, колокола, крики и теперь рог, словно сирена. Я прислушиваюсь к звукам и слышу, как он шепчет в моей голове.

- Ты просто... просто...

Я так же реален, как и ты, Том. Я жду, когда ты выпустишь меня. Это было только начало.

Он просто в моей голове.

1.04 C

1.04 С

На самом деле демонов было восемь. Остальные шестеро ждали за дверью комнаты Исидоры. Возможно, они добрались бы и до неё, но то, что я поднял тревогу с помощью [Принцессы], её спасло.

Позже я вспомню, как пытался сесть, почувствовав боль, от которой едва не закричал, и как [Целитель] велел мне лежать смирно, пока зелья делают своё дело. Вскоре боль превратилась в воспоминание, но ох, какое это было воспоминание.

А от самой агонии некоторые люди могут и вовсе погибнуть. От такого шока может остановиться сердце. Я вижу, как Шут конвульсивно дергается, пока [Целитель] занимается им; он кричит, когда его разорванные внутренности срастаются, и их приходится заталкивать обратно в живот перед окончательным заживлением.

Я этого не вижу. После лечения я засыпаю, сплю всю ночь и до позднего обеда. Когда я наконец встаю, с кружащейся головой, ощупывая целую кожу на животе, я обнаруживаю себя в другой комнате. Не в своей и не в комнате Эриль.

Это моя кровать. В остальной части комнаты стоят большой стол и стулья вокруг него, есть отдельный санузел, книжная полка с несколькими книгами, прикроватный столик, на котором стоят несколько флаконов с дорогими на вид тониками или иными зельями... и много чего другого. Короче говоря, я проснулся в роскоши.

- Я сделал это! Я... -

Она жива. Верно? А Дурак - помню, я видела его. Но где они? Здесь их точно нет. Мне нужно спросить.

- Стоп. Черт. Это же не мое старое белье! О боже.

Я просто очень надеюсь, что это был не мужчина. Или подождите - будет ли девушка хуже? Пожилая женщина? Молодая? Я представляю, как какой-нибудь старый [Дворецкий] вынужден был раздевать меня, и содрогаюсь. Я очень, очень надеюсь, что никто не обсуждал увиденное.

Голос эхом разносится по всему залу. Он отражается от черно-белых мраморных плиток и от потолка, где перекрещенные каменные балки поддерживают остальную часть дворца. Я бы посмотрела вверх, но знаю, что на балках стоят стражники с луками, стрелами и палочками. К тому же, мне нужно идти вперед.

Трон Оскверненного Короля. Он сделан из искореженной слоновой кости. Кости каких-то древних монстров, вырезанные в форме огромного сиденья и зачарованные. Или, может, магия кроется в самих костях? Кажется, трон содрогается и растет, пока я иду к нему.

Я опускаюсь на колени. Холодный мрамор жестко давит на колено, но таков протокол. Оскверненный Король изучает меня, а затем велит подняться. Вокруг меня люди, стоявшие на коленях, тоже встают на ноги.

Оскверненная Королева - властная, с каменным лицом. Исидор, выглядящий бледным, но довольно собранным, и Эрилл, которая наполовину прячется за сводной сестрой, вглядываясь в меня. Она косится в сторону, и я краем глаза замечаю вспышку цвета. Дурак стоит, исцеленный, и наблюдает за мной.

Голос Оскверненного Короля пылает безмолвной яростью. Люди в зале переминаются с ноги на ногу. Я смотрю на него. Я не хочу быть здесь, но меня перенесли в тронный зал, как только я вышел из своей комнаты.

- Вы убили двух убийц, посланных за моей дочерью.

- Как?

- Вы обезоружили солдата?

- Покажите нам.

- Интригующе. Действительно, трюк. Мы видели подобное и раньше, но тогда это казалось пустяком. Что ты об этом думаешь, Нерешал?

Черт.

- Похоже, это Навык, схожий с сумкой хранения, мой Король. Дурак способен на то же самое. Я слышал о других классах с подобными навыками. [Следопытах], чьи колчаны могут вмещать, казалось бы, бесконечное количество стрел. Классах вроде [Вора], которые могут создавать тайные контейнеры при себе. Полагаю, эти - [Клоуны] - известны теми же достижениями?

- Что-то в этом роде, да.

Пораженный Король пристально смотрит на меня. Мне хочется рассмеяться ему в лицо. Сэр Том? Воин? Я просто... нет.

Сражаются ли клоуны? Что за вопрос. Вы считаете киношных клоунов с паранормальными способностями, которые едят детей, или имеете в виду реальных? Даже в жизни бывают клоуны-серийные убийцы...

- Нет, Ваше Величество. У [Клоунов] есть трюки, подходящие для боя, но они... не воины.

- Жаль. Мы ищем Навыки, которые могли бы помочь нашему народу, классы, которые стоило бы освоить. Прискорбно, что класс [Клоуна] не подходит для войны. Но теперь мы лучше понимаем вашу природу. Мы благодарим вас, Том-[Клоун].

- Мы приглашаем вас в ближайшее время присоединиться к нашему особам в садах. Сегодня вечером мы обсудим подходящую награду. А теперь к более насущным делам. Нерешал, позови командующего дворцовой стражей. Неудача должна быть встречена соответствующим наказанием.

Хотел бы я, чтобы они этого не делали. Но всё равно я рад. Мои друзья обступают меня, хлопают по спине, поздравляют. За убийство Демонов? За то, что сохранил рассудок, пока делал это? Не знаю. Мне всё равно. Я достаточно счастлив получить похвалу, какой бы ни была причина.

Вероятно, поэтому я получил роскошную новую комнату. Ричард, Эмили и остальные точно не получили никакого улучшения. И именно поэтому меня пригласили в сады. Опять же, больше никого из моей группы не позвали. И, наконец, именно так я оказался в компании знати Рхира, слушая, как они сплетничают и обсуждают дела королевства, пока Шут развлекает их детей, некоторые маги показывают иллюзии, а [Бард] играет тихую музыку на фоне.

- ...Разумеется, мы должны ответить тем же. Я не оспариваю этот момент, лорд Йебиор. Но я утверждаю, что использовать [Ассасинов] было бы ошибкой.

Говорящая женщина - леди Зекирия; на ней розово-красный наряд, который выглядит гораздо практичнее того платья, в котором я видел её в прошлый раз. В смысле, в этом, вероятно, можно было бы бегать, не споткнувшись. Это что-то среднее между верховым платьем и брюками, и на ней это смотрится отлично. Я стараюсь не пялиться.

Выкидыши. Интересно, вызывает ли это порча на Рхире? Но леди Зекирия выглядит свирепой даже в трауре.

Лорд Йебиор, крупный мужчина с бородой и ятаганом на бедре, хмурится. Я беру с тарелки сливовый тарт и откусываю кусочек. Вкусно. Интересно, что он скажет? Понятия не имею.

- Для самоубийственной миссии на территорию Демонов? И чтобы они отправили одного из своих лучших через море? Даже если бы это было возможно, подумайте о цене!

- И какой, по-вашему, будет награда от Его Величества, сэр Том?

- Мне? Я, э-э... понятия не имею. Мне не особо нужна награда.

- Неужели нет ничего, чего бы вы желали? Дары Оскверненного Короля - не пустяки. Полагаю, он мог бы вручить вам кинжал из своего арсенала, возможно, какой-нибудь могущественный артефакт? Есть ли у вас предпочтения в чарах, сир Том? Я сама всегда была поклонницей защитных чар, но для специалиста по ножам, возможно, вы предпочитаете контактные чары?

- Я не эксперт в... э-э... чарах. Все мои ножи не магические.

- Что? Нет, это правда... Я бы не хотел забирать ценное оружие. Особенно когда оно может понадобиться кому-то другому, понимаете?

- Сир Том, у Его Величества достаточно оружия, чтобы снарядить целую армию. В былые времена, когда была нужда, он открывал свой арсенал, но в более мирные времена... уверяю вас, получить артефакт из его хранилищ - это честь, а не бремя.

- Разумеется! Это же Рхир. Мы копили сокровища поколениями. Каждый чемпион получает предметы, достойные любого Именного Авантюриста, если у него еще нет своего. Взять, к примеру, сира Хессераса, вон там. Нага. Видите его? У него Боевой топор Какселя. Потрясающее оружие - когда его держат в руках, лезвие удваивается в размере, но при этом он замахивается так же быстро, как любой топорик. А лорд Мелиор? Короткий меч Плача. Ядовит, разумеется, поэтому ему приходится всегда держать его в ножнах. Но мой любимый артефакт, пожалуй, собственный клинок Короля, Бич Скверны, на котором наложено несколько чар. Я не видела его обнаженным уже много лет, но это зрелище...

Один из присутствующих - та старая женщина, что сражалась с Ричардом ранее. Когда я спрашиваю, что получила она, остальные смеются. Зекирия наклоняется ко мне и шепчет:

- О. Именные Авантюристы могут стать дворянами?

- Разумеется! За заслуги в борьбе с врагом знаменитым искателям приключений часто даруют земли и богатства. Это одно из того, что привлекает их сюда. Увы, мы слишком часто теряем их из-за старости или в бою.

- Вчера вечером, когда она фехтовала с остальными, она выглядела вполне сносно.

- Именные искатели приключений, конечно, никогда не теряют свои Навыки, но возраст является ограничивающим фактором. Леди Ксерсия может сражаться в полную силу лишь несколько минут, прежде чем устанет, поэтому она редко возвращается на передовую. Если бы только лорд Нерешал мог остановить старение многих людей в нашем королевстве...

- Для него и, возможно, для Королевы. Полагаю, Нерешал использует заклинание и на себе, но его маны может не хватать на большее.

- Говоря о воинах, сэр Томас, Её Величество была прославленным бойцом на поле сражений до того, как стала Оскверненной Королевой. Без сомнения, это было одной из причин, почему Его Величество был так очарован ею.

- Ах, если бы я стала [Леди], подходящей для поля боя, а не для поместья... куда лучше погибнуть с мечом в руке, чем увядать в старости.

Зекирия с улыбкой успокаивает свою сестру-близнеца. Ебиор кивает.

Терас открыто фыркает.

Зекирия тихо цокает языком.

- Номинально. Ей было бы куда полезнее прекратить свои распри за власть с Дрейками и прислать поддержку сюда. Но её самоуспокоенность выходит ей боком. Знаешь ли ты, что я слышал, будто за ней охотятся [Ассасины]?

- Ты так можешь думать. Но, похоже, на её поместье напали. Конечно, подробностей я не знаю...

- Бестактен, как и всегда. Полагаю, Шут поправился, если способен так двигаться...

- Он все же гость дворца и развлекает Её Высочество. И всё же... учитывая его уровень, я могу понять, но [Шут] всё равно остается шутом, не так ли?

"Так бы можно было подумать, но его выступления обычно оставляют желать лучшего".

"До того как он прибыл в Рхир и присягнул Его Величеству, [Шут] был известным артистом, который путешествовал по Балеросу и Терандии, давая представления. Ходят легенды о грандиозных трюках, которые он исполнял. Однако в наши дни он, похоже, довольствуется тем, что развлекает детей. Это похвально, конечно, ради Её Высочества, но если он не может даже жизнью отплатить за долг перед нашим королем..."

"Его ведь взяли в заложники, верно? И он пытался предупредить меня, когда напали Демоны".

"Его ранения, разумеется, прискорбны. Тем не менее, ему стоило бы поучиться на вашем примере, сир Том. Вы ведь в некотором роде похожи, не так ли? Но он попал в плен, в то время как вы сражались. Весьма восхитительно".

Меня спасает от подобных раздумий неожиданное прерывание. Окружающие поднимаются, и я поспешно встаю на ноги, так как ко мне приближаются не кто иные, как Эриль и Изодор. Мы все кланяемся, когда [Принцессы] останавливаются передо мной.

Голос Изодор вежлив, а улыбка кажется искренней. Но, скорее всего, она фальшивая. Она кивает в мою сторону и в сторону Эриль.

Она подталкивает сестру, и Эриль делает шаг вперед. Руки она держит в складках платья, нервно переплетая пальцы. Она смотрит на меня и бормочет:

Я не слышу первую часть предложения. Эриль делает быстрый реверанс, выглядя расстроенной тем, что оказалась в центре всего этого внимания. Я вижу, как Дурак кривится, вставая и перепрыгивая через сад. Он смотрит на неё с грустью. Я кланяюсь Эриль, не желая затягивать этот момент.

Она кивает мне и убегает. Изодора делает быстрый реверанс и следует за ней. Я слышу вздохи остальных дворян.

- Поистине, это был счастливый случай, что демоны её не убили. Боюсь, ей предстоит еще много лет, чтобы повзрослеть.

Зекирия поворачивается ко мне с лучезарной улыбкой.

- Ах! Леди Зекирия, я бы тоже претендовал на такую честь!

Я жду ответа в голове, но ничего не слышу. Я улыбаюсь.

По дороге я теряюсь. Я вернулся к своей старой комнате, прежде чем Ричард напомнил мне, где я теперь остановился. Он ухмыляется, глядя на то, как я всплескиваю руками.

- Полагаю. Кто-нибудь ещё расстроился? Не хочу, чтобы они подумали, будто я требую особого отношения. Я мог бы попросить Короля или Нерешала...

- Эмили в бешенстве, но мы все знаем, что ты этого заслужил. К тому же, нам незачем жаловаться. И ты ведь чуть не погиб.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти. Ричард останавливает меня.

- Что?

Он смотрит на меня. Я смотрю в ответ и медленно киваю.

Его хватка на моем плече немного усиливается. Ричард улыбается.

Я тоже улыбаюсь и ухожу, не говоря больше ни слова. Мне требуется двадцать минут, чтобы найти свои комнаты, хотя в дворце они находятся не так уж далеко. Столько коридоров и столько идти... можно получить всю необходимую физическую нагрузку, просто перемещаясь из одной части замка в другую. Когда я наконец дохожу до своей двери, я вхожу - немного уставший, в приподнятом настроении - и рухну на матрас, мечтая о коротком сне.

- Я победил.

- Я убил их. Я. Это было... мне пришлось это сделать. Это было ужасно, и было больно. Но это был я, понимаешь? Я сделал это. Я.

- Я больше не буду тебя бояться. Я не стану слушать. Ты в моей голове. Ты часть меня. Но ты не управляешь мной. Я сам управляю собой, и я взял на себя ответственность за свои поступки.

- Продолжай внушать себе это.

- Заткнись, идиот. Ты ничего не понимаешь. Ты убил двух демонов, и теперь все славят твое имя. Но ты ведь знаешь, что ты еще не в безопасности, верно?

- Это еще не конец. Ты правда думаешь, что всё закончилось? Не будь глупцом, Томас. Я, может, и безумен, но я не идиот. И ты тоже.

Он пристально смотрит на меня, а затем выходит из зоны видимости зеркала. Я сажусь на кровать, слыша в своих ушах его голос - мой голос.

Я вспоминаю мертвого стражника у комнаты Эриль и содрогаюсь.

Я чувствую, как закатываю глаза.

Ответа нет. Я встаю и возвращаюсь к зеркалу. Том смотрит на меня. Черные бездны его глаз темны. Бездонны. Я отвожу взгляд.

- Это только начало. Ты это знаешь. И, может, ты и убил двоих демонов, но ты знаешь, что без меня ты - никто.

"Да неужели?"

"Это всё я. Видишь?"

"Я. Я притворяюсь. Теперь я всё поняла. Это я так делаю. И я могу прекратить. Это мой выбор. Может, мне нравится думать, что я безумна. Но это не так. И если я не дам тебе ни единого шанса, то можешь оставаться голосом в моей голове сколько угодно, мне плевать".

"Отличный разговор. Давай больше никогда не будем этого делать. Я победила. Нет - ведь здесь и не было никакого противника, верно? Только я".

Затем в моей голове раздается шепот.

Я игнорирую голос. Поворачиваюсь. Как там говорилось в старом выражении? Палками и камнями можно сломать кости, но слова...

Пришло время банкета. Я рассеянно готовлюсь перед зеркалом. У меня нет много хороших комплектов одежды, но я обязательно прячу несколько ножей в рукавах. На всякий случай.

Возможно, в конце концов, сегодняшний вечер мне даже понравится.

Я снова заблудился по пути в банкетный зал. Это моя новая комната. К тому же, я так и не успел толком изучить старую. Кроме того, трудно получить указания. Все слуги просто смотрят на меня и тычут пальцем. Думаю, они всё ещё не считают меня таким уж героем. Я и сам знаю, что я не герой.

Я чувствую, как люди оборачиваются, когда я вхожу в зал. Люди смотрят на меня, перешептываются. Я ненавижу это. Но я также знаю, что они перестанут, как только случится что-нибудь другое. Дайте мне неделю, месяц, и люди едва ли вспомнят моё имя, не говоря уже о том, чтобы называть меня героем.

- Привет, ребята. Как дела?

Кричит.

- Синтия? Что случилось?

- Том?

- Ричард? Почему вы все на меня уставились?

- Том. Твое лицо.

- Зеркало.

Там стоит тарелка с виноградом. Я сбрасываю его и поднимаю блестящую поверхность, полируя ее одной рукой. Почему... почему мой рукав желтый? Что на мне надето?

На меня смотрит клоун. Бледное белое лицо, черные брови. Тени под глазами. Красный нос. Багряное пятно. И красные губы, что только и ждут, чтобы улыбнуться. Клоун смотрит в ответ с ужасом, одетый в ярко-желтый костюм, покрытый слабыми пятнами, которые не смогла вывести даже лучшая стирка.

И я чувствую, как пол уходит у меня из-под ног. Я не знал. Я думал, что готовлюсь. Я не...

Нет. Это просто...

Я отхожу от остальных. Ричард всё еще пристально смотрит на меня. Синтия рыдает. Некоторые просто глядят на меня с нервозностью. Другие... некоторые видели меня позже, когда я смеялся. Именно они выглядят по-настоящему напуганными.

Что я мог бы им сказать? Что вообще могу сказать? Что это была шутка? Нет. Что я не заметил, как надел костюм и накрасился? Это еще хуже.

- Сэр Том!

- Какой образ! Какое развлечение, сэр Том! Так и должен выглядеть [Клоун]? Вы куда забавнее, чем [Шут]!

Сэр Ебиор сидит напротив меня, оценивающе разглядывая. Он жестом приглашает меня сесть. Словно в грезах, словно в кошмаре, я иду.

Но я знаю. Я чувствую, как меня наконец охватывает холодная уверенность.

Что я могу сделать? Что мне следует сделать? Я смотрю в сторону главного стола. Оскверненный Король наблюдает за мной. Он должен вручить мне награду, верно? Я её не хочу. Мне нужно уйти, найти где-нибудь уединенное место, чтобы подумать...

"Демоны атакуют!"

- Где?

Теперь я слышу крики, но Оскверненный Король уже на ногах, и другой мужчина с огромным мечом вскакивает и рявкает, требуя тишины. Он и еще четверо воинов, включая Ксерсию Скорпиона, вылетают из зала, превращаясь в размытые пятна.

Король выкрикивает одно имя. [Хрономант] перебегает через зал, к нему подбегают еще два мага: женщина-кентавр и полуэльф. Нерешал поднимает руку и произносит слово.

Демоны.

1.05 C

- Как они появились?

В воздухе висит страх. В животе всё сжимается. Что я могу сделать? Что мне следует делать?

- Магия телепортации. Свиток - возможно, артефакты. Чтобы переместить столь многих, Король Демонов должен был использовать каждый магический предмет в своем распоряжении.

Демоны вливаются в замок, большинство - через главные ворота. Но они также перемещаются по боевым ходитьм. Одна группа сосредоточилась у левой стены. Я вижу взрыв, и появляется другая группа.

По залу проносится ликующий крик, когда люди видят, как четверо чемпионов атакуют Демонов. Но Оскверненный Король и его советники не ликуют. Они пристально наблюдают за тем, как четверо воинов бросаются на группу в центре двора.

Нерешал указывает пальцем. Демоница в одеждах стоит во дворе, высоко подняв посох. Рядом с ней - демон, держащий лук, который выше его самого. Должно быть, футов семь в высоту. На нем нет доспехов. Один из чемпионов поднимает свой лук, накладывает стрелу и в мгновение ока выпускает её.

- Бесстрашные.

- Стрелы, пробивающие магию.

И исчезает. Все уставились на изображение двора. Оскверненный Король поворачивается к Нерешалу.

- [Маг] специализируется на магии телепортации.

- Куда её отправили?

Какая-то фигура, кувыркаясь, летит вниз по воздуху. Тысячи футов над головой, падающая подобно комете. Крошечная, всё еще сжимающая свое копье.

Она падает с неба. Оскверненный Король, люди в банкетном зале, все молча наблюдают, как леди Ксерсия ударяется о землю. В конце она бросила свое копье - Демон с луком сбил его в воздухе.

- Непростительно.

- Я знаю этого лучника, Ваше Величество. И мага. Оба высокого уровня, полагаю, как минимум выше 40-го. Король Демонов прислал двух своих лучших воинов, чтобы удержать этот рубеж. Один - для защиты, другой - чтобы открыть врата.

Все взгляды прикованы к [Хрономанту], пока тот размышляет. Он поворачивается, чтобы посоветоваться с Кентавром-[Магом], а затем подает голос.

- Вы уверены? Разве они не могли ускорить заклинание, если были подготовлены? Я видела, как вы телепортировались на короткие расстояния за считанные минуты.

- Любой компетентный маг может относительно быстро телепортироваться на короткие расстояния, но портал за сотни миль или более? Ваше Величество, ни один [Маг] в мире не смог бы произвести такие расчеты за десять минут или меньше. Даже Архимаг. Однако она вообще не должна быть способна накладывать такие заклинания! Антителепортационный оберег...

Оскверненная Королева полна решимости, она готова действовать. Король же рассудителен. Он смотрит на Нерешала.

Нерешал колеблется.

"Если мы потеряем вас, мы станем на один шаг ближе к концу. Что касается нашей супруги - нет".

"При всем уважении, мой лорд, если мы не сможем отразить атаку Демонов, всё будет потеряно".

Он кивает. Обесцвеченный Король встает и поворачивается к [Стратегу], стоящему подле него. Они совещаются вслух.

"Это будет трудно, мой Король".

"В обороне мы могли бы удерживать эти залы и изматывать превосходящие силы в течение нескольких дней или забаррикадироваться на недели. Но с учетом того, что в пути второй отряд, мы должны вернуть замок и двор в течение часа. И солдаты, наводнившие замок, - элита. Бесстрашные были присланы в большом количестве. Мы будем сражаться с ними до смерти".

"Они ударили по нам в самый слабый момент! Откуда Король Демонов узнал? Если нам нужно забрать внутренний двор, это будет битва числом против тех двоих. Их уровни устроят настоящую бойню. Чтобы собрать нужную армию, нам нужно призвать стражу. Где они расположены? Кто в этом зале умеет сражаться? Действуйте быстро, времени почти не осталось".

За моим столом [Лорды] и [Леди] оживленно обсуждают ситуацию. Ебио́р поднимается, выхватывая кинжал из-за пояса.

Он шагает к собирающимся воинам вместе с несколькими [Лордами]. Зекирия поворачивается к остальным и снимает что-то с пальца. Кольцо, камень которого светится внутренним светом.

Начинается суматоха. Я оглядываю стол и чувствую себя потерянной. Напуганной.

Я пытаюсь встать. Опираюсь руками о стол и поднимаюсь.

Я смотрю вниз. Или пытаюсь. Голова не поворачивается. Я приказываю ей посмотреть, шевельнуться, но она не слушается. Я пытаюсь поднять руки. Ничего не происходит.

Моя рука поднимается. Я смотрю на неё, как беру вилку. И затем моя голова всё-таки поворачивается. Она смотрит влево, на серебряный кувшин с вином. Металл чистый и отполированный, в нем отражается моё лицо. На меня смотрит клоун с разбеленным лицом, одетый в нелепый костюм, перепачканный кровью. И затем, к моему ужасу, он мне улыбается.

Нет. Нет. О нет, нет, нет, нет, нет - только не сейчас. Этого не может происходить. Медленно поднимается рука с вилкой. В зеркале Том вертит её, пока окружающие впадают в панику и по залу начинают разноситься новые крики.

Это нереально. Этого не происходит. Я не могу сходить с ума. Только не сейчас! Я так старался! Я не выпускал тебя!

- Выпустить меня? Ты не можешь выпустить меня, идиот! Тут некого выпускать! Ты и я - одно и то же. Как ты можешь остановить самого себя? Видишь?

Ты не я! Ты что-то другое! Верни мне моё тело -

Он повышает голос. Я чувствую, как Зекирия поворачивает голову, чтобы посмотреть на него. На меня. Том игнорирует этот взгляд. Я игнорирую этот взгляд. Я смотрю в глаза своему отражению и вижу в них панику. Ха. Как же я ненавижу его, этого другого меня. Я говорю ему:

Я хихикаю. Я слышу его голос.

- Нужно?

- Ты думаешь, у них есть шанс? Серьезно, Том? Они обречены, если кто-то им не поможет. И мы оба знаем, что ты не тот человек, который справится с этой задачей.

- Не могу?

*Остановись! Я не позволю тебе снова устроить резню! Не позволю! Я лучше умру!

Теперь на меня смотрит леди Зекирия. Я улыбаюсь ей. Я ей нравлюсь. Интересно, буду ли я ей нравиться после этого?

- Сир Том? Вы собираетесь сражаться? Полагаю, вы сейчас необходимы.

- Мой Король, что мне...

Голоса. Так много голосов! Слишком много. Я поднимаю вилку высоко над головой и обрушиваю её вниз. На свою же руку.

Зубья вилки проходят сквозь мою ладонь и ударяются о кость. Голос в моей голове умолкает. Я слышу, как он кричит и затихает. И в комнате воцаряется тишина. Я встаю и выдергиваю вилку из руки. Я смотрю на погнутые зубья и пытаюсь выпрямить один из них. Разочаровывающе.

Оскверненный Король смотрит на меня! Я прогуливаюсь к нему, посмеиваясь при виде того, как его стражники поднимают оружие и с сомнением глядят на меня. Я поднимаю руки.

- [Клоун]. Чего ты хочешь?

- Всего лишь пару слов, старик. Кстати, кажется, мы не знакомы. Я - Том. Рад встрече.

- Как ты смеешь?

- Я знаю, кто ты.

Я погрозил пальцем Королю и указал на свою грудь.

- Том...

- Ричард! Привет, нам так и не представилось возможности поговорить. Я бы с удовольствием поболтал, но я сейчас немного занят. Если бы ты мог просто подождать...

Нерешал смотрит на меня. О-о, его моё присутствие совсем не беспокоит, я это вижу. Я подсекаю первого стражника, который направляется ко мне, и закидываю руку на плечо мага времени. Он напрягается, но не пытается меня сбросить. Может, из-за кинжала, который я прижал к его горлу? Теперь я завладел вниманием всех присутствующих.

Нерешал шевелится. Я сильнее прижимаю кинжал к его горлу, и он перестает так "скрытно" поднимать руку.

- Да, да. Мы поняли это с первого раза, старик. Я имею в виду, как они прошли через твой специальный блокировщик телепортации? Ты весь день об этом говорил.

Нерешал поворачивает голову, и я пристально смотрю на молодого [Мага], который держит в руках камень. Я ухмыляюсь. Все кусочки пазла складываются! Вот так просто.

Оскверненный Король пристально смотрит на меня.

- Нет, нет, это не самое важное. Нож - ой, простите, поцарапал вас, да? Не обращайте внимания. Смотрите на общую картину. Я знаю, кто впустил Демонов.

- Кто?

Я отпускаю Нерешала, чтобы указать пальцем в другой конец комнаты. Это очевидно, конечно. Всё указывало на него, но Том был слишком туп, чтобы собрать всё воедино. Хорошо, что я такой же умный, как и он. Правда, такой же уродливый.

- Куда это ты собирался, Шут? Разве не хочешь встретиться со своими приятелями?

Он почти успевает выскочить за дверь. Думаю, у него бы вышло, да и Эрилл бы вывел, если бы старый добрый Нерес не поднялся и не указал на Шута. Тот замирает на месте, распахнув дверь настежь. Время остановилось.

Я смеюсь, пока солдаты бросаются на Шута. Осквернённый Король пристально смотрит на него, пока Шута тащат к ним.

- Ой, да не смотрите вы так удивлённо. Это было неизбежно. Плохое воспитание, скверное руководство, возможно, какое-то злодейское преступление, о котором Шут узнал, а может, он считает себя её настоящим отцом. Вы ведь и правда плохо с этим справляетесь, не так ли?

- Как ты узнала?

Я выхватываю его из рук стражника и смотрю, как тот отшатывается. Ага! Осквернённая Королева поднимает свою булаву. Я бросаю меч на землю.

- Но как он отключил телепортационный оберег? Он же прямо здесь...

- Красивый. А ещё: фальшивый.

Я бью его ногой в пах. Что? Он сам напросился, да и вообще это смешно. Нерешал бледнеет. Я поднимаю камень с того места, где он его выронил, и поднимаю светящуюся штуку в воздух. Сверкает. Это как светящийся фиолетовый... камень. Знаете что? Я не сильна в описаниях. Я бросаю камень и наступаю на него.

- Что это?

Я бросаю взгляд на Нерешала, который согнулся, хватаясь за свои "невыразимые" части. Можно было подумать, что его вычурные одежды были зачарованы, чтобы защитить его от такого. [Маг] свирепо смотрит на меня.

- Нерешал. Довольно. Этот... Том дал нам ответы. Сдержите Дурака. Я хочу допросить его позже. Но мы должны отразить атаку Демонов. Сейчас.

- Что?

- Ой.

Кто говорит, что я не умею ладить с людьми?

- Говори же.

- Ладно, а вы не пробовали попросить их вежливо?

- Ладно. Сейчас ночь. Они несутся по коридорам, и, скорее всего, они уже здесь, если Шут рассказал им, где вы находитесь.

- И значит... усложните им задачу. Ваши коридоры такие милые и светлые. Слишком много света! Я предлагаю... погасить огни. Сделайте так, чтобы было темно.

- Это могло бы замедлить их продвижение, сбить с толку. Дворец напоминает лабиринт.

- Сейчас было бы в самый раз.

- Подвинься-ка немного, а? Я так и не успела добраться до корзины с хлебом.

- Огни погасли. Сейчас. [Сердце Тьмы].

- Свет погас.

- Ну? Пора брать мечи и начинать рубить.

Я закатываю глаза. Он действительно в этом не силен, верно?

Он игнорирует этот вопрос. Скряга. Оскверненный Король смотрит на проекцию своего дворца в воздухе. Нерешал превратил её в карту замка. Я всматриваюсь в неё. Множество коридоров, комнат... эй, это что, моя комната?

Я смотрю на него, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону.

Он пристально смотрит на меня. Я ухмыляюсь. Осквернённый Король оглядывается и осознает, что за ним наблюдают. Он качает головой.

- Я пойду.

- О-о, решили присоединиться к веселью? В таком случае, давайте устроим соревнование, госпожа Королева. Кто убьёт больше?

- Я не соревнуюсь с крестьянами.

Она не отвечает. Она шагает к двери, и воины следуют за ней. Я вздыхаю. Осквернённый Король смотрит на меня.

- Да неужели? А я-то думал, вы глупы. Мага оставьте мне.

- Ты думаешь, что сможешь победить двух чемпионов Короля Демонов?

Я чешу в затылке и пожимаю плечами. Он пристально смотрит на меня.

- Блинчиками?

Я щелкаю пальцами. Оскверненный Король моргает. Нерешал поднимает руку. Какой чувствительный. Можно подумать, я ударила его по яйцам или что-то в этом роде.

- Всё, что тебе нужно, в разумных пределах, мы предоставим.

Он смотрит на меня. Я чешу затылок.

Я ухмыляюсь. И моя улыбка выглядит кровавой из-за отсутствующего зуба. Оскверненный Король смотрит на меня так, будто я сумасшедшая.

Но они не могут его найти. Тьма поглощает всё вокруг. Огни, что освещали им дорогу, исчезли. Теперь по замку крадется магическая тьма, из-за которой те, кто не обладает мощными Навыками или магией, ничего не видят. А те, кто видит -

Люди, Дрейки, селфиды, существа всех видов удерживают коридоры, сражаясь. Некоторые из них - [Лорды], другие - [Торговцы] или простые [Воины]. Некоторые даже не предназначены для боя. Но они держат строй, так как приказы Оскверненного Короля наполняют их силой. Их плоть подобна железу, и они не ломаются.

Группа из шестнадцати воинов бежит по узкому коридору, оружие наготове. Они готовы к засаде. Но они не готовы услышать звук, эхом разносящийся по коридору впереди них.

Напевание прекращается. Демоны осторожно продвигаются вперед. И тогда они видят его.

И он смеется.

- Приветик. Меня зовут Том!

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха - попался!

- Эй. Соскучились?

- Это один. Два, если считать того парня, которого я убил. И девушку, которую схватил. Это ведь была девушка, да?

- Хотите знать, откуда у меня эти шрамы? Подождите секунду...

- Мы раньше не встречались?

Сбиты с толку. [Клоун] прогулочным шагом направляется к ним. Они отступают. На этот раз они пускают в него стрелы. Они сжигают его тело магией. Он исчезает, смеясь.

Когда [Клоун] появляется в следующий раз, Бесстрашные отступают. Они не чувствуют страха. Но это значит, что они его и не понимают. Всё, что они чувствуют, - это замешательство. Неуверенность. Они ломаются и бегут от врага, которого не могут убить. И [Клоун] смеется. Он оборачивается.

- Спасибо, что подбросил! Перенеси меня наверх... э-э, тебя ведь зовут не Скотти?

- Демоны всё ещё в том коридоре?

- Сбежали.

- Ага. Я называю это ложной рекламой. В общем, как дела?

- Эй, Король, как дела? Мы что, проигрываем? Бьюсь об заклад, что да.

- Ты истекаешь кровью.

Я оборачиваюсь, и люди за столом ахают. Я смотрю на свою спину.

- Лечебное зелье!

- Да ладно тебе, ну давай, я тут время теряю. Отдай!

- Дайте-ка посмотреть. Вот тут чистый коридор, тут пустой... а вот этот я только что расчистил.

- У вас есть всё необходимое для завершения этого плана, о котором вы отказываетесь говорить?

Я оглядываюсь. Банкетный зал преобразился. Столы перевернуты, подготовлены места для отдыха слишком раненых, чтобы сражаться, а у всех входов стоят стражники. Но эй, кое-что никогда не меняется.

- Отойди.

- Привет, приятель. Хочешь прогуляться?

Король Скверны пристально смотрит на меня, пока я тащу за собой Шута. В руке Нерешала волшебная палочка. Вид у него такой мрачный! Я пожимаю плечами.

- С Шутом?

- Просто подождите и увидите! Нерешал считает, что это сработает, верно, приятель?

- Я знаю, чего он хочет. Полагаю, это может сработать, Ваше Величество. В случае беды я телепортируюсь обратно. Но наше время на исходе.

- Ступайте же.

- Снимите уже номер, вы двое.

- Что? Быть смешным тяжело. Хотите пошутить получше? Попробуйте сами придумать что-то на ходу.

- Неплохо.

- Сюда. По этому коридору, здесь налево... знаете, всё было бы куда проще, если бы мне не пришлось вас тащить.

Мы с Шутом движемся по расчищенным мною коридорам; я толкаю его и тащу за собой. Кажется, он твердо решил не двигаться. Не то чтобы он мог. Заклинание паралича или что-то подобное, что использовал на нем Нерешал. Я смеюсь.

- В этом нет ничего благородного. В этой войне нет ничего, чем стоило бы восхищаться.

- Что, считаешь, что Демоны правы? Поэтому ты всё это затеял?

- Демоны готовы убивать ради своего выживания. Я не считаю их правыми. Но и не считаю их заблуждающимися. Они сражаются, чтобы жить. А вот Увядший Король - ты знаешь, что он натворил? Сколько ужасов он совершил во имя победы над Демонами?

Шут свирепо смотрит на меня, пока я тащу его за ноги по пустому коридору. Знаешь, для разнообразия.

- Сторона? Какая еще сторона?

- Ты идиот, Дурак. Демоны, Оскверненный Король - это всего лишь стороны. Нет никакой правоты или неправоты! Я не выбирала помогать этим придуркам потому, что считала их правыми. Я просто подумала, что обе стороны заслуживают помощи смешного человека. Так всё становится куда забавнее.

К тому моменту, как я добираюсь до верха, он едва в сознании. Он что-то бормочет, и мне приходится наклониться, чтобы расслышать.

Я моргаю, глядя на него. Пожимаю плечами.

- Я не понимаю.

Я похлопываю его по голове и наклоняюсь. Шепчу ему на ухо:

Он смотрит на меня.

- Почти.

- Так говорят. Но я здесь. И вот... мы здесь.

- Привет.

- Ты готов?

Нерешал рывком ставит Шута на ноги. Я толкаю его к концу коридора, а затем на улицу. Наружу, через дверь, на зубчатые стены башни. Высоко. Я смотрю вниз, во внутренний двор. На Демонов, которые стоят там, сражаясь с людьми у ворот и защищая [Мага].

- Демоны! - громогласно выкрикивает Нерешал.

- Привет! Как у вас сегодня дела? Хорошо? Желаю вам испить из тысячи человеческих черепов и всё такое. Слушайте, что сейчас творится с этими солдатами? Такое чувство, что даже Оскверненного Короля не убьешь, чтобы не споткнуться об одного из них.

"Никто не любит обсервационный юмор. Ладно, видите этого парня? Это ваш друг. Дурак. Погоди, а какое твоё настоящее имя?"

"Ого, сколько щупалец".

"А что с её руками?"

"Она смотрит прямо на нас. Эй, ты! Госпожа Маг! Привет! Ты знаешь этого парня?"

"Эй, погоди-ка... тебе она нравится! А ты нравишься ей! Ты сказал, что разговаривал со своей истинной любовью во внутреннем дворике - надо же, какая неожиданность!"

"Ой. Простите. Теперь мне становится очень не по себе от того, что произойдет дальше".

Дурак спокойно смотрит на меня. Я качаю головой.

Я кричу им сверху. Демон-[Лучник] целится в нас, но Дурак стоит на пути. Я смеюсь, глядя на них.

- Ты идиот. Ты и правда думаешь, что они все отдадут свои жизни за одного Человека? За меня?

- Нет? Может, мне стоит тебя сбросить. Ну? Видишь, ей это не нравится, верно?

- Ой-ой. Кажется, она на тебя забила. Не делай этого! Стой! Во ииииииииимя любвиииииии!

- Прощай.

Дурак не отвечает. Он закрывает глаза в ожидании. Я поворачиваюсь к Нерешалу. Брови [Мага] нахмурены от концентрации. Он кивает мне. Я смотрю на него с раздражением.

Я поворачиваюсь к Шуту.

Я вижу, как демон оттягивает тетиву, готовый выпустить стрелу. Я хватаю Шута. Тот смотрит мне в глаза, не боясь смерти. Я ухмыляюсь, толкаю его -

Но не Шута. [Клоун] летит по воздуху, смеясь, и его голос разносится эхом. Он смеется и смеется, пока земля стремительно приближается к нему; смеется над недоумением на лицах демонов, смеется над криком удивления Шута.

Недалеко. Не на землю и не на огромные расстояния, как пытается сделать [Маг] под ним. Заклинание Нерешала простое. Оно переносит Тома на несколько сотен футов вперед и вправо. Он падает и приземляется прямо на демона с луком.

[Клоун] вскакивает на ноги. Демон под ним дергается. Его тело сломлено. Том вонзает ему меч в голову, и тот перестает двигаться. Он поворачивается к сопровождающим демонам, окружающим [Мага]. И ухмыляется.

Один бежит на него. Том что-то бросает. Меч. Он гудит в воздухе и проносится сквозь демона, а затем и сквозь того, кто стоял за ним. Другие демоны начинают двигаться, и второй меч врезается одному из них в грудь, прорезав магическую броню как бумагу. Том взмахивает рукой, и появляется меч, сияющий ярким светом.

Он бросает его. Меч вращается в воздухе, прорубает голову одному Демону и руку другому, даже не замедлившись. Том выхватывает из воздуха очередной артефакт. Усмехается.

Демоны падают. Элитная гвардия повержена, и [Маг] отступает. Она поднимает посох, указывает на Тома и выкрикивает заклинание. Один из его ножей вонзается ей в плечо, другой - в руку. Том бьет её ногой прежде, чем она успевает сдвинуться.

Он скалится. [Маг] задыхается. Том поднимает руку.

Он тянется к её лицу, игнорируя крик сверху. Касается её щеки, заводит руку за ухо и вытаскивает... золотую монету. Она замирает, глядя на неё.

Она смотрит на него и произносит слово. Оно звучит как отчаяние. Её тело исчезает из-под Тома, и тот приземляется на пятую точку.

Он встает, отряхивается и оглядывается. Оставшиеся во дворе Демоны смотрят на него. Том поднимает взгляд и усмехается, когда вниз плавно спускается Нерешал. Глаза [Хрономанта] горят как огонь, а из кончиков его пальцев в виде молний трещит магия.

Он кланяется, пока солдаты Короля-Демона готовят оружие, слыша, как их товарищи падают из дворца. Они бросаются к нему, и Том выпрямляется. В одной его руке появляется меч, в другой - кинжал. Он смеется.

- Если тебе не нравится песня, выбери получше.

Я замолкаю и смотрю на него. [Маг] выглядит довольно невредимым для парня, который только что прикончил несколько сотен Демонов. Я пожимаю плечами.

Он хмыкает и отворачивается. Я встаю, видя, как люди высыпают из дворца.

Оскверненная Королева игнорирует меня, выходя во двор со своим любимым Оскверненным Королем по правую руку. Её булава пропитана кровью, а солдаты вокруг выглядят ранеными и окровавленными. Я вижу, как Ричард помогает Эмили выйти.

- Сотни лежат мертвыми в замке, и тысячи других - в городе!

- Да, но никто важный не погиб. Давайте будем честными.

- Ты отпустил её.

Я действительно оскорблен, правда. Оскверненный Король смотрит на меня, затем переводит взгляд на раздавленного демона-лучника, на которого я приземлился. Стоя над трупом, он выглядит удовлетворенным.

- Мы отомстим за это.

- Возможно. А может, просто забудем старые обиды?

- Ладно. Ладно. Полагаю, сделаем по-вашему.

Нерешал говорит с Осквернённым Королём, пока люди стекаются во внутренний двор, и Король оглядывается по сторонам, когда это происходит. Я слышу крик. Голос Эриль. Она указывает пальцем. Я смотрю вверх.

С башни падает тело. С той самой башни, с которой упали мы с Нерешалом. На этот раз это Шут. Он летит по воздуху, но никакой магии, которая могла бы замедлить его падение или смягчить удар, нет. Он приземляется на землю прямо на голову.

Я начинаю аплодировать.

- Шут!

- [Замри-]

- Славьте Осквернённого Короля, убийцу невинных! Ваше Величество, между нами осталось незаконченное дело. Я - величайший [Шут] в мире, и шут, достойный этого титула! И сегодня я пришёл за вашей жизнью, мой Король. За ваши грехи. И за мои - за то, что я позволил вам продолжать. Довольно. Сегодня я положу этому конец.

- О боже, сейчас будет очень круто.

- Убейте предателя.

- О-о, а он хорош.

Оскверненная Королева бросается на него. Шут танцует, уклоняясь от нее и метая кинжалы. Она блокирует каждый удар своей булавой. Он что-то бросает. Она спотыкается.

Он разворачивается, хватает огонь. Тот исчезает. Он заставляет его испариться. Я выпрямляюсь.

Мне нужно записывать! Затем я вижу разгневанного [Мага], стоящего перед Оскверненным Королем. Нос Нерешала в крови, но в его руках трещит магия. Я осторожно откидываюсь назад.

Разряды молний бьют из его пальцев - те самые, что несколько минут назад выжгли всю жизнь во внутреннем дворе. Шут стоит в самом центре электрического шторма.

Он жонглирует молниями.

Шут стоит перед ним, тяжело дыша. Его руки почернели, кожа дымится. Но он всё ещё двигается. Он бросается к Осквернённому Королю и, прежде чем кто-либо успевает его остановить, прижимает нож к его горлу.

Он кричит. Во дворе воцаряется тишина. Сотня луков нацелена на Шута, [Маги] наготове с заклинаниями, воины - с клинками. Никто из них не смеет шелохнуться. Потому что нож у горла Осквернённого Короля быстрее их всех.

- Сделай это, предатель. Но сначала скажи нам, почему. Ты клялся в верности нам, этому государству. Зачем предавать его?

Шут дрожит. Его руки всё ещё дымятся. В его голосе слышны слёзы, но в глазах их нет. Я вижу Эриль, которая стоит рядом с Исидором, прикрыв рот руками. Шут не может на неё смотреть. Живая картина.

- Всё, что я делаю, я делаю для своего народа. Чтобы они могли жить.

- Вы не заслуживаете быть Королем. Расскажите им, что вы сделали. Расскажите им!

Шут колеблется. Осквернённый Король готов насадить себя на кинжал прежде, чем кто-либо из них заговорит. Я вижу, как он смотрит, пристально глядя на Эриль, рука напрягается на эфесе-

Все оборачиваются, когда я встаю, отряхиваясь. Шут смотрит на меня. Я не уверен, ненавидит ли он меня даже сейчас.

- Ой, да брось. Еще не всё. Ты здесь, Шут, и я тоже. Мы не можем позволить этому закончиться тем, что ты просто так умрёшь. Нам нужен финальный матч по старой памяти, настоящий финал. [Шут] против [Клоуна]. Битва на века. Что скажешь?

- Ты и вправду безумен, не так ли? Ты... Мне жаль. Жаль, что ты вообще сюда приехал, Том.

В моей руке два ножа. Осталось ещё три. Шут смотрит на меня.

Я закатываю глаза.

Я смотрю мимо Оскверненного Короля, мимо Шута. На девушку, которая смотрит широко раскрытыми глазами. Рот Шута открывается. Он кричит.

Нож пролетает мимо Оскверненного Короля, рассекая воздух, в сторону Эрилл. Слишком быстро, чтобы кто-то успел его заблокировать. Кто угодно, кроме Шута.

Поэтому я бросила три.

- Идиотка! Сумасшедшее чудовище!

- Зачем ты это делаешь? Зачем?!

- Хочешь знать почему? Знаешь, что отличает нас двоих? Клоуна и шута? Это просто!

- Ты - шут. Люди смеются над тобой. Ты заставляешь их смеяться. А я? Я - клоун. Я смеюсь над этим миром.

- И угадай, что я только что нашел?

И вспыхивает пламя.

Тело Шута лежит на земле, почерневшее. Одно из его век выжжено, обнажая глаз. Правая рука - исчезла. Остальная часть тела уничтожена.

- Смешно. Ты что... плачешь, Том?

- Наверное, да, Шут. Прости меня. Это был я. Я сделал всё это.

Мы стоим одни в почерневшем кратере во внутреннем дворе. Оди - если не считать всех свидетелей. Оскверненный Король лежит на земле, тяжело дыша. Но он жив. А остальные - горожане Рира, хлынувшие через ворота, избитая компания Дрейка во главе с Сирилль - собираются вокруг. Чтобы увидеть умирающего Шута и клоуна, который его убил. Один - любимец народа, ставший предателем. Другой - монстр. Герой.

- Полагаю, что нет. Ты не слишком весёлый малый, Том. Совсем не весёлый. Но, думаю, ты и не хочешь им быть. Но знаешь, что действительно смешно?

- Что? Что именно?

- Какую цену?

- Что?

Я поднимаю голову. Напротив меня группой стоят дамы двора Осквернённого Короля. Леди Зекирия смотрит на меня, её лицо бледно. Её платье разорвано и опалено. Но оно светло-красное, ближе к розовому, и белое.

- Да.

- Десять тысяч нерождённых душ. Ради тебя - шестьдесят. Разве это не... не...

- Смешная шутка, Том. Ужасная шутка.

- Нет.

- Сто тысяч. На этот раз ему нужна армия. Армия. Он пожертвует столькими, лишь бы получить хоть какое-то преимущество. И если ста тысяч не хватит, он пожертвует миллионом. Каждым нерожденным ребенком, чтобы убить Демонов. Убить таких людей, как ты и я.

- Я не могу его остановить. Я не смог положить этому конец. Или спасти её. Но ты сможешь. Защити её. Увези её отсюда.

- Пожалуйста. Я хотел...

Никто больше не проливает ни слезинки. Никто. Они вытирают их, прячут, словно позор. [Принцессе] приходится скрывать их. Но клоун носит свои слезы на лице. И вдруг его всхлипы превращаются в смех.

Должен идти дождь. Но ночь прохладна и тиха. И всё же здесь есть своего рода жидкость. По двору течет кровь, собираясь в лужи. Она плохо отражает, но кто-то наблюдает в этом багряном зеркале. Сам дьявол смеется и кланяется публике, которую видит только он. Его голос слышит лишь клоун.

Он насмешливо указывает на Погибшего Короля, чей взгляд устремлен на клоуна, [Героя] сегодняшнего дня. Он смеется, пока клоун повышает уровень. И как [Клоун], и как [Герой] одновременно.

Он кланяется и исчезает. Но его голос остается, отдаваясь эхом, напоминая клоуну обо всем, что тот потерял. И обещая ему, рассказывая о будущем.

4.33

Говорили, что из пяти континентов Терандия была самым богатым, безопасным и развитым местом для жизни во всем мире. И это было правдой. Но только если считать в среднем.

Что касается развитости - в магии и технологиях Терандия могла похвастаться единственным сосредоточением народа дворфов и, следовательно, экспортировала сталь и металлы, гораздо более прочные, чем большинство других. А ее тесные связи с Вистрамом означали, что маги часто посещали ее берега. Однако... то же самое можно было сказать о Балеросе и Рире, чьи армии гордились самыми древними артефактами и ремесленниками высшего уровня.

Это было предметом насмешек в других странах мира. Говорили, что терандийцы - трусы. Жирные, вечно спорящие правители каждой нации завалились бы на бок, если их ткнуть испачканным в чернилах пером. И, возможно, это было правдой, что Терандия стала слишком политизированной, что она сражалась словами и отравленным вином больше, чем настоящими солдатами и армиями. Возможно, они стали слишком мягкими.

На Изриле могли погибнуть даже искатели приключений золотого ранга. Могли погибнуть добрые, невинные Гноллы. Брункр - тот, кого Лионетта боялась, кого она едва знала, но кто начал ей нравиться - мог погибнуть без всякой причины. И его убийца остался бы безнаказанным.

Она шевельнулась только тогда, когда заметила две вещи. Во-первых, что Рёки не было. Да, она помнила. Но это все равно была еще одна пустота там, где должно было быть что-то живое.

- Мрша?

- Аписта, брысь.

- Ну же, Мрша, не лежи так.

- Я знаю, что тебе грустно, Мрша. Мне тоже. Но... держу пари, ты проголодалась. Тебе нужно поесть.

- Я знаю, что ты любишь мёд. Почему бы тебе не съесть его с яйцами? А Эрин два дня назад приготовила пиццу. И на прошлой неделе она делала лазанью. Что если ты попробуешь всего понемногу? С каким-нибудь сладким соком? С молоком?

Завтраком стал тонкий ломтик лазаньи, половина кусочка пиццы, жареное яйцо, политое капелькой мёда, и горячее молоко. Собственно, последнее молоко. Его использовали часто. Мрша ела свой завтрак медленно, но с растущим чувством... умиротворения? Спокойствия? Возможно, подходящим словом было "облегчение". Временное облегчение от скорби. Да, именно так.

- Лионетта, мне так жаль.

- Это было ужасно. Вся Стража была на стенах, нам приказали оставаться в помещениях, но мы, конечно, все высыпали на улицы. Я всё думала: "а как же Эрин и все люди в Блуждающем Трактире"? Но потом я услышала, что вы все бежали в Целум, и почувствовала облегчение. Но о боже, это слишком жестоко. А после того, как Брункр был...

- Я хочу помочь. Тебе стоит остаться с Мршой, правда стоит. Ишкр... плохо себя чувствует. Не думаю, что он придет. Но я уверена, что справлюсь со всем необходимым сама!

Драсси замерла. Она взглянула на дверь, а затем на Лионетту.

- Что?

- Что-...

- Эрин!

- Доброе утро, Лионетта.

Эрин уставилась на Лионетту. Казалось, она почти не спала. Глаза её были налиты кровью, а сама она стояла неустойчиво. Она подняла молоток.

- Да. Но зачем?

Эрин хмыкнула и перехватила молоток. Она с силой ударила по окну загнутым концом. Очень сильно. Лионетта внутренне сжалась, ожидая удара, но вместо того чтобы разбиться, грань молотка просто скользнула по стеклу. Эрин посмотрела на целое окно и ударила по нему кулаком.

- Да что вообще происходит?

- О. О! Так вот почему трактир не пострадал, когда Лорд Гоблинов...

Эрин снова внимательно посмотрела на окно, а затем сжала руку в кулак. Она сделала вдох.

На этот раз удар был громким и резким. Лионетта увидела, как Эрин отдернула руку, поморщившись.

Эрин показала руку Лионетте. Крови не было. Но на стекле в месте удара определенно появилась трещина. Она была маленькой, но она была.

Она покачала головой. Лионетта уставилась на неё, а затем на окно.

- Да. Но если я смогла оставить трещину, то любой, у кого больше двадцати уровней в боевом классе, вероятно, сможет его разбить. А кто-то вроде Регрики, скорее всего, всё равно сможет пробить дыру в моих стенах.

- Думаешь, она вернется?..

Эрин покачала головой. Она еще раз взглянула на окно и отвернулась. Тяжелой походкой она направилась к фасаду Трактира.

- Что ты имеешь в виду под "следующим разом"?

Эрин покачала головой. Она выглядела такой уставшей. Лионетта уставилась на заколотую стену в трактире Эрин, которую Мур проломил, убегая от Регрики. Это было ещё до нового Навыка Эрин. Теперь она задавалась вопросом, смог бы полувеликан совершить подобный подвиг сейчас.

- В следующий раз я не смогу полагаться на удачу. А ведь это была именно она. Удача спасла всех, кроме Улриена. Реви всё равно изрезали, Муру понадобилось лечение, а Желаква... Я не могу и дальше делать то, что делала. Я думала, что готова. Я ошибалась.

- Ты сделала всё, что могла! Ты привлекла две команды золотого ранга, Зела Шивертейла и Лорда Стен, чтобы они помогли тебе. Ты позаботилась о том, чтобы мы с Мршей - и Аписта - в безопасности покинули трактир. Что ещё ты могла сделать?

Она покачала головой. Эрин взглянула на открытую дверь своего трактира, из которой вырывался тёплый воздух. Она пошла закрывать её и замерла.

- Я бу...

- Возьми выходной, если нужно. Составь компанию Мрше.

- Я в норме. Я уже проходила через это.

Эрин кивнула. Она посмотрела на свой Трактир, а затем отвернулась. Сегодня в ней было что-то тихое. Тихая и сосредоточенная. Она не улыбалась. Но она также не хмурилась и не выглядела заметно расстроенной. Она была просто... здесь.

Она уставилась в синее небо, не закончив предложение. Лионетта огляделась. Снег всё ещё лежал толстым слоем повсюду, куда бы она ни посмотрела. Но он был влажным. Таял. Понадобится как минимум неделя, чтобы теплеющая погода растопила снег. И когда это случится... Лионетта предвидела много грязи и воды.

Эрин моргнула. Она посмотрела на Лионетту.

Кто-то плакал. Кто-то скорбел вслух. Другие уходили в себя или искали места, где можно побыть в одиночестве. А некоторые просто... уходили.

Тишина в тех краях была оглушительной. Это были крики мужчин и женщин, требующих мести; это был [Король], сидящий на своем троне и громко восхваляющий сражавшихся и проклинающий предателей. Это был стук барабанов, бьющих в такт траурному городу. Но в расколотых мгновениях между каждым ударом барабана был тот самый миг тишины. Оцепенения от потери.

"Рога Хаммерада" почти не разговаривали. И ушли они рано. Их тишина была еще одним контрактом: выслеживание огромного гнезда щитопауков, которые заполонили часть канализации Лискора, прорываясь сквозь камень и землю. Или, может быть, их яйца каким-то образом занесли в туннели? В любом случае, это была работа для команды серебряного ранга, а не бронзового. Работа грязная, но она позволяла им не сидеть без дела.

Полуискатели были другими. Желаква шумела, выпивая с самого утра. Мур и Себорн по природе были тихими, но сегодня они заполняли пространство звуками.

- Как?

Полувеликан послушно перевернул стул. Себорн смахнул свой пустой кубок. Желаква выглядела с отвращением. Лионетта тихонько хихикнула, а хвост Мрши забился чуть активнее.

- Как насчет окна?

Когда они услышали о тестах Эрин на её трактире, Полуискатели все вышли на улицу, чтобы проверить его на прочность. Они спорили, занимали себя чем угодно. Желаква постучала по окну, сначала сильно, а затем ударила по нему кулаком.

Мур вздохнул.

- Хорошее замечание. Себорн, думаешь, ты смог бы его разбить?

- Не чувствую в этом необходимости. Я бы лучше просто отстегнул защёлку окна и запрыгнул внутрь, или нашёл другой путь. Но я, вероятно, мог бы разбить его своими кинжалами. Хотя это бы меня замедлило.

Эрин отошла от окна и предложила Себорну попробовать использовать на нём свои кинжалы. Полуискатели посмотрели на неё. Желаква замерла и покачала головой.

- Тебе стоит присмотреться к заклинаниям. Я знаю одного неплохого [Чародея], который делает защитные заклятья.

- Правда? Сколько они стоят? И насколько они сильные? Смогли бы они остановить кого-то вроде Регрики?

- Нет. Забудь.

- Ты в порядке? Твое тело...

- Повреждено. Спасибо, что спросила. Я порвала много мышц, а макушка гниет. Но эй, я жива, так что какая разница, что с телом?

- Точно. Без мозгов. Это... немного противно, если не против, что я так говорю.

- Но как твои мозги - я имею в виду, мозги твоего тела - как они, э-э, исчезли? Это что-то, что нужно сделать, когда ты...

- Мозги не имеют никакого отношения к тому, как я управляю телом. Они мне не нужны. А что касается того, как они исчезли, ну... понимаешь, бывает такое? Излишки жира, бесполезные органы - я становлюсь голодной, и иногда...

- Это пугает. Даже меня, Желаква.

Сельфид подняла руки. Эрин улыбнулась ей и решила больше никогда об этом не спрашивать. Или, по крайней мере, не сразу после еды. Она секунду собиралась с мыслями, а затем указала на голову Желаквы.

- Желательно. Но если придется, я смогу обойтись без него месяц или два. Может, будет некрасиво, но я не знаю, найду ли здесь новое тело.

- Дрейки не любят, когда кто-то использует их тела. Гноллы тоже. У них с этим свои предрассудки. Ну, знаешь, из-за Некроманта? Да и Сельфидов вообще недолюбливают. Здесь всё почти хуже, чем дома, потому что они ничего о Сельфидах не знают, так что мне приходится иметь дело со всеми этими слухами... Я готова платить золотом, конечно, но думаю, мне придется поспрашивать в Целуме, а это риск.

- И, держу пари, ты хочешь хорошее тело, так? С множеством зубов... свежее, и, скорее всего, с мышцами, верно?

Сельфид с облегчением повернулась к Себорну и Муру. Те одобрительно кивнули. Желаква вернулась внутрь вместе с остальными и села за стол. Зел завтракал. Он кивнул Эрин, а затем поморщился, когда Желаква начала сетовать на поиски нового тела-хозяина.

Эрин была в том состоянии, когда уже жалела о том, что вообще спросила о бедах Желаквы, но, по крайней мере, было отвлекающе слушать ворчание Сельфида. И это было хорошо. Да, Зел потерял аппетит, а Лионетте пришлось заткнуть уши Мрше, но было весело. В каком-то смысле.

- Что, прости?

- Я знаю, что много Антиниумов погибает. Это... нехорошо, но если бы они согласились дать тебе тело, ты смогла бы его использовать?

- Тела Антиниумов чрезвычайно прочны.

- Муравьи? Я об этом даже не думала.

- Оно чешется.

- Ты зануда. Ладно. Антиниумы... мысль интересная, Эрин, но есть несколько проблем. Антиниумов в большинстве мест на континенте не жалуют. Кроме того, я не знакома с их телом. Потребуется время, чтобы во всем разобраться, а это плохо, если мы собираемся снова идти в подземелье. Я не знаю, отличаются ли их внутренности, а это может быть опасно. Да и, в конце концов, четыре руки? Это затруднительно.

- Это просто мысль. Если твоя, э-э, голова начнет гнить, я могу спросить об этом Клбкч.

- Понятно. Спасибо за завтрак. Мне пора идти.

- Извините за это.

- Без проблем. Я и так тороплюсь.

Дрейк поморщился.

- Эстхельм?

- Не волнуйся. Наши [Стратеги], включая молодого Олесма, говорят, что Лорд Гоблинов не попытается захватить город. Это не стоит его усилий, да и он торопится. Посмотрим, что будет, но их стены восстановлены благодаря Антиниуму. И тебе. Я дам тебе знать, если что-то случится.

Он кивнул.

Он потянулся к поясу и открыл сумку. Должно быть, это была сумка хранения, потому что небольшая стопка золотых монет с быстро зазвенела, рассыпавшись по столу. Эрин уставилась на них.

- На стену. И на сломанные стулья. Столы и всё такое.

- Я не могу это взять. Это моя вина...

Зел наотрез отказался трогать монеты. Он встал. Эрин попыталась вернуть их, но он отказался.

- И всё равно - мне это не нужно. Правда. Ко мне и так достаточно денег поступает. На самом деле, очень много. И Рёка оставила часть своего золота - смотрите, я не могу...

- Мы бы, наверное, заплатили, если бы он этого не сделал. Он прав, знаешь ли. Никто не винит тебя в том, что произошло, Эрин. Ты сделала всё, что могла. Просто...

- Иногда натыкаешься на настоящего монстра. Кого-то непобедимого. Что-то такое. Иногда ты проигрываешь. Так уж устроен этот мир, верно?

Эрин стояла, наблюдая за тем, как они уходят. Полувеликан, пробирающийся сквозь снег, который едва достигал его лодыжек. Себорн, тихий, как тень. Желаква, идущая впереди с лицом, обращенным к небу. Эрин стояла в тишине Трактира и смотрела на то место, где погиб Ульриен. Мрша обняла Лионетту, а Аписта обмахивала себя крыльями у огня.

- Кстати, у нас закончилось молоко.

Но вскоре они умрут. Если не сегодня, то завтра. Если не завтра, то позже. Единственным вопросом было - как именно они умрут. Ибо такова была их судьба.

И теперь осталось шестеро. Шесть гоблинов. Элитные воины племени гоблинов Красного Клыка, посланные самим Гареном Красным Клыком с заданием, которое они давно забросили и о котором больше не заботились.

Прошлой ночью армия Лорда Гоблинов двинулась на север. На север, мимо города Лискор. На север, по направлению к Эстхельму и землям за ним. Их число исчислялось десятками тысяч, не считая армии нежити, которая шла впереди. Они были легионом - армией, способной внушить ужас в сердца всех, кроме самых могущественных. С ними ехал Лорд Гоблинов. Фигура, равная любому [Генералу]. Под его предводительством они могли бы уничтожить небольшое государство.

Козы-пожиратели. Одни из монстров Высоких Перевалов, равные по силе Плотоядному Волку. Эти существа были смертоносны, быстры, бесстрашны и могли есть всё что угодно. Их челюсти могли раздробить камень или металл. И охотились они стаями.

Скрываясь за укрытием, воины Красного Клыка с удовольствием слушали крики гоблинов, на которых напали Козы-пожиратели. Козы валили хобгоблинов, прогрызали доспехи, перекусывали кости и пожирали нежить, пытавшуюся их убить, прежде чем отступить. Разумеется, армия Лорда Гоблинов окружила коз сталью, засыпала их шквалом стрел и обрушила на них магические разряды.

Монстры. Но их вмешательство позволило гоблинам Красного Клыка тем временем спрятаться и дать армии Лорда Гоблинов пройти мимо. И на следующий день шестеро гоблинов поднялись и последовали за Козами-пожирателями, которые направились на юг в поисках новой еды.

У коз было всего два определения. Они воспринимали мир как состоящий из двух вещей: Еда и не-Еда. В кровавых сражениях, где они истребляли коз, гоблины Красного Клыка заслужили завидный статус "не-Еды", что позволяло им проходить мимо Коз-пожирателей без происшествий. До тех пор, пока одна из сторон не оказывалась слишком голодной.

А тем временем воины Красного Клыка могли оббирать добычу.

Шестеро гоблинов поспешили вниз по перевалу и пробежали по грязной земле в поисках тел, которые ещё не успели полностью сгнить. Это было жалкое, ужасное занятие, но им приходилось это делать. Либо так, либо голодная смерть. Они были настолько голодны, что готовы были съесть даже нежить-гоблина, но каждый из них молился, чтобы до этого не дошло.

Он позвал остальных. Подошли двое гоблинов. Они осмотрели хобгоблина и кивнули. Трое подняли огромное труп и потащили его обратно к своему укрытию. Остальные трое подхватили свои тела и присоединились к ним.

Кроликоед. Багиер. Нумбтонг. Шортхилт. Бэдарроу. Хедскрэтчер. Они подбрасывали дрова в разгорающееся пламя, согревали замерзшие тела и разделывали мёртвых гоблинов, обжаривая плоть на сковородах и поедая её с жадностью. С голодом. Они изнурялись от голода. Они голодали днями. Обычно маленький гоблин мог прожить неделю на одном теле, но эти гоблины пожирали всё, что находили, и возвращались на поиски новой еды. Потому что они больше не были маленькими гоблинами.

Все шестеро. Хедскрэтчер отрезал ещё кусок жира и бросил его на сковороду, удивлённо хмыкнув, когда промахнулся. Бэдарроу поймал кусок мяса в воздухе. Он первым привык к своим удлинившимся конечностям и новой мускулатуре. Он наклонил сковороду, и от этого запаха Кроликоед хрюкнул. Бэдарроу перекинул мясо в его сторону, и другой хобгоблин перехватил его в воздухе.

Шортхилт снова появился у костра и что-то бросил. Остальные хобгоблины посмотрели и увидели, что это паёк для солдат гоблинского Лорда! Они набросились на него в секунду, сражаясь за твёрдый, зернистый хлеб, замерзший кусочек сыра и вяленое мясо. Не имело значения, что еда была наполовину гнилой. В тяжёлые времена гоблины ели что угодно, и они знали, что им нужна вся энергия, которую они смогут получить.

Остальные воины Красного Клыка задумались об этом. Багиер почесал уши - привычка, оставшаяся со времён, когда в его ушах действительно кишели жуки. Теперь они исчезли, что было разочарованием, так как он мог бы съесть и их. Но это также было напоминанием о том, кого он встретил и кого потерял.

Город, полный нежити. Место руин и сокрушенных Людей. Монстр, который ел так же, как и они. Девушка, умоляющая о помощи. Гоблины в черных доспехах. [Рыцарь]. Скелет, в восторге танцующий. Цветы.

Все ушли. Воины Красного Клыка сидели, вспоминая. Все ушли, и ради чего? Бэдарроу заскрежетал зубами, обгладывая кость, открыто демонстрируя свои чувства.

Выразительно. Бэдарроу отбросил кость в сторону и вздохнул. Хэдскрэтчер съел цветок. Они проходили через это уже столько раз, что сбились со счета. Слишком много раз, чтобы зацикливаться на этом, но они все равно зацикливали.

Шортхилт дал понять свою общую позицию, бросив в огонь кусок кишечника, слишком грязный даже по меркам Гоблинов. От запаха другие Гоблины зарычали, но он был прав.

Но где они? Воины Красного Клыка прочесали окрестности в поисках улик того, куда могло уйти их племя. Они пытались пройти через Высокие Перевалы, но не нашли никаких следов Гоблинов в той местности. И опасность была слишком велика, поэтому они направились на юг, надеясь найти Рэгс в окрестностях Лискора.

И что теперь? Хэдскрэтчер почесал затылок и похлопал себя по животу. Остальные мрачно посмотрели на него. Да, проблема была очевидна. Помимо поиска своего племени, шестеро воинов оказались в крайне тяжелом положении. Потому что они все еще были голодны, и будут голодны еще какое-то время.

Это не имело смысла. Но воины Красного Клыка были уверены, что это как-то связано с тем, через что они прошли. Потеря Грантера, их лидера и единственного Хоба, спровоцировала изменения, как и яростная битва, в которой они участвовали. Обычно это было поводом для празднования: Хоб был особенным, и трансформация делала их намного сильнее. Но только если они были со своим племенем. А здесь, вдали от какой-либо поддержки, добывая еду в последние дни зимы?

Решение было несложным. В простых умах гоблинов существовала лишь смерть и еще больше смерти. На севере их ждала беспощадная смерть, подавляющая смерть - смерть от рук врагов из армии Короля Гоблинов. Скрыться дважды им не удастся, и они погибнут в мгновение ока перед таким числом противников, будь они Хобами или нет. Сдаться, чтобы примкнуть к армии Короля Гоблинов, было... тоже не вариантом. Их видели сражающимися у Эстхельма против армии Короля Гоблинов, да и к тому же у воинов Красного Клыка была своя гордость.

Баг-Ухо кивнул. Он засыпал землей их костер, и Чесалка указал вперед. Козы-Пожиратели поднимались, уже направляясь на юг в поисках новой пищи.

Козы-Пожиратели стремительно бежали вниз по скалистым склонам на дорогу, двигаясь быстро и с легкостью преодолевая невероятную высоту прыжками. Их зубы все еще были красными от пиршества, а шкуры слиплись от крови. Они издали охотничий клич. Воины Красного Клыка следовали за ними на расстоянии.

- Верно, мисс Солстис.

Гнолл приподнял мохнатую бровь. Его шерсть была грязно-блондинистой; он прервал свои дела на достаточное время, чтобы поболтать с Эрин. Он переставил пустое ведро, обдумывая её вопрос.

- Как в Лискоре. Вот чего я никогда не понимала. Зачем кому-то жить в деревне рядом с городом? Я имею в виду, у вас тут отличный холм. Очень большой. Но... он, э-э, немного незащищен.

- Нигде нет полной безопасности, верно? Пока мы не выходим за стены, защищаться легко. Пустотелые обманщики...

- Каменных Крабов? Хм. Хорошее название для них, да. Они не нападают на поселения со стенами. Щитовые Пауки представляют угрозу, если зарываются в землю, но слышно, как они прокладывают тоннели. Что касается гоблинов и других угроз... у меня есть лук, а остальные в деревне умеют сражаться. Стража патрулирует окрестности. Здесь безопасно, и это место нужно.

- Именно так. Без нас Лискор бы голодал. О, весной еще можно ловить рыбу, а [пастухи] при необходимости могут держать своих овец внутри стен. Но всем городам, кроме Городов Стен, нужны [фермеры].

Гнолл кивнул.

- О! Точно. Да, я бы хотела купить. Кршия сказала, что берет его у вас и что вы занесете немного через день или два, но я бы хотела получить его сегодня, если у вас есть излишки.

- У меня есть деньги. Не беспокойтесь. Мне просто нужно немного. Видите ли, тут есть один маленький гнолл, которому я помогаю присматривать...

Эрин моргнула.

[Фермер] улыбнулся. Он указал рукой в сторону своего дома.

- Козье молоко? Ну, я бы не отказалась от... а что такое корова Фишера?

[Фермер] показал Эрин шрам на одной руке. Она вздрогнула.

- Я бы очень хотел однажды завести в своем сарае одну из магических пород коров. Но они редки, и их трудно разводить, верно? А пока у меня есть несколько бутылок козьего молока и кое-что еще. Проходите, пожалуйста.

- Хорошо. Хотя, возможно, мне придется сходить несколько раз, чтобы забрать все молоко, которое мне нужно. Я куплю оптом. У меня есть маленькие сани...

- Круто. Слушай, не хочешь купить немного мёда? Лионетта в прошлый раз взяла много, и я решил спросить. Не знаю, едят ли коровы мёд, но он отличный.

Птица тихо напевал себе под нос, стоя на своей смотровой башне на крыше трактира Эрин. Лук был в руке, и он сканировал небо в поисках птиц. В этом заключалась его цель, но сегодня он был особенно бдителен.

Он был стражем. Защитником. Ревалантор Клбкч внушил ему всю серьезность его долга. Ему дали шанс - шанс защитить Эрин, которой он и его товарищи были так многим обязаны.

За это он всегда будет любить её. И он подвёл её. Её гости погибли. Птица знал, что он не понимает вещей так, как Пешка, но он понимал, что такое неудача.

Птица мало что знал о мире. Он знал, что некоторые вещи плохи. За некоторыми вещами нужно было пристально следить. Каменные крабы, щитовые пауки, мотыльки-пожиратели лиц... всё это не было птицами, поэтому Антиниум определял их просто как угрозы. Мир был суров и сложен.

Были птицы, способные летать быстрее ветра. Птицы, которые были больше домов. Птицы, что проносились по небу, оставляя за собой шлейфы светящегося воздуха. Птицы, в которых сочетались красота и гнев, элегантность и хитрость.

Потому что он любил охотиться. А если у тебя есть лук, какой смысл стрелять в медленные существа на земле? Хозяева неба были настоящим вызовом: от крошечных птичек, способных уклониться от наконечника стрелы почти в упор, до огромных птиц, которых, чтобы сбить, мог потребоваться целый колчан.

Взгляд вверх - мелькнуло что-то за одним из облаков, примерно в двух тысячах трехстах футах высоты. Слишком высоко, чтобы стрелять. Взгляд вниз. Птица заметил какое-то движение. Он обернулся и уставился.

Их было около тридцати. Они мчались по снегу с криками. Птица видел, что их тела покрыты кровью; у одной из них, казалось, отсутствовала половина морды, но её это, похоже, не беспокоило. В бок другой была вонзена стрела. Птица задумался об этом.

Удовлетворенный этим выводом, он уже собирался снова осмотреть местность, когда кое-что заметил.

Он пристально посмотрел на далекий холм. На коз. На ту, у которой не было половины челюсти. Птица пожал плечами.

Снова он уже собирался отвернуться, когда заметил кое-что ещё. Группа из шести существ, пересекающая заснеженные равнины. Они были далеко, но зрение Птицы было усилено благодаря навыку [Орлиный глаз]. Этот навык ему нравился, потому что он был основан на птице. И то, что он увидел, заставило его замереть.

Шестеро, и все двигались быстро. У каждого было оружие, хоть и не было доспехов, и они были крупнее обычного гоблина. Птица задумался и уточнил свой анализ.

Он замер с стрелой в руке. Птица наблюдал за бегущими гоблинами и медленно раскрыл свои жвалы.

Это был парадокс. Птица почесал голову, и его лицо просветлело.

Он приложил стрелу к луку. Халрак научил его стрелять. Птица был благодарен. Он пожелал, чтобы гоблины были птицами. Так было бы куда веселее. Наземные существа были слишком... простыми.

- Вот для чего нужны Навыки. А теперь. [Дальний выстрел].

Никто из них не питал иллюзий. Коз-Пожирателей было больше, и они были смертоносны. Одна такая коза могла убить обычного хоба. Шесть против тридцати - это был не бой, а смертный приговор.

Стрела со свистом прорезала воздух, попав Чесателю в руку. Если бы Бугоух не толкнул его, она вошла бы прямо в грудь. Гоблины Красного Клыка мгновенно бросились на землю. Плохая стрела зарычал, хватая свой лук и приподнимая голову.

Там ничего нет. Кроликоед быстро пополз влево и заглянул за небольшой снежный нанос. Он зарычал.

Когда Нумбтонг поднял голову над холмом, все шестеро хоббов услышали еще один свистящий звук. Нумбтонг пригнулся, и вторая стрела едва не снесла ему голову. Он зарычал, и все шесть гоблинов высунули головы. Они осмотрелись, но только Плохая стрела своим усиленным зрением что-то заметил. Он указал пальцем.

Гоблины посмотрели. Все шестеро пригнулись. Следующая стрела лучника из башни с глухим стуком вонзилась в землю, служившую им укрытием.

"Что это?"

Стрела пронеслась мимо его головы, разлетевшись в щепки о один из деревянных столбов его башни. Птица уставился на осколки, пролетевшие мимо, а затем на гоблина в отдалении, сжимающего лук.

[Мастерство Дальнего Выстрела]. Он освоил этот Навык после того, как снял гоблина-[Шамана] во время битвы при Эстхельме. В отличие от Птицы, он мог выпускать столько стрел, сколько пожелает, и так быстро, как хотел, не будучи ограниченным необходимостью использовать определенный Навык. Бадэрроу двинулся вперед, выпуская все три стрелы одну за другой.

Когда тот последовал, он был направлен прямо в Бадэрроу. Хобгоблин-[Лучник] хмыкнул и шагнул в сторону. Стрела промелькнула у его груди, оставив полосу, заставив его зарычать. Но это был промах.

Когда он поднялся, стрела ударила его в грудь. Птица отшатнулся, посмотрел на стрелу и осторожно коснулся ее.

Другой лучник, возможно, и смог бы попасть в него с расстояния, но его лук был плох. У него не было мощи, чтобы пробить панцирь одним выстрелом. Это знание было важным. Птица взглянул и увидел, что гоблины Красного Клыка преодолели более двухсот футов, пока другой лучник сдерживал его. Теперь они наступали быстро.

Он прицелился и снова использовал [Дальний Выстрел], но гоблины были слишком быстрыми, а его стрелам приходилось лететь слишком далеко. Он задел одного за руку и чуть не попал другому в глаз, пока удачный выстрел не достиг колена одного из них. Этот гоблин упал и покатился, пока не скрылся в снегу. Птица проигнорировал его. Теперь настоящая угроза заключалась в том, что по его башне били, ставя на количество, а не на точность.

- Моя очередь.

И стрела загнула прямо ему в бок. Крайне удивленный Бадэрроу развернулся. Хэдскрэтчер подхватил Бадэрроу, когда тот чуть не упал. Гоблин вцепился в него и выпрямился -

И всё же, он был всего один. Птице пришлось снова искать укрытие, пока стрелы обрушивались на его позицию. У гоблина не было искривляющихся стрел, но он был быстр! Птица выглянул, и стрела чуть не выбила ему глаз.

Теперь они были слишком близко. Слишком близко! Птице пришлось рискнуть и выстрелить. На этот раз он попал бы лучнику прямо в голову! Он встал и получил четвертую стрелу в грудь.

Трещины в его панцире разрастались. Птица привалился к одним из перил своей башни и с трудом выпрямился. Одна стрела. Он прижал её к груди, прицелился. Время словно замедлилось. Он целился в гоблина. Они оба целились. Тот, кто падет, проиграет. Он мог бы уложить и остальных гоблинов, если бы только смог...

- [Самонаводящий выстрел].

И вдруг вырвался вперед меч Чешира. Меч гоблина заблокировал древко, пока Багир выставил щит перед грудью Плохой Стрелы, а Нумбтонг прикрыл его пах вторым щитом. Птица уставился на них.

Пятая стрела ударила его чуть ниже шеи и отправила кубарем с края башни. Антиниум с грохотом рухнул на крышу трактира и соскользнул к краю. Падение было долгим. Вниз -

Никто из них не пострадал серьезно. Хуже всего пришлось животу Плохой Стрелы и колену Короткого Эфеса. Чтобы залечить обе раны, очень осторожно использовали лечебное зелье.

О своей победе они также не проронили ни слова. Это не было чудом или результатом превосходящих уровней или Навыков Плохой Стрелы. Это была простая командная работа. У обеих сторон были хорошие лучники, но одни смогли вместе вычислить местоположение атакующего, прикрыли своего стрелка и предоставили цели, чтобы отвлечь врага. Они не сражались в одиночку.

Тем временем в маленькой деревушке Эрин тащила свои сани к воротам. Несколько огромных контейнеров были заполнены разными видами молока, и она гадала, сможет ли доставить их в свой трактир, ничего не разбив.

- Эй, мистер Вирклоу! Кажется, одна из ваших коз как-то выбралась наружу!

- Это не моя коза.

- Да. Я знаю их всех, а эта явно дикая. Странно, правда? Откуда такая коза могла взяться зимой?

- Возможно. Но... хм. Что-то... не так?

- Да. Кажется, у меня срабатывает [Чувство опасности]. Но это же просто козел, верно?

- Принеси мне мой лук. Мисс Солстис, возможно, вам стоит отступить. Не думаю, что это...

У него отсутствовала нижняя часть челюсти. Эрин прикрыла рот рукой, когда козел посмотрел на них.

У этого козла были острые зубы. Не такие острые, как у акулы или хищника, питающегося только мясом, а зубы всеядного. И между зубами застряло, окрашивая их в красный цвет...

Вирклоу выхватил лук из рук сына и наложил стрелу. Он прицелился и выстрелил прежде, чем Эрин успела возразить. Козел без челюсти наблюдал, как стрела летит к нему и отскакивает в сторону. Стрела с глухим звуком вонзилась в землю.

И тут из снега выскочило множество коз. Эрин отпрянула, а Вирклоу зарычал. Козы уставились на Эрин и Вирклоу, а затем закричали.

- Они пытаются прорваться внутрь!

- Но они же не смогут, верно?

Вирклоу целился и пускал стрелы, но козы уклонялись. Одна из них отступила, не сводя глаз с Гнолла. Она сделала несколько прыжков назад и заблеяла. Затем она помчалась к стене, на которой стояли Гнолл и Эрин.

Эрин не успела договорить, когда коза прыгнула. Она перелетела расстояние как минимум в семь футов и с грохотом врезалась в стену. Слишком низко. Но от удара и человек, и Гнолл отпрянули назад.

Вирклоу открыл рот. Возможно, он хотел сказать, что их стены всё ещё достаточно высоки, но в этот момент вперед вырвались еще две козы.

Коза легко приземлилась на землю в центре деревни. Она обернулась и осмотрела собравшихся Дрейков, Гноллов и одного человека. Она наклонила голову, словно принюхиваясь, а затем оскалилась. Коза закричала и понеслась в атаку.

Теперь им предстояло сделать выбор. Чешир смотрел на деревню. Он заметил на стенах молодую женщину. Человека.

Всего лишь человеком. Остальные гоблины неохотно согласились. Это было не то. Она того не стоила.

Жука. Тот заерзал в его хватке. Чешир забросил его в рот и с хрустом проглотил. Гоблины разом вздохнули. Чешир ухмыльнулся. Он хрустнул шеей и беззвучно рассмеялся над ними, словно спрашивая, чего они ожидали. Он указал вперед.

Все это знали. Сражаться с тридцатью? Они погибнут.

Остальные гоблины уставились на него. Чешир посмотрел на Плохострела. Тот раздраженно хмыкнул и вытащил стрелу. Чешир оскалился.

Гоблины Красного Клыка похлопали друг друга по спинам, ухмыльнулись и пожали руки. Они посмотрели в небо. А затем построились.

Козлы-Пожиратели шли в атаку, снова пытаясь перепрыгнуть через стены. Первая стрела попала козлу в затылок. Он рухнул, но затем снова поднялся. Козел огляделся в поисках источника выстрела и увидел гоблинов Красного Клыка. Он заблеял - ужасным, затяжным криком, и остальные козлы обернулись. Один из них вцепился в стрелу в голове первого козла и откусил её. Козла забило в конвульсиях, когда стрелу вырвали из его головы. Наконец он упал.

- Красный Клык!

Речь шла не о том, чтобы выжить. Речь шла о том, чтобы умереть правильно. О том, чтобы найти место для смерти. Потому что им больше не ради чего было жить. У них не было ни племени, ни вождя. У них были только они сами.

Это история о группе гоблинов. О раздробленном, потерянном собрании душ. Мечтателях, воинах, которые вкусили чего-то иного. Это история о героях.

Ни один гоблин не заколебался. Воины Красного Клыка подняли оружие и бросились вперед. Они смеялись.

4.34

Шесть гоблинов. Двадцать коз. Это не была героическая битва, о которой рассказывают в легендах. О ней никто не стал бы праздновать или долго помнить. Но это была настоящая битва гоблинов. Ближний бой, яростный и, возможно, бессмысленный. Но гоблины сражались так, словно это была решающая битва во всех войнах.

Оружием Чешуи был короткий меч. Это был обычный меч до того, как он стал хобгоблином. Сейчас он вонзился в бок козы, и вторая рука освободилась, поэтому он схватил козу и насадил её на клинок.

Стоять в кругу. Постоянно двигаться - прикрывать спины друг друга, следить за флангами. Воины Красного Клыка сражались в сотнях подобных битв, и они рубили коз, удерживая их на расстоянии, пытаясь нанести критический удар.

Он развернулся и пнул, пока рядом с ним Буг-ухо вбивал козу в землю и рубил её. Коза, в которую целился Чешуя, соскользнула с его ноги, и он тщетно полоснул по ней, когда та отпрыгнула.

Одна коза прыгнула одновременно с двумя своими соплеменницами. Чешуя уклонился от первой и отбросил вторую мечом, но третья сбила его с ног. Он закричал, когда её разинутая пасть внезапно оказалась в считанных дюймах от его лица, кусая -

Его горла больше не было.

Их было так много. Построение было потеряно. Бэдэрроу зарычал, нанося удары по козе - в одной руке у него был кинжал, в другой короткий меч. Чешеголовый побежал за Бьюгиром, пока того облепила толпа. Нет, нет!

Хобгоблин развернулся и заревел. Козы бросились на него, и он вырубал их одну за другой. Одна. Две. Три. Он сгорал от ярости. Но козы продолжали наступать. Они были бесстрашны. А он -

В спине козы торчал нож. Чешеголовый огляделся. Кто его бросил? Он увидел девушку, стоящую в тающем снегу и смотрящую на него. Затем она подняла руку.

Хобгоблины подняли глаза. Теперь их было пятеро. Козы-пожиратели терзали Бьюгира. Все они увидели девушку, и на секунду возникло колебание. Всего одна секунда. Затем они побежали, и козы последовали за ними.

- Берегись!

- В дома! Запирайте двери!

- Получай!

- Монстр!

- Мертвые боги.

- Их идет больше! Скорее!

Затем она услышала смех. Яростный, доносящийся издалека. Она обернулась и увидела гоблинов.

- Гоблины? Что они здесь делают?

- Невозможно.

- Да! Они отвлекают коз!

Гнолл указал на одну из коз внизу. В бок жуткого существа вонзилось восемь стрел, но оно всё ещё бегало, блея и визжа. Эрин посмотрела на коз. Посмотрела на гоблинов. Затем она откупорила второй флакон. Вирклоу отпрянул, когда из флакона поплыл вязкий запах.

- Кислота. Её делает Октавия. Она сильная, так что держись подальше. И прикрывай меня.

Эрин подняла флакон. Она плеснула кислотой в морды двух первых коз, бежавших к ней, и занесла кулак.

Еще одна коза отлетела прочь. Оставшиеся три оказались в меньшинстве, и жители деревни атаковали их с поднятым оружием. Опасность заключалась в их количестве в той же мере, что и в их безумной устойчивости к урону! Эрин выбежала за ворота, слыша, как стрелы Вирклоу с глухим стуком втыкаются в землю позади неё. Она обернулась и увидела хобгоблинов, сражающихся за свои жизни. А за ними - что-то еще.

Все побежали. Девушка-человек, молодая женщина, один раз махнула руками и помчалась прочь. Не в сторону деревни, а просто прочь, сквозь снег. Гоблины последовали за ней, потому что у них не было другого выбора.

Их было около одиннадцати, и все были ранены, но Козы-пожиратели никогда не сдавались. И они были быстры! Чесалка обернулся, когда одна из них помчалась за ним. Он закричал, и Плохаястрела дернулся. Коза отскочила от его поднятой руки. Нумбтонг сплюнул, поднял один из двух мечей в своих руках и швырнул его. Козы уклонились от меча, что замедлило их бег.

Стрела пролетела мимо его головы. Она огибала Кроликоеда, который замыкал шествие, и попала козе прямо в голову. Коза рухнула. Её сородичи замерли и огляделись.

- Ой.

Рядом с ним обеспокоенно обернулась Лионетта. Она и Драсси стояли в снегу. Там же была и Мрша, несмотря на попытки Лионетты удержать её в трактире. У всех троих в руках были зелья и другое алхимическое оружие. Птица кивнул.

С этими словами он выпустил еще одну стрелу. Эта попала в козу, прыгнувшую к ногам Эрин. Та тоже упала.

- Готова? Когда они подойдут - кидай!

- Эрин! Сюда! Пригнись!

Они отвернулись, когда колбы плюхнулись в снег и взорвались треском молний и showers из колючих шипов в нескольких футах от них. Птица уставился на [Барменш], доставая очередную стрелу. И тут Мрша сделала заброс.

Она взорвалась. Огонь и ошметки козла посыпались дождём. Остальные козлы разбежались, а затем начали отступать, когда Мрша, Лионетта и Драсси бросили снова.

Птица выпустил стрелу. Эрин обернулась. У неё не было ножей, но она всё равно сжала кулаки. Пятеро хобгоблинов повернулись. Они увидели двух козлов, запутавшихся в лозах и пытающихся прогрызть себе путь наружу, одного, катающегося по земле, и последнего козла, который бежал на них, блея.

Справедливости ради, он не колебался, когда снова бросился в атаку. Хоббы сразили его в считанные мгновения, а затем повернулись к трём обездвиженным козлам. Они зарезали всех троих быстрыми, точными ударами.

- Вы в порядке?

- Я... мы в порядке, Эрин. Мы нашли Птицу лежащим на земле несколько минут назад, и он сказал нам, что здесь Гоблины - мы издалека увидели, как козы атакуют деревню, и пришли сюда. Но что...

- В меня выстрелили, мисс Эрин. С сожалением сообщаю, что мне не удалось убить ни одного из них. Впрочем, возможно, это к лучшему, так как ваше правило запрещает убивать Гоблинов. Однако это хобгоблины, так что я попытался. Но у них была лучшая командная работа, в итоге в меня выстрелили, и я упал с крыши. Было довольно больно, но, к счастью, у мисс Лионетты были лечебные зелья.

- Подождите, но они же спасли меня! Я имею в виду, деревня, в которой мы были, подверглась нападению тех коз. Почему они напали на тебя, Птица?

- Возможно, я пытался застрелить их издалека.

- Я должен охотиться на монстров.

Эрин закрыла глаза и подняла руку. Все посмотрели на неё. Она сделала вдох.

- Что? Эрин!

Она оглянулась через плечо. Хобгоблины моргнули, глядя на нее, а затем отступили от нее и остальных. Они снова посмотрели на заснеженные равнины. Один из них сделал шаг назад.

Они обернулись, чтобы снова посмотреть на Эрин. Гоблины уставились на нее, и один поднял руку. Драсси закричала, а Мрша спряталась за Эрин, когда хоб, поднявший руку, взглянул на нее. Затем он отвернулся.

"Драсси!"

"Ой-ой. Мне лучше с этим разобраться - за мной!"

"Мисс Эрин! Вы невредимы? Почему вы ушли? Эти гоблины..."

"Конечно, но..."

- Птица, ты идешь с ними. На всякий случай держи лук наготове, но не стреляй ни в кого, пока они не нападут! Понял?

- А что будете делать вы, мисс Солстис?

- Я собираюсь с ними поговорить.

Бугир лежал на земле. Точнее, лежал то, что от него осталось. Большая часть его тела исчезла, но голова почти не пострадала при расчленении. Чешун опустился на колени в грязную землю и снег и поднял её. В смерти выражение лица Бугира разгладилось, но Чешун всё ещё помнил его безмолвный оскал в момент атаки на Коз-пожирателей.

Не было никаких взаимных обвинений. Ни слов упрёка в адрес Чешуна, да и вообще никаких слов. Всё было кончено. Они сражались, и теперь их стало меньше. Снова.

- Эм, привет?

В снегу стояла девушка. Та самая девушка, которая помогла спасти их, та, которую они видели на стенах деревни. Она смотрела на них. Откуда ей знать, какие мысли сейчас роились в их головах? Какие воспоминания, какие трагедии?

Откуда ей знать? Она не могла. Но молодая женщина увидела их слезы. И поскольку она стояла перед ними без меча в руках и без пылающих заклинаний, они слушали. У воинов Красного Клыка не было надежды на что-то конкретное. Они были просто потерянными и очень усталыми.

Она поклонилась.

- Спасибо.

- Спасибо. Вы спасли нас. Я обязана вам жизнью.

Пять Гоблинов. Пять... Хобгов. До этого в жизни она встречала лишь двоих Хобгов. Эрин вспомнила Вождя Гоблинов, который был в её жизни целую вечность назад, и другого Хобга, которого она встретила вместе с Рэгсом. Эти пятеро не были похожи ни на одного из них.

И каждый из хобгоблинов был ранен. У одного, того, что нес голову, из руки был вырван огромный кусок, а на ноге зияла глубокая рана, но он, казалось, не замечал текущей крови. Эрин заметила.

Она повторила это в третий раз, в основном потому, что понятия не имела, что сказать дальше. Гоблины посмотрели на неё, а затем друг на друга. Один из них, единственный гоблин с луком, что-то прорычал и отвернулся.

Остальные гоблины посмотрели на Эрин, а затем на голову своего товарища. Они не проронили ни слова. Еще один гоблин отошел от Эрин. Остальные просто уставились на неё так, словно никогда раньше не встречали Людей. Или, вернее, никогда не разговаривали с Человеком.

Что она могла сказать? Спасибо? Она уже это говорила. Мне жаль? То же самое. Эрин не знала, как ей поступить. Гоблины спасли её. Будь на их месте кто-то другой - например, группа вроде "Рогов Хаммерада" - она предложила бы им деньги, спросила бы, откуда они, и так далее. Но эти гоблины...

- Вы... голодны?

- Хорошо, это я поняла. Вы голодны. Хотите что-нибудь поесть?

- Не хотите пойти со мной? У меня есть еда. Вы можете её забрать. Бесплатно. Платить не нужно.

- У ме-меня есть Трактир.

- Вы можете прийти туда, если проголодались. У меня есть еда. Много еды. И вы могли бы похоронить вашего друга...

- Знаете что? Встретимся там. Обещаю, никто вас не обидит. Будет еда. Вы не обязаны приходить, но если решите... еда, ладно?

Но её здесь не было. Поэтому Эрин снова указала направление и медленно отступила назад. Затем она пошла искать Лионетту и остальных.

Они уставились на неё. Эрин указала на свои сани, в которых всё ещё было всё купленное молоко.

Она развернулась и потянула сани скорее по инерции, чем с усилием; её сотрудники и Мрша последовали за ней. Эрин медленно шла обратно к своему трактиру, слыша, как спустя некоторое время Драсси сорвалась на нервную болтовню, а Лионетта успокаивала Мршу. Но всё это время её глаза были прикованы к гоблинам. И когда она добралась до трактира и замерла в открытом дверном проеме, она поняла, что они всё ещё наблюдают за ней.

В племени Красный Клык всё ещё рассказывали истории о Гарене Красном Клыке и о том, как их Вождь когда-то ходил по человеческим городам, часто надевая маску и капюшон, чтобы скрыть свои черты. Он разговаривал с людьми и представителями других рас, торговал с ними и какое-то время сражался как авантюрист золотого ранга. Многие гоблины мечтали сделать то же самое, но только мечтали.

Теперь они стояли перед трактиром, расположенным совсем недалеко от Лискора, и смотрели на него снизу вверх. Ни у одного из пяти гоблинов в руках не было меча. Это было сюрреалистичное ощущение. Хедскрэтчер несколько минут колебался перед деревянной дверью трактира, прежде чем толкнуть её. Пока остальные гоблины входили, Нумбтонг смотрел на название заведения.

В тот же миг, как они переступили порог, раздался выкрик. Воины Редфанг вздрогнули и приготовились к бою, но увидели лишь девушку. Ту самую девушку. И она улыбалась им.

- Заходите, не стесняйтесь. Садитесь. Вот стол - присаживайтесь. Я сейчас только принесу... Лионетта!

- Вот. У меня есть это - я знаю, что оно вам нужно.

- Спасибо...

- Оставьте себе. Это для вас. Для ваших ран.

Да, их раны. Некоторые были ужасны. Хедскрэтчер мог потерять руку из-за инфекции или никогда не вернуть ей подвижность - настолько сильными были повреждения. У Бэдэрроу на ногах были укусы, доходившие до костей, и другие гоблины были ранены не меньше. А зелья были...

Вспомнив о тех, что взорвались ранее, гоблины заколебались, но затем узнали жидкости внутри. Большинство гоблинов не умели читать, поэтому определяли типы зелий по внешнему виду. А эти выглядели как исцеляющие зелья.

Логика боролась с доказательствами перед глазами. Первым пошевелился Нумбтонг. Он взял флакон и присмотрелся к крошечной этикетке на нем. Спустя мгновение он кивнул, и остальные тут же откупорили флаконы и бутыли, выливая содержимое на свои раны. Затем последовал еще один сюрприз.

- Хорошие? Используйте больше, если нужно.

- Вы закончили? Круто. Давайте... почему бы мне не присесть? Я сяду здесь, и мы сможем... поговорить.

- Я Эрин. Эрин Солстис. Я [Владелица Трактира].

- Эм. Я знаю, что уже говорила спасибо, но еще раз спасибо. Вы спасли меня. Я не знаю, откуда взялись эти злые козы, но вы появились как раз вовремя. И я знаю, что ваш друг погиб... мне очень жаль. И мне также жаль, что Птица стрелял в вас. Он из Антиниума. Тот, что на башне.

- Вы с... с Лордом Гоблинов?

- Не то чтобы я злилась, если да. Просто... я слышала, что он не самый приятный человек. Но если вы считаете иначе, то всё в порядке! Я не осуждаю. Просто я, э-э...

- Правда? Как здорово! Знаете, я думала, что он придурок, особенно когда его солдаты пустили стрелы в мой трактир, но я подумала: раз здесь куча гоблинов, а его армия только что была тут, то... кхм.

Человек ничего этого не поняла. Она ерзала, оглядывалась по сторонам и что-то бормотала себе под нос. Она посмотрела на них, и все пятеро гоблинов мгновенно вытянулись по струнке.

У четверых отвисли челюсти. Глаза Плохой Стрелы сузились. Эрин переводила взгляд с одного лица на другое. Её глаза расширились. Кроликоед едва заметно кивнул.

Воины Красного Клыка переглянулись. Откуда она знает Рэгса, и тем более по имени? Эрин засыпала их вопросами, пока Плохая Стрела пинал Кроликоеда под столом. Он кивнул Эрин, а затем обвёл пальцем круг, указывая на комнату в целом.

Это было так постыдно.

- Погодите, что-то не так? Это из-за Рэгс, да? С ней всё хорошо? Я давно её не видела - она на меня злится? Или...?

- Вы знаете, где она?

- Хорошо. Но она в порядке?

- Вы... куда вы идете? Вы знаете, куда идете?

- Ладно. Хорошо... эм...

- Ой, простите! Я совсем забыла. Я же обещала вас накормить, верно? Ждите здесь!

Будет ли что-нибудь попить?

На выступе над барной стойкой висела грифельная доска с написанными мелом словами. Это было меню, хотя оно было написано один раз и больше никогда не обновлялось. Большинство людей игнорировали его, но один из воинов Красного Клыка заметил доску.

- Вот! Еда, как и обещала!

- Что-то не так?

- Кислотные мухи? Синий... фрукт?

- Как ты... б-бэ... я имею в виду, у меня нет никаких кислотных мух. Это оливки! Они полезные, клянусь! Я не знала, что они существуют, но... это спагетти с оливками! Это, э-э... у меня также закончился синий сок. Вы... могу я принести вам что-нибудь... стойте, у меня есть еще!

Эрин вернулась и обнаружила, что гоблины с невероятной скоростью заглатывают спагетти. Хотя и совсем не изящно. Вид того, как Шортхилт опрокидывает тарелку, задвигая все спагетти в ждущий рот, сам по себе был поучительным зрелищем. Поразительным было то, что ни одна макаронина или оливка не упала. Гоблины вылизали тарелки дочиста.

- Я, э-э, принесла напитки! Кто-нибудь хочет добавки?

В детстве Эрин смотрела по телевизору соревнования по поеданию пищи. Такое бывало. Ей не очень-то нравилось видеть, как кто-то уплетает более сорока хот-догов за один присест, но она не могла не восхищаться скоростью, с которой это делалось.

Напротив, наблюдать за тем, как едят гоблины в общем зале её трактира, было одно удовольствие. Потому что они явно обожали каждый кусочек. О, они всё ещё ели как голодные росомахи, но время от времени кто-то замирал и закрывал глаза во время жевания или издавал хрюкающий звук, выражающий полное удовлетворение.

Эрин продолжала ходить на кухню и возвращаться с новыми готовыми блюдами, наблюдая, как те исчезают. Хобгоблины ели так, словно умирали от голода, что, вероятно, и было правдой. Они не выглядели такими истощенными, но Эрин поняла, что если сравнить их с тем хобгоблином, которого она встречала раньше - тем, что однажды пришел с Рэгс, - то они определенно были гораздо худее.

- Драсси, мне нужно, чтобы ты меня подменила. Отнеси эту курицу гоблинам, хорошо?

Дрейк подпрыгнула. Её бледная чешуя стала ещё бледнее, и она вскинула когтистые руки.

Эрин покачала головой.

- Но... но...

Эрин удалось заставить Драсси поставить курицу на стол и вернуть её на кухню. Драсси так сильно дрожала, что чуть не выронила всё блюдо. У Эрин было подозрение, что если бы она это сделала, гоблины либо подобрали бы еду с пола, либо просто сели бы и съели её прямо там.

- Да!

- Но ты ведь справилась. Просто ставь еду на другой стол, хорошо? Мне нужно приготовить ещё. Э-э... где масло? И ростки? С такой тяжёлой пищей, которую они едят, им наверняка не помешает какая-нибудь зелень.

Пять пар глаз мгновенно сфокусировались на ней. Эрин замерла, а затем помахала рукой. Один из пяти гоблинов помахал в ответ. Остальные просто смотрели на неё.

- Я просто поднимусь наверх. Хорошо?

- Лионетта? Мрша? Вы в порядке?

Она услышала, как повернулся замок, и дверь открылась. Лионетта приоткрыла её лишь на щелку.

Эрин осторожно вошла в комнату и увидела, что Лионетта сидит на кровати вместе с Апистой и Мршей. Пчела забиралась на подушку, а Мрша дрожала в объятиях Лионетты.

- Думаю, да. Она уже не так напугана, правда, Мрша? Просто... Эрин, она чувствует запах Гоблинов внизу.

- Точно.

- Всё хорошо, Мрша. Они не плохие, обещаю.

Лионетта ответила за них обеих. Эрин замялась. Она посмотрела на Лионетту и поняла, что совершила ошибку. Она предполагала, что Лионетта отнесется к присутствию гоблинов с пониманием, но другая девушка была явно так же расстроена, как и Мрша. Эрин замолчала, поглаживая Мршу по голове.

- Я помню, как видела её и кричала. Но нет, не узнала. Прости.

Лионетта кивнула, но выглядела неубежденно. Она уставилась на половицы, а затем на Аписту, когда пчела поползла по стене. Она глубоко вздохнула.

- Я понимаю. Но, Лионетта, они спасли нас. Они спасли меня, хотя не обязаны были этого делать.

Эрин кивнула. Её рука сжалась в кулак. Птица был наверху. У него была маленькая комната на третьем этаже, и она приказала ему отдыхать после того, как он едва не погиб.

- Ты здесь главная.

- Я знаю, что они... я знаю, что они гоблины, хорошо, Мрша, солнышко? Но они не такие, как остальные, обещаю. Они тебя не обидят.

У нее не было слов. Но Мрша ясно дала понять свое мнение. Эрин замерла.

На этот раз обещание еды не удовлетворило Мршу. Гнолл полоснула лапой по руке Эрин и смотрела на нее до тех пор, пока девушка не вышла из комнаты. Эрин спустилась по лестнице и глубоко вздохнула. Затем застонала.

Кто-то вошел в общую залу раньше нее. Антиниум держал в руках лук, и в комнате воцарилась мертвая тишина. Драсси стояла, дрожа, с кружками в руках, а воины-гоблины замерли, причем половина из них была готова вскочить со своих мест.

Эрин сбежала вниз по лестнице. Антиниум повернул голову, но руки продолжали держать лук, нацеленный на гоблинов.

- Что? Уйти?

- Вы хотите уйти? Почему?

- Пописать? Ты хочешь... Птица, он просто хочет в туалет!

Антиниум медленно опустил лук. Гоблины расслабились с такой же медлительностью. Эрин шагнула между ними, подняв руки и снова пытаясь выступить миротворцем.

Это оказалось излишним. Гоблин покачал головой, направляясь к двери. Он положил руку на ручку и потянул её на себя. За дверью оказалась startled Желаква Ивирит, которая как раз собиралась толкнуть дверь. Она уставилась на гоблина, и её глаза расширились. Гоблин уставился в ответ.

- Гарен?

- Красноклык?

Швырнутый гоблин с трудом поднялся. Он дико замахнулся на Желакву - она перехватила его руку и с силой приложила его голову об своё колено. Хобгоблин пошатнулся, и она одним ударом сбила его с ног. Желаква возвышалась над поверженным хобгоблином, оглядываясь по сторонам. Затем она посмотрела на лежащего у её ног бессознательного гоблина.

Остальные хобгоблины с рёвом прыгнули на неё через стол. Один из них дёрнулся, когда Себорн перехватил его в воздухе, проведя приёмом "одеяло", и швырнул на землю. Утопленник набросился на хобгоблина и начал избивать его кулаками.

крикнула Эрин, но посох Мура уже вращался. Он сбил с ног одного хобгоблина и пнул другого. Вспыхнули закованные в латы кулаки Желаквы, и последний хобгоблин отшатнулся, пошатнувшись от её удара. Он сделал обманный маневр и попытался ткнуть её; селфида позволила обоим ударам прийтись по доспехам, а затем нанесла мощные, тяжелые удары в живот и грудь, от которых гоблин пошатнулся.

На этот раз крик Эрин подкреплялся не одним лишь звуком. Воздух в трактире треснул, а пол содрогнулся. Полуискатели замерли с широко раскрытыми глазами, и двое гоблинов, всё ещё стоявших на ногах, тоже остановились.

- Пожалуйста, скажи мне, что всё не так, как кажется.

- Мисс Солстис, полагаю, нам полагается объяснение.

- Почему бы нам всем не сесть? Кто-нибудь... кто-нибудь хочет выпить?

Напитки помогли, но совсем чуть-чуть. Гоблины сидели в углу комнаты, их раны снова были исцелены зельями Эрин. Желаква мрачно покачала головой, когда Эрин закончила рассказ.

- Просто... они спасли мне жизнь, Желаква.

- Нам нравятся представители всех видов, Эрин, но у нашей группы есть проблемы с гоблинами. Ты же знаешь, что мы потеряли половину своих людей из-за одного такого?

- Я знаю, знаю! Но это хорошие гоблины, ребята! Просто дайте мне немного времени. Они, возможно, ненадолго. Я просто их кормлю!

Желаква взглянула в сторону двери. Эрин тоже посмотрела.

- Твоим обычным компаниям. Кому же ещё? Недавно я видела, как "Рога" заканчивали свой заказ в Гильдии искателей приключений. Скоро они тоже будут здесь, а также куча народу из Лискора. Тебе лучше подготовить для них подходящее объяснение.

Эрин бросилась к двери. Она распахнула её и увидела "Рога Хаммерада" и ещё нескольких людей, которые пробирались сквозь снег к её трактиру. Её обычные посетители на ужин. Эрин помчалась вниз по холму к ним.

Люди, направлявшиеся к её трактиру, замялись, когда Эрин побежала к ним. Она кричала и размахивала руками. Церия нахмурилась, глядя на то, как Эрин кричит на остальных.

- Это что же, значит, еды на самом деле нет?

- Всё верно! Еды нет! У нас тут... кое-что случилось. Кое-что с едой! Простите, но вам придётся вернуться позже! Хотя тебе - нет.

- В трактире небольшая проблема, ясно? Мы все зайдём, и чтобы никто не кричал, договорились?

Все обернулись. Дрейк, который подошёл к трактиру с другой стороны холма, отпрянул от двери, и чешуя его побледнела. Он развернулся к ним и помчался вниз с холма, размахивая руками и крича:

Эрин застонала. Она видела, как её гости развернулись и бросились бежать к воротам Лискора. Заметив переполох, стражники на стенах начали кричать людям внизу. Спустя мгновение затрубили рога.

- Эрин. Что ты наделала?

Эрин вздрогнула, когда дверь её трактира с грохотом распахнулась. Пятеро воинов Красного Клыка готовы были вскочить на ноги, но две команды искателей приключений удержали их на местах. Все напряглись, когда в комнату ворвалась группа тяжело вооруженных стражников во главе с самой Зеварой. Капитан Дозора Дрейков замер, увидев хобгоблинов, а затем резко повернулась к Эрин.

- Я могу всё объяснить!

- Говори быстро, человек.

Она объясняла всё так быстро, как только могла. Зевара была недоверчива.

- Козы-пожиратели, Капитан. Это должны быть они. Эти твари ужасны. Если стадо спускается с Высоких Перевалов..."

- Мы осмотрим трупы. Но если эти хобы сражались с ними, то и что? Монстры сражаются с монстрами.

За спиной Зевары дернулся Релк. Зевара взглянула на него, затем на Эрин.

- Эти гоблины не опасны! Обещаю!

- Их пятеро гоблинов.

- Тогда почему они последние два часа сидели в моем трактире и ели еду?

- Это может быть уловкой гоблинов...

Некоторые стражники за спиной Эрин заерзали. Один пробормотал:

- Возможно, они слышали, что здесь объявилась мягкосердечная человечица, которая любит гоблинов. Может, они сами заманили сюда коз-пожирателей. Не знаю, но я не потерплю их здесь! А ты, с чего ты решила, что это хорошая идея?

- Вы не видели вывеску у моего трактира? Вы не читали, что там написано? Там написано: "убивать гоблинов запрещено"!

- Это не...

- Вы думали, это шутка? Что я не всерьез? Еще как всерьез. Пока гоблин не нападает на меня или других людей, не крадет или... или не ведет себя как придурок, я не позволю вам причинить им вред.

- Это дело стражи, человек. Возможно, вы не в Лискоре, но вы достаточно близко, чтобы подпадать под нашу юрисдикцию.

Дрейк поколебалась. Она взглянула на гоблинов. Те наблюдали за ней. В конце концов она кивнула.

Все пятеро воинов Красного Клыка одновременно напряглись. Стража сделала то же самое. Зевара подняла руку.

Медленно гоблины Красного Клыка ослабили хватку на своём оружии. Но на этот раз возразила Эрин.

- Что?

Она указала на гоблинов. Воины Красного Клыка в изумлении посмотрели на неё. Эрин развела руками.

Все уставились на неё с открытыми ртами. Зевара покачала головой.

- Что ж, а я не позволю вам тронуть этих гоблинов! Дайте мне день или два, и я их отпущу - возможно, за пределы Целума. Но здесь никто не посмеет причинить им вред.

- И что ты сделаешь, если мы решим их увести? Остановишь нас? Одна?

- Если придется.

- Отойди. Мы убираем гоблинов.

- Попробуй.

- Довольно. Капитан стражи Зевара, отставить.

- ...по моему распоряжению... не может быть... совсем. Ситуация... не позволит... выполнять приказы.

- Если они кого-нибудь обидят, это будет на твоей совести, человек!

- Можно вас на пару слов, мисс Солстис?

- Спасибо, что помогли мне. Не знаю, что бы случилось, если бы вы этого не сделали.

- Честно говоря, я не уверен, стоило ли мне это делать. Гоблины опасны, мисс Солстис.

Зел поморщился.

- Какие?

- Простите. Я не могу сказать. В любом случае, мне удалось убедить капитана стражи Зевару отступить. Однако, если эти гоблины создадут хоть какое-то беспокойство...

Эрин беспомощно пожала плечами. Дрейк [Генерал] посмотрел на неё и вздохнул.

- Почему?

- Я сражался с гоблинами ещё во время Второй войны Антиниума, и бесчисленное множество раз до и после. Боюсь, для меня они монстры. Я бы не смог спать под одной крышей с ними. Мне жаль. Я видел, на что они способны, и хотя я могу доверять вашему слову... мне жаль.

- Я понимаю. Но я думаю... думаю, я предложу им жильё на первое время. Не думаю, что им есть куда идти. И я... я хочу узнать о Рэгсе.

- В таком случае я выеду отсюда до вечера. Желаю вам удачи, мисс Солстис.

- Почему вы это сделали? Заступились за меня? И почему вы были уверены, что я дам им приют?

- Вы добры к незнакомцам, Эрин Солстис. Вот и всё. И это неплохо. Если вы сможете доказать, что некоторые гоблины достойны жизни, что ж, кто я такой, чтобы вас останавливать?

- У вас... есть имена?

Эрин попыталась игнорировать всех. Она сосредоточилась на гоблине перед собой.

Они замялись. Гоблины переглянулись и пожали плечами. Это были не полноценные имена, не такие, как у Рэгса, но всё же что-то было. Эрин посмотрела на Чесалку и указала на него.

Он почесал голову. Она подождала. Гоблин посмотрел на неё и снова почесал голову.

Он покачал головой, а затем указал на неё. Он медленно и нарочито почесал голову.

Пфишес кашлянул. Он прочистил горло, когда Эрин посмотрела на него.

Чесалка с облегчением кивнул. Эрин уставилась на него.

Скептицизм в её голосе ранил сильнее любых насмешек. Чесатель засуетился, и Эрин попыталась его успокоить.

Она указала на Короткий-Эфес. Другой гоблин тоже начал жестикулировать. Эрин нахмурилась, пытаясь угадать его имя.

Он коротко кивнул и вызывающе посмотрел на неё. Эрин закусила губы.

Медленно она обшла стол, узнавая имя каждого гоблина. Сложнее всего было разобраться с Кроликоедом и Нумбтонгом, особенно потому, что в её трактире не было ни кроликов, ни обезболивающих средств. Но в итоге всё получилось.

Все кивнули. Все четверо гоблинов на протяжении всего разговора неоднократно толкали Нумбтонга локтями, но тот наотрез отказывался открывать рот. Теперь Эрин улыбнулась им. Сердца гоблинов странно забились в груди, и более одного гоблина экспериментально ткнул себя в сердце.

Сельфид наклонилась над столом. Она не улыбалась.

Воины Красного Клыка посмотрели на неё. Её глаза были прикованы к ним. Медленно Чесалка поднял один палец. Он указал на себя и остальных и произнёс слово.

Эрин тупо уставилась на Желакву. Селфида нахмурилась. Кто-то другой подал голос.

Полуискатели обернулись и посмотрели на Ивлон. Закованная в броню женщина прокашлялась, когда все уставились на неё.

Себорн заерзал на своём месте. Его взгляд не сходил с гоблинов с тех самых пор, как он сел.

Ивлон на мгновение посоветовалась с Церией.

Другие воины Красного Клыка выглядели гордыми. Чесалка пнул их под столом, и они замерли, а затем начали переминаться с ноги на ногу. Желаква покачала головой.

Она посмотрела на Чесалку. Он и остальные одновременно покачали головами и пожали плечами. Желаква издала звук отвращения и поднялась на ноги.

Она вытопала из трактира. Эрин проводила её взглядом. Затем она посмотрела на гоблинов.

Гоблины. Хобгоблины. Имело ли это значение? Пятеро, что сидели за столом, настороженно поглядывая на неё и остальных в комнате, были похожи на Рэгс и во многом отличались от неё. Они были крупнее, все мужчины и явно обученные воины, но глаза у них были те же. В них читалась та же боль, то же любопытство, когда они разглядывали её магические шахматы или видели что-то новое.

И ещё одна вещь убедила Эрин. Воспоминание. В последний раз, когда она видела Рэгс, она её прогнала. В этот раз... Эрин закрыла глаза. Она сделала вдох и посмотрела на них.

Воины Красного Клыка засуетились, переминаясь с ноги на ногу. Короткий Эфес кивнул. Плохая Стрела пнул его под столом. Эрин на секунду улыбнулась.

Гоблины недоверчиво посмотрели на неё. Точно так же посмотрели Рога Хаммерада, Лионетта, Драсси и все остальные в комнате. Зел лишь вздохнул и закинул рюкзак на спину. Эрин замялась. Она посмотрела в глаза Чесалке.

Слезы гоблина. Она посмотрела в глаза Чесалке и вспомнила. Плакали по своему другу. Который погиб, чтобы защитить её. Без благодарности, без могилы. Без единого сказанного слова.

Она протянула руку. Гоблины уставились на неё. Медленно Хедскретчер поднял руку. Он поднял её и осторожно вытянул вперёд. Его ладонь была в мозолях, а рукопожатие было таким робким, словно перышко. Кровь пульсировала под кожей, и он посмотрел Эрин в глаза.

- Кто ещё остаётся?

Возможно, никто. Лионетта была готова остаться, но Мрше, возможно, придётся отправиться в город, и в таком случае Лионетта пойдёт с ней. Эрин хотела попробовать провести одну ночь в трактире, но не была уверена. Что касается Рогов Хаммерада, те тихо переговаривались в углу. Церия была очень расстроена, что, в свою очередь, расстроило и Эрин.

- Эрин! Мы спим в подвале! А это же хоббы! Я понимаю Рэгса, правда понимаю, но...

- Что ты имеешь в виду?

- Я закончила улучшать свой трактир, помнишь? И у меня появились все эти новые комнаты - я всё равно собиралась предложить их вам. Если останетесь, вы получите комнаты на втором этаже. Хорошо?

- Соглашайся, Спрингуокер.

Полуэльфийка обернулась и сердито посмотрела на него. Он посмотрел на нее в ответ.

- К тому же, у вас у всех будут отдельные комнаты! И мятные конфеты на подушках, как только я научусь их делать! Пожалуйста! Ну же, Церия, ты помнишь Рэгс. Она была классной! Эти ребята тоже классные! Скорее всего.

Другая была серьезнее. У Эрин было два новых сотрудника, и она подозревала, что оба они категорически против гоблинов. По крайней мере, она знала, что Драсси была против. Она давно не видела Ишкра. Он все еще пребывал в трауре.

- Честно, Эрин, я не знаю, смогу ли я. Я... дело не в том, что ты мне не нравишься или я тебе не доверяю, но иметь монстров под этой крышей...

Она умоляла и Полуискателей. Они колебались по тем же причинам, что и Церия. Было не так много мест, которые подходили бы и селфидам, и полугигантам одновременно. Тем не менее, челюсть Желаквы была сжата, и она то и дело поглядывала на люк, ведущий в подвал.

- Я не считаю их монстрами. Я думаю, они просто потерялись. Они выглядят потерянными, Желаква. И такими... такими грустными. Я не могла просто сказать им уходить куда глаза глядят, чтобы их убили искатели приключений или монстры.

Селфид посмотрела на Эрин. Драсси тоже взглянула на неё. Эрин склонила голову, а затем снова подняла её.

Эрин сжала руки на столе. Драсси посмотрела на неё, а затем шумно высморкала свой нос - или, скорее, ноздри - в платок. Желаква уставилась на неё, а затем перевела взгляд на Мура и Себорна. Мур потер глаза. Селфид вздохнула. Себорн посмотрел на свою человеческую руку и на свою ракообразную сторону. У всех троих Полуискателей было одинаковое выражение лица, в глазах стояли слёзы. Они кивнули. Желаква недовольно поморщилась.

- Я понимаю. Я могу подавать вам завтрак в любое время или собрать сумку с едой - спасибо вам большое.

- Ты хоть знаешь, сколько людей содрогаются, когда держат меня за руки? Знаешь, сколько людей думают, что Мур ест людей? Один шанс. Мертвые боги, полагаю, я готова попробовать один раз.

Взгляд Мура стал отсутствующим. Себорн кивнул.

Селфид повернулась к Эрин и криво усмехнулась.

И тем вечером Эрин стояла в общем зале и чувствовала, как подкрадывается к ней странное ощущение. Знакомое чувство.

В её трактире, обычно шумном, было безлюдно. Верхние этажи почти опустели. Мрша, счастливая Мрша, наотрез отказалась спускаться вниз. Драсси пряталась на кухне, а огонь в камине общего зала почти погас.

Тряпки. Гоблины. Умирающий гоблин, лежащий на её кухне. Запах горелого масла. Эрин не могла облечь в слова то чувство, что сжимало её сердце, но, возможно. Возможно, то, что сказал Зел, что сказала Желаква, было правдой. Совершала ли она ошибку или...

Чесалка присел у люка, застыв на месте. Он смотрел на Эрин. Она смотрела в ответ. В руках у него не было ни оружия, ни чего-либо еще. И на нём не было никакой одежды. Это было очень заметно.

- Драсси? Сходи-ка в город и купи штанов, ладно? Думаю, гоблинам нужны дополнительные пары. Их набедренные повязки, гм, в крови.

Драсси высунула голову из кухни, уставилась на гостя и закричала. Чесалка, выглядя очень смущенным, поспешил спуститься обратно в люк. Эрин отвернулась и услышала, как люк открылся и закрылся. Она помедлила, а затем зашла на кухню, чтобы успокоить Драсси.

Она снова обвела взглядом свою пустую залу. Да, слухи разошлись. Теперь в обоих городах все знали. У неё есть гоблины. Эрин рассмеялась. Ну и что? Они не были злыми, она была в этом уверена.

- Это мой трактир. Мой.

Блуждающий Трактир. В нём было одно правило: не убивать гоблинов. Эрин улыбнулась про себя. Да. В этот раз она всё сделает правильно. Она станет лучше. И покажет им - покажет всем - что есть гоблины, которые не злы.

- Наденьте штаны!

4.35 E

День 72

Действительно, можно сказать, что Бегуны, в общем и целом, более полезны благодаря своей скрытности и способности доставлять сообщения и предметы без страха перехвата. В конце концов, лучшие Бегуны в мире работают на [Лордов] и [Королей]. Что касается магии, то она упрощает вопрос переписки между двумя [Магами] - но за более высокую цену. Соответственно, мгновенная отправка небольшой посылки из одной точки в другую на другом конце мира возможна, но стоимость этого запредельно высока.

Всем этим я хочу сказать, что повозки важны, а значит, важны и дороги. Поддержание дороги в порядке и очистка её от монстров или бандитов имеет решающее значение для выживания маленького городка или деревни. Проблема в том, что вышеупомянутые бандиты и монстры знают об этом.

Налетчики жестко столкнулись с немногими охранниками каравана, убив двух вооруженных бойцов в первой же схватке. Трое хобгоблинов вели мелких гоблинов, сметая воинов с пути. [Торговцы] отбивались вместе со своей охраной, но они были бессильны. Они не взяли с собой достаточного количества стражей для долгого путешествия, полагаясь на скорость, которая должна была перебросить их из одного города в другой. Путь мог занять час или два. Меньше, если использовать Навыки.

Безупречная стратегия. Или, скорее, она была безупречной до этого момента. Потому что, несмотря на всю их подготовку, на то, как осторожно гоблины прокрались в пещеру через черный ход, и на то, как их [Следопыты] незаметно двигались вдоль дороги, их все равно заметили. А подготовка - это всё.

Я нахожусь в нескольких милях от этого участка дороги, слишком далеко, чтобы видеть отчаянный бой среди повозок или то, как кровь смешивается с грязью и снегом на земле. Слишком далеко, чтобы видеть глазами, так сказать. Но мои чувства [Императора] видят гоблинов - около тридцати - которые наступают, что-то беззвучно выкрикивая. И я также чувствую вторую силу, не [Торговцев] и не гоблинов, которая стремительно приближается из леса.

Гоблины привели тридцать, поэтому я послал шестьдесят. Простая математика, и это почти все наши силы, так что я не беспокоюсь о тех, кто остался в тылу. Не то чтобы там была большая опасность; я чувствую любую приближающуюся угрозу и реагирую соответствующим образом. Вот так. К тому же моя армия уже сражалась с гоблинами.

Всадники сражаются мгновение, и гоблины, привычные к бою, переключаются на них, пытаясь стайным натиском сбросить всадников с лошадей. Но Бениар уже отступает, заходя на новый круг для следующей атаки. Он рассчитал время идеально, или это сделала Вискерья; пехота в плотном строю врезается в другую сторону гоблинского отряда. Возглавляет атаку высокая полутролльша, за которой я наблюдаю с тревогой и гордостью одновременно.

И что же она кричит? Вероятно, Навык. [Сияющее Мужество]! Тело Дюрен излучает свет, но это сияние не беспокоит окружающих её солдат. Они бросаются в атаку с поднятыми щитами, врываясь в ряды гоблинов и пользуясь внезапной слепотой врага. Дюрен размахивает своей дубинкой, словно молотом, размазывая двух гоблинов. Её Навык сокрушителен в таких групповых сражениях, где она может ослепить врагов, оставив союзников в безопасности. Теперь Дюрен несется вперед к ближайшему хобгоблину.

[Щит Доблести]. Этот Навык изучают [Рыцари] и представители других классов; мощный инструмент для сдерживания врага или, как кажется, для создания бреши. Хобгоблин теряет равновесие, и Дюрен пользуется этим. Она заносит дубинку и обрушивает её вниз -

Все кончено. Я вижу, как Дюрен поворачивается, вытирая пот одной рукой и прислоняя дубинку к повозке, а напуганные [Торговцы] бегут к моей маленькой армии, размахивая руками и, без сомнения, выкрикивая слова облегчения. Дальше смотреть нет смысла; Вискерья знает, что делать.

Это всё, что я могу. Я вздыхаю и встаю из-за стола, за которым сидел. Мне требуется мгновение, чтобы собраться с мыслями. Внезапно я оказываюсь не на грязной дороге, а в многих, многих милях к востоку от неё. Я стою в доме Проста в деревне, известной как Риверфарм, и слышу доносящиеся издалека крики и голоса бесчисленного множества людей вокруг.

Медленно я направляюсь к двери и замираю, положив руку на дверную ручку. Я жду, а затем медленно открываю её. Снаружи я чувствую, как мужчина поворачивается ко мне и кивает.

- Окончена? Как быстро, Ваше Величество!

Прост с облегчением глубоко вздыхает. Я киваю ему, выходя на улицу. Мои ноги немного скользят, и Прост подхватывает меня прежде, чем я успеваю рухнуть на землю. Я обретаю равновесие и благодарю его; он быстро отпускает меня. Было бы нелепо, если бы [Император] сейчас растянулся лицом по земле, не так ли?

- Спасибо, Прост. Пожалуйста, сообщи всем, что произошло. Уверен, Тессия будет облегчена, узнав, что с Гамелем всё в порядке.

Я на мгновение задумываюсь и снова направляю свои чувства на восток.

- Полагаю, так и есть, сир.

- Знаю, мы договорились, что именно вы будете вести с ними переговоры, Прост, но, возможно, нам стоит оставить это Вискерье? Я мог бы оповестить её заклинанием [Сообщения], а я действительно не могу позволить вам уйти, даже на один день. У нас столько дел - и я добавляю мощеную улицу в наш список. Эта грязь слишком опасна, и последнее, что нам нужно, - чтобы кто-то поскользнулся и что-нибудь сломал.

- Да, сир. Я всё спланирую - у нас накопилось достаточно камня из созданного нами карьера, и я уверен, что у кого-то из наших [Копателей] есть соответствующий навык. Если нет, всегда есть киянки... но что касается отправки кого-либо в Троттвиск, Ваше Величество, не будет ли уместнее, если они сами придут к вам?

- Возможно. Но я бы хотела поговорить с ними как можно скорее. Нам не помешали бы регулярные поставки товаров, и если мы будем ждать, пока они сделают первый шаг...

- Думаю, сир, проще всего будет отправить гонца с просьбой прибыть сюда. Вы и есть [Император], Ваше Величество.

- Безусловно. [Лорды] и [Леди] поступают так же, и это избавит нас от необходимости отправлять делегацию самостоятельно...

- Я займусь этим немедленно, Ваше Величество.

Я чешу в затылке.

Прост следует за мной, пока я иду и разговариваю. Вокруг люди что-то выкрикивают, машут руками, называют меня по имени. Возводятся дома, мужчины и женщины носят дерево и камень к новым фундаментам, а вдали группа [фермеров] распахивает новую землю под поля. Они хотят начать посадку сейчас, так как, по их расчетам, до весны остался всего месяц или около того.

Мне повезло, что я люблю быть занятым.

В статусе [Императора] есть своё достоинство, но, естественно, это достоинство подрывается в зависимости от ситуации. Я знаю о грехе гордыни, поэтому стараюсь говорить людям, что я в той же мере человек, что и лидер. Тем не менее, я знаю, что жители моей деревни дорожат моей репутацией, поэтому я тоже стараюсь вести себя достойно.

С этим придётся что-то делать. Я уже обсудил с Простом планы по расширению обеих деревень, когда у нас будет время. В Кикеле хорошие пастбища, а Танславен слишком хорош, чтобы его забрасывать. Впрочем, может случиться так, что Риверфарм в итоге разрастётся настолько, что обе другие деревни станут районами, находящимися всего в двух шагах от центра империи. Вот это уже пугающая мысль.

И всё же, на публике я обязан поддерживать свой имидж [Императора]. Я не могу вечно ходить и осматривать участки; мне нужен трон. Все об этом говорят, от Дюрен и Вискерьи до Гамеля. Бениар нет, но он считает, что у меня должна быть колесница. Я был против трона, так как хочу оставаться активным, но в итоге мы нашли... необычный компромисс.

- Добрый день, сир!

Мальчик виновато поворачивается ко мне, пока я перемещаюсь по деревне на своём троне. Он переминается с ноги на ногу и прокашливается.

Я улыбаюсь ему.

- Я передам ей, что вы так сказали!

Я пересаживаюсь, и мой "трон" немного кряхтит. Он тяжело бредет по улице, и жители деревни держатся на почтительном расстоянии, но они уже достаточно привыкли к Мохомедведю, чтобы приветствовать меня, когда я проезжаю мимо. Одна смелая девочка даже предлагает моему мобильному трону кусочек вяленого мяса, хихикая, когда тот принюхивается и облизывает ее пальцы. Отец ругает ее за то, что она встала у меня на пути, а я улыбаюсь и машу рукой.

Впрочем, именно благодаря моему классу [Повелитель зверей] у меня может быть медведь в качестве трона. Или, может быть, благодаря моему классу [Император] и классу [Повелитель зверей]? Не могу отделаться от чувства, что уровень 9 [Повелителя зверей] - это слишком низкий уровень, чтобы уже установить связь с медведем. Но эй, что я знаю? И говоря о животных со связью -

Я поднимаю руку и зову. Я чувствую, как какая-то фигура пикирует к моей руке, и я рада, что на этот раз Фроствоинг решила приземлиться на кожаный наруч, а не на плечо. Большая и, судя по всему, голубая птица чистит перья, пока я глажу её по голове.

Клюв клюет меня в пальцы, и я вздыхаю. Крошечный язычок слизывает остатки с моих пальцев - Фроствоинг, должно быть, заметила медовое печенье, которое я ела на обед. Настоящее лакомство, которым мне пришлось поделиться и с медведем. Он удивительно смирный парень для такого здоровяка. Мне говорили, что Мохомедведи маскируются и нападают на оленей, когда голодают. Или на людей. Я просто рада, что его можно приручить с помощью горячего картофельного пюре с маслом.

Я подталкиваю медведя ментально и ногами, и он медленно бредет налево. Фроствинг спускается, чтобы приземлиться ему на спину, и сидит со мной, пока мы идем по улице. Медведь. Я еще не придумала ему подходящее имя. Думаю, что что-то немецкое было бы неплохо, но вдохновения совсем нет. Да и он не особо переживает - просто наличие [Младшая связь: Безымянный моховый медведь] в моей голове немного... ну, мне его жалко.

- Прост. Что тут у нас? Здравствуй, Дюрен, мы снова встретились.

Дюрен оборачивается, когда я приближаюсь к расчищенному месту, где полно дерева, гвоздей и занятых людей, которые забивают и пилят доски. Моя возлюбленная-полутролль тянется рукой и гладит мохового медведя по голове. Он фыркает на нее, а Фроствинг нетерпеливо каркает. Прост обходит и медведя, и птицу, пока я соскальзываю со спины, и нервно кашляет. Думаю, он боится обоих животных, что совершенно понятно. Я отхожу в сторону и осматриваю обстановку с помощью своих чувств.

Прост колеблется. Он оглядывается.

- Требушет, мистер Прост. Это называется требушет.

Мне приходится помедлить.

- О, да, сир. Конструкция очень простая. Нас ставит в тупик только размер, сир. Вы говорите, что эти штуки должны метать каменные блоки на сотни футов? Я слышал о магических катапультах, которые не способны на такое!

- Ск-отча?

- С этим не поспоришь, сир. И ведь такая простая штука. Один рычаг идет вверх, тяжелый блок на другом конце, и всё это опирается на этот, э-э...

- Да, на это. Больше всего меня беспокоит, выдержит ли дерево такой вес, сир. Наше первое испытание, как вы знаете, сломало эту точку опоры. Однако парни - и три дамы - очень воодушевлены. Мисс Тессия почти так же горит желанием увидеть, как эта штука что-нибудь забросит, как и ребята. И к слову об этом, вчера я узнал, что трое из наших получили новый класс, сир!

- Они [Мастера], сир. Не [Инженеры], как вы надеялись, но мне сказали, что это первый шаг. Трое в одной деревне - это просто невероятно. Прошу прощения, конечно, я знаю, что вы надеялись на большее.

- Это отличные новости, Прост. Я не думал, что [Инженеры] так вероятны, просто надеялся, вот и всё. Видишь ли, чтобы получить класс [Инженер], людям, думаю, нужны подходящие инструменты, больше знаний о том, как строить вещи, и, возможно, определенный склад ума. В нынешнем же состоянии класс [Мастер], вероятно, станет [Инженером] примерно... ох, я бы сказал, на 15-м уровне или около того. Так что беспокоиться не о чем.

- Вы так много знаете, Император. Как вы узнали о таком количестве классов?

- Кто-то... рассказал мне, Прост. В любом случае, у этих [Механиков] есть полезные Навыки?

- Думаю, это отличная идея. На твое усмотрение, Прост. Теперь, я знаю, что Дюрен помогает тебе перетаскивать вещи, но не мог бы ты отпустить её позже? У меня было совсем мало времени увидеться с ней после её возвращения.

- Да, сир. Я мог бы отпустить её прямо сейчас...

Я снова покашливаю и отворачиваюсь. Достоинство [Императора]. Стараюсь не краснеть. Я снова перевожу взгляд на Мохомедведя, пока Прост возвращается к строительству, и вздыхаю. Когда все вокруг, до последнего пса, знают о ваших отношениях - и что еще хуже, теперь одобряют их и активно пытаются дать вам уединиться, - это почти так же плохо, как и предубеждения.

Полагаю, технологии такого рода помогут уравнять шансы в противостоянии с [Магами]. Наш лучший маг - Вискерья, а она [Ведьма]. Впрочем, об этом стоит беспокоиться позже. Наша новая империя всё ещё сильнее, чем может быть по праву. Надеюсь, все эти маленькие хитрости - палисады, которые мы продолжаем перестраивать всё дальше и дальше, сеть тотемов, мои "глаза" и такие вещи, как требушеты, - обеспечат нам безопасность, защитят моих людей отныне и навсегда.

День 74

- Я глубоко благодарен за дары от Троттвиска, господин Ренцил. И я понимаю, что торговый караван также вручил моим людям несколько знаков признательности. Однако для нас было удовольствием помочь в борьбе с гоблинами. Они - общий враг, который стоит выше союзов и раздоров.

[Посланник] заикается, пытаясь удержать своего нервничающего коня рядом с моим медведем. Я улыбаюсь и спешиваюсь. Думаю, мои закрытые глаза смущают молодого человека на лошади не меньше, чем медведь.

- Вы слишком добры, сэ... то есть, Ваше Величество. Однако я не смею обременять вас. Мне... мне было поручено лишь доставить дары и доложить о... то есть, вернуться на полной скорости.

Ах. Вискерья и мои солдаты, должно быть, разговорились. Проклятье. Тем не менее, я улыбаюсь человеку и протягиваю ему руку. Он возится с перчаткой, и его ладонь, сжимающая мою, влажная от пота.

- Я немедленно передам им это, Ваше Величество. Уверен, мы сможем предоставить вам всё необходимое - у нас много товаров - в обмен на вашу защиту.

Слишком поздно. Посланник уже обещает мне всё, что может предложить Троттвиск, если мы не допустим, чтобы гоблины разграбили их город. Позже, когда он уходит, я вздыхаю по этому поводу, но Прост и остальные одобряют. Защита в обмен на дань. Это кажется неправильным, но Вискерья объясняет мне всё более простыми словами.

- Полагаю, ты права, Вискерья. И в связи с этим надеюсь, что ты скоро сможешь найти новых рекрутов. В наших постоянных силах сейчас полдюжины искателей приключений, около пятидесяти воинов и лучников, ты, Дюрен и... Моховый медведь. Это не слишком обнадеживает, если нагрянет более крупная группа гоблинов.

- Бениар знает некоторых искателей приключений, и у меня есть свои контакты, но я полагаю, что наибольшего успеха мы добьемся, набирая старых ветеранов и обучая новых воинов из жителей деревни. Армия сейчас может быть небольшой, но, по моему мнению, она значительно сильнее, чем ополчение большинства городов.

Вискерья переминается с ноги на ногу, переплетая пальцы, и слегка хмурится.

- ...мне стоит подождать действительно перспективных рекрутов. Я понимаю.

- Император Лейкен?

[Ведьма] молча протягивает мне чашку чая, который она заваривает и носит в флягах в седельных сумках. Я с благодарностью принимаю её - она заваривает очень крепкий чай, в котором кофеина больше, чем в кофе. К тому же у него очень освежающий мятный вкус.

Её тон осторожен. Я хмурюсь, но не потому, что не согласен с ней. Назначать...? Ах, точно. Это хорошая идея. Но... увы. Я вздыхаю.

- Понимаю.

- Я готова предложить другим группам земли или какие-нибудь титулы, но я предпочту людей верных, а не тех, кто пришел ради личной выгоды, Вискерья.

- О? Почему же?

- К Вам только что прибыл гонец из Троттвиска, Ваше Величество. Полагаю, другие близлежащие деревни и города уже слышали об этом и о Вашей армии, и вскоре пришлют своих посланников. Я ожидаю, что как минимум одна деревня присягнет Вам на верность, и среди них наверняка будет несколько опытных воинов. И это не считая подарков, которые Вы получите.

- Ты так думаешь? Но мы уже получили дань...

- Символы уважения. Дань для [Императора], я полагаю, была бы куда более существенной. Вот почему так важно распространять сведения о Вашем имени и классе.

- Ты всё это спланировала заранее, Вискерья? Поэтому слухи обо мне продолжают распространяться?

День 76

Существует предел того, какое "пространство" может охватывать каждый маркер. Нам нужно больше, чтобы расширить наш обзор за пределы нескольких городов и деревень вокруг моей империи. Победа в битве зависит от того, знаешь ли ты, откуда идет враг, и имеешь ли ты максимально возможный запас времени. Если сюда двинется большая армия... мы должны иметь возможность расставлять ловушки, устраивать засады. У нас еще нет солдат -

День 77

- Ваше Величество, я так рад вас видеть! Могу я предложить вам присесть? Ой, здесь стамеска... это не дело - позвольте мне просто смахнуть здесь древесную стружку. Пожалуйста, пожалуйста, присаживайтесь!

Теперь у него есть собственный дом, уважение и два ученика. Желов практически изливает всё это, сидя слишком близко ко мне, и я вспоминаю, почему не навещаю его постоянно. Слюна полезна для кожи. Я всё время говорю это Дюрен.

Я улыбаюсь. Искусство. Каждый тотем, который создает Желов, едва заметно отличается от других. Символ наверху, конечно, всегда один и тот же - это глаз иллюминатов, известный как Око Провидения. Но Желов позволяет себе вольности, вырезая остальную часть восьмифутовых тотемов: иногда он изображает битвы, иногда вырезает имена или другие странные символы на дереве. Я не против, а он, очевидно, считает, что однотипные тотемы были бы преступлением.

- А.

- О чем речь, Желов?

Он спешит по своей мастерской и возвращается с несколькими предметами, каждый из которых примерно с мою ладонь. Я изучаю их внутренним взором. Это... что ж, это уменьшенные копии маркеров, вырезанные точно так же, отполированные, с закругленными краями.

- Тотемы, сир. Как вы и сказали. Просто безделушки, честное слово. Это такая мелочь, которую я делаю для других местных жителей.

Он звучит удивленно.

Мне приходится покачать головой. Я знаю, что маркеры необходимы и что люди гордятся этой империей и мной, но это? Я беру один из маленьких тотемов, что вырезал Желов, и хмурюсь, прослеживая пальцами узоры на дереве.

Это была робкая просьба, но жители деревни охотно отдавали мне то немногое, что у них было. Я, в свою очередь, торговал с различными городами, чтобы добыть для них больше еды и припасов. То, что оставалось, Прост настаивал оставить мне, так как я правил всеми. Желов пятится боком, и голос его звучит... подозрительно.

- Бартер. Конечно. Но если людям нужны деньги...

Голос Желова звучит на удивление твердо. Я колеблюсь, а затем сдаюсь и откладываю наполовину законченный тотем.

- О, вы так говорите, сир, но разве вы не спасли малышку Эвви, когда на неё обвалилась та старая стена? Вы кричали людям выкапывать её ещё до того, как мы заметили её пропажу!

- Один или два раза - это лучше, чем ни одного, Ваше Величество. И немного надежды - это как раз то, что любят люди. Не говоря уже о том, что мои резные фигурки отлично смотрятся на каминной полке или у кровати.

- Почему?

- Неважно. Почему бы им не ставить их у окон? Это вполне подходящее место. Подальше от спален. Или, может, над камином?

Желов лукаво подмигивает мне, и я мрачно смиряюсь. По крайней мере, в этом нет реального вреда, и если людям это нравится... Я оборачиваюсь, когда Желов поднимает крошечный резной глаз иллюминатов на круглом деревянном шаре с плоским основанием.

- Замечательно.

- Я подумаю об этом, Джелов. Только не позволяй своему хобби отвлекать тебя от работы.

Все проходит хорошо. Риверфарм, или, скорее, Незримая Империя, возможно, и не производит сейчас никаких сельскохозяйственных товаров, торговых товаров или каких-либо товаров вообще, но в данный момент мы - самая могущественная сила в округе. И поскольку я вижу всё на своей территории, я могу обещать безопасность, и это не будет ложью. Смешно, как много люди готовы предложить за это.

Слухи о нападениях гоблинов распространяются быстро. Прибыли еще две делегации, и еще одна деревня, Батт, попросила моей защиты. Я не мог её предоставить. Они были слишком далеко. Поэтому деревни решили перебраться сюда.

День 79

Я смотрю на городского бегуна перед собой. Мой взгляд перемещается на Проста. Тот качает головой с гримасой на лице. Я снова смотрю на Тазиуса.

- Это не обязательно, Ваше Величество, но специализированная и уникальная печать для наших, э-э, более состоятельных клиентов ускоряет доставку. Могу ли я попросить вас положить руку на этот камень истины и назвать своё имя?

Наступает короткая пауза. Тхазиус кашляет. Я выжидаю мгновение. Так вот чего они хотят, значит?

- Благодарю вас, ваше... Ваше Величество.

Мои советники. Это Бениар, Вискерья, Дюрен, Прост и Гамель. По правде говоря, Бениар скорее мой предводитель кавалерии, но он крепкий искатель приключений и иногда дает хорошие советы. Дюрен здесь, потому что я её люблю. Прост и Вискерья оба умны и управляют моей империей. А Гамель здесь, потому что я хочу, чтобы он здесь был.

- Могу ли я узнать, кто отправил каждый из подарков?

- Каждый клиент специально просил упомянуть своё имя при вручении подарка, Ваше Величество. Просьб об ответном сообщении не поступало, но я бесплатно доставлю любые устные или материальные ответы в рамках оказания услуги.

Городской бегун кивает и прочищает горло.

Он разворачивает ткань свертка, и под ней оказываются... бутылочки. Я хмурюсь, пытаясь почувствовать жидкость внутри.

Прост делает шаг вперед, и городской бегун протягивает ему бутылочки. После короткой заминки голос Проста срывается.

Тазиус деликатно кашлянул.

- Они нам определенно пригодятся.

- Дорогой подарок. Пожалуйста, передайте мою благодарность Гильдии торговцев и заверьте их, что я надеюсь на дальнейшее процветание отношений между моим народом и их народом. Что еще вы привезли?

- Мыло?

Хмм. На этот раз я просто киваю в сторону Тхазиуса.

Я не упоминаю имени [Торговца] и не продолжаю. И Тхазиус это замечает. А я замечаю, что он заметил. Теперь, кажется, я уловила мотив этой игры, поэтому продолжаю.

Любопытно. Я узнаю два подарка от тех же отправителей, что и письма, полученные мною более недели назад. Помню, как я долго раздумывала, что делать с каждым письмом, но в итоге поступила именно так, как мне советовали.

Это казалось правильным решением. Возбудить интерес, заставить их гадать, в чём моя игра, и заниматься важными делами, пока они плетут свои интриги. И вот, после недели ожидания, следующим шагом этих влиятельных фигур стало предложение подарков. И хотя некоторые из них были бесполезны, как то мыло, и получили в ответ мою скупую благодарность, другие были интригующими.

Тхазиусу приходится с трудом достать следующую посылку, и на то есть причина. Я моргаю, когда он вынимает длинный-длинный сверток, маленькие упакованные пакетики с порошком, крошечные флаконы и, что самое странное -

Да, несколько больших кувшинов козьего молока. Я смотрю на странный набор предметов, лежащих на столе передо мной, и Тхазиус объясняет:

- Слепа?

Я чувствую, как Тазиус закрывает глаза, и он говорит медленно и осторожно.

Закончив, молодой человек тяжело дышит. Я смотрю на подарок, который прислала мне леди Ри. Горы... чего?.. детской присыпки? И молока? Я не могу сдержаться.

"Пожалуйста, передайте леди Ри, что я бесконечно благодарен за ее продуманный и проницательный подарок. Я буду рад нашей встрече и надеюсь, что смогу со временем отплатить ей за ее щедрость. Я с глубочайшим почтением остаюсь ее должником как Император Лейкен Невидимой Империи".

День 80

И всё же, требушет... Я вижу, как светятся глаза Тессии, когда она запускает крошечный прототип, и камень пролетает через всю деревню. Хорошая идея. Мне только нужно убедиться, что дети не начнут делать модели требушетов самостоятельно. Камень приложил мистера Хелма по голове и чуть не проломил ему череп.

Напали на другой город. Этот город отбил атаку гоблинов, но дорогой ценой. Все набеги совершаются из района горы далеко на востоке, и ходят слухи, что там живет какой-то Великий Вождь гоблинов. Это либо к лучшему, либо к худшему, полагаю. Великий Вождь звучит пугающе, но если они находятся дальше, значит, разведывательные отряды не станут заходить так далеко. Чтобы они напали, у нас должно быть что-то, что им очень нужно, а главное преимущество Невидимой Империи в том, что мы бедны.

День 82

Это был особняк. Уютно примостившееся рядом с небольшим городком поместье леди Ри и семьи Валерунд в теории было защищено от бандитов. Магические обереги на стенах и личная гвардия леди более чем справлялись с любыми монстрами или набегами бандитов.

Никто не спасся.

Внутри особняка леди Ри Валерунд и те немногие, кто остался из её гвардии, сидели и пересчитывали оружие. Луков было мало, хотя стрел для каждого хватало с избытком. Её слуги и защитники сжимали оружие, но это была всего лишь хорошая сталь, не зачарованная. Семья Валерунд не была наследницей наследия Райнхартов, и за долгие годы их родословная сократилась до одного-единственного члена.

- Ты отправил заклинание [Сообщение] в Инврисил, леди Райнхарт?

- Отправил, но они сказали, что помощь прибудет только через несколько часов!

Лицо леди Ри оставалось спокойным. Лишь одна дрожащая нога выдавала её, но она скрывала это движение подолом своего платья. Её капитан гвардии, человек, известный как Герам Рыжий Кулак, посмотрел на свою госпожу, а затем отвёл взгляд. Молодой [Маг] сглотнул.

Ри задумчиво прикусила губу. По коридорам эхом пронесся громкий грохот, и ее лицо побледнело, но она продолжила, словно ничего не слышала.

Крупный мужчина склонил голову. При нем не было оружия, но на каждой руке были надеты по две латные рукавицы, и он забил до смерти ворвавшегося хобгоблина голыми кулаками.

Леди Ри закусила губу.

Несор, молодой [Маг], сглотнул.

Герам покачал головой.

- Они ведь не смогут войти, верно?

- До того, как хоббы вышибут двери? Нет.

- Что ж. Похоже, нас всех ждет свидание с судьбой. Мой верный персонал, Герам, Несор, мне было искренне приятно работать с вами.

- При всех моих интригах и планах я не ожидала, что всё закончится вот так. Не... не так неэлегантно.

Герам сжал кулак, когда грохот ударов в дверь усилился. Снаружи визжали гоблины, и [шаман] проревел слово, от которого столовое серебро на столах на мгновение вспыхнуло. Ри вздрогнула. Герам посмотрел на Несора, и [маг], поколебавшись, поспешил к импровизированным баррикадам. Капитан стражи подошел ближе к Ри и понизил голос. Он снял с пояса какой-то предмет и протянул ей.

- Не буду лгать, леди Ри, выхода для нас нет. Я мог бы попробовать открыть окно и рвануть прочь, но гоблины поймали бы нас, не успев пройти и полуярда. Что касается обороны этого места - у нас недостаточно людей.

- Полагаю, мне следовало нанять ту группу серебряного ранга, как вы всегда мне советовали, не так ли, Герам?

- Три группы серебряного ранга ничего бы не изменили, миледи. Но вот.

- Мне? Я уверена, что буду сражаться изо всех сил, Герам, но я не воин. Если есть кто-то, кто сможет использовать его лучше...

Лысая голова Герама вспотела. Он посмотрел в глаза Ри.

Лицо леди Ри побледнело еще сильнее. Герам поспешно поднял руку на случай, если она упадет в обморок, но она сдержалась.

- Но леди Ри...

- У каждого из нас есть план на конец, Герам. В данном случае этот яд убьет меня быстрее любого кинжала. И более того, он отравит мое тело. Если мне суждено умереть, я позабочусь о том, чтобы любые... бесчинства... были оплачены тем же.

- Для меня было честью служить вам, моя леди. Я был никем, пока не встретил вас.

- Чепуха. Вы всегда были достойны. А теперь... время пришло.

- Дамы и господа, это оно. Конец. Боюсь, мы погибнем здесь. Возможно, ужасно. И такова наша судьба.

- Вы ожидали чего-то другого? Нет. Я - нет. Сколько бы мы ни умоляли, сколько бы ни просили, здесь нет милосердия. Это Изрил. Здесь мы сражаемся, живем и умираем без передышки, все мы. Жизнь - это битва. Мы используем слова словно ножи, сражаемся с помощью политики и мечей. Никто из нас никогда не будет в безопасности, и утверждать обратное - значит тешить себя иллюзиями.

- Но помните вот что. Мы будем отомщены. Потому что это тоже Изрил. Мы платим смертью за смерть. Гоблины могут победить сегодня, но праздновать им будет недолго. Мы будем отомщены. Помните об этом и распорядитесь своими жизнями с умом...

Голос Несора, отчаянный и пронзительный. Ри закрыла глаза. Бедное дитя, он окончательно сорвался. Она открыла рот, пытаясь перекрыть его голос.

- Миледи Ри!

Герам гаркнул на молодого [Мага]. Он зашагал к Несору и замер, когда [Маг] указал в окно. Он всмотрелся. Ри обернулась, чувствуя, что что-то происходит.

Никто ей не ответил. Ри подошла к одному из окон. Первым делом она увидела колышущееся море зеленых тел, но затем ее взгляд сфокусировался на чем-то вдали. Глаза ее расширились.

Раздался еще один звук. Ри повернула голову влево и увидела, как Несор падает навзничь. Его глаза замерцали, и она заметила характерные признаки входящего заклинания [Сообщения]. Он ахнул, и она поспешила к нему.

- Это... [Сообщение]. Вам. Леди Ри. Там сказано... сказано...

- Ну? Выкладывай!

- Леди Ри. Я благодарю вас за ваш дар. Хотя он скромен, я стремлюсь отплатить тем же. В этот мрачный час я предлагаю вам дар мечей.

- Император Лейкен.

Это сила, способная поглотить Риверфарм целиком. Гораздо больше, чем та, с которой мы сталкивались в прошлый раз, или любая другая с тех пор. Обычно я бы не осмелилась рискнуть своей армией в бою с ними. Но здесь не только моя армия.

"[Лучники], целься! Держать, держать, я сказала! Ждите, пока они не подойдут ближе. Кавалерия, по моему сигналу! Пехота, приготовиться!"

"Огонь!"

Я нахожусь в тылу. Я поднимаю руку, слыша рядом с собой рокочущее рычание. Мохомедведь ревет, когда гоблины захлестывают нас волной.

Вискерья кричит:

Еще один залп. Теперь кавалерия Бениара обходит гоблинов, выискивая их фланги. Я вижу танцующего гоблина-[Шамана], который выпускает огромные струи пламени в наездников, сжигая их. Из нашего строя несколько фигур в робах с палочками в руках посылают заклинания в сторону [Шамана].

"Вперёд!"

- Лейкен! Сейчас!

Мои слова обрушиваются на гоблинов, когда Бениар влетает в самую их гущу. Некоторые падают на колени. Другие лишь колеблются. Солдаты выкашивают зазевавшихся гоблинов и рвутся вперёд. Я остаюсь на месте.

[Шаман] смеется, одной рукой блокируя заклинания и выпуская сгустки кислоты, которые расплавляют сражающихся вокруг меня солдат. Вискерья испепеляет хобгоблинов молниями, а стрелы лучников сворачивают в сторону, не успевая достичь [Шамана]. Я указываю на смеющегося гоблина и шепчу ему прямо в уши:

Он подчиняется. Его голова поворачивается в мою сторону, внимание рассеивается. Я вижу, как он хмурится, а затем поворачивает голову, и его глаза расширяются. Слишком поздно. Бениар несется к нему и спрыгивает с коня. Мой [Катафракт], мой [Капитан], пронзает [Шамана] мечом и падает на землю, рубя гоблина. Я стою, пока продолжается эта кровавая баня. Я - Лейкен, и это моя война.

Я слышу их всех. И я не прошу их о большем. Не сегодня. Битва выиграна. Гоблины, которых было меньше, сражаются до последнего. Хобгоблины наносят моим силам страшный урон, но они тоже умирают. Я смотрю, как они падают.

Она молчит, подходя ко мне. Я стою, пока мохомед фыркает и слизывает кровь из открытой раны на боку. Дюрен сидит рядом со мной, вся в крови, раненая, но живая. Я иду к леди Ри, гадая, что мне сказать.

Другие солдаты стоят на коленях. Разношёрстная группа: воины и отставные бойцы, отцы и матери, ветераны из разных мест. Люди, которые знают эту землю и восстали, едва представился шанс её защитить. В том, что я сделал, не было ничего особенного. Я предложил союз, дал им возможность сражаться как один. Любой мог бы так поступить.

- Лейкен! Император Лейкен!

- Император Зверей!

Я - Лейкен, и всё началось.

[Император, уровень 19!]

[Получен навык - Империя: Всадники Тёмного Неба!]

4.36 О

Из всех трактиров в Лискоре можно было смело сказать, что "Бесхвостый вор", которым управлял Песлас, был бесспорно лучшим. Ни в одном другом трактире не было еды такого качества, приготовленной [Поваром] с навыком [Продвинутая кулинария] и другими умениями, или столь высокоуровневого [Трактирщика], или столь выгодного расположения, каким пользовался заведение Пегласа. Так что Олесм согласился бы, что это лучший трактир. В пределах Лискора, разумеется.

В трактире Пегласа обслуживали Дрейков всех цветов, и само заведение было выдержано в тематике Дрейков. Это означало, что здесь подавали почти исключительно спиртное, изготовленное Дрейками, хотя следовало признать, что у Пегласа был очень хороший запас вин со всего мира.

Лично Олесм не особо жаловал алкоголь, который прославил Изрил. Например, фирменный "Дыхание пламени" Дрейков имел такую же репутацию, как и вид Дрейков, который его производил. Он был дерзким, его было трудно переносить в больших дозах, и обычно он становился прелюдией к драке, если выпить слишком много.

- Еще по кругу, Песлас! И наполни бокал молодого Свифттейла. Не будь жадным! Все, кто пьет сегодня, делают это за мой счет. Лорд Стен из Салазсара относится к своим братьям вдали от дома с должным уважением! И пусть никто не смеет сказать обратное!

- Вот, пожалуйста, сэр. И для вас, Олесм.

- Ваше здоровье, сэр.

Олесм пил медленнее, глотая спиртное и проклиная Пфишеса за то, что тот наполнил кружку до самого края. В итоге он осилил лишь половину, и тогда Илврис с размаху хлопнул его по спине, сердечно смеясь.

- Вы слишком добры.

Он ненавидел находиться здесь, ненавидел необходимость пить с Лордом Стен - боже, ведь только что был завтрак! Но - и в этом заключалась загвоздка - быть приглашенным на такое собрание было настоящей честью. Олесму даже не позволили бы приблизиться к этому столу, если бы Илврис лично не попросил, чтобы тот сидел с ним. Да, это была честь. Потому что Илврису нравился Олесм.

Илврис взял Олесма под свое крыло, и из-за этого Олесму часто приходилось ходить пить с Лордом Стен и его личной свитею или выслушивать долгие разговоры о политике или о тех добрых временах, когда проклятые Муравьи еще не пришли, Дрейки были Дрейками, а Люди были почти готовы рассыпаться в прах, потому что были трусливыми мешками с плотью.

Ему всё объяснили очень доходчиво. Частью его работы - вернее, его настоящей работы - было поддерживать хорошее настроение Лорда Стен, пока тот находился в Лискоре. Из-за присутствия армий Лорда Гоблинов было невозможно гарантировать его безопасное возвращение в родной город. Более того, Хок, единственный Курьер в Лискоре, отказался даже пытаться совершить эту поездку.

Но таковы были Курьеры. Одни были осторожны, другие - храбры до самоубийства. Хок был прагматиком. Он лично видел, как и Лорд Стен, и генерал Шивертейл потерпели поражение от руки Лорда Гоблинов, а затем наблюдал уничтожение двух армий Дрейков. Правда, генерал Шивертейл и Лорд Стен Илврис не были готовы, и обе их армии были измотаны, раздирая друг друга в клочья, но Курьер не хотел рисковать своими ушами.

Дрейки вокруг стола разразились хохотом, когда Илврис сказал что-то, что, возможно, было смешным, а Олесм попытался сделать вид, что слушает. Внутри он корчился от муки.

Но сейчас он не мог этого сделать, как бы ни хотел. Олесм знал, что заставить Илвриса перенести их ежедневные попойки туда будет невозможно, потому что Эрин не закупала Виски Огненного Дыхания, она не была дрейком, а теперь в ее трактире еще и жили хобгоблины. Олесм очень хотел бы знать, что помешало Эрин, но итогом было бы то, что он скорее добьется от Илвриса согласия отрубить себе хвост, чем заставит дрейка пить под одной крышей с живым гоблином.

Новые осложнения. Раньше действительно было лучше, когда трактир Эрин был маленьким и Олесм мог просто зайти и поболтать с ней, чтобы никто не перебивал. Но те дни прошли, и гоблины портили всё и всем.

На самом деле, они создали бы проблемы, даже если бы гоблинов и в помине не было. Они всегда создавали проблемы каждый раз, когда возвращались. А командиры в армии Лискора заставляли Зевару выглядеть расслабленной. Она была расслабленной по сравнению с тем, как вели дела они.

Казалось, все были заворожены Илврисом. Чувства [Тактика] подсказывали Олесму, что сейчас идеальный момент. Он осторожно опустил кружку и вылил остатки напитка на доски пола под столом. Никто не заметил; распитие началось еще рано утром, и в комнате и так уже был беспорядок.

С другой стороны, это было их правом. Они были высокоуровневыми [Воинами], опытными солдатами и ветеранами многочисленных сражений. Дрейки, которые всегда окружали Илвриса, могли бы командовать армиями наравне с Лордом Стен. Рядом с ними Олесм чувствовал себя маленьким.

Но вундеркинд? Возможно, это и было справедливо, но сам Олесм вовсе не чувствовал себя умным. Пусть он был 27-го уровня, но Эрин достигла 30-го за то же время. С первого уровня. С полного нуля. Помнив об этом, было нетрудно оставаться скромным. Покорным.

- Что такое? Так быстро всё выпил? Молодец, парень! Еще по одной для молодого Свифттейла!

Олесм подумал, что если ему придется выпить еще один глоток, его действительно может вырвать. Он махнул рукой, и Илврис снова рассмеялся.

Он широким жестом указал на двух [Стратегов] из своей свиты. Олесм уже был знаком с этими Дрейками - мужчиной и женщиной, они были супругами - и он кивнул им, заметив их одобрительные улыбки. Они тоже относились к нему как к сыну.

- Разве? Разве? Возможно. Но если так, то лишь потому, что я умею распознавать талант. [Стратег] может быть необходим каждой армии, но они далеко не так распространены! С таким классом ты мог бы вступить в любую армию. Я знаю, что ты гражданин Лискора, но было бы жаль тратить твои способности в наемничьей армии, даже такой прославленной, как в Лискоре. Когда настанет день, и ты достигнешь этого уровня, я надеюсь, ты рассмотришь возможность переехать в Салазсар. Городам Стен нужны такие свежие умы, как твой.

- Я... э-э, не уверен, что я так близок к этому. Неужели переход от [Тактика] к [Стратегу] так прост? Я думал, что это класс, начиная с 40-го уровня, как минимум.

- 40-й уровень? Ха! В какую шутку ты поверил? [Стратеги] - это 30-й уровень. Или... я слышал, что может быть и ниже, если совместить военный чин с классом [Тактика]. [Тактик] 20-го уровня и [Сержант] 10-го или что-то в этом роде, понимаешь? Но это короткий путь. Разбавленное достижение. А молодой Олесм - чист.

- Ха, точно! Чистый молодой Дрейк. Нам стоит быть осторожнее, чтобы не осквернить его юность до того, как он познает вкус мира. Молодому Олесму нужно вкусить больше жизненных удовольствий, прежде чем он займется политикой, Лорд Стен. Больше выпивки, больше времени в бою... и в постели, смею парировать!

Пора было идти. Олесм знал, что не стоит слишком часто использовать этот аргумент, но сегодня у него была работа, так что это был законный повод. Он отодвинул стул, извиняюще поклонившись Илврису.

- А. Я и забыл.

- Разве ты не можешь отложить то, что нужно сделать?

- Боюсь, что нет, сэр. Я... было бы неправильно с моей стороны оставить свой пост, как бы ни был я польщен быть здесь. Я должен исполнить свой долг.

- Долг? Ах, если долг зовет, нужно повиноваться, не так ли? Но будь осторожен, молодой Олесм. Долг - суровая госпожа, и она многого требует. Смерть идет рядом с тобой, и иногда ее невозможно избежать. Даже если бы ты знал - даже если бы...

Лорд Стен Илврис в последнее время стал сентиментальным. С тех пор как произошла битва с Регрикой Черной Лапой и другим предателем Золотого ранга, Именетом. Он стал склонен срываться на других, чрезмерно пить и впадать в приступы меланхолии - иными словами, мало отличаясь от своего обычного "я". Но грусть была чем-то новым.

- Да, за долг! Юному Олесму пора идти, но неужели у вас не осталось историй, Лорд Стен? Я был бы признателен услышать еще - не часто легенды заглядывают в мой трактир!

- Что ж, полагаю, если нужно - иди, Олесм. Я останусь здесь. Что касается историй, если этого ты хочешь, Песлас, у меня есть одна о моей лучшей подчиненной. Перисс. Она была... воином и лидером безупречной репутации. Помню день, когда я впервые встретил её. Она завалила Виверну. В одиночку! Я был в своем шатре, когда услышал о патруле, попавшем в засаду монстров, выбежал наружу и увидел её там...

Некоторые были задокументированы, другие представляли собой вариации известных угроз. Разбираться с ними было работой искателей приключений, и единственный вклад Олесма в ситуацию с подземельем заключался в консультациях с Зеварой по поводу сдерживания любых угроз, вырвавшихся либо через официальный вход в подземелье, либо через разлом в снегах. Планы по созданию более постоянных укреплений вокруг обоих мест уже разрабатывались.

Первая группа, столкнувшаяся с ними (и выжившая), Вулиэль Дрэ, принесла несколько голов. Олесм осмотрел их, и они действительно были похожи на головы Гноллов. Однако эти головы были гораздо крупнее, с остерыми клыками и, судя по всему, принадлежали телам, которые были куда больше, чем полагалось любому Гноллу.

Он решил пойти к Кршие, так как знал её лучше всех, а она была одним из лидеров Гноллов в городе. Олесм потер лоб и свернул с улицы, здороваясь с знакомыми Дрейками и Гноллами, которые махали ему в ответ. Гноллы принюхались и заметили, что он пьян так рано; Олесм что-то проворчал про Илвриса, и они лишь рассмеялись.

Они знали его, конечно; Гноллы очень чутко реагировали на фигуры власти, а Олесм сделал своим принципом консультироваться с теми гноллами, которые представляли неофициальную власть в Лискоре. Было жаль, что никто из них не имел места в Совете; несколько гноллов могли бы удачно уравновесить идиотов, которые думают хвостом.

В квартире долгое время стояла тишина. Достаточно долго, чтобы Олесм уже решил уходить, когда услышал, как кто-то шаркает в сторону двери. Он подождал, и Кршия медленно открыла дверь. Она моргнула, глядя на него, а он посмотрел на неё снизу вверх.

Выглядела она неважно. Гнолла была едва одета, глаза её были затуманены, а шерсть всклокочена. Короче говоря, она выглядела ужасно. Олесм прокашлялся, заглядывая в квартиру. Там тоже был беспорядок.

Только сейчас он осознал, что, возможно, вторгается в её скорбь. Но Кршия моргнула, глядя на Олесма, и, казалось, немного пришла в себя. Она встряхнулась и кивнула.

Она пригласила его войти. Сначала Олесм колебался, но Кршия, похоже, была рада компании. Она засуетилась, расчищая место на диване - похоже, она спала прямо там - и поставила варить какой-то пряный чай гноллов. Когда она села напротив него и предложила ему ломтики сырого мяса, она выглядела гораздо более бодрой, чем раньше, и к тому же заинтересованной.

- Это... официально, но не связано с каким-либо решением города.

- Полагаю, вы слышали отчеты из подземелья, мисс Кршия? Часть моей работы заключается в определении монстров, которые могут представлять угрозу для города, особенно если они неизвестны. И группа, недавно вернувшаяся из подземелья, принесла несколько, э-э, голов странного существа, которое, по их словам, сражалось в паре с гоблинами. Они, э-эм...

- А. Я понимаю, о чем речь. Вы хотите спросить об этих существах, которые так похожи на мой народ.

- Так и есть. И угроза, и родство. Это неприятная тема для моего народа, Олесм. Многие из молодых не знают об этих... вещах. Но я видела одну из голов, и да, я знаю, что они такое.

Олесм тактично замолчал, и Кршия пожала плечами.

- Пожалуйста, я буду крайне признателен.

- Хрр. Да. С чего же начать? Думаю, сначала нам стоит углубиться в историю, Олесм. Видите ли, происхождение этих существ, похожих на нас, уходит корнями в те времена, когда континент впервые был заселен нашими народами. Дрейками и Гноллами.

- Так давно? Но это же древняя история. Тысячи лет назад!

- Да. Тебя удивляет, что я знаю предания тех времен? Это правда, что мало книг доживает до такого срока, заговоренных или нет, но в наших племенах история передается иначе, чем у Дрейков. Она устная, передается от Гнолла к Гноллу. И мы помним вещи так, как не помните вы. Например, давным-давно говорили, что Изрил был известен не как дом Дрейков и Гноллов, а как дом Драконов.

- Пробормотал Олесм с уважением и легкой тоской. Он никогда раньше не видел Дракона, только слышал слухи. Об одном, например, в Терандрии, который охотился на скот. Но Предки, настоящие Предки Дрейков, должны были быть мудрыми и хитрыми, полными магии и чудес. И жадными, конечно. Именно от них Дрейки это унаследовали. Кршия кивнула. Она принюхалась и пожевала кусочек сырого мяса в миске. Очевидно, никакой тоски по прошлому она не испытывала.

Олесм неловко заерзал. Кршия мягко улыбнулась.

- Изменились? Как?

- Под землей было темно, Олесм. Темно, так говорят в историях, а нам, Гноллам, не положено копать так глубоко. Мы провели годы, десятилетия в укрытии. Думаю, даже дольше, но в сказаниях это неточно. В любом случае, мы провели там столько времени, что некоторые из нас сошли с ума от этой глубины. Сошли с ума и одичали. Их тела изменились, когда они забыли законы цивилизации - а мы, Гноллы, цивилизованны, несмотря на то, что вы называете нас племенными существами.

- Хм. Нет? Что ж, другие говорят об этом, и в этом есть доля правды. Но те Гноллы утратили даже остатки цивилизации. Они стали зверями, больше похожими на монстров, чем на людей, верно? Именно тогда род Гноллов разделился. Во тьме одна группа осталась Гноллами, а другие стали - не ими.

- Как это возможно? Ты говоришь, что Гноллы как вид изменились? Как?

- Это случилось лишь с некоторыми. Что касается того, как, возможно, это была магия, а возможно, просто разница в том, что они ели. Или чем занимались.

- Остальные, не-Гноллы. Они жаждали света, верно? Эта жажда может быть ужасной вещью. Они лишились рассудка в темноте. Стали такими же дикими, как твари, что рыскали вокруг них. Ели и убивали, и обретали благодаря этому силу. Они отказались от своих уровней, Олесм.

- Невозможно. Целый народ? Вы имеете в виду...

- Думаю, это был обмен. Проклятие, принятое добровольно, или - или что-то иное. Эти не-Гноллы отвернулись от того, что делало их Гноллами, чтобы стать сильнее. Они обрели могучие формы, опасные способности... но за определённую цену. Они лишились способности повышать уровень в обмен на тела, подобные стали, и силу, превосходящую силу других Гноллов. Но они потеряли рассудок, стали воинственными, жаждущими лишь крови и плоти. Опять же, ценой. Говорили, что эти Гноллы претерпевали странные изменения при лунном свете. Только во время полнолуния к ним возвращалась хоть какая-то доля здравомыслия.

- Я так понимаю, другим Гноллам, которые не изменились, не очень понравились эти новые Гноллы?

- Они начали на нас охотиться. Как будто мы не были их семьёй. И потому мы начали сражаться в ответ. В темноте Гнолл сражался с не-Гноллом, и разница между нами стала огромной. Со временем другие перестали быть Гноллами вовсе, они стали иными. Мы назвали их Раскгар, и они - наши враги.

[Лавочница] покачала головой.

"Но подождите, вы сказали, что это было тысячи лет назад. Эти Рaskghar - эти пещерные Гноллы находятся только в Лискоре, в подземелье, которое мы только что обнаружили. Разве это не меняет..."

"Мы объявили им войну, Олесм. Как народ. Племена Гноллов могут воевать и заключать мир по своему усмотрению, конечно, но когда мы начинаем войну, то делаем это как вид. Мы не складываем оружия, пока не согласятся все племена. Так что, если эти существа и вправду живут под Лискором, значит, мы всё ещё с ними воюем. Время не имеет значения для нашей вражды".

Олесм заставил себя замолчать. Он столкнулся здесь с иной культурой, с иным видом. Кршия посмотрела на Олесма и немного смягчилась.

Олесм кивнул. Война. Конечно, он знал этот фрагмент истории. Люди, в основном люди, любили называть войны с Антиниумом великими войнами столетия, но для Дрейков и Гноллов существовала только одна великая война. Это была та самая война. Война между их видами.

Кршия моргнула. Она казалась удивленной, что было для неё необычно.

Олесм смущенно пожал плечами.

Он замолчал. Кршия смотрела на него, моргая, и он видел, что она хочет что-то сказать. Она сделала глубокий глоток из своей чашки, а затем наполнила её снова. И его чашку тоже. Кршия улыбнулась Олесму.

Она слегка склонила голову, и Олесм почувствовал, как его чешуя меняет цвет.

Кршия вздохнула, неохотно соглашаясь.

Олесм серьезно кивнул.

- Потери, от которых мы до сих пор не оправились. Вот почему мы как народ просили мира у Людей. Почему мы не маршируем на север каждый год вместе с вашим видом. О, некоторые рожденные в городах сражаются в ваших армиях, но Гноллы не будут умирать. Наши племена растут, и мы восполняем численность, но наш народ составляет лишь малую часть того, кем он был когда-то.

Дрейк что-то искал в своем блокноте. Он замер, когда его осенила мысль, и подозрительно посмотрел на Кршию.

Глаза Кршии заблестели. Гнолл отвела взгляд и задумчиво отхлебнула чай. Она заговорила ехидно, ее уши дергались взад-вперед, пока она подсматривала за лицом Олесма.

- Понятно.

- Спасибо за историю. Похоже, эти Раскгар представляют угрозу как для вашего народа, так и в целом. Не думаю, что Совет или Гильдия искателей приключений будут с этим спорить. Могу я спросить, что вам известно об их боевых способностях? Если они не получают уровни, это одно облегчение, но насколько они сильны в целом?

- Хрр. Это было слишком давно, чтобы передавались конкретные детали, но я полагаю, что один такой Раскгар мог бы составить конкуренцию искателю приключений Серебряного ранга. Говорили, что они сильны, нечувствительны к боли, а их шкуры не пробивает железо. Но это легенды. Думаю, правда в том, что они просто сильнее. Первобытные, примитивные гноллы, которые не могут получать уровни, но обладают большей силой, чем наш род.

Кршия покачала головой. С серьезным видом она указала пальцем своей лапы на Олесма.

Не воины, а существа, идеально адаптированные к среде с лабиринтами и ловушками. Специалисты по засадам. Олесм кивнул.

- Пожалуйста, Олесм.

- Мне было приятно ваше общество. Но вам ведь не нужно уходить прямо сейчас, верно? Садитесь. Давайте поговорим. Я слышала слухи об Эрин, хотя не видела её уже несколько дней. И у меня есть ещё закуски - давайте съедим хлебные палочки. У меня есть немного мёда... не хотелось бы, чтобы он пропал. И чай ещё остался.

- Для меня будет честью присесть, разумеется. Пожалуйста, скажите, что вы думаете по поводу этой проблемы с Лордом Гоблинов?

Прошло добрых два часа, прежде чем Олесм смог покинуть дом Кршии, но он считал, что это время было потрачено с пользой. Сначала Олесм вразвалочку дошёл до одного из общественных туалетов и избавился от половины чайника выпитого чая. Затем он пошёл по улице. В Лискоре снег полностью растаял, но на улице всё ещё было прохладно. Олесм поправил свой плащ и залез в поясную сумку.

"Стратегия размножения Гноллов. Поговорить с ген. Шивертейлом или Лордом Стен? Опасения - будущие поколения".

Нет, настоящий враг - это Антиниум. И Олесм не был уверен, являются ли врагами все они. Вздохнув, Олесм ещё несколько раз перечёркивал слова и набросал заметки о Раскгаре.

Олесм заколебался и огляделся, дёргая хвостом, пока стоял на улице. Он мог бы вернуться в трактир и подать отчёт позже, но это означало бы пьянство. С другой стороны, Олесм был почти уверен, что Селис сейчас за стойкой в Гильдии Авантюристов, и он мог бы потратить часы, подавая отчёт лично и болтая с ней. Кроме того, было кое-что, что грызло Олесма уже несколько дней. Может, он сможет решить это сегодня?

Олесм был рад, что толкучка стала меньше, чем раньше; хотя искатели приключений и прибыли сюда ради подземелья, дверь Эрин в Целум позволила снять значительную часть нагрузки с гильдии Лискора. Теперь авантюристы рассредоточились по всему региону вокруг Лискора, вместо того чтобы тесниться в одном городе и создавать проблемы исключительно здесь.

- ...и более того, я протестую против вашей характеристики моих талантов. Я предлагаю вам справедливое, нет, даже благотворительное решение неразрешенного кризиса в вашем городе, а вы даже не рассматриваете его, не говоря уже о том, чтобы передать мою просьбу вашей Главе Гильдии!

- Во-первых, это ГлаваГильдии в женском роде. Всем заправляет моя бабушка, и она не любит [Некромантов]. На самом деле, она любит их ещё меньше, чем я. Более того, я не могу разрешить поместить опасного монстра в канализацию...

Пфишес поперхнулся. Олесм заметил, что тот ловил множество недружелюбных взглядов со всех сторон, но он был сосредоточен на Селис. Он наклонился вперед, пока не оказался нос к носу с ней.

- О? Таким же, как те, что ты дал Торену перед тем, как он бросил Эрин и пошел убивать людей?

- Это был отдельный случай с автономным созданием, обладающим свободной волей, а не...

Пфишес был в ярости, но Селис спокойно отодвинула его в сторону и сладко улыбнулась Олесму. Он улыбнулся в ответ. Внезапно Олесм вспомнил, почему он никогда толком не разговаривал с Селис до того, как они оба познакомились с Эрин.

- Здравствуй, Селис. Вообще-то я пришел передать отчет о тех монстрах, похожих на гноллов, которых нашли в подземелье. Я изучил этот вопрос: они являются примитивным ответвлением вида гноллов. Своеобразный атавизм или... в общем, они явно опасны и адаптированы к темноте. Гноллы их ненавидят, и у меня есть кое-какие сведения о том, как они могут сражаться.

Несуществующие брови Селис взлетели вверх. Она взглянула в окно и скорчила гримасу.

Она указала хвостом на Пфишеса, и [Некромант] помрачнел. Он всё еще не уходил, заставляя Олесма чувствовать себя неловко.

Она снова скорчила гримасу. Олесм замялся, а затем кивнул. Это было не то, чего он хотел, но что тут скажешь?

- Круто. О, и чтобы я могла упомянуть об этом Эрин - как называются эти не-гноллы?

- Поняла. Эй, Мависс! Можешь принять смену? Спасибо!

- А. Кхм. Селис сказала мне, что вы очень заняты, так что я сам составлю этот отчет и сдам его сегодня вечером...

Пфишес попытался было погнаться за Селис, но та подставила ему хворь, и он растянулся по полу. Под общий смех он поднялся, раскрасневшись от гнева, а Олесм лишь покачал головой. Он прочистил горло и понизил голос. Была еще одна причина, по которой он пришел в Гильдию искателей приключений, - он хотел проверить одну догадку.

Улыбка исчезла с лица Мависс. Она кивнула. В Лискоре все помнили ту ночь ужасов.

Он покачал головой.

[Регистратор] задумалась, а затем кивнула.

Она подмигнула Олесму. Тот покраснел.

- О. Ну, хорошо тогда.

- Отчет о событиях вокруг крипты и нападении орды нежити? Почему вас это заинтересовало?

- Доброе утро, э-э, Пфишес.

[Маг] и [Тактик] уставились друг на друга. Ни один не знал, что сказать. Верно, они встречались и играли друг с другом в шахматы, но лишь потому, что оба знали Эрин. Они не были знакомыми в полном смысле этого слова; ни один не мог вспомнить, чтобы они когда-либо вели долгую беседу.

- Я, э-э, разбираюсь с расхождением в отчетах, поэтому я их и запросил.

- Боюсь, это конфиденциально. Городские дела. А вы о чем спрашивали Селис? Это казалось важным.

Тон Пфишеса был едким; он смотрел на Олесма свысока. Взгляд Пфишеса метнулся к лицу Дрейка, к его хвосту, а затем к блокноту, который Олесм все еще держал в руках. Дрейк поспешно убрал его. Ему не нравилось то, каким... каким проницательным всегда казался Пфишес. Вот, к примеру, [Некромант] был одним из немногих людей, которые следили за хвостами Дрейков, чтобы понять их реакцию. Олесм заставил свой хвост замереть и непринужденно произнес:

Он поморщился. Он не хотел сболтнуть это. Даже если и собирался спросить. Пфишес моргнул. Он внимательно посмотрел на Олесма, и тот просто понял, что он вспомнил о самом коротком увлечении Олесма Церией и о моменте, когда она отвергла его просьбу вступить в "Рога Хаммерада". От этого воспоминания Олесму захотелось погрызть собственный хвост.

- В последнее время мы выполняли заурядные поручения малой ценности. Достойных задач почти не осталось, как вам, уверен, известно. Перенасыщение искателями приключений... Полагаю, Спрингуокер и остальные отдыхают в трактире. Они были крайне расстроены после нашего последнего задания.

- Почему? Она... то есть, все в порядке? Я давно не заходил в трактир.

- Ничего фатального. Скорее, мы согласились на довольно отвратительное задание по зачистке зараженной вредителями пещеры. Миссия едва ли была опасной. Физически, я имею в виду.

- Да. Зараженная пещеры в нескольких милях от Лискора. Она была полна тараканов. Обычных тараканов. Около десяти тысяч штук. Нашей задачей было уничтожить их гнездо и как можно больше особей. Возникли... осложнения.

- Магия льда бесполезна против таких тараканов. Нам пришлось их сжигать. К сожалению, попались более крупные особи с противными укусами, и они на нас набросились. Ну, я говорю "на нас", имея в виду троих моих спутников. Они залезли в доспехи Ивлон и на Церию... Ксмвр был весьма полезен, поедая их. Полагаю, он и Церия считают тараканов закуской, и укусы оскорбили их больше, чем всё остальное.

- Я намеревался сегодня поработать больше, но, похоже, мое присутствие здесь нежелательно.

- Я принесла отчет! Олесм, они у меня, и... о.

- Кажется, здесь есть всё, что мне нужно. Мисс Мависс, я могу вернуть это позже?

Мависс уставилась на Пфишеса, ее хвост нервно дернулся. Он посмотрел на Олесма, затем на нее и покачал головой.

Он развернулся. Олесм посмотрел на Мависс.

- О. Вы бы не хотели остаться на...

Олесм и Пфишес остановились посреди улицы, глядя друг на друга, пока вокруг них проходили Дрейки и Гноллы. Пфишес нахмурился, глядя на Олесма. Олесм сердито посмотрел на Пфишеса.

Пфишес фыркнул.

Он отвернулся. Олесм показал ему язык в спину и услышал смешок. Он обернулся, и его чешуя стала ярко-красной, когда он увидел Драсси и нескольких знакомых самок Дрейков, которые сплетничали вместе. Они помахали ему, и Олесм помахал в ответ, прежде чем прикрыть лицо когтем.

- Похоже, в этом городе вас очень любят, господин Быстрый Хвост.

- По работе мне приходится знать много людей. А ты, э-э, похоже, здесь не пользуешься любовью.

- Моя репутация [Некроманта] идет впереди меня. К тому же, есть мои прошлые преступления.

- Да. Это. Но я думаю, что люди могли бы относиться к тебе лучше, если бы ты приложил усилия.

- Зачем мне это? Их мнение высечено в камне. Кроме того, моя изоляция - результат моих достижений и того, кто я есть. Талант одинок. Мне не нужны друзья или лесть. Успех - это награда сама по себе.

Олесм вспомнил, как Илврис хвалил его, и то чувство стыда и смешанные эмоции, которые он тогда испытал. В то время как Пфишес практически выкрикивал собственное высокомерие. Это зажгло огонь под его хвостом. Он огрызнулся на Пфишеса.

Пфишес усмехнулся.

- Да неужели? Ну - ну, а что если ты ошибаешься?

- Ладно. Если ты такой особенный, зачем ты опускаешься до приключений с другими? Или ты недостаточно талантлив, чтобы справляться самому?

- Прагматизм, разумеется. И, возможно, немного - ностальгия. В любом случае, мой статус искателя приключений - это карьерное решение. Настоящая загадка в том, почему ты не стал искателем приключений. Ты, кажется, очарован этой профессией, не говоря уже об определенном человеке. Почему бы не последовать своим интересам?

- Меня не пригласили. Я спросил, если помнишь.

Взгляд свысока. Обжигающие слова. Олесм открыл рот и поднял отчет о погибших искателях приключений.

Глаза Пфишеса опасно сузились. Он открыл рот, и Олесм сжал когти в кулаки. Прежде чем кто-то из них успел что-то сказать, оба услышали голос, зовущий Олесма по имени.

Дрейк повернул голову. Его глаза расширились.

Человек-кролик шагал по улице, двигаясь в два раза быстрее всех остальных. Как обычно, казалось, что Хок буквально вибрирует от энергии. В холодную погоду он оставил свой мускулистый живот обнаженным и, похоже, был невосприимчив к холоду. Олесму стало интересно, не ел ли он Корусачьего супа от Эрин.

- О чем речь, Хок?

- У меня для тебя сообщение, Олесм. А что еще? Для меня это довольно прибыльная доставка; простой пакет. Я взял его в Инврисиле - быстрый забег, даже с учетом того, что мне пришлось уклоняться от стада корусаков. Вот, просто подтверди мне на этом камне истины, что ты Олесм Свифттейл, и...

Хок кивнул.

Олесм моргнул.

Пфишес пристально смотрел то на письмо, то на Хоука. Курьер взглянул на него, но промолчал. Он был сосредоточен на деле: предложил Олесму различные инструменты, которые Курьеры используют для подтверждения доставки, а затем кивнул.

Он передал Олесму письмо. Оно было плотным, а бумага выглядела очень дорогой. Олесм осторожно вытащил кинжал; если бы удалось, он бы использовал бумагу повторно, и посмотрел на Хоука.

- Вероятно, от кого-то, кому нравится твой шахматный вестник. Я слышал, он пользуется успехом в городах Дрейка. Разве тебе не приходила куча посылок из Гильдии Бегунов после того, как какой-то идиот неправильно написал твоё имя или что-то в этом роде?

Олесм возился с простой восковой печатью. На ней не было оттиска, так что тот, кто хотел отправить это письмо, не пожелал сообщать всему миру, кто он такой. Он подумал о своём шахматном вестнике. Да, это определенно было возможно, но из-за всех опасностей, связанных с Лордом Гоблинов и прочим, Олесм совершенно забыл отправить свои шахматные партии и анализ за последние две недели. И вряд ли его вестники разошлись за пределы континента. Так кто же...

Знамя отряда "Забытое Крыло" смотрело на Олесма. Это был один из Четырех Великих Отрядов Балероса. Отряд "Забытое Крыло". "Железный Авангард". "Вой Мальстрима". И "Очи Балероса".

Нирс Асторагон.

Хок-курьер смотрел еще секунду, а затем свистнул.

Он заглянул в лица двух ошеломленных любителей шахмат и покачал головой.

Он зашагал прочь. Это разрушило чары, окутавшие Пфишеса и Олесма. Они посмотрели друг на друга, забыв о прежних спорах.

Пфишес заглядывал в письмо. Олесм поколебался, а затем показал его ему. Оба прочитали текст, и их лица стали еще бледнее. Олесм шел по письму строка за строкой, недоверчиво бормоча вслух.

Он залез в конверт и медленно вынул сверкающее латунное кольцо. В металл была вправлена эмблема глаза с крошечным алмазом. Пфишес уставился на него. Он посмотрел на Олесма. Олесм вскинул руки. Пфишес сделал то же самое. Оба закричали и принялись дико плясать, выкрикивая слова недоверия.

- Что эти двое идиотов творят?

- Без понятия. Хотя выглядят счастливыми. Странно видеть их вместе, не так ли?

- Птенцы везде одинаковы. Впрочем, забудь о них, Эрин. Ты рассказывала мне про гоблинов?

Эрин пошла вслед за Селис, оставив танцующих Пфишеса и Олесма позади. Она вздохнула.

- Штаны?

- Что, правда? Это отврати... как они выглядят?

- Я просто спрашиваю.

- О. Понятно, это проблема.

- Я прямо сейчас тебя с одним познакомлю. Не переживай, тетушка Селис берется за дело! Для Мрши я, разумеется, тетушка. Не называй меня тетушкой, Эрин. Я почувствую себя старой.

- Возможно...

4.37 O

4.37 О

- А-а-а! Я ослеп!

Агония продолжалась, пока кто-то грубо не схватил Олесма. Он замахнулся когтями на этого человека и почувствовал, как кто-то перехватил один из его пальцев. Олесм ощутил, как рука повернула кольцо на его указательном когте, и внезапно мир снова стал нормальным. Он проморгался, вытирая слезы, и увидел стоящего над ним Пфишеса.

- Кольцо модифицирует твое зрение. Очевидно же.

- Ого. Кольцо Зрения? Но когда я надел его, всё было таким... таким...

Пфишес выразительно посмотрел на Олесма. Дрейк почувствовал, как чешуя на щеках nóng. Он кашлянул и поднялся. Да, мир действительно был больше, чем должен был быть. Он осторожно повернул кольцо на пальце и почувствовал, как всё вернулось в нормальный фокус.

Толпа разошлась, так как это и правда было обычным делом, а Олесм не сделал ничего более интересного, например, не отрастил второй хвост. Всё ещё очень смущенный, Олесм отряхнул одежду и посмотрел на Пфишеса. Он кашлянул, и маг молча протянул ему письмо от Нирса Асторагона.

Олесм снова всмотрелся в письмо. Короткое послание всё ещё ошеломляло его, и он пристально смотрел на герб в верхней части листа. Письмо от него. Нирс Асторагон. Если и был герой среди [Стратегов], то это был он. Каждый, кто уважал планирование, организацию, умную стратегию и - и всё, что с этим связано, уважал Нирса Асторагона.

Олесм был его огромным фанатом, и, очевидно, Пфишес разделял это мнение. [Некромант] внимательно осматривал конверт, даже обнюхивая его. Олесм выхватил его из когтей мага и развернулся. Сердце бешено колотилось. В голове была только одна мысль.

Она будет в таком восторге, узнав, что произошло. Или... знает ли она, кто такой Нирс Асторагон? Она точно обрадуется, когда Олесм ей всё объяснит. Он поспешил прочь по улице. По какой-то причине Пфишес последовал за ним.

- Что? О, да. Так и есть.

До ворот было недалеко, и улицы были почти пусты. Люди всё ещё боялись выходить за пределы города из-за гоблинов - а также из-за снега - и поскольку в трактире Эрин теперь кишели те самые гоблины, никому не было дела в окрестностях. Олесм махнул рукой дежурному Гноллу, поспешно выходя за ворота. И Пфишес всё ещё следовал за ним.

- Да, такой план. Ты тоже идёшь к ней в трактир?

Олесм нахмурился, шагая по мокрому снегу, и был рад, что сегодня надел сапоги. Он не слишком-то хотел, чтобы Пфишес шел с ним в трактир. [Некромант] смотрел на него с видом, который казался неодобрительным.

Пфишес фыркнул.

Это было явно саркастично. Олесм замедлил свои лихорадочные шаги по снегу и сердито посмотрел на Пфишеса.

[Маг] скрестил руки на груди.

Олесм уставился на него. Пфишес закатил глаза.

- Именно так. И что с того?

Голос Пфишеса прорезал поток его мыслей, словно холодный железный прут.

[Тактик] поднял голову.

Должно быть, в этом и дело. Пфишес завидовал его удаче и кольцу. Олесм прикрыл его когтем. Но выражение лица Пфишеса теперь превратилось в презрительную ухмылку. Он прошагал по снегу и ткнул Олесма пальцем в грудь.

В животе у Олесма всё упало. Он почувствовал, как его охватил ужасный страх. Нет. Этого не может быть. Он попытался запротестовать.

Её первые партии. Горло Олесма перехватило, когда он вспомнил, что прикладывал копии её шахматных игр к каждому письму. Пфишес усмехнулся.

С каждой фразой Пфишес снова тыкал в Олесма. Слова глубоко ранили его, но стыд и боль скрутились в животе и превратились в гнев. Дрейк отбил обвиняющую руку и ударил хвостом по снегу.

- Разве не сама мисс Солстис предложила тебе расширить рассылку? Я слышал, она была знакома именно с той концепцией, которую ты счёл столь оригинальной.

Но теперь Пфишес перешел в наступление. Человек, стоя в снегу прямо за пределами Лискора, свирепо посмотрел на Олесма, и глаза его наполнились презрением.

- Заткнись!

- Я не намерен слушать это от тебя. Да, я взял игры Эрин и показал их людям. Да, она одна из причин, почему люди так впечатлены. Но все это сделал я. Я! И что бы ты ни говорил, факт остается фактом: ты просто завидуешь тому, что Нирс Асторагон знает мое имя. В то время как ты - маг, которого все ненавидят, ты едва ли лучше гробокопателя!

- Бьюсь об заклад, ты жалеешь, что не сделал того же, что и я. Так вот, ты не сделал. И теперь, когда кто-то знаменитый знает меня, меня, уж поверь, я воспользуюсь этим и начну выпускать как можно больше новостей! Вот что я сделал! А чего достиг ты? Ты - ты, бесхребетный [Некромант]! Что ты сделал, кроме того, что обкрадывал людей и создавал проблемы? Церия и Рога Хаммерада - лучшее, что когда-либо случалось в твоей жизни! Что у тебя есть, кроме них?

[Маг] стоял в снегу, глядя на Олесма. Дрейк тяжело дышал. Лицо Пфишеса побелело от ярости. Перемирие, вызванное письмом Нирса, было нарушено, и теперь их прежняя ссора вновь повисла в воздухе, делая атмосферу жаркой и невыносимой.

- Чего я достиг? Обернись и смотри.

Перед лицом Дрейка опустилась костяная коса. Олесм замер. Его взгляд медленно пополз вверх. Да, это была коса из кости, изогнутый коготь, заточенный до острого лезвия. Но это было не оружие. Скорее, коса была рукой существа. А длинная, похожая на хлыст костяная конструкция вела вверх к странному узкому телу без головы. Дыхание Олесма стало коротким и прерывистым.

Две руки с косами на концах были настолько длинными, что волочились по земле, и хотя "кисти" представляли собой серпы из режущей кости, вдоль всей длины рук у существа торчали злобные костяные зазубрины. Олесм сглотнул, когда рука-коса у его лица медленно отпрянула. В ужасе и восхищении он наблюдал, как тварь отступила на несколько шагов, а затем рухнула, превратившись в груду костей.

- Моя ценность.

Значит, они её не видели. Потому что Олесм был уверен: любой, кто увидит творение Пфишеса, поднимет всю возможную тревогу, если только первым делом не сбежит с криком. Он посмотрел на Пфишеса. [Некромант] повернулся к нему. Только теперь к Олесму вернулся голос.

- Как я и сказал. Моя ценность. Это моё последнее творение. Костяной Ужас.

Рот Олесма раскрылся в изумлении. Он, конечно, слышал о подобных вещах. Скелеты были лишь одним из видов нежити, способной появиться на массовых захоронениях или в местах смерти. К счастью, такие случаи были редки, и останки обычно быстро утилизировали, но при наличии достаточного количества времени обломки костей, полуразложившиеся трупы и прочее могли образовать ужасных амальгаматов нежити, таких как Повелители Склепов и Костяные Ужасы.

Он создал его. И почему-то теперь Олесм увидел Пфишеса таким, каким его наверняка видели остальные жители Лискора. Зомби, скелеты вроде Торена, даже гули - это одно. Но это? Ни одно существо на земле не выглядело так. А если и выглядело, то было таким же извращенным, как Крелеры. Нет, Пфишес создал это сам. Это было воплощение его идей. Он призвал этот ужас в бытие.

Пфишес шел по снегу. Он прошел мимо Олесма, и кости поплыли вверх. Дрейк вздрогнул, но они улетали в сумку хранения, которую Пфишес нес сбоку. [Некромант] повернул голову, непринужденно заговорив.

- Прототипом.

- Невероятных углов.

- Дистанционной атакой?

Пфишес закончил убирать последние кости в сумку и обернулся. Он возбужденно болтал, но замолчал, увидев лицо Олесма. Легкая улыбка, которая только что играла на его губах, мгновенно исчезла, и ее сменило привычное выражение презрения.

Олесма позынуло. Пфишес отвернулся. Дрейк смотрел ему в спину. Он понял, что выражение его лица, вероятно, было тем, что Пфишес видел в городе постоянно. И все же он не мог подавить чувство тревоги в груди. Он не знал, стоит ли его подавлять. Поэтому вместо этого он задал единственный вопрос, который пришел ему в голову.

- Вы принимаете меня за дурака? Конечно, нет!

- Я... говорил с ней по похожему, но не связанному с этим вопросу. По пустяку. Я просто предложил ей решить проблему гигантских крыс в канализации Лискора.

- Вот именно. Это отвратительная работа с риском заражения, не говоря уже о болезнях. Крысы живут в дренажных трубах, разрастаясь до огромных размеров из-за неправильно утилизированных магических отходов... чтобы выследить их гнезда, пришлось бы ползать по трубам - задача, о которой мало кто из искателей приключений готов даже задуматься, какими бы низкими ни были их уровни.

Олесм уставился на Пфишеса. [Маг] выглядел оскорбленным.

- О. Точно. Это логично. Мы не впускаем нежить в город ни при каких обстоятельствах.

Лицо Пфишеса осунулось. Он стиснул зубы и резко заговорил сквозь них:

Он взглянул на Олесма и покачал головой.

Он отвернулся. Олесм сел на снегу. Он моргнул, глядя в спину Пфишесу. Олесм повысил голос, когда Пфишес начал топать обратно в сторону Лискора.

- Что?

- Я сказал, что считаю это отличной идеей. Твой план с канализацией, в смысле.

- Да. Мы уже много лет не можем придумать толковый план по их зачистке. Пробовали заклинания - крысы либо пожирают их, либо слишком быстро расходуют все заряды. Пробуем яд, а они адаптируются. К тому же, в самой канализации и так сплошной яд, так что... пробуем нанимать искателей приключений, но им всегда мало. Мы тратим деньги впустую, и время от времени крысы вырываются из канализации роем, что приводит к катастрофе.

- У тебя отличная идея. Хотя я понимаю, почему Селис отклонила твое предложение. Ее бабушка вышвырнула бы тебя за дверь в одно мгновение. Но я мог бы авторизовать твою идею сам.

- Я единственный [Тактик] в городе. Возможно, я не так важен, как капитан стражи Зевара, но я многое могу решить самостоятельно. Заключить сделку и выписать разрешение на одного мертвеца под твоим надзором - это в моей компетенции.

- Как тебе десять золотых для начала? Мы могли бы установить награду... не знаю, одну медную монету за десять убитых крыс? Если твой мертвец работает на твоей мане, он сможет убить тысячи за несколько недель. Это сотни золотых для тебя.

- Но вы... я мог бы поклясться, что вы считали... а как же мое последнее творение?

Олесм вздрогнул. Пфишес не сводил с него глаз. Маг гневно вскинул руки.

- И что?

- Одно дело - не любить нежить, но я не идиот, Пфишес. Послушай, тот Костяной Ужас был... ужасен. Я считаю его отвратительным. Если ты призовешь - оживи, да какая разница, вернешь его к жизни, я вырву его вместе с желудком, ударю тебя мечом и убегу. Возможно, не в таком порядке. Я ненавижу нежить, и это вряд ли изменится. Но это не значит, что я считаю твои идеи плохими. Разве мы, мыслящие, рациональные взрослые, не можем уважать границы друг друга и при этом работать вместе?

- А. Вы сидите в снегу. Похоже, вы совсем промокли.

- И правда.

- Нет-нет, должен признать, вы были в чем-то правы. И я был далеко не так любезен, как следовало бы. Да, я не люблю нежить, но могу восхититься вашим, э-э, Костяным Ужасом с точки зрения дизайна. И это правда, что ваши идеи - именно то, что нужно городу. Мне тоже следует извиниться.

- В самом деле.

Олесм сгребал снег ногами, в то время как роба Пфишеса оставляла за собой собственный след. Ни человек, ни дрейк этого не заметили; они были слишком поглощены разговором. После того как лед между ними растаял и в переносном, и в буквальном смысле, оба поняли, что, будучи разными, они во многом схожи в приятных вещах.

Во-первых, Пфишес, вероятно, обладал самым полным пониманием политики дрейков из всех, кого Олесм когда-либо встречал, не считая других дрейков. Он был в курсе последних мировых событий и мог обсуждать такие вопросы, как инцидент Гермины и Рейма и последовавший за ним конфликт с Хеллиосом, без необходимости напоминать детали. Он много читал об исторических походах Нирса Асторагона, знал несколько фактов о Балеросе, которых не знал Олесм, и был экспертом в культуре и политике Терандрии.

- Всё это политика, Пфишес. Все виляют хвостами то в одну, то в другую сторону, и никакого реального внимания к заслугам. Я получил работу в городе, потому что у меня был самый высокий уровень, да, но моей семье пришлось многим "лизать когти", чтобы я оказался там, где я сейчас. Но даже несмотря на то, что я [Тактик] города, на заседаниях совета все игнорируют меня, когда им вздумается, потому что я молод. Как будто выслуга лет имеет такое значение! Мой уровень выше, чем у как минимум двоих членов совета!

- Боюсь, во всех странах одно и то же. В Терандрии вопрос личной власти усугубляется происхождением. Поиск дружбы с знатью является практически обязательным требованием. Что же касается богатства...

- Тебе не нужно оправдываться передо мной, Олесм. Приключения, как и магия, имеют свои пороги вхождения. В Вистраме старые маги железной хваткой контролировали доступ к книгам заклинаний. Но если бы они просто поделились своими в основном излишними коллекциями, выиграли бы все! Вместо этого мы оказались здесь, вынужденные копаться в грязи, пока не станем такими же дряхлыми и немощными, как те глупцы, что с самого начала нас сдерживали...

- У тебя и правда получилось кое-что стоящее с тем Костяным Ужасом. Я имею в виду, для меня это отвратительно, правда, но я бы с удовольствием посмотрел, как он разрывает Крелера, вместо того чтобы кому-то рисковать жизнью.

- О да! Атаки, похожие на удары кнутом, все эти зазубрины - в этом есть смысл, верно? Представляю, насколько он сильнее тех медведей, на которых ты приехал на прошлой неделе.

- Вообще-то, это и были те медведи.

Олесм уставился на него. Пфишес махнул рукой.

- Не может быть! Ты? Но почему ты никому не сказал?

- Я хотел сохранить это в секрете. Скажем так, у меня было несколько откровений... и в качестве навыка за 30-й уровень я получил более глубокое мастерство формирования костей. Впрочем, стоит добавить, что способность создавать драугров могла бы стать другим обычным навыком на этом уровне.

- Верно. Но я считаю Костяных Ужасов более совершенными.

- Подумай об этом, Олесм. Да, драугр впечатляет, но ему нужно тело - более того, он полагается на силу усопшего для достижения полного потенциала. Кроме того, такие трупы сложнее хранить, в то время как Костяной Ужас...

Олесм щелкнул себя по лбу. Пфишес кивнул с довольной улыбкой.

- Правда? Постоянно слышишь о том, как [Некроманты] поднимают огромные армии нежити. Разве это не эффективнее с точки зрения маны?

Пфишес покачал головой с обеспокоенным видом и что-то проворчал себе под нос.

Он осекся и на мгновение посмотрел на Олесма, после чего тихо рассмеялся и покачал головой.

- Жаль. Или, скорее, хорошо, полагаю. Если бы другие [Некроманты] были такими же, как ты, у нас было бы гораздо больше проблем, когда они появились бы.

- Верно.

- Ты не против, если мы пойдем в этом направлении?

- Совсем не против.

- Э-э, Пфишес. Я знаю, что вы с "Рогами Хаммерада" выполняете много совместных заданий.

Пфишес махнул рукой. Олесм кивнул. Он снова прочистил горло, чувствуя себя крайне смущенным.

- Старые друзья. Полагаю, можно сказать и так, да.

Дрейк остановился в снегу. Пфишес повернул голову с забавным видом, одновременно пытаясь скрыть это чувство.

- Нет, нет, мне просто было любопытно, что она чувствует... да.

- К сожалению, должна сказать, что она не упоминает свои чувства в этом отношении. В других отношениях - да. Но в этом... возможно, она всё ещё открыта.

Щеки Олесма залил румянец. Он моргнул, почувствовав внезапную рез в глазах. Пфишес тактично отвел взгляд и прочистил горло. После долгой паузы он заговорил.

- Я знаю это. Но я думал, что между нами что-то было.

В глазах Пфишеса читалось сочувствие, когда он покачал головой.

"Кто-то, кто... что?! Вы с Церией были... вы двое?"

"Я, э-э, оговорился. Мы были вместе всего лишь..."

"Кхм. Это было давно, и было бы неточно называть нашу связь чем-то большим, чем мимолетным расхождением кораблей".

"Да ладно тебе. Расскажи мне. Насколько вы были близки? Почему расстались?"

"Я не думаю, что мы когда-либо были вместе, Олесм. Не по-настоящему. Было время, когда... но ничего не вышло. Я оговорился ранее. Пожалуйста, не повторяй этого Церии. Думаю, она воспримет это неправильно, если узнает, что я сказал".

"Но почему же ничего не вышло?"

- Она узнала правду. Кто я такой. Еще до того, как я успел все объяснить. Вот и всё.

- Прости. Я, э-э, прости. Мне не следовало спрашивать.

- Это не имеет значения. Это воспоминание беспокоит меня лишь время от времени. И, похоже, мы оказались у другого воспоминания. Скажи мне, почему мы здесь?

Сначала они думали, что это подземелье. Олесм помнил, как Клбкч передал отчет Зеваре и к каким догадкам это привело. Он помнил экспедиции искателей приключений, которые уходили внутрь, и ту самую, роковую, в которой участвовали Рога Хаммерада. А затем ту ночь, когда Скиннер захватил ворота с армией нежити...

- Очевидно, что ты намеревался прийти сюда. Но причину я постичь не могу.

- Чтобы делать что именно?

- Проверить то самое предчувствие. Помнишь отчет, который я запрашивал в Гильдии искателей приключений?

- Так вот, некоторое время назад я заметил несколько несоответствий в другом файле. У меня всё время не было возможности всё проверить, да и уверенности, чтобы попросить Зевару о сопровождении, до этого момента не хватало. Пойдём внутрь, и я всё расскажу. Если только ты не считаешь, что это может быть опасно?

- Моё творение должно привлечь любых монстров внутри, и мы будем предупреждены о большинстве угроз. Более того, полагаю, склепы недавно зачистили, так что я не предвижу никакой реальной опасности. А ты?

- Тогда входим.

Пфишес шел рядом с Олесмом, оглядываясь и хмуро глядя вперед - вероятно, следя за продвижением своего создания. Олесм вспомнил, что Пфишес тоже приходил сюда, чтобы спасти и Церию, и самого Олесма, целую вечность назад. При этой мысли он закрыл глаза и чуть не споткнулся.

Человек подхватил его. Олесм покачал головой.

- Да.

- Теперь не просветишь меня?

Они пошли дальше по узким коридорам к туннелю, уходящему вниз на второй уровень. Олесм почувствовал, как зачесалась чешуя, но убедил себя, что опасности нет. Если бы здесь была нежить, Пфишес бы её почувствовал. Теперь это место было не чем иным, как могилой. Оно всегда было могилой, но теперь её обитатели молчали.

- Да. Я помню. Забрали всё, кроме того, что было при Церии, Ивлон и немногих выживших. Группа стражников зачистила это место от остатков нежити. И что с того?

- Да. С твоими подсчетами что-то было не так?

Дыхание Олесма стало прерывистым и резким, пока они спускались по пандусу. Он вспомнил. Группа бегущих зомби вылетела из коридора. А за ними - засада; Пфишес схватил его за руку, и Олесм пришел в себя.

- И кто же пропал?

- Ты уже знаешь.

- Есть только один человек, чьи останки могли бы выделиться достаточно, чтобы их можно было однозначно идентифицировать, невзирая на потерю кожи.

- Калруз.

Олесм замолчал. Теперь, когда он произнес это вслух, это звучало глупо. Он заглянул в коридоры. Он помнил, как слышал где-то вдалеке крики, как остальные недоумевали, куда пропали другие команды серебряного ранга. Звук чего-то, что медленно волочится поблизости.

- Вы считаете, что он всё еще здесь. Но прошли месяцы. Он бы не выжил.

Олесм закусил губу. Пфишес взглянул на него.

- Да. Может, он в какой-нибудь расщелине или за секретной дверью. Это... послушайте, я знаю, что это глупо, но он сражался с нами, со мной. Я мог бы быть мертв, если бы он не бросился на Скиннера. Если я смогу найти его тело...

Дрейк замялся.

По крайней мере, он хорошо всё видел. Возможно, дело было в его кольце, но коридоры казались такими же яркими, как днем. Пфишес и Олесм шли по переходам, заглядывая в комнаты и стараясь систематически прочесать всё помещение. Разумеется, они внимательно следили, не появится ли нежить, хотя Пфишес настаивал, что ничего не чувствует. Его Костяной Ужас продолжал рыскать в коридорах вокруг них, и дважды он до смерти напугал Олесма.

- В самом деле. Может, пройдём через неё, чтобы быть уверенными?

Огромные каменные двери всё ещё стояли настежь открытыми. Олесм вдохнул при этом виде; он вспомнил, как две команды серебряного ранга согласились стоять в карауле, пока Рога Хаммерада обыскивали остальную часть крипты. Они знали, что за дверью может что-то таиться. Просто они не знали, что Скиннер может открыть дверь самостоятельно.

- Я так понимаю, город до сих пор не знает, кто забрал сокровища изнутри?

- Ну что вы. Страж крипт должен был охранять что-то ценное.

Пфишес мог лишь пожать плечами. Олесм беспомощно огляделся и нахмурился.

- Какую комнату?

Дрейк вышел из сокровищницы. Пфишес последовал за ним, хмурясь. Олесм указал на дверной проем перед собой, прямо напротив двойных дверей. Пфишес посмотрел на проем, а затем на Олесма.

- Что? Не тяните меня за хвост. Она прямо зде-

- Эй! В чем прикол...

Лицо [Мага] внезапно стало сосредоточенным. Он кивнул на кольцо Олесма, пока вторая рука вернулась к рапире на поясе. Олесм замер, а затем понял, что тот имел в виду.

- Какой лучший подарок для [Тактика], чем истинный вид поля боя? Я вижу лишь стену. И я не обнаруживаю здесь никакой иллюзии. Не то чтобы я был одарен в подобных вещах, понимаете, но это значит, что иллюзия весьма качественная.

- Хм.

- Она твердая? В смысле, она кажется твердой, даже когда на нее давишь?

Пфишес протянул руку, и Олесм осторожно взял его за ладонь. Дрейк шагнул вперед, и Пфишес последовал за ним через дверной проем. Пфишес вздрогнул, проходя через каменный разрез.

- Было такое чувство, будто я иду сквозь камень. Нет, не в порядке. Но ощущение уже прошло. Так, и что же у нас здесь?

- Гах! Перестань так делать!

- Ты тоже не знаешь.

Пфишес потянулся к поясу и зашарил по сумке. Олесм чуть не выпрыгнул из своей чешуи, когда маг вытащил крошечного Щитового паука. [Некромант] небрежно щелчком отправил его в сторону проема, и паук пополз в нишу.

"Он нежить. Очевидно".

"Ого!"

"Похоже, внизу довольно глубокий обрыв. К счастью, моему Щитовому пауку падение не причинило вреда. Судя по всему, он упал в огромный зал. Полный костей".

"Подожди секунду. Я посмотрю глазами своего создания".

"Видишь? Если бы мы были неосторожными искателями приключений, достаточно глупыми, чтобы исследовать проем, мы бы попали в ловушку и сами оказались бы там, внизу. Какой примитивный трюк".

Пфишес усмехнулся, и Олесм слабо рассмеялся в ответ. Он как раз собирался предложить исследовать проем лично. Пфишес коснулся своих губ, изучая комнату внизу глазами своего неживого конструкта.

- В смысле?

У Олесма перехватило дыхание. Ему в голову пришла одна мысль.

- Ни одного.

Пфишес бросил на Олесма укоризненный взгляд.

- Раскгар. Это должны быть они.

Олесм быстро рассказал о примитивных подземных кузенах Гноллов. Пфишес кивнул.

"Да неужели? У меня тоже есть один".

"Скорее всего, это место задумывалось как своего рода свалка. Сомневаюсь, что оно предназначалось для транспортировки; иначе был бы путь наверх. И зачем его прятать? Бьюсь об заклад, нежить должна была сбрасывать своих жертв вниз".

"...Это всё, что у меня есть. Ты тот, кто может видеть, что там внизу".

Пфишес прокашлялся и выпрямился, приняв поучающий тон, который всё ещё немного раздражал Олесма. Но Дрейк слушал, главным образом потому, что другого выбора у него не было.

"Как ты..."

"Я основываю свои выводы на трёх доказательствах. Первое: кости внутри систематически сложены в кучи, причем череп находится на вершине каждой, что явно указывает на какой-то ритуальный и непрерывный процесс утилизации. Второе: кости были отделены от тела, и я вижу следы того, что какой-то инструмент использовался, чтобы очистить кости от плоти. Третье: ни один из скелетов не был поврежден падальщиками, что подразумевает, что в комнате регулярно проводят уборку и следят за порядком. За исключением нескольких примечательных случаев..."

- Там, где приземлился мой Паук-Щит, заметно беспокойство, что поначалу сбило меня с толку. Однако, похоже, это была аномалия. Ближайшая к проходу куча разнесена в щепки. Кости разбросаны, словно от сильного удара сверху. Они задели еще несколько куч, но есть и вовсе перевернутые груды, будто в них врезалось что-то крупное. Путь ведет прямо к единственному выходу из комнаты. Ваши мысли?

- Кажется, всё очевидно. Что-то - или, скорее, кто-то нашел этот проход и попал в ловушку. Они приземлились на кучу и побежали к двери.

- И здесь, у двери...

- Что?

Боевой топор. Хвост Олесма ударил по земле. Он бросился к дыре, но Пфишес схватил его.

- Но боевой топор...

Пфишес оборвал фразу криком. Он поморщился под пристальным взглядом Олесма, который лишь покачал головой.

- У тебя есть другой паук? Или ты можешь послать что-то иное? Можешь оживить кости внизу?

- Но кто-то его нашёл. Кто-то нашёл его и упал. И они сражались с Раскгаром, убили его, но потеряли боевой топор. А в нашей группе only один искатель носил такой...

- Как думаешь, это возможно?

- Это возможно. Более чем вероятно, пожалуй. И что с того? Минотавр мог пережить всё это, но он был ранен при бегстве, не так ли?

- Ты думаешь, он мог выжить в остальной части подземелья в таком состоянии?

Олесм вспылил. Пфишес схватил Олесма и влепил ему пощёчину. Дрейк ошеломленно уставился на него. Пфишес часто дышал.

Возможно, здесь есть другие монстры, которые забрались наверх. Или иные твари. Наблюдающие за ними. Кровь в жилах Олесма застыла. Он молча кивнул, и они с Пфишесом стремительно отступили обратно к верхнему этажу. Только оказавшись за пределами крипты, при холодном дневном свете, они почувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы снова заговорить.

- Еще слишком рано утверждать, что именно он упал туда. Я согласен, улики сходятся, но предполагать, что он выжил - значит выходить за рамки простых догадок...

Олесм вцепился в одежды Пфишеса. Маг стряхнул его руку с обеспокоенным видом.

- Ваша.

- Ты знаешь, что сделала бы Церия, если бы подумала, что Калруз жив. И Ивлон тоже.

- И всё равно! Если бы ты смог убедить помочь другую группу, например, Полуискателей...

Человек и Дрейк стояли в снегу, глядя друг на друга. Хвост Олесма поник. С этим он не мог поспорить. Он обернулся, глядя в сторону входа в крипту.

- "Если". Слишком большой риск ради неопределенности. Слишком многое можно потерять ради исхода, которого, скорее всего, не существует.

- Если есть хотя бы шанс, Церия должна об этом знать. Она заслуживает знать.

Очередной справедливый довод. Дрейк не знал. Он чувствовал это остро, но Пфишес тоже говорил разумные вещи. Он не знал, как поступить. Олесм уставился на Пфишеса.

Наконец маг замялся. Он посмотрел на Олесма, а затем отвернулся. Когда он заговорил, то медленно и сбивчиво.

Правдивость этих слов отражалась в осанке Пфишеса, в боли на его лице и в голосе. Олесм посмотрел на него и медленно кивнул.

Пфишес снова повернулся к нему. Олесм поколебался. Он достал папку, которую получил из Гильдии искателей приключений, и медленно передал ее Пфишесу. Маг моргнул, глядя на нее. Олесм вдохнул.

Пфишес уставился на него. Олесм заглянул ему в глаза и медленно кивнул.

Затем он развернулся и медленно побрел обратно в Лискор.

Некоторые вещи были предсказуемы. Верно, случайность и естественное переплетение причин и следствий создавали мир, в котором непредвиденные переменные могли привести к совершенно разным результатам, но все же можно было предсказать происходящее с определенной долей уверенности. Например, люди были просты. Даже слишком просты.

Он видел это всё, прокручивал в голове десять тысяч, сто тысяч раз на протяжении столь же многочисленных жизней. Люди всегда оставались прежними. Только окружение, культура, события и вид служили переменными, воздействующими на их шаблоны. Массы не были овцами; скорее, они были тестом, из которого выпекались одни и те же сорта хлеба - иногда разные, но все одинаковые по происхождению и назначению.

Потому что этого он не предсказал. [Маг] медленно шел обратно к трактиру Эрин, пролистывая папку в руке. Она была написана Дрейками, на письме их вида, а не на универсальном письменном языке, принятом во всем мире. Без сомнения, еще одна их мера безопасности. Но Пфишес самостоятельно выучил их письменный язык и потому мог это прочитать.

- Это возможно. Но живым?

И все же, если он не расскажет Спрингуокеру, то что тогда? Пфишес вошел в Блуждающий Трактир и заметил, что тот был заполнен людьми.

Ах, да. Это он тоже предвидел. Похоже, его товарищи по команде всё ещё восстанавливались после экспедиции в пещеру тараканов. Почему они не были готовы бежать, когда на них обрушилась стена насекомых, было для Пфишеса загадкой. Он осторожно вошел в комнату и услышал голос Ивлон. Она говорила сиплым голосом; её тошнило много раз и во время, и после их миссии.

- О боже.

- Я думала, что мы с ними справимся. Правда. Я выучила заклинание яда специально для этого. Ну, знаете, из моей книги. "Отравленный снег", я думала, это их убьет. Но они только раззадорились. А потом вылезли большие...

- Я думал, что я хищник. Неужели я добыча? Почему они пытались меня съесть? Неужели я пал так низко, что стал едой для еды?

Кузина Селис? Пфишес закатил глаза, глядя на то, как все суетятся вокруг остальной части его команды. Честное слово. Это же были насекомые. Да, Пфишес использовал [Мгновенный шаг], чтобы выбраться из пещеры до того, как они его достали, но всё же.

Какое решение было правильным? Что ж, Пфишес знал, как поступил бы он сам. И всё же, сдержит ли Олесм своё слово? Это казалось маловероятным. Дрейк был слишком импульсивен. И какая-то часть Пфишеса также...

- Привет?

- Полагаю, с мисс Солстис вам будет куда интереснее. Вон там.

- Странно.

- Брысь.

Поможет ли сейчас просьба к Эрин увести Мршу или нет? Нет, она, скорее всего, просто накричит на неё и не сможет эффективно совладать с Мршей. Или так сделает Лионетта. Лучшим решением был подкуп. Пфишес пошарил у себя на поясе и что-то вытащил. Да, это подойдет.

Он протянул ей свою палочку. Он снова забыл воспользоваться ею во время битвы с тараканами. Опять. Привычка и годы практики приучили Пфишеса колдовать руками. И конечно, в бою это был вполне жизнеспособный вариант, несмотря на насмешки других магов - сама Церия доказала, что руки мага являются достойным катализатором для заклинаний низкого уровня.

Мрша с любопытством осматривала палочку. Она, конечно, знала, что это такое; она не была идиоткой, просто была немой. Она экспериментально стукнула ею по столу, помахала в воздухе и ткнула Пфишеса. Ему было всё равно; палочка была слишком прочной, чтобы легко сломаться, что бы она ни делала.

Она моргнула, глядя на него. Пфишес моргнул в ответ. Он бросился вперед, но она стремительно умчалась, помчавшись наверх со своей новой игрушкой в руках. Он выругался, поднимаясь, чтобы последовать за ней; она не могла использовать её для магии, но он не собирался жертвовать ценный магический предмет в "фонд игрушек" Мрши. А если она её потеряет, что тогда?

Как по команде, Эрин заметила Пфишеса и начала его отчитывать. Он внутренне застонал. Он открыл рот и повернулся, чтобы что-то придумать в оправдание или указать на кражу, совершенную Мршой.

- Ты в порядке, Пфишес? Тебя тоже прилично покусали. Тебе нужно лечебное зелье?

- Я, э-э... полагаю, я в порядке, Спрингуокер. Церия. Не думаю, что тратить лечебное зелье на мои раны в данный момент целесообразно.

- Хорошо. Селис говорит нам, что ты был в Гильдии Авантюристов. Твоя идея. Почему ты не сказал нам об этом? Идея неплохая, хотя я понимаю, почему она не сработала бы с Дрейками. Но если бы мы взяли контракт, мы могли бы позволить тебе использовать твое творение, пока мы делали вид, что работаем. Почему бы и нет?

- Я, эм, полагаю, что в этом нет необходимости. Я говорил с Олесмом сегодня утром. Он согласился позволить мне работать под его началом. Оплата вполне приемлемая.

Церия приподняла брови. Селис застонала.

Пфишес проигнорировал её ворчанье. Селис была бы лучшим вариантом. И самым вероятным. Ни один другой [Регистратор] не уделил бы ему и минуты внимания, но она, по крайней мере, была беспристрастна, хоть и груба. Но взгляд его был прикован к Церии.

- Пфишес? Ты в порядке? Выглядишь каким-то нездоровым. Надеюсь, ты сейчас не начнёшь её рвать, как Ивлон?

Я сбежал из дома.

Я работаю над созданием нового нежити.

Иногда я просыпаюсь по ночам и тоскую по тому, что могло бы быть между нами.

Я знаю, что Эрин и Рёка из другого мира. И я знаю, что есть и другие, подобные им.

Я достиг 30-го уровня вчера.

И многое другое. Слова теснились в голове Пфишеса. Столько лжи и ужасных истин. Слишком много. И он усвоил урок, поэтому Пфишес выбрал ту, что была проще всего произнести. Он открыл рот и выпустил её. Одним бременем меньше, одной стеной меньше между его сердцем и миром. Он посмотрел на Церию и вздохнул, когда заговорил.

Все уставились на него. Пфишес замялся. Он поднял один палец.

Он обвел взглядом комнату, а затем пожал плечами. Он подождал пять секунд, и начались крики.

Но у Олесма здесь было своё место, и он почти каждый день находился в маленькой каморке, выделенной ему городом. На самом деле, ему там нравилось. У него был доступ к городским архивам, место, где можно вздремнуть, если он уставал, или просто попрактиковаться в шахматах. Место редко было занято. Это была его частная обитель.

Но все это было ничем по сравнению с тайной, которую он хранил в сердце. Калруз жив. Или может быть жив. Возможно, не все из "Рогов Хаммерада" погибли вместе с Церией. И кто знает? Если выжил он, выжили ли другие искатели приключений? Нашел ли кто-то еще путь в тот секретный проход? Ему придется перепроверить количество погибших искателей приключений и число найденных останков, но, конечно, некоторые сбежали из склепов, а другие были съедены. Точный подсчет будет затруднителен.

- Запрос информации - одобрено. Последние сведения о местонахождении Лорда Гоблинов и оценка ситуации? Одобрено, разумеется. Почему они прислали это сюда?

Да, в этом заключалась его работа. Олесм рассеянно притянул к себе отчет и пробежал по нему глазами. Сколько команд Серебряного ранга в Лискоре? Вероятно, люди хотят знать, сколько команд они потеряли. Одобрено. Он нетерпеливо капнул воском и припечатал бумагу своей печатью.

Еще один отчет. Этот о козах? О, Пожирающие Козы. Да, одобрено. Целум имел право знать о нападениях и миграциях монстров. Олесм уныло потянулся к предпоследнему листу.

Еще один запрос. Этот был от частного лица. Команда Золотого ранга. Надо же. Илоус Байрес просит подтверждения, что Ивлон Байрес живет в городе? Очевидно, это не конфиденциальная информация. Брат ищет сестру. Или отец? Олесм пожал плечами и начертал записку, извещавшую искателя приключений о том, что Ивлон находится и в Лискоре, и в Целуме благодаря магической двери, а также отметил ее членство в "Рогах Хаммерада".

Расскажет ли Пфишес Церии? Олесм был уверен, что расскажет. Пфишес был хорошим человеком, несмотря на то что притворялся иным. И Церия ему нравилась. Они были парой.

Несчастливые мысли, роившиеся в голове Олесма, медленно отступили. Его дыхание стало реже, а тело расслабилось. Он погрузился в сон...

[Получен навык - Сплочающее присутствие!]

- Да! Да, да, да!

- Ох. Это значит, что Лорд Стен Илврис снова заставит меня пить.

4.38 B

Счастье было простой вещью. Это была крепкая постель, сытная еда и горячий напиток. Или всё-таки удобная постель, горячая еда и крепкий напиток? Иногда Зел забывал. Он слишком много раз спал под открытым небом, в метель, имея при себе лишь спальный мешок, или прямо за передовой, когда битва продолжалась глубокой ночью. Он привык к лишениям.

Вот это было счастье. А это? Это было просто место, где он временно жил. И всё же Зел знал, что виноват он сам. Он не мог вынести пребывания под одной крышей с гоблинами. Не слишком ли он состарился, чтобы меняться? Или, возможно, он выбрал самый простой путь. Жизнь в трактире Песласа снова сделала уход слишком лёгким.

Илврис откинулся в одном из мягких кресел, которые он настоял принести, прикрыв глаза и потирая лоб. Он поморщился, когда Зел с тихим щелчком закрыл дверь.

- Вы снова пили.

- Неверно. Я не останавливался с нашего последнего разговора.

- В чем именно твоя мысль?

- Когда мне понадобится твой совет, Шивертейл, я попрошу.

Аз'кераш. [Некромант]. От мысли о том, что тот выжил, Зел сжал кулаки. Он был опасен. Теперь он более отчетливо видел грандиозный замысел, который привел его к встрече с Рёкой в лесу и совпал с тем, что она стала целью убийц-нежити - а ими они наверняка и были - в Лискоре. Обычно такие новости заставили бы Илвриса насторожиться и начать планировать защиту своего любимого Города Стен. Но...

- Похоже, ты действительно любил её.

- Любил? Я бы женился на ней, если бы она не считала, что это ниже моего положения.

- Я не мог поверить, что она погибла. Я думал, что та девушка-бегунок наверняка была [Ассасином], одним из моих врагов, плетущих заговор против меня. Я мог бы поверить, что её убили, чтобы ранить меня, нанести вред моему городу. Но по случайности? Она просто последовала за тем Человеком и погибла потому, что... потому что я так приказал? Из-за пустякового инцидента?

Пустые слова. Зел поморщился, произнося их. Взгляд Илвриса сказал ему, что все говорили то же самое. [Генерал] постучал когтем по столу.

- Да. Некромант. Заперся в замке в какой-то глуши, собирает армию нежити. Посылает своих... слуг устранять врагов под разными личинами.

- Осколки, Шивертейл. Такое чувство, будто я вижу часть паутины вокруг себя. Я слышал о странных смертях, об исчезновении близкого друга - об убийствах. Всё это обычно для нашего мира, но теперь я думаю о каждом таком случае и задаюсь вопросом...

- Мы должны распространить эту информацию. Осторожно. Жизнь мисс Рёки Гриффин и других невиновных окажется под угрозой, если мы не сохраним тайну. Не говоря уже о том, что мы можем вынудить врага начать действовать раньше, чем мы будем готовы.

- Через дно кружки?

Двое Дрейков свирепо посмотрели друг на друга, и Илврис наполовину поднялся со стула. Дверь открылась. Вошел Олесм, точно в назначенное время, перебирая в руках пачку бумаг.

- Вовсе нет. На самом деле, больше никто еще не пришел.

- По крайней мере, не таскай его на свои попойки. Некоторые из молодых Дрейков усердно трудятся ради будущего города, и им не нужно, чтобы ты наступал им на хвосты и тянул их назад.

- Так скоро? Впечатляюще.

Зел поморщился от колкости Илвриса в адрес армии Лискора. Он был близким другом и учеником генерала Ссериса, бывшего [генерала] Лискора и предводителя знаменитой наёмной армии. Он не мог отрицать, что за последние десятилетия армия пришла в упадок, но согласиться с этим казалось неуважением к памяти наставника.

- Наконец-то пришли новости из Эстхельма, Олесм?

- Да, сэр! Они поступили как раз сегодня утром. Я немедленно принёс их сюда и отправил уличных гонцов собрать Совет. Надеюсь, я не слишком дерзко поступил?

- Вовсе нет. Я уверен, что генерал Шивертейл ценит твою предусмотрительность и быстроту действий, как и я. Но скажи нам, что за новости? Мне не хочется ждать, пока остальные члены Совета соизволят вылезти из своих постелей.

- Зевара, то есть капитан Стражи, похоже, задерживается. Думаю, она получила отчет и передает его Клбкчу, то есть представителю Улья...

- Я понимаю. Если не возражаете повторить сообщение, можете изложить нам краткую версию прямо сейчас.

Двое Дрейков обменялись взглядами. Зел нахмурился.

- Да, сэр. У меня здесь полный отчет, но если вкратце: Лорд Гоблинов атаковал их стены частью своих сил, пока его армия проходила мимо, был отбит и оставил Эстхельм в покое.

Илврис нахмурился, принимая пергамент с подробностями сражения. Зел тоже нахмурился, глядя на него, но медленно кивнул.

Олесм кивнул и снова кашлянул.

- Четверть погибла, и более половины населения ранены. Понятно.

- Похоже, наше собрание будет коротким. Нам не остается ничего другого, кроме как ждать прибытия подкреплений из армии Лискора и второго карательного отряда. А это займет как минимум неделю.

- Я знаю.

- Что ж, возможно, собрание затянется, но я предоставлю вам с Илврисом разобраться с этим. И я должен заранее извиниться, потому что Совету, вероятно, потребуется очень много заверений.

- Боюсь, в этом-то и дело, Илврис. Сегодня ранее я получил письмо через Целума.

Илврис перестал сердито огрызаться на Зела. [Генерал] встал и улыбнулся. Он подавил дрожь в когтях и хвосте, небрежно взглянув на Олесма, который смотрел на него широко открытыми глазами.

- Что?!

- Если ты отправишься на север, половина этих чертовых Людей истолкует это как акт войны! Дрейк [Генерала] не выходил за пределы Лискора со времен...

Зел спокойно оглядел комнату. Он взглянул на дверь и увидел, что она открылась. В помещение стремительно вошла капитан стражи Зевара, выглядя запыхавшейся. Заметив Зела Шивертейла, она отдала честь.

Ее вид выражал недоверие и отвращение.

- Благодарю вас, капитан Зевара. Но, пожалуйста, подождите немного. Я как раз говорил остальным, что покидаю город.

Зел Шивертейл улыбнулся и выпрямился. Другие Дрейки смотрели на него, и сердце его бешено колотилось. Но теперь он сказал это. Было слишком поздно разворачиваться и делать другой выбор. Он оглядел комнату.

В комнате воцарилась тишина. Илврис пристально посмотрел на Зела, и его глаза медленно сузились.

Дрейк [Генерал] ухмыльнулся Лорду Стены так, словно стал на два десятилетия моложе. Зел развернулся и вышел из комнаты, не ответив. После того как он закрыл дверь, в помещении еще дважды грохочущих удара сердца стояла тишина, а затем все трое Дрейков бросились вслед за ним. Но было поздно. Зел уже бежал к воротам.

В Лискоре Дрейк [Генерал] побежал к трактиру и спустя мгновения оказался в человеческом городе почти в ста милях к северу. Это было маленькое чудо транспортировки. Однако, оказавшись в Целуме, способности Зела Шивертейла к перемещению серьезно сократились. Ни в одном другом городе не валялись магические двери из минувших эпох, и если бы Зел захотел путешествовать с помощью магии, он обнаружил бы, что его возможности крайне ограничены.

А если у вас не было доступа к такому количеству магов, оставались лишь ограниченные древние свитки или магические артефакты, которые могли помочь. Однако свитки дальней телепортации встречались реже, чем лунные алмазы, и использовать их без крайней необходимости было нельзя. Могущественное королевство могло веками хранить такие артефакты для самых важных обстоятельств.

Двигаться быстрее было невозможно почти для всех. Даже знаменитые [Маги] и знаменитости передвигались в экипажах, где уровни и магические колеса позволяли им преодолевать до ста миль в день. Это был предел данного мира. Лишь немногие могли двигаться быстрее. Никто. Послушайте, для этого понадобился бы Пегас, а они все вымерли! Вам пришлось бы ехать на спине Дракона или использовать заклинание [Полет]. Или ехать в магическом экипаже.

Карета мчалась по грунтовой тропе, виляя вслед за изгибами дороги, почти бесшумно благодаря наложенным на неё чарам. И магии в этой карете было много. Без неё транспортное средство никогда бы не выдержало такой скорости пути и не смогло бы так ловко поворачивать в ответ на движения водителя.

Магический экипаж заложил вираж на повороте грунтовой дороги, вылетев из-за линии деревьев розовым размытым пятном смерти. У молодого человека был лишь миг, чтобы поднять взгляд и увидеть, как оно несется на него быстрее мысли. Он вскинул руки и выкрикнул свои последние слова -

Стоит отметить, что эта знаменитая карета, принадлежавшая не кому иному, как Магнолии Райнхарт, не имела привычки давить пешеходов. На самом деле, было известно, что она украшена лишь кровью бандитов или монстров. Помимо замирающего от страха ужаса, который она вызывала, люди, видевшие её в пути, рассудили, что это безопасно. В конце концов, кто будет настолько глуп, чтобы зачаровать экипаж так, чтобы он двигался с такой скоростью, и не дать ему способности избегать столкновений?

- Клянусь кровью на моей могиле, это было близко.

- Рейнольд? Мы замедлились. Всё в порядке?

- Прошу прощения, леди Райнхарт. Мы проезжаем через деревню, и мне нужно переправить нас через реку.

Панель закрылась. Рейнольду не нужно было оглядываться, чтобы знать, что это была Ресса - она и открыла, и закрыла панель. Безмолвная [Главная горничная], сопровождавшая свою госпожу повсюду, была тиха как падающий лист, когда того хотела. На самом деле, она могла стоять прямо за его спиной, а Рейнольд бы и не заметил. Такое уже случалось.

Рейнольд миновал мост, быстро осмотрел дорогу и разогнался до скорости, которая оставила бы далеко позади в пыли среднестатистическую незагруженную ласточку, европейскую или любую другую. Мир снова превратился в размытый туннель, и Рейнольд мог полагаться только на свои Навыки и рефлексы, чтобы замечать препятствия на дороге впереди.

Панель отъехала в сторону, когда Рейнольд вывел карету из леса и направил её вверх по холму. Он выругался, заметив впереди каменистую местность, и прошептал слово.

- У меня здесь есть восхитительные пирожные, и Ресса говорит мне, что мне нельзя съедать их все за один раз. Не хотите ли одно?

- Вы очень добры, леди Райнхарт, но я, э-э, в данный момент вполне удовлетворен. Благодарю вас.

- Да, леди Райнхарт.

- [Перопадание]. [Перопадание]!

- [Приземленные Колеса].

- Рейнольд.

Рейнольд дернулся вперед, когда низкий голос Рессы прозвучал прямо у него в ушах. [Горничная] посмотрела на дорогу впереди и кивнула магическим лошадям, которые тащили их всё быстрее.

- Да, мисс Ресса.

Изнутри послышался возмущенный голос. Рейнольд облегченно вздохнул, когда Ресса развернулась и забралась обратно в экипаж. Он слышал, как они переговариваются.

- Превосходно. Я устала сидеть, и мне не помешала бы возможность размять ноги перед следующим переездом. А еще я хочу обедать.

- Тот чай был просто неудачной заваркой, Ресса. Честное слово, это случилось всего один раз.

Панель сдвинулась, закрывая проем, и Рейнольд снова с облегчением выдохнул. Он погнал экипаж дальше, разбрасывая грязью и снегом, пока ехал по пересеченной местности. Не по дорогам - даже зимой вероятность столкновения с зазевавшимся путником была слишком высока. Он внимательно всматривался в горизонт, выискивая угрозы, примечательные места и проверяя, правильно ли он держит путь.

Никто другой не смог бы ехать на такой скорости, поэтому именно Рейнольд отправился на север, чтобы сопровождать леди Магнолию туда, куда ей было нужно. Кроме того, Рейнольд давно служил леди Магнолии, и Ресса лично подтвердила его умение соблюдать конфиденциальность в любых ситуациях. Рейнольд знал, что это очень важное качество. Туалетные привычки леди Магнолии были далеко не самым сокровенным из секретов, которые ему иногда приходилось слышать.

На окраине этого города у нее было поместье. Поместья у нее были повсюду, но это было довольно маленьким и не предназначалось для постоянного проживания. Скорее, делегация [Горничных] и других слуг уже ждала экипаж, когда Рейнольд остановил его посреди замерзшей дороги перед виллой.

Дверь распахнулась, и Магнолия выпрыгнула наружу прежде, чем Ресса или Рейнольд успели открыть дверь или опустить подножку. Магнолия потянулась, и Рейнольд тоже осторожно спешился, украдкой разминая затекшую поясницу, пока выходила Ресса.

Напуганные слуги расступились перед ней, словно волна, и обе женщины зашагали вглубь виллы. Рейнольд на мгновение ссутулился, а затем помахал одной из [горничных], которая спешила к нему во главе небольшой процессии. Он знал её; специфика его работы подразумевала знакомство с большинством персонала Магнолии.

- Поешь уже в дороге! Не сейчас, обжора! Ты должен показать мне и остальным, как менять камни - я не помню, как это делается, а ты здесь единственный эксперт.

- Меня всегда поражает, как это работает! Ты говоришь, это изобрел Архимаг?

Крупные, размером с ладонь самоцветы, представленные Рейнольду на мягкой подушке, были одними из самых дорогих предметов в мире. Он устало взял их и привычным движением выщелкнул старые камни из гнезд. [Носильщик] с подушкой задрожал, когда Рейнольд положил на неё два почти исчерпанных мана-камня. Один был рубином, другой - идеально ограненным изумрудом.

- Пусть их перезарядят в Гильдии Магов. Не волнуйся, они знают, что делать, хотя подозреваю, что это займет у них неделю или больше. А этих хватит на полдня, если я продолжу путь. Яника, смилуйся надо мной. Я бы предпочел не есть и управлять одновременно, если это возможно.

- Письменные отчеты положите под стол. Вот здесь. Тут есть отсек. Он выдвигается - погодите, я сам.

- Вы думаете, у неё будет возможность прочитать всё это, пока она общается со своими гостями?

- Полагаю, Ресса вытащит их в первые же пятнадцать минут. Вы ведь знаете, что леди Райнхарт ест и общается со всеми своими информаторами прямо здесь?

Рейнольд покачал головой.

[Горничная] вздохнула.

[Дворецкий] чуть не расплакался от счастья, когда она преподнесла ему этот обжигающе горячий деликатес. Он и впрямь с предельной осторожностью ел, крепко сжимая оберточную бумагу, и, к недовольству Джаники, проглотил всё за считанные минуты.

- Насколько я помню, она хотела её для себя, Джаника. Это я вижу свежий хлеб? И найдётся ли какой-нибудь напиток?

- Без вина.

Она выглядела озадаченной. Рейнольд извиняюще улыбнулся ей.

- Что, ни капли?

- Я была бы очень плохой [Горничной], если бы отпустила вас с горячей водой! Вы там! Горячего молока мистеру Рейнольду, и поживее! Я хочу, чтобы экипаж был натерт и отполирован к возвращению [Дам].

- Не утруждайтесь. После первой же лужи это не будет иметь значения. И, думаю, у вас нет времени ни на что, кроме молока; леди Райнхарт будет здесь через считанные минуты, не говоря уже о ее гостье.

Как и предсказывал Рейнольд, он едва успел наполнить горячий термос козьим молоком, когда леди Магнолия стремительным шагом вышла из виллы, а за ней следовали леди Бетал и элегантный шевалье Томаст. Предупрежденные Рейнольдом, остальные слуги стояли по стойке смирно, и экипаж был готов к отправлению. [Дворецкий] уже сидел на месте кучера.

- Да! Рейнольд, верно? Доброго дня, сэр. Надеюсь, Магнолия не слишком вас загрузила, учитывая то, как она путешествует по континенту?

- Для меня честь служить леди Райнхарт и вам, леди Бетал. Если я могу быть чем-то полезен, пожалуйста, не стесняйтесь просить.

Губы Магнолии тронула улыбка, пока Бетал позволяла Томасту помочь ей подняться в экипаж.

- Ты так говоришь обо всех своих слугах, Магнолия. Но мне нужен [Дворецкий], который сможет за мной успевать! Кажется, ты монополизировала всех лучших.

- В этом нет необходимости, леди Райнхарт. Я знаю дорогу. По моим грубым подсчетам, мы будем на месте примерно через два часа.

Дверь с хлопком закрылась. Яника едва успела поклониться вместе с остальными слугами, прежде чем Рейнольд разогнал экипаж, выезжая за ворота виллы снова в заснеженные равнины. Он отхлебнул из фляги, чувствуя, как тепло разливается по замерзшему телу. Одной рукой Рейнольд отставил флягу и пошарил в обернутой корзине рядом с собой. Он нащупал что-то теплое, вытащил и принюхался.

Он ел, осторожно направляя экипаж вперед. Снаружи было холодно, и еда помогала ему чувствовать себя живым. Внутри слышался приглушенный гул разговора. По иронии судьбы, несмотря на все чары, в экипаже не было заклинания тишины, поэтому Рейнольд мог вычленять обрывки фраз.

Это была леди Бетал. Рейнольд слушал вполуха, направляя повозку на запад и юг. Одной из вещей, которые делали его умелым возницей, было знание континента. Он мог проложить маршрут до Ноунхэма в уме. Он услышал, как леди Магнолия тихо рассмеялась и ответила, причем голос ее звучал слегка приглушенно.

- Глупости! Если меня там не будет, как я узнаю, справились ли они со своей работой? К тому же, это миссия доблести, и я ни за что не упустила бы возможность увидеть, как мой Томас сражается.

- Очень хорошо. Но разве та огромная армия, которую ты собрала, не находится севернее этого места? Я полагала, ты останешься на севере, чтобы вести их к Лорду Гоблинов.

- О? Каких именно?

Сакра? Рейнольд нахмурился. Он знал Сакру - она была одной из особых служанок Магнолии, как и он сам. Только её специальностью была скрытая работа. Она выслеживала Рёку в Инврисиле, и после этого он не видел её в особняке, поэтому решил, что она выполняет одно из поручений леди Райнхарт. Она была очень хороша как в бою, так и в маскировке; она была в ярости от того, что Рёке удалось так легко её разоблачить.

- Эстхельме? Боги мертвые, Ресса, забудь о детях. Скажи мне, город всё ещё стоит?

- Если возможно, отправь золото и дополнительную помощь через Целум, и добавь это в мой список вопросов для обсуждения с Советом Лискора. Мне придется заняться этим сегодня - ах, как раздражает. По крайней мере, есть эта дверь. Бетал, ты слышала об этом? Некоторые искатели приключений нашли магическую дверь, из всех возможных вещей, и ты никогда не угадаешь, что она делает. Она телепортирует людей, так что им каким-то образом удалось создать связь между Целумом и Лискором...

"Не думаю, что у них был выбор. Видите ли, она находится в трактире, прямо за городом..."

Рейнольд пробормотал что-то себе под нос, пережевывая очередной кусок хлеба. Он едва не поперхнулся и запил еду молоком. Он продолжал ехать, лишь вполовину вслушиваясь в разговоры о планах. Но со временем он перестал слушать. Были вещи, о которых ему, как дворецкому, лучше было не знать, а стремительно проносящийся мимо мир был мирным. Рейнольд сидел, пока за окном экипажа беззвучно выл ветер, чувствуя окружающий холод и балансируя на той приятной грани, где тепло и холод заставляли его ценить каждый слой одежды на себе.

"Тревожно. Надеюсь, Бетал сможет с этим разобраться".

"Ты сомневаешься, что она справится?"

[Дворецкий], который пристально смотрел на резню, предаваясь воспоминаниям о прошлом, вышел из транса и взял поводья.

- Мы вернулись!

Рейнольд припарковал экипаж в конюшнях, потирая руки, когда до него наконец добрался холод. Он поспешил через черный ход и обнаружил в ожидании одного из конюхов.

- Я займусь этим.

Он так и не дошел. Одна из [горничных], которую он хорошо знал - гнолл по имени Бекия - как раз шептала ему, что Сакра прискакала обратно к особняку с важными новостями, которые она не посмела отправить заклинанием [Сообщения] неделю назад, когда он услышал голос Магнолии, эхом раздавшийся из её личной гостиной.

Каждый слуга в коридорах вздрогнул, а некоторые пригнулись. Рейнольд и Бекия подошли ближе к двери, за которой кричала Магнолия. Они слышали её голос и приглушенный ответ Сакры.

Дверь распахнулась. Рейнольд увидел, как к нему стремительно идет леди Магнолия, Сакра смиренно следует за ней, а Ресса замыкает шествие. Магнолия рявкнула на Рейнольда, пока тот кланялся.

Еще одна поездка. Рейнольд внутренне застонал, но помчался в конюшни, чтобы велеть Джефри подготовить экипаж. Через несколько минут он снова выехал на холод. Он даже не успел присесть.

- Мы прибыли, леди Магнолия.

- Поврежден, но устоит. Полагаю, леди Ри жива. Ей лучше быть живой, иначе я призову к ответу каждого искателя приключений здесь.

Рейнольд последовал за ней, предварительно найдя место, где припарковать экипаж. Сакра спрыгнула с переднего сиденья. По крайней мере, в дороге у него была компания, и она поведала ему невероятную историю о своей секретной миссии по выяснению того, кем именно был незнакомец, с которым встретилась Рёка. Рейнольд едва мог в это поверить. [Император]? Здесь?

Она сердито взглянула на него. Женщина, которая называла себя Одвейг и притворялась простым авантюристом серебряного ранга, выглядела совершенно иначе, чем строгая [Горничная] в униформе, идущая вслед за леди Магнолией. Ее голос прозвучал едко:

- Да, но всё же, [Император]? Серьезно?

- Где леди Ри Валерунд?

- Леди Ри! Мне нужно поговорить с вами.

- Прошу прощения, леди Ри. Я получила ваше сообщение только сейчас. Я рада видеть вас в добром здравии, но что всё это значит? Вы уезжаете?

Голос Ри был холодным, но Рейнольд встречал достаточно [Лордов] и [Леди], чтобы понять: леди Ри была подавлена личным визитом Магнолии. Она была [Леди] низкого уровня, а Магнолия была самой крупной акулой в океане. Она указала на застывших вокруг людей.

Улыбка леди Магнолии была острой и яркой.

Она повела леди Ри в сторону гостиной, и только теперь окружающие вновь обрели способность двигать ногами. Ресса направилась вслед за двумя [Леди], но один мужчина вырвался из толпы, явно решив after them.

Ресса в мгновение ока встала между мужчиной и Магнолией. Крупный мужчина, лысый и закованный в броню, замедлил шаг. Он склонил голову.

Он не закончил мысль, оставив остальное недосказанным. Если леди Магнолия, известная своим вспыльчивым нравом, решит что-нибудь предпринять. Рейнхартов боялись не только из-за их силы, но и из-за их роли арбитров и вершителей закона по всему континенту. Ресса нахмурилась, глядя на него, а затем перевела взгляд на Рейнольда и Сакру.

- Прошу прощения, сэр. Могу я узнать ваше имя?

- Мои извинения, капитан Герам. Я Рейнольд, [Дворецкий] на службе у леди Рейнхарт. Уверяю вас, она намерена лишь обсудить с леди Ри несколько насущных вопросов. Однако подобные дискуссии лучше оставить на усмотрение знати, без постороннего вмешательства.

- Почему бы вам не присесть здесь, сэр?

- Рейнольд, мне нужно идти к леди Рейнхарт. Скорее всего, она захочет узнать мое мнение. Справишься с ним?

- Я должен быть рядом с леди Ри.

Герам заколебался.

Боится её. И по вполне уважительной причине. Но если ты пойдешь туда, то только создашь больше проблем. Рейнольд прикусил язык, сдерживая слова, и вежливо улыбнулся.

- Гоблинов? Э-э... да. Да, они и были. Нас бы точно прикончили, пока я здесь сижу, если бы не Император Лейкен.

Потребовались определенные усилия, чтобы успокоить Герама - Рейнольду удалось это в основном тем, что он угостил человека выпивкой и сказал, что если тот вмешается, Магнолия Рейнхарт засунет его в ящик и оставит там. Будет ли он там по частям или целиком, вероятно, зависело бы от того, насколько ухудшится её настроение.

- Мисс Ресса, что-то случилось?

- У нас проблема, Рейнольд. Вам придется взять карету и отправиться на юг. К Целуму.

- Правильно ли я понимаю, что я оставлю вас и леди Магнолию позади?

Рейнольд нахмурился.

Магнолия Рейнхарт владела двумя магическими каретами, в то время как в большинстве королевств не было ни одной. За её личной каретой ухаживали любой ценой; вторая была мощной, но часто страдала от нехватки ресурсов и [Магов] нужного уровня, способных её починить. Тем не менее, любая из них была гораздо, гораздо быстрее любого другого вида транспорта, и именно поэтому он удивился, что ему приходится использовать личную карету Магнолии. Однако Ресса лишь покачала головой.

Сердце [Дворецкого] екнуло.

- Нет. Карета должна была забрать очень важного гостя. Вам нужно ехать в Целум и забрать путешественника - он будет ждать в красном плаще, вы узнаете его с первого взгляда.

Он знал, что жаловаться Рессе - опасная затея, но Рейнольд должен был это сказать. Он замялся, когда [Главная горничная] пристально посмотрела на него, и решил испытать удачу еще раз.

- Рейнольд.

- Нет. Карета должна была выехать этим утром, а мне сообщили об этом только сейчас.

- Нашему гостю нужен самый лучший кучер, чтобы доставить его сюда. Время сейчас имеет решающее значение, а маршрут проходит через те земли, где, по слухам, ведет свои войска Лорд Гоблинов.

- Мисс Ресса, я понимаю, но мое нынешнее состояние...

- Рейнольд. Это важно.

- Прошу простить меня, мисс Ресса. Я вернусь с максимально возможной скоростью.

Он редко слышал, чтобы Ресса говорила таким тоном. Рейнольд развернулся и побежал к экипажу. Меньше чем через минуту он уже был в дороге, гняв лошадей изо всех сил. Но даже если он ехал так быстро, как только смел, путь до Целума занял бы шесть часов. Ну, может, пять, если гнать настолько быстро, чтобы это стало по-настоящему опасно.

Так почему же он должен был видеть это? Карета замедлила ход, когда перед ним предстала эта картина. Та самая сцена, которую видишь на полях сражений, находясь в безопасности своего дома. Сцена универсальная и в то же время всегда уникальная.

Возможно, это были беженцы - жители деревни, эвакуировавшиеся перед лицом армий Лорда Гоблинов. Но эти двигались слишком медленно, или гоблины двигались слишком быстро. Как бы то ни было, повозки и вереница жителей были настигнуты группой гоблинов.

И часть их сил решила напасть на жителей. Группа гоблинов верхом на щитовых пауках мчалась впереди вопящей массы соплеменников, атакуя жителей, которые с криками бежали от своих повозок к холмам, где могли найти спасение.

И всё же жители заметили его. Некоторые бежали к нему, крича и размахивая руками, лишь для того, чтобы быть сраженными стрелами. Другие прижимали к себе детей, оборачиваясь и пытаясь привлечь его внимание. Рейнольд проклинал их на ходу. Почему они останавливались, чтобы привлечь его внимание, когда гоблины были уже совсем рядом?

В любом случае было слишком поздно. Гоблины были слишком близко. Они уже начали выкашивать жителей сзади. Рейнольд видел всё слишком ясно. Даже если бы они добрались до холмов, было бы слишком поздно. Даже если бы они оторвались, гоблины просто выследили бы их. Было слишком поздно помогать, слишком поздно...

Это был его долг. Он не мог рисковать каретой или даже собой, несмотря ни на что. Рейнольд попытался закрыть уши, чтобы не слышать криков. Он говорил себе, что просто выполняет свою работу. Он был всего лишь [Дворецким].

Карета Рейнольда врезалась в первую группу гоблинов, разбрасывая тела. Призрачные лошади втаптывали гоблинов перед собой в землю; другие отлетались от бортов и передней части кареты. Рейнольд закричал, направляясь к одному из гоблинов, который выглядел как предводитель. Тот сидел верхом на щитовом пауке. Он зарычал, когда Рейнольд обнажил меч, который всегда носил с собой.

Мелькнул клинок, затрещали молнии. Меч Рейнольда обезглавил гоблина, а электричество ударило в окружавших его существ. [Дворецкий] зарычал, врезаясь в толпу гоблинов и разворачивая экипаж.

Он потерял инерцию, врезавшись в гоблинов и превратив их передовой отряд в груду истерзанных тел. Призрачные кони рванули вперед, и Рейнольд почувствовал, как экипаж снова набирает ход. Деревенские бежали, но гоблины были прямо за ними. Сколько времени он сможет выиграть? Минуту? Пять?

"[Всплеск Скорости]!"

Вот так. Рассеять их. Он нанес рубящий удар сверху вниз, проносясь мимо хобгоблина, и почувствовал, как меч с глухим стуком вошел в кость. Это было то же самое чувство, что и при езде верхом, во время атаки на врага.

Секунды. Рейнольд закрутил экипаж, сбрасывая гоблинов, пытавшихся взобраться на него. Он переехал конями хобгоблина, который пытался ухватиться за повозку. Маленький гоблин приземлился на крышу, и Рейнольд проткнул его; электрический разряд обжег кожу гоблина, заставив того отпустить поручень.

Он переезжал троллей и ничего не чувствовал. Рейнольд обернулся и увидел, что часть деревянной отделки розового экипажа была разщеплена. Что в него попало? Заклинание? Кто выстрелил...

"[Поле Невидимости]!"

Рейнольд вырвался из группы гоблинов, пока в него летели новые стрелы. Он потянулся к зелью, которое хранил в отсеке под каретой. Мир вокруг него темнел. Он нашел флакон и оглянулся.

К бортам прилипла кровь, делая экипаж заметным, несмотря на заклинание. Рейнольд гнал его вперед. Он увидел гоблина с черными глазами, поднимающего руку, почувствовал, как черные разряды энергии заставили карету содрогнуться и застонать. Он врезался в гоблинов. Долг.

Стрела отбросила его на сиденье. Рейнольд обернулся и увидел прыгающего на него хобгоблина. Он поднял меч -

Первым был тот факт, что эта встреча была согласована, а Магнолия Рейнхарт не из тех, кто нарушает свое слово. Вторым было то, что он знал: эта встреча стоит того, чтобы ее дождаться. Тем не менее, отсутствие каких-либо повозок на горизонте заставило его забеспокоиться, и он как раз раздумывал, не зайти ли в город за едой или выпивкой и не отправить ли еще одно заклинание [Сообщения], когда он увидел это.

Она была розовая, или когда-то была таковой. Но спереди засохли красные брызги крови. Карета была повреждена в нескольких местах, а кучер -

Пока стражники на стенах Целума выкрикивали тревогу, путник увидел, что карета направляется прямо на него. Она повернула и на мгновение занесло, прежде чем она остановилась в снопе грязи и снега, который едва не задел путника. Кучер замер и наклонился вперед над поводьями, пока призрачные лошади стояли на холоде. Он был залит кровью, а из его ноги торчала стрела. Он повернул голову к путнику и слабо улыбнулся.

- Предки, вы в порядке?

Рейнольд выдернул стрелу из бедра и дрожащими руками плеснул на рану исцеляющее зелье. Он взглянул на путника, откидывая капюшон, и замер.

- Вы уверены, что в порядке? Вы выглядите так, будто прошли через войну!

- Не беспокойтесь, сэр! Я всего лишь столкнулся с парой тысяч гоблинов. Уверяю вас, обратный путь я проложу по другому маршруту. Не пожелаете ли вы пройти в карету?

Профессионализм. Рейнольд одарил мужчину своей лучшей улыбкой, отпивая из флакона с зельем.

Он смотрел сверху вниз на путешественника, пока стражники на стенах и у ворот кричали на него. Путешественник замялся. Он огляделся и понял, что остались считанные мгновения до того, как их окружат люди. Он посмотрел на Рейнольда.

Рейнольд немного маниакально ухмыльнулся путешественнику. Он рассмеялся, что было серьезным нарушением этикета, но, учитывая обстоятельства, это было понятно и оправдано.

- Полагаю. Да, полагаю, теперь отступать некуда, верно?

- С прискорбием сообщаю, что наше путешествие может задержаться на час или два, сэр. Повреждения кареты снизили нашу скорость, и мне придется объезжать армию Лорда Гоблинов.

- Полагаю, части их всё еще прилипли к днищу кареты, сэр. Могу ли я воспользоваться моментом и ознакомить вас с нашим выбором вин?

Но он продолжал ехать. Он был [Дворецким]. А дворецкий никогда не покидает свой пост. Он был слишком многим обязан Магнолии Райнхарт, чтобы так поступить.

- Боже мой. Мой наряд испорчен. Нужно будет привести его в порядок... как только я остановлюсь на отдых.

А внутри кареты путник наблюдал за возницей через перегородку. Он с тревогой смотрел на мужчину, но видел, что Рейнольд ведет повозку, не колеблясь. То ли дело было в непривычном ощущении поездки в карете, то ли в инстинктивном понимании того, что Рейнольд не остановится, пока не исполнит свой долг, но вскоре путник почувствовал, что устает.

Его друг. Лицо давно умершего человека обрело четкость в сновидении путника, и раздался голос.

- О, правда? Какого именно?

- Первое имя мне незнакомо, но фамилию я узнаю. Ну надо же. Один из отпрысков Пяти Семей пришел нам на помощь?

- Что, всей этой армии? Она что, какой-то [Командир]?

- И зачем же она пришла?

- Что ж, тогда я выпью за её здоровье. Почему ты сказал, что встретил монстра? Она ведь не настолько уродлива...

- Я тебя не понимаю.

- И что? Она, должно быть, выдающаяся личность, раз ведет армию в таком юном возрасте. У неё высокий уровень... и что с того? Я не улавливаю твою мысль.

- Боги мертвы.

- Возможно... она пугает тебя, и она настолько отличается от своего народа, верно?

- Кажется, да. Но неужели это не...

- Что?

- Ты же знаешь, я не силен в догадках. Расскажи мне.

- Я не знаю этого слова. Значит, ты хочешь сказать, что она какой-то лидер? Опасный в будущем?

- Да скажи ты мне уже это чертово слово, а? Чего она хочет?

- Мира?

- Именно это я и сказал.

"Маленькая девочка, ведущая армию на борьбу с Антиниумом. Ради мира. Чтобы спасти мир, как она сказала. И знаете что? Тогда она выглядела как ребенок, с рвотой, стекающей с подбородка, но когда я спросил, возможно ли это, она просто улыбнулась. И в тот миг она стала похожа на... не знаю. Не на [Королеву] или [Леди], а на что-то большее. Как антипод бога, если бы они были живы. Она протянула руку и сказала, что я должен примкнуть к ней. Вместе мы сможем закончить войну и спасти мир".

Зел ждал. Ссерис покачал головой.

"Испугались маленькой человеческой девочки. Генерал Ссерис, [Копье Дрейков]. Испугались мира".

Генерал Ссерис посмотрел на него, и Зел Шивертейл на секунду замер, прежде чем расхохотаться. Другой Дрейк ухмыльнулся, признавая шутку, а затем наполнил кубок Зела. Два Дрейка подняли кубки в безмолвном тосте, и Зел поднес его к губам -

"Рейнольд? Боже мой. Ресса! Живо принеси ему лечебные зелья и помоги спуститься с повозки!"

"Это были [Ассасины]? Насколько тяжело вы ранены? Гость в безопасности?"

"Неважно. Ресса, забери человека внутрь. Он замерз! Почему он такой холодный? Заклинания heating на повозке снова сломались? А что насчет -"

Для них он был легендой. Одна из [горничных], высокая женщина, медленно отступила назад к женщине пониже, не сводя с него глаз. Было слишком темно, чтобы Зел мог разглядеть детали, но то, как она держалась, и её голос - он никогда не встречал её, и она никогда не встречала его.

- Генерал Шивертейл. Я рада, что вы решили приехать. Прошу прощения за задержку.

- Ваш человек выглядел так, будто он проехал сквозь войну туда и обратно, чтобы добраться до меня. Я отдаю должное его духу.

Магнолия взглянула на него, а затем на Зела. Осторожно, медленно она протянула руку.

- Не сомневаюсь, что сможем. Но прежде у меня есть к вам один вопрос. То, что я должен знать.

- Скажите мне, почему.

- Почему вы пошли на все эти сложности. Почему вы готовы помочь. Почему пообещали мне всё это. Какая вам в этом выгода?

- Возможно, никакой. Но это моя миссия, так скажем? Моя цель - безусловно. У меня есть одна мечта, генерал Шивертейл.

Зел затаил дыхание. Весь мир замер. Магнолия Рейнхарт улыбнулась, и в её глазах зажегся яркий свет. Она снова протянула руку.

Зел Шивертейл посмотрел ей в глаза. На мгновение он увидел то же, что видел Ссерис десятилетия назад. Этот свет, эту уверенность. Другой Дрейк называл это взглядом дьявола, монстра или бога. А затем он моргнул и увидел нечто иное. Он заколебался, и затем его коготь поднялся. Осторожно, где-то в прошлом, в том, что могло бы быть, Дрейк-генерал пожал руку девушке-человеку.

- Что ж, давайте спасем мир, мисс Рейнхарт. Скажите, с чего нам начать?

- С гоблинов, дорогой мой Зел. Сначала с Лорда Гоблинов. Затем Аз'кераш. А после - Антиниум.

Она улыбнулась еще шире.

4.39 G

- Дураки!

- Гарен Красный Клык. Что тебя так разгневало на этот раз?

Племя Красного Клыка в основном оставило Гарена, когда Рэгс сбежал с горы. Но "многие" не означало "все", и в горах к фракции Гарена Красного Клыка уже примкнуло немало хобгоблинов и умелых воинов. Он был вершиной боевого мастерства, к которой стоило стремиться, и если его новое "племя" было не так хорошо обучено, как прежнее, то они все равно представляли собой боевую силу, которую Гарен водил во многие рейды.

- Гоблины, которые отправились атаковать [Леди], мертвы.

- Все?

И всё же нападавшие были уничтожены. Гарен резко произнес:

- Ты запрещаешь? Я Великий Вождь под горой.

В зале воцарилась тишина. Гоблины вокруг Тремборага отступили, а воины Красноклыка из отряда Гарена с беспокойством поглядывали на Тремборага. Малиновые глаза Великого Вождя вспыхнули яростью. Он и Гарен зарычали друг на друга, подходя ближе.

- Ха! Ты не затупил свои клыки с тех пор, как прибыл сюда.

Раздражение между ними возникло не на пустом месте, и не только из-за побега Рэгс. Что она забрала? Некоторые магические предметы? Большинство действительно мощных артефактов были распределены между лейтенантами-хоббами и другими воинами в племени Тремборага. Гоблины не копили практичные сокровища. А еда? Опять же, не проблема. Женщины-люди...

- Гоблинский Лорд приближается.

Трембораг ел свирепо, хрустя костями. Он выплюнул осколок на землю.

- Другие?

- Ты думаешь, что ты единственный знаменитый Вождь, Редфанг? Далеко на севере есть и другие племена, которые заставляют Людей трепетать, так же как есть племена на юге и на других континентах. Я думаю о двоих. Ведьма-пиромантка и brute, который обожает сражения.

Великий Вождь снова рассмеялся.

- Если только Люди не придут первыми. Ты провоцируешь их.

- Они забыли, почему нас боятся. Пусть придут к горе. Мы сломаем их в туннелях, заманим и раздавим. И в своей ярости они будут охотиться за тем ничтожеством, тем вором, Гоблином, который взял Человеческое имя!

- А когда придет Лорд Гоблинов? Что тогда? Будешь сидеть и есть, пока он не предстанет перед твоим порогом с войском куда более огромным, чем твое?

Голос Тремборага прогремел, когда Гарен зашагал прочь из зала. Хоб обернулся. Теперь Трембораг был серьезен.

Гарен уставился на него. Месть, возмездие. Око за око. В этом плане Трембораг был очень похож на Людей.

Слухи дошли до ушей Гоблинов, пока те скрытными тенями рыскали по окраинам этих странных земель. Трембораг ухмыльнулся, и в его глазах вспыхнула ярость.

В этот момент он был Вождём Гарена, поэтому Гарен отправился в путь. Он повёл огромную силу Хобгов и Гоблинов к дому Дома Валерунд и обнаружил, что поместье пустует. Он сжёг поместье и решил, что гнаться за леди нет смысла.

Они уже начали переходить в контратаку.

Гоблины племени Затопленных Вод не были беспокойны. По крайней мере, большинство из них. Они ежедневно совершали набеги на дороги и регулярно сталкивались с монстрами и небольшими отрядами Людей. Более того, они чувствовали себя в безопасности в своём полупостоянном жилище в лесу высоких деревьев вокруг озера. Гоблины уже начали считать его своей базой. Но что более важно, они набивали животы за счёт своих набегов и не находились ни в опасности, ни в нужде. Они были довольны.

- Она не знает, что делать.

У каждого были свои цели. Ноасс, который был очень умен и потому опасен, играл с искрой электричества, позволяя ей переползать по его рукам. Остальные гоблины украдкой оглядывались.

И вот оно... знак осторожности. Ноасс щелчком отправил искру в огонь, заставив его вспыхнуть, и поднял взгляд.

Остальные согласно кивнули. Ноасс продолжил.

- Опасно.

- Стоит идти.

- Возможно. Но она...

Безопасно. Ноасс засунул палец в ушное отверстие, вытащил немного липкой серы и продолжил.

Вождь Скалопада согласно кивнула. Она поддерживала Рэгс, поэтому было полезно, что та её слушает. Важно было каждое мнение. Но Ядовитый Укус была не на месте. Она не была хобгоблином, но все вокруг костра считали, что она обладает тем же рангом. Точно так же, как Ноирс был с большим отрывом сильнейшим [магом] в племени - маленький размер не означал слабость. Рэгс была тому примером.

Ей не нравилось просто грабить путников на дороге, тем более что в последнее время их стало меньше. Редскар одобрительно кивнул, как и двое хобгоблинов. Ноирс нахмурился и огляделся.

- Вождю. Нужна битва. Гоблин-лорд.

- Сначала нужно поговорить.

- Вождь молода.

Другие гоблины насмешливо фыркнули.

Взмах рукой, коготь сжался в кулак. Очевидно, что это не было первым, что приходило на ум, но ответ был более нюансированным.

- Она не сильная?

Все повернули головы. Казалось, Рэгс не собирается их резать. Пирит поднимал гоблинского ребенка, кряхтя и разглядывая сыпь. Все снова обратились к разговору.

- Да.

- Хорошо иметь напарника.

- Пирит хорош.

- Хорош, но прост. У него странный спутник. Старый. Серобород.

- Старый гоблин. Знаешь его?

Она пренебрежительно махнула пальцами, и Редскар кивнул.

- Ха! Смысла нет. Но если не Пайрит, то кто?

И все же - бесцельность. Остальные гоблины замялись. Ноэрс поморщился.

- Зачем?

- Потому что бесцельность - это плохо, тупица.

Она зарычала.

Она сердито обернулась к говорящему, и её зелёное лицо побелело. Над костром стоял Пайрит, с хрустом поедая гигантского жука-короеда. Он спокойно помахал группе рукой.

- Вождь бесцелен.

- Бесцелен. Молод. Без секса. Не хоб. Не воин. Не идёт на войну и не строит базу.

- И что?

- И что с того? Молодой есть молодой. Бесцельность - дело временное. Вождь есть Вождь. Вырастет.

Седобородый рассмеялся в задумчивой тишине, которую вызвали слова Пайрита. Он хлопнул Пайрита по спине, и тот хмыкнул. Старый хоб вздохнул.

"А происходит?"

Ноирс, глядя на Хоба, задавался вопросом, что тот сказал. Грейбэрд поднял взгляд, его борода была насквозь пропитана супом, а в глазах вспыхнул огонь.

Остальные гоблины уставились на него, удивленные внезапной переменой в его тоне. Пайрайт перестал хрустеть жуком и поднял голову. В этот миг все гоблины в лагере услышали далекий звук рога. Рэгс выскочила из гамака, который соорудила у своего костра, и один из гоблинов-дозорных, затаившийся в деревьях, закричал. Что-то приближалось.

Леди Бетал Валчэйс стояла на вершине холма и смотрела вниз на племя Затопленных Вод; гоблины вскакивали на ноги и тянулись к оружию. Рядом с ней молчал сир Томаст Шевалье, ее муж. Молчали и ряды [Рыцарей], облаченных с ног до головы в красно-розовые доспехи. Это был ее личный орден воинов, appropriately известный как Рыцари Лепестка или, как она иногда их называла, ее Рыцари Розы.

Это означало, что на холме в линию выстроились чуть более сорока Рыцарей Розы. И все же леди Бетал выглядела совершенно спокойной. Одетая в элегантный костюм для верховой езды и восседая на жеребце, она могла бы сойти за даму, выехав на прогулку со своей свитой. Она присмотрелась к лагерю гоблинов и указала пальцем.

Ее целью был маленький гоблин, ехавший верхом на плотоядном волке и с огромным черным арбалетом в руках. Бетал хлопнула в ладоши, и ее рыцари розы выпрямились.

Он посмотрел на нее. Тон Бетал на мгновение смягчился.

Он молча смотрел на нее. Тон Бетал стал резким. Ее пальцы впились в его руку. Томаст был без доспехов; шелковый дублет, который он носил, вполне подошел бы для того приема, где он и Бетал встречались с леди Магнолией несколько недель назад. Он даже не вздрогнул, когда длинные ногти Бетал вонзились в его кожу.

- Они налетчики, и они вырезали тех деревенских жителей, Томаст.

- Да, они уничтожили племя гоблинов. И что с того? Магнолия лично попросила меня уладить это, и я так и сделаю. Нельзя позволить этим гоблинам и дальше срывать торговлю, а если бы они объединились с лордом гоблинов - ах, к черту честь, Томаст! Ты видишь, что они используют пики и арбалеты? Что если все гоблины станут сражаться так? Они должны быть уничтожены здесь и сейчас.

- Я знаю! Но... о, Томаст.

- Что должно случиться, то случится, любовь моя. Не вини меня за этот приказ.

- Так должно быть! Я... маленькое зло, грех, чтобы сделать мир лучше для некоторых. Так говорит Магнолия, и я в это верю. А ты? Будешь ли ты сражаться за меня, любовь моя, даже если я ошибаюсь? Даже если мир осудит меня? Оставишь ли ты честь ради меня? И будешь ли ты любить меня после, сердце моё?

- Всегда.

- Что ж, начнем. Мои Рыцари Розы - вперед!

Поэтому новость о [Леди] и её небольшом сопровождении стала приятным сюрпризом. Ограбить богатую дворянку до нитки и выяснить, что делают её магические артефакты, было бы приятным развлечением. Так почему же - почему...

Около тридцати людей в доспехах врезались прямо в ряды шестиметровых пик, которым Рэгс обучила своих гоблинов. Эти пики могли остановить атакувшую кавалерию, и делали это не раз. Вбегать в такую стену из шипов было самоубийством для любого. По крайней мере, так должно было быть.

Но наконечники обеих пик просто скользнули по его доспехам. Еще одна попала ему в живот, и Рэгс увидела нечто невероятное. Вместо того чтобы доспех деформировался под давлением удара, шок от столкновения передался по прочной пике, и восемь гоблинов, державших её, с силой врезались друг в друга.

Зачарованные доспехи! Она отчаянно замахала руками и закричала. Гоблины, назначенные охранять её в разгар сражения, поняли, чего она хочет, и плотная толпа пехоты вокруг Рыцарей Розы отступила. При этом они оставили после себя восемнадцать мертвых хобгоблинов и более пятидесяти погибших гоблинов.

Стальные и деревянные болты ударили по закованным в броню рыцарям со всех сторон в огромном полукруге, который гоблины образовали, чтобы не попасть друг в друга. На секунду воздух наполнился таким количеством снарядов, что Рэгс ничего не видела за разлетающимися щепками и-

Недопустимо. Глаза Рэгс вспыхнули. Она повысила голос и закричала, когда Рыцари Розы снова пошли в атаку.

- Маги! Хобгоблины!

Их враг был слишком силен.

Они были слишком прочными! И хотя у Рэгс была хорошая идея, мыслящая часть Пирита, спокойная часть, которая анализировала всё, говорила ему, что если враг пришел сюда, то он наверняка принял меры против простой физической силы или заклинаний. И действительно, хобгоблины не смогли повредить броню, даже когда наносили удары в полную силу. А молнии, исходившие от Ноэрс и других [Магов], также безвредно скользили по доспехам, хотя должны были убить владельцев ударом тока.

Плохой обмен. Пайрит остановил удар и отступил. Выпад прошел мимо, оставив в воздухе след пронизывающего холода. [Рыцарь] замер, а затем снова замахнулся, прикрываясь щитом.

- Отступаем!

Пайрит оглянулся через плечо, когда [Рыцарь] снова сделал выпад. Небрежно Пайрит снова отбил клинок; это было легко, если продолжать пятиться назад. Гоблины отступали, заманивая рыцарей в сражения один против сотен повсюду. И розовые рыцари принимали это предложение.

Глаза Пайрита сузились. Он скользнул в сторону, когда рыцарь рванулся вперед, и обрушил свой топор, словно молот, на его спину.

Его топор разлетелся вдребезги, когда он ударил Рыцаря Розы. Закованный в броню воин споткнулся на полушаге и повернулся к Пайриту. Хобб и окружавшие его гоблины уставились на Рыцаря Розы, а затем отпрянули. Это было совсем нечестно.

И все же холодная часть его разума всё еще одобряла. В этом был смысл. Как уничтожить врага наиболее эффективно? Послать воинов - и их не обязательно было много - в бой. Воинов, которых враг не мог никак повредить.

Они также были высокого уровня. И тогда Пайрит понял, что Рэгс сделает дальше. Что она обязана была сделать.

Но куда им идти? Рыцари Розы будут преследовать их, выкашивать или целить в неё. Группа уже прорывалась к Рэгс. А та указывала - на [Леди]?

Пайрит понял, что она задумала. Нанеси удар по лидеру, если не можешь навредить солдатам. Дождь из арбалетных болтов обрушился с неба на женщину без доспехов. Она в ответ подняла руку и -

Болты и стрелы разошлись в небе - как, впрочем, и облака. Пайрит, Рэгс и те гоблины, кому удалось взглянуть, уставились на то, как [Леди] улыбнулась. Болты посыпались вокруг неё и её охраны, образовав огромный круг - круг спокойствия вокруг неё. Затянутое облаками небо над её головой стало ярко-голубым.

Ей и не пришлось. Когда арбалеты поднялись во второй раз, один из Рыцарей Розы заревел. На мгновение он возвысился над гоблинами, его доспехи исказились, а прорези забрала засияли ужасающим светом. Он был монстром - каждый лук и арбалет повернулись к нему и выстрелили одновременно.

Они доминировали на поле боя благодаря своим Навыкам. И когда группа хобговлинов и воинов Красного Клыка бросилась в атаку на охрану вокруг леди, Пайрит увидел, как вперед вышел единственный другой мужчина без доспехов на поле боя.

Смерть. Пайрит почувствовал её в воздухе. Он огляделся - Рэгс сидела на своем ездовом животном с ошемленным видом. Плотоядные волки и воины Красного Клыка, её элита, сейчас сражались с Рыцарями Розы, и всё ещё - рыцари не получали урона. Они были непобедимы.

Вода. Озеро. Пайрит моргнул и отпрянул, когда ледяной длинный меч снова метнулся к его голове. Он отступил, затем развернулся и побежал.

И они явно не соображали здраво. Если бы соображали, то поняли бы, что вода замедляет и хобба, и рыцаря. Тем не менее, меч все равно обрушился на Пайрита, и тот должен был признать - это было опасно.

И Пайрит выпрыгнул из воды. Он с размаху врезался в рыцаря всем телом, и они вместе рухнули в озеро, под воду. Он почувствовал, как рыцарь забился, ощутил, как тот пытается подняться, и потянулся к его шее.

Второй изъян. Всему нужно дышать. Пайрит прижал голову вниз и наступил на сопротивляющееся тело. Он впечатал рыцаря в илистое дно озера и почувствовал, как тот отчаянно борется. Все дышат. Если только не могут этого сделать.

Глубокий голос Пайрита прогрохотал над полем боя, заставив гоблинов обернуться. Он увидел, как Рэгс посмотрела на него широко раскрытыми глазами, и тогда он поднял над головой розовый щит. Рыцарь все еще бился под его ногами, но теперь он стоял на нем.

Он хмыкнул, нырнул в воду и оттолкнул от себя отчаянно бьющую руку. Рыцарь Розы всё еще боролся! Он - или она - откуда-то брал воздух, или же мог невероятно долго задерживать дыхание. Пайрит вынырнул и в отчаянии огляделся.

Вон. Седобородый сражался своим старым двуручным мечом, смеясь, пока рыцарь с боевым топором обменивался с ним ударами. Но пожилой хоб уклонялся от каждого выпада. Он мог бы-

Глупо. Стоило подумать о- Пайрайт увидел, как [Леди] повернула голову в его сторону. Седобородый. Он должен был быть- о, конечно. Почему [Рыцари] специализировались только на мечах? У некоторых были луки, у других - заклинания.

Бетал указала пальцем, и один из рыцарей рядом с ней бросил оружие, чтобы достать лук со спины. Зачарованная тетива дзынькнула один раз, и хобб, которому удалось свалить юную леди Велку Кавейс - рыцаря-странника в обучении, которую Бетал приняла в свои ряды, - упал с двумя стрелами в груди. Розовый Рыцарь рванулась вверх, ища свое оружие, пока гоблины ревели, а та, что сидела на спине волка, с яростным криком погнала своего скакуна в озеро вслед за ним.

Бетал вздохнула, когда рыцари вокруг нее снова сомкнули ряды. Гоблины перестали атаковать её; клинок Томаста и горы гоблинских тел доказали тщетность этих попыток. А остальные её воины были слишком опытными, чтобы так просто дать заманить себя в воду.

Томаст повернулся к ней, и в его глазах промелькнул упрек. Бетал вздохнула.

Она нахмурилась и указала на место, где гоблины сражались с Рыцарями Лепестка. Почти все они отступили, оставив за собой сотни мертвых тел. Но один гоблин не отступил.

Напротив, Седобород теснил Рыцаря Розы, нанося тяжелые удары по доспехам мужчины, заставляя их звенеть. Остановка в их наступлении привлекла внимание других Рыцарей Лепестка, и они пришли на помощь сиру Керригу, чтобы расправиться с этим проблемным противником.

- Томаст, что это за гоблин?

- О боже.

Это вдохновляло. Один-единственный гоблин сдерживал восьмерых [рыцарей], заставляя их отступать; его меч пел в воздухе, пока он смеялся. Пирит стоял в воде, кровь капала из его ран. Ноэрс нашел в себе новые молнии и швырнул их в воздух. Гоблины перестали отступать и закрепились на своих позициях. Да и как они могли иначе?

Сидя на своем Плотоядном Волке, Рэгс увидела, как переломился ход битвы. Она подняла меч и закричала:

В её словах не было тактики. Рэгс просто почувствовала поток, гораздо более мощный, чем тот, что она могла создать сама, который уносил её вперёд. И когда она направила своего скакуна в атаку, её племя последовало её примеру. Гоблины потоком хлынули по грязной земле с криками. Они бросились на удивлённых [Рыцарей], игнорируя зачарованные клинки и с силой ударяя по зачарованным доспехам.

- Томаст!

Побитые Рыцари Розы отступили, когда Седобородый опустил свой меч. Он не задыхался, но от его тела исходил легкий пар пота. Томаст поднял рапиру и отдал честь гоблину. Седобородый ухмыльнулся и вскинул свой двуручный меч.

А затем они затанцевали. Другого слова для этого не было. Рэгс видела, как сражаются воины Красного Клыка, в чьих движениях были точность и грация, но [Дуэлянт] и Седобородый были на совершенно ином уровне. Каждый удар был настолько быстрым и плавным, что один перетекал в другой. Рэгс не могла представить, как она могла бы сражаться с кем-то из них. Она была бы мертва после первого же удара.

Он резал сам воздух! Глаза Рэгс сузились, пока она пристально смотрела на рапиру человека. Теперь [Дуэлянт] снова ударил, и Седобородая пришлось сблизиться с ним, иначе гоблины позади рисковали получить ранения. Он так и поступил, совершив низкий выпад вдоль земли. И Томаст ждал его.

В момент выпада одновременно мелькнула серебристая тень, так что на долю секунды показалось, будто у Томаста внезапно стало две руки вместо одной. Обе были нацелены в сердце Седобородая, и обе - промахнулись. Выпавший вперёд Седобородый исчез, и Томаст обернулся.

Был ли это остаточный образ, вызванный скоростью, или Навык? Рэгс не знала, она видела лишь то, что Седобородый внезапно размножился. Миражи старого гоблина наносили удары, пока Томаст отступал, и его мерцающая рапира теперь была в обороне, отбиваясь от призраков.

Это было элегантно и, как подумала Рэгс, преднамеренно. Томаст пошатнулся, развернулся и схватился за грудь. Кровь хлынула из перерезанных артерий, и раздался женский крик.

Бетал бросилась вперед, за ней последовали и Рыцари Розы. Они выстроились стеной перед ухмыляющимся Грейбирдом. Лишь кончик двуручного меча гоблина был в крови. Бетал накрыла собой грудь мужа, пока один из рыцарей, опустившись на колено, судорожно пытался открыть лечебное зелье. Она закричала, когда рыцари подхватили раненого шевалье.

Они отступали? Рэгс недоверчиво уставилась на них, но павший мужчина явно был важнее всего остального. [Леди] стояла, её верховое платье было запятнано кровью, а в глазах, когда она смотрела на ухмыляющегося Грейбирда, читалась жажда убийства. Она вскинула голову и произнесла в наступившей тишине:

Затем она развернулась и поспешила прочь вместе с Рыцарями Лепестка. Гоблины отпустили их без единого слова. Цена битвы была слишком высока, и к тому же -

- Вождь.

- Кто вы?

- Где Пайрит?

- Старик.

Седобородый похвалил Пайрита, ласково похлопав его по голове и плечам, пока тот тихо кряхтел. Рэгс followed за ними; за ними последовали и все гоблины. Она ждала, пока Седобородый обернется, чтобы спросить снова.

- Не Седобородый, Вождь? Не я? Я не говорил, кто я. Я просто старый гоблин. Что удивительного в том, что я умею сражаться?

Если так, то ему было всё равно. Она открыла рот в третий раз, и Седобородый рассмеялся. Этот смех поглотил и слова, и звуки. Он вернулся к своему двуручному мечу и обернулся. Все гоблины уставились на него. И теперь он стал выше.

Это имя ничего не значило ни для Рэгс, ни для остальных гоблинов. Кроме Ноэрса. Тот громко застонал и упал на колени. Старый гоблин снова рассмеялся. Он выпрямился, и его голос эхом разнесся по лесу и озеру. И теперь он стал еще выше. Гигант, заключенный в маленьком теле.

Старый гоблин был дряхлым, испещренным шрамами тысяч сражений, почти беззубым. Пожилой, избитый воин. Но затем он вытянул меч из земли, и изменился. Его глаза вспыхнули, а улыбка могла бы затмить солнце. Он поднял клинок, и гоблины вокруг него пали на колени. Его голос эхом разносился, когда он поднимал меч - гордый, непоколебимый. Другой гоблин, исполненный достоинства, древний и необъятный, как небо, провозгласил свое имя миру.

Он насмешливо поклонился в сторону Рэгс. Она почувствовала, как кожа покрылась холодом и замерзла. Низкий звук пронесся по рядам гоблинов, подобно ветру, подобно сердцу шторма.

Однако что-то было не так. Рэгс искала в Грейдате любой знак, подтверждающий, что он тот, за кого себя выдает. И ничего не нашла. У него не было никакого влияния на племя, никакого ментального притяжения или связи, которая подсказала бы ей, что он выше её по рангу. У него не было ауры, которая отметила бы его как уникального или даже как Хоба. Это было чем-то внутренним для всех гоблинов, и у него этого не было.

Он... был словно призрак в этом мире. Он не вписывался в общую массу. Он не притягивал её, не сливался с её существом так, как это делали другие гоблины. Почему? Или, что более вероятно, как?

Но зачем он пришел сюда - нет, почему он решил раскрыть себя именно сейчас? Потому что враг был слишком велик? Судя по тому, как он с легкостью ранил Шевалье, Рэгс была уверена, что дело не в этом. Она смотрела на него, с трудом сглатывая слюну в пересохшем рту.

Морщинистые брови старого гоблина поднялись. Он оскалился на неё своими немногими зубами.

- Неужели?

- Нет.

- Почему?

Он склонился, наклоняясь, чтобы посмотреть на нее - добрый Гноблин, который свергал империи.

- Недостаточно?

Рэгс не понимала, и Грейдат заметил это. Он развернулся и поднял свой меч. Его голос эхом разнесся над озером. Он взмахнул клинком, и раздался рвущий звук, вой. Гноблины повалились на землю. На другом конце озера воды расступились, рассеченные чем-то, чего Рэгс не могла видеть. Потоки снова сомкнулись, и Грейдат взревел.

Он снова замахнулся оружием, и дерево рухнуло. Дерево высотой в сотни футов с грохотом обрушилось в воду. Грейдат поднял меч и закричал.

Рэгс не могла ответить. Воздух сжал её горло, и она судорожно задышала. Грейдат рассмеялся и отвернулся. Она закашлялась, с трудом вдыхая.

"Он - он..."

"Нет. Он молод. Но он должен быть достоин своего положения. Но даже если это так... я ездил с Королем Гоблинов. Он мне не равен. А ты недостойна, дитя! Еще нет. Никто из вас не достоин даже помнить лицо Короля Гоблинов!"

Она всхлипнула и свернулась калачиком, чувствуя вспышки боли. Теперь зашевелились остальные гоблины. Инстинктивно они попытались защитить своего Вождя. Один из них замер, шагнув перед Грейдатом - Лорд Гоблинов взмахнул мечом, и хобб пролетел по воздуху, врезавшись в остальных. Другие гоблины бросились вперед; Грейдат отшвыривал их или сбивал с ног небрежными взмахами меча.

"Старик. Стой. Стой".

"Паршивец".

- Слишком далеко. Ты перегибаешь палку.

В тоне Грейдата не было ни капли извинения. Он развернулся.

Он зашагал прочь. Рэгс прохрипела слово, а затем поползла вслед за ним. Она вцепилась в ногу Грейдата, игнорируя грязь, прилипшую к телу. Он остановился и посмотрел на неё сверху вниз.

Рэгс могла выговорить только это слово. Но на самом деле она спрашивала: почему всё так? Почему он скрывался? Почему Пайрит знал его? Почему он не... не...

- Потому что я не могу быть Королем.

Никто не знал. Но все они видели его, все слышали его слова. Их Вождь не была готова стать Лордом Гоблинов. Возможно, это было естественно. Но видеть его, а затем видеть маленького гоблина, которая поднялась после этого...

Гоблины жаждали последовать за ним. Ноирс сидел у костра, бледный и притихший. Редскар смотрел на свой меч так, словно внезапно осознал, что всю жизнь играл с палками. Остальные гоблины чувствовали то же самое. Они бы пошли за ним, бросили свое племя, не раздумывая ни секунды, если бы он только попросил. Но...

- Еще нет.

- Еще нет. А может, и никогда?

- Другое племя могло бы. Могло бы...

- Нет.

- Не уходить. Вождь молод. Мала. Но не недостойна.

- Вождь молод, да. Но ты силен. Один из учеников Грейдата? Мог бы стать Вождем?

Другой хобгоблин был воином, и весьма искусным. Он вскинул руку, взвизгнув от отрицания. Он собирался заблокировать удар. Но Пирит сменил угол и траекторию удара прямо в полете. Он непринужденно, не сбившись с ритма, влепил хобгоблину по голове. Звук был тяжелым и приятным, но сам удар заставил всех остальных гоблинов разинуть рты. В другом конце лагеря несколько воинов Красного Клыка с интересом приподнялись. Редскар посмотрел на Пирита, впечатленный.

Пирит пожал плечами, пока хобгоблин заваливался на спину. Редскар уставился на павшего и прищурился.

Большой хобгоблин помедлил. Он безучастно пожал плечами, и на его лице не дрогнул ни один мускул. Он был либо так прост, как казалось, либо - другие гоблины вспомнили о ложном образе Седоборода - поистине великолепным актером. Пирит почесал живот, отвечая Редскару.

Остальные гоблины переглянулись.

Пирит снова пожал плечами.

Он махнул рукой, и никто не поверил ему ни на секунду. Пойзонбайт прищурилась.

- Да.

- Много стрел. Нельзя хорошо уклоняться. Плюс - Гарен Рыжий Клык. Думаю, лучше с ним не сражаться.

- Вождь.

- Ещё нет.

- Вождь, люди возвращаются. Что делать?

Маленький гоблин замялся. Она поскребла ногой землю.

- Люди охотятся.

- Сломанный топор.

- Извини.

Их Вождь повернулась к остальным и подняла топор в своих руках. Она с кряхтением взвесила его и посмотрела на деревья.

Гоблины посмотрели на неё, а затем друг на друга. Затем они встали. Пирит ответил за всех.

Однако одна вещь изменилась. Брови леди Бетал поднялись, когда она увидела, что в глубине леса было срублено несколько деревьев. И из древесины гоблины построили -

Томаст оправился от вчерашних ран, но Бетал всё равно запретила ему первым вступать в бой. Если гоблин с двуручным мечом появится снова, с ним разделаются другие. Рыцари Розы окружат старого гоблина и измотают его числом и магическими артефактами. Вот только, похоже, на этот раз гоблины решили не выставлять своего чемпиона и не строить стратегию вокруг него, а занялись строительством.

- Как изобретательно. Они сделали это за один день? Я бы сказала, что это похвально, - но не скажу. Томаст? Разрушь стены.

Один из Рыцарей Лепестка, выглядевший менее массивным, чем остальные, поднял посох в своих розовых латных перчатках и направил его в сторону стен. Он произнес одно единственное слово. Один из безухих гоблинов на стене закричал, поднимая тревогу -

- [Рыцари] тоже могут быть [Магами-Рыцарями], маленькие гоблины. Вперед!

Гоблины и деревья. Конечно, несколько деревьев они срубили, чтобы построить этот глупый маленький форт, но всё остальное время они тщательно, тщательно подпиливали основания деревьев, следя за тем, чтобы те всё еще стояли прямо, но при этом могли быть толкнуты -

Пока она не заметила, что рыцарь все еще шевелится. Слабо, да, но удар лишь помял их доспехи. Рэгс уставилась на него. Другие рыцари пытались приподнять дерево, чтобы вызволить товарища -

Она указала на Пайрайта. Тот кивнул и указал на еще два дерева. Хоббы и гоблины, прятавшиеся за ними, навалились, и деревья рухнули. Направить их было трудно, конечно, но к счастью, розовые рыцари были такими яркими мишенями.

- Еще деревьев!

В представлении Рэгс это была жалкая победа, но гоблины вокруг нее дико ликовали, видя, как непобедимые люди отступают. И без Седоборода! Она видела, что они смотрят на нее, и выпрямилась.

Бетал прищурилась, глядя на поваленные деревья, и присмотрелась к гоблинской крепости. На этот раз она не смогла заметить Вождя гоблинов; если бы увидела, она могла бы выстрелить издалека, невзирая на возражения Томаста.

- Миледи, они пытаются окружить наши позиции.

- Сир Ресип, похоже, нас застали врасплох. Что вы предлагаете? Если гоблины смогли вывести из строя двух моих Рыцарей Лепестка, стоит ли рисковать жизнями остальных?

- Моя леди Бетал, мы не боимся смерти, когда нас ждёт доблесть! Только отдайте приказ, и мы сразим предводителя этих гоблинов. С вашего позволения, мы можем отступить вместе с вами в защищённое место, пока основной отряд нанесёт удар по Вождю гоблинов. Если мы убьём её, остальные гоблины потеряют управление...

Бетал произнесла это внезапно и решительно. Сир Ресип и остальные Рыцари Розы уставились на неё. Он замялся.

Леди Бетал посмотрела на двух рыцарей, прижатых деревом, подумала о старом гоблине и взглянула на шевалье Томаста. В её голосе, когда она обратилась к мужу, прозвучала нотка недовольства.

Он моргнул. Бетал посмотрела на него в ответ. Томаст повернулся.

Гоблины заколебались, услышав сигнал рога и увидев, как шеренга розовых рыцарей отступает в плотном строю. Рэгс нахмурилась, заметив, что леди Бетал отстегнула одну из своих сережек - она надела серьги на поле боя! - и слегка коснулась драгоценного камня. Она заговорила в камень, и часть её слов, подхваченная ветром, долетела до чутких ушей Рэгс. И до ушей всех остальных гоблинов.

Последовала пауза, пока Бетал слушала собеседника на другом конце. Ротс медленно приоткрыла рот от изумления. Голос Бетал стал громче, в нем зазвучало негодование.

Она швырнула серьгу на землю и растоптала её. Томаст наклонился, чтобы поднять серьгу с покрытой инеем земли. Бетал гневно тряхнула головой.

- Не недооценивал.

- Да недооценил! Я постоянно говорю тебе этого не делать, а ты всё равно! Ты мог бы победить его...

- Хм?

- Во время Второй войны с Антиниумом были могущественные Лорды Гоблинов. Каждый из них был известен своими способностями в той или иной области. Один считался величайшим воином, чье мастерство владения оружием позволяло ему рассекать сам воздух; Гоблин, который мог сравниться с любым [Мастером клинка], любым [Танцором меча] или [Дуэлянтом]. Кажется, его звали Грейдат. Грейдат Клинков. Тот старый Гоблин напомнил мне его.

- Не глупи, Томаст. Лорды Гоблинов давно вымерли. Они пали вместе со своим Королем или вскоре после этого повели свои армии в небытие. Он просто старый Гоблин. Возможно, ветеран Гоблинских войн. Ты ведь склонен к глупостям, не так ли?

Он поклонился ей, и она надула губы.

Она повисла на нём. Томаст покачал головой.

Она вздохнула.

Он улыбнулся и подхватил её на руки, пока остальные Рыцари Лепестка покашливали или отводили взгляд. Медленно Томаст развернулся и, всё ещё неся леди Беталь, зашагал прочь вместе с другими рыцарями. Казалось, все они совершенно забыли о гоблинах.

Остались кровь и смерть. Шрамы битвы были ещё свежи в памяти гоблинов; из уважения они сожгли своих мёртвых. Были павшие и на стороне Беталь. И всё же леди отвернулась. И в этом было что-то восхитительное, каким бы безумным она ни была. Она жила своими прихотями. И вот оно. Доблесть, страсть, гордость - что-то в этом роде.

Лионетта замерла и подняла взгляд. Она протирала стойку вместе с Эрин - редкий момент, когда они могли поболтать. Она нахмурилась, и на её лбу пролегли складки, пока она пыталась точно ответить на вопрос Эрин.

Эрин моргнула, подняла мокрую тряпку и принялась оттирать пятно.

- И это только те, кто погиб, помни об этом. У леди Бетал много друзей, но ещё больше врагов.

- Она также известна своими вспышками страсти. Знаешь, однажды она купила пятьсот первоклассных лошадей, чтобы наладить собственное коневодство? Только через месяц ей стало скучно, и она огородила двадцать тысяч акров земли, выпустив их на волю. Они расплодились до такой степени, что её земли в итоге всё равно прославились экспортом боевых жеребцов.

[Принцесса], ставшая [Барменшей], закатила глаза и рассмеялась.

Эрин открыла рот и нахмурилась.

Лионетта уставилась на неё. Эрин посмотрела в ответ, а затем развела руками.

Они вернулись к протиранию столов. Спустя некоторое время Лионетта подняла голову.

Эрин нахмурилась.

Они посмотрели друг на друга и пожали плечами. Гоблины были внизу, отсыпаясь после пищевой комы, в трактире было тихо, и на данный момент царил хрупкий мир. Спустя некоторое время по полу прокатилась Мрша, грызя магический жезл.

- Я бы сейчас не отказалась быть с Рэгс. Бьюсь об заклад, она ведет себя тихо, ну, знаешь, не высовывается, пока все эти дела с Лордом гоблинов не уладятся? Она умная.

Мрша чихнула.

4,40 л

4.40 L

Под Лискором продолжалась война. Это была тихая война, о которой Дрейки и Гноллы, живущие наверху, и не подозревали. Она шла годами; её можно было с полным правом назвать войной на истощение, хотя ни одна из сторон не рассматривала её как таковую. Как могла идти война на истощение, когда обе стороны функционально были неисчерпаемы?

С другой стороны, Антиниум в совершенстве овладел искусством восполнения численности. Они превратили это в науку, благодаря чему могли пережить любое количество потерь без особых проблем. В конце концов, пока их Прогуратор и, что более важно, Королева живы, чего стоили смерти нескольких сотен Солдат, павших при попытке остановить группу Плотоядных Червей, или Рабочих, что гибли каждый день, восстанавливая свои туннели и укрепления?

Ничего. Солдаты не говорили, а у Рабочих почти не было собственного мнения. Они рождались преданными своему Улью, сражались и умирали на его службе. Что такое отчаяние для существа, которое живет всего несколько часов? Новые Солдаты спешили на передовую, сражаясь с монстрами, когда жидкости их создания всё еще были влажными на панцирях. Они были безлики, безгласны. И одиноки. Не было никого, кто мог бы заступиться за них.

И всё же они продолжали сражаться. Потому что если бы они бежали, кто бы вступил в бой? Солдаты игнорировали раны на своих телах, и всё же отчаяние прокралось в их конечности, прижимая их к земле. Они кричали - безмолвно, не имея голоса, чтобы высказаться, без слов и понимания того, чего именно они желали. Им нужен был кто-то, кто дал бы им надежду, кто дал бы им причину сражаться. Кто-то, что-то, во что они могли бы верить. В самые темные моменты одного лишь знания о своем Улье было недостаточно. Им нужно было-

Клик.

Желтые пятна краски покрывали Солдата, который бежал по туннелю навстречу зачарованным доспехам. Те обернулись, их оружие было в зеленой крови Антиниума. Доспех с булавой повернулся к Солдату, занося оружие. Он нанес удар, и молодой Солдат попытался отвернуться, чтобы не видеть, как этого нового Солдата сражают на месте -

Остальные Солдаты замерли. Зачарованные доспехи оставили своих врагов, чтобы помочь товарищу, но теперь из туннелей хлынули новые Солдаты. Солдат с перебитой рукой смотрел на них. Эти Антиниумы были похожи на того, что первым бросился в бой. Все они были раскрашены, все разноцветные! У одного на лбу была звезда, у другого по всему телу радужные капли, словно дождь.

Он смотрел на Солдата с желтыми пятнами, который отдавал приказы, пока остальные Солдаты рвались в атаку. Да, именно этого он и хотел. Кого-то, кто поведет их, кто покажет им... надежду. У него не было слов для того, что он чувствовал, для того, кем был другой Солдат. Но если бы он слышал это слово, он бы немедленно с ним согласился. Другие Антиниумы были иными: смелее, увереннее, и они сражались за что-то, а не потому, что им так велели. Они были уникальны. Они были надеждой.

На этот раз зачарованная броня. По крайней мере, казалось, что с ними нет других типов монстров. Желтые Пятна научился бояться монстров, работающих в тандеме. По крайней мере, зачарованных доспехов было немного.

Он был [Сержантом]. Солдат почувствовал, как еще одна часть его внешнего слоя хитина треснула, когда что-то ударило его в плечо. Но ни клинок, врезавшийся в бок, ни кулак, ударивший в висок - ни один из этих ударов не мог его сокрушить. У него был Навык. [Прочный Панцирь].

[Сильный удар]. Остальные доспехи приблизились, бесстрашные. Жёлтые Брызги поднял руки, чтобы защитить тело, и увидел, как один из комплектов доспехов исчез. В него на полном ходу врезался Солдат. На спине этого Солдата были нарисованы белые крылья; он покатился по земле, вбивая шлем доспеха в пол.

Все закончилось. По крайней мере, на данный момент. Жёлтые Брызги поднялся, тяжело дыша, и услышал голос.

Он обернулся и увидел Антиниума поменьше, стоявшего позади группы Солдат. Пешка с кадилом в руке склонилась над раненым Солдатом. Жёлтые Брызги выпрямился и немедленно указал направление. Солдаты под его командованием - их было сорок - помчались по туннелю.

Оба были отмечены. После смерти гигантского мотылька Жёлтые Брызги встал над телом павшего Солдата. Его тело было изорвано в клочья, но Жёлтые Брызги помнил, что было нарисовано у него на груди. Белый круг с вопросительным знаком внутри. Чёрной краской. Жёлтые Брызги не знал, что это значило, но это было неважно. Это определяло того Солдата.

После битвы, когда оставшиеся монстры отступили обратно в подземелье или были добиты, Жёлтые Брызги снова нашёл Пешку. Рабочий стоял с двумя другими Рабочими, которые внимательно изучали карты туннелей Улья. Эти карты были новшеством; все Антиниумы знали планировку Улья через общую ментальную связь, и их Королева знала всё, так какой смысл в картах? Но эти двое Антиниумов были [Стратегами], и они настояли на необходимости их создания.

Он вёл за собой Индивидуальных Солдат - тех, кто отметил себя краской и начал повышать уровень внутри Улья. Это было небольшое подразделение, прикомандированное к Пешке, но оно росло и отличилось в бою, удерживая позиции и побеждая монстров с гораздо меньшими потерями, чем обычные Солдаты и Рабочие.

- Мы удержали туннели, ближайшие к самому нижнему юго-восточному пролому в подземелье. Потери были... минимальны, учитывая масштаб атаки. К сожалению, моя статическая оборона была прорвана. К счастью, Ананд уже перенаправил твою дивизию, Пешка. И сегодня больше никаких атак не было.

Это была новая идея - воспринимать каждого Антиниума как отдельную личность. Несколько недель назад Жёлтые Брызги не смог бы понять эту концепцию. Но теперь он понимал, и уже начал ценить разницу между Белградом и Анандом. Оба они заменили Клбкч и Королеву в руководстве обороной Улья, в основном при отражении атак из подземелья. И у каждого был свой стиль.

Очевидно, это предпочтение в стратегии вытекало из шахматных партий, в которые играли оба, и Жёлтые Брызги понимал, что Ананд считался лучшим игроком - и [Тактиком] - из двоих.

Это не значило, что Жёлтые Брызги не понимал необходимости в Белграде - тот был эффективен в перехвате мелких монстров или тех, кто пытался прокопать путь в Улей. Но везде, где это было возможно, Жёлтые Брызги предпочел бы, чтобы командовал Ананд. И так часто случалось, когда оба [Тактика] были на смене и никто из них не был ранен.

- Похоже, радиус, при котором монстры начинают атаковать друг друга, действительно составляет около четырех тысяч шагов от внешних стен подземелья. Как ты и сказал, Ананд.

- Именно. Удержание этих районов...

- ...обходится гораздо дороже, чем если бы мы отступили. Перенаправление монстров в "зоны смерти", где они замечают друг друга и сокращают свою численность, - самая целесообразная стратегия.

Неверно. Желтые Брызги намеренно обдумал это слово, хотя не мог его произнести. Белград кивнул.

Пешка замялся и впервые взглянул на Желтых Брызг. [Сержант] пожелал, чтобы Пешка дал правильный ответ.

- ...Думаю, я могу выделить двадцать, Белград. Я хотел бы дать отдохнуть раненым, и если я не буду здесь, чтобы молиться за них, потери, кажется, -

По крайней мере, он назвал подходящее число. Двадцать. Желтые Брызги вел постоянный учет раненых Солдатов в своем подчинении и тех, кто выбился из сил в бою. Двадцать человек, отправленных на активную службу, оставляли запас примерно в... шестьдесят три для чрезвычайных ситуаций и завтрашнего сражения. Приемлемо.

Белград обращался к остальным. Его слова заставили Желтых Брызг... почувствовать боль. То, что он сказал, конечно, было правильно, но, сохраняя жизни ценных Солдатов-Личностей, он приносил в жертву больше обычных Солдатов. Для Желтых Брызг смерть любого Солдата была неприемлемой. Когда-то он и сам был обычным Солдатом. Теперь он был лидером, главным лидером Солдатов. Он бы спас их всех, если бы мог.

- Сержант Желтые Брызги, спасибо за ваши усилия. Полагаю, сегодняшняя волна была последней, по крайней мере, на следующие четыре часа. Похоже, подземелье заставляет монстров нападать с полупредсказуемыми интервалами... сейчас вы можете отдохнуть.

Удерживать туннели, ближайшие к подземелью. Зачем? Им следовало сражаться в более отдаленных туннелях и заблокировать эти землей, чтобы замедлить монстров, когда те будут прорываться к Улью. Желтые Брызги кипел от негодования, возвращаясь вместе с Пешкой к остальным Солдатам. Все они ждали его и все, за исключением одного павшего брата, были относительно невредимы. Потребоваться не должны были те немногие драгоценные лечебные зелья, которые Клбкч выдал Пешке.

Пешка почтительно позволил Желтым Пятнам пройти вперед. Желтые Пятна указали путь, и Солдаты выстроились в две шеренги и замаршировали из дальних туннелей обратно к сердцу Улья.

Такие вещи, как его место, полученные им приказы и некоторые слова, сказанные Пешкой. Разумеется, Солдатам было необходимо сражаться, а охрана подземелья была важна для сохранения Улья. Желтые Пятна был предан своей Королеве, несмотря на то, что никогда её не видел. Но приказы, которые тратили жизни впустую, подобные тем, что Белград отдал и продолжал отдавать? Держать входы? Зачем? Желтые Пятна был не согласен с такими приказами.

Было ли это неправильно? Желтые Пятна снова повернулся вперед и заметил на себе взгляды. И Солдаты, и Рабочие замирали в своем бесконечном перемещении, чтобы поглазеть на него и других Цветных Антиниумов. Обычно так и было, но сегодня Желтые Пятна почувствовал, что большинство взглядов прикованы именно к нему.

Он шел с гордо поднятой головой в сторону своих казарм. Он не гордился - это чувство было ему чуждо, когда Пешка объяснял ему его суть. Скорее, Желтые Пятна был предан делу. Он сражался с врагами. Он убивал, чтобы спасти как можно больше своих товарищей-Солдат. Он оплакивал гибель своих соратников и стремился повысить уровень еще сильнее, стать мощнее, чтобы спасти еще больше жизней. Только ради этого стоило жить. Только в этом был смысл.

Казармы Отдельных Солдат изменились в нескольких аспектах с тех пор, как Пешка впервые забрел в них. Их расширили и создали несколько точек доступа для удобства и более быстрого сообщения с передовыми линиями в Улье. Также на одной из стен освободили место для... своего рода фрески.

Отпечаток лапы белым цветом. Восемь линий и извилистая волна. Золотой квартет звезд. Уже так много. И один Солдат уже макал палец в белую краску, рисуя на стене круг и знак вопроса.

Еще несколько деталей в изменившихся казармах привлекли внимание Желтых Брызг, когда он отвернулся от фрески. Теперь в казармах была зона хранения, где стоял небольшой ящик с лечебными зельями, запас бинтов и других средств исцеления, которые обычно предназначались для самых тяжелораненых Антиниумов -

Никто их не трогал. Желтые Брызги уставились на книги. Он считал их пустой тратой места. Он смутно понимал, что в этих книгах есть изображения и они meant рассказывать истории, подобные тем, что Пешка рассказывал Солдатам каждую ночь. Однако в чем был смысл?

Например, тренироваться. Желтые Брызги зашагал к расчищенному участку в казармах, где несколько Солдатов уже спарринговали. Для Солдатов это была неслыханная идея, но как только Пешка предложил её, Желтые Брызги сразу понял, что это одно из хороших предложений Рабочего.

Когда Желтые Брызги вошел в зону спарринга, к нему подошел Солдат. Это был новобранец с розовой полосой по обе стороны лица. Двойные Полосы поднял свои четыре кулака, каждый из которых был дробящим инструментом, способным выколоть, схватить или оглушить по мере необходимости. Желтые Брызги поднял свои руки, и два Солдата бросились друг на друга.

Изнуренный, новый Солдат опустил защиту. Обмен ударами был интенсивным, и панцирь на его правом предплечье и плече слегка треснул. Тем не менее, он был готов к тому, что Желтые Брызги продолжат.

...Странно, но казалось, что многие из них теперь повышают уровень не так быстро, как раньше. Конечно, более высокие уровни означали замедление прогресса, но даже Желтые Брызги были лишь [Сержантом] 12-го уровня. Другие Солдаты должны были развиваться быстрее, а не медленнее.

- Сержант?

- Я оплакиваю потерю одного из наших Солдат. Я молился... но мои молитвы не всегда работают. Тем не менее, спасибо за то, что сражались так, как сражались. Тех Солдат могли перебить, если бы вы не бросились в атаку.

- Но мне интересно, не становитесь ли вы слишком храбрым, Желтые Брызги? Вы совершили очень рискованный маневр. Храбрый, да, и это спасло жизни, но это подвергло вас огромной опасности.

Пешка, похоже, понял его мысль. Обычно он понимал. Рабочий кивнул, прижимая одной рукой кадило к груди.

Другие Солдаты потеряют своего лидера. Наконец Желтые Брызги всё понял. Это ослабило бы их, что могло привести к еще большим потерям. Уже сейчас он был способен в малой степени влиять на свое подразделение в целом, например, возглавляя атаку с помощью своих Навыков и так далее. Он пересмотрел взгляд на свою полезность в бою. Он был лидером, и осторожность была важна. И всё же Желтые Брызги не мог осудить свои действия. Спасение жизни Солдата было первостепенным.

- Я, э-э... заметил, что вы ставили себя в боевой дозор каждый день в течение последних двух недель.

- Важно иметь [Сержанта], но вовсе не обязательно, чтобы вы сражались в каждой битве, Желтые Брызги. Вам нужен отдых.

Если Пешка это и понимал, то не подал виду. Вместо этого он посмотрел на кадило, а затем перевел взгляд на Желтых Пятна.

Сержант. У Желтых Пятен не было глаз, которые можно было бы прищурить, но он пристально уставился на Пешку. Что он имел в виду?

Солдат отпрянул. Патруль на поверхности? Это было... нелепо. Ему не нужно было подниматься наверх!

Он не был каким-то новобранцем, которому нужно было становиться Личностью. Но Пешка явно был с этим не согласен. Он положил руку на плечо Желтых Пятен и мягко произнес:

Вот это привлекло внимание Желтых Пятен. Он отступил, заставив руку Пешки соскользнуть с его плеча. Еще один [Сержант]? Желтые Пятна с большой охотой посмотрели бы на нового лидера, который поможет защищать Солдатов, но кто это? Конечно, он делил казармы со всеми Солдатами-Личностями, но он не был знаком с тем, о ком упомянул Пешка. Он не выходил на поверхность с тех пор, как был повышен.

Пешка указал рукой, и Желтые Пятна увидел группу Солдатов, собирающихся отправиться на поверхность. Среди них был Двойные Полосы. Желтые Пятна зашагал туда, перебивая остальную часть того, что говорил Пешка, и увидел Солдата-командира, стоявшего у одного из выходов из казарм.

Фактически, он аккуратно нарисовал пурпурное кольцо вокруг обоих своих насекомоподобных глаз и изобразил нечто похожее на улыбку на жвалах и нижней части лица. Эффект был, мягко говоря, ужасающим, если только вы не были другим Антиниумом. Но на его лице была улыбка, да и осанка не была той военной выправкой, что у большинства Солдатов. Он облокачивался на земляную стену. Поскольку Антиниумы с трудом гнулись назад - панцири мешали - он причудливо наклонил тело, прислонив голову к стене.

У Солдатов не было ничего настолько сложного, как сигналы руками. В бою Желтые Брызги могли в ограниченной степени направлять других Солдатов силой мысли, поэтому ему достаточно было просто указать направление. В противоположность ему, Фиолетовая Улыбка указывал пальцем, шевелил ими и имитировал то, что они должны были делать. Он повел их прочь из Улья Антиниума расслабленным, медленным шагом.

Они поднялись наверх. Желтые Брызги вышел на мощеную улицу, не останавливаясь, чтобы поглазеть на солнце или осмотреться вокруг, как это делали все новые Солдаты. Даже те, кто уже был наверху раз или два, например, Двойные Полоски, смотрели с изумлением.

То, что патрулем теперь мог руководить один из Солдатов, а не сам Пешка, было признаком доверия, которое Лискор питал к Антиниуму. Желтые Брызги маршировал, пристально глядя на Фиолетовую Улыбку, пока тот прогуливался по улице. Разумеется, не-Антиниумы всё так же уступали дорогу их патрулю, и Желтые Брызги это ценил.

Было больно видеть таких Солдатов, как Двойные Полоски, которые были жалкими в своей благодарности за возможность видеть небо, которые взирали вверх с благоговением. Было больно, потому что Желтые Брызги понимал, насколько обыденно это небо. Эти другие люди, Дрейки, проходившие по другой стороне улицы, Гноллы, которые принюхивались к воздуху и чихали на ходу, - они видели небо каждый день! Но большинство Солдатов готовы были умереть за эту самую малую из привилегий.

Наконец они вышли из города и через мокрый снег добрались до трактира. Там Фиолетовая Улыбка постучал в дверь. Прошло некоторое время, прежде чем она открылась, и когда это случилось, послышались приглушенные голоса и много шуршащих звуков.

Дверь открылась, и в проеме появилась Эрин Солстис с широкой улыбкой. Желтые Брызги уставился на нее и увидел, как Фиолетовая Улыбка раскрыл и поднял свои мандибулы в улыбке. Эрин посмотрела на него и улыбнулась в ответ.

Она распахнула дверь пошире, и Желтые Брызги замерли. Внутри Трактира были монстры.

- Погодите, что вы делаете?

Гоблины! Желтые Брызги зажужжал от предвкушения. Значит, наверху можно было по-настоящему подраться, вот оно что? Он еще никогда не встречал таких гоблинов - они были гораздо крупнее бледных, маленьких гоблинов, которые иногда штурмовали туннели, но он все равно их разделает. Он уже собирался броситься вперед, когда его схватили четыре руки.

- Не нападайте! Они дружелюбные! Я думала, Пешка вам сказал - это хорошие гоблины, ясно? Сражаться нет никакой необходимости! Неужели никто не читает вывеску?

- Я впервые в жизни должен был... кто этот здоровяк? Погодите, мы ведь встречались, верно?

Остальные Солдаты вошли в трактир и уселись за группой столов подальше от гоблинов, с любопытством разглядывая их. Те, кто уже бывал в трактире раньше, явно жаждали еды. Желтые Брызги занял место с хорошим обзором на гоблинов - на всякий случай - и сосредоточил внимание на молодой женщине, которая снова и снова забегала на кухню, прося о помощи.

Лионетта сбежала вниз, улыбаясь, как только увидела Антиниум. Похоже, она тоже знала Пурпурную Улыбку и помахала ему, торопливо уходя на кухню. Желтые Брызги продолжали пристально смотреть на Эрин каждый раз, когда та выходила.

Ее суп мог. Но еда, поставленная перед Антиниумом, не была той зачарованной смесью, которую они иногда ели перед битвой. Напротив, это была яичница-болтунья с беконом и сыром, горячая миска сытной еды. Это было идеально, так как Антиниум не переносил глютен. И в то же время это было бесполезно.

Это было трудно объяснить. Да, еда пахла чудесно. Однако Желтые Брызги не могли сосредоточиться на ней. Его мысли были внизу, с Солдатами, которых Белград назначил охранять вход в подземелье. Как он мог есть, пока они страдали? Прямо сейчас в Улье гибли Солдаты. Солдаты, которые никогда не вкусят этой еды. И вот ему подают это - в то время как его сородичи, возможно, никогда не познают подобных роскошей!

Эрин моргнула. Солдаты, сидевшие вокруг Желтых Брызг, замерли. Он скрестил обе пары рук, вызывающе оглядываясь по сторонам. Гоблины перестали есть; они толкали друг друга и смотрели на него, бормоча что-то. Но Желтых Брызг это не волновало.

Другие Солдаты посмотрели на него, а затем на Пурпурную Улыбку. Солдат замер, когда Желтые Брызги перевернули миску. Он посмотрел на разлетевшуюся по полу еду и наклонился. Он зачерпнул упавшие яйца, сыр и бекон и шлепнул горсть в свою миску.

Эрин подняла руки, неуверенно глядя на Желтых Брызг. Но тут зашевелились другие Солдаты. Как один, все, кроме Пурпурной Улыбки, отодвинули свои миски и встали. Желтые Брызги заметили, как Двойные Полосы помедлил, прежде чем отодвинуть свою нетронутую миску с яйцами.

Эрин огляделась, а Лионетта недоверчиво высунула голову из кухни. Пурпурная Улыбка молча обвел всех взглядом, затем тихо щелкнул мандибулами и без единого слова встал. Желтые Брызги посмотрели вокруг Трактира, на Эрин, на гоблинов, а затем развернулись.

Желтые Брызги не возражал против патруля с Фиолетовой Улыбкой после часа спарринга и поедания коричневой пасты в одном из столовых залов. На самом деле, он чувствовал себя вполне удовлетворенным всем происходящим. Он определил, что должно быть сделано, и другие Солдаты последовали его примеру. Надеясь, что теперь они совсем перестанут выходить на поверхность, и они смогут сосредоточиться на том, что действительно важно.

Возможно, это был первый раз, когда Пешка повысил голос при разговоре с Солдатом. Он стоял перед Желтыми Брызгами, широко раскрыв и опустив жвала в неверии. Желтые Брызги смотрел прямо перед собой, ожидая, пока Пешка закончит говорить.

Желтые Брызги не стал пытаться объясниться с Пешкой. Тот был Рабочим. Это становилось всё более очевидным. Он взглянул на стопку непрочитанных книг и снова отвернулся. Желтые Брызги развернулся.

Но слушать он больше не хотел. Солдат зашагал обратно к зоне спарринга и вскинул четыре кулака. Другие Солдаты неуверенно уставились на него, поглядывая на Пешку. Желтые Брызги проигнорировал их и подал знак.

Желтые Брызги огляделся в поисках партнера, так как никто к нему не шел. Он заметил знакомого Солдата, который вяло обменивался ударами с кем-то другим в углу зоны спарринга. Двойные Полоски замялись, когда Желтые Брызги приблизился, но он поднял кулаки и попытался начать спарринг.

Снова Пешка. Рабочий оттолкнул Двойных Полосок, поскольку Желтые Брызги не двигался. Он раз за разом щелкал жвалами, сердито глядя на [Сержанта].

Солдат посмотрел на Двойные Полосы. Да, тот едва держался на ногах. И что с того? В этом-то и была суть. Солдаты должны уметь сражаться, когда они устали. Подобные спарринги были единственным способом повысить уровень, стать сильнее. Он попытался оттолкнуть Пешку, но Рабочий преградил ему путь.

Жёлтые Брызги уставился на Пешку. Затем он осторожно выставил одну из своих лопатообразных рук и оттолкнул Рабочего в сторону.

Все Солдаты в комнате посмотрели на своего [сержанта], а затем на Пешку. Они колебались. Переводя взгляд с одного на другого, они молча сделали выбор. Они повернулись к Пешке спиной, обратив внимание на Жёлтых Брызгов. Тот улыбнулся и повернулся к Двойным Полосам. Другой Солдат всё ещё смотрел на Пешку, но резко дёрнулся обратно к Жёлтым Брызгам. Он тоже вскинул кулаки, и Жёлтые Брызги позвали его. Он нанёс удар, и Двойные Полосы устало уклонились.

Да, так и должно быть. Пешка в конце концов был... Рабочим. У него была своя роль, но она заключалась лишь в помощи Солдатам. Они же выполняли важную работу. Сражаться, тренироваться и умирать. Сражаться, чтобы другие Солдаты прожили дольше.

- Этого так много. Мы же не можем это выбросить, верно?

Драсси пожала плечами с обеспокоенным видом. Она пришла несколько минут назад, чтобы помочь с тем, что должно было стать вечерним наплывом посетителей. Вместо этого она помогала убирать за Антиниумом после их внезапного ухода. Лионетта понятия не имела, что там произошло, знала лишь, что это как-то связано с тем странным Антиниумом с желтыми пятнами на теле.

Она сама не очень-то хотела есть еду, которую пожевал Антиниум, но всё равно чувствовала, что это будет расточительством. Драсси замолчала и посмотрела на стол.

- Это отличная идея, Драсси!

Перед их столом стоял гоблин. Он просто стоял, но этот хобгоблин был выше и Дрейка, и человека, и взгляды обеих приковал меч, висевший у него на поясе. На нем были штаны и ремень - надеты неловко, - но это не скрывало его гоблинские черты, а лишь подчеркивало их.

Драсси задрожала и отступила на шаг. Лионетта выпрямилась и улыбнулась хобгоблину, хотя сердце её бешено колотилось.

Гоблин кивнул. Осторожно Хэдскрэтчер указал на миски с яйцами и изобразил жестами, что ест их. Лионетта моргнула.

Хэдскрэтчер покачал головой. Лионетта обменялась взглядами с Драсси.

Она подождала, пока Чесалка отступит к столу, где сидели пятеро гоблинов. Те уже уплетали гору жирного бекона и несколько буханок хлеба с маслом, но Лионетта знала, что их аппетиты бесконечны. Она повернулась к Драсси, и та посмотрела на неё с мольбой.

- Ты просто собери здесь миски, а я отнесу их, ладно?

Они продолжали есть, и Лионетта закончила расставлять последние миски на их столе. Она вернулась к Драсси, чтобы закончить уборку. Обе [барменши] достали тряпки с мыльной водой и принялись тереть поверхности, болтая между собой.

- Знаю.

Гоблины. Из всех идей Эрин - а у неё было много хороших, безумных и чрезвычайно плохих - эта, пожалуй, была худшей. Не то чтобы Лионетта не сопереживала или не понимала, почему та так поступила. Просто последствия этих действий к этому моменту осознались в полной мере.

Да и как тут не бояться? Они были гоблинами, нет, не просто гоблинами, а хобгоблинами, ужасом из детских кошмаров! Слышала же она истории о том, как хобы пробираются в дома, чтобы похитить детей, и о том, как они способны убить искателей приключений Серебряного ранга. И очень даже мило, что они просто сидели и ели, но каждый раз, когда Лионетта видела их багровые глаза или ловила на себе их взгляд, ей становилось страшно.

Драсси, очевидно, чувствовала то же самое. Она болтала без умолку, как обычно. А когда Драсси была расстроена, она болтала еще больше, чем обычно. Лионетта к этому привыкла и старалась большинство слов просто игнорировать.

- М-гм.

- Ага.

Слишком поздно: Лионетта поняла, к чему ведет Драсси, и заметила движение одного из гоблинов. Один из них встал из-за стола, и Драсси мгновенно замолчала. Она отпрянула, и Лионетта шагнула вперед, заслоняя её. Гоблин, шедший к ним, был... Нумбтонгом. Она улыбнулась ему, вспомнив, где Эрин рассказала ей о тайнике с алхимическим оружием Октавии.

- Хм.

- Без обид. Поясни. Дрейку. Почему Гоблины не говорить.

- Ты умеешь говорить?

- Гоблины могут говорить. Говорить всякие слова. И слышать могут. Могут слушать. Не говорим, потому что не нужно. Поняла?

- Д-да! Я всё прекрасно понимаю! Вы в порядке? Это хорошо! Я рада, что все в порядке! Пожалуйста, не сердитесь! Я всего лишь...

- Не переживай! Он просто пытался... ну, объяснить, полагаю. Гоблины умеют говорить, просто не хотят. И они нас слышат, хорошо?

- Уверена, они не обиделись.

- Хорошо.

- Думаю, я смогу. Не разговаривать. Однажды я так продержалась целый день, на спор. Селис поспорила со мной на две серебряные монеты, что я не справлюсь, и выражение её лица того стоило. И я не говорю всегда, просто мне нравится болтать, понимаете? Кто же не разговаривает с людьми? Я считаю, что лучше говорить, чем молчать, поэтому я даже думала стать [Рецепшионистом], но Селис сказала, что если я подам заявление, она уволится, поэтому я решила...

- Мрша?

- Всё хорошо. Они просто едят. Извините...

- Мрша, милая...

- Всё, я закончила печь хлеб! Я напекла столько, что хватит на целый месяц, так что если понадобится - хлеб готов! Фух!

- Привеееет.

- Как вы, ребята? Хорошо? Извините за Антиниум. Не знаю, что это было. Еда нравится?

- Как бекон? Вкусно? Кто-нибудь хочет ещё?

- Вы в порядке? В смысле, не хотите еще еды?

- Хорошо, тогда... дайте знать, если вам понадобится... что-нибудь.

- Думаю, ты можешь их помыть, если хочешь.

- Лионетта, послушай... я почти ничего не делаю, и сейчас мне особо нечем заняться. Ты уверена, что мне стоит здесь быть? Я могу работать меньше, если ты считаешь...

- Что, обделить тебя оплатой? Не беспокойся об этом. Эрин говорит, что у нас много денег, а я не хочу мыть всю эту посуду.

В этом была доля правды. Лионетта задумалась и осторожно ответила:

Драсси просияла с облегчением.

Лионетта слушала её ещё несколько минут, механически кивая, а затем извинилась и ушла на кухню, пока Драсси протирала стол гоблинов. Эрин сидела на кухне перед примерно сорока буханочками безупречного хлеба. Лионетта уставилась на гору хлеба, а затем посмотрела на Эрин.

- Да. Нет.

- Нет. Это гоблины.

[Хозяйка Трактира] вздохнула.

- Думаю, да.

- Им не нравятся шахматы, другие игры, разговоры или посиделки наверху, Лионетта. Думаю, я не могу их винить, раз уж они никому не нравятся. И никто не придёт сюда, пока они не уйдут. Я знаю, что это может быть даже к лучшему, но если они уйдут сейчас...

Лионетта облокотилась на стойку. Эрин посмотрела на неё, пожала плечами, попыталась рассмеяться и сдалась.

Эрин вздохнула, и её плечи поникли. Она посмотрела на Лионетту с тревогой в глазах.

- Возможно. Но они привыкли жить в одиночестве, не так ли? Тебе не кажется, что они предпочтут найти своих?

- Вероятно. Просто я не думаю, что они знают, где Рэгс. И... они потеряны, Лионетта. Потеряны. Вот что я чувствую от них. Я хочу им немного помочь. И я просто не знаю, смогу ли я, или захотят ли они сами. Я не могу их понять.

- Да. Вероятно. Но даже если так, это не то же самое, что сблизиться с нами, полюбить нас или... или по-настоящему нас узнать.

Эрин подняла взгляд. Её взгляд стал тверже, когда она встретилась глазами с Лионеттой.

Испугались? Только Эрин могла так их охарактеризовать. Лионетта сидела рядом с ней, не зная, что еще сказать.

- Да. Думаю, скоро всё закончится, так или иначе. Спасибо, что терпишь всё это, Лионетта. Я знаю, что Мрша...

Мрша. Она больше отказывалась есть внизу и с каждым днем становилась всё более возбужденной. Она отказывалась играть с Лионеттой, отказывалась вернуть палочку Пфишеса - не то чтобы тот сильно пытался её вернуть, - и Лионетта видела, что девочка всё больше расстраивается. Эрин, возможно, пыталась попросить Селис или Кршию присмотреть за ней, но Мрша наотрез отказалась идти. Она отказывалась уходить и отказывалась приближаться к гоблинам.

- Спасибо за всю помощь, Лионетта. Сможешь потерпеть еще какое-то время? Думаю, это ненадолго.

- Спасибо.

Рога Хаммерада и Полуискатели возвращались разве что поесть и поспать, а иногда и вовсе не ели. И Антиниум в последнее время вел себя очень странно. Особенно тот, что отказался от еды. Если все они начнут отказываться от еды в трактире Эрин, как долго он сможет продержаться почти без доходов?

Наступила ночь. Но это не значило, что работы не осталось. Желтые Пятна знал, что подземелье посылает монстров в атаку независимо от того, день сейчас или ночь, поэтому он взял на себя первую смену на передовой. Они продвинулись вплотную к входу в подземелье, и он взял с собой девятнадцать Солдат, включая Двойные Полоски, чтобы те стояли настороже.

Сейчас он устал, но сил еще хватало, поэтому Желтые Пятна начал спарринговать с Солдатами ночной смены. Тренируйся, тренируйся! Он хотел достичь 13-го уровня сегодня или завтра. Он был так поглощен тренировочным боем с двумя Солдатами, что заметил Двойные Полоски только тогда, когда тот вошел на арену.

Желтые Пятна в удивлении остановился. Двойные Полоски дрожал на месте, в центре тренировочной площадки. Его трясло, он сгибался, хватаясь за антенны, и отступал от Желтых Пятен. Его мандибулы бешено клацали, а затем тело содрогнулось в конвульсиях.

Солдаты в казармах замерли. Солдаты не говорят! Они не могли издавать настоящих звуков, но Двойные Полоски...

Аберрация. Двойные Полоски стал Аберрацией.

Для вопросов было уже поздно. Двойные Полоски бросился на Желтых Пятен, вытягивая руки, чтобы разорвать его на части. Он кусал, пытаясь пронзить тело Желтых Пятен мандибулами, и молотил кулаками по более крупному Антиниуму.

В конце концов Двойные Полоски был сдержан: железные прутья согнули и вбили, создав грубые оковы, чтобы он не мог ни на кого напасть. Тем не менее он всё еще бился на земле, глядя на Желтых Пятен. С... ненавистью в глазах.

Желтые Пятна лежал на земле, видя взгляды Стражников, избегая отчаявшегося взора Пешки и чувствуя, как Фиолетовая Улыбка смотрит на него из другого конца комнаты. Но всё это время он смотрел на Двойные Полоски, на Стражника, который отрекся от того, кем он был. Почему? По какой причине? Они делали это для таких Стражников, как Двойные Полоски. Всё, что сделал Желтые Пятна - война всё еще продолжалась. Почему Двойные Полоски стал Аберрацией?

Она кралась по комнате, и её нос был полон запахов спящих внизу гоблинов. Теперь она чувствовала их по всему трактиру, как бы глубоко ни зарывалась лицом в уютный запах подушки Лионетты или ни открывала окна, чтобы впустить холодный воздух.

Уркш.

Она рыскала, и её зубы сжались, а когти застучали по полу. Палочка, которую она украла у Пфишеса, неуклюже была зажата в лапе. Мрша снова взмахнула ею, но никакой магии не произошло.

Ненависть, ненависть, ненависть.

4.41 L

Желтые Брызги проснулся через несколько часов после рассвета, чтобы заступить на смену. Он встал, съел поданную ему розовато-коричневую пасту и во главе своего подразделения Солдат зашагал к передовой. Пешки там не было. Как и Двойных Полос.

Он, разумеется, не хотел, чтобы Двойные Полосы стали Аберрацией. Это была просто аномалия, которую Желтые Брызги не мог объяснить. Слабость, возможно. Что же касается Пешки, он просто хотел, чтобы Рабочий знал свое место. И этим местом была помощь Солдатам, а не - не бегство!

Солдат остановился, и тридцать Солдат, которых он привел, замерли позади него. Ананд, Белград и Пешка стояли вокруг командного "стола", который на самом деле был просто складным деревянным столом, на который можно было положить карту. Пешка встретился взглядом с Желтыми Брызгами, когда Солдат подошел, но ничего не сказал. Желтые Брызги изо всех сил старался сделать вид, что того не существует.

- Я уже получаю сообщения о движении возле двух входов в подземелье. Я хочу, чтобы мы были готовы к их удару. Желтые Брызги, раздели свое командование на три равные группы на сегодня. Я буду использовать их для ударов по доступным целям, пока ты сдерживаешь самых опасных противников, которые появятся.

Ананд одобрительно кивнул и немедленно отправил Желтых Брызгов к ближайшим признакам активности монстров. Другие две группы были переданы под начало Пешки и одного Солдата, когда Желтые Брызги уходили. Ему не нравилось, что Пешка командует, но времени на раздумья не было.

Например, о Двойных Полосках. Или о Пешке. Желтые Брызги никак не мог выкинуть их из головы, как бы сильно ни старался. Он не виноват, что Двойные Полоски стали Аберрацией! Нет. Нет, не виноват. Двойные Полоски... совершили ошибку. Или, может, он был неправильным с самого начала. Но Желтые Брызги показал ему, как поступать, что было правильно, а он сам стал Аберрацией. Вот и всё.

Сегодня [Тактик] руководил боями вокруг всех трех входов в подземелье. Белград не отдавал никаких приказов, что одновременно озадачивало и облегчало Желтых Брызгов. Он был бы рад, если бы Рабочие предоставили всё Ананду, но, к его беспокойству, они всё еще удерживали позиции вокруг всех трех входов, находясь гораздо ближе к подземелью, чем того требовал смысл. Мобильную стратегию Ананду было гораздо труднее применять в тех немногих туннелях, которые они удерживали.

В туннелях, куда его подразделение отступило для отдыха, было море Рабочих - гораздо больше, чем обычно бывает на фронте. Рабочие были плохими бойцами по сравнению с Солдатами и обычно только ремонтировали туннели или уносили трупы. Но здесь они были по другой причине. Они тащили блоки и обломки камня к земляным туннелям, разбирая стены и расширяя пространство. Желтые Брызги смотрел на это с недоверием.

В Улье строительство по большей части начиналось и заканчивалось землей. Антиниум мог плотно спрессовать землю и создавать из нее опорные балки. Лишь изредка им требовалось дерево, а камень они оставляли в покое, если только не приходилось прорываться сквозь него. Он был слишком громоздким в использовании и ненужным, так как группа Рабочих могла вырыть или восстановить туннель менее чем за час.

На этот раз нужно было остановить группу Лордов Склепов, которые яростно прорывались вперед с небольшой армией зомби. Это был мощный натиск, и Желтые Брызги прибежали туда, обнаружив, что одна группа Цветного Антиниума уже сражается с нежитью всеми имеющимися в округе Солдатами и Рабочими.

Но времени раздумывать не было. Лорд Склепов бросился в группу обычных Солдатов, из его разинутой пасти повсюду брызгала черная ядовитая кровь. Желтые Брызги бросились к огромному монстру и начали разрывать его на части вместе со своими Солдатами.

Желтые Брызги немедленно отправил Раскрашенного Солдата назад к командному пункту за противоядием и обернулся, чтобы посмотреть, как обстоят дела у Пурпурной Улыбки. Он ведь был Солдатом. А значит, должен был хорошо сражаться, верно?

- Сержант! Стоять!

- В атаку! [Решающие Удары]! [Тактика Уклонения]!

Битва закончилась тем, что оба мертвеца были разорваны в клочья. Ни один Солдат или Рабочий не пострадал и даже не был ранен. Желтые Брызги с благодарностью посмотрел на Ананда. Вот это была настоящая тактика! Рабочий кивнул ему и указал назад по туннелю.

Желтые Брызги кивнул и поднял руку. Все двадцать Солдатов в туннелях выстроились за ним. Он чувствовал гордость, усталость, но в то же время был в восторге от боя. Это было правильно! И сегодня ни один из его Солдат не пал в бою. Это доказывало, что он всё делает верно! Его удовлетворение продлилось всего две секунды, пока Ананд не повернулся к Пурпурной Улыбке.

Другой Солдат кивнул, когда Ананд отвернулся. Желтые Брызги уставился на него. Его сердце забилось быстрее, а мандибулы гневно щелкнули. Пурпурная Улыбка хорошо справился?

"Работа идет гладко. Сегодня всё должно закончиться, если только я не столкнусь с какой-нибудь непредвиденной ситуацией".

Трое других Рабочих всегда обсуждали потери, неожиданных монстров и прочее после каждой атаки, когда они были вместе. Это было разумно, но сегодня Жёлтые Брызги не хотел здесь находиться, тем более что никто не спросил его мнения. Он был нетерпелив и был полон решимости не показывать этого. Ананд кивнул Белграду, когда первый [Тактик] наклонился над картой.

- Вот как?

- Да. Собственно, я был рад видеть, как Фиолетовая Улыбка отреагировал сегодня, когда напали Лорды Крипт. Ваша группа сработала эффективно, Пешка, а Жёлтые Брызги подавили больше угроз, чем кто-либо другой, но Фиолетовая Улыбка отступил при первой атаке Лордов Крипт, решив сражаться только с зомби и выиграв мне время для отправки подкреплений. Действительно, его оборонительная стратегия могла спасти больше жизней, чем если бы он атаковал вслепую.

- Это удача. Действительно. Неудивительно, что ты тоже предложил сделать его [Сержантом], Пешка. Я также был свидетелем эффективности Фиолетовой Улыбки в бою. Он, конечно, не так силен, как Жёлтые Брызги, но его нестандартное мышление очень впечатляет. Если позволите сравнить это с шахматами... когда я отдаю приказы Жёлтым Брызгам, мне напоминает Ладья. Прямолинейный, мощный, но ограниченный в этом смысле. В то время как Фиолетовая Улыбка больше похож на Коня. Менее полезен в любой ситуации, но способен маневрировать вокруг врага многими полезными способами. Во многом он сражается так же, как ты, Ананд.

Непостижимо. И все же - какая-то часть Жёлтых Брызг подсказала, что отступление, чтобы нанести решающий удар позже, было классическим ходом, который любил использовать Ананд. Неужели он действительно так же хорош, как [Тактик]? Фиолетовая Улыбка?

Нет, он совсем не был похож на Ананда. Это было... другое. Да, это было неправильно, потому что Фиолетовая Улыбка не был ни [Сержантом], ни [Тактиком]! Какое право он имел отдавать такие приказы или принимать решения самостоятельно?

Другие Рабочие продолжали болтать, пока Желтые Брызги кипел от злости. Ананд вздохнул, стоя над картой и играя с одной из шахматных фигур, которые он и Белград использовали в качестве маркеров. Он поднял ладью и показал её остальным.

Другой Рабочий нерешительно кивнул.

- Потому что она позволяет повышать уровень. Это очевидно. Мой вопрос в том, почему [Стратеги] повышают уровень благодаря игре.

- Я мог бы понять, как игра помогает низкоуровневому [Тактику], но получение более пяти или шести уровней кажется крайне подозрительным. То, что высокоуровневый [Стратег] может расти в уровне, играя в игру с фиксированными, ограниченными правилами, которая настолько далека от реальной битвы или войны... это странно. Я бы даже заподозрил ошибку в том, как мы повышаем уровень.

Белград уставился на Ананда. Другой [Тактик] лишь пожал плечами.

- Да. Пешка, не хочешь присоединиться?

Пешка нерешительно взглянула на Желтых Пятен. Он старался не переступать с ноги на ногу от нетерпения. Его вовсе не интересовали шахматы. Почему он всё ещё здесь?

- О, прошу прощения. Мы не хотели вас задерживать, Желтые Пятна, Фиолетовая Улыбка. Вы можете идти, разумеется.

У Фиолетовой Улыбки не было никакого права... какая дерзость... почему Желтые Пятна не... он зашагал вслед за Фиолетовой Улыбкой, пока тот уходил. Желтые Пятна указали направление, и остальные Солдаты поспешно выстроились в шеренгу за ним, когда он замаршировал обратно в казармы. Всё это время его мысли неслись вскачь.

Неприемлемо. Почему? И почему Двойные Полосы стали Аберрацией? Почему он заперт? Была ли это его вина? Почему Пешка так на него смотрел? Почему они сражались у входа? Почему ему казалось, что он теряет контроль? Разум Желтых Пятен был в смятении. Он маршировал, не замечая Рабочих, которых чуть не сбил с ног, и того, как его Солдаты колебались, следуя за ним - не в ту сторону - по Улью. Он был слишком поглощен, слишком захвачен своим гневом и разочарованием.

- Ой, ой! Больно! Лионетта, у тебя есть чем вытащить осколки? Я чувствую, один застрял прямо в стопе!

- Я вижу, Эрин. Он большой. Я попробую его вытащить. Не двигайся.

Это случилось сегодня утром. Кто-то разбил пустую чашку на полу перед люком, ведущим в подвал, и рассыпал осколки вокруг. Фарфор был острым и мог бы сильно порезать ноги гоблинов, если бы те наступили на него. К несчастью или, возможно, к счастью, Эрин попыталась спуститься в подвал первой, и несколько осколков пробили тонкую подошву её обуви.

- Я стараюсь, но мне больно! Ой! Ладно, давай.

- Думаешь, это сделали гоблины?

- Я его вижу.

Она взглянула на Мршу и увидела, как Гнолл широко открытыми глазами смотрит на кровь, капающую на пол. Лионетта почувствовала, как сжалось сердце, и заметила, что Эрин тоже смотрит на Гнолла. Обе на мгновение замолчали, а затем продолжили обсуждать гоблинов, потому что на данный момент так было проще.

- Печенье? Но эти штаны недостаточно большие, чтобы... где они его прятали... неважно. Послушай, если они уйдут... значит, уйдут. Но я добьюсь того, чтобы сегодня они были наверху и развлекались, Лионетта, даже если это будет последнее, что я сделаю!

- Почему ты это делаешь, Эрин? Серьезно? Ты хочешь, чтобы они остались? Полуискатели не ужинали здесь последние несколько вечеров, и больше никто не заходит. Мы не можем продолжать в том же духе.

Эрин закрыла глаза, когда вышел второй осколок. Лионетта посмотрела на него, вытащила еще одну щепку из ноги Эрин, а затем исцелила остальное. Краска частично вернулась на лицо Эрин, и она очень осторожно поднялась.

- Не стоит. Ладно, слушай, поговори с гоблинами. А я... пожалуй, приберусь...

Драсси всё время крутилась рядом с двумя девушками-людьми, заламывая когти с ужасом на лице. Она уже вымела остальные фрагменты. Лионетта благодарно кивнула.

Эрин замерла, глядя вниз на белого гнолла, сидящего у её ног. Мрша ни на кого не смотрела и слегка дрожала. Она посмотрела на Лионетту и кивнула.

Она осторожно пошла к люку, высматривая осколки, пока Лионетта мыла руки в ведре с водой, а затем посмотрела на Мршу.

Гнолл вздрогнула и последовала за Лионеттой наверх в их комнату. Оказавшись там, Лионетта села с бьющимся сердцем, пока Мрша примостилась рядом с её кроватью, делая вид, что очень заинтересована покрывалом.

Она сделала всё, что смогла. Лионетта заговорила; голос её дрожал, но она старалась звучать строго, а не убито.

Гнолл взглянула на Лионетту и тут же быстро отвела глаза. Лионетта замолчала.

Гнолл медленно кивнула. Она всё ещё не решалась встретиться взглядом с Лионеттой. Именно это разбивало девушке сердце. О, если бы она могла свалить всё на гоблинов или кого-то ещё. Но Мрша была плохой лгуньей. Лионетта скрестила руки на груди, стараясь не дать жжению в глазах превратиться в слёзы. То, что она сделала, было неправильно. Это было неправильно, но Лионетта понимала почему.

Гнолл вяло качнула головой. Лионетта сглотнула и повысила голос.

Та неохотно подчинилась. Лионетта встретилась с ней взглядом, впиваясь ногтями в собственную руку.

Гнолл отвела взгляд. Это и было ответом. Лионетта заколебалась.

Мрша задрожала на месте. Лионетта почувствовала, как ее сердце разрывается, и замолчала, потому что не могла продолжать.

Что-то изменилось. Мрша медленно подняла голову. Она уставилась на Лионетту, и вина с грустью в ее глазах испарились. Лионетта поняла, что, возможно, подобрала не те слова.

Волосы Мрши приподнялись. Она выпрямилась и свирепо посмотрела на Лионетту. Девушка-человек замялась.

Снова не те слова. Мрша отвернулась от Лионетты, и молодая женщина сорвалась.

Гнолл снова посмотрела на Лионетту, и теперь ее глаза сверкали. Лионетта посмотрела на нее в ответ так же сурово.

Мрша неохотно повернулась к Лионетте. Ее уши прижались, а в глазах вспыхнул гнев. Гоблины. Лионетта колебалась между состраданием и злостью и в итоге сдалась.

Она протянула руки и прижала Гнолла к себе. Мрша беззвучно заплакала, и крупные слезы покатились по ее обросшей шерстью морде. Лионетта обняла ее - так, как ее никогда не обнимала мать - и попыталась сказать правильные слова. Вот только сама она их никогда не слышала.

У нее не было слов, чтобы выразить это. Лионетта долго держала Мршу в объятиях, пока слезы не высохли. Затем они спустились вниз.

- Эй, по крайней мере, я смогу уговорить Драсси купить еще кружек. Нам нужно больше - думаю, специально разработанных. Солдаты не могут держать обычные, и я бы хотела, чтобы у них были миски получше.

- У меня теперь есть гитара, которая никому не нужна. Я увидела ее на рынке и подумала, что было бы так круто на ней играть, но... я не знаю как.

- Что это, Эрин? Ги...

- Я вижу почему.

- Зачем ты это купила?

Эрин скорчила гримасу и украдкой кивнула в сторону гоблинов. Лионетта заметила, как Мрша напряглась. Она сменила позу, прижимая к себе детеныша гнолла.

- Я знаю. Послушай, если бы я могла на этом сыграть... оказалось, они не знают как. Думаю, они приняли его за оружие. Наверное, музыка для них не... забудь.

- Ой! Мрша, милая. Ты мне больно делаешь.

- Эрин, я забираю Мршу наверх. Извини, но я какое-то время не спущусь.

Эрин натянуто улыбнулась. Лионетта хотела ответить взаимностью, но передумала. Она повернулась к лестнице, а Эрин снова подошла к гоблинам. Девушка села рядом с ними, но не настолько близко, чтобы коснуться. Гоблины смотрели в ответ, и между ними стояла та самая невидимая стена, которую Эрин не могла пробить.

Ничего не получалось. Лионетта не знала, чего именно Эрин не хватало или что она делала не так, но ей казалось, что завтра или послезавтра она проснется, а их уже не будет. И будет ли это так уж плохо?

Всё шло наперекосяк. И это было до того, как снова пришли Антиниум. А затем всё стало ещё хуже.

Он не принадлежал к отряду Жёлтых Брызг. И эта мысль была невероятной и тревожной. Поэтому Жёлтые Брызги решил о ней не думать. Он смотрел на Фиолетовую Улыбку, пока тот, другой Солдат, бродил по казармам, следуя за... чем? Он скатал из грязи шарик и смочил его водой. Теперь он катал его перед собой, следовал за ним, подбирал, подбрасывал и снова следовал за ним.

- Фиолетовая Улыбка? Твой утренний патруль ждёт. Пожалуйста, возьми этих Рабочих наверх вместе с основной группой Солдатов.

Они остановились, когда он посмотрел на них. Внутри Жёлтых Брызг шла борьба. Он ведь ясно дал понять - но если они хотят есть - но он показал им - может быть, это только для безопасности? Пешка перевёл взгляд с Фиолетовой Улыбки на Жёлтых Брызг, а затем кивнул Фиолетовой Улыбке.

Фиолетовая Улыбка кивнул Пешке и указал рукой. Обычные Рабочие и Солдаты покорно выстроились в ряд, и через мгновение после короткой паузы за ними встали восемь Раскрашенных Солдатов. Никто из них не посмотрел на Жёлтых Брызг. Он смотрел на них, и в его существе закипало чувство. Ему пришлось приложить усилие, чтобы найти слово для его описания.

Колонна Антиниума дернулась, когда Жёлтые Брызги зашагал к ним. Но он покорно занял место позади последнего Солдата. Фиолетовая Улыбка смотрел на него восемь секунд, а затем медленно снова повёл процессию вперёд. Жёлтые Брызги приподнял жвалы. Он просто шёл следом, и только. Просто чтобы напомнить остальным Солдатам, напомнить Фиолетовой Улыбке, кто здесь главный.

Аписта дремлюла у расцветавших на подоконнике волшебных цветов. Рога Хаммерада спорили, перепачканные в грязи после охоты на стаю обычных голодных волков. Эрин обнимала Ишкра. Лионетта улыбалась, протирая стол и прислушиваясь к их разговору.

Гнолл выглядел смущенным, стоя в трактире; его рыже-коричневый мех окутывал Эрин, пока та обнимала его. Он извиняюще зарычал.

- Не глупи! Как я могла этого не понять? Я знаю - не могу поверить, что Брункр...

- Вижу, у нас новые гости. Я не верил, когда слышал слухи, не так ли? Мисс Эрин, желаете, чтобы я их обслужил? Мисс Эрин? Вы не могли бы меня отпустить?

Эрин отпустила Ишкра и впервые за несколько дней улыбнулась с искренним удовольствием.

- Я принесу! Нет ничего хуже мокрых гноллов, которые воняют на весь дом. Привет, Ишкр!

Это было все, чего сейчас хотели Эрин и Лионетта. Антиниум вернулись, как обычно, но Лионетта была уверена, что на этот раз всё не совсем как обычно.

Лионетта прошипела это Эрин, когда Антиниум заняли столик рядом с дверями. Признаком того, насколько изменились отношения в трактире, было то, что они сели рядом с Рогами Хаммерада, в то время как гоблины расположились в другом конце комнаты. Добавьте сюда Полуискателей, и получится три зоны напряжения и очень узкий проход по центру трактира, который, в теории, был нейтральной территорией.

- Это тот парень, который вылил свою еду на землю, верно?

- Так, подай ему еду последним, пусть другие Антиниумы начнут есть первыми. Если он снова так поступит, я с ними поговорю. Но я беспокоюсь и за Полуискателей. Желаква выглядит не слишком довольной.

- Ты уверена? Ладно, просто не подавай ей ничего крепкого, хорошо? Корми её, не давай ей пить. Счастливый селфид - жирный селфид. Или как-то так.

И тут это случилось. Раздался визг, и Чешир выпрямился на своем месте. В комнате мгновенно возникло напряжение. Эрин обернулась и увидела Желакву и Полуискателей, наполовину поднявшихся со своих стульев.

Она крикнула им, пока Лионетта смотрела на Чешира. Тот кривился, поднимая одну из своих рук. Рука поднялась над краем стола, и, вцепившись в неё зубами, на ней висела Мрша.

Лионетта в ужасе вскрикнула и бросилась вперед. Хедскрэтчер смотрел на Гнолла, морщась от того, как она рычала и вцепилась зубами в его руку. Она отказывалась отпускать, а Гоблин, похоже, не стремился заставить её это сделать. Он замер вместе с остальными Гоблинами. Бэдэрроу напряженно наблюдал за Лионеттой и отступил, поглядывая на Полуискателей, а Лионетта подошла к Хедскрэтчеру и Мрше.

Мрша разжала челюсти и плюхнулась на стол. Она зарычала, её глаза вспыхнули. Рот был красным от крови. Лионетта замерла. В маленьком Гнолле было слишком много от дикого зверя. Ишкр что-то прорычал ей, и она безмолвно огрызнулась в ответ. Эрин с беспокойством обернулась к столу. На другом конце комнаты Церия что-то прошептала своей команде.

Гнолл рычала на Гоблинов. Хедскрэтчер откинулся назад, не столько из страха, сколько из осторожности. Лионетта схватила Мршу и отчаянно замахала Драсси и Ишкуру.

Гнолл сопротивлялась, царапая Лионетту и пытаясь укусить. Лионетта с трудом удерживала её, и Эрин уже спешила ей на помощь, когда случилось второе. Ишкр подошел к Антиниуму, держа миски с говяжьим фаршем, приправленным острым перцем, и жареным яйцом сверху. Он передал одну из них Пурпурной Улыбке, а Солдат передал её Рабочему. И тут Желтые Брызги потеряли самообладание.

Желтые Брызги видели, как Мрша прокралась вниз и залезла под стол Гоблинов. Гнолл довольно хорошо умела скрываться, несмотря на свой белый мех. Возможно, только он это заметил; остальные Антиниум были слишком сосредоточены на запахах еды, а другие люди в комнате лишь свирепо смотрели друг на друга.

Это было хорошо. Но он смотрел на Пурпурную Улыбку и ненавидел другого Антиниума за всё, чем тот был, и за всё, чем не был. Часть Желтых Брызг понимала, что в этом нет смысла, но ему было плевать. Он был просто в ярости. Раздражен. Он был главным, но восемь его Раскрашенных Солдат всё равно пришли сюда! И Пешка, и Ананд, и Белград - всем им нравилась Пурпурная Улыбка. И почему Двойные Полосы стал Аберрацией?

Рабочему. Не Солдату. Не одному из воинов, которые рисковали жизнью, сражаясь день и ночь за Улей, которые отдавали свои жизни... Четыре руки Желтых Брызгов сжались в кулаки, когда Рабочий нерешительно принял миску. Тот посмотрел на Пурпурную Улыбку, и Солдат приподнял мандибулы, жестом велит Рабочему начинать есть.

- Что за...

Желтые Брызги знал, что преимущество на его стороне. Он был крупнее, сильнее благодаря своим классам, и обладал навыками [Прочный панцирь] и [Сильный удар]. Только он не станет использовать [Сильный удар]; он просто изобьет Пурпурную Улыбку до полусмерти, чтобы доказать всем, кто прав! Он нанес резкий удар, и Пурпурная Улыбка отпрянул назад, подняв две руки для защиты, а две другие используя, чтобы отбивать удары.

Он снова это делает! Желтые Брызги лязгнул мандибулами, продолжая атаковать Пурпурную Улыбку. Тот отступал! Убегал! Солдат пятился назад, не позволяя Желтым Брызгам нанести четкий удар. Все удары Желтых Брызг были заблокированы или отклонены. Другой Солдат пытался выразить свою ярость, бросаясь вперед.

- Достаточно!

Гнолл воспользовалась шансом. Она вырвалась из объятий Лионетты, оттолкнулась от ошеломленной девушки и запрыгнула на стол к гоблинам. Все были отвлечены. Гнолл потянулась к палочке, которую привязала кусочком веревки к своему мохнатому телу. Она сорвала её и бросилась к Плохострелу. Она подняла кончик длинной, тонкой, остроконечной магической палочки и вонзила её прямо ему в ухо.

Время замедлилось. Лионетта видела, как Мрша делает выпад палочкой, твердым тонким деревянным стилетом. Она была направлена точно в острое ухо Плохострела и вошла в ушной проход, прямо к мозгу.

- Мрша!

Сначала шок от происходящего парализовал Мршу, но затем она забилась, завывая от боли и пытаясь вырваться. Лионетта крепко держала её, сильно шлепая Гнолла, со слезами на глазах.

Гнолл теперь плакала - столько же от боли, сколько и от криков Лионетты. Лионетта продолжала, пытаясь вразумить Гнолла, вспоминая, как кончик палочки вошел в ухо Бадэрроу - она остановилась только тогда, когда кто-то перехватил её руку.

В другом конце комнаты схватка между Пурпурной Улыбкой и Желтыми Пятнами подошла к концу. [Сержант] загнал Пурпурную Улыбку в угол и пробивал его защиту. Другой Солдат блокировал удары, но его защита рушилась. Еще несколько ударов, и Желтые Пятна сорвут с него панцирь, разбив его вдребезги...

- Стоять смирно, оба. Бой окончен.

- Я бывший Прогуратор Улья. Это не дает мне никакой власти.

- Никакой власти. Совсем. Но мне удалось понять, что этот меч дает мне всю власть, которая мне необходима. Шевельнетесь - и я нанесу вам нелетальные, но очень болезненные раны.

И Эрин знала, что должна сделать. Она шагнула к Лионетте, и Аписта вспорхнула с подоконника. Она кружила вокруг, опасно выставив жало. Эрин осторожно сделала шаг, и Аписта опустилась ей на руку. Эрин посмотрела на Пчелу Пепельного Огня и потеряла самообладание.

4.42 L

В трактире воцарилась напряженная тишина. Сердце Эрин разрывалось из-за Мрши, она боялась за Ксмвpa и была сбита с толку поведением Антиниума. Она посмотрела на истекающего кровью, с бесстрастным лицом Бэдарроу, и её сердце разбилось иначе. А еще была пчела.

- Ужали меня, и Лионетте придется тебя вымести, Аписта. Понимаешь?

- Хорошо. Всем? Замереть.

- Хорошо. Теперь первого, кто шевельнется, я лично сломаю руку. Никто не встает, не обнажает меч и ничего не делает, пока я не разрешу. Понятно? Вот и славно.

- Лионетта?

- Мне пришлось - я не могла -

- Поднимись наверх.

- Тебе не обязательно заходить в комнату. Просто посиди снаружи и проследи, чтобы Мрша никуда не ушла, хорошо? Сможешь так сделать?

- Я... я смогу. Хорошо.

- Зелье исцеления, Драсси! Дай его Бэдарроу. А теперь вы...

- Убери меч.

- Мисс Эрин...

Он неохотно подчинился. Другие два Солдата шевельнулись вслед за ним. Желтые Пятна начал поднимать кулак, а Пурпурная Улыбка попытался ускользнуть вдоль стены. Эрин топнула ногой, и произошел локальный подземный толчок. Антиниум замерли.

Они посмотрели на нее в замешательстве. Эрин пристально глядела на них. В её глазах было... нечто такое. Намек на то, что она вполне может забить всех троих до смерти голыми руками, если ей не подчинятся. Взгляд Прогуратора Улья.

Все трое Антиниумов сели. Два Солдата и Ксмвр посмотрели на Эрин, сидя на полу со скрещенными ногами. Она окинула их взглядом, но решила ничего не комментировать.

Она кивнула Полуискателям. Те уставились на неё. Эрин ослепительно улыбнулась им и подошла к гоблинам.

Первым она обратилась к Плохой Стреле. Тот уставился на неё, и его лицо искривилось в усмешке, напоминавшей Пфишеса. Он уже залил в ухо лечебное зелье и наклонил голову, чтобы оно не вытекло. Эрин надеялась, что его барабанная перепонка не была пробита, а если и была, то зелье всё исправит. Она посмотрела на него, а затем обвела взглядом всех за столом.

Остальные четверо гоблинов заерзали на своих местах и переглянулись. Один вяло кивнул Эрин, другой пожал плечами.

И это было неправильно. Эрин заколебалась лишь на мгновение. Но теперь всё. Она наконец поняла, что должна сделать. Она протянула руку и коснулась Плохой Стрелы. Она сжала его руки в своих, чувствуя его ладони - теплые и настоящие.

- Вот ты где. Я знала, что ты такой же, как я.

- Мне жаль Мршу. Но у неё есть причина ненавидеть вас. Гноллы убили её племя.

- Это случилось недавно. Несколько месяцев назад. И когда она пришла сюда... думаю, она боится, что вы её убьете. Я знаю, что вы этого не сделаете. Но я прошу вас простить её. Я знаю, что она пыталась вас убить. Но она ребенок. Я постараюсь спуститься к ней. Я не прошу вас ни о чем - но надеюсь на ваше понимание.

- Спасибо. И я хочу, чтобы вы знали: когда-то у меня была подруга. Её звали Рэгс, и она была гноллом. Мы с ней не всегда понимали друг друга, но я считала её другом, человеком. Я думаю, что и вы - люди.

- Подождите, пожалуйста. Ишкр? Дай им еду и убедись, что всем есть что поесть. Я скоро спущусь.

Наверху всё было иначе, чем внизу. Бормотание и угасание шока внизу контрастировали со звуками плача наверху. Мрша рыдала, и Лионетта была в слезах. Эрин подошла к двери их комнаты и открыла её. Лионетта замерла в дверном проеме. Эрин повернулась к ней.

Лионетта поколебалась, а затем кивнула. Она спустилась вниз, а Эрин вошла внутрь. Она обнаружила Мршу, свернувшуюся в своем спальном мешке; та дрожала и всхлипывала, хотя, конечно, не могла полноценно выразить эти звуки. У неё не было голоса, но некоторые вещи не требуют слов. Эрин протянула руку, и комок под одеялом дернулся. Из-под него высунулась голова, и Мрша уставилась на неё.

Гнолл ударила её лапой. Эрин осторожно перехватила лапу и посмотрела на Гнолла.

Мрша не хотела говорить. Она хотела грустить. Она хотела, чтобы ей было больно. Эрин понимала это, но ей также нужно было, чтобы её выслушали. Поэтому она пошла на компромисс. Она держала лапу Мрши и поглаживала её. Сначала Гнолл пыталась вырваться, но затем сдалась и лежала, рыдая, пока Эрин похлопывала её по голове и гладила по шерсти. Спустя некоторое время Эрин почувствовала, что пришла пора заговорить.

Гнолл замерла, и в руке Эрин лапа внезапно стала острой из-за выпущенных когтей. Молодая женщина перехватила её поудобнее и вздохнула.

Гнолл не хотела слушать. Она сильно дернулась, и Эрин потянула её на себя с той же силой. Застигнутая врасплох, Мрша вывалилась из своего постельного белья и встретилась взглядом с Эрин. [Хозяйка Трактира] склонила голову и заговорила тихим, прямым голосом.

Щенок Гнолла замер. Она посмотрела на Эрин, и молодая женщина кивнула.

Замешательство. Мрша перестала вырываться и прислушалась. Эрин притянула её к себе, пока не оказалась напротив Мрши, совсем близко. Она посмотрела Гноллу прямо в глаза.

В разговоре звучал лишь один голос, но он не был односторонним. Мрша прищурилась, и Эрин продолжила.

Тишина. Непонимание. Боль.

Улыбка и в ответ короткий кивок. Озадаченность.

Быстрый качок головой.

Глаза расширились. Мрша отвела взгляд, напряженно.

Только это? Она снова посмотрела на неё. Кивок.

Взгляд вниз. Сжатая лапа. Эрин тихо понизила голос.

Мрша подняла взгляд.

Гнолл задрожала. Эрин притянула её к себе и обняла.

Тишина. Дрожь. Эрин попыталась объяснить последнюю часть. Самую важную часть.

Она прошептала это гноллу, обнимая её.

Гнолл посмотрела вниз. Теперь она не плакала. Она была просто... потеряна. Эрин взглянула на неё.

Гнолл вздрогнула от страха. Эрин придержала её.

Долгая пауза. Эрин ждала, пока Мрша обдумает это, пока она боролась с собой - и затем медленно кивнула. Эрин наклонилась и поцеловала её в макушку.

Она протянула руку, и маленькая Гнолл взяла её за ладонь. И если Мрша боялась, пока они спускались, если она вздрагивала при виде гоблинов, это было нормально. Она шла добровольно и села рядом с Муром и Желаквой, держась за их ноги для поддержки. Это было всё, на что надеялась Эрин.

И он был потерян. Он не понимал, что натворил. В конце концов он пытался убить Пурпурную Улыбку. Другого Солдата. Одного из своих братьев.

Он едва осознавал, как Эрин перемещается по комнате, а затем раздраженно спорит с гноллом по имени Ишкр из-за какого-то предмета.

- Я думал, что смогу научиться! Я хочу музыку, Ишкр, и не хочу платить [Барду] или кому-то ещё. Если бы я мог научиться сам...

"Погоди, ты умеешь играть?"

"Немного умею. Не на этом инструменте, но я уже зарабатывал этим монеты. Хрр. Кхм. Хотя этот похож на инструменты, которые я знаю. В любом случае".

"Почему бы не уд или мандолина? Я играл на гитерне, но на этом?"

"Я понятия не имею, что это за штуки. Большая часть музыки из моей страны исполняется на этом... ну, полагаю, есть ещё скрипка, виолончель и так далее. Укулеле... слушай, если ты сможешь сыграть на этом, будет здорово".

Гнолл поднял гитару и набросил ремень на плечо. Он провел по струнам, издав звук, которого Эрин не могла добиться даже после десяти минут попыток. Эрин с восторгом ахнула и поспешила на кухню. Лионетта наблюдала, как Ишкр быстро и легко взял аккорд.

Ишкр улыбнулся ей.

"О. Неудивительно, что у Эрин не получалось".

Он осекся, когда из кухни вышла Эрин. В одной руке она держала клочок пергамента и с волнением протянула его ему.

Ишкр принял пергамент и внимательно изучил его. Через секунду он поднял взгляд.

- Что? Нет, это отличная музыка! Поп-песни! Почему вы не можете это сыграть?

- Здесь написано... тванг, тванг, более высокий тванг? Как я должен это сыграть?

- Я не сильна в музыке, ясно? Послушайте, а как насчет этого? Вы можете сыграть что-то вроде...

- Нет, не так. Сделайте скорее так - удвойте звук здесь. Хорошо! И пониже. Подольше... не смотрите на меня так! Я-то знаю, как это должно звучать в моей голове! Попробуйте другую струну. Нет, не эту. Вот эту!

Гоблины слушали Эрин и Ишкр, морщась каждый раз, когда тот брал диссонирующую ноту. Но, похоже, это развлекало их больше всего остального. Что касается Мрши и искателей приключений - три разные пары рук одновременно гладили её по шерстке, пока она пристально смотрела на гоблинов. Пока всё было спокойно, и Лионетта, вступив в сговор с Драсси и несколькими кружками алкоголя, старалась поддерживать этот порядок.

Прошипела Драсси Лионетте, пока они наполняли кружки у стойки. Лионетта покачала головой. Правда? Никогда не подавали? Но ведь все пьют. И всё же Лионетта не могла вспомнить, чтобы когда-либо подавала гоблинам настоящий напиток, кроме молока, сока или воды. Это казалось ей каким-то... неправильным.

Дрейк поморщилась, но не возразила. Она указала в сторону кухни.

- Точно. Спасибо!

Поначалу её голос звучал неуместно. Гитара и слова были недостаточны. Эрин нахмурилась и огляделась.

Она вбежала на кухню, схватила длинную деревянную ложку и деревянные щипцы. Через мгновение Эрин прихватила большую миску и выбежала обратно. Она с грохотом поставила миску на стол перед Нумбтонгом. Тот уставился на неё.

Гоблины раскрыли рты от изумления. Но теперь у гитарного соло появилось сопровождение. Эрин начала ритмично хлопать в ладоши, и Чесотка первым подхватил этот ритм. Она обернулась.

Гоблин взял ложку и начал стучать по миске. Звук был высоким - слишком высоким. Эрин заставила его шлепать по миске, и тогда гоблины начали колотить по столу. Она обернулась; теперь ей нужны были голоса.

Гоблин хлопнул по столу, и получилось что-то похожее на настоящий барабанный бой. Ишкр склонился над нотами, играя, и теперь у Эрин была целая толпа. Она указала на остальных солдат и рабочих.

И тогда зазвучала музыка. Сначала она была разрозненной, но затем становилась всё громче. Эрин запела, и мелодия гитары стала лишь частью симфонии. Голоса слились с её голосом, а гоблины хлопали в ладоши и стучали по столу в такт музыке. Первая музыка, которую они когда-либо слышали.

Но тут он услышал, как один из солдат начал топать по полу. Голоса певцов слились с ритмом. Жёлтые Брызги уставился на солдата. Тот выбивал ногами дробь по полу, а затем неуклюже хлопал в ладоши. Он знал, что Жёлтые Брызги наблюдают за ним, но солдату было всё равно. Затем встал другой солдат. Он начал отбивать ритм по столу пустой чашкой, и остальные присоединились к нему.

И теперь музыка проникала в разум Жёлтых Брызг, в его тело, дергала за сердце, ища его душу. Он ничего не мог с собой поделать. Он распрямился, и его нога начала подергиваться в такт. Это было только начало.

Так всё и началось. Эрин знала сотню песен: одни требовали гитар, другие - бита, третьи были сольными. Некоторые были грустными, другие - трагическими. Другие заставляли людей в трактире выпрямиться, заставляя сердца биться чаще. Другие заставляли их танцевать. Эрин схватила Хедскрэтчера и сцепилась с ним руками. Она начала танцевать с удивленным гоблином.

Так всё и началось. Жёлтые Брызги обнаружил, что его вытащили в круг и закружили. Солдаты не умели танцевать. Но он обнаружил, что в этом нет никаких правил. Он видел, как Пурпурная Улыбка исполняет два шага с Ксмвр через весь зал под руководством забавной Эрин. В какой-то момент Желаква вышла на танцпол и начала то, что Антиниум мог назвать лишь "энтузиазмом размахивания конечностями". Но это было так весело, что Рабочий, Мрша и Драсси стали ей подражать.

Музыка забрала их с собой.

Вечеринка в трактире была наполнена музыкой, людьми, едой и, что более важно, потребностью. После стольких дней напряжения и тревоги все эти эмоции должны были куда-то выплеснуться. И Эрин подхватила их и освободила. Она наполнила свой трактир музыкой, и люди услышали её.

Антиниум с крыши спустился, поддавшись музыке. Он обнаружил, что кричит Плохострелу о стрелах, пока Гоблин восхищался его луком. Птице это очень понравилось. Он продолжал размахивать руками и кричать, перекрывая музыку.

Это был первый. Затем один Рабочий свернул не туда по дороге в уборную, и Октавия заглянула в трактир с возмущённым видом.

Она вошла. И она была последней. В конце концов, никто не пойдёт в трактир с гоблинами. Что бы они ни услышали.

Группа [Стражников] из Дрейков и Гноллов, или скорее [Стражей], так как среди них были и женщины-стражники, патрулировала окрестности Лискора в поисках логов монстров и тому подобного. На обратном пути они услышали музыку, доносившуюся из трактира.

Одна из Дрейков подняла голову, услышав ритм, доносившийся из трактира. Другой Дрейк облокотился на свое копье и вздохнул.

Остальные [Стражники] переглянулись. Один из них кашлянул.

Остальные кивнули.

- Проклятые гоблины.

- Эх. Она всегда была сумасшедшей. Помните тот раз, когда она пела, и вокруг была вся эта музыка? Еда была отличная. Танцы...

- Это точно.

- Чертовы везучие гоблины.

- Доброй ночи! Всем доброй ночи! Не заблудитесь по дороге назад! И больше не ссорьтесь, ладно? А то я приду и надеру обоим задницы!

Гоблины отключились внизу. Нумбтонг, оправдывая своё имя и прошлое, практически лишился голоса. Оказывается, он умел петь! И он забрал гитару. Ишкр ушел, получив солидный бонус за переработку, жалуясь, что у него болят когти. Но он улыбался.

Исцеление. Это долгий процесс. Но если Эрин и была в чем-то сильна, так это в наведении мостов. Между людьми, в сердцах... Желтые Пятна медленно возвращался вместе с Фиолетовой Улыбкой и думал обо всех своих ошибках.

И он забыл об этом. Потому что... потому что он видел слишком много своих соплеменников. Потому что он забыл, что изначально сделало его Индивидуумом. Потому что он был глупцом.

Он вернулся в свои казармы и долго сидел в одиночестве. Другие Солдаты принесли подарки для остальных. Еду из трактира Эрин - всё еще свежую, - один из мячей Мрши, который она дала им, чтобы покидать, и даже маленькую бочку. Солдаты в основном просто смотрели на неё, так как забыли принести миски.

В углу лежало несколько осторожно перевязанных листов бумаги. Всего лишь чернила и бумага. Но Пешка разглядел в них ценность. Желтые Пятна подошел и, пока многие Солдаты украдкой наблюдали за ним, сел и неуклюже взял книгу.

У него не было имени. В книге не было слов. Только картинки. Но в них была история. Желтые Брызги медленно читал книгу, с трудом переворачивая страницы, полностью поглощенный историей маленького Дрейка.

Это была простая история. Простая история для ребенка, без особого морального урока, кроме того, что магические мечи - это потрясающе, а истреблять монстров - это хорошо. Но это была первая книга, которую Желтые Брызги когда-либо читал. И она была волшебной.

- Я не хотел прерывать твое чтение. Прости меня. Я не увидел тебя на передовой, как обычно, и забеспокоился.

Он оставил свой пост. Он бы уже бежал к передовой, если бы его не перехватил Пешка.

Что? Желтые Брызги непонимающе уставился на Пешку. Рабочий кивнул.

Он повел [Сержанта] по туннелям, мимо групп Солдат, которые не маршировали навстречу своей смерти, а бродили вокруг с растерянным видом. Желтые Брызги добрался до места, где они обычно сражались, и обнаружил на его месте нечто иное.

"Видите ли, здесь используется радиус подземелья. Монстры пройдут через эту точку, попадут в эту комнату и начнут атаковать друг друга. Мы всё устроили так, чтобы монстры прибывали примерно в одно и то же время. После того как они сократят численность друг друга, их ждёт множество ловушечных туннелей, через которые им придётся пройти. И если они выживут после этого..."

Клбкч изучил последнюю комнату, в которой стояли ряды Рабочих. Именно Рабочих, а не Солдат. Солдаты были в готовности, но сегодня им ещё не приходилось сражаться. Вместо этого Рабочие были вооружены примитивными луками и стрелами Антиниума. Они стояли за зубчатыми стенами, которые были построены так, чтобы они могли стрелять из укрытия, и истребили немногих монстров, добравшихся до их позиций, массированным залповым огнём. Белград гордо кивнул.

Ревалантор пролистал несколько страниц пергамента и кивнул.

"Снижение потерь более чем на 86% и значительное уменьшение необходимости в постоянных боях. Да, материальные затраты немного возрастут, но это позволит нашему Улью распределять ресурсы и живую силу..."

Жёлтые Брызги уставились на [Тактика]. Белград кивнул, пока к ним подошёл Ананд, жуя яблоко. Должно быть, Пурпурная Улыбка предложила его ему.

"Очень полезно".

"Это проект, над которым мы все неустанно работали, Ревалантор Клбкч. Если бы не Раскрашенные Солдаты, мы не смогли бы удержать территории вокруг входа в подземелье, чтобы построить эту оборонительную сеть".

- Очень... хорошо. Неожиданно хорошо. Продолжайте. Я передам это Королеве. Не сомневаюсь, что она будет очень... ну, довольна.

- Думаю, он был впечатлен.

Белград казался вне себя от радости, его антенны дрожали от эмоций. Он заговорил, поглаживая шахматную фигуру на командном столе.

- Я ни секунды в этом не сомневался, Белград.

- Это выше моего понимания. Это твое достижение. И масштаб этого... ты выиграл сражения еще до того, как мне пришлось их вести. Я верю, что это понимание является ключом к тому, что значит быть [Стратегом], а не просто [Тактиком]. Вот почему ты первым достигнешь этого класса, Белград. Гордись тем, что сделал.

- Хотя я ценю этот жест и очень эмоционален, Ананд, кажется, я так и не обрел те "теплые и пушистые" чувства, о которых говорила Эрин.

- Я тоже. Возможно, дело в ошибке в наших методах? В нашей компетенции?

- Да. А пока... думаю, мы заслужили перерыв. Пешка, мы будем спать. Ты знаешь, как управлять обороной...

Пешка позволил двум Рабочим уйти, пошатываясь, а затем обернулся. Двое Солдатов смотрели на него. Пешка кивнул.

Говоря это, он посмотрел на Жёлтых Пятен. [Сержант] просто стоял на месте. Больше никаких сражений? Его люди не будут погибать? Он... каким же глупцом он был.

- Я знаю, через что тебе пришлось пройти, Жёлтые Пятна. И часть вины лежит на нас. Мы не хотели говорить о том, что мы делали, на случай, если потерпим неудачу. Но мы должны были сказать тебе. А что касается остального... я рад.

И снова Пешка прочитал его мысли.

Он повёл двух Солдатов прочь, через туннели, к новому участку. Там была выдолблена небольшая комната и установлена дверь. Двое Солдатов отошли в сторону, когда Рабочий открыл дверь. Жёлтые Пятна замерли, увидев Двойных Полос, прикованного к земле.

Солдат-аберрация метался в конвульсиях. Пешка склонил голову и шагнул вперед, но и Желтые Брызги, и Пурпурная Улыбка заслонили его собой. Двойные Полосы пытались пошевелиться, пытаясь добраться до Желтых Брызг. [Сержант] хотел позволить ему это.

Руку. И в ней он держал свет. Или... свет сам тянулся к его руке? Он протянул её, и Двойные Полосы замерли, когда рука осторожно коснулась его головы.

- Надежда.

Благословение.

- Это мой дар. Три раза в день я могу использовать [Благословение Надежды], чтобы облегчить страдания нуждающихся. Думаю, это успокаивает мысли. Это дает нашему народу надежду, маленькое благословение. И, возможно, - понимание. Того, что значит быть Личностью.

Надежда.

Пешка посмотрел на Солдат и улыбнулся. Он склонил голову.

Жёлтые Брызги посмотрели на Пурпурную Улыбку, когда другой Антиниум отпустил его. Пурпурная Улыбка наклонила голову, глядя на Жёлтых Брызги, и [сержант] увидел, как груз командования лег на его плечи. Но в том-то и дело было в Пурпурной Улыбке. Он просто стряхнул этот груз.

У него была команда. Народ. Миссия.

День был долгим, и она устала. Она была сердита, печальна, счастлива... Мрша знала, что всё ещё в беде и ей предстоит ещё много раз извиниться. Но музыка помогла. Еда помогла. И Эрин...

Она не простила гоблинов. Но она сидела в трактире и наблюдала за ними весь день. Не все люди одинаковы. И всё же Мрша не могла забыть, что именно их народ вырезал её племя.

Было труднее, гораздо труднее ненавидеть их, когда они плакали. Когда они роняли слезу над печальной песней, от которой Мрша сжималась внутри, или когда они обнимали друг друга и оглядывались вокруг, словно ожидая, что с ними будут и другие. Вот тогда было трудно.

Гоблины были внизу. Мрша знала это. Она всё ещё ненавидела их. И, возможно, будет ненавидеть всегда. Но она перестала ждать того момента, когда они выхватят мечи и убьют её. Мрша свернулась калачиком и уснула.

Все, конечно же, спали. Праздности всегда так действуют на людей. Что же касается насекомых, то их мнение по этому вопросу было задокументировано гораздо хуже. Аписта отпила немного нектара из фейских цветов. Возможно, она и не была человеком. Но она была счастлива.

4.43

- Я сейчас иду в город. Хочешь пойти со мной или останешься?

- "Рога Хаммерада" отдыхают. Церия вчера сильно пострадала от укусов в ногу и заднюю часть, да и вообще никто не хочет особо шевелиться после вечеринки, так что Полуискатели, возможно, проторчат здесь весь день. Можешь остаться с ними или пойти со мной. Что решишь?

- Я же говорила тебе с этим не играть! Отдай, Мрша. Ты не можешь оставить...

- Хочешь остаться здесь? Ты уверена?

Прогресс. После вчерашнего казалось, что она может покинуть Трактир, и Мрша не пойдет за ней. Гнолл чувствовала себя в безопасности рядом с искателями приключений, особенно с Желаквой и Муром, которые её обожали. Казалось, что вся та тревога и стресс, под которыми все находились, остались в воспоминаниях многомесячной давности, а не вчерашнего дня. Лионетта была бесконечно благодарна за это.

- Больше никакого жезла. Давай, отдавай.

Гнолл замер, когда кончик жезла оказался у неё во рту, и уставилась на Лионетту. Очевидно, в её понимании мыло и вода лечат любые болезни. Она мотнула головой и отпрянула, когда Лионетта попыталась выхватить жезл.

Спустя короткую погоню и борьбу, Мрша, издавая недовольные звуки, тянулась к жезлу, пока Лионетта спускалась по лестнице. Она подошла к столу, где в добром расположении духа отдыхали Рога Хаммерада, и с глухим стуком положила жезл перед удивлённым Пфишесом.

Пфишес косо посмотрел на жезл, мокрый от слюней. Он осторожно взял его двумя пальцами и уставился на Мршу. Гнолл уставилась в ответ.

Эта игра забавляла Мршу и Пфишеса, но не Лионетту. Она сердито взглянула на мага. Он улыбнулся ей.

- Не "прилагайте усилия". Постарайтесь.

- Мисс Желаква?

Сельфида лежала, растянувшись на столе, и громко стонала. Она поморщилась, когда Мрша запрыгнула на стол и похлопала её по голове. Желаква с болезненным вздохом села, когда Мрша слегка потянула за стежки вокруг её головы.

- Мне нужно, чтобы кто-нибудь присмотрел за Мршей, пока я буду в городе. Эрин уходит, а Ишкр будет занят, поэтому я надеялась...

Позади Желаквы выпрямилась сгорбленная фигура. Как обычно, Мур сидел на полу, скрестив ноги, так как подходящего по размеру стула для него не нашлось. Он нежно улыбнулся Мрше, и та помахала ему одной лапой. Лионетта обернулась, и какая-то фигура в темной одежде простонала. Себорн выглядел скорее мертвым, чем живым, а из его панцирной части тела, казалось, вытекала какая-то жидкость.

Желаква сообщила это [Барменше", с трудом выпрямляясь. Было видно, что она ощущает последствия вчерашнего сильного пьянства. Она с тоской посмотрела на дверь, ведущую к Целуму.

- Не искушай меня.

Тихо поблагодарив Полуискателей, Лионетта осторожно отошла от них в сторону кухни. Она была уже почти на месте, когда услышала ужасающий грохот падающих кастрюль и сковородок. Она оглянулась через плечо как раз в тот момент, когда Себорна передернуло, а глаза Желаквы на мгновение закатились.

Эрин весело высунула голову из кухни и помахала двум гоблинам, сидевшим за столом и поднявшим взгляды. Чешущий-Голову и Короткий-Эфес посмотрели на улыбающуюся девушку и с кряхтением вернулись к затачиванию своих мечей. Лионетта прошла мимо них, наблюдая за тем, как тщательно они ухаживают за своими изношенными стальными клинками.

В Трактире стало уютнее. Правда. И когда Лионетта вошла на кухню, она увидела, что Эрин улыбается впервые за столько недель, как ей казалось. Она руководила грандиозной операцией вместе с измотанным Ишкром, и, судя по всему, создавала достаточно грязной посуды, чтобы Гнолл был занят весь день.

Гнолл [Официант] кивнул, слизывая немного белого сахарного глазури с шерсти на руках.

- Замечательно. Так, Лионетта, думаю, я готова! Мрша идет с нами или остается?

Лионетта улыбнулась, когда Эрин сняла фартук, и две молодые женщины вышли из Трактира. Эрин помахала "Рогам Хаммерада", задержавшись лишь на мгновение, чтобы спросить, где Ксмвр и Ивлон. И Церия, и Пфишес указали пальцами, и две человеческие девушки нашли [Воинов] снаружи, в разгаре спарринга.

- Ого! - в изумлении воскликнула Эрин.

- О. Привет, Ксмвр. Как твои де...

- Я снова умер.

- Согласен. К сожалению, я просчитался. Я намеревался приземлиться тебе на голову.

Оба исчезли, пока Эрин и Лионетта спускались с холма. Обеим девушкам приходилось прикладывать усилия, чтобы не поскользнуться в слякотном снегу. Эрин покачивалась при каждом шаге в своих толстых зимних сапогах.

- Это правда. Вероятно, пройдёт неделя или две, прежде чем он растает. Но я уже чувствую слой воды внизу. И если я зайду в некоторые низины, то окажусь по пояс в воде и промокну до нитки в мгновение ока.

- Да. По словам Олесма, станет ещё хуже, когда пойдут дожди. Не представляю, как это будет. Думаю, ты больше не будешь собирать мёд, верно? Я имею в виду, усыпить их - это одно, но снег - твой экстренный вариант отступления. Мне бы не хотелось, чтобы у тебя не было способа сбежать, если цветы фей не сработают.

- Конечно. Мёд пчёл Пепельного Огня приносит нам много денег. Только не позволяй ей всучить тебе какие-нибудь другие зелья заодно.

Мира. Хотя бы на один день. Поэтому Эрин и Лионетта вошли в Лискор и занялись обычными делами. Первым делом они навестили Кршию.

- Эрин! Лионетта. Рада видеть вас обеих, не так ли?

Было ли это признаком того, как изменилось положение Кршии, что она застряла на окраине рынка, в прилавке гораздо меньшем, чем тот, что был у неё раньше? С другой стороны, можно было утверждать, что её продолжающееся дело - знак того, что популярность среди покупателей не угасла.

- Я не ожидала увидеть тебя сегодня без юной Мрши. Но потом я слышала, что вчера вы достигли своего рода взаимопонимания с... гоблинами.

- Ты просто случайно услышала это от Ишкpa?

Эрин рассмеялась.

- Так ты говоришь. Но боюсь, потребуется больше, чем твои слова, чтобы завлечь других в твой трактир. И меня в том числе, с сожалением сообщаю тебе.

Гнолл мягко улыбнулась, глядя на удрученное лицо Эрин.

- О! Ну, нам не помешало бы больше сахара. И яйца. И мясо - все едят его в огромных количествах, а я хочу приготовить хот-пот. Конечно, нам нужно много алкоголя - несколько бочонков, если честно. Я знаю, что Уличный Бегун не сможет унести так много, так что, может, вы сообщите нам, когда приходить за ними? Ишкр и Птица могут это сделать, потому что... я сама не хочу. А ещё я хотела бы заказать керамические миски для Солдат. Я думала, они могли бы быть побольше и чтобы их было удобнее держать...

Это была интересная система, с которой Лионетта не сталкивалась в Терандии. Но, как заметила Эрин, это стоило любых монет, которые Кршия запросит за то, чтобы Гнолл сделала покупки за неё. На самом деле, это был один из основных источников дохода Кршии - многие покупатели обращались именно к ней, чтобы избежать многочасовых блужданий по магазинам.

Эрин передала золотые монеты, и Кршия смахнула их в небольшой мешочек. Она взглянула на Эрин, а затем посмотрела в сторону Лионетты.

- Конечно.

- Что это было, Лионетта? Я не знала, что Кршия настолько тебя любит, чтобы приглашать к себе домой.

- Без понятия. Наверное, просто сходи и узнай, чего она хочет. О, и поешь побольше сырого мяса. Это вкусно и, к тому же, вежливо.

Две девушки пошли дальше. У них были дела - или, скорее, безделья. Не то чтобы Эрин была большой поклонницей шопинга в целом; у неё были дела поважнее, чем тратить деньги на личные расходы вроде одежды и тому подобного, особенно когда нужно думать о своём трактире. Но рассматривать витрины было расслабляюще, так же как и поиск [Торговцев], привезших на продажу дорогие и редкие магические артефакты.

Эрин с восхищением посмотрела на второстепенный артефакт, который привлек множество детей. Она подумала, что Мрше бы он очень понравился, хотя ценник был гораздо выше того, что она была готова заплатить. Несколько собак тоже пытались погнаться за шаром, но [Торговец], владевший предметом, был полон решимости защитить свой товар, чтобы собачьи слюни не сбили цену.

- Почему? Я видела зверолюдей из Кошачьего племени, у которых есть свои кошки. Это же просто животные. К тому же, я слышала, что Гноллы и зверолюди становятся отличными хозяевами, потому что им легко утвердиться в роли вожака стаи.

- Это круто. Но разве Гноллы не едят собак?

Гнолл-собаковод с ужасом посмотрел на Лионетту и Эрин и поспешно увел своего пса, словно боялась, что они прямо здесь и сейчас достанут вилки с тарелками. Чувствуя вину, Эрин и Лионетта пошли прочь.

- Эй вы! Человек!

Первое - она уже видела его раньше, хотя воспоминания были немного размытыми. Второе - этот Дрейк был богат. На нём была дорогая одежда, а на когтях красовалось множество сверкающих колец, которые явно были магическими. И последнее - он был пьян. Дрейк шел уверенно, но в его шагах чувствовалась определенная неустойчивость, которая говорила о том, что он изрядно нарезался, причем ранним утром.

Дрейк споткнулся, подходя к Эрин, и она отступила на шаг. Он посмотрел на неё слегка расфокусированным взглядом. От него разило спиртным, и выглядел он... что ж, Эрин видела Релка в плохие дни, когда его чешуя облезала, глаза были налиты кровью, а от него самого пахло потом и грязью. Этот Дрейк был практически таким же, только богаче, а значит, он заглушил запахи одеколоном, и его одежда была как минимум новой.

Он посмотрел на неё, и Эрин наконец узнала его. Лорда Стен Илвриса было трудно узнать без доспехов и в таком неопрятном состоянии. Но он всё равно умудрялся смотреть на неё с презрением, и в его тоне сквозило немалое высокомерие.

- Меня зовут Эрин Солстис. И я вас помню. Вы тот лорд-тип, который был с Зелом. Вы ввалились в мой трактир вместе с Олесмом два дня назад, сразу за ним! Вы опрокинули два стола и чуть не наступили на хвост Мрше!

Илврис фыркнул. Он сердито посмотрел на Лионетту.

Лионетта подумала, как иронично, что теперь она оказалась на receiving end того отношения, которое сама когда-то проявляла к Эрин и другим людям. Она взглянула на Эрин, и та скорчила гримасу.

"Хорошо".

- Так чего ты хочешь? Слушай, а я разве не кидала когда-то сковородку тебе в голову?

- Да. Я помню. Тебе следует считать себя счастливой, что в тот момент я не активировал свои кольца для боя. Ты в равной степени счастлива, что я закрыл глаза на этот проступок. Теперь...

Позади Илвриса послышался приглушенный вздох коллективного возмущения из-за того, что Эрин перебила Лорда Стены. Ей было всё равно; она получала удовольствие. Судя по лицу Олесма, он был в равной степени в ужасе и заинтригован.

- Я - Лорд Стены, один из дворян Дрейков, ты, невежественная Человек, - я от природы оснащен множеством магических предметов, обеспечивающих мою безопасность. Но мой наряд - не причина, по которой я хотел поговорить с...

Теперь уже откровенно развлекаясь, Эрин указала на одно из колец. Илврис моргнул.

- А вот то? С блестящим желтым камнем?

- А это?

Чешуя на лице Илвриса стала еще краснее, и Эрин заметила, что его сопровождающие переминаются с ноги на ногу и нервно подергивают хвостами. Она услышала странный сдавленный звук и увидела, как Олесм отважно пытается не расхохотаться. Его грудь сотрясали конвульсии от попыток сдержаться.

- От тебя воняет. Ты пила? Это вредно, знаешь ли.

- Мне ли не знать. Я [Трактирщик].

Наконец Илврис рявкнул на Эрин, и она замолчала - хотя бы для того, чтобы вытереть с лица слюну. Лорд Стен несколько секунд тяжело дышал, а затем выпрямился.

- Ага.

- Я так понимаю, ваша магическая дверь ведет в человеческий город Целум, в ста милях к северу отсюда. Интересно, можно ли настроить её на другое место?

Илврис кивнул, и несколько его адъютантов зашептались, когда он выпрямился.

Эрин моргнула, глядя на Лорда Стен.

Она полагала, что ничто не может разозлить Илвриса сильнее, но это беспечное замечание, похоже, вывело его раздражение на новый уровень. Он открыл рот, закрыл его и наконец ответил, яростно ударив хвостом по земле.

- Ладно. Не обязательно быть таким грубым. Хорошо, как далеко он находится?

- Разве это имеет значение?

- Да. Видите ли, моя дверь может достать максимум до Инврисила, если говорить о расстоянии, и даже в этом случае она сможет перенести лишь одного человека за раз, а на перезарядку каждый раз будет уходить целый день.

- Действительно? Нет никакого способа улучшить зачарование?

Илврис взглянул через плечо на одну из своих помощниц. Дрейк-женщина что-то вычисляла на счетах, что заинтересовало Эрин. Она посмотрела на Лорда Стен и кивнула.

- Очень хорошо.

- Если предел твоей двери - Инврисил... что составляет около четырехсот миль... тогда я прошу связать её с Палласом. Это Город Стен, человек.

Эрин сердито посмотрела на Илвриса. Тот посмотрел на неё в ответ.

- Потому что... мне нужно установить якорь в том месте, куда я хочу попасть, прежде чем моя дверь сможет соединиться с ним. Так что извините, но пока я не найду кого-то, кто добежит до Палласа или Инврисила, я не смогу связать дверь с другим местом. Я собиралась нанять курьера, но тут появился Лорд Гоблинов и...

- Предки помилуй. Двери нужен якорь? Что ж, я найму курьера в этом городе, чтобы он доставил этот ваш... якорь. Полагаю, он не тяжелый или, по крайней мере, поместится в сумку хранения?

- Мне плевать, что он сказал! Он отправится в путь сегодня же по моему приказу, будь там гоблины или нет! Я Лорд Стен, а не какой-то [трактирщик] с несколькими золотыми монетами!

- Ну извините меня. Это ведь мою дверь вы хотите использовать. А что, если я скажу "нет"?

- Ты не в том положении, чтобы отказывать...

Эрин скрестила руки на груди и ухмыльнулась. Казалось, Илврис сейчас проглотит собственный язык. Олесм согнулся пополам, хватаясь за живот, к большому беспокойству окружавших его Дрейков. Когда Илврис наконец обрел голос, тот звучал придушенно от усилий сдержаться.

На это уже ничего нельзя было ответить. Эрин высунула язык, и Илврис отшатнулся, словно от змеи. Он сделал шаг назад, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Затем развернулся и рявкнул своей свите:

Он подал знак, и Олесм неохотно подбежал к нему. [Тактик] извиняюще взглянул на Эрин, когда Илврис зашагал прочь. Эрин слышала, как Лорд Стен громко распекал кого-то на ходу.

Он похлопал Олесма по плечу, и Эрин сердито посмотрела в спину Илврису. Она приложила ладони ко рту и крикнула ему:

Ее голос, усиленный навыком [Громкий голос], эхом разнесся по улице. Илврис замер на полушаге, а люди вокруг Эрин уставились на нее с открытыми ртами. Она огляделась и пожала плечами.

Илврис в ярости помчался обратно по улице. Эрин дождалась, пока он приблизится, и заговорила:

- Я должен срубить тебе голову за твою дерзость. Будь ты в Городе Стен, тебя бы высекли за такой язык!

Илврис глухо зарычал.

- Попробуй! Если сделаешь это, я снова ударю тебя сковородкой, придурок! У меня в трактире искатели Золотого ранга! И злые гоблины! Очень много! Ты не заберешь мою дверь живым! Я помогу тебе, но только потому, что не хочу, чтобы ты был рядом, понял?

- Еще увидимся!

Илврис проревел ей в спину. Эрин обернулась и снова высунула язык.

Она зашагала прочь, на этот раз быстрее. Илврис вырвался из рук сопровождающих и бросился за ней.

В том, как он пытался преградить Эрин путь, было что-то невероятно грустное. Она кружила вокруг него, а он блокировал её. И тогда Илврис указал пальцем.

Он использовал Навык. Это определенно был Навык, потому что его помощники, люди на улице и даже ноги самой Эрин мгновенно замерли на месте. Она застыла, чувствуя, как приказ Илвриса удерживает её. Это продлилось всего пару секунд, пока Эрин не разозлилась.

В груди она почувствовала вспышку, какое-то... ощущение. Это было похоже на то, как если бы она использовала собственный Навык [Аура Трактира] или сопротивлялась очарованному голосу Магнолии. Эрин заглянула внутрь себя и толкнула в ответ. Это было очень тяжело, но она смогла сдвинуть ноги. Илврис уставился на неё с открытым ртом, пока Эрин с трудом снова начала идти.

Он надавил снова, но Эрин была готова и вытолкнула его влияние. Ноги продолжали двигаться, и Эрин пустилась бежать. Сопротивляться приказу Илвриса было очень трудно, и она решила, что с неё хватит. Пора возвращаться в трактир. К сожалению, Илврис не знал, когда нужно остановиться.

Улица словно замерла, пока Лорд Стен гнался за девушкой-человеком. Она бежала, посылая грубые жесты в сторону Илвриса, который неуклюже ковылял и кричал ей вслед. Олесм, застывший на полуслове, мог лишь смотреть в спину Илврису, пока те двое не скрылись за поворотом улицы. Прошла целая минута, прежде чем его конечности снова смогли двигаться.

Скорее всего, второе.

"Зачем Лорду Стен понадобилось говорить с Эрин Солстис? Любопытно, скольких знаменитых и могущественных людей она привлекает, не так ли?"

"Это так. Но Эрин... особенная. Думаю, она с ним справится".

Кршия покачала головой, прихлебывая чай. Она взяла кубик мяса, отправила его в рот, а затем предложила миску Лионетте. Девушка посмотрела на неё и неохотно взяла кусочек. Она откусила его, и выражение её лица изменилось.

"Ты так считаешь? Правда?"

"Да, я знаю о ваших обычаях".

"Будь спокойна. Мы, Гноллы, знаем, как готовить такую еду. Мы следим за тем, чтобы она была чистой и приготовленной правильно. Ты можешь ничего не есть, если тебе некомфортно".

Лионетта взяла ещё один кубик, заставив Кршию улыбнуться. Для молодой женщины это было важно. Она заерзала.

"Хмм. Такую еду не очень удобно перевозить, но я могла бы научить тебя рецепту. И ты могла бы чаще приводить сюда Мршу. Было бы полезно обучить её нашим обычаям. Хотя она родилась в племени, жившем в диких землях... возможно, в некоторых вещах она знает больше меня".

Как странна бывает жизнь. Лионетта посмотрела на Кршию и вспомнила ощущение того, как её схватила огромная лапа, как она смотрела в глаза Гноллу и видела огромные клыки, пока позади неё горел прилавок. Ей было стыдно за это. Но теперь она сидела в квартире этого самого Гнолла. В том же самом месте, где жил её племянник. Где Брункр...

"Здесь почти ничего не осталось от Брункра, мне жаль это говорить. Сохранились его щит и меч, но он прибыл сюда воином и не собирался оставаться надолго. У меня остались только воспоминания, напоминающие о том, кем он был".

"Я не в обиде, Лионетта. На самом деле, именно об этом я и хотела с тобой поговорить".

- Я всё ещё задаюсь вопросом, могла ли я знать. Если бы я была внимательнее, если бы не была слепа к истинной натуре этой предательницы Регрики Чернойлапы - она не истинный Гнолл. И за ней будут охотиться. Но если бы у меня только хватило прозорливости задаться вопросом, вместо того чтобы быть слепой - остался бы он жив?

- Конечно, это бесполезные мысли. Что сделано, то сделано. Остались только правосудие и траур. Но они мучают меня. И всё же я не стану обременять тебя своим горем, Лионетта. Нет. Вместо этого я хотела позвать тебя, чтобы поблагодарить.

- За то, что сделала его [Рыцарем].

- Я знаю, что ты [Принцесса], Лионетта. И я знаю, что ты дала своё благословение Бранкру, чтобы сделать его [Рыцарем].

Гнолл фыркнула.

Лионетта застыла на месте. Кршия шевельнулась, внимательно наблюдая за ней.

- Но я ничего не сделала, - прошептала Лионетта.

- Нет. Ты сделала очень многое. Да, класс был у него всего несколько дней. Но стать [Рыцарем] было мечтой Брункра. Считалось, что он никогда этого не добьется, так как у Гноллов нет [Лордов] или иных благородных классов, способных даровать такой статус. Но ты дала его ему, и я верю, что это сделало его счастливым в последние дни. За этот маленький подарок я тебя благодарю.

- Я не заслуживаю благодарности. Всё, что я сделала...

Кршия подняла руку, словно ловя капли дождя, и отбросила её в сторону. Она вздохнула.

- А что мне ещё оставалось делать?

- Причина, по которой я сбежала... это может показаться тебе глупым, но я действительно чувствовала, что должна это сделать. Я была неправа - глупа, высокомерна - но если бы моя семья узнала, где я, уверена, они бы послали за мной кого-нибудь. Возможно, они уже ищут меня, но они понятия не имеют, где я, а я далеко не Первая Принцесса и не обладаю высоким уровнем, так что...

- Спасибо.

- Однако любопытно, как вам удалось сделать Брункра [Рыцарем]. Он сказал, что вы произнесли всего несколько слов, и той же ночью он получил этот класс. Неужели всё настолько просто?

- Это... ну, понимаете, не должно быть так просто. Но на практике можно сделать кого-то [Рыцарем], произнеся всего пару слов. Обычно всё сопровождается церемонией, потому что это очень важно, но если вы торопитесь, всё это можно пропустить. По крайней мере... я могу. Думаю, [Лордам] приходится прилагать больше усилий - знаете, иметь герб, официально принять человека на службу и так далее.

- Возможно... ну, нет. Кажется, мама однажды объясняла. Видите ли, у [Принцессы] роль иная, чем у [Лорда]. У них свои хозяйства, вассалы и прочее, поэтому они могут поддерживать довольно большое количество [Рыцарей], в зависимости от того, насколько они богаты и могущественны. В то время как даже для высокоуровневой [Принцессы] существует лимит на количество назначаемых ею [Рыцарей]. Мои - личные защитники, понимаете, поэтому я могу выбирать их быстро и по своему желанию, тогда как [Лорд]...

Кршия кивнула. Лионетта улыбнулась и продолжила.

Кршия жевала сырое мясо. Теперь она остановилась и сглотнула.

- Всё просто. Я могу даровать кому-то королевский класс. Допустим... скажем, вы [Садовник], верно? Если захочу, я могла бы сделать этого человека [Королевским Садовником]. Хотя это редкость, и я, вероятно, могу сделать так только для одного человека. У отца есть [Королевский Камергер], но так делают нечасто. Хотя это действительно помогает!

Лионетта осторожно кивнула, пытаясь воскресить в памяти смутные обрывки уроков.

Она замолчала, пока Кршия обдумывала услышанное, и вдруг ей в голову пришла безумная мысль. Она произнесла её прежде, чем смелость оставила её.

Кршия поперхнулась чаем и чуть не обрызгала им Лионетту. Когда она закончила кашлять, она посмотрела на [Принцессу].

- Нет.

- Я серьёзно. Я могла бы дать его вам, если хотите.

- Я дала Брункеру класс [Рыцарь]. Я думаю... ну, я просто думаю, что он хотел бы, чтобы я помогла вам, если смогу. И это единственное, что я могу сделать.

- Допустим, я соглашусь. Я получу королевский титул и... больше ничего? Это будет подарком, верно, а не обязательством?

- Я не знаю. Прошли годы - даже десятилетия, если быть точной, с тех пор как моя семья даровала свое благословение кому-либо. Мы создаем [Рыцарей], [Лордов] и тому подобных, но с бизнесом всё иначе. Это... я помню, моя бабушка знала продавца фруктов, которого она сделала королевским. Кажется, это помогло его делу, но я не помню, повлияло ли это на что-то еще. Ты не обязана соглашаться, я просто предлагаю...

- Доверие, возможно.

- Просто... понимаешь, дома всё так политизировано. Если бы моя семья даровала [Торговцу] королевское благословение, а он начал бы работать на другую страну или отрекся от нашего королевства, это стало бы скандалом, понимаешь. И не то чтобы моя семья часто встречается с обычными людьми. Не то чтобы я считала тебя обычной! Я...

Кршия встала и несколько секунд ходила взад-вперед. Лионетта с тревогой смотрела на неё, сожалея, что вообще открыла рот. Зачем она это сказала? И всё же - она вспомнила Брункра и не могла пожалеть о предложении.

- Прошло много времени, и я тяжело трудилась, чтобы достичь того, где я сейчас. Я многое потеряла.

- Многое. Материальные блага и деньги... но взамен я получила от Рёки Гриффин дар куда более ценный. Я не виню тебя за это. Что касается моего племянника, у меня сердце болит. Теперь мне нужно восстанавливаться, и на днях я спрашивала себя, стоит ли пытаться снова, хватит ли у меня сил сделать это еще раз. И вот теперь мне предлагают дар, без всякой просьбы с моей стороны. Буду ли я глупцом, если не приму его?

- Всё меняется. Это то, что мы, гноллы, знаем наверняка. Оставаться прежним - значит быть глупцом. Поэтому ты предлагаешь, а я отвечаю: да. Лионетта, если ты даруешь мне благословение, королевский титул, я приму его с благодарностью.

- Хрр. Мне встать на колени?

Лионетта несколько раз глубоко вдохнула. Она почувствовала... она вспомнила, как смотрела в спину гноллу, когда её руки и ноги были покрыты потом, она сжимала меч и чувствовала, как жжёт кожу на ладонях. Она моргнула, и Кршия, глядя на неё, ждала. Лионетта заговорила, и по её телу пробежала дрожь, когда слова полились из самого сердца. Древние слова. Знакомые слова. Истинные слова.

Она протянула руку и коснулась лба Кршии. Гнолл склонила голову, и Лионетта подождала секунду. Затем она убрала руку. Всё было кончено.

Она посмотрела на Кршию. Гнолл моргнула и коснулась места на голове, нахмурив брови. Она размяла плечами, принюхалась к воздуху и посмотрела на Лионетту, наклоняя голову из стороны в сторону и пожимая плечами.

Она оскалилась, обнажив зубы, и Лионетта тоже улыбнулась. На мгновение прошлое было забыто, и они просто наслаждались моментом. Два существа, ставшие на шаг ближе к тому, чтобы стать друзьями. Затем мгновение прошло, и всё изменилось. Кршия подняла свой чайник.

Лионетта сглотнула. Она посмотрела на Кршию и виновато улыбнулась.

- Нет, ты склонись, придурок!

- Я не потерплю подобной дерзости от Человека!

Дрейк [Лорд] и Человек [Трактирщица] кружили друг вокруг друга, словно разгневанные голуби, обмениваясь оскорблениями и сражаясь своими аурами. Сначала они быстро кружили, затем просто ходили, а в конце концов сели и начали огрызаться друг на друга. Эрин вытерла пот со лба и приняла стакан воды из рук Ишкра. Илврис поднял налитые кровью глаза и махнул рукой Гноллу.

Ишкр посмотрел на Эрин. Она кивнула и откинулась на спинку стула, совершенно измотанная. Мрша запрыгнула на стол и лизнула её в лицо.

- Я лучше уйду... чем останусь в человеческом трактире.

"Валяй, приятель. Прогулка по слякоти сейчас самое то".

"Я тебе не подчиняюсь, Человек".

"Вода? Я что, нищий? Принеси мне что-нибудь покрепче! Алкоголь, если вы его вообще подаете. И не какой-нибудь дешевый эль, а настоящий напиток Дрейка, например, виски "Огненное дыхание"!"

"Разве тебе еще недостаточно? Ты и так пьян".

Илврис поморщился, когда Ишкр вернулся с кружкой, до краев наполненной огненно-оранжевой жидкостью, которая вчера нанесла столько вреда Себорну и Желакве. Эрин взглянула на кружку, а затем на Илвриса.

"Кто?"

"Ах. Те двое, что пали от руки Именного Авантюриста и её сообщника? Нет. Это... личное".

- Никакого алкоголя для Лорда Стен, Ишкр. Дай ему что-нибудь другое, например, молоко с медом.

- [Хозяйка Трактира]. И, похоже, ты очень расстроен, приятель. Почему бы тебе не рассказать мне об этом?

- Значит, вот как низко я пал: мне отказывают в выпивке в человеческом заведении. Если бы Перис видел меня сейчас...

- Кто такой Перис?

Илврис уже отталкивал кружку, когда на его стол запрыгнула Мрша. Гнолл уставился в его кружку, и Лорд Стен инстинктивно придвинул её к себе. Эрин улыбнулась.

Дрейк уставился на Мршу, которая смотрела на его напиток с явным желанием. Возможно, не было лучшего подтверждения качества, чем тоска на её маленьком личике. Осторожно он отхлебнул молока, и его глаза расширились.

- Правда? Мы получаем мед пчел пепельного огня, так что можем готовить много всего сладкого. Это фирменное блюдо заведения.

Рога Хаммерада смотрели на нее, а Полуискатели ели очень, очень поздний завтрак. Что касается гоблинов... Илврис взглянул на Чешуекрыла и Короткий Эфес, которые сделали перерыв в уходе за маленькими баклерами, с которыми они ходили в бой.

Эрин потребовалось мгновение, чтобы понять, что он говорит о Зеле, а не о Селис. Она скорчила ему гримасу.

Чешуекрыл кивнул. Короткий Эфес замер и уставился на кольца Илвриса, пока другой хобгоблин не ткнул его в ребра. Илврис фыркнул.

Он положил руку на эфес своего меча, и оба хоба зарычали. Чешуекрыл посмотрел на Илвриса, и Эрин выпрямилась, нахмурившись.

Илврис свирепо посмотрел в ответ.

Эрин замолчала. Она заметила, как замер Ишкр, обходя трактир, и как перестали есть Полуискатели.

Она не просила его о помощи, но когда она разговаривала с Зелом перед противостоянием с Регрикой, тот упомянул, что приведет кого-то, кто, по его мнению, сможет помочь. Судя по всему, Илврис рискнул своей жизнью, сражаясь в городе, когда его и Зела телепортировали.

- ...Это я должен просить у тебя прощения, Человек.

Илврис выпрямился, и его голос стал менее невнятным, когда он посмотрел на Эрин.

- Это была не ваша вина.

- Была. Не перебивай! Это была моя вина. Возможно, мы все виноваты в том, что недооценили наших врагов. Возможно. Но хотя Шивертейл и был там воином самого высокого уровня, моя вина больше всего. Ибо я Лорд Стены. Когда я терплю неудачу, мой провал значимее любого другого. Поэтому я беру на себя ответственность. Если в тебе есть ненависть, если ты сожалеешь о случившемся, знай, что виноват я.

- Вы всё время говорите, что вы Лорд Стены. Но что это на самом деле значит? Вы [Лорд] в одном из Городов Стен, верно? Разве это настолько особенное положение?

- Больше чем особенный! Мы - знать, чья родословная восходит к эпохе Предков, к эпохе Драконов! Мы строили Города Стен с их помощью, чтобы дать убежище своему народу. И хотя прошли тысячелетия, моя роль осталась прежней. Вести и вдохновлять Дрейков, защищать наш дом от любых захватчиков, вершить правосудие так, как считаю нужным, и призывать к ответу других своего положения. Это честь, призвание и привилегия. Вот что значит быть Лордом Стен.

- Так если вы настолько важны, зачем вы проделали весь этот путь до Лискора? Разве вы не должны быть в своем Городе Стен, защищать его?

- Да. Должен. Но я пришел сюда в поисках истины. Истины, которую скрыл ваш друг-бегун. И которую... я теперь раскрыл. Ах. Перисс.

- Похоже, она была для вас действительно особенной.

Возможно, дело было в выпивке, а возможно - в абсурдности ситуации. Илврис сидел и пил свое медовое молоко. Эрин пододвинула стул к столу и похлопала его по плечу, пока Дрейк склонялся над кружкой.

И он рассказал. Это была запутанная история, полная запретного романа с подчиненной, случайных встреч, подвигов на поле боя и опасных моментов. И секса. Эрин осторожно прикрывала уши Мрши руками, когда Илврис доходил до каких-либо непристойностей. Он был пьян и не очень умел рассказывать истории, вопреки собственным убеждениям, но одно было ясно.

- Я помогу вам вернуться в Паллас. Не волнуйтесь.

Илврис уставился в стол. Он выглядел таким несчастным, что Эрин заказала еду. Мрша завиляла хвостом. Илврис поднял взгляд, когда Ишкр принесла ему обед.

- Суфле. Это яйца, сыр, морковь и... оно вкусное, ладно? И горячее.

- Нет. Я здесь готовлю. Но у меня есть навык консервации продуктов. Давай, попробуй.

Живот Илвриса заурчал, когда он отодвинул миску. Он посмотрел на Эрин, и она усмехнулась ему в ответ.

Гнолл так и сделала, радостно похлопав по столу, пока Ишкр давала ей вилку и предупреждала не есть слишком быстро, так как суфле было горячим. Нехотя Илврис последовал примеру Мрши. Было видно, что он ест только для того, чтобы раскритиковать стряпню Эрин, но вскоре он уже выскребал миску вилкой.

- Правда? Отлично! Слушай, когда отправишься в Паллас, я подумаю, можно ли сделать так, чтобы дверь переносила сразу группу людей. Бьюсь об заклад, Дрейки там никогда не пробовали ничего подобного моей еде!

- Паллас. Да. Я и забыл, насколько это может быть неудобно.

Эрин посмотрела на него. Лорд Стен поморщился.

- О. В Палласе тоже есть придурки, да?

Илврис вздохнул. Он посмотрел на второе суфле и ткнул вилкой в пышную корочку. Мрша махнула рукой, заказывая вторую порцию, и Ишкр снова вздохнул.

Он начал есть. Эрин заметила, как Пфишес выпрямился.

Лорда Стен, возможно, и удалось убедить поговорить с Эрин и Мршей, но он явно был не в восторге от того, что к нему обращаются люди. Он бросил на Пфишеса высокомерный взгляд, который [Маг] вернул ему, и неохотно ответил:

- Ого. Это далеко. Вы уверены, что Курьер сможет добраться туда за несколько дней, а не за... недели?

- Средний Курьер за день может преодолеть большее расстояние, чем лошадь, независимо от того, сможет ли он обогнать её в забеге. Курьеру это не займёт много времени. Хок, кажется, так его зовут.

Желаква нахмурилась. Она тоже оживилась при виде еды и доедала уже своё пятое суфле. Эрин приготовила их не так уж много, и она начала беспокоиться, что у Ишкра на кухне они заканчиваются. Сельфид начала считать на пальцах.

Илврис, глядя в свою чашку, усмехнулся в сторону Желаквы.

Эрин уставилась на Илвриса.

Лорд Стен зарычал на неё. Мрша ткнула его когтем. Он недоверчиво моргнул, глядя на Гнолла, а затем свирепо посмотрел на Эрин.

- Ты остановился в "Безхвостом Воре"?

"В самом деле. Это единственный приемлемый трактир во всем городе".

"Если вы так говорите. Хотя, когда я встретила Пелса, он показался мне каким-то придурком. Но, с другой стороны, он чем-то на вас похож".

Левый глаз Илвриса начал дергаться. Эрин ухмыльнулась ему, а затем серьезно нахмурилась.

Лорд Стен поднял взгляд. Желаква помахала ему и прибавила громкости:

Дрейк посмотрел на Полуискателей, и впервые на его лице отразилось беспокойство.

Желаква подняла глаза, занеся ложку на полпути к рту.

"Ивирит Буря. Вспоминаю. Что стало с двумя из ваших? Несколько лет назад в ваших рядах была Опаленная. Халассия Эверглим. Что с ней стало?"

- Понимаю. Надеюсь, её останки были возвращены семье?

В голосе Желаквы послышалось напряжение. Она пристально посмотрела на Илвриса. Эрин переводила взгляд с неё на Лорда Стен. Ей казалось, что спрашивать не стоит, но она не могла сдержаться.

- Полудракон.

- Это разновидность Драконов Старой Крови. Только их наследие проявляется не в крыльях или способности дышать огнём. Они рождаются сожженными внутренним пламенем. Большинство погибает вместе с матерями, но те немногие, кто выживает, живут с этим проклятием. Огонь в их телах заставляет чешую отслаиваться и причиняет им боль. Говорят, что Скорчлинги наполовину драконы, наполовину пепел. На самом деле они просто люди с проклятием.

Мур произнёс это единственное слово и закрыл глаза. Илврис кивнул.

Он снова склонил голову, чем вновь удивил всех. Эрин посмотрела на него.

Он сердито посмотрел на неё.

Его короткая речь вызвала тишину, и Полуискатели иначе посмотрели на него. Как и Эрин. Она наклонилась и прошептала Мрше:

Гнолл кивнула. Илврис уставился на обеих.

Он встал, копаясь в своем кошельке. Эрин перебила его.

Слово "торт" заставило Мршу поперхнуться суфле, а всех в комнате - поднять глаза. Илврис выглядел сбитым с толку.

Ишкр вынес из кухни торт - это было воспоминание, аккуратно выложенное на большое блюдо. Эрин видела, как остальные в комнате посмотрели на торт и вспомнили. Впервые она подавала его в ту ночь, когда погиб Брункр. Эрин погладила Мршу по голове и улыбнулась.

Она огляделась, встретившись взглядами с Рогами Хаммерада, Полуискателями... Мршей. Эрин лично разрезала торт и предложила два куска гоблинам, приглашая их позвать друзей. Илврис принюхался к своему куску и заметил, как Мрша в нерешительности замерла над своей порцией. На мгновение она выглядела грустной, но затем начала жадно поедать торт. Он вонзил вилку в щедрый слой глазури и откусил. Его глаза расширились.

Когда она вернулась, Илврис уже соскребал вилкой остатки с тарелки, а Мрша вылизывала свою. Эрин с ожиданием посмотрела на Лорда Стен. Тот прокашлялся, избегая её взгляда.

- Я могу дать вам еще один кусочек, но боюсь, что запасы торта ограничены, и я не хочу продавать его тому, кто считает его посредственным. К тому же, больше вы его нигде не найдете, Илврис.

Эрин коварно улыбнулась, когда Лорд Стен посмотрел на нее.

Она замолчала, обдумывая свои слова.

На этот раз Илврис расправился с тортом так же быстро, как и Мрша. Найти оправдание в этот раз он не смог, поэтому просто пробормотал что-то о том, что очень голоден. Это лишь заставило Эрин рассмеяться, а Мрша, пребывая в своем сахарном угаре, хихикнула. И может быть, дело было в сахаре, алкоголе или в чем-то еще, но Эрин могла поклясться, что видела, как Илврис тоже улыбнулся.

- С большим количеством сахара! И яиц! И муки, и... ну, это вредно для здоровья. Вам, вероятно, стоит немного размяться.

Илврис провел рукой по лицу и, казалось, впервые осознал свое состояние. Он потрогал глаза, ощупал помятую одежду и выпрямился.

Эрин заметила, как в его глазах вспыхнул огонек. Возможно, это была всего лишь уязвленная гордость, но именно это ему и было нужно, и она была этому рада. Она улыбнулась.

- Хм. Полагаю, я могу попробовать... вы сказали, еще один торт?

Эрин ухмыльнулась, вспомнив, как копировали ее рецепты пиццы и гамбургеров. Что ж, она будет обладать монополией на торты, пока люди не поймут, что Октавия продает пищевую соду. Она увидела, как Ишкр выносит второй торт, и ей пришлось удержать Мршу, чтобы та к нему не добралась.

Напротив, Церия, Пфишес и Ксмвр проглотили свои порции мгновенно. Вообще, проще было сказать, что из всех гостей Трактира сдержанность проявили только Мур, Себорн, Эрин и Ивлон; все остальные сметали первый и второй куски с бешеной скоростью. Ксмвр практически вибрировал на месте.

Тарелка с куском торта выскользнула из ее рук. Тарелка разлетелась вдребезги по полу, и Ксмвр с Мршей кинулись к торту. Пфишес поймал его одной рукой и скрылся от них обоих. Но Ивлон не заметила этого. Она смотрела в открытую дверь, и лицо ее внезапно побледнело. Эрин обернулась.

- Йлавес?

- Ивлон. Наконец-то я тебя нашёл.

В самое лицо ему прилетел торт. Эрин вздохнула, пока [Рыцарь] моргал, а глазурь разлеталась по его некогда сияющим доспехам и падала на пол. Мрша посмотрела на Эрин с чувством измены. Эрин подняла руки.

Она села, пока Илавес недоуменно смотрел на неё, а стоявший рядом гном начал смеяться. Эрин вздохнула, а затем улыбнулась. В её трактире снова происходили странности. Даже больше странностей, чем обычно. Она посмотрела на Илвриса, и тот уставился на неё.

Её смех был единственным ответом.

4.44 М

4.44 M

Хаос воцарился в поместье леди Магнолии за пределами Инврисила. Слуги всех рангов сновали по дорогим и просторным коридорам или собирались в небольшие группы, оживленно переговариваясь. Подобное замешательство было нехарактерно для любого места под началом Магнолии - или, скорее, Рессы, что делало увиденную картину еще более удручающей. Но, возможно, было неправильно описывать ситуацию в таких тонах.

Или же хаос как абстрактное понятие пролился дождем на дом? Да, возможно, дело было в этом. Хаос, эта самая коварная из сил, сочился с небес или из какой-то иной туманной плоскости существования, наполняя сердца людей внизу смятением.

Они были ассасинами, шпионами, воинами, магами и, изредка, грубиянами. И когда они отправлялись в мир по её приказу, они решали её проблемы. Пальцы Магнолии танцевали по континенту, а иногда и по всему миру, влияя на события, укрепляя власть, устраняя препятствия - что принесло ей репутацию "Смертоносного Цветка, Расцветающего на Севере". Это был довольно пространный способ сказать, что она была цветком, [Леди], хрупкая, неприспособленная к войне в своих Навыках и классах, но, тем не менее, имеющая шипы.

Вероятно, было проще сказать так. В доме Магнолии Райнхарт царил хаос. Простое предложение, легкое для понимания. Но что такое хаос без контекста?

- Подробности!

- Мне нужны подробности! Доставьте мне каждый отчет, каждое сообщение из каждого города, который отправляет солдат на фронт! И если они не указали точные характеристики солдат, которых посылают - уровни, классы, сколько человек в подразделении, есть ли командиры - отправьте ответ и потребуйте немедленного ответа! Разве так трудно спросить? Мне плевать, что уже наступили сумерки - это военное дело, и они должны в любое время знать, где находятся их проклятые солдаты!

Он обернулся, и обе [Горничные] разом бросились бежать. Зел провел рукой по шипам на голове и шее, бормоча что-то, пока читал короткую страницу. Одним когтем он смял изысканную и дорогую бумагу.

- Полагаю, что есть. Впрочем, глядя на мое домохозяйство в данный момент, вы бы в этом усомнились. Генерал Шивертейл, вам не приходило в голову, что наши люди делают вещи иначе по определенной причине?

Зрелище было впечатляющим, и оно дополнялось каждую секунду слугами, вбегавшими в комнату. Тем не менее, Зел не был доволен и прорычал в сторону Магнолии:

Магнолия Рейнхарт вздохнула и опустила чашку. Ее лицо оставалось спокойным, она неподвижно сидела в элегантном платье, но правая нога подергивалась - признак грядущего сахарного прилива. Она отставила чашку, и другая рука, рука Рессы, забрала ее прежде, чем чай успели долить. [Горничная] наклонила чашку, чтобы рассмотреть густую смесь сахара с чаем, и поморщилась. Магнолия этого не заметила, но ответила быстро и прямо, сосредоточившись исключительно на Дрейке.

Зел Шивертейл, знаменитый Держатель Линии, герой двух войн Антиниума и кормилец голодных щенков Гноллов по всему миру, кислым взглядом посмотрел на леди Магнолию, но смягчился. Он коротко кивнул и перешел на чуть более вежливый тон.

Магнолия поморщилась и вздохнула.

- У них нет помощников или офицеров, дежурящих круглосуточно для таких вызовов?

- Боюсь, что нет. Возможно, в некоторых городах и есть, как в Инврисиле, но никаких законов на этот счёт нет, и всё очень сильно зависит от [мэра] или иного руководства. О боже. Мне кажется, мы выглядим довольно плохо по сравнению с иерархией Дрейков, не так ли?

Он огляделся. Розовые шторы, пурпурные диваны, стены кремового цвета и темно-красные с фиолетовым ковры в комнате создавали у него ощущение, будто он погружается в какое-то первобытное болото. Он не привык к элегантности, не обладал ни чувством, ни словарным запасом, чтобы описать окружающие его тонкие цвета, и на самом деле ему была не по душе роскошь особняка Магнолии Рейнхарт. О, он мог признать, что в некоторых аспектах это было красиво, но её роскошный образ жизни противоречил его более простому мировоззрению.

Мир мог никогда не стать прежним. Зел вздрогнул от этой мысли. Сколько Дрейков назовут его предателем, когда новости распространятся? Сколько людей возьмутся за оружие? Но это было необходимо. Он был здесь, разговаривал с одной из самых опасных женщин-людей в мире, потому что ему была нужна её помощь, и, видимо, она нуждалась в его. Как минимум, чтобы вести её армии.

Грубо, как он полагал. Зел вздохнул. Он знал, что так не относятся к союзникам, и уж тем более к [леди], но он чувствовал себя неловко рядом с Магнолией, а он был [генералом], а не [дипломатом]. Зел Шивертейл попытался заставить свой хвост перестать дергаться и снова оценил ситуацию.

- Я верю, что можно. Люди часто лгут мне, но редко имеют смелость зафиксировать это на бумаге.

- Что ж, тогда у меня будет армия численностью не менее сорока тысяч. Но я должен вас предупредить - она не будет качественной. Я бы предпочел иметь в полтора раза больше солдат, чтобы сразиться с Лордом Гоблинов.

Магнолия выпрямилась, нахмурившись. Зел вздохнул и покачал головой. Гражданские. Он попытался объяснить терпеливо, словно разговаривал с... Лионеттой. Или Эрин. Или Мршей.

- И в этом проблема? Вы же [Генерал].

- А. О, теперь я понимаю. Боже мой.

- Если дело в офицерах... я могу подумать о том, чтобы собрать их из других городов. Это поможет, или их незнакомство с ситуацией только усугубит проблему?

- Не знаю. Они могли бы быть полезны... а могли бы и нет. Боюсь, я не знаю, насколько хорошо вы, люди, обучаете своих солдат. Я видел и хорошее, и плохое руководство на поле боя, но вы не стандартизируете свою подготовку.

Дрейк хмыкнул в ответ на комплимент. Он просмотрел еще одну пачку [Сообщений], проворчав:

- Хм. Это чистая правда. Знаете, я думал об этом. Но из всех групп наемников в Изриле - а их немного - единственной значимой была собственная армия Лискора. И хотя они нанимаются, я уверен, что они не ответят на мои просьбы, а если и ответят...

- Нет.

[Генерал] покачал головой.

- Я так и полагала. Хотя очень жаль. Они грозны, несмотря на все их недостатки.

- Как там гласит поговорка? Один Дрейк - это проблема, двое - это драка, а трое сожгут ваш дом дотла?

- А что тогда четыре Дрейка?

[Генерал] хмыкнул. Это не было похоже на смех. Магнолия осторожно наблюдала за ним и перевела взгляд на Рессу. [Горничная] пожала плечами, и Магнолия поджала губы. После еще одной короткой паузы она заговорила легко, но осторожно.

Зел никак не отреагировал и на то, что его назвали мистером. Он повернул к ней один глаз и слегка дернул хвостом.

- Совершенно верно. Но, ох, помимо нашей договоренности о сотрудничестве, у нас с вами есть еще несколько вопросов, которые нам следует обсудить.

Его когти чуть сильнее сжали пергамент, и Ресса едва заметно напряглась. Магнолия осторожно откинулась назад, чтобы похлопать подругу по ноге, и заговорила.

Зел замолчал и поднял взгляд. Два [Посыльных] замерли с двойными стопками отчетов. Он одобрительно кивнул, и те поспешили к столу перед ним.

Дрейк удивленно моргнул и начал вычеркивать имена из составленного списка, сверяя расчетное время прибытия из каждого города и создавая общий список - наглядную картину своей армии. Он не был силен в такой работе - обычно он предпочитал оставлять подобное [Стратегам], - но в случае необходимости мог справиться. Он поймал определенный ритм, прежде чем снова обратиться к Магнолии.

- На ум приходят несколько причин. Начнем с того, что мне неловко признать, но я считала, что он в большей степени является проблемой вашего народа, чем моего, и что он не станет затевать неприятности так скоро после последней войны с Антиниумом.

- Это был тот самый Некромант, который причинил столько вреда во время Второй войны Антиниума и которого оказалось так трудно победить - и, похоже, даже невозможно убить. Я знала, что после поражения он должен был потерять почти всю свою нежить, поэтому я была готова позволить ему скрыться.

- Вряд ли. Я скорее надеялась, что он снова проявит себя, и тогда Антиниум, Дрейки и все остальные в окрестностях объединятся, чтобы уничтожить его. Вы ведь помните, что он успел нажить весьма яростных врагов среди всех рас континента.

- Да, что ж, по этим причинам я решила, что его можно оставить в покое. Кроме того - он может быть силен, но он все еще всего лишь один [Некромант]. Пределы его возможностей были довольно наглядно продемонстрированы в последней войне Антиниума. Он может поднять могущественную армию - ту, что способна стирать города с лица земли и громить армии поменьше, это верно, но лишь одну армию ограниченного размера. Это ведь не так серьезно, как шесть Ульев Антиниума или Король Гоблинов, не так ли?

- Добавьте к этому последнее соображение, генерал Шивертейл. [Некромант] - могущественный маг, но узкоспециализированный. Он может поднимать армии, но не может швыряться заклинаниями, которые сами по себе уничтожают целые войска. Его определяют его создания, и хотя эти создания могут быть ужасающими, они связаны с ним. Если [Некромант] умрет, его армия останется без предводителя и без маны.

- Вы собирались его устранить.

Магнолия лучезарно улыбнулась и отхлебнула из своей чашки. Она потянулась за кубиком сахара - Ресса в этот момент выхватила сахарницу.

- Хм. Видимо, в этом и проблема с [Ассасинами].

- На самом деле, только один из шести кандидатов, которых я рассматривала для этой работы, был настоящим [Ассасином]. Мне был нужен лучший, генерал Шивертейл, а я не недооцениваю своих врагов. Моим первым выбором стала бы печально известная предводительница Компании Забытого Крыла, Трехцветный Сталкер.

- Она?

Магнолия покрутила чай в чашке. Он был мятным, хотя об этом никогда нельзя было бы догадаться из-за такого количества сахара. Она приподняла чашку.

Зел и Ресса синхронно вздрогнули, помня вкус чая Магнолии. [Генерал] покачал головой, но затем замер. Он поднял взгляд. В конце концов, он находился в особняке одной из богатейших [Леди] в мире.

- Молоко с мёдом?

- Недавно я почувствовал к этому вкус. Молоко с мёдом, если есть. Если точнее, мёд пчел Пепельного Огня. И если у вас есть бекон или колбаса, заверните их в тесто и немного обжарьте.

Зел усмехнулся про себя, пока Магнолия непонимающе хлопала глазами.

- Не слышала о таком. Ресса? Я тоже хочу. Добавь в моё молоко побольше мёда.

- Так Трехцветный Сталкер отклонила вашу просьбу?

- Я вообще сомневаюсь, что она её читала. Странная личность. Я отправила ей несколько карточек и заплатила [Курьерам], чтобы они доложили, как она их приняла. Насколько я понимаю, она съела две из них, вместе с сусальным золотом.

- Именно так. Не знаю, было ли это оскорблением или просто особенностью её характера. Она так и не ответила мне. То есть, не словами. Кажется, после моего шестнадцатого письма она отправила мне ответ через городского гонца. Я получила жутко разложившийся маффин, который был в пути около шести месяцев. Его везли через море на корабле прямо к моему дому. Когда я его получила, то подумала, что это яд.

Зел нахмурился, возвращаясь к своим отчетам. Маффин? Вот такие они, Балеросы. Помешанные на войне фрики. Хотя ему, как Дрейку, не стоит говорить о таких вещах. Он поднял взгляд, когда его осенило. Об этом нужно было спросить.

- В каком смысле "что за"?

Магнолия обменялась быстрым взглядом с Рессой.

"Да, миледи".

"Вы нанимаете весьма любопытных горничных, мисс Райнхарт".

"О, Ресса? Не обращайте внимания на её свирепый взгляд. Она оберегает меня. И ворчит".

Спокойный взгляд [Генерала] заставил Рессу заерзать, и лицо бесстрастной женщины немного ожесточилось. Магнолия перестала улыбаться и взглянула на Зела.

"Мне это и в голову не приходило".

- Очень хорошо. Допустим, вы убедили меня, что ваши намерения в отношении Некроманта были благими. Но это всё ещё не объясняет, почему вам понадобился я, Дрейк, чтобы вести вашу армию против Лорда Гоблинов. На севере у вас есть способные лидеры. Почему бы не доверить разборки с гоблинами вашему знаменитому лорду Тириону Вельтрасу?

- Я не хочу давать этому идиоту шанс проявить себя, генерал Шивертейл. Более того, мне не нужен [Генерал] всего на несколько недель или даже на год. Я надеялась, что вы увидите долгосрочную выгоду от нашего сотрудничества.

- Ну...

- Войдите.

- Рейнольд?

- Рейнольд, я думала, ты спишь! Тебе нужно отдыхать - кстати, спасибо, что перебил тех гоблинов. Я получила послание из Уэльса о том, что ты спас немало людей, выиграв им время, но всё же! Ты должен спать!

- Прошу прощения, леди Магнолия, но мне сообщили, что генерал Шивертейл обеспокоен состоянием мобилизованных сил из городов. Поскольку у меня есть опыт в этой области, я полагаю, что смогу заняться отчётами, позволив генералу сосредоточиться на более важных вопросах.

- Спасибо, что подвезли меня... Рейнольд, верно? Вы в прошлом были каким-то [Солдатом]?

- Я был [Лейтенантом], сэр. Офицером, командующим кавалерийским подразделением. У меня есть... опыт в бою. И в войне. Я дважды сражался с Дрейками на Кровавых полях.

- Я понимаю. Буду рад передать дело вам, Рейнольд. И могу я полагать, что ваша спутница тоже знакома с войной?

- Мисс Сакра также знакома с военными вопросами, генерал Шивертейл. С вашего разрешения, в течение следующих нескольких часов мы составим полный список для вашего рассмотрения.

Магнолия вскочила на ноги, легко хлопнув в ладоши. Она посмотрела на Рессу и повернулась к Зелу.

Зел приподнял брови, раздумывая, не стоит ли возразить. Но один взгляд на Рейнольда и Сакру, которые уже начали внимательно изучать его работу, убедил его в их компетентности. Он позволил Магнолии вывести себя из комнаты в коридор.

- О! Какое лакомство.

- Ресса!

- Я съем это, если захочу. Посмотри на генерала Шивертейла. Он ест.

- Как ты смеешь! Между прочим, это платье очень стройнит.

Зел несколько секунд наблюдал за тем, как [Леди] и [Горничная] переругиваются, словно старые друзья, после чего кашлянул. Магнолия и Ресса мгновенно посмотрели на него, став предельно серьезными.

Леди Магнолия Рейнхарт замерла. Она сидела напротив Зела Шивертейла и смотрела ему прямо в глаза. Когда-то Магнолия сидела на этом самом диване - или очень похожем на него - и затевала игры, изводя двух молодых женщин. То было тогда. Теперь же она сидела и обращалась к Зелу Шивертейлу как к равному. Её голос звучал ровно, без всякого применения Навыков.

Зел сидел, выпрямив спину, не прикасаясь ни к закускам, ни к напитку. Он посмотрел на Магнолию и почувствовал в затылке гул опасности. Отчётливый, откуда-то издалека. Опасность для него? Или для кого-то другого? Он чувствовал, что стоит перед лицом важного решения, и хотел бы быть уверенным в том, как он ответит или что она скажет.

Леди Магнолия поправила платье.

- Кто второй?

Это имя повисло в воздухе, заставив всех замолчать. Зел почувствовал, как его сердце забилось быстрее, в голове прогрохотал гром, и детали начали складываться в единую картину. Он чувствовал себя так, словно смотрел на изображение, открывая его по одному кусочку за раз. Но эта грандиозная схема... он задался вопросом: были ли амбиции Магнолии тем, чего опасался Ссерис, или тем, на что он надеялся.

- Разве это не очевидно?

- Армия. Вы хотите, чтобы мы возглавили армию.

- Это похоже на умозрительный эксперимент, генерал Шивертейл. Как бы вы подошли к созданию самой могущественной армии? Я не [Стратег], поэтому мне в голову пришел ответ, связанный с людьми. С двумя. Всемирно известный [Генерал] и непобедимый [Стратег]. Двое из самых высокоуровневых личностей на планете - люди, или, вернее, Фрэрлинг и Дрейк, которых все признают людьми чести и благородного нрава. Вы двое могли бы вести за собой любую армию, а я предоставлю вам армию легенд. Магические артефакты, оружие, наемники... моя казна может профинансировать всё, что потребуется.

Это звучало безумно. Зачем Нирсу Асторагону, [Стратегу], которого Зел никогда в жизни не видел, ехать из Балероса в Изрил? Но если Магнолия говорила серьезно - а ее глаза, насколько мог судить Зел, были предельно сосредоточены и честны, - в ее словах был смысл. Тем не менее, Зел счел необходимым указать на очевидный изъян.

Магнолия улыбнулась.

- И делать что? Захватить империю?

Зел уставился на нее. Магнолия сложила пальцы домиком.

Зел вспомнил о Пешке, о Клбкче, Хрне и медленно кивнул.

Магнолия кивнула.

- Похоже, вы перечисляете множество проблем. Но станет ли эта ваша гипотетическая армия решением?

- Армия генерала Ссериса.

Прошлое встретилось с настоящим. Магнолия кивнула. Она тоже там была.

Эта идея заставила Зела откинуться на спинку стула. Не потому, что она была дерзкой или невозможной, а потому, что он твердил это годами. Разве он не говорил тем идиотам в Городах Стен и советах ровно то же самое? Слова Зела вернулись к нему. Дрейки должны объединяться против общего врага, создавать союзы, сосредоточиться на реальной угрозе. Он посмотрел на Магнолию и увидел, что она смотрит на него.

- Вы хотите создать силу, достаточно мощную, чтобы уничтожить и Некроманта, и Антиниум? А что потом, прекратить войну между нашими видами? Положить конец этому идиотизму на Кровавых Полях, который повторяется каждый год?

- Невозможно. Каждый город Дрейков... вам пришлось бы заталкивать мир им в глотки, держа клинок в другой руке. И спорю, с людьми было бы то же самое.

- Как?

"Я бы открыла Высокие Перевалы и призвала Людей и Дрейков селиться на землях друг друга. Мир может не наступить ни через год, ни через десятилетие, но взаимное знакомство и мир - любыми средствами - затянут старые раны, или, по крайней мере, мне так кажется. В любом случае, я думаю, Гноллы с радостью воспользуются возможностью путешествовать не только на юг, но и на север".

- И что тогда? Вы распустите армию?

- Вряд ли. Предстоит куда больше дел. Есть куда более насущные проблемы, которые вполне могут привести к мировой войне, к конфликту между континентами. Если я смогу стабилизировать один континент, не вижу причин, почему я не должна обратить внимание на другой.

Медленно Магнолия Рейнхарт начала загибать пальцы, и её голос эхом разнёсся по гостиной.

Она говорила так, будто загадывала желания на падающую звезду. Зел покачал головой. Любая из этих проблем в его глазах была неразрешимой. О, он мог представить отдельные способы решения - разгромить армии Короля Разрушения и обезглавить этого идиота бы многое исправило, но масштаб того, что предлагала Магнолия, был...

Смехотворно. Этого никогда не случится. Но в глубине души Зелу было любопытно. Магнолия была богата. Нирс Асторагон, несмотря на звание командующего, был наёмником. И он славился тем, что мог преодолевать огромные расстояния в одно мгновение, появляясь на поле боя в сотнях миль от места, где его видели в последний раз, всего за один день. Кроме того, он был открыт к общению. Если бы она отправила ему письмо, или если бы это сделал Зел...

- Армия решает многие проблемы. Я не сомневаюсь, что вы и Нирс Асторагон смогли бы оттеснить Короля Демонов и разгромить его армии, если бы к вам присоединились войска с других континентов. Что касается Чандрара - Король Разрушения и Император Песков уже воюют. Один мог бы уничтожить другого, но нельзя допустить, чтобы кто-либо из них захватил весь континент. Остальные проблемы можно решить с помощью дипломатии, но нужно быть мировой державой, чтобы заставить другие подобные державы согласиться на переговоры.

- Вы переоцениваете меня, Рейнхарт. Я могу быть высокоуровневым [Генералом], но я бы не стал ставить на победу в битве между мной и Королем Разрушения, даже если бы Титан командовал моей армией. Вам понадобится больше, чем одна армия.

Коалиция. Зел вздрогнул. Магнолия продолжала, и её глаза сияли образом далекого будущего.

И в этот момент она его потеряла. Зел посмотрел на Магнолию, внезапно вырвавшись из транса, в который его погрузили её слова. Она всё ещё смотрела вперед, всё ещё взирая на то видение - и он вспомнил, что говорил Ссерис.

И Зел немного понял, что именно так напугало его наставника и друга. Он шевельнулся, и Магнолия резко замолчала. Момент - вдохновения - угас.

- Это звучит как потрясающий сон, леди Рейнхарт. Но боюсь, я не до конца во всё это верю. Не думаю, что это сработает.

- Почему же нет?

Зел отхлебнул из своего стакана, стараясь не шевелить хвостом. Магнолия пристально смотрела на него.

- Я не знаю, останусь ли я. Потому что я вам не доверяю.

- Вы мне не нравитесь, Человек. К большинству Людей я отношусь спокойно, но вас я сужу по тому, что слышала и видела за эти годы. Я вам не доверяю, Магнолия Райнхарт. Вы говорите о мире, но хотите достичь его через войну.

Магнолия спокойно моргнула, и Зел почувствовал, что теряет инициативу.

- Как иначе вы бы это сделали, генерал Шивертейл? Вы должны знать, что есть враги, которых не переубедить никакими разговорами. Есть тираны и монстры, которые носят плоть как костюм и расхаживают по этому миру, притворяясь цивилизованными. Они должны быть уничтожены. Как иначе вы бы поступили, кроме как через войну?

Зел покачал головой. Он чувствовал разочарование - потому что отчасти был согласен с тем, что сказала Магнолия. И всё же...

- Ничем. Я это понимаю. У меня репутация хитреца и интригана. Я понимаю это, генерал Шивертейл. Именно поэтому мне нужны вы и Нирс Асторагон. Мне нужны люди, которые являются тем, кем не являюсь я. Честные, заслуживающие доверия. И именно поэтому я предлагаю создать совет, альянс людей для управления этой попыткой, этой армией. Я пригласила вас в свое поместье как равного, и предлагаю нам с вами найти других равных, которые смогут сбалансировать наши мнения и принять правильные решения.

- Нет. Я не могу этому доверять. Не стану. По крайней мере, только тебе.

Генерал Дрейков смотрел на молодую человеческую девушку, которая протянула ему руку. Мир. Он заглянул в её глаза и увидел войну.

Магнолия молча выслушала слова Зела. Несколько мгновений она смотрела на него с бесстрастным лицом, а затем медленно кивнула.

- Не пойми меня неправильно. Я считаю, что наши народы должны работать вместе. Но ты - я не стану вступать с тобой в союз слепо. Если бы я и решился на альянс, если бы я вообще задумался о том, чтобы собрать армию и привязать свое имя к твоему ради великой цели - это случилось бы только после того, как я поговорю с самим Титаном. С ним и с тем "магом", на которого ты намекаешь.

- У тебя слишком много секретов, Рейнхарт. Я тебе совершенно не доверяю. Но признаю - в твоих словах есть смысл. И у тебя есть деньги, которые кормят армии и выигрывают войны. Учитывая это - если ты сможешь познакомить меня с людьми, которым я смогу доверять, я, возможно, вернусь с ними и соглашусь на твой безумный план.

- О боже. Это самое... Ресса, я надеялась на удачу и получила нечто похожее. Ты хочешь встретиться с моим магом и Титаном? Что ж, я не могу обещать ни того, ни другого, но я спрошу! И о боже, если я организую такую встречу... думаю, пришло время использовать все возможные методы убеждения, Ресса.

Зел подозрительно посмотрел на двух женщин-людей.

Магнолия покачала головой и смахнула пальцем слезу.

- Одну из тех "планшетов", возможно?

Они вдвоем внезапно затараторили, обсуждая мага. Однако Зел совершенно не понимал сути разговора и прочистил горло. Магнолия прервалась и извиняюще улыбнулась.

- Я... понимаю. Что ж, я готов встретиться с любым из них.

- На данный момент кажется, что мы союзники по взаимной выгоде, генерал Шивертейл. Я дам вам армию - пусть и разношерстную, и неорганизованную - а вы поможете мне разобраться с Гоблинским Лордом. После этого мы сможем обсудить Аз'кераш.

- Мне также может понадобиться, чтобы вы раздавили одного назойливого вредителя, который объявился рядом с моими землями. Кажется, у меня проблема с [Императорами], или, по крайней мере, с одним...

- Я не твой меч, чтобы ты направляла меня на кого вздумаешься, Райнхарт. Кроме того, ты отпрыск знаменитого дома. Почему бы тебе самой не прикончить его среди ночи или не раздавить лично?

- Я, э-э, в данный момент имею определенные проблемы с верностью и наемными убийцами. И это еще один вопрос, который я хотела бы обсудить. Что же касается того, чтобы разобраться самой... знаешь ли, я была в курсе проблемы. Я надеялась, что он удовлетворется одной или двумя деревнями, но, похоже, эта проклятая ситуация с гоблинами заставила людей собираться под его знаменами. И хотя я уверена, что наши культуры разные, ты должен согласиться, что нападение на местного героя обычно не идет на пользу репутации.

Зел хмыкнул. Магнолия замялась.

Это было еще одно странное утверждение, которое не имело смысла, если только ты не знал больше об Императоре Песков. Зел покачал головой.

- Скупердяй.

- Разве у тебя нет Навыка, позволяющего управлять другими людьми? Используй его на нем. Я слышал о тебе и твоих очарованных словах.

Магнолия скорчила гримасу, что удивило Зела.

- О, навыки. У меня их множество, но очарование других отнюдь не является для меня жизненно важным навыком. С радостью отмечу, что мои навыки сосредоточены в гораздо более полезных областях.

Она пренебрежительно цокнула языком.

- А ваш самый высокоуровневый навык?

- Почему ты хочешь это знать?

- Мы союзники. Полезно знать, какой у вас лучший навык. Уверена, вы знаете мой.

- Мне он не знаком.

Это была шутка? Зел моргнул и кивнул. Магнолия улыбнулась ему.

"Я это понимаю. Спасибо, что рассказали".

"Что ж, полагаю, этот небольшой разговор был весьма продуктивным. Однако, думаю, мы с вами обсудили... большинство пунктов, которые хотели затронуть. Вы мне ничего не должны, и я ваш союзник по стечению обстоятельств. Пока что".

"Меня это устраивает. Если вы покажете мне дорогу, я закончу осмотр своей армии и разошлю инструкции..."

Магнолия была либо "совой", либо объелась сахара, потому что она решительно зашагала к дверям и по коридору в быстром темпе. Зел последовал за ней; его ноги и хвост почти онемели. Магнолия повела его вниз по лестнице, через коридор, полный [Горничных] и [Слуг], которые уставились на Зела, мимо Гнолла-[Горничной]...

Зелу пришлось сделать шаг назад, чтобы рассмотреть это. Магнолия вернулась к нему, пока он наблюдал, как Гнолл-[Горничная] подает тарелку с едой человеку, одетому во всё чёрное, в небольшой гостиной. И Гнолл, и человек подняли взгляд и замерли, увидев заглядывающего Зела. Он отвернулся и увидел, что Магнолия и Ресса тоже подглядывают.

"Теофор?"

- Молодой глупец. У меня есть некоторые... разногласия с Гильдией Ассасинов, и он был совершенно не осведомлен о всей этой истории. Достаточно будет сказать, что его собственная гильдия приговорила его к смерти, поэтому я позволяю ему остаться здесь. Знаю, весьма благородно с моей стороны, но полагаю, что мне понадобится хотя бы один [Ассасин], когда я закончу с зачисткой.

- Почему мы выходим сюда?

Магнолия успокоила Зела, не отвечая на вопрос, и вышла в приятную прохладную ночь, которая резко контрастировала с мрачным сырым холодом уходящей зимы за пределами её особняка. Зел последовал за ней в настоящий лабиринт из живых изгородей, цветов и деревьев, глядя на гигантское облако, плывущее очень низко над головой.

- Да, не так ли? Я коллекционирую её. Смотри под ноги - похоже, облако только что прошло здесь. О, и Ресса, проследи, чтобы оно случайно не пустило молнию, хорошо? Я бы не хотела, чтобы что-нибудь ударило нашего [Генерала], особенно учитывая, что он в доспехах.

- Нальтал! Нальталиарстрелус! Пожалуйста, не заставляй меня снова называть тебя по полному имени! Ты где?

От него чешуя Дрейка заколола. Магнолия улыбнулась, приветствуя Нальтала, своего [Садовника]. Старик хмыкнул, когда она подошла.

Старый [Садовник] хмыкнул и посмотрел на Зела. [Генерал] снова почувствовал, как его чешуя встала дыбом, и отступил на два шага назад. Магнолия нахмурилась.

- Дело не в этом. Я просто выхожу из зоны его досягаемости.

- О! Инстинкты воина, значит? Ресса тоже ненавидит стоять рядом с Налталом. Хотя, возможно, дело снова в запахе... Налтал, я ценю твою демонстрацию враждебности, но как насчёт вещей моего дедушки?

- Извините. Мисс Ресса. Этот [Садовник] - воин, не так ли?

- Так и есть. Хотя он не просто воин, а скорее маг.

- [Друид].

"И она позволяет ему ухаживать за своими садами?"

- Видите ли, в прошлом месяце у меня был взлом... ужасное дело, а поскольку здесь хранятся довольно мощные артефакты, я решила доверить их Нальталу. У меня есть сокровищница, но некоторые вещи, ах, слишком велики, а Нальтал очень хорош в своем деле. Кажется, его кустарники съели двух [Ассасинов], когда те напали. О, мы пришли!

Зел рявкнул и едва не отпрыгнул в сторону, когда за поворотом лабиринта оказался лицом к лицу с гигантским металлическим монстром. Голем - чудовище с ножами вместо рук и огромным металлическим телом, испещренным рунами и закованным в броню, словно Дуллахан, смотрел на него сверху вниз. Из его рта лился сияющий белый свет - головы у него не было, лишь огромное отверстие, служившее одновременно ртом, глазами и лицом.

- Мертвые боги, неужели это Боевые Големы? Где вы взяли этих созданий?

Магнолия лукаво взглянула на Зела. Она без страха подошла к массивным Боевым Големам. Зелу такого не удалось - сердце колотилось в груди, пока он вспоминал истории о том, как Боевые Големы прорубались сквозь армии, оставляя за собой след из смерти.

- Я также призвала нескольких солдат из своего поместья. Они уже на месте встречи - о боже, надеюсь, у них есть еда - ну, я уверена, что всё будет в порядке. Это [Рыцари] и [Маги]. Сила небольшая, и в бою они участвуют редко, но они хорошо экипированы.

Зел смотрел вверх, едва веря, что реликт прошлого так легко передадут под его командование. Будь они у него раньше, Илврис дважды подумал бы, прежде чем нападать. Любая армия подумала бы. Правильно используемый Боевой Голем стоил как минимум тысячи солдат. Предки, неудивительно, что Магнолия Райнхарт могла говорить о создании идеальной армии! Дай ему сотню Боевых Големов, и он возьмет Город Стен!

Магнолия улыбнулась, а затем обернулась, заметив, как Налтал тащит что-то по земле. Она в ужасе вскрикнула.

- С кем чем?

- Это комплект доспехов из хранилищ Рейнхартов, генерал Шивертейл. Я выбрала его сама. Это мощный артефакт и...

Зел скрестил руки на груди. Магнолия моргнула и замолчала.

[Генерал] Дрейк свирепо посмотрел и на Магнолию, и на Рессу. Он указал на доспехи дрожащим когтем.

- О боже. Неужели мы, Ресса?

[Горничная] пожала плечами и сердито посмотрела на Налтала, когда тот бросил свою часть доспеха и в ярости зашагал прочь. Она без всяких извинений предложила его Зелу.

- Моя?

- Конечно! Големы здесь, чтобы защищать тебя, и нагрудник должен помочь тебе в бою, если это настолько знаменитый артефакт. Я совсем не склонна жадничать в отношении своего богатства, генерал Шивертейл, и ты заслуживаешь иметь столько же артефактов, сколько один из Лордов Стен в ваших Городах Стен.

Он словно снова стал маленьким ребенком, которому вручили настоящий магический меч. Когти Зела задрожали, когда он расстегнул свой нагрудник. Когда-то давно Ссерис заказала для Зела комплект магических доспехов, но он отказался. Благодаря своим Навыкам он не нуждался в броне. Но это?

- У тебя тысячи магических артефактов, Рейнхарт. Бесчисленные секреты, могущественные слуги и больше богатства, чем я могу себе представить. Как так вышло, что ты до сих пор не захватила этот континент?

- Честно? Потому что деньги не могут купить всё, Зел Шивертейл. У меня есть артефакты, да. Деньги, да. Слуги? О, они сильны, но они не чемпионы. Король Гоблинов пронесся по этим землям, потому что он был могущественен. Я - [Леди], а не воин, генерал Шивертейл. Чтобы подкрепить мои очаровательные слова и богатство, мне нужен меч, армия. Теперь понимаешь, почему я обратилась к тебе?

- Да, да. Ты не мой меч. Пока что.

- Я собирался сказать, что у тебя нет меча. Я оборонный [Генерал]. Если тебе нужно нападение, позови Титана или верни Ссерис. Я держу строй. Время от времени я врываюсь в ряды врага и переопределяю, где проходит эта линия, но лучше всего я подхожу для защиты. У тебя есть щит, Рейнхарт.

- Я понимаю, что должна оценить это заявление по достоинству, но щит вряд ли кажется полезным в деле с Гоблинским Лордом.

Зел ухмыльнулся и размял когти. Он чувствовал, что готов к бою. У Гоблинского Лорда может быть армия, но и у Зела она была. Вероятно. А еще у него были два Боевых Голема, магическая броня и... ну, в общем, это всё. Ему только понадобятся его когти, и он продырявит грудь этому Гоблинскому Лорду.

- Что ж, думаю, мне нужно еще кое-что обдумать. Леди Рейнхарт, не вернемся ли мы в ваш особняк? Мне нужно спланировать битву.

- Зови меня Магнолия, хорошо? А я буду звать тебя Зел. В конце концов, мы союзники и, надеюсь, друзья.

- Нет. Мы не друзья.

Её улыбка исчезла. Зел переступил с ноги на ногу. Ресса фыркнула.

- Ой, да ладно тебе!

- Мы союзники! Боевые товарищи! Я же дала тебе эти доспехи!

- Я стараюсь быть дружелюбной.

- Меня это действительно расстраивает, Зел. Мне казалось, мы пришли к взаимопониманию, что между нами возникла связь.

- Зел...

- Ладно! Невероятно. Упрямые Дрейки. Ресса, пойдем.

- Так. Мы уходим. Генерал Шивертейл? В какую сторону...

- Конечно, он там... нет, пожалуй, нет. Или здесь? Хм. Налтал! В какую сторону... Налтал?

- Ненавижу своего [Садовника].

4.45

Час был поздний. По всему континенту Изрил стояла ночь. Разумеется, в Балеросе было утро, и Кендзиро бодрствовал, обсуждая стоимость бумаги с нагой Ксаландрассом. В Чандраре только что миновал полдень, и Трей "спарринговал" с Гази, что в основном означало, что она пинала его до тех пор, пока он не перестал двигаться.

И в этом-то и была суть. Несмотря на свою посредственность как оружия войны, торты обладали беспрецедентной ценностью за счет как комического эффекта, так и фактора внезапности. Они могли спровоцировать драку или, как в данном случае, остановить её. Куски огромного торта, который испекла Эрин, стекали с доспехов Илавеса на землю - катастрофическая трата сахара. Но это остановило его от стремительной атаки на гоблинов Красного Клыка.

Все пятеро воинов Красного Клыка были на ногах, сжимая оружие. Плохая Стрела целилась из лука в грудь Илавеса, но они не атаковали. Скорее, они замерли.

Лионетта смотрела, как Эрин снова усаживается за свой стол. [Хозяйка трактира] огляделась, казалось, удовлетворенная результатом своих трудов.

Это нарушило тишину. Ишкр моргнул, когда половина взглядов переместилась на него, а затем один из новых искателей приключений рассмеялся. Гном, стоявший рядом с Илавесом, начал посмеиваться, а затем громко расхохотался.

- В твоем трактире всегда так, человек?

- Йлавес... -

Ивлон беспомощно посмотрела на старшего брата, ошеломленная его внезапным появлением. Однако Йлавес был больше сосредоточен на гноллах. Он мрачно сжимал меч и щит, готовый к бою.

- Они гости, Йлавес. Разве ты не видишь? -

- Невозможно. Гноллы в трактире? Это должно быть... -

Эрин перестала смеяться и выпрямилась, пока полуэльфийка холодно информировала Йлавеса. [Рыцарь] заколебался.

Полуэльфийка громко вздохнула. Она кивнула на открытую дверь, в которую врывался холодный ночной воздух. Эрин так и хотелось попросить их закрыть дверь, но она не хотела прерывать разговор.

- Да что ли?

- Типичный человек - даже не заметил, что у него под ногами! Ну и что теперь, парень? Собираешься проламывать черепа и нарушать правила или уберешь меч в ножны, пока он не заржавел?

Спустя секунду Йлавес убрал меч в ножны. Эрин широко улыбнулась и встала.

Новые искатели приключений посмотрели на нее. Гном дернул свою густую бороду и заговорил глубоким, громовым голосом.

Он тяжело зашагал через Трактир и уселся за ближайший стол. Эрин моргнула.

- В этом трактире обслуживают гоблинов?

- Всё верно. Добро пожаловать в Блуждающий Трактир! Вы получаете напиток за счет заведения за то, что прочитали вывеску - один бесплатный напиток.

крикнул в ответ гном. Он замахал рукой Ишкру. Илавес открыл рот, вероятно, чтобы задать те самые очевидные вопросы, которые обычно слышала Эрин, но замолчал, посмотрев себе под ноги. Что-то белое и пушистое кружило вокруг его бронированных сапог. Мрша незаметно подкралась и с жадностью запихивала в рот остатки торта. Лионетта вскрикнула.

Гнолл посмотрела на неё совершенно бесстыдно, с лицом, перемазанным кремом. Она рванула с места, когда Лионетта направилась к ней с шваброй, и [Принцесса] погналась за Гноллом. Илавес несколько секунд моргал, глядя им вслед, а затем снова посмотрел на Эрин.

- Ага! А вы...?

- Прошу прощения, мисс. К вашим услугам Илавес Байрес. Я возглавляю "Серебряные Мечи" - группу искателей приключений, посвятившую себя борьбе с монстрами. Я [Рыцарь] и, как таковой, предлагаю вам свой меч и щит, если вы когда-нибудь окажетесь в нужде.

- Привет. Я Эрин. Не думаю, что мне понадобятся ваш меч и щит, но, полагаю, я попрошу помощи, если попаду в беду. Я [Трактирщица]. Извините, что торт в вас прилетел.

- В моем трактире я обслуживаю гоблинов, мистер Илавес. Они не создают проблем, и я не позволяю людям тыкать в них мечами. Если вам это не нравится, вы можете уйти - хотя, кажется, вы знаете Ивлон. Вы родственники?

Казалось, ему действительно было тяжело смириться с самой идеей гоблинов или, по крайней мере, гоблинов в качестве гостей. Эрин нахмурилась, глядя на Илоуэса, но затем вперед вышла полуэльфийка, стоявшая рядом с ним.

- О!

- Э-э... привет! Добро пожаловать в мой трактир.

Говоря это, она посмотрела на Церию. Та в ответ пристально смотрела на неё. Фален снова сделала жест руками и еще раз поклонилась Церии.

- Э-э, я Церия Спрингуокер. Рада знакомству... сестра.

- Полагаю, на этом наши знакомства окончены. Илоуэс, возможно, тебе стоит попросить полотенце и немного воды, чтобы вытереться... а затем ты сможешь поговорить с сестрой. Что же касается меня, полагаю, я с удовольствием выпью свой напиток.

Эрин стало немного жаль Илоуэса, весь перепачканный засыхающим кремом. Фален посмотрела на Илоуэса и кивнула.

Она подняла свой посох и коснулась нагрудника Йлавеса. Раздался громкий стук, и глазурь с куском торта, прилипшие к доспехам, лицу и волосам, мгновенно высохли и осыпались на землю. Эрин присвистнула, а Фален удовлетворенно кивнула. Она последовала за дворфом к столу, пока Ишкр спешил обратно с несколькими напитками.

- Не так я представлял себе встречу с сестрой.

Эрин вздохнула. Еще один день в трактире. Она улыбнулась и перехватила Мршу, когда гнолл пробегал мимо. Она передала извивающегося гнолла Лионетте и прогнала Аписту от цветов фей. Взяв три цветочных луковицы, она слегка сжала их, выпрыскивая нектар в кружку. А затем приступила к делу.

- Думаю, мой навык сохранения еды не спасает её от гравитации. А я ведь приготовила их только сегодня! Ну и ладно. У меня есть пицца и много другой еды, если хотите.

Заявил Йлавес, тыкая вилкой в печальное суфле. За соседним столом громко выкрикнул дворф:

Эрин ухмыльнулась, а Йлаус повернулся на своем месте, чтобы сердито взглянуть на гнома.

- И что? Я гном. А ты человеческий сопляк. Буду называть тебя пареньком, если захочу.

- Ты делаешь это только тогда, когда хочешь позлить. Дай Йлаусу поговорить с сестрой, гном. Или ты забыл, что я старше вас обоих вместе взятых?

Гном довольно ухмыльнулся, но не успело пройти и пяти секунд, как Фален и стукнула его по голове своим посохом. Он взревел от возмущения, когда темно-каштановые волосы на его голове начали тлеть, и потушил пламя своим бесплатным напитком. Фален встала, чтобы подойти к Церии, а Давил вдогонку запустил в нее кружкой. Та полетела прямо ей в голову, но внезапно замерла и плавно опустилась на другой стол. Гном вернулся за свой стол, бормоча что-то о полуэльфах, которые не понимают шуток.

И больше всех Эрин заинтересовал именно гном. Он был больше сосредоточен на еде, чем на беседе, и громко требовал еще выпивки к поданному ему пастушьему пирогу. Эрин как раз обдумывала, как к нему подойти, когда Ксмвр сделал это за нее.

- Чего?

- Привет. Я Ксмвр.

- Я Давил. Из семьи Железноломов.

- Ты из этих, Муравьев, верно? Я-то думал, вы все там - просто машины для убийства, в которых ни одной мысли в голове.

Ксмвр довольно кивнул. Давил фыркнул и поперхнулся напитком. Он обвел взглядом комнату, отметив полугиганта, селфида, Утопленника, детеныша Гнолла... когда же он снова посмотрел на Ксмвра, то лишь пожал плечами, видимо, смирившись с тем фактом, что с ним разговаривает Антиниум.

- Это Пепельноогненная Пчела. Очень вкусно, особенно с медом и маслом. Хотите попробовать кусочек?

- Я не ем жуков. И вообще. Разве поедание таких насекомых - это не всё равно что есть своих же?

Ксмвр замер, отламывая ножку пчелы. Он задумался об этом, пережевывая её с хрустом.

- Это просто отвратительно. Я крыс не ем.

Давил фыркнул.

Последнее он бросил в сторону Фалене. Полуэльфийка удивленно подняла брови.

Все "Рога Хаммерада" тут же посмотрели на Церию. Полуэльфийка [Криомант] кашлянула и отвела взгляд. Давил громко рассмеялся, но замолк, когда что-то зажужжало рядом с ним. Он отмахнулся, и Аписта улетела от его кружки. Дварф посмотрел на насекомое со смесью ужаса и недоверия, а затем уставился на Ксмвра. Он указал пальцем на Аписту.

- Это питомец Лионетты. Она здесь работает. Её зовут Аписта, и я думаю, что она очень вкусная. Но она не предназначена для употребления в пищу.

- Питомец? Клянусь бородой... и ты ешь одну из её сородичей прямо у неё на глазах?

- Да. Именно этим я и занимаюсь.

- Ну и чертов же это трактир. Я бывал в магических тавернах в Первой Посадке и Инврисниле, и они скучные по сравнению с этим местом. Эта девушка-[Трактирщица] - она просто позволяет гоблинам и муравьям есть здесь и не боится, что её убьют во сне?

- Эй!

- Вы высокий.

- Я имею в виду - извините, но я тоже никогда не встречала гномов! И я не ожидала, что вы будете такими, такими...

- Ха! Не встречала много гномов, а, девочка? О, подожди. Ты же сказала. Что ж, я чистокровный гном, об этом не беспокойся! Чище любого живущего гнома, хотя признаю, что сейчас всё уже не так, как прежде.

- Видишь ли, во мне есть немного человеческой крови. Моя пра-пра-прабабушка была человеком, а также мой пра-пра-пра-пра-пра-пра... э-э, дедушка. Конечно, моя гномья сторона слишком сильна, чтобы позволить капле человеческой крови разбавить моё истинное происхождение, но за годы она смешивается с нашей кровью. Почти каждый гном из-за этого стал чуть выше. Не так, как мы были раньше - низенькими, вот столько!

- Это круто. Смешанное происхождение, я понимаю. А я на сто процентов человек. Меня, кстати, зовут Эрин.

Дварф откусил ещё один огромный кусок. Он был груб - ну, в общем-то, да - но Эрин это не обидело. На самом деле, у него был довольно приятный, прямолинейный характер. Эрин улыбнулась ему.

Давил посмотрел на неё, потянувшись за своей кружкой.

- У меня есть настоящая вода, если хотите...

- Ладно, тогда как насчёт виски "Огненное дыхание"? Это единственное крепкое пойло, которое сейчас есть в наличии. Но на вкус оно такое, будто кто-то налил хабанеро в носок и смешал это с ополаскивателем для рта.

Давил просиял. Он осушил кружку одним махом, чем впечатлил и Ксмвра, и Эрин, и махнул рукой Ишкру.

- И мне одну.

- Что это значит? - прорычал Илврис на Эрин.

- Никакого "Виски Огненного Дыхания" для вас, господин. Вы пришли сюда пьяным, и до этого уже выпили целую кружку. Я прекращаю вам наливать.

- Ты не можешь мне запретить. Я - Лорд Стен!

Эрин протянула Илврису особенную кружку, которую она изготовила. Дрейк взглянул на напиток и отвернулся.

Он попытался неуверенно подняться. Эрин преградила ему путь и сунула напиток прямо ему в лицо.

- Это было другое. Погоди, это что, как тот торт?

- Ты не узнаешь, пока не попробуешь.

- А теперь ждем.

- О, Халрак.

- Что? Боевая тактика? Стратегические маневры? Кем ты нас считаешь? Мы искатели приключений! Мы врезаемся в бой, а разбираемся уже потом. Я бью всё своим молотом, Йлавес бьет всё своим мечом, а Фалене перебирает пальцами и пускает искры в монстров, прячась за нашими спинами. Это надежная стратегия!

- Вот поэтому она и работает! Так, а ты кто - серебряного ранга? Мертвые боги, я и не знал, что есть искатели приключений из Антиниума. Ну, неважно. Вот что ты делаешь: когда видишь монстра, ты бежишь на него. С криком.

- Ага. Старый добрый боевой клич. А потом бьешь его. Используй Навык, если он большой, а если очень большой - бей по коленкам. Это всегда работает.

- Слизень? С какой стати ты сражаешься со слизнями? Для этого нужно позвать [Мага], чтобы он разобрался с ними!

- Я знаю, что я сказал! Напомни мне!

- Ну, если бы они у них были, это была бы жизнеспособная стратегия!

- Извините, но мне пришла в голову одна мысль. Вы первый гном, которого я когда-либо встречала, Давил. В смысле, я видела полугномов, но вы - единственный полноценный гном, которого я видела.

Гном вздрогнул, потянувшись за второй порцией дымящегося пастушьего пирога. У него был невероятный аппетит, но, с другой стороны, он был очень мускулистым и коренастым. Эрин улыбнулась.

Гном замер, когда она достала ту самую особенную монету, которую получила. Он посмотрел на нее, а затем сердито взглянул на Эрин.

Он выглядел слегка возмущенным. Эрин засуетилась, отмахиваясь руками.

Дворф что-то проворчал в бороду, но затем протянул руку.

- Ой. Наверное, мне стоило попросить кого-то из них взглянуть на неё. Точно. Упс.

- Погоди, это не серебряный сплав... вообще-то, тут нет ни капли серебра. И это не сплав. Погоди-ка... эй, трактирщица! Где ты это взяла?

- Эм... один из моих гостей дал мне её в качестве оплаты. То есть, это был своего рода подарок, а не полноценная оплата. Почему? Она много стоит?

- Зависит от того, как смотреть. Она либо бесценна, либо бесполезна. Видишь ли, этот металл - не серебро, не золото и не какой-то из ваших обычных металлов. Это чистый митрил, или почти чистый.

От восклицания Эрин все головы в комнате разом вскинулись. В мгновение ока у их стола оказалась Желаква.

- Отвали, сельфид! Никто не будет вам ничего ковать! Я просто сказал, что эта штука из митрила - нечего так кипичевать! Да, это митрил. Ну и что?

- Чего вы ждёте? Что монета сама залетает в воздух? Это митрил, я же сказал! Просто металл.

В голове у Эрин крутились образы митриловой кольчуги и магических артефактов. Давил печально покачал головой.

Он говорил о монете слишком обыденно. Эрин сжимала её, пытаясь почувствовать что-то, исходящее от металла. Всё, что она почувствовала, - это небольшая липкость там, где на монету попал какой-то напиток.

- Возможно. Пополируй её немного, и будет выглядеть лучше. Монета покрыта пылью, и за столетия верхний слой оброс всяким хламом. Поскреби её, и, может, станет виднее.

- Чего уставилась, селфид?

Она посмотрела на него с надеждой. Давил громко расхохотался ей в лицо.

- Просто мне бы очень хотелось снаряжение получше. Видите ли, у меня есть этот цеп - кстати, я Желаква Ивирит, предводительница Полуискателей...

- ...да, очень приятно, и я бы очень хотела снаряжение получше. У Себорна есть зачарованные кинжалы, но никто не делает зачарованные цепы. И я слышала, что оружие dwarvenской работы можно достать дешево. Мне сказали, что мифрил может быть неплохим вариантом...

- Мифрил? Вот из-за таких вещей я и жалею, что вообще покинул дом! Каждый второй захудалый искатель прибегает ко мне и просит магический клинок - я что, похож на того, кто таскает кузницу на спине? И разве вы не опытная команда золотого ранга? С чего это вы спрашиваете меня об оружии? Мы новая команда золотого ранга.

- Эх. Сталь не хуже.

Остальные искатели посмотрели на Эрин. Она была раздавлена, как будто Давил только что ударил её в живот. Вид у неё был настолько удрученный, что гному пришлось объясниться.

- Ну, если дело в цене... - начала Желаква, но Давил перебил её.

- Хорошо, но какой ви...

Эрин видела, как Желаква открыла рот, но селфида не могла вставить ни слова. Гном продолжала говорить, неумолимая, как лавина. Эрин поняла, что, возможно, открыла дверь, которую не сможет закрыть, и смирилась с тем, что придется слушать Давила дальше.

Сидя и слушая Давила, Ксмвр то и дело кивал, пока гном продолжал говорить. Он был настолько сосредоточен, что не заметил, как Эрин, Желаква, Себорн и Ишкр потихоньку отходят от него. Давил тоже не заметил. Гном продолжал говорить, одновременно едя и пить, громко провозглашая достоинства металлов на весь зал и умудряясь вставлять несколько оскорблений в адрес мастерства людей и дрейков.

- Похоже, Давила понесло в одну из его тирад о кузнечном деле. Пройдут часы, прежде чем он остановится. Для гнома, который ненавидит кузнечное дело, он слишком уж любит читать другим лекции об этом.

[Некромант] присоеденился к столу после того, как смыл с рук остатки торта, и ни один из полуэльфов не прогнал его. У Церии не хватило духа, а Фален, казалось, было всё равно. По правде говоря, Церия была даже немного благодарна за присутствие Пфишеса. Ей было неловко в компании другого полуэльфа спустя столько времени.

- Надеюсь, Давил не заговорит твоего спутника до смерти.

Церия поморщилась. Фален приподняла две брови, оставаясь воплощением самообладания. Церия прикусила внутреннюю сторону губы. Да, определенно традиционалистка. Фален была из тех полуэльфов, кто пытался вести себя так, как, по её мнению, вели себя истинные эльфы. То есть: всегда грациозно, всегда элегантно, будучи голосом логики и разума в любой группе. Такую уж точно никогда не застанешь приседающей в кустах после того, как она съела что-то, что не подошло её организму.

- Я удивлена встрече с соплеменницей-полуэльфийкой так далеко от Терандии, сестра. Особенно в компании одного из Антиниума. Такого невидало. Должно быть, случилось невероятное стечение обстоятельств, раз вы оказались в компании друг друга.

- Ага?

- Я не хочу осуждать. Но это странно - мой отряд проделал очень, очень долгий путь в поисках сестры Илавес. Мы добрались до самого Целума, чтобы найти её, затем сделали крюк через Эстхельм, прежде чем снова отправиться на север... кто бы мог подумать, что всё, что нужно было сделать, это отправиться ещё дальше на юг?

- Могли бы избавить себя от этой поездки. Есть магическая дверь, которая ведёт прямиком из Целума в Лискор. Теперь можно перемещаться между городами когда угодно.

- Так вот что я чувствовала от этой двери. Невероятно. Я и не подозревала, что был найден столь могущественный магический артефакт. И он находится в трактире? Неужели этот [Трактирщик] настолько высокого уровня? У меня не сложилось такого впечатления...

Но с другой стороны - им приходилось так делать. Церия вздохнула. Она просто намеренно вредничала. После новостей о Калрузе и... в общем, тяжело встретить кого-то, кто во многом похож на тебя, но более успешен. Она прочистила горло, стараясь говорить более вежливо.

- Албез... так вы и есть те знаменитые "Рога Хаммерада", о которых мы слышали?

- Это мы. Честно говоря, нам просто повезло. Мы команда серебряного ранга - надеемся скоро стать золотыми. Эта дверь была одним из сокровищ, которые мы добыли, понимаете, а Эрин мы многим обязаны, так что это была её доля добычи...

- Я весьма впечатлена! И, насколько я вижу, ваша группа довольно необычна. Двое из четырех ваших участников - [Маги]... обычно бывает так, что [Маг] всего один, если только команда авантюристов не очень большая. Иногда я жалею, что у меня нет другого мага в помощь для охраны моих спутников.

- Не беспокойтесь. Илавес просто переживает за сестру. Когда он услышал, что её группа авантюристов была уничтожена в подземелье Лискора, он настоял, чтобы мы немедленно отправились на юг. Путь из Инврисила занял у нас несколько недель.

Фален вздохнула.

- А.

Пфишес оторвался от своей чашки и взглянул на Илавеса, после чего вскинул брови, глядя на Церию. Она скорчила ему гримасу - да, она этого не хотела, но они же семья! Фален перевела взгляд с одного на другого.

Церия с благодарностью кивнула Фалене.

- Старые обиды. Наша вражда возникла не вчера. Меня больше удивило, что после Терандии какой-то человек захотел отправиться со мной в путь. Но Йлавес - прекрасный лидер и ни капли не предвзят по отношению к нам. Отрадное отличие от того, что дома, не находите?

- Кстати, о доме... Пфишес тоже из Терандии.

Брови Пфишеса взлетели вверх, а Церия чуть выпрямилась в кресле. [Некромант] кашлянул.

Полуэльфийка рассмеялась.

Фалене замолчала, переводя взгляд с Церии на Пфишеса.

Она не могла знать, какое напряжение вызовут её слова у Пфишеса и Церии. Два [Мага] обменялись взглядами, и Церия заметила, как побелели костяшки пальцев Пфишеса, сжимавшего кружку. Что ей сказать? Она могла бы произнести столько лжи и неправды - но будет ли от этого менее больно, чем от правды?

- Мы и впрямь оба из Вистрама, мисс Фалене. Однако вы ошиблись в нашей сути. Мы оба - выпускники.

- Хм. Неужели? В таком случае, похоже, стандарты изрядно упали со времён моего обучения.

Илавес и Ивлон сидели за столом в углу Трактира, вдали от остальных разговоров. Гоблины, забытые за своим столом, с интересом наблюдали за тем, как Церия и Пфишес напряглись, и их уши приподнялись под монотонный голос Давила. Илавес игнорировал их. Всё его беспокойство было сосредоточено на младшей сестре.

Он был всем тем, кем она стремилась стать. Всем, о чём она мечтала. Но он был не тем, кого она хотела видеть сейчас. И всё же он здесь. Он проехал сотни миль, чтобы спасти младшую сестру, чтобы заступиться за слабых и невинных. Как он всегда и делал. Но она не была ни слабой, ни невинной, и Ивлон попыталась донести это до брата максимально четко.

- И ты пострадала из-за этого. Твои руки, Ивлон! Клянусь серебром и сталью, я рад, что мать об этом не слышала! Вся семья знала лишь, что ты получила ранение, которое нельзя излечить зельем.

- Да. Но я получила эту травму, защищая свою команду. Я бы сделала это снова, не задумываясь.

- Нет такого. Металл в моих костях, Илавес.

- Я не поеду, Илавес.

- Я не вернусь домой. Еще не сейчас. У меня здесь слишком много дел. Я в команде!

- Не будь смешной, Ивлон! Ты не можешь сражаться с такими травмами! С твоими руками, в их нынешнем состоянии, любая затяжная битва грозит тем, что ты снова их сломаешь. Или что еще хуже! Один точный удар-

Ивлон указала в сторону Пфишеса, умолчав о классе [Некроманта]. Это не имело значения. Илавес сменил тактику. Его голос стал успокаивающим, пока он поглаживал щетину на подбородке.

- Я сказала нет.

- Илэйвес, я ценю твою заботу. Но... разве ты не мог просто спросить, всё ли со мной в порядке, прежде чем проделывать весь этот путь, чтобы "помочь" мне? Я взрослая женщина, и тебе не нужно за меня переживать. Честное слово, я чувствую себя не хуже любого другого представителя этой профессии.

- Правда ли, Ивлон? На пути на юг мне пришлось прокладывать огромный обходной маршрут вокруг армии Лорда Гоблинов, Ивлон. А до этого я столкнулся с одним из его карательных отрядов. Они уже разграбили город и возвращались, чтобы вырезать всех жителей и превратить их в нежить. Этот Лорд Гоблинов - настоящая угроза, Ивлон. Я слышал, что гоблины опасны, но использовать нежить? В Эстхельме я встретил одного скелета, который...

- Остаётся только надеяться, что армии, собираемой на севере, будет достаточно, чтобы полностью уничтожить Лорда Гоблинов и его войско. Я бы и сам поехал в ответ на призыв лорда Тириона, но отец отправил достаточно сил из нашего поместья, чтобы этого хватило. Надеюсь. Но это лишь подтверждает мои слова. В окрестностях Лискора ты в ещё большей опасности - здесь Антиниум! Ты хоть представляешь, что...

- Погоди, мы отправили помощь лорду Тириону? Но леди Магнолия собирала ополчение во всех городах-государствах вокруг Инврисила!

- Ты не слышала? Леди Рейнхарт действительно объявила сбор, но лорд Тирион сделал то же самое. Мы отправили ему подкрепление - столько [Солдат] и [Стражей], сколько, по мнению отца, мы могли себе позволить.

- Что? Не леди Магнолии? Илэйвес, дом Байрес всегда поддерживал Рейнхартов! Тётя Магнолия - близкая подруга матери!

- Так почему же...

- Последние события поставили её авторитет под сомнение. Было несколько убийств - причём [Леди], связанных с Магнолией! Отец беспокоился, что... впрочем, это не имеет значения. Поборы лорда Тириона с городов-государств совпали по времени с призывом леди Магнолии. Поэтому мы ответили на его призыв, в то время как леди Райнхарт была отправлена лишь небольшая группа. Армия у неё будет, но именно армия лорда Тириона сметет гоблинов. По крайней мере, отец так считает.

- Это просто стратегия, Ивлон. Леди Магнолия не запрашивала ни одного [Лорда] или [Генерала] для командования собираемой ею армией, а сама она не лидер. Без высокопоставленного командующего у её армии нет шансов. Полагаю, она могла бы удержать Инврисил, но лорд Тирион - один из наших лучших военачальников. Более того, у него есть собственная личная армия, и он создает силу, значительно превосходящую войско леди Райнхарт.

- Но Магнолия явно пытается бросить вызов лорду гоблинов. Иначе зачем ей собирать армию?

- А если тётя Магнолия прикажет им атаковать лорда гоблинов?

- Я... подозреваю, что они вежливо отклонят её просьбу.

- Дело не в отсутствии веры в неё, Ивлон. Это просто... стратегия. Магнолия Рейнхарт должна проявить благоразумие и осознать реальность. Она не может просить невозможного. Никто не может.

Все это было слишком масштабно. Слишком далеко. Ивлон покачала головой, прогоняя из мыслей далекие конфликты с другими дворянами и Лордом Гоблинов. Она посмотрела на Илавеса.

Она скрестила руки на груди. Илавес сердито взглянул на неё и медленно выдохнул.

- Нет, не мог.

- Он не может мне приказывать. Это вопрос чести, Илавес. Моё место в группе. Я поклялась сражаться вместе с ними. И кроме того - один из наших товарищей может быть жив. Из подземелья.

Это сбило Илавеса с толку. Честь была важна для него. Она была важна для всей семьи Байрес. Ивлон рассказала о Калрузе и увидела, как изменилось его упрямое выражение лица. Илавес заколебался, потер глаза и принял решение.

- Нет. Не вернусь.

- В таком случае ты не будешь одна. Я тоже остаюсь.

- Нет. Тебе правда не обязательно.

- Ивлон, я не могу просто оставить тебя - если бы мать услышала, меня бы отреклись от семьи в течение часа. Я должен остаться и защищать тебя!

- Ив-

Ах, семейная любовь. На другом конце Трактира Эрин протирала тряпочкой свою супер-особую и, вероятно, магическую мифриловую монету, наблюдая за разговором Ивлон и Илавеса. Было видно, что они ведут серьёзный спор. Как же здорово иметь брата. Или она так предполагала. Ей было интересно, каково это.

Мур и Себорн уже легли спать, а Ксмвр поднялся наверх, чтобы поговорить с Птицей. О чем именно - каждый догадывался сам, но атмосфера в трактире в целом была дружелюбной.

Решения принимались. Илавес не стал ходить вокруг да около, подходя к своим двум спутникам.

- Я всё равно не уйду, - прорычала Ивлон себе под нос.

- Что это за история с искателем? Кто-то заблудился в подземелье?

Илавес рассказал о возможности того, что Калруз жив, пока Церия бросила на Ивлон безмолвный взгляд через стол. Облаченная в броню женщина лишь беспомощно пожала плечами в ответ.

Итак, существовала вероятность, пусть и слабая, что Калруз мог быть жив. Однако - и это было огромное "однако", - если он был жив, он мог находиться в любой точке огромного подземелья размером с город. Вероятнее всего, он был мертв, как и все остальные, кого убило подземелье, за исключением двух команд золотого ранга, которые в него спускались. И им тоже приходилось быть очень осторожными. Эрин помнила дни, когда Охота грифона и Полуискатели возвращались в избитом состоянии, рассказывая о засадах монстров и ловушках.

Давил громко застонал и хлопнул себя по лбу. Илавес свирепо посмотрел на него, а Церия прочистила горло, чтобы привлечь всеобщее внимание.

Они брали заказы, чтобы заработать на зелья и прочее, набираясь опыта. Пфишес кивнул, вертя в руках кружку, а лицо Ивлон оставалось сосредоточенным. "Серебряные мечи" переглянулись, пока Желаква смотрела в землю. Эрин знала, что селфид не предлагала свою команду добровольцами.

- Нам не нужны ни оплата, ни награда, мисс Церия. Самого дела достаточно. Любой друг Ивлон - наш друг. И если в подземелье Лискора действительно находится в опасности искатель приключений, мы сделаем всё возможное, чтобы помочь. Мы, "Серебряные мечи", поддерживаем благородные начинания wherever they may be found, независимо от награды или риска!

- Он... настоящий? Или просто совершенно безумен?

- Скорее всего, мозги размякли от слишком частых ударов по голове. Или, возможно, он страдает каким-то комплексом мученика. Несомненно, печальный недуг класса [Рыцарь].

- Помогать тем, кто в беде, - это просто здравый смысл, сэр. Если бы вы увидели на дороге путника в беде, вы бы помогли ему?

- Это был бы мужчина или женщина? Человек? Дрейк? Насколько богата их одежда? Есть ли поблизости какая-либо опасность? Как далеко я нахожусь от цивилизации? Что это за дорога?

- Хорошо! Вы остаётесь. И вы помогаете Ивлон! Ура. Теперь, вы останетесь здесь? У меня есть комнаты.

- Мои извинения, мисс Эрин. Но я не чувствую себя уютно, спя под одной крышей с... гоблинами. Я бы хотел воспользоваться вашей дверью, чтобы найти жильё в Целуме.

- Ив...

- А... да. Я... рад, что все мы можем чувствовать себя комфортно.

- Я должен извиниться за своё поведение ранее. Я не знал об... особенностях этого трактира. Однако, как старший брат Ивлон, я искренне благодарю вас за помощь ей. Она из дома Байрес и является гордостью своей семьи. Надеюсь, что в будущем вы все продолжите ей помогать.

- Я выпью за что бы это ни было! Дом Байрес, ха? Я знала, что Ивлон из богатой семьи, но не знала, что она из знати! Надо же.

Ивлон сердито посмотрела на Илавеса, когда говорила. Тот кивнул.

- Ого! Вы прямо как настоящая семья [Рыцарей], да?

- Мы в упадке. Йлавес и мой другой брат помогают обеспечивать семью, но мы не богаты, Эрин.

Йлавес помрачнел.

- Вы сказали Вампиры?

- Э-э, да. Вампиры. Именно. Когда-то они были бичом Изрила, и за столетия были истреблены несколько крупных очагов их распространения. Наша семья, Дом Байрес, была знаменита тем, что искореняла их. И наше серебро было ключевым инструментом их уничтожения. Говорили, что если хочешь выжить при нападении Вампира, нужно носить ожерелье из серебра Байресов.

Йлавес сердито посмотрел на него. На этот раз Ивлон, похоже, оценила замечание [Мага]. Она покачала головой, видя разочарование на лице Эрин.

Она сердито посмотрела на Йлавес, и Фалене улыбнулась. Она взглянула на Эрин, опираясь одной рукой на свой посох.

Эрин рассмеялась, пока и Ивлон, и Йлавес оборачивались, чтобы свирепо посмотреть на Фалене. Та улыбнулась и огляделась.

Она показала "Серебряным Мечам", как добраться до Целума, пока остальные расходились по своим постелям. Было поздно - так поздно, что Октавия уже спала, и это было удачей. Полночное предложение о продаже было последним, чего Эрин хотела бы. Она заснула счастливой, но измотанной, в тишине трактира.

И тут Эрин резко села, вспомнив, что Илврис всё еще здесь.

Она осмотрела свою темную кухню, раздумывая, стоит ли будить Дрейка от тех воспоминаний, что он сейчас видел. Но затем решила, что оно того не стоит, и снова легла спать.

Глаза Эрин медленно закрылись. Она уснула, видя сны о гоблинах, серебре и летающих макаронных монстрах. В конце концов, это был всего лишь сон.

- Перисс?

Он знал, что видит сон. Илврис мог определить это по маленьким деталям. Комната без окон, полное отсутствие реальных запахов, ощущение того, что у этого места нет ни начала, ни конца, и крошечные корусоолени, прыгающие по столу перед ним. Он несколько секунд смотрел на них, прежде чем поднять взгляд.

Это была самая реалистичная карта в мире. Маленький мир - карта Изрила, окруженного океаном, - был воссоздан в мельчайших деталях, вплоть до каждого дерева на столе. И животные тоже. Илврис видел, как стада крошечных корусооленей скачут по тающему заснеженному пейзажу, и как миниатюрный Пустотелый обманщик, каменный краб, схватил одного из них и разорвал в клочья прямо у него на глазах.

Илврис было всё равно. Он видел только Перисс. Но она пристально изучала карту, не глядя на него. Она провела когтем по светло-голубой чешуе возле шипов на голове - этот жест был настолько привычным, что Илврис мог бы разрыдаться.

- Я слышу тебя, Лорд Стен, не нужно кричать.

Так реально. Видеть её было сродни боли. Илврис попытался бы с силой сдвинуться с места, но в этом сне он не мог. Он не мог даже попробовать. Таково было правило сна, и он был бессилен. Тогда он широко развел руки.

- Не сейчас.

- Перисс! Отойди от карты! Я хочу коснуться тебя. Хочу обнять тебя. Прошло так много времени...

- К черту Лорда Гоблинов. Мне плевать и на него, и на Людей.

- Мне тоже. Но они представляют потенциальную угрозу. Только посмотри сюда.

- Он уничтожает деревни, один небольшой городок... но обходит все города, даже те, которые мог бы захватить. Он бережет свои силы, стараясь двигаться быстро. Почему? Чтобы избежать столкновения с армией Дрейков, идущей с тыла? Или что-то другое?

- И вот здесь. Он ударит по Инврисилу, если только не свернет. Люди собирают силы, чтобы остановить его, но будет ли этого достаточно? Магнолия Райнхарт не известна своим мастерством в бою. В то время как Тирион собирает силы здесь, но они не успеют спасти Инврисил. Если Лорд Гоблинов атакует.

- Все могло бы решиться в одно мгновение, если бы Лорд Гоблинов был побежден. Но что, если нет? Я знаю, что небольшой отряд направляется на защиту Лискора, а другая армия идет на север. Если они понадобятся, если Люди не остановят Лорда Гоблинов, мы должны быть готовы.

Илврис был готов обречь свой дом на пепел и пламя, лишь бы в этот миг дотянуться до неё. Перис подняла взгляд и сердито посмотрела на него.

Это не имело значения. Ничто не имело. Перис была здесь, но она игнорировала его. Илврис рухнул на пол. Он умолял вслух - он, кто никогда в жизни не умолял.

Последние слова он выкрикнул, проклиная сон, в котором находился, этот кошмар, эту жестокую пытку. В ответ была лишь тишина. Он рыдал, вцепившись в стол с картой, чувствуя, как под его когтями рушатся океаны и земли. И вдруг он услышал голос.

Перис обошла стол. Не веря своим глазам, Илврис поднял голову. Она опустилась на колени и влепила ему пощечину.

- Возьми себя в руки!

- Я мертва меньше месяца, и вот до чего ты докатился? Ты не тот Дрейк, за которым я решила идти, не тот лидер, в которого я влюбилась! Ты пьешь и забросил свои обязанности? Из-за меня?

- Перестань так произносить моё имя.

Внезапно Илврис осознал, насколько он пьян, насколько грязны его одежды - одежды, а не доспехи. Он перестал их надевать. В то время как Перисс была в своих доспехах, в расцвете сил, готовая к действию. Он почувствовал стыд и отвёл взгляд.

Он впал в уныние. Конечно, она ненавидела его. Вот кем он стал. Вместо того чтобы отомстить за неё, он преследовал Рёку до самого этого места, не смог помешать приспешникам Аз'кераша забрать две жизни, а затем сдался. Некромант. Горе ударило по нему слишком сильно.

Но это было по-настоящему. О, так по-настоящему.

- Я пытался.

- Я сражался, Перисс. Я пытался, но... тебя нет! Тебя нет, и я один.

Она была здесь. В этот миг Илврис забыл о приличиях. Он забыл о своем статусе и своем облике и разрыдался, словно вылупившийся птенец. И Перисс держала его так, как никогда раньше, но так, как она сделала бы, если бы он заплакал. Илврис цеплялся за неё, чувствуя её сердцебиение. И он молил мир, чтобы этот момент продолжался, даже в своём горе. Ещё одну секунду. Ещё одно мгновение.

- Ты не можешь себя изводить. У тебя есть будущее и, что более важно, долг.

- Я знаю! Знаю, но я не могу тебя отпустить. Я не смогу продолжать...

Перисс крепко сжала его за руки, глядя ему в глаза. Илврис вцепился в неё.

Он не смог закончить. Груз жизни без неё, осознание того, что он проснется от этого сна и узнает, что её нет, был слишком тяжел. Перисс посмотрела на Илвриса и вздохнула, словно он был идиотом. Этот вздох он уже слышал раньше. Когда-то он его ненавидел.

"Ты нужен мне". Какой у него был выбор? Илврис встал, хотя эти усилия стоили ему больше, чем можно выразить словами. Он смотрел в глаза Перисс, удерживая её. И в глубине души он знал, что сон заканчивается.

- Я хотел попросить прощения. Чтобы ты меня простила.

- За что прощение? За то, что послал за мной одну-единственную человеческую девушку? Это было разумное решение. Хотя посылать за мной всех этих элитов было неразумно. Тебе следовало оставить остальных в тылу, чтобы ты мог победить Шивертейла.

- Ты же понимаешь, о чем я!

Перисс придержала Илвриса, указывая на карту. Он посмотрел и увидел нежить, поднимающуюся вокруг армии Лорда Гоблинов. Впервые в его сердце вспыхнула жаркая ярость, заглушая скорбь.

- Не уходи. Я столько всего хочу сделать. Столько всего хочу сказать.

- Как бы заманчиво это ни звучало, не думаю, что это подходящее место, чтобы завалиться вповаленку. Может быть, в другой раз.

- Увижу ли я тебя когда-нибудь снова?

- Возможно. Если у тебя останется тот странный напиток, который дала тебе Эрин Солстис, то perhaps. Но я всегда буду здесь.

- Потому что именно на этом тебе нужно сосредоточиться. Не только на южной половине. На всём этом, Илврис. И на этом трактире в особенности. Тебе предстоит увидеть больше, сделать больше. Я больше ничего не могу сделать. А ты можешь.

- Клянусь, я сделаю это. Я защищу наш дом. Я найду Некроманта и заставлю его заплатить. И если Лорд Гоблинов посмеет угрожать, я защищу наш народ. Я больше не оступлюсь, Перис. Клянусь.

Он почувствовал поцелуй. Когда он открыл глаза, её уже не было. Но воспоминание осталось. И когда Илврис повернулся, он открыл глаза -

В трактире была кромешная тьма. Огонь превратился в пепел, и все легли спать. Илврис уставился на кружку, а затем сжал кулак. Он все еще чувствовал её, все еще слышал её голос.

Это не имело значения. Илврис оглядел комнату. Он был так измотан. Затем он заглянул в кружку. Там остались одни лишь осадки.

- За войну. Война, вечно меняющаяся, всегда забирающая... за войну. Таков путь Дрейка. И я...

- Перис.

4.46

Когда она спала, она забывала, где находится и что произошло. Она вспоминала об этом только тогда, когда просыпалась. Сон был её единственной передышкой. Но это был трусливый выход, поэтому сегодня утром она проснулась, как только солнце коснулось её лица. От правды было не убежать.

Бесполезно. Они были такими же крепкими, как и вчера. Молодая женщина подумала о том, чтобы перегрызть сырые кожаные ремни, но оставила эту затею. Её захватчики регулярно проверяли верёвки.

Но эта свобода исчезла бы, попытайся она сбежать. И хотя молодая женщина знала, что может бегать довольно быстро... нет, это всё равно было невозможно. Она была окружена врагами. Если бы она побежала, её бы поймали.

И всё же. В тесноте своей тёмной палатки молодая женщина чувствовала, что скоро рассвет. Она потянулась, насколько могла с связанными руками, планируя очередную попытку побега. Стражников вокруг лагеря было много, но если бы она смогла незаметно выйти за его пределы и получить фору в полчаса, нет, в десять минут, она могла бы оторваться от любого преследования.

Остия Блэквинг кряхнула, пытаясь дотянуться руками до своих чешуйчатых ног. Она извернулась, стараясь разглядеть чёрные металлические оковы, которыми были зажаты два кожистых крыла на её спине. Это было довольно трудно; молодая женщина-Дрейк не могла видеть так далеко позади себя. Обычно она использовала зеркало, чтобы осмотреть крылья на предмет травм или облетающей чешуи. Однако ей не нужно было смотреть, чтобы почувствовать, как холодный металл сковывает движение её крыльев. Она могла двигать ими, но не могла расправить их.

Она жаждала пошевелить ими. Это было всё равно что иметь связанные ноги или - или если бы ей насильно раскрыли веки. Всё, чего она хотела, - это один-единственный раз взмахнуть крыльями. Но, конечно, имей она такую возможность, она бы мгновенно улетела прочь.

Лагерь Лорда Гоблинов уже кипел жизнью, когда первые лучи дневного света осветили континент Изрил. Остия обвела взглядом ряды аккуратных палаток, которые постепенно сменялись спальниками, а затем просто небольшими кострами и расчищенными участками земли, вокруг которых спали гоблины.

Остия огляделась, её лицо исказилось в гримасе отвращения. Она предпочла бы быть мертвой, чем пленницей здесь. Но выбора у неё не было. Как бы заманчиво было напасть из засады на проходящего мимо гоблина с ножом или мечом, Остия знала, что не может погибнуть здесь. Она должна выжить.

Некромант создал Лорда Гоблинов. И теперь он посылал своего прислужника сеять хаос по всему Изрилу. Он сотворил Лорда Гоблинов, обучил его некромантии, дал ему приказы. Именно из-за него погибли две армии Дрейков. От этой мысли у Остии сжался желудок.

Казалось, это было вчера. Остия всё ещё помнила, как её дядя, Триссиам, приказал ей покинуть поле боя. Она всё ещё видела, как он сражает другого генерала, гнолла, которого он полюбил за короткие несколько дней, Гарусу, а затем сам падает под натиском орды нежити. Она задавалась вопросом, разорвали ли его на части. Иногда она надеялась, что так оно и было.

Она стояла на краю лагеря, не обращая внимания на проходящих мимо гоблинов, которые пялились на неё и тыкали пальцами, и смотрела на нежить. Это стало её привычкой. Она всматривалась в мертвецов, выискивая каждого зомби или гуля из числа Дрейков. Для каждого она пыталась найти хоть какую-то зацепку: их ранг, кем они были при жизни. Она узнавала товарищей, офицеров... но никогда своего дядю. Она молилась, чтобы никогда его не увидеть. И всё же, если бы она его увидела - возникло бы непреодолимое желание подарить ему окончательный покой, даже если бы это означало самой стать одним из этих кошмаров.

Вопреки её воле, в животе заурчало, напоминая о необходимых для выживания потребностях. Остия обернулась, почувствовав запах гоблинских котлов, в которых что-то усиленно варилось. И осознала, что за ней наблюдают.

Что ж, младенцы гоблинов учились ходить примерно через две недели. После этого они стремительно росли в высоту. Дети, собравшиеся позади Остии, смотрели на нее с живым интересом. Они были низкого роста, одеты неопрятно - некоторые и вовсе были голышом - и, наблюдая за ней, ковыряли в носу, опирались друг на друга или чесались.

Остия сердито огрызнулась на них, и дети гоблинов разбежались. Несколько проходивших мимо гоблинов настороженно посмотрели на нее, но Дрейк понимала, что не стоит подкреплять свои слова какими-либо действиями. И, к сожалению, дети гоблинов тоже это понимали. Когда она зашагала к одной из станций приготовления еды, они толпой последовали за ней.

Конечно, дети были не так плохи, как взрослые. Гоблины, завтракавшие, перестали есть и уставились на Остию. Они не испытывали никаких угрызений совести, глядя на нее открыто, и несколько из них подтолкнули друг друга, указывая на Остию. Гоблины никогда ей не надоедали. Остия игнорировала их всех и подошла к началу очереди.

Она прорычала это гоблинше, разливавшей горячий суп по мискам. Женщина-гоблин свирепо посмотрела на Остию и указала пальцем. В конец очереди. Остия поняла, что та имеет в виду, даже не пытаясь расшифровать трескучий язык гоблинов. Она с топаньем встала в очередь и ждала, скрежеща зубами, пока ей не вручили миску. Когда гоблин наполнила ее, Остия поднесла миску к губам и с подозрением принюхалась к бульону.

Не то чтобы они вообще его хранили. Мясо было роскошью, и изо дня в день гоблины питались густыми, сытными супами из любых имевшихся овощей, зерновых и всего, что попадалось под руку. Свои супы они приправляли крошечным кусочком того мяса, которое у них было.

Тут же трое детей набросились на миску Остии и начали драться за нее. Потому что Дрейк не вылизала ее дочиста, как все остальные гоблины. Она отказалась это делать, но другие гоблины оставляли свои миски настолько чистыми, что из них можно было бы ужинать снова, что обычно приводило к тому, что миски использовались как минимум двадцать раз, прежде чем их нужно было мыть.

Дрейк с презрением посмотрела на детей. Ее раздражало, что она не может применить это слово к супу. Гоблины, может, и были дикими монстрами, но у них были свои [Повара] и [Мешальщики], которые могли приготовить суп, который был почти что вкусным. Впрочем, Дрейк скорее бы умерла, чем признала это. Она отошла от толпы детей, которые теперь дрались за ее миску, игнорируя протестующий желудок, который сообщал, что еще не совсем сыт.

Во-первых. Организация. Дрейк расхаживала по лагерю, глядя на ряды палаток, которые использовались для хранения припасов и размещения солдат. Все они были разграблены в лагерях ее армии! Гоблины ничего не выбрасывали. Более того, большинство воинов-гоблинов, мимо которых она проходила, носили оружие из стали Дрейков. Каждый раз, когда она видела эмблему Дрейков на найденном нагруднике или шлеме, Остия стискивала зубы.

Силы Лорда Гоблинов были далеки от недисциплинированного племени гоблинов. У него были часовые, регулярные патрули и даже уборные! Он украл все эти идеи у других рас. Но в этом и заключался Лорд Гоблинов. Теперь Остия знала его лучше. Он был вором. Он крал все. И именно поэтому он был ужасающим.

- Цветовая координация. Кто подсказал Лорду Гоблинов идею помечать свои войска цветами? Некромант? Предки, он умудрился понять, как организовать их в батальоны с офицерами! Некромант и этому его научил?

Остия резко обернулась, услышав гортарный голос за спиной. На Дрейка ухмылялась хобгоблинша, гоблин в стальных доспехах. При ней не было оружия, но Остия сразу узнала ее. Хобгоблинша была низкой для своего вида, но голова была неестественно большой. И когда она ухмыльнулась Остии, Дрейк увидела два ряда сверкающих металлических зубов.

- Лорд Гоблинов видел. Дрейки ковать металл. Бац-бац. Лорд Гоблинов смотреть. Он копировать. Теперь у нас доспех.

- Украденные доспехи, ты хотела сказать. Вы не можете ковать их сами. Все, что вы умеете - это чинить доспехи, которые обкрадываете.

- Верно. Снимать броню с мертвых. Быстрее всего. Не хватает времени делать броню из камней. Хватит пялиться.

- Нет. Гоблин Лорд хочет. Ты идешь.

- А если я занята?

Хоб осклабилась, глядя на Остию, и её зубы блеснули при дневном свете. Дрейк мгновение смотрела в её багровые глаза, а затем неохотно кивнула. Снэпджоу выглядела слегка разочарованной, но повела Остию через лагерь быстрым шагом.

Возможно, сегодня она получит ответ. Остия расправила плечи, и её крылья напряглись под металлическими путами, пока Снэпджоу шла к центру лагеря. Прошло почти неделю с тех пор, как Гоблин Лорд вызывал её в последний раз. Она должна была запомнить всё. Каждую зацепку, каждое его слово -

- Открывай. Дрейк здесь.

- Говорит Лорд Гоблинов. Собрание.

Её раздражало, сколько гоблинов научились говорить на общем. Нет, её раздражало то, насколько сильно они скопировали настоящую армию. Они не отдавали честь, а их военная структура была беспорядочной, но даже отсюда Остия видела, как гоблины-солдаты тренируются в строю. Гоблины. Тренируются. От этого зрелища её пробирал холод.

Одной из причин, по которой гоблины не представляли угрозы в отсутствие Короля Гоблинов, была их неорганизованность. Только когда Лорды Гоблинов собирали их в большом количестве, они действительно становились опасны для городов. Если же вдобавок к этому они станут полноценной армией...

Она никогда не слышала, чтобы он говорил. Остия смотрела ему в спину, прищурив глаза. Она могла бы... вероятно, справиться с ним. Очевидно, не мечом или копьем, но если бы она выплюнула кислоту...

На самом деле, они могли надеть на неё намордник, но Лорд Гоблинов запретил это. Он предложил Остие сделку. Она могла ходить почти свободно, за исключением скованных когтей и пут на крыльях. Если бы она действительно кого-нибудь расплавила своей кислотной атакой, он вырезал бы ей язык и все когти.

Все они были бывшими Вождями, гоблинами, которые вели тысячи своих сородичей в бой. Остия смотрела на каждого из них, запоминая лица. Когда армия Лорда Гоблинов будет сражена, она выследит их сама. Им нельзя позволить выжить.

Да, когда гоблины были лишь племенами, с ними было легко справиться. Но когда появлялся Лорд гоблинов, они становились армией. И каждый Лорд гоблинов был опасен. Все они были эквивалентны высокоуровневым [Генералам]. А этот... Остия увидела, как стражники-хоббы придерживали полог шатра и жестом приглашали её войти. Она глубоко вдохнула и шагнула внутрь.

- Блэквинг.

- Что вам от меня нужно?

Он ухмыльнулся ей. Лорд гоблинов не был ни грузным, ни высоким. Он был размером со среднего человека и не обладал телосложением воина. И не был таковым. Он был [Магом] и носил робы вместо стали. Остия шевельнулась, подумав, что могла бы сломать ему шею, будь у неё всего один миг-

- Убить не может. Убежать не может. Хорошо, что не создаёшь проблем. Но если в ярости - атакуй меня, а не моих людей.

Это была особенность Лорда гоблинов. Казалось, ему не нужны заклинания истины, чтобы понять, когда она лжёт. И он пугающе точно угадывал её мысли по позе. Да, такова была его натура. Он был вором. Лорд гоблинов украл все идеи, из которых состояла его армия: от способа организации лагеря и муштры солдат до секретов кузнечного дела. И если бы дело было только в этом, он не был бы таким ужасающим. Но Лорд гоблинов был мастером среди воров по-своему. Он крал, просто глядя.

Остия повторила вопрос, оглядывая палатку. Личная палатка Гоблин Лорда была почти пуста. В ней не было ни личных вещей, ни жутких трофеев или магических инструментов, которых она ожидала бы увидеть у [Некроманта]. Там была лишь койка для сна, сундук, в котором могли храниться его вещи, свитки, книги на столе, карта и, что странно, ваза с торчащим из неё цветком. Остия моргнула.

- Подарок.

- Ребенка. Он предложил его мне, когда я исцелил его раны зельем. Подарок за подарок.

- Мы приближаемся к городу. К большому городу.

- Источник Поиска Смерти.

- Так его называют гоблины. Для остальных он зовётся... Инврисил.

- Город Авантюристов. Мы знаем его. Там живут многие сильные воины. Но авантюристы - это не армия. И это не город Дрейков. Можно ли его взять?

К сожалению, Королю Гоблинов не нужны были ответы. Он ухмыльнулся ей.

- В городе бесчисленное множество искателей приключений Золотого ранга. Иногда даже Именные искатели. Если вы хотите попробовать, пока человеческие армии наступают и атакуют вас со всех сторон...

Остия прикусила язык и замолчала. Она старалась держать хвост как можно неподвижнее. Всегда так. Король Гоблинов говорил, а она говорила - иногда даже кричала, - но в итоге он всегда оказывался в выигрыше. Теперь он снова повернулся к карте и нахмурился.

Он взглянул на нее, и Остия снова замерла.

- Десятки тысяч солдат. Сорок? Шестььдесят? Разведчики-гоблины говорят, что много. Большая армия. Такая же большая, как моя, но без нежити.

Она могла отказаться говорить, но она не могла отключить свой разум. Король Гоблинов кивнул, словно Остия произнесла всё это вслух.

Он обвел пальцем кривую вокруг города. Остия метнула в него испепеляющий взгляд. Лорд Гоблинов посмотрел на неё, а затем отвернулся. Он взглянул через свою палатку, в сторону койки. Там лежал небольшой свиток. Это было какое-то специализированное заклинание [Сообщение]. Остия видела, как он использовал его лишь однажды. Чтобы связаться с Аз'керашем. Тень легла на лицо Лорда Гоблинов, и он посмотрел на Остию.

Значит, дело дошло до этого. Остия вздохнула. Каждый раз, когда Лорд Гоблинов призывал её, он в конечном итоге задавал один и тот же вопрос. И проблема заключалась в том, что Остие было почти нечего ему рассказать. Справедливости ради, Аз'кераш был единственной темой, по которой она была готова добровольно давать советы Лорду Гоблинов. Но её знания о Некроманте были... в лучшем случае фрагментарными.

- Да. И знаменит. Но ты мало что о нём знаешь. "Знаменит" - это не важно?

- "Знаменит" не имеет значения, если ты мёртв. А мы думали, что он мёртв! Я изучала его действия во Второй войне Антиниума с военной точки зрения, а не для того, чтобы понять ход его мыслей!

Когда он поставил вопрос таким образом, Остия почувствовала смущение. Она попыталась скрестить руки на груди, вспомнила, что закована в кандалы, и свирепо посмотрела на него.

- Книгу?

- Есть книга о нём. Точнее, о войнах Антиниума. Она написана об обеих войнах. Некромант упоминается во второй. Если хотите почитать о нём... найдите книгу.

Остия пожала плечами.

Лорд гоблинов несколько секунд пристально смотрел на Остию, а затем кивнул.

Он повернулся и указал на стол в своем шатре. Остия увидела шесть лежащих вместе потертых книг. Её сердце болезненно екнуло, когда она узнала одну из них. "Триумф чешуи". Это был классический военный трактат. Этот конкретный экземпляр принадлежал Триссиаму. Она бросила враждебный взгляд на Лорда гоблинов и вдруг поняла, на что он намекает.

Гоблин, стоявший у стола, пожал плечами с таким видом, будто это было самым естественным делом. Хотя это было не так. Не все Дрейки умели читать что-то большее, чем базовые слова и цифры - конечно, в крупнейших городах Дрейков грамотность была повсеместной, но в деревнях и поселках? Как он этому научился?

- Как? И зачем вы были ему нужны?

- Я выучился сам. До и после того, как он начал меня обучать. Он давал мне книги заклинаний. Свитки. Я читал всё больше и больше и учился на том, что прочитывал. Теперь я читаю всё, что нахожу. У меня могло бы быть больше книг, но когда моя армия грабит города, они забывают про книги. Еда важнее. И мечи.

- О каких ещё книгах ты знаешь? О стратегии? О войне?

- Некромант приказал тебе атаковать Инврисил? Поэтому ты призвал меня сюда?

- Нет приказов. Смерть, разрушение, хаос. Не имена. В любом случае, не атаковать Инврисил. Обходить. К этой горе.

- На той горе есть что-то важное?

Он улыбнулся, заметив её удивление. Лорд Гоблинов обошёл вокруг стола, и Остия отступила. Он её не боялся - у него было кольцо, способное противостоять её кислотному дыханию, да и физически он мог быть так же силён, как и она. Тем не менее, его близость вызывала у неё желание попробовать... она отходила назад, пока он говорил.

- Откуда ты знаешь?

- Я чувствую их. Других Вождей. Других Лордов Гоблинов тоже. Яркие. Вдалеке, словно... огни.

- Где эти другие Лорды Гоблинов?

- Не могу сказать. Слишком далеко. Знаю только двоих... троих Вождей здесь, поблизости. Подальше. И еще очень, очень многих дальше. За океанами... на этом континенте нет других Лордов Гоблинов. Только я. И я самый яркий.

Это успокоило бы Остию, но Лорд Гоблинов снова покачал головой.

Для Остии это не имело никакого смысла. Сияние? Тусклость? Вероятно, это была какая-то гоблинская особенность. Но если он чувствовал остальных, это подтверждало как минимум одну теорию об их виде. Она отложила эту информацию, а также сведения о других Лордах Гоблинов, в памяти и пристально посмотрела на Лорда Гоблинов.

- Неужели?

- Ты не знаешь. Дрейк [Солдат] и ты так мало знаешь. Это знание говорит мне о многом. О том, что ты знаешь и чего не знаешь. Итак. Пошли. Мы выдвигаемся. Вокруг Инврисила. Ты пойдешь с нами, пока мы маршируем.

"А если я не захочу идти с вами? Вы будете тащить меня силой?"

"Ты пойдешь. Чтобы видеть. Будешь наблюдать за мной. Ты хочешь знать, что я делаю. Ты не упустишь такой шанс. Ты наблюдаешь, и я наблюдаю".

Это было всё, что она могла сделать.

В течение часа гоблины свернули лагерь. Огромная, извивающаяся масса гоблинов двинулась на север, захлестнув леса, обтекая озера, переваливая через холмы и луга; самые молодые гоблины и те, кто не годился для боя, находились под прикрытием основной армии Лорда гоблинов. Другие рейдерские группы из тысяч гоблинов уже находились дальше, ведя разведку или грабя, и посылали всадников обратно к основному войску.

Однако их нельзя было использовать для тяги повозок, поэтому армия Лорда гоблинов забрала каждую лошадь, пони, мула и осла, которых смогла захватить. Лишние повозки и телеги тянули группы хобов, которые без особых уси {моментов} перемещались по земле упряжками по шесть особей.

На заднем плане она слышала грохот военных барабанов, возвещавших о продвижении Лорда гоблинов по местности. Они должны были пугать и ужасать, но гоблины, слышавшие эти звуки, казалось, чувствовали себя уверенно. Это была их армия, армия их народа, и она выманила их из укрытий. Там, где звучали барабаны Лорда гоблинов, была безопасность.

Единственное отклонение от нормы в сегодняшнем марше произошло около полудня, когда армия Лорда гоблинов сделала остановку для еды. Остия жевала бобы с кашей, наблюдая, как Лорд гоблинов скармливает своему Щитовому Пауку части лошади, которая сдохла в пути. Огромный паук жадно хватал мясо, и Остия содрогнулась, увидев, как Лорд гоблинов похлопывает его по голове. Затем она обернулась, услышав шум.

Это был хобб, но - с бородой? Остия уставилась на хобба с длинной и неопрятной серой бородой, который ковылял к нему. Она никогда не видела и даже не слышала о гоблинах с растительностью на лице. И этот хобгоблин выглядел старым, хотя физически все еще оставался в форме. Гоблин Лорд, казалось, был столь же удивлен.

Он подошел к седобородому гоблину, и старый хобб пал на колени, что-то лепеча на гоблинском языке. Гоблин Лорд ответил ему, обводя жестом лагерь, затем наклонил голову и задал вопрос. Хобб с облегчением что-то ответил, и затем, к удивлению Остии, оба заговорили на общем языке.

Гоблин Лорд потер подбородок и повернулся к Остии. Он указал пальцем.

- Борода, - ответила Остия после секундного колебания.

- Борода. Борода. Ты... Седобород?

Седобород практически бросился в ноги Гоблин Лорду. Гоблин Лорд выглядел забавленным, пока Остия с отвращением смотрела на жалкого старого гоблина. К ее удивлению, Гоблин Лорд помог Седобороду подняться и пригласил его сесть и поесть вместе с ним.

"Слишком добр! Так добр! Это правда, Король гоблинов защищает. Он зовёт и защищает! С армией! С мечами и в чёрных доспехах! И с нежитью!"

"Так могуществен! Сокрушитель Дрейков! Имеет пленника! Могущественный владыка нежити! И убийца Дрейков! Взять эту для пыток? Выкупа? Удовольствия?"

"Нет, старик. Это запрещено. Эта - для информации. А нежить должна защищать. Будет превращать Людей и Дрейков в нежить".

Седобород поднял взгляд, и в его глазах вспыхнул огонёк, когда он посмотрел на Короля гоблинов. Остия заметила, как вокруг них едящие хобы подняли головы и зашевелились. Король гоблинов огляделся, затем посмотрел на Седоборода и кивнул.

"Разрешение! Стать нежитью после смерти? Хорошая шутка!"

"Не шутка. Нежить - это... инструмент. Меч. Если они умирают вместо гоблинов, это хорошо".

Казалось, что подобострастие Седоборода не добавляло ему очков в глазах других гоблинов. Остия обвела взглядом хмурых хобов, но Король гоблинов оставался терпелив.

"Правда. Правда! Но сколько? Плохой вопрос. Король гоблинов есть Король гоблинов, и это хорошо! Но я слышал кое-что. Пока шёл сюда. Облегчение, что Король гоблинов защищает!"

Остия заметила, как Король гоблинов выпрямился. Грейбирд взглянул на него, и она снова увидела в его глазах блеск, который противоречил его старческой немощи.

Он ухмыльнулся, разгрызая сырой боб. И тут наступила тишина. Каждый воин-хоб, сидевший вокруг Короля гоблинов, поднял взгляд. Король гоблинов замер, а Грейбирд огляделся, словно с запозданием осознав, что сказал что-то не то.

Остия затаила дыхание, пока старый гоблин наклонял голову, казалось, не замечая эффекта от своих слов. Король гоблинов пристально смотрел на Грейбирда. Когда он заговорил, в его голосе не было ни капли улыбки.

"Гоблины только говорят..."

Грейбирд вздрогнул и выронил свою миску. Он сжался, когда Король гоблинов на мгновение словно стал больше, и защитно поднял обе руки.

Остия уставилась на Седого, который сжался в комок. Это был хороший вопрос. Откуда Седой узнал, что у Лорда Гоблинов есть хозяин, Некромант? Знают ли об этом другие гоблины? Она бы продолжила допрос, но старый гоблин был близок к тому, чтобы - нет, он уже мочился от ужаса. Лорд Гоблинов смягчился, пока тот пятился назад.

- Обучает? Обучает гоблина? Хозяин?

- Тогда всё хорошо! Хозяин защищает гоблинов! С могущественным хозяином гоблины вдвое безопаснее!

- Нет, старый гоблин. Хозяин - это смерть. Повелитель смерти. Случайная смерть. Смерть великанов. Ты понимаешь? Он использует нежить как инструмент, как меч. Он использует меня и гоблинов как еще один меч.

- Тогда это нехороший хозяин. Рабы. Если Лорд Гоблинов - раб, значит, и все мы рабы? Неужели нам всем уготована случайная смерть, смерть бессмысленности?

Голос Лорда Гоблинов заставил окружающих гоблинов поднять головы. Он огляделся и встал. Гоблины, Остия и Седой смотрели на него. Лорд Гоблинов кивнул и коснулся одного из своих глаз, столь непохожих на багровые глаза обычных гоблинов.

- Но армия - всего лишь инструмент. Ты сам так сказал. Разве быть рабом и мечом - это хорошо?

- Лучше, чем быть мертвым, старик. Раб будет жить. Раб может быть мечом, но меч не сломается. И однажды Лорд Гоблинов перестанет быть рабом. А до тех пор гоблин сделает всё, чтобы выжить. Таков гоблин. Понимаешь? Передай это другим гоблинам.

- Не скажу другим гоблинам. Они плохие гоблины. Не такие, как Лорд Гоблинов. Быть рабом - это хорошо, да! Лорд Гоблинов мудр.

- Не мудр, старик. Учусь. Учиться лучше, чем быть мудрым. А теперь пойдем. Старик и мудр, и стар. Будешь идти с нами, есть и спать. Безопасность я обещаю.

Они пересекали обширные равнины, когда группа гоблинов стремительно направилась к армии Лорда Гоблинов. Они трубили в рога и размахивали руками, и Лорд Гоблинов выехал им навстречу. Остия не могла понять, что они говорят, пока не приблизилась, но она сразу узнала патруль.

Патруль состоял из пони, мула и одной лошади, на которых ехали обычные гоблины. Только их предводитель отличался от остальных. Лидер патруля-хобгоблин сидел верхом на лошади, и его владение общим языком было, мягко говоря, ограниченным. Лорд Гоблинов кивнул.

Лидер патруля указал пальцем за плечо и что-то затараторил на гоблинском. Затем, видимо, вспомнив, он снова перешел на общий язык.

- Сколько?

- Пять тысяч. Немного лошадей. Много Людей на... ногах.

Гоблиний Лорд поправил своих подчиненных и ухмыльнулся. Он повернулся к гоблинам, которые остановились, чтобы понаблюдать за ними, и поднял руку. Он указал в сторону человеческого города, махнул рукой и поднял два пальца, указывая на своих лейтенантов Снапджоу и Пожирателя Копей.

- Вы ведь не думаете, что сможете одолеть человеческую армию при равном или почти равном количестве войск?

Он ухмыльнулся ей, указывая вперед, и гоблины в его армии взревели и закричали. Остия видела, как Снапджоу и Пожиратель Копей ведут свои отряды к Гоблинему Лорду. Она смотрела на это с недоверием.

Но Гоблиний Лорд считал, что сможет победить, и потому его небольшой отряд отделился от основной армии. Остия ожидала, что её оставят позади, но, к её удивлению, её повели в личном сопровождении Гоблинего Лорда к человеческому городу. Еще большим сюрпризом было то, что Седобород пошел с ними.

У него действительно за спиной был пристегнут двуручный меч, хоть и заржавевший и побитый. Остия лично сомневалась, что он сможет его даже поднять, но Гоблиний Лорд, похоже, проник симпатией к старому гоблину, так что оба они шли в окружении двойной стены бронированных хобов.

Нежить удваивала армию Короля Гоблинов и позволяла проводить такие маневры, как зарывание в землю для засады или отправка специальных взрывающихся трупов гоблинов, чтобы пробить бреши в строю врага. С ними Король Гоблинов мог подавить многие армии одним лишь количеством тел.

Она надеялась, что люди проткнут его копьем прямо в его высокомерную физиономию.

Армия людей и их город показались в поле зрения через двадцать минут. Это был довольно крупный город, выросший вокруг реки. Однако стены были низкими, а город разросся вокруг первоначальной цитадели. Было ясно, что люди не смогут отступить за стены, поэтому армия вышла вперед, чтобы выиграть время для эвакуации жителей.

- Командующий. Много [Всадников], - заметила Снэпджоу, обращаясь к Королю Гоблинов и облизывая губы при виде лошадей.

Тем лучше. В данном случае Остия была на стороне людей. Она надеялась, что человеческий [Командующий] был высокого уровня. Король Гоблинов, может, и не был опытным, но его Навыки могли переломить ход сражения, если бы человек был всего лишь 15-го уровня или вроде того.

Люди закричали, размахивая оружием над головами, и их голоса донеслись до гоблинов слабым ревом. Остия услышала смешки хобгоблинов вокруг Короля Гоблинов. А затем человеческий [Командующий] повысил голос и выкрикнул:

Раздался звук, и затем, словно кто-то внезапно прибавил громкость, далекие крики превратились в рёв, который обрушился на армию Гоблин Лорда. Гоблины вскрикнули от неожиданности и тревоги, когда голоса Людей слились в нарастающее крещендо.

Страх пронёсся по рядам Гоблинов, заставляя их медлить. Остия видела, как несколько Гоблинов и несколько Хоб оглядывались через плечо, словно внезапно пожалели, что не привели с собой больше друзей. Странно, но Серобород не был одним из них. Он просто засунул палец в ухо и выковырял немного серы.

- Гоблин!

Он пытался перекричать другую армию, не используя Навык! Остия слышала, как Гоблины вокруг неё воют и топчут землю. Другая армия тоже кричала - она видела, как человеческий [Командующий] поднимает меч, отдавая приказы. Но всё, что она слышала, был голос армии Гоблин Лорда. Они завыли снова.

Земля задрожала. Остия увидела, как человеческая армия заколебалась, а затем человеческий [Командующий] начал выкрикивать приказы, скача вперед с группой конных воинов, вооруженных копьями. Они шли в атаку. Гоблин Лорд указал рукой, и его армия двинулась им навстречу.

Кавалерийская атака Людей была одной из их определяющих черт, которая позволяла им стоять на равных с Дрейками. Остия видела, как их тяжелобронированные всадники могли врезаться в группы пехоты и обратить их в бегство - их маневренность была наиболее эффективна на открытых полях, подобных этому. Она надеялась, что они смогут прорваться сквозь ряды Гоблинов, несмотря на присутствие Хоб. До тех пор, пока она не увидела, как первые ряды Гоблин Лорда выстроились в линию, где Хобы и Гоблины вместе образовали стену из копий.

План был хорош. И он мог бы сработать. Человеческий [Командир] повёл своих людей в атаку прямо на гоблинские порядки, игнорируя летящие в него стрелы. Но в последний момент он поднял руку и резко дернул коня в сторону. Гоблины, приготовившиеся к удару, в изумлении смотрели, как он и тысяча или около того [Всадников] свернули.

- Ударить и прочь! Вперёд!

Они пытались раздавить гоблинов с двух сторон, одновременно обстреливая их неподвижные ряды издалека! Остия увидела одинокого мага, запустившего огненный шар в ряды гоблинов, и на секунду осмелилась надеяться. Затем она увидела, как Лорд Гоблинов поднял руку.

- Назад! Гоблины, переместиться сюда! Копья - сюда. И сюда! Живее!

- Снапджоу атакует правый фланг. Пожиратель Копий - вперёд. Тех - назад. Лучников - за хобгоблинов, туда.

Гоблины полностью изменили своё построение. Батальоны лучников встали за линиями пехоты, а клин хобгоблинов и элиты отделился от основной армии. Это было зеркальное отражение человеческой армии. На мгновение Остия заметила, как лидер людей дрогнул, а затем его лицо под шлемом исказилось от отвращения. Он указал рукой, и его кавалерия пошла в атаку, в то время как люди бросили свою пехоту на линию гоблинов.

- Атакуют слева. Хобгоблины, вперед.

Застигнутая врасплох кавалерия отступила, пока гоблины начали осыпать их градом стрел. Лорд гоблинов ухмыльнулся и указал рукой.

На этот раз в наступление перешли хобгоблины. Около восьмисот гоблинов под предводительством ядра из хобгоблинов рванули прямо на группу человеческих [Пикинеров], но в последний момент свернули и ударили людей в бок. Следом за ними вперед бросилась вторая волна гоблинов. Группа из восьми гоблинов-[Магов] начала обрушивать на людей свою магию.

Остия уставилась на Лорда гоблинов. Он только что скопировал тактику человеческого [Командующего]! И пока она смотрела, Лорд гоблинов отвёл группу пехоты в тот самый момент, когда человеческий строй обрушился на них. Гоблины плавно отступили назад, и перед людьми предстали пятнадцать хобгоблинов. Они были спрятаны за своими маленькими товарищами и теперь с размаху врезались в ошеломленных людей спереди.

Вражеская армия была затянута в развертывающуюся ловушку из постоянно перемещающихся гоблинов; батальоны меняли позиции, скрывая передвижения друг друга и окружая людей волнами наступающих противников. Остия видела, как люди отчаянно сражались, зажатые со всех сторон. Она надеялась, что их выучка окажется выше, но, несмотря на то что люди были выше и сильнее среднего гоблина, они были равны гоблинам-воинам.

Снэпджоу ворвалась в ряды людей, широко распахнув пасть. Она отхватила огромный кусок от одного из людей, проглотив половину его головы вместе со шлемом. Она сглотнула, обернулась, и человек вонзил ей в рот острие меча. Остия ожидала, что гоблин падет, но Снэпджоу просто клацнула зубами, и человек пошатнулся, лишившись руки. Женщина-хобгоблин прыгнула на него, пока ее солдаты оттесняли остальных людей.

Один [Всадник] с копьем атаковал Пожирателя Копий сбоку. Хобгоблин заканчивал добивать лежачего [Рыцаря]. Он обернулся слишком поздно, и всадник вогнал копье ему в грудь. Пожиратель Копий пошатнулся, и Остия услышала хруст.

Подавляюще. Сокрушительно. Без превосходящей стратегии люди на каждом шагу оказывались в хвосте у гоблинов. Лорд Гоблинов спокойно истреблял своей магией каждого [Мага] и высокоуровневого [Лучника], которого мог найти. Спустя десять минут люди начали отступать, и их армия превратилась в лишь малую часть того, что была прежде.

Находясь в свите Лорда Гоблинов, Седобородый с одобрением смотрел на поле битвы. Гоблинов погибло гораздо меньше, чем людей. Остия стиснула зубы, хлестая хвостом по земле.

И это действительно был не конец. Человеческий [Командующий] отступал, указывая окровавленным мечом на Лорда Гоблинов. Его кавалерия выстроилась клином, а остальное войско стягивалось в одну массу.

Это был их единственный шанс нанести хоть какой-то удар. Остия восхищалась храбростью человеческого [Командующего]. Шансов выжить у него не было, но рискнуть всем ради одного удара было очень в духе Дрейка.

- Расступитесь.

- Предки, он что, серьезно?

Это была дуэль. На несколько секунд Остия подумала, что [Командующий] не примет вызов, но затем человек пришпорил своего скакуна и пошел в атаку. Его армия взревела, когда он устремился к Лорду Гоблинов. Вокруг Остии гоблины кричали и визжали, пока Лорд Гоблинов приказывал своему Щитовому Пауку двигаться вперед.

Остия выкрикнула эти слова вслух, когда Лорд Гоблинов понесся навстречу человеку-[Командующему]. Он что, идиот? Он бросался в бой с воином - он-то был [Магом]! Каким бы ни был уровень человека-[Командующего], он явно был воином, и более того, был вооружен для боя верхом.

- Он может убить Лорда Гоблинов.

Остия обернулась. Серобород наблюдал за дуэлью. Он с ироничным видом посмотрел на неё.

Дрейк снова повернулась к сражению. И в этот момент она увидела, как начал действовать Лорд Гоблинов. Когда его Щитовой Паук помчался по траве, Лорд Гоблинов поднял меч и произнес слово.

Его меч удлинился. Обычное стальное лезвие стало абсолютно черным и выросло, превратившись в массивный меч из тьмы, такой же длинный, как копье человека-[Командующего], и в три раза шире. Это был огромный магический клинок, и Остия заметила, как человек замялся. Но он продолжал наступать.

- [Смертоносный разряд].

Жеребец споткнулся и рухнул, когда черный разряд прошил его насквозь, превращая тело лошади в серое и безжизненное. Человек, ругаясь, упал и выхватил меч. Лорд Гоблинов наклонился, пока [Командир] поднимался на ноги. Он замахнулся мерцающим магическим клинком, когда Человек бросился в атаку.

- Этот ублюдок. Этот мошенник...

- Мошенник? Он предложил дуэль, и Человек принял ее. Не его вина, если тот решил, что [Маг] будет участвовать в конном поединке. Скорее, он идиот.

- Вы считаете его героем, не так ли? Это чудовище... вы назвали его рабом, но вы, гоблины, следуете за ним, даже если он превратит вас всех в нежить.

Седобородый повернул голову, чтобы посмотреть на Остию. Она моргнула.

Старый гоблин ухмыльнулся ей. Теперь они были одни, так как хоббы ушли охранять своего предводителя. Седобородый кивнул в сторону битвы, где гоблины начали грабить мертвых.

С Грейбиардом было что-то не так. Он вёл себя не так, как раньше. А его глаза - Остия пристально посмотрела на старого гоблина. Он рассуждал вслух, прищурившись на Гоблина-лорда и поглаживая бороду.

Он рассмеялся. Остия уставилась на него.

- М-м. Да. Все они в некотором роде были бы Гоблинами-лордами. Но кто из них был бы лучшим? Вот тебе вопрос, пленная Дрейк.

- Похоже, любой из них был бы позором. Если таков стандарт для Гоблина-лорда, мне жаль вашу расу.

- Ты не понимаешь. Проблема не в этом. Ребёнок? Ну и что? Трус? Ну и что? Раб?

- Они гоблины. Любой из них может оказаться достойным. Однако один выделяется больше остальных. Редфанг. Но он не истинный гоблин.

- Какое отношение Гарен Редфанг имеет к Гоблину-лорду? Он работает с ним?

- Гарен? Работать с Лордом гоблинов? Он сам может стать Лордом гоблинов. И тогда их будет двое. Или один, если они столкнутся. Но этого не случится.

Глаза Седоборода блеснули.

Он кивнул Лорду гоблинов, и Остия уставилась на Седоборода. Он не был похож ни на одного гоблина, которого она встречала. Даже на Лорда гоблинов. На нем была маска, и теперь она спала. Гоблин с бородой. Гоблин, скрывавший свою личность.

Седобород ухмыльнулся ей.

Он развернулся. Остия плюнула кислотой. Облик Седоборода размылся, и он исчез. Она видела, как он отпрянул от струи кислоты, которую она в него запустила, и помчался по равнине. Остался только его смех. Она подумала о том, чтобы побежать за ним. Но гоблины возвращались к ней, и теперь Лорд гоблинов ехал прямо к ней, пока его Щитовый Паук дожевывал окровавленное тело.

- Где старик?

- Он ушел.

- Не знаю. Он оказался не тем, кем казался.

Молодая женщина-Дрейк пристально посмотрела на Лорда Гоблинов. Тот пожал плечами.

- Почему?

Лорд Гоблинов объяснял это совершенно спокойно. Они принадлежали к одному виду, а значит, были на одной стороне. Остия смотрела на него с непониманием. Дрейки так друг на друга не смотрели.

- Какова ваша цель? Зачем вы идете на север? Просто ради нескольких племен гоблинов? Или вам нужно что-то еще?

- Чтобы выжить, разумеется. Это просто. Я выигрываю три битвы, и мой народ живет.

Он спокойно кивнул и посмотрел на север. Гоблин-лорд выпрямился, когда заговорил; остальные гоблины слышали его слова и передавали их дальше.

- Невозможно. Высшее командование Дрейков никогда бы не...

Гоблин-лорд указал на неё. Остия открыла рот и замолчала. Что, если он обосновывается и создает город гоблинов? Она могла представить, как Города Стен посылают армию на север, но люди ведь наверняка не сочтут это объявлением войны, верно? Но в прошлый раз, когда армия Дрейков отправилась на север...

- Три победы! Одна против гоблинов. Тогда моя армия станет сильной. Вторая против людей, чтобы показать им, что нас невозможно победить. Последняя - чтобы защитить дом, показать им, что мы здесь навсегда. Это возможно! У меня есть армия. У меня есть народ. У меня есть всё, что есть у вас, дрейков, и что есть у людей. Если я буду силен, мой народ выживет. А я силен!

Она была среди них одна. И когда Гоблин-лорд спешился, указал направление, и его гоблины начали маршировать обратно к армии, он посмотрел на неё. Его белые зрачки, окруженные чернотой, были слишком проницательными, слишком умными.

- Тренировка?

- Это вы называете тренировкой? Так вы это называете? Тренировкой?

Он ухмыльнулся ей. Остия тяжело сглотнула.

Глаза Гоблин Лорда вспыхнули, и она замолчала. Он медленно покачал головой.

Он пристально посмотрел на нее, и Остия почувствовала это. Что-то закралось в ее сердце, словно яд. Она могла отрицать это, притворяться, что это неправда, но это было так. Гоблин Лорд был больше чем угрозой. Больше чем опасностью. Она боялась его. И этого обещания в его глазах. Слова, которое он повторял снова и снова.

У гоблинов не было домов. Они были монстрами. Дикарями. Племенными вредителями, которых нужно было истреблять. Или их истребляли. Но те, кто был в этой армии, были чем-то иным. Остия Блэквинг посмотрела в глаза Гоблин Лорда, и он улыбнулся.

4.47

[Лейтенант] Гершал из Вонта был несчастным человеком. Он не был важным человеком, что и contributed к его нынешнему унынию. Он был офицером низшего звена из маленького города к северу от Инврисила. Он командовал группой дисциплинированных, но довольно низкоранговых [Лучников] и [Мечников] и любил считать себя достойным солдатом, пусть и таким, который не участвовал ни в одной войне.

Чего он никак не ожидал, так это стать частью решения. Когда запрос о мобилизации пришел леди Магнолии Рейнхарт в Вонт, [мэр] города запаниковал. Когда спустя несколько часов пришел еще один запрос от лорда Тириона Вельтраса, Гершал понял, что будут проблемы. Если два влиятельных дворянина хотят одного и того же, попытка угодить одному и проигнорировать другого могла привести к ужасным последствиям; однако оба запроса требовали направить значительные силы, что делало невозможным удовлетворение обоих.

Жертвенный ягненок. Гершал расхаживал по лагерю, который ему выделили, нервно затягивая пояс с мечом и поглядывая на других солдат и офицеров, снующих вокруг. Ряды аккуратных палаток тянулись во всех направлениях, и в каждой жил офицер из разных человеческих городов.

Гершал ворчал себе под нос, проходя мимо группы офицеров, которые играли в кости и пили вино. Его горло так и требовало глотка, но [Лейтенант] прошел мимо. Пить при исполнении? В его армии так не принято было.

По счастливой случайности, узнали его первым.

Женский голос заставил Гершала обернуться. Он увидел приближающуюся к нему женщину в доспехах. Она занесла кулак, и Гершал, зная, что сейчас произойдет, поморщился, выставив свой.

- [Капитан] Сальвия, ты, угрюмый олух! Я сама просила прислать меня сюда - почему бы не стать первой в бою с Лордом Гоблинов, а? Как там Вонт? Всё так же делают сыры круглый год? Сколько солдат ты прислал? Двести? Триста?

- Что, ты имеешь в виду тех [Фермеров] пятого уровня, которые едва ли месяц тренировались с луком? Стыд и позор!

Гершал и Сальвия секунду смотрели друг на друга, а затем она рассмеялась и хлопнула его по плечу.

- Не стоит. Мы на службе...

Вскоре Гершал уже сидел с Сальвией за столом, попивая дешевое вино из таких же дешевых оловянных кружек. Это было не совсем то, чего хотел бы Гершал, но он был слишком вежлив, чтобы сказать об этом.

- Хорош! Не представляешь, как я скучала по сырам твоего города. Я пыталась купить их в Инврисиле, как только мои солдаты разместились, но цены там просто невероятные!

Сальвия выругалась, а Гершал улыбнулся, хотя и почувствовал легкую зависть. Он даже не помышлял о поездке в Инврисил, несмотря на то, что тот находился всего в нескольких милях от лагеря офицеров. "Вонт" не мог позволить себе так много платить своим [Лейтенантам], а жалованье [Капитана] позволяло гораздо больше излишеств.

- Вы говорите, ваши солдаты прибыли вчера? А мы добрались только этим утром. Как думаете, нам долго придется ждать, чтобы узнать, что леди Рейнхарт с нами сделает?

- Не скажу. Ваша группа, похоже, одна из последних прибывших. Лагеря почти заполнены, и солдаты начали проявлять беспокойство. Может, мы так и просидим здесь, пока не явится Гоблинский Лорд, и если он атакует, мы внесем свою лепту. А иначе...

- Она ведь не отправит нас в бой, а? Леди Рейнхарт должна понимать, что такие силы не устоят перед регулярной армией - даже армией Гоблинского Лорда. Без какого-нибудь командующего...

- Будь рассудительнее, Сальвия. Местный [Командующий] не ровня Гоблинскому Лорду. Если дело дойдет до сражения, я представляю, как наши группы вместе с искателями приключений будут держать оборону в городе. Но наступление - это самоубийство! Лорд Тирион собирает собственную армию, и она будет в два раза больше этой. Пусть он сам разбирается с Гоблинским Лордом. А не леди Рейнхарт, которая, при всём уважении, не генерал.

- Знаю. Знаю. У меня есть приказ не участвовать в никаких штурмах Гоблинского Лорда, пока я не буду уверена, что смогу безопасно вывести своих ребят. И бьюсь об заклад, что половина офицеров здесь тоже не подпишется на штурм. Ты не одинок, Гершал - только не говори этого там, где могут услышать люди леди Рейнхарт.

[Лейтенант] с тревогой огляделся. Сальвия покачала головой и указала на пару [Рыцарей] в розовато-красных доспехах, которые шагали через лагерь.

- О.

- Это не Рыцари Цветов или вроде того? Я о них слышал. Высокомерные горячие головы, по крайней мере, меня так убедили. Вот почему этой армии не хватает сплоченности. Если мне придётся сражаться с этими бельмами на глазах...

- Не смей говорить об этом в пределах слышимости, глупец! Рыцари Лепестка принимают близко к сердцу любое оскорбление в адрес своей [Леди] или своего ордена. Они избивали офицеров, которые над ними смеялись, и переломают тебе кости, если ты оскорбишь леди Бетал.

- Может, они и одеваются как розовые цветы, но на поле боя они настоящие профи, Гершал. Я слышала, что их доспехи - индивидуальная работа гномов, зачарованная магами Вистрама. Они почти неуязвимы для обычного оружия, и у каждого из них есть магическое оружие. Если и есть группа, которую я бы хотела видеть в атакующей волне против рядов Лорда Гоблинов, то это они.

Гершал мгновенно пересмотрел своё мнение о двух Розовых Рыцарях. Доспехи работы гномов? Его доспехи были железными, и, честно говоря, железо было не самого лучшего качества. Он был бы благодарен и за высококачественную сталь, не говоря уже о предмете из гномьих кузниц Терандрии. И всё же присутствие рыцарей леди Бетал не утихомирило его опасений.

- Да, да. Я понимаю, о чём ты, Гершал. Но нас призвали сюда, чтобы защитить Инврисил от Лорда Гоблинов.

Гершал замолчал, понимая, что повторяется. Сердце его болело за деревни и города, которые уже были уничтожены Королем Гоблинов. Но он был, если не кем иным, то прагматиком. Он боялся, что без истинного лидера - или без двойного количества солдат - любая попытка вступить в бой с Королем Гоблинов лишь поможет его гоблинам повысить уровень и создаст еще больше нежити.

- Странно. С тех пор как въехали леди Бетал и её сопровождающие, больше никто не объявлялся.

- Подожди - послушай. Звучат другие рога. Это не местный лорд.

- Всем офицерам! Собраться в центре лагеря! Лично прибыла леди Магнолия Райнхарт! Она обсудит предстоящую битву против Короля Гоблинов!

Сальвия побледнела, а Гершал почувствовал, как сердце подпрыгнуло в груди. Предстоящую битву? Он оглядел других офицеров. Все они выглядели обеспокоенными.

- С этим проблем нет. Но он сказал "предстоящая битва". Если она захочет, чтобы мы атаковали...

- Только не я.

- Ну, тогда нам придется сказать это всем вместе. Она не сможет возразить, если мы все заявим правду.

- Лучше посмотрим, чего она хочет.

Офицеры плотной толпой двинулись к центру лагеря, где была установлена деревянная сцена. Гершал гадал, для чего она нужна, и теперь понял - для леди Рейнхарт. Он молился, чтобы она не приняла ошибочного решения.

Гершал кивнул. Он аккуратно завернул свой сыр в вощеную бумагу и засунул его под доспех. Сыр. В его городе это было местным суеверием. Однажды кусок сыра остановил стрелу, пробившую доспех [Солдата]. Теперь все юноши и девушки, покидавшие Вонт, брали с собой сыр, когда отправлялись в бой. Это был хороший полевой паек, который напоминал им о доме.

Не эта армия. Не они. Их было слишком мало. Гершал закрыл глаза. А затем он услышал шепот, увидел, как ряды мужчин и женщин расступаются, и понял, что приближается леди Магнолия Рейнхарт. Он никогда в жизни не встречал её, но знал слухи, которые ходили о ней. Говорили, что она хитра, смертоносна, склонна к манипуляциям и холодна, как сам снег. Но её никогда не называли глупой.

Голос Рейнольда донесся спереди, слегка приглушенно. Он остановил розовую магическую карету, когда в поле зрения появился лагерь, полный офицеров. Это был лагерь поменьше по сравнению с раскинувшимися рядом стоянками, где ждали солдаты из каждого подразделения.

- Тебе не следовало надевать платье.

- Твои ноги - нет. Ступай осторожно и постарайся не растянуться лицом.

- Ах. Возможно, высокие каблуки были ошибкой. Впрочем, мы выдержим. Генерал Шивертейл, вы готовы? Полагаю, офицеры уже собрались; как только мы достигнем помоста, всё начнется по-настоящему.

Казалось, будто он видит сон. Только когда он пригнул голову и вышел из кареты, он понял, что это не так. Вдалеке он видел людей, сотни людей. Все они собрались вокруг деревянной платформы. Разумеется, они заметили карету леди Магнолии, и теперь их лица были обращены к нему.

Ему всё равно казалось, что это сон.

Возможно, у Магнолии был Навык, иначе она могла бы просто прочитать его беспокойство по лицу. Зел выпрямился и коснулся своих доспехов. Они были легкими, как перышко, но огненно-золотой металл сиял, словно внутренним пламенем. Нагрудник Сердца Пламени согревал Зела в холодном воздухе. Реликвия его народа, и теперь он носил её.

Она кивнула. Они направились к центру лагеря, Ресса и Рейнольд следовали в нескольких шагах позади. Зел внимательно изучал ближайших к нему Людей. Те действительно выглядели как офицеры. Солдаты во всем мире одинаковы. Но это?

Если бы [Генерал] Дрейков повел своих солдат мимо Лискора или человеческий [Лорд] пересек Кровавые Поля, война могла бы вспыхнуть снова. И всё же, он был здесь. И Люди уже начали его замечать. Некоторые указывали пальцем, другие оборачивались.

Но в то же время всё было наяву. Сердце Зела билось быстрее, чем когда-либо за последние годы.

- О? Какая именно часть?

- Всё. Вы знаете, что мой народ этого не примет. А ваши, вероятно, тоже поднимут бунт. Из-за этого весь континент может измениться.

Зел вздрогнул, но продолжал держать голову высоко. Теперь все Люди оборачивались, и некоторые узнали его. Он услышал приглушенные восклицания в толпе. Сердце билось слишком быстро.

- Да?

- Интересно, что произойдет после того, как я заговорю?

- Думаю, я это выясню. Шпионы и всё такое. Но всё зависит от того, что вы скажете. Вас ждут, генерал. Вы готовы?

Это была реальность. Зел протянул Магнолии когтистую лапу, и она взяла её. Они вместе поднялись на верхнюю площадку помоста. Зел обвел взглядом море лиц. Человеческих лиц. Он подумал о молодой женщине по имени Эрин Солстис, о [Барменше] по имени Лионетта. О трактире. О девушке по имени Рёка Гриффин. О Некроманте. Хвост Зела слегка свернулся, а затем выпрямился. Он кивнул.

Вот что видели офицеры. На помосте стояли леди Магнолия и высокий Дрейк в сияющих доспехах, в сопровождении [Горничной] и [Дворецкого]. Первой заговорила леди Магнолия Рейнхарт. Она сделала шаг вперед и произнесла громким, бодрым голосом:

Её слова усиливались заклинанием или Навыком, потому что они были отчетливо слышны даже в глубине толпы. Офицеры ждали; некоторые видели её впервые.

- Я Магнолия Рейнхарт. Без сомнения, вы все знаете, почему вас призвали сюда из ваших городов. Гоблин-лорд угрожает северу. В данный момент он движется к Инврисилу с армией в десятки тысяч. Хуже того, он поднимает нежить в каждом городе, который уничтожает. Он слишком долго вырезал наш народ, мой народ. Его нужно остановить.

- Да, лорд Тирион Велтрас собирает свои силы в другом месте. Да, армия Гоблинского Лорда значительна. Она уже уничтожила две армии Дрейков. Однако Инврисил - не спелая слива, которую можно просто сорвать. Его люди не станут добычей для гоблинских мечей, и он не подвергнется нападению, пока я жива. Вот почему вы здесь. Вы отбросите Гоблинского Лорда и уничтожите его армию.

- Я понимаю, что у многих из вас есть сомнения. Это вполне естественно. Армия, собранная здесь, увы, меньше, чем я надеялась. Вы все прибыли из разных городов; естественно, что вы беспокоитесь о вступлении в бой против другой армии без единого руководства. Мне известно об этой проблеме.

- С этой целью я попросила подходящего [Генерала] возглавить эту армию в походе против Гоблинского Лорда. Он сейчас стоит перед вами. Представляю вам вашего командующего, который поведет вас в бой против Гоблинского Лорда.

- Дрейк?

- Вы просили Дрейка вести нас? Вам что, не стыдно?! Возмутительно! Как вы смеете...

- Я позволю Генералу высказаться самому. И я требую тишины, пока он не закончит говорить, это ясно?

"Благодарю. Теперь, Генерал, я предоставляю вам слово".

"Многие из вас, возможно, не знают, кто я. Я понимаю, что для большинства людей все Дрейки выглядят одинаково. Однако я не обычный Дрейк. Я - [Генерал]. И, как уже сказала леди Магнолия, я здесь, чтобы вести вас в бой против Лорда Гоблинов".

"Тем из вас, кто меня не знает: я сражался в Первой и Второй войнах с Антиниумом, плечом к плечу с человеческими армиями и племенами Гноллов, и оттеснил Антиниум обратно в их Ульи. Я сражался с армиями Короля Гоблинов. Я воюю дольше, чем некоторые из вас живут на свете. Возможно, моя биография мало что значит для вас, но вы могли слышать о каком-то из моих деяний. Я сражался с Некромантом в Лискоре. Я убил его".

"Меня зовут Зел Шивертейл".

Разрушитель Прилива. Дрейк [Генерал], который остановил наступление Антиниума. Зел Шивертейл, герой войн с Антиниумом. Здесь, на землях людей.

"Я здесь по просьбе леди Магнолии Рейнхарт. Чтобы вступить в бой с Лордом Гоблинов".

Крик раздался почти мгновенно. Зел увидел человека в плохой броне, кричащего на него. Конечно. Он был человеком, а Зел был генералом Дрейков, вражеским [Генералом]. Не имело значения, что тот был офицером низшего звена. У людей была своя гордость, как и у Дрейков. Они не потерпят, чтобы вражеский [Генерал] командовал ими, даже если Магнолия прикажет. Теперь задачей Зела было убедить их в обратном.

- Здесь Гоблинский Лорд. Он идет. Возможно, не за вашим городом, сэр, но за Инвриисилом. Он уже уничтожил деревни, поселки и города. Его армия растет. Вы слышали, что он разбил две армии Дрейков? Так вот, мы отправили против него две армии, обе под началом высокоуровневых [Генералов]. Обе были уничтожены до последнего [Солдата].

- Мне не нужно объяснять вам, что это значит. Армия растет за счет своих побед, а Гоблинский Лорд выигрывал все свои сражения. Кроме того, у него есть армия нежити, которая увеличивается после каждой резни. И он идет. Почему я здесь? Потому что его нужно остановить.

- Я - Дрейк. Вы - Люди. Я это понимаю. Но когда я посмотрел на север, после того как Гоблинский Лорд миновал Лискор, я не увидел Людей, спешащих его уничтожить. Я слышал, что лорд Тирион Велтрас собирает великое войско. Если это так, то похвально. Но он слишком поздно спохватился. И он слишком далеко. Его здесь нет. Через день или два армия Гоблинского Лорда обрушится на Инврисил. Будет ли лорд Тирион ждать и смотреть, как уничтожают еще один город Людей? Позволит ли он убить десятки, нет, сотни тысяч мирных жителей?

- Это неправильно. Это недопустимо. Дрейки защищают своих, когда на них нападают. Люди делают то же самое. И когда леди Райнхарт попросила меня возглавить оборону ее города, я согласился. Не потому, что я предаю свой народ или потому, что мне заплатят. Нет. Потому что так правильно. Это земля Людей, да. Но это мой континент. Это наш дом. И я буду защищать его до смерти.

- Дрейки не бегут. Это была... любимая поговорка одного моего друга. Похоже, она стала выражением, которое определяет мой народ. Но из того, что я видел, Люди тоже не бегут. Когда Гоблинский Король высадился на ваших берегах, вы не бежали от его армий. Более миллиона Гоблинов вторглись в Изрил, и всё же ваш народ отказался бежать. Вы сражались. И вы были не одни. С каждого континента другие народы, другие люди присылали свои армии на помощь. Вы сражались плечом к плечу с Гноллами, Дрейками, полуэльфами, гномами... вместе. И когда мы сражались вместе, Изрил был непобедим! Мне ли этого не знать. Я видел всё это. Я был там.

- Это ваш дом! Возможно, этот город не ваш, но каждый город здесь был построен Людьми. Вы заявили права на эти земли. Вы проливали за них кровь и удерживали их против Дрейков, Гоблинов, Антиниума и любой другой угрозы, пытавшейся захватить их на протяжении тысяч лет. Теперь Гоблинский Лорд марширует на север, и его армии растут с каждой победой. Неужели вы отдадите ему еще один город, жизни своих людей? Люди, которых я знаю, не поступят так! Люди, которых я знаю, вгонят его армию в море и будут сражаться до последнего вздоха, прежде чем отступят перед врагом!

"Дрейки ссорятся. Человеческая знать спорит. Но [Солдаты] сражаются. Мы выполняем свой долг, а затем возвращаемся домой. Что ж, я не [Лорд]. Мой собственный народ считает меня проблемным, потому что я полагаю, что нам не следует воевать с вашим народом. Я не политик; я солдат, такой же, как и все вы. И я вижу врага. Теперь, я не знаю, что вы обо мне думаете, но здесь нет Тириона Вельтраса. Нет никакого другого [Лорда] или [Генерала]. Только я. И я не отступлю, пока армия Короля Гоблинов не будет разгромлена, а его нежить снова не будет зарыта в землю! Я буду сражаться! Но я не смогу сделать этого один! Сделаете ли вы то же самое?"

В толпе раздался голос. Позади Зел увидел человека в побитых железных доспехах, который заговорил. Он закричал, когда люди начали оборачиваться, и глаза его горели от эмоций.

Его голос прозвучал в тишине, гордый и одинокий. Это было именно то, чего ждал Зел. Потому что вслед за его заявлением раздался другой голос. Женщина, стоявшая рядом с ним, подняла кулаки.

"И я!"

"За Инврисил! Я буду сражаться за защиту города! Я отдаю своих воинов в распоряжение армии леди Рейнхарт!"

И тогда голоса слились в единый крик. Зел ждал, стоя на подиуме, пока собравшиеся офицеры и солдаты начали скандировать его имя.

"Тайдбрейкер!"

- Изрил!

- Изрил!

- Приготовиться к бою. Мы вступим в сражение с Лордом Гоблинов, если он приблизится к городу. Если он попытается обойти нас, мы пустимся в погоню и зажмем его в угол. Но обещаю вам: он не сожжет больше ни одной деревни и не опустошит ни одного края. Эта армия станет для него концом. Офицеры, в течение часа я начну распределять вас по группам. Подготовьтесь; я назначу командующих на основе ранга и уровня. Когда мы вступим в бой, мы будем единой силой.

Он направился к Магнолии, Рессе и Рейнольду. Они аплодировали ему вместе с остальными. Зел взглянул на Магнолию, и она спустилась с деревянной платформы вместе с ним. Они прошли сквозь ряды офицеров; Зел обменивался с ними словами, подбадривал, держался уверенно, показывая им, что он достоин того, чтобы за ним следовали, пока у них не появилась возможность поговорить.

- Я так и думала. Для вас готов шатер, и, полагаю, у Рейнольда есть для вас несколько списков. Я ненадолго вернусь в свое поместье, чтобы дать вам возможность во всем разобраться. Отличная работа, генерал. Вы использовали какой-то Навык, чтобы так впечатлить толпу?

- Нет. Навык мог бы позволить мне слепо увлечь армию в бой, но это было бы недолговечно. Мне нужна армия, которая хочет сражаться, а не толпа солдат поневоле.

Магнолия усмехнулась. Затем она замолчала.

Зел уставился на Магнолию, когда та повернулась к своей горничной. Ресса, задумавшись, наклонила голову. Отвечая, она кивнула Зелу.

Обе женщины посмотрели на Рейнольда. [Дворецкий] покраснел и яростно потер свои усы.

Он избегал их обвиняющих взглядов и слегка поклонился Зелу, обращаясь к [Генералу] Дрейков.

- Типично. Полагаю, мне пришлось бы стать [Солдатом], чтобы оценить подобную речь. Пойдем, Ресса, оставим генерала Дрожащего Хвоста за его работой. Я поговорю с вами сегодня вечером, генерал.

Зел солгал, глядя вслед уезжающему экипажу. Он обернулся и увидел ждущего его Рейнольда, а также нескольких офицеров.

Рейнольд улыбнулся Зелу.

Он кашлянул, слегка покраснев, и Зел улыбнулся. Затем его улыбка погасла. Некромант. Дрейк покачал головой.

Он зашагал вперед. И люди пошли ему навстречу. И даже когда карета Магнолии уезжала, слухи уже разлетались с помощью заклинания [Сообщение], а люди бежали к городу. Дрейк [Генерал] ведет людей. И не какой-то обычный дрейк.

Мир, возможно, уже никогда не будет прежним.

Леди Магнолия сидела в карете, счищая грязь со своих каблуков о подушку. Ресса, сидевшая на козлах, нахмурилась, оглянувшись через плечо.

- Я ненавижу грязь, Ресса.

- Ладно. Что ты думаешь о речи генерала Шивертейла, Ресса? Честно?

- Именно то, что я и сказала. Речь не была эффектной, но она справилась со своей задачей.

Магнолия осталась не убеждена. Она проворчала что-то себе под нос, снова устраиваясь в сиденье. Но затем её лицо просветлело, когда она заглянула через плечо.

- Полагаю, что так. Я видела, как несколько человек использовали артефакты. Слухи о речи Зела Шивертейла, вероятно, уже распространяются.

- На подушке. Заклинание идеально запечатлело почти все его слова, хотя ракурс был немного смещён.

- Думаю, я оставлю эту запись в своей личной коллекции. После того как мы скопируем заклинание и продадим его, разумеется. Как думаешь, сколько я должна велеть своим агентам просить за копию? Тысячу золотых за каждую?

- Мм. Интересно, кто больше всего платит за подобную информацию? А, впрочем, полагаю, любой стоящий [Информатор] продал бы её сразу нескольким сторонам. Поторапливайся, Ресса; я хочу первой продать сведения о Зеле!

Экипаж continued двигаться вперёд. Магнолия откинулась на спинку сиденья, уже планируя, как распространить информацию об этом новом союзе с максимальной выгодой для себя. Но она прервала свои расчёты и посмотрела в окно, назад, в сторону лагеря.

- Дрейк в качестве генерала человеческой армии. Разве это не нечто? Словно сказка. Или сон, полагаю.

- Да. Ты сделала это, Магнолия.

Магнолия улыбнулась с искренним счастьем. Затем она рассмеялась.

И в течение часа весть разлеталась с помощью заклинаний, птиц и гонцов. И мир обратил на это внимание.

Важность событий была субъективной в разных уголках мира. Очевидно, что такие новости, как возвращение Короля Разрушения, заслуживали всемирного освещения, но даже тогда известие о его возвращении не было столь важным в Рхире, как в Чандраре. Таким образом, слухи о последних королевских свадьбах, выигранных войнах или обнаруженных магических артефактах распространялись с разной скоростью в зависимости от их полезности.

Но новость о том, что Дрейк объединился с человеком? Тем более Дрейк, чье имя было известно во всем мире, и женщина-человек, которая могла похвастаться тем же? Вот это были новости, которые для некоторых стоили тысячи золотых монет. И информаторы Магнолии Рейнхарт заработали львиную долю прибыли в часы после того, как Зел обратился к своей армии.

Капитан стражи Зевара вошла в комнату одновременно с Лордом Стен Илврисом. Олесм уже был там, опередив их примерно на минуту. Он тяжело дышал, его глаза были широко раскрыты, и когда он повернулся к обоим Дрейкам, те поняли, что новости серьезные.

Илврис не стал ждать сбора остального Совета. Он был одет в доспехи и выглядел более собранным, чем Олесм видел его за последние дни, хотя и с легким следом похмелья. Олесм был этому благодарен. Дрейк нервно поднял сложенный листок пергамента и зачитал вслух.

Олесм поперхнулся словами. Илврис уставился на него с открытым ртом. Зевара попыталась сесть, но промахнулась мимо стула и с грохотом рухнула на пол. Олесм поморщился, когда Капитан стражи уставилась на него. Затем Зевара закричала:

- Всё именно так, как написано!

- Ты уверен в этом?

- Делать? Он ушел к людям! Тут нечего делать, Олесм, он... он объединился с Магнолией Рейнхарт? Зачем ему это... только ради Гоблинского Лорда?

- Ситуация серьезная. Олесм, введи в курс дела остальных членов совета. Я возвращаюсь в свой трактир. Мне нужно забрать один магический артефакт.

Илврис замер, его коготь уже лежал на дверном косяке.

Затем он исчез за дверью. Олесм посмотрел на Зевару, а затем помчался к себе в кабинет.

- Говорит Илврис. Вы меня слышите?

Десять минут спустя Лорд Стен Илврис стоял в зале заседаний, говоря в кристальный шар размером с его кулак, который был поставлен на стол. Олесм стоял у стены, прижимая к себе свитки пергамента. Он широко раскрытыми глазами смотрел в шар. Магическая сфера отражала другую комнату, величественный зал, который то и дело терял фокус. Но то, что он показывал, было достаточно отчетливо.

Илврис чувствовал себя непринужденно в разговоре с коллегами. Более того, его голос был единственным спокойным звуком в комнате в данный момент. Он ходил взад-вперед перед шаром, громко говоря.

- Но вы были с ним два дня назад, Илврис! Вы должны знать, почему он перешел на другую сторону!

- Плохая связь. Похоже, магические заклинания ослабли или возникли какие-то помехи. Лучше уже не будет.

То, как Илврис общался с другими лордами и леди Стен в своем городе Салазсар, происходило с помощью сферы предвидения. Она давала ему вид на их конференц-зал, в то время как они видели его так же. Обе сферы стоили невероятно дорого и, стоит признать, были раздражающи в использовании. У Илвриса уже разболелась голова, пока он всматривался в маленькую сферу, видя искаженный, "рыбий глаз" обзор комнаты, полной дворян Дрейков, которые смотрели на него в ответ.

- А, да. Как вы считаете, был ли его отъезд связан с этим?

- Наши выводы по поводу Антиниума были необычными и тревожными... но не чрезмерно. Какую бы угрозу они ни представляли, очевидно, что генерал Шивертейл счел Лорда Гоблинов куда более серьезной угрозой.

- Я не знаю. Но, кажется, спекулировать бесполезно. Таковы факты, лорд Стен Меносс. Нам следует сосредоточиться на том, что произойдет дальше.

- Он действительно перешел на сторону Магнолии Рейнхарт? Это ведь не какая-то... какая-то ее уловка?

На другом конце повисла пауза. Илврис осторожно поправил сферу, и несколько лиц Дрейков обрели четкость. Один из них заговорил с обеспокоенным видом.

- Вернуть его? Этого предателя?

- Он не "наш". Он часть Трисстральского Альянса. Интересно, что об этом думают те города. Если они санкционировали его уход, то их ждет сюрприз...

- Лорды и Леди, прошу вас! Забудьте о причинах. Вместо того чтобы рассматривать действия Зела Шивертейла как акт инакомыслия, посмотрите на это с другой стороны. [Генерал] Дрейков самого высокого ранга во всем мире только что перешел на сторону Людей.

- Зел Шивертейл никогда не лез в политику. Он кадровый военный, и одна из причин, по которой мы можем позволить себе сражаться между собой. Если он начнет вести человеческие армии или, что еще хуже, участвовать в битвах на их стороне...

- Не сделал бы? Почему нет? Ему здесь терять нечего! Мы отказывались слушать его больше раз, чем я могу сосчитать. Что мешает ему объединиться с Людьми, которые дадут ему армию и поддержку? Признайте факты! Мы только что потеряли нашего лучшего [Генерала]! Мы должны спорить не о политике, а думать о нашей безопасности!

Илврис продолжал говорить. Олесм заставил себя снова сосредоточиться на слушании. Лорд Стен сегодня был голосом разума, что удивляло. Неужели он настолько изменился за время пребывания в трактире Эрин?

Олесм что-то пробормотал себе под нос и получил тычок от Зевары за то, что заговорил. Илврис продолжил.

Последовала пауза, пока дворяне в Салазсаре обдумывали его слова, и затем заговорил один из Лордов Стен, находившийся ближе всех к сфере.

- Буду.

- Отсутствие Шивертейла вызывает панику у моего народа. Без сомнения, это создаст проблемы и в других местах, но вопрос в том, какой ущерб это нанесет за рубежом. Есть мысли?

Первой ответила Зевара, и Олесм кивнул. Илврис тоже рассеянно кивнул, и Олесм осмелился задать вопрос, который, вероятно, вертелся на языке у всех присутствующих.

Илврис моргнул, поднял взгляд и пожал плечами.

- Но Люди - его назовут предателем! А он же герой! Я просто не понимаю, зачем...

- Герой. Я и забываю, что нахожусь в Лискоре. Факты не так однозначны, молодой Свифттейл. Верно, Зел Шивертейл - герой Войн с Антиниумом. Никто этого не отрицает. Но что касается его влияния среди нашего народа... за эти годы он стал мишенью для ряда кампаний по очернению в Городах Стен. Его называли смутьяном, предателем за противодействие войне с Людьми, и многое другое. Не в Лискоре; ваш город, вероятно, повесил бы любого, кто посмел бы вымолвить против него слово. Но политики годами делали его своей мишенью.

Олесм осекся, прежде чем сказал что-то, что могло бы принести ему проблемы. Илврис горько улыбнулся, предчувствуя, что хотел сказать Олесм.

Он покачал головой и снова посмотрел на сферу. Он пробормотал себе под нос, достаточно громко, чтобы Олесм и Зевара услышали.

- Простите, сэр?

Илврис поднял взгляд, и к нему снова вернулся деловой настрой. Он кивнул сфере.

- Да, сэр.

"Пора за работу, Быстрохвост. Здесь нет места для ошибок или слабости. Весь мир наблюдает".

"Он сделал что?!"

"Этот предатель! Он вступил в союз с Людьми? И ради чего? Чтобы остановить Лорда Гоблинов? Пусть Люди сами с этим разбираются! Этот бесхвостый, нож в спину всаживающий..."

Кулак врезался в лицо первого Дрейка, когда поднялся другой Дрейк. Он свалил первого ударом и повысил голос.

"Защищает его, объединившись с Людьми!"

"Этой предательнице-Человеку нельзя доверять!"

- Забери свои слова назад!

Дрейк развернулся и схватил один из баннеров на своем столе, обозначавший его делегацию. Он вскочил на стол и, размахивая знаменем, принялся кричать:

Остальные посетители в зале уставились на Дрейка. За тем же столом Сирилла закрыла лицо когтями.

- Дрейки. Такие шумные.

Дрейки спорили и дрались до тех пор, пока их не выставили из банкетного зала. Все они были командирами, и более двух третей поддерживали Зела Шивертейла. Что касается остального Рхира, эта новость не была столь значимой. Дрейки? Люди? Они на другом континенте. Если это означает больше помощи для Рхира, тем лучше. В противном случае это мало что значило. Однако на Балеросе мнение было резко иным. По крайней мере, для одного Фрейрлинга.

- Проиграй еще раз.

- Мертвые боги. И это разлетается по всему миру? Это нарушит весь баланс в Изриле. О чем только думает эта женщина Райнхарт?

Фолиана примостилась на диване, глядя на изображение Зела Шивертейла. Нирс тоже смотрел.

- Только если они делают плохие вещи.

Нирс осекся. Он огляделся. Они были в его комнате, и он сидел за своим столом. Сам собой взгляд упал на украшенное золотом письмо, которое прислала ему Магнолия. Фолиана заметила этот взгляд.

[Стратег] фрейлин резко вскинул голову.

- М-м...

- В нем были черника. И много сахара. И она тебе тоже присылает письма.

- И что? Ты их читаешь. Что из этого хуже?

- Защищать дом, значит? Поступать правильно. Никогда бы не подумал, что услышу такое от кого-то, кто в союзе с Магнолией Рейнхарт... хотя нет, полагаю, она бы сказала именно так. Только я верю в это, когда такие слова исходят от него.

- Да, но тогда это было... она не такая, как он.

Фолиана бросила на Нирса неопределенно обвиняющий взгляд, и тот отвернулся.

- М-м. Ну, может быть, ему было любопытно.

Фолиана указала на крошечного Дрейка, стоявшего на магическом кристалле на столе.

Нирс замолчал. Он не заметил, как Фолиана ушла, но спустя некоторое время понял, что её больше нет. Титан сидел за своим столом и до поздней ночи снова и снова просматривал изображение говорящего Зела.

На Чандраре разные люди следили за политикой в Изриле, но лишь немногие находились в таком положении, чтобы эта политика их заботила. Один из них, Император Песков, счёл этот шаг неудачным для своей страны, поскольку он обладал потенциалом усилить Изрил.

- Кто?

Ортенон говорил перед троном Флоса. Король Разрушения нахмурился.

- Да, и весьма знаменитый. Возможно, вы его не узнаёте, так как он прославился уже после вашего сна, мой сюзерен. Он побеждал Антиниум в двух войнах, сражался с Королём Гоблинов и самим Некромантом. Считается, что он - [Генерал] самого высокого уровня из всех, что есть у Дрейков.

Глаза Флоса загорелись, и на его лице появилась улыбка.

Ортенон замолчал.

- Я знаю. Похоже, этот Лорд Гоблинов оказался не в своём весе. Жаль. Я всегда хотел встретиться с Королем Гоблинов.

- Кто сказал, что я шучу? Ах, ну же, Ортенон. Я пропустил Короля Гоблинов, а они появляются лишь раз в несколько столетий! Какое разочарование. Кстати... не забудьте проинструктировать Трея и Терез о Короле Гоблинов, хорошо? Это важная битва, о которой стоит помнить.

Флос вздохнул, откинувшись на своем троне. Чандрар был в безопасности. Другие континенты слушали новости из Изрила, но без особого беспокойства. Лишь с интересом, а иногда и с презрением.

- Только кто-то из Рейнхартов мог бы согласиться на такой союз.

- С другой стороны, Рейнхарты всегда были семьей, склонной к вмешательству.

- Полагаю, новости важны, пусть и косвенно. Я бы скорее пожелал успеха семье Вельтрас, чем дому Рейнхарт. Те хотя бы против присутствия Дрейков.

- Это будет предметом для дискуссий. Давайте сначала посмотрим, как поступят другие королевства.

В Терандии презрение было повсюду. Не то чтобы это было какое-то глубоко обоснованное презрение; скорее, это было соседское высокомерие ко всему, что они считали низшим. Териарх вздохнул, прерывая разговор двух терандийских дворян взмахом когтя.

Дракон вздохнул. Если бы он постарался, он мог бы буквально слышать, как по всему миру разлетаются отчеты об альянсе Зела Шивертейла с Магнолией. Столько шума из-за такого пустяка! Всё, что он сделал, - это заключил с ней союз. Это был далеко не первый раз, когда Люди и Дрейки работали вместе.

Териарх щелкнул когтем, отклоняя заклинания [Сообщения], полученные от Магнолии. Он снова вздохнул и свернулся в своей пещере чуть плотнее.

Дракон задумчиво замолчал и свернулся в пещере. Появилось еще одно заклинание [Сообщения], и он отмахнулся от него дернувшимся хвостом.

Голос Териарха становился всё тише и соннее, пока он не погрузился в дремоту. Он спал, пока мир пребывал в панике. Он видел всё это раньше и увидит снова. Для бессмертных нет никаких сюрпризов. Не для тех, кто стоит за пределами смерти.

- Что?

"Зел Шивертейл взял под командование армию, сформированную Магнолией Рейнхарт, господин. Он готовится защищать Инврисил от атаки Лорда Гоблинов или преследовать его войско, если Лорд Гоблинов решит обойти город."

Аз'кераш оставил жуткие останки на столе и начал ходить взад-вперед. Информация заметно потрясла его, но по мере того, как он расхаживал, волнение исчезло, и на лице сменилось расчетливым выражением. Черный скелет с облегчением заметила это. Она ждала, пока некромант размышляет вслух.

Он взмахнул рукой и пробормотал заклинание. Воздух раскрылся, и Иджвани увидела, как Аз'кераш заговорил с пустотой.

Клбкч из Антиниума и его Королева хранили молчание, услышав новости. Они приглушенными голосами обсуждали, что может произойти, размышляя о прошлом и будущем. Илврис убедил свой народ не осуждать Зела Шивертейла открыто и подходить к нему с осторожностью.

Так что, возможно, эта новость была важна лишь для двоих. Для некроманта и его ученицы. Потому что, пока Остия Чернокрылая наблюдала, как Лорд Гоблинов спорил, а затем в агонии пал на колени перед её господином, она почувствовала, как меняется мир. И когда он поднялся - горький, яростный - и разорвал карту в клочья, она поняла одну вещь ещё до того, как он обернулся и заговорил.

Лорд гоблинов выплюнул эти слова, оборачиваясь к своим лейтенантам. Остальные гоблины уставились на него, и Остия почувствовала, как у неё всё сжалось внутри. Она заговорила, и все головы повернулись к ней.

Лорд гоблинов посмотрел на неё; его чёрные глаза с белыми зрачками расширились от ярости. Его голос дрожал - это было первое проявление настоящих эмоций, которое она от него увидела.

И мир повернулся. Поползли сплетни и слухи, но оставалась лишь одна уверенность. Зел Шивтертейл сидел в своём шатре и чувствовал эту уверенность так же, как и Лорд гоблинов. Один повернул голову, и другой повернул свою. Сквозь многие мили их взгляды скрестились. И на устах обоих было лишь одно слово.

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 3)

Интерлюдия - Войны Антиниума (ч. 3)

(Эта книга, "Вторая война Антиниума: история", широко продавалась по всему Изрилу в годы после окончания Второй войны Антиниума. Она подверглась резкой критике, и в последующие издания был включен раздел "Введение", а также существенные исправления текста. Точность следующего повествования не гарантируется.)

Повествование о Второй войне Антиниума, возможно, и не нуждается в записи в данный момент. Шрамы того великого конфликта всё еще глубоко врезаны в общественное сознание, и история может еще раскрыть детали, которые прольют новый свет на события во время и до войны. Верно и то, что истории требуются годы забвения, чтобы на неё можно было взглянуть объективно.

Есть ли в ней неточности? Да! Предвзятость? Возможно! Но моё слово стоит само за себя, и история запомнит меня как первого [Писателя], который пожелал собрать разрозненные точки зрения и отчеты о войне в одну понятную историю, которой смогут пользоваться будущие поколения!

- Крсисл Словодел

Наша история, дорогие читатели, начинается, как и всегда, с вида, который стал проклятием цивилизованного мира, кошмаром, преследующим Изрил и по сей день. С Антиниумом. Когда-то они были далекой угрозой, таинственной расой "бука", которой в Рхире пугали детенышей по ночам. Теперь это не так. Предыдущая война Антиниума, произошедшая всего восемь лет назад, привела к потрясению сил в Изриле и драматическому появлению новой национальной мощи в лице Антиниума.

Дрейки не прощают. А Антиниум продемонстрировал свой неутолимый аппетит каждому, у кого есть глаза. Мир, на который они согласились, был лишь передышкой. Теперь мир замер в ожидании, когда одна из сторон произведет первый выстрел.

Для начала, из пяти континентов мира только Изрил и Чандрар можно было назвать спокойными, если очень сильно натянуть слово. Чандрар всё ещё оправлялся от краха империи Короля Разрушения, и нации восстанавливались. Или, в случае с зарождающейся Империей Песков, медленно расширяли свои границы, поглощая более мелкие государства. Однако подобные конфликты были незначительными, и потому Чандрар мог считаться мирным.

Что касается Рира, то конфликт там является образом жизни, и силы Оскверненного Короля, как обычно, были заняты сражениями с демонами. Нет, судьбоносные события происходили в Терандрии и Балеросе.

Теперь он вернулся, ведя огромную армию против прибрежного королевства Дезонис. Он быстро разгромил армию королевства, но не стал приближаться к столице. Вместо этого он захватил местный порт и исчез.

Король Гоблинов. Прежде чем говорить о нём, я отмечу факты, наблюдаемые за такими личностями, какими бы немногими они ни были. Короли Гоблинов появляются раз в несколько столетий максимум, и каждый раз неизменно предвещают разрушение и смерть. Похоже, это природный феномен - редкая особь, рожденная в популяции гоблинов, обладающая неизмеримым талантом, подобно Вождям и Лордам Гоблинов.

Только совместными усилиями многих наций можно остановить Короля Гоблинов, поэтому почти каждое государство в мире подписало договор, обязующий их помогать в уничтожении Короля Гоблинов, если таковой появится. Угроза от них настолько велика, что Лордов Гоблинов активно выслеживают, чтобы не допустить их превращения в Королей Гоблинов.

В 14 году A.F. Лорд Гоблинов, известный как Велан Добрый, находился в мирных и даже гармоничных отношениях с народами Балероса. Хотя его автономное племя гоблинов не признавалось большинством наций мира в качестве официальной силы, его компания гоблинов считалась одной из сильнейших на континенте. Ходили слухи, что она является пятой Великой Компанией Балероса, а собственная приверженность Велана миру и торговле Earned ему неохотное уважение других видов. Была надежда, что его пример распространится на гоблинов по всему миру, положив конец их набегам и угрозе, которую они представляют как вид.

Его армия полностью уничтожила город, не оставив выживших. Затем он начал казнить каждого присланного к нему гонца и стал стирать с лица земли город за городом, и с каждой битвой его армия росла. Единственным посланием к сбитым с толку правителям Балероса было одно-единственное слово, переданное полуживым курьером.

Так началась война с Королем гоблинов, поскольку все отряды на континенте согласились на перемирие, чтобы справиться с угрозой в лице Велана. Однако к Королю гоблинов присоединились многие лорды гоблинов и их племена, создав неодолимую силу. Он захватил и сравнял с землей портовые города на восточной стороне Балероса и приступил к строительству тысяч кораблей. В начале лета он отплыл с континента, оставляя за собой лишь разрушение.

Через пять дней после начала лета армия дрейков перешла границу Антиниума и осадила один из их Ульев, застав их врасплох. Армия была сформирована тремя Городами Стен и рядом более мелких городов-государств с единственной целью - уничтожить Антиниум раз и навсегда.

И, возможно, им бы удалось уничтожить Улей! Я призываю вас представить это, дорогие читатели. Если бы этот первый карательный удар увенчался успехом, история, возможно, запомнила бы этот день как начало падения Антиниума. Увы, этого не случилось.

Все подняли глаза. Антиниумы, сидевшие в казармах Раскрашенных Солдат, уставились на Эрин, которая с хрустом поедала попкорн. Клбкч, который был выбран для чтения книги вслух, тихо щелкнул жвалами.

Он окинул взглядом комнату, где рядами сидели безмолвные Рабочие и Солдаты. Они расположились на полу, и каждый был закутан в слои одеял и подушек. У большинства Антиниумов в руках были кружки с горячим молоком с медом или миски с попкорном. У некоторых были жареные пчелы, у других - рыбная каша; Эрин превзошла саму себя в подготовке к сегодняшнему вечеру. Она получила специальное разрешение войти в сам Улей и принять участие в этом ночном мероприятии.

- Я просто говорю, что это мрачно, Клбкч! Очень мрачно!

Пешка повернулся к Эрин, заботливо предлагая ей один из фонарей, расставленных по комнате. Они наполняли просторные казармы уютным сиянием. Она вздохнула.

Она огляделась. Белград, Ананд, Гарри, Пешка и Птица - все счастливо закивали. Птица играл со своей подушкой, выщипывая перья и что-то бормоча себе под нос, определяя их вид.

- Мы тоже. Мне тепло и уютно. Это уникальный опыт для отдыха.

- А ты как?

- Ой, ладно. С тобой всё в порядке. Но я всё равно считаю, что эта штука слишком жестокая!

- Вы были там, Ревалантор Клбкч? Расскажете нам эту историю со своей стороны?

- Говорить особо нечего. Мы атаковали. Они выстояли. Мы атаковали снова. И снова они выстояли. А затем мы атаковали в третий раз, и они дрогнули. Вот и всё.

- Наверняка всё было не так просто. Дрейки ведь были готовы к вашему приходу, не так ли? Кажется невероятным, что они были побеждены так легко.

- "Трусливая атака? Победа обманом?" Эта книга еще более неточна, чем я предполагал. Нет. Мы победили не так. Да, они были готовы. Что ж, я изложу историю так хорошо, как смогу. Дрейки спровоцировали наши армии на атаку, нанеся удар по нашему Улью. Они заманили нас в ловушку, из которой не было благого выхода.

- Либо мы пытались задавить их позиции числом, что не было гарантировано, даже если бы мы бросили в бой все имеющиеся силы, - либо мы теряли одну из наших оставшихся Королев. Естественно, мы решили сражаться. Но потери были огромны. С каждой волной, которую мы посылали, тысячи Солдатов гибли от магии и стрел, не в силах прорвать линии Дрейков.

- Мы с Хрном были в отчаянии, ожидая подкреплений, которые были слишком далеко, зная, что покои Королевы затапливает, и что у нас осталось меньше часа до её кончины в лучшем случае. В тот момент я...

Тихий голос прервал Клбкч. Все головы повернулись, когда Эрин зашагала между рядами Солдатов, раздавая большие миски с попкорном.

Эрин предложила миску с рыбной кашей Солдату и огляделась вокруг.

Клбкч многозначительно откашлялся с глухим щелчком. Он оглядел Эрин, которая на цыпочках сновала вокруг, разливая суп по мискам и раздавая дополнительные подушки. Солдаты осторожно держали подушки, ощущая их мягкость своим хитином - совершенно незнакомое чувство. И подушки можно было оставить себе? Они не исчезали после сна? Чудеса никогда не прекращаются.

- Всё было отчаянно. Мы не ожидали этого нападения, и осталось всего семь Королев. Семь из тех, кого были сотни. Все вы были созданы слишком поздно, но когда-то у Антиниума было больше Королев, чем Ульев. Когда-то мы были могущественны. Теперь же мы боялись потерять даже одну Королеву и потому сражались отчаянно. Чтобы спасти её. Чтобы спасти наш вид. Мы с Ксрном вели эту отчаянную армию против Дрейков. Если бы у нас было время, мы могли бы собрать более крупную силу. Если бы у нас было время, мы бы с легкостью уничтожили их. Но время истекло. И мы заплатили за это жизнями павших.

- Антиниум. Слушайте внимательно. Это история первой битвы Второй войны Антиниума. Это история... о том, как я встретил вашу Королеву.

- Очевидно, я встречал её и до этого. Но это была наша первая значимая встреча, предшествовавшая созданию Улья Лискора. Я счел нужным уточнить этот момент.

- Мы не сможем прорвать их строй разрозненными атаками, Ксрн. И они готовы к нашим туннелям; они затопили каждую нору, которую вырыли наши Рабочие.

Xrn согласилась, сжимая посох в одной тонкой руке. Она призвала молнию и метнула её в сторону армии Дрейков. Заклинание исчезло на полпути к цели, и в сторону обоих Пфишесов полетел град стрел и заклятий. Два Прогуратора укрылись за скалой, и жвалы Клбкча сердито клацнули.

"Что?"

"Невозможно. Мы не можем отправить Солдат на такую бойню! Они сломаются и побегут, Клбкч! У них есть свой предел".

Клбкч мрачно поднял оба своих серебристых меча двумя из четырех рук. В двух других он неуклюже держал кинжалы. Xrn уставилась на него и схватила его за плечо.

"Если погибну, сверши Риту Анастасес".

Клбкч молчал, пока они стояли рядом. Он медленно покачал головой, глядя вниз на поле битвы, где шторм обрушился на входные туннели, затапливая Улей Антиниум.

"И у нас осталось всего три Пфишеса. Не ходи".

"Устрани столько [Магов], сколько сможешь. Останови дождь. Я прорву их ряды."

"Антиниум! Враг пытается убить Королеву! Они уничтожают Улей! Их нужно остановить! За мной! Не отступать перед врагом! В атаку!"

Хаос. Дрейк не были готовы к самоубийственной атаке, и их передняя линия дрогнула, пока их [Маги] и [Лучники] обрушивали ужасную месть на Антиниум. Ксрн подняла свой посох, пытаясь уничтожить вражеских [Магов] Дрейк.

Её заклинания разносили в щепки Дрейк в робах, молнии и струи огня прорезали ряды Дрейк. Но они не дрогнули. И стрела ударила Ксрн в грудь. Она пошатнулась и отступила назад.

Она обломала древко, не обращая внимания на кровь. Антиниум колебались. В отчаянии она огляделась и увидела тысячи беспомощно стоящих вокруг Рабочих. Их примитивные луки не обладали достальной дальностью, чтобы поразить армию Дрейк с такого расстояния, а дальнейшее продвижение в зону смерти означало бы верную гибель.

Заклинание Ксрн заставило Антиниум сиять подобно маякам. Она направила посох в сторону армии Дрейк. Она не видела вспышки серебра в их рядах. Где был Клбкч?

Вторая волна Антиниум ринулась вниз по склонам, некоторые Рабочие спотыкались и падали в грязь. Иксрн мчалась вниз по скользкому склону, слыша глухие удары заклинаний, бьющих в землю вокруг неё, и слыша лишь рёв в собственном сознании. Чёрные стрелы проносились в сторону её войск - она взмахнула посохом, и они разбились о возникший в воздухе щит. Теперь Дрейки были перед ней.

Иксрн пробежала мимо сражающегося узла Солдат, которых сдерживали Дрейки с копьями и мечами, и вонзила свой посох в землю. Она сосредоточилась, а затем резко выставила пальцы вперёд.

Дрейков перед ней - и Солдат - подбросило в воздух. Иксрн указала на брешь в строю, и Антиниум хлынули вперед. Теперь ряды Дрейков рушились, но их всё ещё было так много! Иксрн сражалась, вступая в рукопашную схватку с другими [Магами], сжигая их заклинаниями, пока над шумом битвы не услышала один звук.

"Наконец-то. Вримвр."

"Летучие Антиниум!"

Летучие Антиниум врезались в бок Дрейков, и Иксрн подняла свой посох. Свет её глаз вспыхнул ярко-красным - цветом битв и крови Дрейков. Она закричала:

Она рванулась вперёд, пока Солдаты и Рабочие врезались в Дрейков, подобно приливу. На этот раз Дрейки не смогли их остановить. Иксрн бежала вперёд сквозь гибнущих Дрейков, высматривая, выискивая любой проблеск цвета в чёрной массе. И тогда она увидела это. Вспышку серебра.

В тот день Антиниум освободил осажденный Улей и самую юную из королев Антиниума. Клбкч лично спас её от гибели в воде, и позже она возглавит улей в Лискоре. Королева Свободного Антиниума выжила в тот день, а Дрейки на собственном горьком опыте узнали, что значит война с Антиниумом. Это были жертвы. Антиниума нельзя было сломить так легко. И их возмездие за это предательство вскоре погрузит континент в пламя.

- Неужели всё случилось именно так? Правда, Прогуратор Ксрн?

- Именно так прошла та битва. Мы победили, но с трудом. Если бы не прибытие Вримвр, мы могли бы слишком поздно успеть спасти Королеву.

Пивр заметил это, обмахиваясь крыльями у огня с самодовольным видом из-за той роли, которую Летающие Антиниумы сыграли в битве. Ксрн долго смотрела на него, и этот взгляд быстро сбил с Пивра спесь.

- И всё же он пренебрегает своей ценностью. Сентениум - это уникальная группа Антиниумов, которую больше невозможно воспроизвести, не так ли? Безусловно, Ревалантор Клбкч должен заботиться о своей безопасности.

- Возможно, и должен. Но опять же, это не в его натуре, Терск. Клбкч, Вримвр и я - мы все служили во время Второй войны Антиниума. И хотя верно то, что Клбкч утратил большую часть своей силы и первоначальную форму, мы трое всё равно определяли ход войны. Каждый из нас вёл армии Антиниума. Вримвр и я были неостановимы в бою. Таковы были наши предназначения. Клбкч же большую часть времени был вынужден вести войска с помощью стратегии, а не лично. Но каждый из нас одержал множество побед благодаря своей силе.

- Теперь я понимаю. Но я никогда не встречал Прогуратора Врымвра. Он похож на вас или на Ревалентора Клбкч, Прогуратор Ксрн?

- ...Нет. Врымвр другой. Он, Клбкч и я - все мы были созданы для разных ролей. Клбкч был воином, предназначенным для устранения врагов Антиниума и сражений на передовой. Я должна была творить магию. А Врымвр должен был защищать Великую Королеву. Он был создан непобедимым.

Пивр поднял взгляд, его глаза сияли. Глаза самой Ксрн вспыхнули фиолетовым от раздражения.

Остальные Антиниумы молчали, пока Ксрн снова открыла книгу. Только Терск осмелился задать вопрос, повисший в воздухе.

- Да?

Ксрн замерла, приложив палец к следующей строке книги. Она огляделась, посмотрела на других Антиниумов. Они были так близки к дому, к своим Ульям. И всё же эти жалкие копии истинных Антиниумов никогда не узнают дома, не так ли? Им никогда не узнать величия истинных Ульев, мощи того, чем были Антиниумы. Она посмотрела на Терска, лучшего воина своего Улья. Плохо сделанный клон Галука в доспехах. Она покачала головой, и голос её зазвучал по-доброму, словно взрослого, говорящего с ребенком.

- И для чего же, Прогуратор Кср...

Спустя день после битвы при Джессале армии Антиниума снова вышли в поход. Черный Прилив хлынул вперед, но защитники величайшего континента в мире не бездействовали в своих приготовлениях. Армии Дрейков выступили против Антиниума, вооруженные знанием об их неспособности плавать и уязвимости перед высокоуровневой магией и воинами.

Во Второй войне Антиниума они выставили два новых варианта своего вида. Были ли такие существа у них всегда или они каким-то образом изменили своих воинов с помощью магии или алхимии - неизвестно и является предметом многих спекуляций. Однако факты ясны: Антиниум создал летающего воина, способного прыгать на огромные расстояния, известного как Летающий Антиниум, и скрытного лазутчика, способного к камуфляжу и смертоносным внезапным атакам, известного как Безмолвный Антиниум.

Новости о новых Антиниумах сокрушительно подействовали на моральный дух в городах Дрейков. И действительно, страх, который внушали Безмолвные Антиниумы, был настолько велик, что многие города заперли свои ворота, отказываясь открывать их из опасения проникновения. И всё же Безмолвные Антиниумы прокрадывались за их стены, независимо от того, были ли заперты ворота, создавая волну террора по всему континенту.

Этот скрытый конфликт стал известен как Война Вздохов, оставаясь в основном вдали от глаз общественности. Единственным свидетельством сражений в тени и темноте становились трупы Безмолвных Антиниумов и [Ассасинов] Дрейков, появлявшиеся на порогах или в зданиях, павшие там, где были убиты. В городах Дрейков жители просыпались и обнаруживали вспоротого Антиниума посреди улицы или голову [Ассасина], положенную рядом с постелью забитого чиновника Дрейков.

Невозможно сказать, сколько [Ассасинов] или Безмолвных Антиниумов погибло в этом конфликте из-за неуловимости обеих сторон, и данный автор воздержался от расспросов в Гильдии Ассасинов по этому поводу из личных соображений безопасности. Однако можно с уверенностью сказать, что потери с обеих сторон были колоссальными, так и что Гильдия Ассасинов на юге Изрила до сих пор не оправилась, в отличие от процветающих человеческих гильдий на севере.

Война между Дрейками и Антиниумом приняла скверный оборот. Хотя натиск Безмолвных Антиниумов был сдержан, армии под предводительством Клбкча Истребителя, Ксорн Малой Королевы и Вримвра Бессмертного казались непобедимыми для всех, кроме самых прославленных [Генералов] Дрейков.

Антиниумы наступали, снова неумолимо захватывая город за городом. Казалось, будто Первая война Антиниумов вернулась с новой силой, и Дрейки вновь оказались в затруднительном положении. И на этот раз их союзники-люди были слишком заняты на севере, чтобы прислать помощь. Видите ли, на севере высадился Некромант, и его прибытие ознаменовалось чумой, охватившей человеческие города, в то время как его армии росли в численности.

Его силы состояли из драугров - продвинутых и невероятно могущественных зомби, призраков, Лордов Крипт, вырвов и, что хуже всего, Костяных Гигантов. Эта мерзкая орда аномалий двигалась всё дальше на юг, направляясь к Лискору и разоряя по пути человеческие земли.

- Боги мёртвые, этот [Писатель] действительно слишком много болтает. Неужели он не понимает, насколько он предвзят? Не то чтобы людям было весело сражаться со всей этой нежитью, знаете ли, - вслух пожаловалась Церия.

- Лично я нахожу невероятным то, насколько пренебрежительно он относится к истинным намерениям Некроманта. Впрочем, я не должен был удивляться; труды Крсисла Словаря никогда не были - как бы это выразиться? - особенно новаторскими. Лучшее, что он может сделать, - это повторять анализы и комментарии других авторов.

В трактире было не так много людей в столь поздний час. Драсси и Лионетта заправляли заведением, а их гостями были Рога Хаммерада, Полуискатели, Мрша и пятеро Воинов Красного Клыка, которые сидели за дальним столом, переговариваясь между собой. Вечер выдался довольно ленивым из-за отсутствия Эрин, пока Пфишес не достал книгу и не начал читать.

Полуэльфийка вздохнула, присаживаясь за стол с Пфишесом, Ксмвром и Ивлон. Она посмотрела на книгу в руках Пфишеса и приподняла бровь, подумав о [Некроманте], которого считала своим другом.

- Невозможно указать на недостатки в его аргументах, не выслушав их сначала. Кроме того, я оскорблен отсутствием знаний в этой комнате! Ксмвр никогда не слышал историю войн Антиниума, юная Мрша и мисс Лионетта получили лишь самые краткие выжимки, а что касается Ивлон и мисс Драсси...

- Я изучала эту войну, Пфишес.

- Ах, образование. И получили ли вы свое чудесное образование из этой книги, мисс Драсси, мисс Байрес?

- Я так и думал. Как прискорбно. Это "историческое повествование" испещрено ошибками. О, полагаю, как форма пропаганды оно имеет некоторую ценность, но как точный взгляд в души тех, кто сражался в войне? Вряд ли.

Церия зарычала на Пфишеса. Она посмотрела на Мршу; Гнолл широко зевала, не проявляя особого интереса к дебатам. Пфишес заметил этот взгляд и нахмурился. Он посмотрел на Мршу, а затем закрутил пальцами.

- Хочешь историю, основанную на фактах, Спрингуокер? Что ж, полагаю, я могу тебе ее предоставить.

Слишком поздно. Свет в комнате приглушился. Церия огляделась: свет от камина, казалось, усилился за спиной Пфишеса, и его тень на стене стала огромной. Мрша подняла взгляд, когда Пфишес щелкнул пальцами, и в воздухе вокруг него вспыхнули искры. Ивлон с ругательствами отпрянул от стола, а Ксмвр пригнулся. Церия лишь отмахнулась от вихря светящихся угольков, пролетевших мимо нее.

Он ухмыльнулся ей, и воздух вокруг него засветился.

Он кашлянул, и его голос стал глубже, резонирующим. Пфишес развернул стул так, чтобы оказаться лицом к Мрше и воинам Красного Клыка, которые все как один с внезапным интересом уставились на него. Он сделал драматичный жест, и тени на стене за его спиной начали расти, пока он говорил.

- Мы это знаем. Переходи к сути.

- Пока Антиниум сражался, Некромант сеял хаос в человеческих городах на севере. Он шел на юг, и его маленькая армия мертвецов росла с каждым днем. Однако его целью никогда не был какой-то один город людей - нет. Он двигался на юг, к землям Дрейка, с определенной целью. И не просто чтобы всё разрушить.

Церия усмехнулась, заставив Пфишеса замолчать и снова нахмуриться. Она улыбнулась, но осеклась, заметив, что Ксмвр приложил палец к губам. Оглядевшись, она поняла, что она единственная, кто не воспринимает Пфишеса всерьез.

Желаква наклонилась над своим столом с видом непринужденного интереса. В другом конце комнаты гоблины тыкали пальцами в теневые иллюзии, созданные Пфишесом, и пытались повторить их своими руками.

- Некромант? Он желал сокровищ Городов Стен, разумеется. Однако не тех, что находились внутри самих городов. О нет. Он хотел секреты самих стен.

Драсси прервала его, помахивая когтем в воздухе. В комнате стало чуть светлее, и Пфишес выглядел недовольным. Он многозначительно откашлялся, пока Дрейк обходила комнату, собирая тарелки.

- О правда? Ты знаешь секрет того, как были построены Города Стен? Что ж, считай меня впеч...

- Мрша! Перестань!

- О да. Секрет существует. Но, как я и сказал, он скрыт. Давайте взглянем на факты: последний Город Стен был построен как раз тогда, когда закончилась эпоха Драконов. Когда Драконы ушли в тень, и численность их вида в целом сократилась. Города Стен должны были защищать от Драконов, и хотя многие из них пали за прошедшие тысячи лет, те, что всё ещё стоят, обладают такой же прочностью, как и в стародавние времена. Какая магия могла продержаться так долго? Нет - какие материалы могли удерживать такие чары, не теряя в силе? Камень слаб перед натиском лет. Но что, если был другой ингредиент, другая часть стен, которая дала им их мифическую прочность? Вот что обнаружил Аз'кераш, чего он желал превыше всего.

Желаква прошептала своим товарищам по команде, пока все остальные подались вперед. Заговорил Ксмвр, его голос дрожал от предвкушения.

Церия решила, что пнет Пфишеса, если у того не окажется подходящего ответа. [Некромант] огляделся, его глаза блеснули в свете костра.

После слов Пфишеса по всему трактиру пронесся вздох изумления. Церия замерла, занеся ногу для удара. А затем все вздрогнули от грохота разбитой керамики. Драсси выронила стопку тарелок, которые несла. Она уставилась на Пфишеса, не замечая Лионетту, которая вскочила на ноги, чтобы проверить, не ранена ли Драсси.

Пфишес кивнул, удовлетворенно улыбаясь, пока все с открытыми ртами смотрели на него. Он поднял палец, и осколки тарелок взмыли в воздух, аккуратно сложившись стопкой на столе.

- Но он потерпел неудачу. В этом же суть, верно? Он так и не продвинулся дальше Лискора.

- Естественно, планы Некроманта провалились. Его армии действительно прошли мимо Лискора, пока он осаждал город, и нанесли огромный ущерб землям дрейков, но он не достиг своих целей, потому что не учел другой фактор в этой войне.

- Гоблинов?

- Именно так. Гоблины. Или, если быть точнее, Король Гоблинов.

Антиниум на юге. Некромант на севере. Казалось, Изрил погрузился в хаос, но в сердцах Дрейков не было отчаяния, пока они давали отпор ненавистному Антиниуму. Война была выигрываемой, и действительно, если бы Люди смогли проявить твердость, Антиниум можно было бы победить снова. Такое настроение преобладало. По крайней мере, до прибытия Короля Гоблинов.

Это и был генеральный план Короля Гоблинов. Вот почему он захватил столько портовых городов - не для того, чтобы создать плацдарм, а чтобы бежать через море к более легкой цели! И наивные командующие Балероса, многохваленые наемнические компании, дали ему время построить достаточно кораблей для его армий в своем осторожном наступлении.

Армии Короля Гоблинов пересекли океаны из Балероса, одержав две заметные победы в море. Первая была против флота Минотавров, присланного с их островов, а вторая - у Вистрама. Самоуверенные Минотавры рассчитывали уничтожить Короля Гоблинов, но их корабли не смогли противостоять его Лордам Гоблинов и самому Королю Гоблинов.

Девять Лордов Гоблинов плыли вместе с Королем Гоблинов, и каждый обладал разными способностями. Некоторые были печально известны своей мощью, как Грейдат Клинков или правая рука Короля Гоблинов, Лорд Гоблинов [Шаман], известный как Таллис Сокрушитель Штормов. Другие были менее примечательны, но истинный ужас их способностей проявился во втором сражении, когда силы Вистрама попытались прервать переход Короля Гоблинов.

Поражение Архимага Вистрама стало поворотным моментом в восприятии угрозы Короля Гоблинов во всем мире. Другие народы, считавшие себя далекими от этой борьбы, начали отвечать на просьбы о военной помощи. Но для Изрила это оказалось слишком поздно. Король Гоблинов высадился с основной частью своих сил в Кейп-Хитшелл на северо-западной оконечности Изрила. Оттуда он начал вторгаться в земли Людей с яростью, превосходившей ярость и Антиниума, и Некроманта.

Эта армия встретилась с авангардом Короля Гоблинов в открытом сражении через три дня после высадки его сил. По всем свидетельствам, в течение десяти минут солдаты Короля Гоблинов разгромили человеческую армию, и Король Гоблинов лично обезглавил Фульвиоло и Петрию, в то время как Ульве Терланд удалось спастись.

Отчаяние пришло к Людям, и приняло оно облик Гоблинов, а не нежити Некроманта или Антиниума. Армии Короля Гоблинов сметали любое сопротивление Людей, продвигаясь к тому, что многие считали столицей Людей - Первому Причалу, их старейшему и величественному городу на континенте.

Таким образом, Пять Семей и каждый благородный дом в радиусе шестисот миль от города собрали свои силы для отчаянного последнего рубежа у городских стен. Восемь Лордов Гоблинов осаждали город в течение трех недель, возглавляя атаки, которые оборачивались кровавыми банями для обеих сторон. Но они не смогли взять город одной лишь грубой силой оружия. По крайней мере, поначалу.

Каждый из пяти домов открыл свои гарнизоны и отправил своих наследников на фронт. Среди них леди Магнолия Райнхарт и лорд Тирион Велтрас наиболее выделились своими достижениями во время войны. Именно лорд Тирион взял на себя командование обороной города, проявив себя как выдающийся военный лидер, в то время как леди Магнолия сплотила остальную знать земель для защиты их дома. И именно она применила тактику, рожденную из чистого отчаяния, когда силы Короля Гоблинов начали подавлять защитников города.

В этот момент читателям, не знакомым с человеческой культурой, потребуются некоторые пояснения. Особенность Людей заключается в том, что женская часть населения, особенно знать, отказывается принимать участие в большинстве сражений, если только они не прошли специальную боевую подготовку. Идея гендерного разделения, разумеется, совершенно чужда Дрейкам, Гноллам и большинству других видов, но она остается романтизированным человеческим представлением. И действительно, до этого момента, хотя каждый [Лорд] принимал участие в боях, ни одна [Леди] не вступала в битву лично.

Эта дерзкая тактика удивила Короля Гоблинов, так же как и необычное мастерство и мужество человеческих защитников, что было редкостью для их вида в целом. Однако он быстро осознал природу этого контрудара Людей и реализовал свой собственный план по уничтожению последних остатков человеческой надежды. Король Гоблинов приказал своим вассалам атаковать относительно беззащитных [Леди], скрывающихся за передовой линией. И тогда началась резня, известная в мире как Жертва Роз.

Эта доблестная защита своего дома ценою собственных жизней стала определяющим моментом в сопротивлении Людей против Короля Гоблинов, символом, продемонстрировавшим мужество Изрила даже перед лицом подавляющего превосходства. Жертва Роз стала боевым кличем по всему Изрилу и до сегодняшнего дня воспевается как определяющий момент отваги.

- Перестань это читать.

Она читала историю второй войны Антиниумов в изящно переплетенной розовой книге, лежа в постели, которую её [Рыцари] тащили десять миль до самого лагеря. Теперь она закрыла её; её руки слегка дрожали под взглядом Томаста.

В её глазах вспыхнул её притчальный вспыльчивый нрав. Томаст, известный своим молчанием и отсутствием гнева в противовес настроениям жены, лишь покачал головой.

- Но так написано, верно? Этот [Писатель] из Дрейков считает нас, человеческих [Дам], трусихами. А может, мы и есть? Не поэтому ли ты отправляешь меня прочь, вместо того чтобы позволить мне наблюдать за битвой?

- Допустить? Я твоя жена.

- Ты моя жена. А это война. Командует генерал Шивертейл - он не может допустить, чтобы непредсказуемые элементы вмешивались в его стратегию.

- Я знаю. И знаю, что ты умеешь сражаться. Но не в этот раз. Пожалуйста, перестань читать о прошлом.

- Почему мне нельзя читать, Томаст?

- Но так написано!

- Мы сражались, Томаст! Все мы! Мы сражались и умирали, и этот высокомерный червь, этот Дрейк, имеет дерзость ставить под сомнение нашу храбрость! Как будто мы не знали, что наши солдаты гибнут? Но мы всё равно погибли, и ради чего? Если история помнит нас так, не лучше ли было бежать? Чтобы нас помнили трусами, но мы остались бы живы? Чем... чем вот это?

- Это неправда. Ты это знаешь. И я это знаю.

Муж молчал, спокойно сидя, пока Бетал кричала. Она хотела, чтобы он закричал в ответ, но обнаружила, что ей трудно смотреть на него. Перед глазами всё - плыло.

- Мы... мы знали, что произойдет, Томаст. Магнолия говорила нам. Она сказала... мы все согласились. Никакой пощады. Никакого милосердия. Но мы всё равно это сделали. Мы... мы...

Томаст протянул руку и обнял Бетал. Её плечи задрожали. Она продолжала говорить, запинаясь, задыхаясь, но заставляя себя произносить слова.

Она разрыдалась. Томаст крепко прижал Бетал к себе. Она шептала, и слезы катились по её лицу.

- Это неправда.

- Скажи это еще раз. Громче, пожалуйста.

Голос [Шевалье] окреп, и Бетал склонила голову. Время тянулось медленно, и дрожь в её теле утихла. Томаст предложил ей платок, чтобы она вытерла лицо и высморкалась. Бетал сделала это, а затем повернулась к Томасту с едва заметной улыбкой.

- О?

- Я всё ещё помню, что ты написал. А ты? Я повторю. Я выучила это наизусть.

- Ты написал тому ужасному Дрейку. Тому Словочерпателю. Ты написал... о, как там начиналось? Ах да, "Многоуважаемый сэр".

Я пишу вам по поводу недавно опубликованной вами популярной книги под названием "Вторая война Антиниума, история". Я не согласен с несколькими отрывками в вашем историческом повествовании, в особенности с теми абзацами, где вы ставите под сомнение жертву [Леди] Изрила во время Жертвоприношения Роз.

Верю, что вы отзовете свои комментарии и в кратчайшие сроки принесете публичные извинения, чтобы не наносить дальнейшего позора этому историческому отчету. Ваша атака на мужество павших - позор для вашего сословия и для самой истины. Раса не имеет значения. Честь и храбрость, проявленные Дрейками, Людьми, Гноллами и всеми остальными видами во время войны, не должны ставиться под сомнение, тем более кем-то, кто не сражался ни в одной из этих войн. Я был там, и я никогда не забуду их жертву.

Томаст Венирал, [Фехтовальщик]

- М-м. Я жалею, что написал это. Я был молод, и это лишь разозлило его. За неделю меня вызвали на восемь дуэлей.

Бетал крепко сжала руки Томаста, её глаза пылали.

Голос ее снова сорвался. И снова Томаст обнял её. На этот раз он осторожно поцеловал её в обе щеки, а затем в губы. Голос Бетал дрожал.

- Вы остановили.

- Томаст? Поцелуй меня, пожалуйста.

Как бы то ни было, оборона Первого Десанта и последующая Жертва Роз ослабили натиск Короля Гоблинов. Потеря первого из Лордов Гоблинов потрясла Короля Гоблинов, и он отступил, когда стало ясно, что Люди закрепились слишком прочно, чтобы выкорчевать их без потери части собственной армии. Вместо этого Король Гоблинов приказал своим Лордам начать кампанию по выжженной земле, уничтожая фермы и более мелкие цели, пока сам поддерживал осаду, намереваясь изморить Людей голодом.

Их смерти, наряду с гибелью соответствующих им [Лордов], привели к вакууму в рядах землевладельческих классов в землях Людей, который сохраняется и по сей день. С другой стороны, те [Лорды] и [Леди], которые пережили Вторую войну Антиниума, достигли высоких уровней и включили огромные территории в свои поместья.

Магнолия Рейнхарт, одна из ведущих фигур Первой войны Антиниума, возглавила контратаку своих сил из поместья против войск Короля Гоблинов. Несмотря на то, что она направила практически всех солдат своей семьи на оборону Первого Десанта, она появилась спустя две недели после Жертвы Роз с другой армией численностью в сто тысяч.

О Короне Цветов известно немного, так как её силы являются тщательно охраняемым секретом. В самом деле, они считаются настолько могущественными, что Магнолия Рейнхарт была вынуждена вести переговоры с Гильдией Ассасинов, чтобы гарантировать, что ни она сама, ни артефакт не станут целью в течение войны. Это был первый случай, когда она заключила сделку с Гильдией Ассасинов, но в дальнейшем это привело к тому, что в годы после Второй войны Антиниума она стала широко использовать [Ассасинов]. Но это уже не относится к делу.

Как бы то ни было, перерыв в сражениях дал силам короны достаточно времени для воздействия. Армия конструктов, призванная Короной Цветов, выросла из земли, собралась вокруг поместья Рейнхартов близ Первого Причала и двинулась на юг. Они атаковали застигнутую врасплох армию Короля Гоблинов и, совместно с защитниками-людьми, заставили его отступить.

Внезапное отступление сил гоблинов могло быть вызвано отсутствием Короля Гоблинов на поле боя в то время. Уверенный в способности своих Лордов Гоблинов поддерживать осаду, он исчез с полей сражений. Сообщалось, что Король Гоблинов быстро переместился на юг с небольшим отрядом, entered в Высокие Перевалы. Там он исчез на восемь дней.

Примечание на данном этапе. Хотя я писал исключительно о дрейках и людях, было бы неправильно писать дальше, не коснувшись вклада - или, скорее, отсутствия такового - вида гноллов в этот период. Племена гноллов действительно принимали участие в сопротивлении продвижению Антиниума и в некоторых количествах сражались против Короля Гоблинов, но в основном они выполняли оборонительную роль, как и в Первой войне Антиниума.

И всё же, пока его армии двигались на юг, Некромант почти не встретил сопротивления со стороны гноллов, которые, казалось, больше боялись его продвижения, чем были в ярости. Племена гноллов внесли малый вклад в защиту земель и действительно заметно отсутствуют в большинстве крупных сражений Второй войны Антиниума.

Лапа Кршии хлопнула по страницам книги. Гнолл-[Лавочница] громко зарычала и оскалилась на текст, вставая и расхаживая по своей квартире.

Она швырнула книгу на пол и топнула по ней, прежде чем поднять её и проверить, не повреждена ли она.

Нехотя Кршия раскрыла книгу и продолжила чтение, хотя её хвост в ярости мотался из стороны в сторону.

Именно там армии Некроманта осадили город дрейков, фактически разрезав континент надвое. Дрейки не могли помочь людям, и наоборот. Возможно, всё это и было сделано в помощь Королю гоблинов, ведь это означало, что ни одна из сторон не сможет поддержать другую, пока гоблины пользовались Высокими Перевалами. Тем временем силы Некроманта рассредоточились, направляясь к югу от Кровавых Полей и собирая новые тела для своей армии.

Лискор никогда не падал под натиском осады с момента своего основания как города-государства. Природный ландшафт города в сочетании с передовыми стенами и мощной армией позволял им с легкостью отражать большинство штурмов. Однако Некромант привёл к стенам Лискора армии могущественной нежити и вышеупомянутых Костяных Гигантов. Армия Лискора была вынуждена сражаться с нежитью прямо на стенах и смогла убить гигантов лишь огромной ценой. И хотя гигантам Некроманта не удалось пробить стены Лискора, они нанесли такой страшный ущерб, что у Лискора не осталось надежды отразить нападение нежити в одиночку.

И пришло оно от не кого иного, как от Зела Шивертейла, самого Разрушителя Приливов. Дрейк-генерал услышал о бедствии Лискора и оставил свои сражения с Антиниумом, чтобы двинуться на север. Он, бывший ученик и друг генерала Ссериса из Лискора, не мог оставить народ Ссериса в час нужды. Шивертейл шел не один: к нему со своими армиями присоединились ещё три генерала-дрейка, и они пробили путь к Некроманту, атаковав его армию у Лискора.

В первый день Аз'кераш убил генерала Хекисса. На второй пал генерал Вуссо, а два часа спустя - генерал Миса. Остался только Зел Шивертейл, в то время как силы Некроманта грозили раздавить и город Лискор, и нападавшую армию.

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 4)

Дорогие читатели, в моей натуре нет склонности к преувеличениям или лжи. Я, Крсисл Словарь, стремлюсь представить вам максимально беспристрастный отчет. Однако я не могу подавить патриотическую гордость за свой народ. И следующее описание Осады Лискора Некромантом, Аз'керашем, почти невозможно изложить, не оценив всю тяжесть положения, отчаяние и, прежде всего, надежду и мужество, проявленные храбрыми Дрейками Лискора и самим героем Зелом Шивертейлом.

И что же делало высшее командование Дрейков? Ничего! Они сражались с Антиниумом на всех фронтах, а теперь еще и столкнулись с вторжением Короля гоблинов. Кого они могли послать? Кто мог собрать армию, достаточно сильную, чтобы уничтожить Некроманта и снять осаду?

Эта техника "стакирования" высокоуровневых командиров и лидеров с огромным успехом использовалась по всему миру; в самом деле, в последней войне Изрила и Терандрии человеческие армии были жалко разгромлены превосходящими силами Дрейков, которые отправляли в каждый бой несколько [Командиров], что позволяло им использовать тактику, основанную на Навыках, и повышать боевое качество своей армии далеко за пределы возможностей армий Терандрии. (Конечно, индивидуальные способности каждого солдата Дрейков по сравнению с человеческими солдатами также могли сыграть роль в таких победах.)

Как? Как он мог с таким пренебрежительным изяществом сразить гордость Дрейков? Похоже, что Дрейки, Люди и, возможно, даже Лорд гоблинов и Антиниум недооценили его. Некромант не был простым отвлечением от войны - он сам был полноценным фронтом! Он обладал магическим мастерством, чтобы уничтожать вражеские армии и [Генералов] издалека; защищенный своей нежитью, он мог сражаться в свое удовольствие, с легкостью захватывая города.

Тем не менее, надежда на спасение Лискора превратилась в кошмар, когда армия Дрейков, посланная освободить город, оказалась на грани полного уничтожения. И, возможно, так бы и случилось. Некромант приказал своей нежити окружить армию и Лискор, надеясь еще больше раздуть свою бессмертную орду. Но ему не удалось уничтожить армию Дрейков ни на третий день, ни на четвертый, ни в какой бы то ни было последующий день. По одной простой причине:

Ни магией, ни подавляющим числом, ни засадой! Генерал Зел Шивертейл оставался на поле боя, несмотря на неоднократные натиски Аз'кераша день за днем. Знаменитый [Генерал Линии] отказался отступать, и именно его воодушевляющее присутствие и Навыки не позволили армиям Дрейков и доблестным защитникам Лискора сломаться под сокрушительными атаками Некроманта.

И так битва превратилась в смертельный тупик, поскольку обе армии отказывались отступать. Пока жил Некромант, нежить продолжала восставать, подпитываемая своим темным господином. И пока Зел Шивертейл отказывался пасть, Дрейки продолжали сражаться. И всё же, всё же, дорогой читатель, нежить начала одерживать верх.

Антиниум спускались из своих Ульев, и что еще хуже, армии Короля Гоблинов также начали движение. В отличие от человеческой кампании на севере, Велан Добрый оставил стратегию на юге лишь одному из своих Лордов Гоблинов, хотя и самому могущественному из них.

Великий [Шаман] армий Гоблинов пришел на войну между Антиниумом и Дрейками поздно. Он начал с разграбления портовых городов вдоль западного побережья, а затем медленно двинулся вглубь страны. Армии Дрейков не могли противостоять его подавляющей магической мощи, и он с презрительной легкостью разбивал целые войска. Дрейки по всему континенту впадали в отчаяние, слыша о продвижении Таллиса Громобоя, потому что Антиниум уже осаждали Паллас и Зерес, грозя снова разрезать континент надвое.

- Это не может быть правдой.

- Целая армия? Уничтожена Гоблином?

- Прогуратор Ксрн. Это правда?

Пивр громко настаивал. Он в волнении захлопал крыльями, перемещаясь вокруг костра и пытаясь выхватить книгу, которую читал Терск.

Он вырвал книгу и пробежал глазами по отрывку. Он отпрянул в неверии и повернулся к Ксрн.

- Должна? Почему она должна лгать, Пивр? Потому что тебе не нравится правда? Этот Крсисл Словоплёт преувеличивает свою историю и искажает факты в угоду своему повествованию, но он не выдумывает ложных событий. Таллис Громобой уничтожил первую армию, которую мы послали против него. И вторую, и третью.

- Это... мы же Антиниумы. Нас нельзя так легко победить. Ты ведь был там! В книге сказано, что ты возглавлял первую армию. Как ты мог позволить ему одержать верх?

- Позволил? Я ничего ему не позволял, Пивр. Громобой взял. Такова была мощь Короля Гоблинов и его Лордов Гоблинов. Они уничтожили армию, которой я командовал, и я был бессилен дать отпор. Мы недооценили Гоблинов, Пивр. Мы не знали, на что они способны. Как сказано в книге, Таллис разбил мою армию одним-единственным заклинанием.

Терск подался вперёд, его руки дрожали, сжимая книгу. Он прочитал дальше и не нашёл никаких подробностей о битве. Ксрн посмотрела на него, и холодный свет в её глазах изменился. Они превратились в кружащийся вихрь, массу цветов, исчезающую в одной точке в центре её зрачков. Терск вздрогнул и отвёл взгляд, но голос Ксрн, когда она ответила, был добрым и печальным.

Ксрн смотрела мимо остальных, в глубины костра. Ветер начал усиливаться, пока она продолжала говорить, и голос её словно затерялся в прошлом.

Xrn видела, как в небе возникла спираль, пока армия Антиниум вокруг неё стремительно двигалась по сухим равнинам. Они атаковали армию гоблинов, шли на гоблина-[Шамана], чьи руки сияли, словно солнце.

Солдаты Антиниум, которых десятки тысяч мчались по земле, начали замедляться, теряя сцепление с почвой. А затем они окончательно потеряли опору и поплыли в воздухе. Xrn видела, как они в замешательстве размахивали руками, пока ветер уносил их вверх. Теперь она слышала вой - ужасный звук, который был громче торнадо и глубже рева океана. Небо разорвалось, и её армию затянуло в эту пространственную пустоту.

Лорд Гоблинов расхохотался, и смех его был подобен грому. Xrn обрушила на него пламя, но другие гоблины-[Шаманы] и [Маги] разрушили её заклинания и ударили по ней своими. Она бежала, пока её армия падала вверх.

Когда Xrn закончила свой рассказ, воцарилась лишь ужасающая тишина. Антиниум застыли вокруг костра, и ветер дул так, словно сопереживая истории Xrn. Маленькая Королева подняла взгляд и встретилась глазами с Терском.

- Но как? Как они могли быть такими сильными?

- Если гоблинские лорды обладали такой силой, как же мы смогли победить их, Прогуратор Ксрн? Ведь мы точно не отступали. Антиниум не отступает. Как мы сражались с ними? Как мы победили?

- Это было великое заклинание, которое использовал Таллис Громобой. Он не смог призвать его ни во второй, ни в третий раз, когда мы посылали против него армию. Он всё равно сокрушал наши войска своей магией, но с каждым новым заклинанием он всё больше истощался. Антиниум мог бы заплатить такую цену, забирая его жизнь горами наших мертвецов. Или, будь у нас больше великих воинов древности, больше утраченных технологий, мы могли бы подавить его мощью. Но Великая Королева не выбрала ни один из этих вариантов. Она увидела в гоблинах угрозу и отдала своим Прогураторам три разных приказа. Клбкч, Вримвр и мне было приказано любой ценой сокрушить мощь Короля гоблинов.

Взгляд Пивра был тверд. Мандибулы Ксрн открылись и приподнялись. Она улыбнулась ему и остальным представителям Антиниума и кивнула на книгу.

Гоблины, возможно, не знавшие о ситуации внутри Изрила, должно быть, испытали шок, обнаружив столь многочисленного и бесстрашного врага, уже претендующего на контроль над континентом. Во многом Антиниум напоминал гоблинов своим подавляющим числом, общим отсутствием интеллекта, отвратительностью... но любая надежда на союз между двумя вредительскими видами была разрушена в первой же битве с Таллисом Громобоем. Они стали врагами, что, в свою очередь, облегчило давление на защитников-людей и дрейков, пока эти две силы сталкивались.

А тем временем Некромант был занят в Лискоре, сражаясь с Зелом Шивертейлом. На южном континенте Изрила наступил тупик, дорогие читатели, что, к сожалению, заставляет нас снова переключить внимание на сражения людей с гоблинами на севере.

Несколько Лордов гоблинов двинулись на запад, прокладывая огненный путь через континент. Остальные столкнулись с защитниками-людьми. Новое поколение [Лордов] и [Леди] оказало здесь определенное сопротивление: Лорд Тирион Велтрас продемонстрировал свою военную компетенцию в бою с гоблинами, а Магнолия Райнхарт использовала многочисленные артефакты, чтобы замедлить продвижение гоблинов.

Нирс Асторагон, Титан. Сообщалось, что маленький [Стратег] из Балероса вышел на поле боя и заявил о себе, взяв командование человеческой армией. Неизвестно, как он так быстро добрался через весь мир - особенно учитывая, что за день до этой битвы его видели в Балеросе. Проделать такой путь так быстро практически невозможно, и всё же [Стратегу]-фрэрлингу это каким-то образом удалось. Для справки: самым известным курьерам мира, использующим быстрейшие корабли и артефакты, всё равно требуется не менее четырех дней, чтобы добраться из Балероса в Изрил, и это только морской путь.

И это была не единственная битва, которую выиграл Нирс Асторагон. Крошечный заместитель одного из Четырех Великих Компаньонов быстро взял под контроль человеческие армии в этом регионе и продолжил побеждать или сводить вничью сражения с лордами гоблинов в этой местности. Этот внезапный всплеск активности на востоке дал людям второе дыхание, несмотря на очевидную иронию того, что они возлагали свои надежды на такие крошечные плечи. И всё же автор полагает, что если чьи-то плечи и были способны вынести это бремя, то только плечи Нирса Асторагона, самого Титана Балероса.

Неизвестно, почему Нирс Асторагон решил так рисковать своей жизнью и сражаться с армиями Короля гоблинов в открытую, тем более что Балерос уже находился в процессе отправки армий через море для защиты Изрила. Возможно, чувство вины побудило Титана сражаться напрямую против Короля гоблинов.

Однако, как и у всех героев, не являющихся Дрейками, у Нирса Асторагона, похоже, был фатальный изъян. В данном случае это была трусость, ибо он отказывался сражаться с Королем гоблинов. Велан Добрый появлялся на полях сражений по всему Изрилу, двигая свои армии на восток, юг, север и запад, и его войска одерживали победу за победой, когда он сражался среди них. И всякий раз, когда он появлялся на восточных фронтах, Нирс Асторагон отступал, позволяя Королю гоблинов поглощать города и целые провинции, лишь бы не рисковать каким-либо столкновением с ним.

Когда его спросили о его трусливом бегстве от любого реального конфликта с Королем гоблинов, многохваленый [Стратег] Балероса ответил лишь следующее:

После этого он отказался отвечать на все письма, которые посылал ему этот скромный [Писатель], оставив эту сомнительную страницу истории, к сожалению, пустой. По крайней мере, стратегия Нирса Асторагона выиграла время для людей, но в глобальном масштабе его отступления обеспечили гоблинам равное количество легких побед, что в целом уравновесило его вклад. Была ли его помощь действительно настолько монументальной - вопрос для дискуссий [Тактиков], но этот Дрейк имеет свои сомнения на этот счет.

Нирс нахмурился, глядя на крошечную книгу в своих руках. Он подумывал разорвать её в клочья, но книги стоили дорого, а книги, предназначенные для фрерлингов, было трудно достать. На самом деле они стоили почти в два раза дороже - не из-за затрат на производство, которые были ничтожны, а потому что [Переплётчику] и [Писцу]-фрерлингам приходилось усердно трудиться, чтобы копировать тексты в миниатюре.

Большая мохнатая лапа потянулась вниз и подобрала чайный пакетик. Фолиана, сидевшая за столом Нирса в его покоях, подняла пакетик и принялась его грызть. Чашки для чая у неё не было. Более того, ей вообще нечего было пить. Зато у неё был маффин, который она держала в другой лапе.

- Кто? Автор? Действительно не нравлюсь. Я встречал и мелочных Дрейков, но включить весь этот бред только потому, что я отказался дать интервью и отвечать на все его идиотские вопросы? Это новый уровень низости.

У них двоих была привычка сидеть вместе и отдыхать при любой возможности. В данном случае составляющая "отдыха" была спорной, но Нирс всё равно считал, что важно продолжать чтение. Он хмыкнул, перелистывая страницы в поисках места, где остановился в прошлый раз.

- Возможно, это её планы. Она хотела привлечь нас.

Фолиана потянулась вниз и похлопала Нирса по голове. Он раздраженно оттолкнул её лапу. Она пожала плечами и вернулась к поеданию чайного пакетика. Когда фрерлинг успокоился, он посмотрел на Фолиану и вздохнул.

- Это было бы непросто. Тогда он был силен.

- Стал Королем Гоблинов. Сошел с ума.

- Должно быть в этом что-то большее. Ты виделась с Веланом один раз, Фолиана. Что ты о нем думала?

Нирс хмыкнул.

- Как шахматы? И подземелье?

Титан вздохнул, и Фолиана отломила кусочек своего клубничного маффина и предложила ему. Он взял крошку размером со свою голову и угрюмо ее разжевал.

Фолиана молчала, сидя на своем стуле. Свеча медленно роняла капли воска, пока девушка не начала погрызать и саму свечу. Нирс прикрикнул на нее, и она перестала есть свечу и, наконец, заговорила.

- Я помню, как ты это сказала. Ты отказалась переправляться в Изрил.

- Кроме того, что ты не любишь воду?

- Нет. Почему ты не поехала?

- Я тоже не идиотка. Даже если бы он ел маффины, меня бы убили раньше, чем я успела бы его поцарапать.

- Этот автор действительно невыносим. Да, мы полностью отступали. Но это было в ожидании подкреплений! Которые мы, смею добавить, получили! Ты ведь помнишь, Фолиана? Мы вели переговоры с каждой ротой, которую могли заставить пересечь моря, а затем...

- Я это помню. Тебе нужно поработать над тактом или позволить нашим [Эмиссарам] заниматься переговорами, Фолиана. Не верится, что ты заставила роты действительно согласиться помочь. Как ты это сделала? И только не говори мне, что дело было в маффине.

- Они переплыли море и сражались с Королем Гоблинов из-за маффина?

Меньшее расстояние между Терандрией и Изрилом, а также история самого континента с предыдущим Королем гоблинов, Курулаком Сотни Дней, означали, что обычно недальновидные [Короли] и [Королевы] с самого начала знали об угрозе гоблинов. Таким образом, армия из двухсот тысяч терандрийцев высадилась на северных берегах Изрила в конце лета.

Автор понимает, что идея о пяти тысячах гоблинов, атакующих войско численностью более двухсот тысяч, кажется смехотворной, но Король гоблинов был скроен по тем же лекалам, что и Король Разрушения, Флос. Рассказы о его боевом мастерстве широко известны, и автор опустит любые утомительные перечисления его подвигов в бою. Достаточно сказать, что Король гоблинов был известен тем, что побеждал вражеских [Генералов] и [Магов] в бою, и его элитные гоблины были столь же сильны.

Чистая дерзость атаки на их корабли застала терандрийцев врасплох. Королю гоблинов удалось потопить несколько кораблей, прежде чем терандрийцы прогнали его, и он успешно отбивал терандрийцев в битве за битвой, вновь доказывая тщетность любых надежд, возлагаемых на людей.

Да, даже при поддержке стольких континентов, битва против Короля гоблинов лишь превратилась из проигрышной в равную. Хуже того, возникли опасения, что Таллис Громобой оставит свою кампанию на юге, чтобы поддержать Велана Доброго.

Тот факт, что Королю гоблинов удалась именно та тактика, которая стоила стольких жизней армиям Дрейков, должно быть, ужасно потряс Антиниум, ибо они немедленно прекратили атаки на армии Короля гоблинов и отозвали все свои войска для защиты оставшихся Ульев. Это прекращение нападений позволило Таллису Громобою свободно маневрировать своими армиями, что, в свою очередь, дало ему возможность пройти через Высокие Перевалы и присоединиться к сражениям на севере, если он того пожелает.

Но и всё же Лискор сражался! Вопреки всему, дорогие читатели, Осада Лискора продолжалась не днями, не неделями, а целых три месяца, прежде чем всё достигло критической точки! За это время на стены встал каждый взрослый житель Лискора, а армия Зела Шивертейла продолжала атаковать Некроманта, удерживая боевые линии и защищая Лискор от основного удара его войск.

Какое мужество, какие доблестные поступки должны были witnessed ежедневно! Автор этих строк жаждет оказаться там, чтобы увидеть героизм Дрейков в его высшем проявлении. Несмотря на мрачный час, Некроманту всё ещё не удалось захватить город. И хотя казалось, что решающий удар будет нанесен в любой день, Дрейки всё ещё держались. Отважные, непоколебимые, полные того мужества, которое стало нарицательным для всего вида Дрейков -

Селис Шивертейл вздохнула и подняла взгляд, больше не в силах терпеть этот шум. Она не жила с бабушкой в одной квартире - это был бы кошмар, - но часто навещала пожилую дрейку. Обычно Селис оказывалась в доме бабушки как минимум раз в неделю.

Обычно это не было проблемой, но в такой вечер, как сегодняшний, Селис предпочла бы тусоваться с друзьями. Вместо этого она застряла с бабушкой, слушая скрежет её зубов и хлопки хвоста.

Текшия Шивертейл подняла взгляд. Её чешуя была серее и куда менее блестящей, чем у Селис, но она всё ещё была бодрой и весьма привлекательной с её тёмно-пурпурным окрасом. Она раздражённо хлестнула хвостом, сердито глядя на внучку через стол.

- ...Верно. Но он сказал, что ты злишься, а это плохо.

Текшия ударила кулаком по столу, и Селис подпрыгнула.

- И что с того? Я имею право злиться, особенно когда читаю этот бред!

- Что это? "Вторая история войн Антиниума"? Я думала, автор писал о нас в очень лестных тонах.

Бабушка Селис зачитала вслух возмутительный отрывок, и Селис поморщилась.

Текшия фыркнула, и её хвост раздраженно обвил ножку стула.

- По крайней мере, он считает нас героями. Могло быть и хуже.

- Предки, забери это! Живо принеси мне тряпку, Селис, пока чернила не потекли. Не ту! Это моя хорошая тряпка! Да, вот эту! Неси сюда!

- Называть нас героями почти так же плохо, как трусами. И он совершенно забыл упомянуть, что мы чувствовали! Словно наше положение не имело значения, словно мы могли устоять, несмотря на все шансы! Мы умоляли о подкреплении. Но нет, он хочет, чтобы все думали, будто мы были слишком ленивы, чтобы победить Некроманта, пока тот резал нас день за днем!

- Если этот трус - этот тип, Словесник - когда-нибудь осмелится прийти сюда, мы покажем ему, что мы думаем о его книге "истории". Жаль, что наша армия не находится рядом с его домом, иначе я бы попросила парочку ребят зайти к нему и преподать ему урок.

Селис вскочила со стула и в ужасе уставилась на Текшию. Пожилая Дрейк даже не подумала извиниться.

- Это так же плохо!

- Ни за что.

- Ты права. Вместо этого я отправлю заклинание [Сообщение]. Так гораздо быстрее. Впрочем, по крайней мере, этот Словесник в одном оказался прав.

- Именно Зел Дрожащий Хвост сплотил нас. Без него мы бы погибли. Вот это правда.

Селис наклонилась над столом, вглядываясь в книгу. Текшия наклонила страницу, чтобы Селис могла видеть. Она вздохнула, и её гнев уступил место ностальгии.

"Так странно. Он никогда не упоминает об этом при мне. Когда он приходит в гости, он просто дядя Зел. Он ест пироги, колотит [Головорезов] - я никак не могу представить его великим героем на поле боя".

"Это мои, ты, маленькая вороватая заправка! Если хочешь перекусить, принеси мне тех "печений" или того "торта", о поедании которых ты постоянно хвастаешься! Честное слово, если ты так хорошо знаешь эту человеческую [Хозяйку Трактира], ты могла бы хотя бы принести мне что-нибудь из её кухни! И ты не понимаешь, насколько важен твой дядя, потому что ты никогда не была на поле боя! Если хотела узнать, как это было, почему не спросила его, когда он приходил?"

"Этот вылупившийся. Мы ему благодарны. Но он точно такой же, каким был твой отец. Смущается, когда люди хвалят его за то, что он сделал. Это объясняет, почему он уехал, не навестив меня".

"Один раз! Ха! На поле боя он бесстрашен, но не может вынести моих вопросов о женитьбе! Я твержу ему, чтобы он остепенился с какой-нибудь милой молодой Дрейкой или хотя бы переспал с кем-нибудь - ему же не обязательно на них жениться! Он может оставить после себя несколько птенцов, а затем -"

Селис возмущённо уставилась на бабушку. Старая Дрейка щелкнула хвостом по лицу Селис.

Разглагольствования Текшии замедлились, и она замолчала, внезапно остро осознав, кто её слушает. Хвост Селис замер, и Текшия прочистила горло, избегая её взгляда.

- Нет, я помню.

- Я и правда слишком много болтаю, верно? Я прекращу. Давай поговорим о чем-нибудь более радостном.

- Нет, продолжай. Рассказывай. Ты почти никогда этого не делаешь, и больше никто не расскажет. Расскажи мне, как всё было?

Селис сглотнула. Молодая женщина-Дрейк посмотрела на книгу, а затем на свою бабушку.

Вспышка боли пересекла лицо бабушки Селис. Текшия Шивертейл закрыла книгу и на мгновение зажмурилась. Селис ждала, её сердце сжималось. Тогда она была маленькой. Но она всё ещё помнила, как бабушка вошла в дверь, и её доспехи были покрыты кровью. Помнила, как спросила о родителях и увидела ответ в слезах на лице бабушки.

- Я говорила тебе, они погибли на стенах. Большинство из нас погибло. Хах - Некромант не смог пробить наши ворота, и ему оставалось только посылать волны на стены. Мы сдерживали его копьями и мечами. Топорами тоже. Мы швыряли камни в Драугов, которые карабкались вверх, срубали их прежде, чем они успевали ступить на открытую землю. Потому что когда они выбирались...

Старый Дрейк не сразу ответила. Когда она наконец заговорила, её голос звучал отрешённо.

Её взгляд был устремлён куда-то вдаль. Селис вспомнила звуки, которые доносились из её дома. Неземные крики, грохот магии - единственного, что могло навредить спектральным призракам. И голос её бабушки продолжал звучать, становясь тише.

- Но это был не конец.

- Конечно нет! Твой отец никогда бы этого не допустил. Как и твоя мать. Она уже отстреливала этих Драугров, используя последние зачарованные стрелы. Я говорила ей приберечь их, дождаться удачного момента, чтобы всадить одну прямо между глаз Некроманту, но её стрелы дали нам шанс перегруппироваться. Храбрый идиот. Если бы она приберегла одну стрелу вместо того, чтобы спасать нас, возможно, она бы прикончила призрака. Но он застал её врасплох сзади. А твой отец...

- Твой отец увидел, как Трупоход начал разрывать нас на части. И на стены поднималось всё больше нежити. Некромант понял, что мы вот-вот сломаемся, и бросил в нас всё, что у него было. Ещё минута, и Трупоход сбросил бы нас всех. Тогда твой отец бросился на него. Он использовал Навык - [Таранный удар], этот глупый, глупый прием. И он сбил его со стен. И сам рухнул вместе с ним.

Горло Селис перехватило на следующем слове. Было ли это быстро? Сердце скручивало, как и пальцы, скручивало и скручивало, пока она не подумала, что оно может лопнуть. Но этого не случилось. Было просто больно. Текшия покачала головой.

Голос затих. На мгновение она выглядела совершенно потерянной. Селис обняла её. Текшия замерла, а затем вернулась в реальность. Она простояла неподвижно секунду, и голос её снова обрел привычную резкость.

Она засуетилась на кухне, пододвигая к Селис тарелку с тарталетками. Молодая женщина-дрейк взяла одну и медленно прожевала, возвращаясь из тех мрачных времен. Настроение Текшии тоже пришло в норму, и вскоре она начала ворчать о некомпетентных искателях приключений, которые были сильнее, умнее, быстрее и опрятнее в её молодости.

Селис вздохнула, предчувствуя очередной спор с бабушкой. Она перешла на терпеливый, хотя и слегка напряженный тон.

- И что? Поблагодари его и вышвырни из города, вот что я говорю! Но нет, он всего лишь помеха, а не угроза. Смехотворно. Ты могла бы хотя бы выставить его вон, вместо того чтобы впустить в Гильдию! Если бы твой отец и мать видели тебя сейчас, за руку с [Некромантом]...

Селис закатила глаза, а её бабушка хмыкнула. Она вернулась к книге, перелистывая страницы. И снова прошлое развернулось и пронеслось по комнате, вырвавшись из пергамента и поглотив двух дрейков. Голос Текшии стал мягким, когда она заговорила сама с собой и с внучкой.

- Вот так просто?

Коготь Текшии сжался на чайной чашке так сильно, что керамика треснула. Она этого не заметила. Она пристально смотрела вдаль, и Селис тоже вспомнила. Крики, вопли, а затем ликование.

Селис кивнула. Она смотрела на книгу, которая так лестно отзывалась о Дрейках Лискора, но упустила один из самых важных моментов. Зел Шивертейл действительно был героем Лискора. Но у Лискора был и другой герой, чья история в этом историческом повествовании осталась почти нерассказанной. Именно они сняли осаду, в последний момент избавив жителей Лискора от Некроманта. Самые неожиданные союзники - те странные захватчики с другого континента, из другого мира.

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 5)

Интерлюдия - Войны Антиниума (Часть 5)

"Черный Прилив! Черный Прилив наступает!"

"Собраться вокруг меня!"

Оставался один отчаянный клочок надежды, за который цеплялся Зел. Он развернул грязный кусочек пергамента, присланный Курьером два дня назад - таинственную записку из Верховного Командования Дрейков. В ней было одно простое сообщение, которое привело Зела в ярость и сбило его с толку. После его бесчисленных просьб о помощи они прислали единственный ответ, состоявший из одной строки:

Пергамент смялся, когда Зел сжал кулак. Он уставился на приближающуюся армию Антиниума. Неужели они имели в виду именно это?

"Наша цель - Аз'кераш, Некромант! Солдаты, Дрейки в этой битве - союзники! Ни при каких обстоятельствах не причинять вреда солдатам Дрейков! Сейчас! Цель - позиция Некроманта! Уничтожить его армию нежити! Первый ряд, в атаку!"

Зомби были раздавлены в мгновение ока, в то время как драугры устояли и вступили в схватку с Солдатами. Застывший от ужаса Зел увидел, как одно чудовищное, массивное существо из нежити раздавило Солдата, прежде чем еще двое повалили его на землю. Солдаты топтали павшую нежить, жестоко избивая ее кулаками. Но армия нежити была полна ужасов, и Солдаты замедлились. Снова раздался голос Клбкча, когда тот поднял один из своих мечей.

- Они что, с ума сошли? Они же врежутся в...

- Мертвые боги! Они и правда это делают!

- Третий ряд, в атаку!

- Все силы, за мной! Пора! Бейте Некроманта! Сбейте его с ног!

Аз'кераш держал оборону, пытаясь остановить атаки армий Зела и Клбкча. Но тут открылись ворота Лискора, и наружу вырвалась группа Дрейков. Оказавшись под ударом с трёх сторон, его армия была поглощена. И Зел, пробиваясь сквозь нежить, оказался лицом к лицу с Некромантом впервые и в последний раз в этом сражении.

Аз'кераш выкашивал Дрейков и Антиниум чёрной магией, поднимая их трупы и швыряя их в противников. Он оскалился, увидев Зела, и развернулся, чтобы бежать. Он выпустил угольно-чёрный луч энергии прямо в голову Зела.

"[Антимагический разрез]!"

- Ты, глупец! Ты правда ду-

А затем нежить вокруг Аз'кераша пошатнулась и начала падать. Зел обернулся и увидел, как один из оставшихся Костяных Гигантов начал рассыпаться, не в силах поддерживать форму без маны своего хозяина. Он услышал ликование и поднял окровавленные когти, с ревом празднуя победу. Затем он обернулся и увидел Клбкча, стоявшего на другом конце поля боя; оба его серебристых меча были покрыты кровью. Они встретились взглядами под cheering ликование Лискора, приветствовавшего своих героев.

Эрин резко села, и пустая миска с попкорном упала на пол. Все Антиниум посмотрели на нее, и Клбкч замолчал.

- Вы дрались? Я думала, вы на одной стороне! Разве ты не говорил, что отправился в Лискор, потому что Великая Королева приказала тебе помочь Дрейкам?

- Номинально. Мне было приказано считать некроманта целью и оказывать помощь Дрейкам. Однако мы с Зелом Шивертейлом неоднократно сталкивались до этого. Наша взаимная неприязнь была такова, что мы начали драться даже несмотря на победу. На самом деле, она сохраняется и по сей день.

- Что вы сделали? Я знаю, что вы его не убили, но... вы просто пару раз ударили друг друга?

Клбкч указал на меч слева, а затем замолчал. Он обнажил меч справа и пристально посмотрел на него.

Он посмотрел на разинутый рот Эрин и пожал плечами.

- Но вы ударили...

- Ты перебиваешь рассказ. Тихо.

- Извините. Продолжайте, Клбкч.

- Как я уже говорил, та битва ознаменовала конец угрозы Некроманта, а также конец враждебностей между Антиниумом и Дрейками. По крайней мере, на время войны. За помощь в борьбе с Некромантом и обещание помочь против Короля Гоблинов мы подписали мирный договор. Условия которого включали создание Улья в Лискоре.

Эрин повысила голос. Птица потянулась, чтобы ткнуть её, но Пешка шлепнул его по руке. Два Рабочих уставились друг на друга, пока Клбкч кивал.

Примечательной в тот период была реакция двух полевых командиров в Лискоре. Клбкч Убийца и Зел Шивертейл оба выступили против мира, и между ними произошло несколько стычек, прежде чем их армии разошлись. Однако остальным армиям Антиниума и Дрейков удалось координировать действия без подобных инцидентов. Хотя ни одна армия Дрейков никогда не сражалась бок о бок с армией Антиниума, обе стороны смогли сосредоточиться исключительно на армии Короля Гоблинов и распределить между собой цели.

С Антиниумом. И Людьми. И некоторыми племенами Гноллов. И армиями с трех других континентов, которые высадили свои силы. Но именно Дрейки возглавляли атаки на армии Короля Гоблинов! И именно они в конце концов оттеснили Гоблинов, выигрывая сражения и побеждая Лордов Гоблинов в серии побед!

Частично проблема заключалась в разрозненности сил, сражающихся против Короля Гоблинов. Некоторые, например, терандрианские армии, объединились с Людьми Изрила, создав могущественное войско, в то время как другие группы, такие как балеросские компании, сражались в одиночку на своих фронтах. С Антиниумом, естественно, было невозможно работать, а дисциплинированные армии Дрейков страдали от многочисленных сбоев в связи с другими силами, что приводило к ряду нескоординированных атак и поражений.

Вместо этого каждый из пяти Домов боролся с Королем Гоблинов по-своему. Лорд Тирион Велтрас вёл агрессивную кампанию против Короля Гоблинов своими силами, в то время как Магнолия Рейнхарт сосредоточилась на объединении с силами Нирса Асторагона и поддержании оборонительного периметра, чтобы остановить армии Лордов Гоблинов. Если бы они только работали вместе, Король Гоблинов мог бы пасть раньше. Увы, их разобщенность стоила континенту недель продолжения войны. Типичный человеческий провал, разумеется: поставить собственные корыстные интересы выше общего блага.

Холодный голос прервал повествование. Лорд Тирион поднял взгляд; он сидел в кресле в тёмной, освещённой свечами комнате. Слева от него раздался тонкий голосок.

Тирион Велтрас, знаменитый [Лорд] и наследник семьи Велтрас, посмотрел на маленького мальчика девяти или десяти лет. У мальчика были тёмно-каштановые волосы и слегка раскрасневшееся лицо. В нём боролись юношеская энергия и болезнь, так что казалось, будто его жизненная сила не умещалась в хрупком теле.

Тирион приказал сыну, и тот повиновался, тихо хрипя. Тирион Велтрас помедлил, и на его лице отразилось недовольство, пока он подбирал ответ.

Он перевёл взгляд на книгу, заставив человека, державшего её, вздрогнуть. Однако, если Тирион надеялся, что его слова impressed сыном серьёзность ситуации, он был мгновенно разочарован. Сэммиал возмущённо вскочил и сердито посмотрел на отца.

Лорд Тирион медленно вздохнул и произнёс с явным терпением в голосе:

- Оно отвратительное! Я хочу быть Сэмми!

Глаза лорда Тириона вспыхнули, и Саммиал замялся. Он угрюмо склонил голову и снова лег, дыша тяжелее. Тирион взглянул на сына, а затем повернул голову к другому обитателю кровати.

Другой мальчик в кровати нервно сел.

- Очень хорошо.

- Продолжай, Уллим.

Разумеется, лорд Тирион был слишком занят, чтобы читать сыновьям, поэтому он приказал своему [Мажордому] постоянно их развлекать. Обычно это касалось и времени перед сном, но сегодня был особый случай.

Это было нехарактерно для лорда Тириона, который в последнее время почти не появлялся дома. Смерть супруги создала пропасть между ним и сыновьями. Уллим подумал, что в любом случае он не был самым ласковым из отцов. Даже сейчас он сидел на стуле рядом с кроватями сыновей, а не в них, затачивая кинжал о брусок.

- "...упадочные армии Людей" еще не смогли отразить натиск Короля Гоблинов, что заставило Дрейков вновь прийти им на помощь. Однако казалось, что Велан Добрый был полон решимости сражаться до самого конца, и его лорды-гоблины отказывались сдаваться: они убивали подосланных [Ассасинов], обезглавливали человеческих [Лордов] и [Генералов] и отступали, когда их армиям грозило поражение. Пока Король Гоблинов и его лорды были живы, истинная победа была невозможна.

Уллим перестал читать, и лорд Тирион посмотрел на Хетона. Соответственно своей натуре, он не стал успокаивать сына, а задумался над вопросом так, как он обдумывал любое военное дело.

Он нахмурился, не найдя утешения в том, что должно было стать доброй вестью для его народа.

Он хлопнул себя по колену и резким движением убрал кинжал в ножны на поясе. Хетон и Саммиал смотрели на отца почти с таким же страхом, как и Уллим. Тирион зашагал к окнам и уставился в темную ночь. Именно Саммиал задал следующий вопрос со всем безрассудством молодости.

Уллим вздрогнул, и лорд Тирион отвернулся от окна. Его голос звучал ледяно, когда он ответил:

- Почему? Если он был сильнее всех остальных, разве это не значит, что он должен был победить?

- Война выигрывается числом и стратегией, а не геройством одной фигуры, Саммиал. У Короля гоблинов не было сил сражаться на столь многих фронтах. Несмотря на свои орды, он оставил себя открытым. Уязвимым. Мы не могли победить его главную армию, поэтому калечили его конечности. Мы охотились за его Лордами гоблинов. Запомните это, Саммиал, Хетон. Если враг слишком силен, чтобы сражаться с ним в лоб - обескровливайте его до смерти.

Но кто мог сражаться с Королем Гоблинов лучше? Он был там и видел его падение. Уллим сглотнул и продолжил чтение, пока лорд Тирион пребывал в мрачных раздумьях, вспоминая прошлое и завершение Второй войны Антиниума.

Стратегия, которая покончила с Королем Гоблинов, была проста: уничтожить его Лордов. В конце концов, Король Гоблинов был всего лишь одним гоблином. Как и любому [Королю] или [Генералу], ему требовались подчиненные, чтобы эффективно координировать свою огромную армию. Кроме того, его Лорды Гоблинов были могучими бойцами, и их способность действовать автономно позволяла Велану бросать вызов стольким армиям одновременно.

Настоящим знаком того, что Король Гоблинов находится на грани поражения, стало падение Таллиса Громобоя. Три Архимага Вистрама прижали армию Лорда Гоблинов своей собственной и ввязались с ним в магическую битву, которая длилась два дня и две ночи. На второй день Ксрн Малая Королева и силы Антиниума атаковали с фланга Лорда Гоблинов. Считается, что непредсказуемая магия Ксрн в сочетании с мощью Архимагов Вистрама сокрушила Таллиса Громобоя. Когда гоблин-[Шаман] пал, он высвободил шторм, который терзал Изрил проливными дождями и ураганными ветрами целую неделю. Но он был повержен.

Восемнадцать рот из Балероса. Армия [Рыцарей] из Терандрии. Закаленные в боях силы из Рхира. Небольшой отряд из королевств Чандрара. Мощь Вистрама. Люди Изрила и, конечно же, славные армии городов Дрейка. Именно эта сила вступила в решающую битву с Королем Гоблинов, пока более мелкие отряды отвлекали его Лордов Гоблинов.

Битва началась с прямой атаки шести [Генералов], армии [Рыцарей] и конных искателей приключений, включая трех Именных Авантюристов, на Велана Доброго. Они пытались одолеть его силой оружия - и потерпели неудачу.

Король Гоблинов не знал, что отдельно от основной армии, сражавшейся с его войсками, был создан особый отряд. Его возглавляли три Архимага Вистрама, и большинство высокоуровневых [Магов] и [Луков] начали обрушивать смерть на его позицию, пытаясь уничтожить Короля Гоблинов с дистанции.

Король Гоблинов пережил воздействие заклинаний по области и стрел, призванных забрать его жизнь. Однако его личная неуязвимость не распространялась на его армию, и его авангард был выкошен до последнего гоблина мощными заклинаниями, сосредоточенными на его позиции. Теперь Король Гоблинов оказался в опасном положении. Его армия подвергалась массированным атакам отряда под предводительством Архимагов, но любая попытка атаковать их позицию приводила к уничтожению.

- Нет!

Единственная пленница из Дрейков сидела в шатре Лорда Гоблинов, наблюдая за тем, как гоблины читают собственную историю. Они не знали её, и это удивило её. О, в общих чертах они знали. Они знали, что их Король был убит, но не знали как. Теперь Снапджо оскалила свои металлические зубы, рыча.

Честно? Остии захотелось рассмеяться ей в лицо. Что такое честность в бою? Но она промолчала, чувствуя, что атмосфера в шатре была убийственной.

- Как? Как это случилось?

- Тут сказано... Гоблины гибнут. Маги из Вис... Вистрама атакуют. Убивают тысячами. Король Гоблинов видит. И он... он...

- Говори! Говори!

Снапджов покачала головой. Голос прервал гоблинов, которые изводили её расспросами.

Заговорил гоблин, стоявший в стороне от остальных. Остия огляделась и увидела стоящего у входа в палатку Лорда гоблинов. Её глаза сузились. Он не читал книгу - он просто слушал, пока гоблины мучительно читали страницу за страницей. Откуда он мог знать?

Слёзы. Прозрачные, они текли по его лицу из белых зрачков. Обычные слёзы, горькие и полные сожаления. Лорд гоблинов ответил вместо Снапджов.

Слеза упала из глаз Лорда гоблинов, и он поймал её. Она мерцала в его руке. Влажная. Память. Лорд гоблинов прошептал в наступившей тишине:

Архимаги Вистрама обрушили на него смерть. Они разрывали землю и высвобождали магию, сжигавшую сам воздух. Они били его молниями, опутывали магическими сетями, а более слабые [Маги] и [Лучники] заполняли небо огненными шарами и стрелами.

Но он всё равно шёл вперёд. И здесь мы подходим к одной из тайн Второй войны Антиниума, к одному из тех моментов, где история явно изменила свой ход. Из-за случая, дорогие читатели. Король гоблинов приближался к первым рядам магов, неостановимый. И одно единственное слово отделяет эту историю от триумфа, превращая её в повествование об отчаянии.

Если бы Велан Добрый выжил и обрушился на ряды магов, битва могла бы быть проиграна, несмотря на объединенные армии. Его Лорды Гоблинов еще не начали гибнуть, и Архимаги Вистрама вполне могли решить бежать, вместо того чтобы лично противостоять Королю Гоблинов. И если бы они так поступили, их выживание не было бы гарантировано, учитывая то, как Велан выстоял под их самыми смертоносными заклинаниями с дистанции. Если бы он выжил, Велан мог бы собрать свои силы и перерезать союзные армии, сплотив своих Гоблинов и обрекая Изрил.

Одинокая стрела точно в глаз.

По сей день смерть Велана Доброго остается спорным моментом как среди [Стратегов], так и среди [Тактиков]. Многие утверждают, что Велан Добрый не должен был погибнуть таким образом, независимо от удачи. Хотя общеизвестно, что случайная стрела или клинок могут убить любого, кроме самых защищенных воинов на поле боя, многие [Стратеги] спорят, что Король Гоблинов должен был уклониться от выстрела.

В сочетании с навыком [Пронзающий выстрел] ее стрела имела хорошие шансы пробить даже кожу Короля Гоблинов в упор. То, что она попала ему в глаз, привело к смертельной травме - и всё это считается достоверным большинством участников данной дискуссии. Суть проблемы в том, что Король Гоблинов не уклонился от стрелы, что, по мнению большинства [Стратегов], он должен был суметь сделать.

В конце концов, слава полуэльфийки, убившей Короля Гоблинов, привела к тому, что Элия Арксингер стала известна как одна из величайших Именованных Искателей приключений этой эпохи. Титул Цареубийцы и ее знаменитый навык [Выстрел, обрывающий линию], полученный за убийство Короля Гоблинов, действительно указывают на то, что заслуга в смерти Короля Гоблинов принадлежит Элии Арксингер и никому другому. И всё же многие [Стратеги] спорят об этом событии по сей день.

- Но это же так подозрительно!

- В этом-то и весь смысл! Если Король Гоблинов должен был выжить, почему он этого не сделал? Это было заклинание, Навык или что-то еще? Было ли это предательство, как предполагают некоторые теории? Или заклинание Архимага? А как же интервью, где Элия Арксингер сама сказала, что не знает, почему Король Гоблинов не уклонился? Не смей замалчивать все важные детали, ты, яйцеголовый придурок!

- Как это случилось? Почему? Почему он погиб там, когда должен был победить? Это была просто удача? Серьезно? Или что-то другое?

- Это ужасный исторический отчет. Надеюсь, никто не воспринимает его всерьез.

Только гоблины знали правду. И даже тогда лишь Король Гоблинов мог бы объяснить, почему это случилось. Но это случилось. И всё.

Хотя читателям может показаться забавным представлять гоблинов, испытывающих какое-либо горе, похоже, что именно так и было: гоблины бежали, их боевой дух был сломлен гибелью своего Короля. На этом последняя битва Второй войны Антиниума была выиграна. Некромант был уничтожен, Король Гоблинов сражен, а Антиниум был усмирен. По крайней мере, на какое-то время.

История закончилась. Король Гоблинов погиб на страницах так же, как и на поле боя, и по всему миру читатели закрыли книгу и подняли глаза.

А некоторые, как Эрин и Антиниум, просто закрыли книгу и какое-то время сидели в тишине, впитывая этот рассказ о том, что было. Это была несовершенная история, верно, но в ней были крупицы правды. Эти читатели пребывали в моменте самопознания, пока время странно текло вокруг них, и на одну секунду им показалось, будто они видят сами нити судьбы, которые привели к этому моменту в истории.

Жизнь продолжалась, иногда опираясь на прошлое, иногда пребывая в блаженном неведении о нем. Попытки Эрин Солстис утешить Солдата и объяснить, что Шарлотта была особенным пауком, были бы забавными, хоть и сбивающими с толку, но эта история была лишь фоном. Повествование еще не закончилось, и одна пара читателей продолжала. Они перевернули страницу и продолжили историю, читая заключительные заметки Крсисла Словаря.

И всё же, каким же трудным был этот мир! И какой ценой! Поход Велана Доброго, возможно, и не был столь разрушительным, как путь уничтожения последнего Короля гоблинов по Терандрии, но он определенно стал катастрофой для людей. Что еще важнее, сражения с Некромантом, Антиниумом и гоблинами опустошили любимые города Дрейков, и на их восстановление уйдут годы.

Почему героический народ Лискора позволил этому случиться - выше понимания этого автора; действительно, армия Лискора критиковала, а затем и сопротивлялась этому шагу, что привело к разрыву между общественностью и армией. Впоследствии лискорская армия редко возвращалась в родной город и проводила много времени в походах. Настоящий позор.

Я надеюсь, что эта книга послужит предупреждением для читателей об Антиниуме и даст им более глубокое понимание жертв Дрейков. Мы должны стоять вместе против угрозы Антиниума. Поодиночке мы лишь добыча для таких угроз, как гоблины. Пусть эта история станет записью: Антиниум был нашим врагом однажды, и нашим союзником по расчету во второй раз. Но они никогда не будут нашими друзьями. Они остаются захватчиками, и мы должны им сопротивляться. И мир должен оказать нам помощь, иначе падение Дрейков станет погребальным звоном для всего мира.

- Крсисл Словарь

- Какая ужасная книга. Зачем вы заставили меня перечитывать её снова?

- О, ради перспективы. Мой дорогой генерал Шивертейл, не говорите мне, что вы против такого великолепного пересказа истории Дрейков?

- Вообще-то, против. История должна быть беспристрастной, а не предвзятой, и уж точно не должна прославлять один вид, оскорбляя другие. Мы все сражались с Королем Гоблинов - утверждать, что какой-то один вид сделал больше, значит оскорблять всех нас.

- Предки.

Леди Магнолия и её [горничная] Ресса сидели в палатке Зела так, будто в их присутствии не было ничего странного. Они заглянули к нему без предупреждения ранее тем же вечером, и леди Магнолия буквально навязала Зелу книгу по истории. Он пожалел, что не отказался.

- Я? Я бы не поставила своё имя на этой книге, даже если бы Крсисл Вордсмит заплатил мне.

- Я думал, это вы её финансировали.

- Я заплатила Крсислу Словотворцу за написание истории Первых Войн Антиниума вскоре после их завершения. Он был рьяным молодым [Писателем] и блестяще справился с работой. Книга получила широкое признание, как вы знаете.

- Боюсь, слава вскружила ему голову. Он решил взять деньги, которые принесли ему богатство после первой книги, и вложить их во вторую. Он писал вторую как патриот, полагая, что это сделает его любимцем народа. Вместо этого он заслужил критику своих же соплеменников. Хотя у него всё ещё есть немало Дрейков, которые считают его хорошим писателем. Я пыталась убедить его написать более беспристрастную историю, но, боюсь, он меня просто ненавидит.

- Это никому не поможет. Ответ прост, и автор должен был его увидеть. Мы должны сражаться вместе. Именно так мы победили Короля Гоблинов. Мир между людьми и Дрейками важнее, чем гордыня.

- Если бы вы в это верили, зачем приглашали меня сюда? Нет, Антиниум не верит в мир. Как и Некромант.

Дрейк замолчал. Он не знал, откуда Магнолия это услышала, но это его не удивило. Он подумал о Клбкче, и его когти сжались в кулаки. Но затем он вспомнил о Пешке и покачал головой.

- В самом деле. Тем не менее, эта мысль существует, и я хочу, чтобы вы знали о возможностях, которые там открываются. Однако вы правы. Великая Королева Антиниума правит своим видом и она... беспокоит меня. Она ухватится за любую возможность, которую сочтет подходящей.

- Мм. В следующий раз мы подумаем об использовании заклинания. В этот раз я намерен убедиться, что он мертв. Но вы понимаете, почему я до сих пор не пустился в погоню за ним.

- Ну, да. Честно говоря, проблема в том, что и он, и Антиниум находятся к югу от Лискора. Предположим, Дрейки напали на одних. Другие наверняка воспользуются этой возможностью, чтобы втянуть Дрейков в войну на два фронта.

- В самом деле... но я боюсь, что помощь Людей может вообще не появиться. Многие человеческие [Лорды] и [Леди] оставили бы ваш народ сражаться в одиночку в надежде налететь и победить выжившего. Или, что еще хуже, эта помощь могла бы обернуться кинжалом в спине, если бы Лорд Тирион повел армию на юг от Лискора. Знаете, он всё ещё мечтает покорить Изрил.

Зел вздохнул. После стольких исторических подробностей он почувствовал себя старым. Он прожил большую часть этого времени, верно, но сейчас это казалось другой жизнью. Он был так стар. Он всё еще помнил Первую войну с Антиниумом. И Вторую... Зел задумался, доживет ли он до третьей. Он не хотел третьей, но какой еще был выбор?

- Где был ваш могущественный союзник-маг во время Второй войны с Антиниумом? Принимал ли он участие в сражениях? Или он родом с другого континента, как Нирс Асторагон?

- Он... освободился от участия в войне. Гоблины не являются его врагами, и он отказался сражаться с ними, к моему глубокому неудовольствию. Впрочем, ему удалось задержать Короля гоблинов в Высоких Перевалах на несколько дней. Полагаю, за это ему стоит отдать должное.

- Она вам нужна?

Зел встал. Он зашагал вокруг стола, глядя на маленькую карту. Так близко. Он отметил продвижение Лорда гоблинов относительно своей армии. Магнолия Райнхарт повернулась к нему. Её нога слегка подергивалась, когда она задала вопрос, который наверняка был в голове у каждого.

- Послезавтра. Или завтра, если он действительно погонит войска. Хотя он этого не сделает. Так что в какой-то момент послезавтра. Днем, ночью... если потребуется, я заставлю его вступить в бой днем. На этот раз я не позволю ему выкидывать трюки с нежитью. Это будет честный бой.

- Я предоставила вам все инструменты, которые были в моем распоряжении. Завтра мы еще раз пройдемся по всем ресурсам моего поместья. Если вам что-то понадобится...

- Боевые големы, тот магический артефакт... я всё изучил. Мне бы пригодилось больше искателей приключений, если вы сможете их нанять.

- Они не хотят участвовать в битве. Технически это не оборона Инврисила, так что я не могу легко их мобилизовать. Но я удвою награду для искателей приключений золотого ранга.

- Они так уж необходимы?

Зел вздохнул. Магнолия несколько секунд молча стояла рядом с ним.

- Вероятно. Я не даю обещаний перед битвой. Но да, вероятно.

- ...не Велан Добрый. Твои учебники истории это подтверждают. Он представляет угрозу, он опасен, и я отказываюсь его недооценивать. Но он не Король Гоблинов.

Слова Магнолии повисли в тишине. Зел покачал головой.

- Опасным? Странным? Пугающим? Одиноким?

"Грустно. Как будто он знал, что произойдет дальше".

"Это было просто чувство. Но оно осталось со мной. И если та книга, что вы читали, чему-то меня и научила, так это тому, что мы мало что знаем о гоблинах. По-настоящему - ничего. Мы не знаем, почему Велан впал в неистовство, почему он погиб именно так... ничего. И с этим Лордом гоблинов то же самое. Мы думаем, что он в союзе с Некромантом, но равный ли он ему или просто слуга?"

Зел кивнул. Его когти сжали книгу, и он отбросил её в сторону. Он повернул голову на юг, туда, где предстояла битва. Скоро. Завтра? Послезавтра. Зел почувствовал, как сердце забилось быстрее. Вторая война Антиниума закончилась. Король гоблинов был мертв, но вот появился другой Лорд гоблинов. Был ли он связан с Некромантом?

Он развернулся и вышел из шатра. Взгляд Магнолии Райнхарт проследил ту же невидимую линию вдали. Она приложила палец к губам и прошептала:

Затем она повернулась и пнула лежащую на полу книгу. Магнолия нахмурилась, потирая кончики пальцев ног и кривясь.

Она вытопала из шатра, оставив "Вторую войну Антиниума: История" лежать на земле. Спустя мгновение Ресса подняла книгу и последовала за своей госпожой и Зелом Шивертейлом наружу. Сцена была готова, все фигуры на своих местах. Пришло время начать новую страницу в истории мира.

4.48

Время было странной штукой. Леди Магнолия знала это лучше других. Некоторые дни, некоторые мгновения могли казаться вечными, в то время как целые годы пролетали незаметно. Всё зависело от того, сколько всего происходило. Когда казалось, что мир рушится, а каждое утро начиналось с ужасающих новостей, время словно замирало, и каждый день превращался в разворачивающуюся катастрофу. С другой стороны, когда дел было слишком много и время становилось драгоценным, оно ускользало, словно тени на солнце.

Гоблины прибыли.

- Грязь. Плохое сцепление. Жаль, что погода для сегодняшней битвы не лучше.

- Почему грязь невыгодна, Сакра? Помимо очевидных причин. Я полагаю, что опасность поскользнуться в равной степени касается и гоблинов, и людей.

- Прошу прощения, леди Райнхарт. Но гоблины опытны в сражениях практически при любой погоде и на любом рельефе. Люди - нет. Некоторые из солдат здесь никогда не практиковались в таких условиях. Они окажутся в невыгодном положении.

Магнолия снова перевела взгляд на гоблинов. Вот уже два часа они неуклонно маршировали по равнинам к Инврисилу. Армия людей решила встретить их в четырех милях от пригородов Инврисила. Если подойти ближе, гоблины могли бы использовать дома и здания как укрытие или, что еще хуже, взобраться на внешние стены и угрожать самому городу.

Чуть более сорока тысяч солдат. Огромная армия. И всё же, по сообщениям, силы Короля гоблинов почти вдвое превышали это число. Правда, его войска включали в себя и некомбатантов: детей, беременных гоблинок, стариков... а добрую половину его армии составлял орда нежити.

- Это неправильно.

Леди Бетал смотрела на армию Короля гоблинов. Она растекалась по лугам, с каждой секундой становясь всё больше. Так много. Магнолия попыталась сосчитать их и сдалась. Голос Бетал звучал болезненно, будучи единственным звуком в тишине.

- Я знаю.

- Я знаю, Бетал. Но мы, люди, не всегда действуем в лучших интересах своего народа. Мы эгоистичны, параноидальны, мелочны... Мне следовало знать, что мои враги будут бороться со мной даже в этом. Они позволят сгореть городу с сотнями тысяч жителей, лишь бы навредить мне.

- Не дураки. Не совсем. Просто... безразличны, я думаю. Стоит отдать ему должное, Зел Шивертейл осознал, насколько ничтожна сила, которую ему выделили. Но всё равно решил возглавить её. Он думает, что сможет победить, а не просто обороняться, Бетал.

- Я молюсь, чтобы он был прав, Магнолия. Мой Томаст там, и почти все мои Рыцари Лепестка. Если они погибнут...

- Ваш муж весьма компетентен, Бетал. Что касается ваших [Рыцарей] - они самая элитная сила на поле боя, без сомнения. Мы должны вложить в эту битву всё, что можем. И помните: если вы увидите, что Томаст в беде, вы дали мне слово не вступать в бой.

Бетал громко вздохнула, и Магнолия посмотрела на нее. Это было условие, которое она поставила перед Бетал, прежде чем позволить другой [Госпоже] наблюдать за сражением. Магнолия и ее небольшая свита стояли поодаль от армии и самого поля боя. Достаточно близко, чтобы наблюдать, но, в теории, достаточно далеко, чтобы Лорд гоблинов не стал ими беспокоиться. А если бы он решил...

Небольшая охрана. Магнолия доверилась Зелу Шивертейлу. Она была здесь не для того, чтобы сражаться; она была наблюдателем в этой битве. Что ж, наблюдателем с небольшой ролью. Взгляд Магнолии переместился на две огромные крытые повозки, припаркованные рядом с ее небольшим конвоем. У обеих не было запряженных животных, и в данный момент они слегка погружались в землю. Каждая из них была достаточно велика, чтобы вместить несколько лошадей, если бы удалось загнать их в такое ограниченное пространство, и они были достаточно велики, чтобы за ними можно было укрыться.

Зел Шивертейл стремительно ехал на лошади к Магнолии и ее сопровождающим, и Магнолия вышла вперед, чтобы встретить его. Она была лишь смутно удивлена, узнав, что Зел Шивертейл умело владеет верховой ездой - он никогда не ездил на лошадях во время боя, поэтому ему редко выпадал шанс продемонстрировать свои навыки.

- Нет. Однако я меняю план. Придержите секретное оружие, пока Лорд гоблинов не предпримет свой ход. Не выпускайте их, если не считаете, что у вас есть шанс достать его.

Магнолия прикусила язык, осознав, что задает вопросы [Генералу]. Она не была [Генералом]; ей следовало просто дать ему делать свою работу. Зел ответил ей сухо, глядя на далекую армию Лорда гоблинов.

- Я понимаю. В таком случае я буду ждать подходящего момента.

- Вы считаете, что готовы? Есть еще несколько мер предосторожности, которые мы могли бы принять. Магический артефакт, который дал мне дедушка...

Зел повернул голову и посмотрел на странный трубкообразный предмет, который Магнолия привезла с собой. Он покоился на небольшом пьедестале под охраной двух ее [Горничных]. Он покачал головой.

- Очень хорошо. И я вижу, вы надели артефакты, которые я вам дала. Превосходно.

- Да. Я искренне благодарен, но я не люблю кольца. Знаешь, я сражаюсь когтями. Эти штуки могут зацепиться, когда я чем-то бью.

- Я полагаю, их эффекты перевешивают любое неудобство, которое вы чувствуете, Генерал. Они защитят вас от неудачной телепортации, проклятий, ментальных атак... они должны быть стандартным набором для кого-то вашего ранга. Я не понимаю, как вы выжили столько времени без них!

Зел хмыкнул. Его взгляд снова вернулся к армии гоблинов. Они приближались так медленно. Магнолия старалась говорить легким, шутливым тоном. В конце концов, и она, и Зел были идолами. Ради других им приходилось притворяться спокойными.

- Вряд ли. Вам стоит взглянуть на некоторых из нас. Я знаю одного Лорда Стен, у которого на каждом пальце по кольцу. Нет, Города Стен меня никогда не поддерживали, так что мне приходилось обходиться без этого. А все артефакты, которыми я пользовался, я вернул. Что ж, я постараюсь вернуть эти вещи вам в целости.

- Благодарю.

- Пора. Помни, что я сказал. Жди, пока Лорд гоблинов окажется открыт. А что касается остальных...

- Пора.

Магнолия крикнула в спину Зелу, когда тот развернул коня. Она слышала, как Сакра и другие вокруг нее говорили что-то подобное. Магнолия покачала головой. Такие старые поговорки. Такие избитые слова. Как будто это хоть сколько-нибудь помогло бы.

Бум. Бум.

И вдруг бой барабанов прекратился. Сердце Магнолии пропустило удар, так как отсутствие звука подействовало на нее сильнее, чем сам шум. Она смотрела на гоблинов и вдруг увидела его.

- Сакра, что он... -

- Гоблин!

На человеческую армию это подействовало столь же эффективно. Магнолия видела, как ряды [Солдат] на мгновение дрогнули, прежде чем снова выпрямиться. Всего одно слово заставило их боевой дух пошатнуться.

- Гоблин!

- Он пытается сломить наш боевой дух! -

- Гоблин!

- Идиоты. В кричалке гоблинов не победить.

- И как же тогда их победить?

- Как их победить?

Сакра указала пальцем. Магнолия всматривалась, пока не увидела одинокую фигуру, стоящую во главе человеческого войска. Зел Шивертейл. Он вышел на несколько шагов вперед перед первой шеренгой мечей и пик, чтобы быть заметным для большей части своей армии. Он стоял, в сияющих доспехах, скрестив руки на груди, пока гоблины снова не закричали.

Они заметили его, и люди, и гоблины. Гоблины визжали, заполняя воздух шумом, и люди тоже кричали. Они хотели, чтобы Зел поднял руки, чтобы сразиться звуком со звуком. Но Зел ничего не делал.

Гоблины рычали на него, кричали, десятки тысяч голосов гоблинов выли от ярости и гнева. И все равно Зел стоял, скрестив руки. Ждал. И пока они кричали, гоблины смотрели на него. И их голоса начали срываться.

Зел Шивертейл был огромным. Дело было не только в его физическом облике, который и так внушал трепет. Он был словно гигант, сжатый и заключённый в гораздо меньшее тело. Он полностью завладел вниманием всего поля боя.

Постепенно гоблины перестали скандировать. Они смотрели на Зела - разочарованные, разгневанные и, возможно, напуганные. Из-за того, кем он был. Что он собой представлял.

Тишина вновь воцарилась на поле боя. Магнолия увидела, как Король Гоблинов размахивает руками, выкрикивая приказы; в его движениях читалось явное раздражение, когда гоблины снова двинулись вперёд. Рядом с ней Сакра одобрительно кивнула.

- А теперь всё начинается.

Первыми полетели стрелы. Магнолия увидела, как рота [Лучников] под руководством одного из немногих искателей приключений золотого ранга вскинула луки. Самые высокоуровневые [Меткие стрелки] и [Снайперы] среди них обладали навыками и зачарованным оружием, позволяющим стрелять на сотни футов, и они начали посылать стрелы в первый ряд гоблинов. Черные тела рухнули - всего несколько штук, и гоблины подняли щиты выше, рыча и перешагивая через павших.

Дуэль лучников резко прекратилась, когда гоблины подошли на расстояние ста футов. Теперь Магнолия слышала, как [Капитаны] выкрикивают приказы.

Дождь из смертоносных снарядов пронесся над грязной землей по направлению к переднему ряду гоблинов. Несколько из них пали, но черные доспехи, которые носили гоблины, а также их щиты защитили их от худшего. Теперь они приближались быстрее. Лорд гоблинов указал вперед, и его голос отчеканил приказ. Передний ряд гоблинов устремился к человеческой армии.

- Мертвые боги. Их же просто сметут!

- Ну же, генерал Шивертейл. Скажите мне, что вы знаете, как с этим справиться.

- О, мертвые боги.

Волна гоблинов шла на него, бесконечная, как море. И во главе их -

- Стойко.

- Держите позиции! Стоять, проклятые вы сырники!

Гершал также был вооружен мечом и щитом. Он тяжело дышал, не сводя глаз с Дрейка в сияющих доспехах перед собой. Если он смотрел на Зела Шивертейла, он мог удерживать позицию. Но хоббы! До них оставались считанные секунды. Что произойдет, когда они ударят? Их всех просто сметет!

"[Построение Каменной Стены]. [Гвардия Сокрушителя Натиска]".

Первая волна гоблинов врезалась в солдат вокруг Гершала. Он увидел гигантского хобба, несущегося на него. [Лейтенант] поднял щит, сердце бешено колотилось. Хобб сжимал массивный молот и замахнулся на Гершала. Уклониться было уже поздно, и Гершал знал, что никогда не заблокирует такой удар. Он напрягся-

А затем взял верх инстинкт. Гершал отчаянно взмахнул мечом, пока хобб снова поднимал молот. Меч скользнул по бронированной руке хобба, и молот снова обрушился вниз! И снова удар был заблокирован.

Хобб взвыл, когда клинок Гершала ударил его в бедро, скользнув по кости. Он замахнулся молотом, и Гершал резко отпрыгнул назад. Они обменивались ударами, и снова Гершал обнаружил, что его щит способен выдержать каждую из разрушительных атак хобба! Но хобб был быстр и силен. Он парировал каждый выпад Гершала, рыча и пытаясь ударить в обход щита своим медленным оружием.

И увидел другого хобба, которая развернулась к нему, ее топор был покрыт кровью. Эта хобби была выше и Гершала, и хобба с молотом. Она стояла над солдатом-человеком, или тем, что от него осталось. Пика в его руках была перерублена надвое ударами хобби. Теперь оба хобба окружили Гершала с двух сторон.

И зеленая вспышка врезалась в него. Гершал обернулся и увидел, как Хоб падает. Гершал замер.

Зел Шивертейл.

- Вы выбились из строя! Назад!

Зел Шивертейл развернулся. Он пнул одного гоблина в восьмерых его товарищей с такой силой, что черный металл согнулся, и гоблин закричал, после чего Зел полоснул когтями. Лево, право, лево! Каждый раз гоблин падал, их доспехи были вспороты и разорваны когтями Зела. Он перехватывал их оружие голыми руками, которые не брали лезвия, и расчищал пространство вокруг себя, вырубая гоблинов, пока Гершал искал свое подразделение.

Дрейк взревел, когда люди оттеснили первую линию гоблинов. Он развернулся и бросился на Хоба - через несколько секунд Хоб был мертв, и Зел уже искал следующую цель. Люди-солдаты и сам Гершал закричали в ответ на героизм своего генерала. Гершал почувствовал, как его рука вспыхнула энергией - он заблокировал выпад гоблина так, словно тот ничего не значил, и с криком срубил его. Они могли победить! Они могли выиграть!

Это были первые пять минут битвы.

- Получается! У них получается!

Конечно, Бетал тоже была [Леди], но они были совсем, совсем разными. В конце концов Магнолия заставила Бетал отпустить её, перехватив её руки.

- Пока что.

Но это было лишь начало битвы. Магнолия увидела, как масса гоблинов, обрушившаяся на первую линию Зела, начала смещаться влево и вправо, пытаясь обойти людей с флангов. Соответственно, батальоны человеческих солдат поспешили переместиться по полю.

Магнолия с тревогой указала Сакре на удлиняющийся фронт. Гоблины стремились окружить армию Зела. Сакра покачала головой.

Огненные шары и молнии разрывали ряды гоблинов там, где они скапливались плотнее всего. Гоблины отвечали тем же - Магнолия видела вспышки магии, бьющие по человеческим солдатам, осколки льда, разлетающиеся от щитов, и всплески кислоты, из-за которых некоторые роняли оружие и скребли ногтями по лицам.

Магнолия проследила за взглядом Сакры и увидела клин всадников-людей, врезавшихся в участок гоблинского строя, который растянулся слишком сильно. Она видела, как всадники прорубали себе путь, отрезая эту группу гоблинов от основной армии. Оказавшись в кольце, гоблины быстро пали перед окружившими их людьми, после чего всадники отделились.

Капитан Сальвия смеялась и кричала, пока её [Всадники] врезались в ряды гоблинов. Она подняла меч и раскрутила его, разбрызгивая кровь гоблинов. В тот же миг всадники под её командованием развернули лошадей. Гоблины уже устремились за ними, пуская стрелы и пытаясь настигнуть её солдат. Сальвия поморщилась, увидев, как стрела пробила бок лошади, и и животное, и всадник рухнули на землю. Пешие гоблины бросились на павшего солдата, намереваясь разорвать его в клочья.

- Прочь! Назад к линиям! Живее, живее!

Гоблины метались в растерянности, удивленные тем, что не могут прорвать первую линию людей, и будучи не готовыми к молниеносным атакам. Их собственные всадники на пауках были слишком медленными, чтобы догнать людей, а значит, сами становились добычей для сил Сальвии. Она ухмыльнулась, сердце всё ещё бешено колотилось в груди.

Она заметила брешь - разрыв в рядах гоблинов, и в этот же момент к ней подъехал [Гонец], указывая вперед и что-то крича. Сальвия пришпорила коня, переходя на галоп, и помчалась к пролому, а за ней с боевыми кликами следовали солдаты. Она надеялась, что Гершал и его сыроедная компания в порядке. Но затем битва захлестнула её, и единственными мыслями Сальвии стали: рубить, блокировать и разворачивать скакуна.

Гоблины. Остия Блэквинг стояла у личной охраны лорда гоблинов, закованная в цепи и с намордником. Он притащил её на поле боя, хотя она и сопротивлялась своим захватчикам. Она не была уверена, благословение это или проклятие; он использовал её как инструмент для оценки тактики врага. Теперь она наблюдала за тем, как лорд гоблинов раздавал стремительные приказы, пытаясь перехватить силы Зела Шивертейла и ударить по ним со всех сторон.

- Вперёд! Прикажите нежити - туда!

Десятки тысяч зомби, некоторые из которых уже наполовину превратились в скелетов, зашагали вперёд. Они кружили вокруг человеческой армии, игнорируя стрелы и заклинания, которые с каждой минутой скашивали их сотнями, и теперь они наступали на людей с левого фланга.

Гули врезались в ряды людей, разрывая и кусая с неестественной скоростью. Их было меньше, и их быстро перебили, но перед смертью они успели утянуть за собой немалое количество солдат. И это была лишь первая волна. Зомби столкнулись с людьми и гибли, пока солдаты разрубали медливую нежить.

- Хорошо! Теперь. Разорвать строй.

На передовой находился хоб, сражавшийся с группой людей с пиками. Несмотря на свою огромную силу, он не мог пробить их щиты своей массивной дубинкой, и, пока Остия наблюдала, пика пронзила грубую черную железную броню на его груди. Он пошатнулся и отступил, смертельно раненый.

Его пронзили наполовину. Хоб обмяк, и Остия увидела, как люди закричали от радости. Но маленькая фигурка на спине хоба зашевелилась. Она соскользнула с его тела и побрела к людям. Остия увидела, как человек с мечом обернулся, озадаченный крошечным гоблином. Она закричала, но её слова заглушила дистанция и кожаный намордник, стягивающий рот.

Неживой гоблин взорвался. Остия услышала грохот взрыва, находясь рядом с Королем гоблинов. Ей пришлось отвернуться, когда взрыв поглотил людей и находившихся рядом гоблинов - а когда она снова смогла смотреть, вся группа людей исчезла, и гоблины хлынули в образовавшиеся бреши.

Его руки кровоточили. Остия смотрела, как когти впиваются в его плоть, и красные струйки крови стекают по рукам. Лорд Гоблинов обернулся, и боль и ярость в его взгляде нашли её. Он секунду смотрел на Остию, а затем указал пальцем. Его голос был холодным.

Остия обернулась и увидела новые взрывы. Неживые дети-гоблины проскальзывали сквозь ряды сражающихся гоблинов и людей и подрывали себя. Они разрушили линии людей, превратив их в хаотичные схватки, пока гоблины пользовались сломленными построениями и устремлялись вперед. Остия в безмолвном отчаянии заерзала.

- Что это такое?

И ряд гоблинов исчез в вспышке пламени. Глаза Остии расширились, а Лорд Гоблинов выпрямился в седле своего ездового зверя. Розовый Рыцарь крутанул алебарду и ударил - из лезвия вырвалось пламя, прожгшее группу гоблинов; те закричали и покатились по земле, пытаясь погасить магический огонь. [Рыцарь] спокойно удерживал позицию, пока обычные человеческие [Солдаты] наступали, восстанавливая свои линии.

- Воины в розовых доспехах слишком сильны! Невозможно убить!

- Больше никакой нежити! Сместить влево!

"[Смертельный разряд]".

Магнолия слушала ликующие крики человеческой армии, когда увидела, как черный магический разряд пролетел через поле боя и ударил Рыцаря Розы в грудь. Она видела, как закованный в броню человек пошатнулся, когда магия расплескалась по его доспехам, почти как жидкость. Он поднял алебарду и сразил ближайшего гоблина, но его движения стали заметно медленнее. И Лорд-Гоблин еще не закончил. Он указал пальцем, и еще один черный разряд пронесся над полем боя.

- Нет!

- Сакра, что это было?

- Я знаю, что это было.

- Рейнольд, ты знаешь...

Рейнольд указал рукой, и Магнолия увидела группу дворфов и [магов], пробивающихся к нежити слева. Она одобрительно кивнула. Несколько авантюристов были завлечены ее предложениями, а за последний час Магнолия вчетверо увеличила золовое вознаграждение. Рейнольду было поручено доставить на поле боя всех, кто был готов сражаться.

- Сир Эвимор, - прошептала Бетал бледными губами.

- Я уже видел такое заклинание. Это магия смерти. Некромант использовал нечто подобное. Это мгновенная смерть для любого, кто ниже 20-го уровня. Возможно, это не то самое заклинание - может, более слабое, но оно достаточно мощное. Смотрите, он собирается колдовать снова.

- Он выбивает наших высокоуровневых солдат! - в ужасе воскликнула Магнолия.

- Почему эта броня не работает! Я думала, она должна защищать этих рыцарей практически от всего!

- В мире нет такой брони, которая защитила бы от любого вида магии. Магнолия, скажи этому Дрейку отвести моих рыцарей, пока их всех не перебили!

- Я не в том положении, чтобы что-то указывать Зелу Шивертейлу. Он сам должен увидеть проблему - да, смотрите!

Один из розовых рыцарей в доспехах поднял щит, и магия с хлопком разбилась о него. Он не успел поймать второй снаряд, который ударил его в грудь, но товарищи оттащили его назад, пока тот пошатывался. Они прикрыли [Рыцаря] своими телами, пока он пытался выпрямиться и открыл забрало, чтобы выпить зелье. Рыцари Розы сомкнули строй, закрепившись против дальнейшей магии смерти.

Сакра была довольна, но Рейнольд нахмурился.

И действительно, сосредоточение Рыцарей Розы на одной стороне поля боя означало, что теперь гоблины могли наступать, сдерживая рыцарей расходуемой пехотой и нежитью. Группа хобгоблинов с яростью неслась к передовой, прорываясь сквозь солдат, которые либо утратили бонусы от навыка Зела, либо были слишком низкого уровня, чтобы их остановить.

На её глазах пал ещё один хобгоблин. Магнолия в изумлении уставилась вперед, видя, как хобгоблин падает, но не замечая, что стало причиной его смерти. Затем она увидела фигуру, мелькнувшую за спиной другого хобгоблина с двуручным топором. Хобгоблин обернулся с рычанием, но Томаст был слишком быстр. [Дуэлянт] пронзил своего противника сзади, его зачарованная рапира в мгновение ока прошила хобгоблина насквозь. Быстрым, как молния, движением Томаст развернулся, и его клинок рассек воздух, ранив двух хобгоблинов издалека, когда те попытались его окружить.

От крика Бетал у Магнолии зазвенело в ушах. [Леди] Вальшаис была вне себя от волнения, пока её муж уничтожал всех восьмерых хобгоблинов и начал собирать вокруг себя солдат.

- Так-то да, но нас гораздо меньше. А Лорд Гоблинов горит желанием сократить число наших элитов.

- Что он... нет! Томаст! Он целится в тебя!

- Томаст!

Черная вспышка магии пронеслась по воздуху, быстрая как стрела, устремляясь в спину Томаста. Он дуэлировал с хобгоблином и сделал шаг вперед, чтобы пронзить незащищенную шею противника.

Он слегка поклонился, поднял руку и хладнокровно пригласил Лорда Гоблинов к бою через всё поле сражения. Магнолия заметила, как глаза черноглазого гоблина расширились от недоумения и гнева. Леди Бетал перестала бороться с Магнолией и Сакрой, издав восхищенный звук. Магнолия отпустила её.

- Мертвые боги! Он начал поднимать нежить в нашем тылу! Наших лучников и магов просто вырежут!

- Успокойся! Генерал Шивертейл предусмотрел это!

Рейнольд указывал на резню, где гули начали сражаться с лучниками в ближнем бою. Вдруг его глаза расширились. Он заметил мелькнувшую черноту в то же самое время, что и Магнолия. Она увидела фигуру, вынырнувшую из теней за спиной гуля и ударившую его в спину, а затем еще одну, перерезавшую гулю горло. Рейнольд разинул рот.

Первого Гулля убить было легко. Он не заметил Рессу, когда та вонзила кинжал ему в спину. Её магический кинжал, "Видение Трав", с легкостью вошел в тело нежити. Тварь замерла, когда она выдернула лезвие.

Рядом с ней человек в черном перерезал горло Гуллю. Разрез был глубоким, но нежить всё еще была жива. Ему пришлось с силой рубить шею монстра, пока тот пытался ударить его в ответ. Тварь рухнула только тогда, когда голова была почти полностью отделена от тела.

Она хмыкнула, скользнув за спину другого Гулля и обезглавив его одним движением кинжала. Зачарованное оружие было очень приятно использовать. Теофору же приходилось прикладывать усилия, раз за разом вонзая нож в грудь очередного Гулля.

- Заткнись и коли.

По крайней мере, сейчас. Ресса прищурилась, оглядывая поле боя. Она не была [Стратегом], но чувствовала, как идет битва. Они не проигрывали, но она уже не была уверена, что они всё ещё значительно опережают Гоблинов. И в этот момент она услышала, как застучали гоблинские барабаны, и донёсся крик:

И на этот раз Лорд Гоблинов послал всех своих командиров. Бывшие Вожди Гоблинов, ставшие теперь его лейтенантами, врезались в ряды Людей вместе со своими личными авангардами. И там, где они наносили удар, Люди гибли.

Безликий гоблин обдавал ряды Людей огнём, в то время как гоблин- [Повелитель зверей] въезжал в битву верхом на Щитовом Пауке размером с скакуна Лорда Гоблинов; его паук хватал Людей и с криком зашвыривал их в воздух. По всему полю сражения командиры гоблинов вели атаку, и человеческие линии наконец начали прогибаться. Снэпджоу осклабилась, подняв окровавленную голову и оглядывая просторы, усеянные отчаявшимися человеческими лицами. Напротив неё Безликий испепелял Людей магией огня. С другой стороны Иллбрит вёл своих хобгоблинов вперёд. Этот массивный хобгоблин когда-то проглотил артефакт, создающий яд. Вместо того чтобы погибнуть, он начал выдыхать ядовитые пары. Теперь он наступал в токсичном облаке, и Люди перед ним кашляли и задыхались, не в силах дать отпор.

Снэпджоу подняла меч, скрежеща зубами. Перед ней Люди отступали! Они побеждали! Она видела, как гоблины продвигаются вперёд. Отряд Иллбрита преследовал группу бегущих Людей, вырубая их одного за другим -

"Тайдбрейкер!"

Между ней и Иллбритом было всего тридцать футов, почти ничего! Снэпджоу видела, как хобгоблин выдыхает яд прямо в лицо Зелу, занося булаву. [Генерал] Дрейк повернул голову, закашлялся и получил удар булавой -

Небрежно. Вот так просто. Она закричала на него, яростно рубя Дрейка мечом, но его руки и когти были тверже стали! Он ударил её скакуна, и лошадь с криком рухнула. Снэпджоу вылетела из седла, выронив меч. Она увидела, как над ней вырос [Генерал] Дрейк. Его коготь метнулся к её лицу. Она приподнялась и вцепилась.

- Ой.

Он держал голову Ноуфейса. Дрейк [Генерал] поднял голову безликого гоблина, чтобы Снэпджоу отчетливо видела рубцовую ткань, заменившую всё лицо гоблина - наследие встречи с человеком [Пиромантом]. Он показал гоблинам их мертвого офицера, а затем бросил голову на землю. Гоблины в ярости завыли на него. Зел ждал.

Разрушитель Прилива отвернулся. Он бросился в другую группу гоблинов там, где человеческие линии начали колебаться, и Снэпджоу услышала крики своих соплеменников. Люди, выкрикивая команды, отвоевали землю. Там, где проходил Разрушитель Прилива, гоблины отступали.

Они не могли убить Зела Шивертейла. Значит, им придется убить его армию. Это был единственный путь. Тогда они смогут окружить его и забить до смерти. Но убить его при меньшем численном превосходстве, когда за его спиной стоит армия?

Люди, стоявшие и наблюдавшие за битвой, ликовали, когда Зел Шивертейл свалил еще одного хоба. Там, где он проходил, человеческие ряды устремлялись вперед, а гоблины отступали. Он действительно внушал вдохновение, и Магнолия теперь понимала, как один [Генерал] мог победить любое количество [Стратегов] или младших офицеров. Если вы не могли сразить [Генерала], вы не могли помешать ему растерзать вашу армию.

- Мы начинаем прогибаться. Наши линии начинают рушиться.

Магнолия указала на место, где сражался Зел. Сакра кивнула.

Она указала влево, и Магнолия впервые увидела, как далеко их оттеснила нежить. Сокрушительный поток тел заставлял людей отступать. Зомби было плевать, если их собратьники гибли как мухи - они просто перешагивали через павших товарищей и вырывали глаза человеку, пока тот был занят еще тремя мертвецами. И теперь в наступление пошли некоторые из высокоуровневой нежити.

- Их просто слишком много! Гоблины могут теснить нас со всех сторон, а мы не можем разгромить их в одном конкретном месте, чтобы нас самих не завалили!

Магнолия резко посмотрела на Сакру, и [Горничная], медленно вращая своей булавой, кивнула.

И словно ее слова были пророческими, Магнолия увидела, как прямо на ее глазах разворачивается катастрофа.

Теперь же Лорд Гоблинов сосредоточил внимание на них. И Магнолия увидела, как его [Смертоносные стрелы] начали поражать кавалерию, в то время как две группы гоблинов на лошадях и гоблинов, верхом на пауках-щитах, двинулись, чтобы взять их в кольцо.

- Идиоты! Уклоняйтесь! Неужели они не умеют уходить с линии удара?

Капитан Сальвия увидела, как магия смерти Гоблин-Лорда ударила по первой группе [Всадников], и развернула лошадь, стараясь представить собой как можно более узкую мишень. Видя, как стрелы и другие магические заклинания врезаются в окружающих её всадников, она закричала:

Её отряд [Всадников] немедленно вышел из строя "клина" и начал разлетаться, непредсказуемо смещаясь влево и вправо в попытке спастись. Однако остальные части кавалерии никогда не тренировались в подобных техниках и стали жертвами стрел и заклинаний, ударявших сбоку.

Этого нельзя было допустить. Сальвия выкрикнула приказ и развернула коня.

Она повела свой отряд назад к гоблинам на лошадях, пытаясь прорубить путь к отступлению. Но гоблины уже крепко зажали всадников в кольцо, и с каждой секундой беспомощных бойцов выкашивали десятками.

"Эти глупцы! Мы потеряем всю конницу! Если они сейчас не вырвутся из этого окружения... где [Командиры]? Они же должны знать, как отступать!"

"Сакра, мы можем что-нибудь... ?"

Лицо Сакры было бледным, когда она смотрела на резню. Рейнольд обернулся. Магнолия с тревогой взглянула на него.

- Им нужно найти слабое место и прорваться! Есть способы замедлить преследующие силы при отступлении - я бы и сам сделал это, если бы я...

- Возможно, я смогу их спасти. Леди Райнхарт, разрешите мне сопроводить этих доблестных [Солдат] в безопасное место? Однако боюсь, что я могу подвергнуть ваше транспортное средство опасности.

- Сопроводить их? Иди, человек! Беги!

- Леди Райнхарт, разумно ли это? Если мы потеряем карету...

Магнолия прервала свою [Горничную]. Она наблюдала, как Рейнольд проносится по полю боя, пока люди оборачивались, а гоблины начали замечать его.

Снэпджоу рубила людей на конях, перекусывая лошадям шеи, когда услышала голос гоблина.

Это был вольный перевод, и Снэпджоу в замешательстве обернулась. Она мгновенно поняла, что имел в виду гоблин. Розовая карета кошмаров мчалась прямо к её группе гоблинов, и Снэпджоу выкрикнула приказ:

Гоблины развернулись слишком поздно. Розовая карета неслась со скоростью в сотни миль в час, быстрее всего остального на поле боя. Она размазала первый ряд гоблинов и пронеслась сквозь их ряды, направляясь прямиком к Эггснэтчеру, гоблину-повелителю зверей, восседавшему на гигантском пауке.

Карета возвращалась обратно.

- Сюда! Погнали своих коней, вы, блошиные слизняки!

Позади неё кавалерия хлынула в прореху, которую пробили атаки Рейнольда. Дворецкий вел свою карету вокруг лошадей, с легкостью лавируя массивным экипажем между ними и выкрикивая:

Ругательства были бессмысленными, оскорбительными - именно тем, что солдатам и было нужно услышать. Они пришпорили коней, игнорируя гоблинскую смерть, дышавшую им в спину. Капитан Сальвия заметила, как [Дворецкий] перехватил поводья и резко развернул экипаж. Стремительно, как молния, он врезался в группу гоблинов, которые почти настигли её отряд, разбрасывая лошадей и гоблинов по земле. В клочья.

Сальвия уже собиралась приказать своим [Всадникам] вернуться за [Дворецким], когда услышала, как тот выкрикнул фразу, уносясь прочь от гоблинов навстречу приближающейся группе гоблинских пикинеров.

Она обернулась и моргнула: розовый экипаж начал лететь. Он взмыл ввысь над полем боя, перелетев через гоблинских пикинеров, которые в изумлении разинули рты. Экипаж направлялся прочь от передовой. Сальвия радостно вскрикнула, видя, как розовая карета уходит на отступление, но тут заметила, как Лорд-гоблин поднял руку.

Сакра закричала, когда сердце Магнолии замерло. Она уставилась на [Дворецкого], который лежал, ссутулившись, на передней части розового экипажа, пока вокруг него кипела сеча из людей и гоблинов.

Она увидела, как Зел поворачивается к [Дворецкому], осознав бедственное положение Рейнольда. Но Лорд-гоблин был ближе. И на глазах у Магнолии Райнхарт он пришел в движение.

По всему полю боя пронесся крик. Лорд-гоблин и его авангард начали стремительный рывок к позиции Рейнольда. Более тысячи хобгоблинов и личный Паук-Щит Лорда-гоблина прорвали группу людей, смяв троих Рыцарей Розы и утопив человеческие линии в зеленом море. Он шел за Рейнольдом. Ему нужен был этот экипаж.

Магнолия вдохнула. Она указала в сторону Лорда Гоблинов, и её голос прорезал поле битвы.

Поодаль две крытые повозки, столь странно брошенные в грязи, взорвались. Магнолия, Сакра и Бетал пригнулись, а [Дворецкий] раскрыл над ними зонт, пока вокруг сыпались обломки дерева. И из руин обеих повозок поднялись два металлических гиганта. Светящийся белый глаз повернулся к леди Магнолии; перед ней стоял безликий Голем. Он вытянул руки, и его "пальцы" разошлись. Пять бритв раскрылись веером, и Боевой Голем - возвышающаяся башня из магического металла высотой в двенадцать футов - помчался к линиям гоблинов и людей.

Магнолия Рейнхарт не была к этому готова. Боевой Голем издавал ужасающий визжащий звук при беге - на четырех конечностях, словно какой-то безумный пес, - звук, похожий на крики сотни детей, охваченных болью и яростью. Это привлекло внимание гоблинов. И когда оба Голема врезались в ряды гоблинов с фланга, началась бойня.

Первый Голем обрушил руку, полную бритв, врезавшись в группу гоблинов. Он обезглавил нескольких из них, и тогда светящийся белый огонь в его "рту" - единственной черте на лице - стал красным. Он выплюнул луч пылающего красного света по шеренге гоблинов, в мгновение ока испепеляя всё, чего тот касался. Рядом тело другого Голема засветилось, и он начал метать молнии, которые били и по гоблинам, и по людям, заземляясь об их доспехи.

И ничего не произошло. Големы не были ни живыми, ни мертвыми. Они неслись к Лорду Гоблинов, сокрушая даже хоббов своими колоссальными размерами. Он развернул своего скакуна, отступая, но было слишком поздно. Первый Голем уже собирался прыгнуть на него, когда на него набросился гигантский хобб.

"Он ускользает!"

"Похоже, генерал Шивертейл добрался до Рейнольда!" - вскричала Сакра, когда Зел Шивертейл достиг экипажа Рейнольда. Прикрываемый боевыми големами, Дрейк потряс Рейнольда. Магнолия и остальные с облегчением вскрикнули, когда [Дворецкий] проснулся с дезориентированным видом. Он слабо выпил зелье, которое предложил ему Зел, и быстро покил поле боя. К удивлению Магнолии, Зел Шивертейл уехал вместе с ним.

Магнолия обеспокоенно зашагала к Зелу, пока Сакра и Бетал помогали Рейнольду выбраться из экипажа. [Дворецкий] был очень бледен, но жив, поэтому Магнолия сосредоточила всё своё внимание на Зеле.

Зел тяжело дышал, стирая с лица пот и кровь. Он откупорил второе зелье и, поморщившись, выпил половину флакона.

- Как идёт битва?

- Слишком равный счёт на мой вкус! Этот проклятый Лорд Гоблинов - он заставил нас отступить тех розовых [Рыцарей] и продолжает охотиться за нашими высокоуровневыми воинами! Нежить слишком сильно теснит нас - их слишком много! [Прилив Силы]! [Рассекающие Руки]!

- Я использую свои навыки, но пока что ничья. Я могу рубить гоблинов целый день, но Лорд Гоблинов делает то же самое, а гоблинов у них больше... Хотя те два боевых голема неплохо разрывают их фланги.

Дрейк покачал головой, обливая лицо и грудь водой, пока [Горничная] подавала ему флягу.

Она улыбнулась, удивленная внезапной переменой в его отношении. Зел, весь мокрый, огляделся, и его глаза сузились, когда он заметил фигуру Лорда Гоблинов, который снова укрылся за своими солдатами.

- Мы ведь побеждаем, не так ли?

- Мы перебиваем их больше, чем они нас... но это не имеет значения, так как их в два раза больше, верно? Я не хочу, чтобы это превратилось в битву на истощение, но Лорд Гоблинов понял, что я охочусь за его лейтенантами. Если я не доберусь до него или других важных гоблинов, всё может закончиться плохо.

- Нам следовало выпустить Големов раньше. Это была моя ошибка. Я не думал, что Лорд Гоблинов будет так долго медлить с атакой. Но если бы они схватили его...

- Я думаю. Тот трюк с каретой - ты можешь снова заставить её летать?

- Могу, генерал. Но я опасаюсь снова взлетать - этот Лорд Гоблинов отличный стрелок. Я пытался уклониться, но...

Магнолия поколебалась. Она посмотрела на Зела, а затем на Рейнольда.

- Благодарю. Рейнольд, мне нужно, чтобы ты сначала высадил меня у позиции Томаста.

Карета развернулась и помчалась обратно через поле боя. Магнолия смотрела им вслед, а затем повернулась к Сакре.

Сакра склонила голову.

- Понимаю. Тогда мы должны довериться...

- О боже. Похоже, Лорд Гоблинов наконец-то заметил нас.

- Бетал? Пора.

- [Ловкая Рука].

- Теперь кавалерия. О, я вижу, наши тоже спешат нам на помощь.

- [Вежливое Отклонение]. Брысь.

Она была немного разочарована тем, что он не попытался применить против неё магию - она еще никогда не отражала заклинания с помощью [Ловких Рук], но была уверена, что при некоторой практике сможет отправить его прямо обратно.

Сакра вернулась с кровью на своей булаве, и Магнолия осторожно оттолкнула её кончиком пальца, прежде чем женщина успела испачкать её платье кровью. И дело было не только в тщеславии.

- Ты раньше тоже бегала со мной голышом, Магнолия. Не прикидывайся такой чопорной и правильной.

- Ну, хватит с нас этого. Я хочу увидеть, что задумал Зел Шивертейл.

Вот оно. Магнолия знала, что Дрейк что-то замышляет, и это должно закончиться головой лорда гоблинов. Это могла быть простая уловка или сложная, но интуиция подсказывала ей, что простое может сработать гораздо лучше сложного. В любом случае, исход битвы зависел от плана Зела Шивертейла.

Так почему же она чувствовала смутное беспокойство? Магнолия Рейнхарт не знала. Она смотрела на поле боя, достигшее своего самого критического момента, и чуть-чуть сдвинулась влево. К постаменту, на котором лежал магический артефакт, подаренный ей дедушкой. Магическая трубка. Она заставляет вещи взрываться, или так он сказал. Очень опасно. С ее помощью можно убить Великого Вождя гоблинов. Или - если понадобится -

4.49

За пределами Инврисила развернулось сражение между армией гоблинов и армией людей. Холодная, грязная земля согревалась кровью и свежими телами. Обе стороны сражались друг с другом, выкрикивая проклятия; воздух был наполнен звоном оружия. Битва казалась бесконечной. Битва пролетела мгновенно.

Врезались и разбивались. Несмотря на численное превосходство, тысячи элитных хоббов и присутствие нежити, гоблинам раз за разом не удавалось подавить армию людей. Напротив, их оттесняли назад, смиряя волю одного-единственного воина, вокруг которого закружилось всё поле боя.

Теперь Остия смотрела, как он стремительно мчится обратно через поле сражения в розовой магической карете, которая прорезала линию фронта гоблинов, переезжая любого, кто оказывался недостаточно осторожен, чтобы уступить ей дорогу. Не только она следила за этим [Генералом] Дрейка. Лорд гоблинов, восседая на своем массивном верном пауке-щите, смотрел на Зела Шивертейла прищуренными глазами. Он заговорил, и голос его был полон ненависти и разочарования.

На его вопрос ответила тишина. Вокруг стояли лейтенанты Лорда гоблинов. Пожиратель Копий, Хруст-Челюсть, [Повелитель Зверей] гоблинов... никто не смел произнести это вслух. Их число уже было сокращено Зелом. Теперь взор Лорда гоблинов обратился к Остии. Она свирепо посмотрела на него, будучи с завязанным ртом.

Идет за тобой, - вскипела она, сжимая челюсти против тугих кожаных ремней, стягивающих ей рот. Лорд гоблинов кивнул. Он посмотрел на Зела, а затем повернулся к своим лейтенантам.

Гоблины содрогнулись. Он идет. Герой войн Антиниума, знаменитый [Генерал Линии], Сокрушитель Прилива. Раньше эти титулы были лишь словами. Теперь же они стали пугающе реальными. Армия Лорда гоблинов превосходила человеческую, но Лорд гоблинов еще не встречался с Зелом Шивертейлом на поле боя. Теперь это должно было измениться.

Зел сжал борт кареты Магнолии Райнхарт, чувствуя, как ветер бьет по чешуе. Перед глазами проносилось поле боя. Сотни, тысячи лиц, обращенных в его сторону. Люди- [Солдаты], ликующие при виде пролетающего мимо [Генерала]-Дрейка; гоблины, отступающие в страхе и ненависти. Зел взглянул вперед и увидел Рейнольда, управляющего экипажем едва заметными движениями поводьев. Лицо [Дворецкого] было бледным, а руки слегка дрожали, но он держался уверенно, продолжая вести карету с безупречной точностью.

Зел ждал, пока не заметит в толпе свою цель. Еще один человек, выделявшийся в море закованных в броню тел. [Шевалье] Томаст сражался в дублете из красной и золотой ткани, большая часть которой была окрашена в еще более глубокий багрянец кровью. Не его кровью. Одежда, вероятно, была зачарована, но Томаст еще не принял ни одного удара. [Дуэлянт] и [Шевалье] сражался стремительными выпадами и уколами, сбивая противников с ног прежде, чем те успевали нанести удар. Он обернулся, когда Зел прыгнул, раскидав при приземлении и врагов, и союзников.

Зел рявкнул Рейнольду и увидел, как карета ускорилась и повернула - прямо в ряды гоблинов. Зеленокожие монстры снова разбегались, крича от боли и ужаса, когда карета безжалостно раздавливала их.

- Передаю тебе управление левым флангом! Держи позицию, иначе нас захлестнут!

Томаст кивнул, когда Зел указал направление, перекрикивая рев сталкивающихся людей и гоблинов. Он мог бы сказать тысячу вещей. [Дуэлянт] мог бы отметить его недостаток опыта или Навыков в командовании на поле боя, опасность передачи стратегии кому-то другому или просто спросить, что Зел задумал. Он не сделал ничего из этого, а вместо этого снова сосредоточился на битве. Зел был благодарен. Он бросился вперед, одним ударом когтей срубил налетающего хобгаблина, прыгнул - и ухватился за карету, пролетавшую мимо в обратную сторону.

- Сделаем это. Ты готов?

- [Летающие колеса]!

- [Быстрое маневрирование]! [Держать строй]! [Стальной авангард]!

Находясь в стороне от битвы, Магнолия Райнхарт видела, как устоявшиеся боевые линии ломаются, а человеческие [Солдаты] принимают странный строй. Они прорвались сквозь нежить и гоблинов, окружая их справа; кавалерия и пехота с одинаковой силой врезались в построения гоблинов. Тонкая волна человеческих [Солдат] зажала гоблинов справа, но их было так мало, что они казались лишь одной линией по сравнению с зеленой массой, которая начала теснить их обратно.

- Он использовал Навык. [Стальной авангард] - неужели ты не чувствуешь?

- Нет, не чувствую.

Сакра указала вперед. Магнолия увидела тонкую волну Людей, которую числом Гоблинов должны были раздавить мгновенно, но они держали позиции, ревя и обмениваясь ударами с Гоблинами. Она увидела, как молодая женщина в доспехах получила удар мечом в незащищенную шею. Но вместо того чтобы упасть, меч отскочил от её кожи.

- Послушайте, как долго продлятся эти эффекты?

И действительно, Гоблины пришли в замешательство, так как их противники внезапно стали бессмертными врагами, почти невосприимчивыми к урону. Они отступили, и Магнолия увидела еще одно странное событие. Розовые бронированные [Рыцари] начали шагать через линии сражения, прорубая себе путь сквозь Гоблинов, распределяясь по центру и левому флангу, где нежить наступала на человеческих [Солдат].

Бетал смотрела, как её Розовые Рыцари начали оттеснять ряды Гоблинов. Магнолия взглянула вверх, на летящую карету, перемещавшуюся над полем боя.

Все посмотрели вверх. Они увидели розовую карету, летящую над армией Лорда Гоблинов. Навстречу ей взметнулся черный разряд. Магнолия сжала кулаки, видя, как Рейнольд лихорадочно виляет, чтобы уклониться. Но затем они увидели, как карета нырнула вниз. Вперед выстрелило второе копье магии смерти - его заблокировала когтистая рука. Зел Шивертейл цеплялся за борт кареты. Теперь он находился прямо над головой Лорда Гоблинов. Магнолия заметила, как напряглась его рука - затем он отпустил поручень и прыгнул.

Тридцать метров. Пятнадцать. Шесть. Земля-

Зел поднялся. Коготь метнулся вперед и полоснул Хоба, который попытался замахнуться на него, полагая, что Зел среагирует слишком медленно. Зел почувствовал, как его когти прорезали доспехи и плоть Хоба, словно пергамент. Он отдернул руку, и Хоб рухнул.

Сила. Тело Зела немного болело от удара. Но он падал и с большей высоты, и выживал. Однажды он сорвался с утеса. А опасность оказаться в самом центре армии гоблинов? Зел сражался с Дрейками, людьми, Антиниумом - и всё это имея лишь базовый стальной доспех и свои когти. Что это по сравнению с битвой против Лорда Дрейков Стены?

- Лорд Гоблинов!

- Генерал Шивертейл!

Дрейк? Зел в шоке уставился на неё. Она была Дрейком Старой Крови. Пленница? Ей удалось ослабить кожаный намордник на рту. Теперь она кричала ему:

Она повернулась и брызнула кислотой из пасти в Хоба. Тот закричал от агонии, и в этот момент другой Хоб сзади сбил её с ног ударом булавы. Зел огляделся. Повсюду были только Хобы. И у них было зачарованное оружие, жезлы, луки -

Поворот. Меч полоснул Зела по лицу. Он почувствовал, как острие прорезало внешнюю чешую, оставив кровавый след. Зачарованный клинок. Зел уклонился, прежде чем лезвие успело резать дальше, и нанес ответный удар. Еще один смертельный выпад. Гоблины уставились на двух рухнувших Хобов. Зел смахнул кровь с чешуи и осмотрелся.

"За Изрил! За Ссерис и Дрейков!"

Где был Лорд гоблинов?

- Невероятно.

Это было зрелище, способное вдохновить человеческую армию, которая теснила гоблинов, используя инерцию эффекта [Стального авангарда]. И всё же Магнолия чувствовала лишь тревогу, глядя в самое сердце битвы.

Никто не ответил. Бетал, Сакра и другие служанки застыли, не отрывая глаз от Зела. Магнолия огляделась и с силой пнула Бетал под зад. Та пошатнулась.

- Перестань пялиться и смотри, Бетал! Если Лорд гоблинов ускользнет, Генерал Шивертейл окажется окончательно отрезанным. Не думаю, что Рейнольд сможет вернуться к нему!

- Найдите Лорда Гоблинов! Мы единственные, кто может осмотреться!

Ее внимание привлекло какое-то движение в рядах армии. Магнолия заметила, что гоблины слегка сместились, закрутившись вокруг чего-то. Глаза [Леди] сузились. Она не была экспертом в тактике сражений, но видела немало бальных залов, где один человек оказывался в центре внимания. В большинстве случаев центром внимания была она сама.

Бетал заметила то же самое. Она указала пальцем, и Магнолия увидела Лорда Гоблинов. Он спешился и уводил своего Щитового Паука прочь под прикрытием хобгоблинов. В этом хаосе он успел отойти не более пятидесяти футов и двигался медленно, уверенный, что Зел не заметит его сквозь волны окружавших его гоблинов.

- Жаль, что мы с вами никогда не встретимся на политической арене. Там вы могли бы справиться лучше, чем на поле боя.

- Вот он. Но как нам привлечь внимание генерала Шивертейла?

Магнолия подняла пальцы и осторожно щелкнула рукой в сторону Зела Шивертейла, который в этот момент своими когтями сразил очередного хобгоблина. Она настроила голос и наклонила руку так, словно придерживала его подбородок в своей ладони. Она повернула руку и прошептала:

На другом конце поля боя голова Зела Шивертейла повернулась. Магнолия увидела, как дернулось его тело, а глаза расширились. Он замер на секунду, а затем врезался в бегущего на него хобгоблина. Дрейк поднял одну руку, используя хобгоблина как щит. Одна рука, поднятая в знак благодарности. Затем он бросился в атаку. И она услышала его голос.

И Лорд Гоблинов повернулся. Между ними оставалось всего сто футов, когда Зел Шивертейл и Лорд Гоблинов встретились взглядами. Гоблин подал знак, и вперед хлынула стена гоблинов. Зел Шивертейл взревел и бросился в атаку.

Голос Магнолии звучал отдаленно, но два Боевых Голема услышали её. Они подняли головы, оставили свои посты и, прорываясь сквозь армию гоблинов, устремились к Лорду Гоблинов. Она слышала, как Бетал выкрикивала приказы своим Розовым Рыцарям, и видела, как те врезались в войско. Внезапно гоблинам пришлось пытаться сдерживать розовых [Рыцарей], пару бронированных гигантов и самого Зела Шивертейла. Все они двигались прямо к Лорду Гоблинов.

Неудержимый! Гоблины пытались преградить ему путь копьями, хватались за Генерала, бросались телами перед ним. Но ничего не помогало. Зел надвигался с ревом, и Магнолия увидела, как двое гоблинов двинулись вперед, чтобы остановить его.

Он приближался. Во рту Снапджоу пересохло от страха, когда она услышала рев Зела Шивертейла. Он прорубал путь сквозь её народ, словно те были сделаны из травы! И он направлялся к Лорду Гоблинов - её надежде, надежде всего её народа.

- Влево!

Ноги Снапджоу пронесли её мимо Зела Шивертейла, пока тот разворачивался, чтобы встретить и её, и Пожирателя Копий. Снапджоу моргнула, попыталась развернуться, но не смогла. Она пролетела мимо [Генерала] Дрейка, не в силах повернуть. Казалось, будто кто-то удерживает её на месте! И тут она услышала голос.

"Сюда, дорогая".

Путь ему преградил огромный хоб. Зел поднял взгляд, когда Пожиратель Копей перегородил ему дорогу. Хоб был гигантом. Его лицо было суровым, глаза впились в лицо Зела. Оба замерли на секунду, пока гоблины отступали, видя, как один из их героев противостоит Дрейку [Генералу].

- Тебе меня не остановить.

- Можешь попробовать.

Дрейк крякнул и отлетел от удара. Он полоснул снова - на этот раз Пожиратель Копей издал звук, похожий на стон, и когти Зела отскочили от кости. От ребер. Плоть была растерзана, хоб оказался слишком медленным. Зел промчался мимо него, и Пожиратель Копей повалился на спину, слабо хватаясь за последнее лечебное зелье на своем поясе. Вот только Зел раздавил его где-то во время обмена ударами.

Между ним и Лордом Гоблинов осталась последняя стена хобов. Зел считал. Шесть - четыре - три - два -

Этот гоблин не был Королем Гоблинов. Но он все равно стоял перед Зелом, не ведая страха. В его руках был черный магический клинок. Он направил его на Зела, и [Генерал] раскрыл свои багровые когти. Секунду они смотрели друг на друга.

Щит-Паук метнулся к Зелу, пытаясь схватить его лапами и укусить. Гоблинский Лорд замахнулся - Зел пригнулся, уходя и от черного клинка, и от лап, и нашел уязвимое место в животе Щита-Паука. Он полоснул по центру и вырвал куски панциря из его тела.

- Недостаточно. [Разрез Титана]!

Гоблинский Лорд упал за брюхо своего паука и скрылся из виду. Зел обошел сбоку, стараясь получше рассмотреть его. Он увидел ногу, а затем и самого Гоблинского Лорда. Гоблин поднялся, указывая на грудь Зела -

- [Антимагический разрез]!

Кровь, красная и липкая, плеснула на землю. Гоблинский Лорд посмотрел на свой раскрытый живот, а затем перевел взгляд на Зела.

Это было всё, что он сказал. Такое обычное слово. Зел кивнул. Он сделал шаг вперед, выпустив когти.

Четыре.

Два.

Гершал из Вонта выкрикнул эти слова, унося Сальвию прочь от её павшего ездового животного. Его голос слился с тысячами других. Люди ревели, подбадривая.

Магнолия сжала кулаки, глядя, как Зел рубит гоблинов направо и налево. Они облепили его со всех сторон, прыгали Генералу на спину, пытаясь удержать - пытаясь спасти своего Лорда. Но Зел шел вперед. Он был близко. Так близко. Она увидела, как он занес когти -

А затем она увидела еще один. Костяной шпиль вырвался из земли, пронзив хобгоблина и двух гоблинов поменьше. Костяные столбы начали вырастать из земли кругом вокруг Зела и гоблинского Лорда. Они росли, подобно отвратительным цветам, окрашенным в красный цвет кровью пронзенных гоблинов, поднимаясь всё выше и выше -

Бетал смотрела на костяные стены, которые сплетались между собой, образуя купол посреди поля боя. Круглая стена из слоновой кости поглотила Зела и Лорда Гоблинов, закрыв их от всех окружающих. Бетал перевела взгляд с Магнолии на Сакру, её лицо было бледным.

- Я не знаю, - прошептала Магнолия. Её сердце внезапно забилось очень быстро. Она пристально смотрела на костяной купол. Это не могло быть делом рук Лорда Гоблинов. Если бы он мог сотворить такое заклинание, он сделал бы это до того, как Зел достиг бы его. Но если не он, то оставался только один человек, который мог это сделать.

И теперь Магнолия по-настоящему испугалась. Она смотрела на стену из слоновой кости, в которую гоблины начали бить своим оружием. Она повернулась к Сакре.

В замкнутом пространстве лишь его зачарованный нагрудник излучал какой-то свет. Зел окинул взглядом гладкие стены из слоновой кости, гадая, сможет ли он их пробить. Затем он почувствовал... что-то.

Это был не разрыв в пространстве и не портал. Это было больше похоже на мост или... проход, через который кто-то шагнул. Воздух исказился, и из теней вышла фигура. Зел увидел белокостную женщину - нет, женщину, созданную из кости, гиганта в костяных доспехах с мечом и щитом в руках. Она смотрела на него зелеными глазами, пылающими мертвенным светом.

- Венитра.

- Иджвани.

- Беа. И Ум.

- Кераш.

Времени спрашивать, что происходит, не было. Да и смысла особого не было. Зел обвел их взглядом и сосредоточился на Кераше. Мертвый Гнолл поднял меч и направил его в грудь Зела.

Пятеро мертвецов двинулись по куполу, пытаясь зайти с флангов. Зел отступал, пока не уперся спиной в одну из костяных стен. Беа и Ум заняли левый фланг, Венитра и Иджвани - правый. Кераш стоял перед ним. Пятеро мертвецов приготовились, ожидая. Зел следил за ними, смещаясь, пригнувшись и расставив когти.

Венитра, нежить в облике костяной женщины, явно была кем-то вроде [Рыцаря]. Она выглядела как своего рода голем. Опасная, но не непобедимая. Скелет рядом с ней - то, как она держала свой посох, напомнило Зелу о чем-то. Встречал ли он её раньше? Она была заклинателем, но и с этим можно было справиться.

Кераш был последним. Зел подумал, что тот какой-то вроде Драугра. Они были могущественны, сильны и их было трудно убить, но лишь зачарованный меч мог нанести ему вред. Избавиться от него, и тогда...

- Значит, ты послал своих прислужников сделать то, чего сам слишком боишься сделать лично, Аз'кераш?

- Похоже, ты всё хорошо спланировал. Ты собирался ударить меня в спину или всегда надеялся, что я могу угодить в такую ловушку? Выйди и встреть меня сам, трус. Я знаю, что ты наблюдаешь.

Холодный, четкий голос заполнил воздух в куполе, отдаваясь эхом. Зел слышал, как говорит Аз'кераш, всего несколько раз, но он никогда бы не забыл этот голос.

Этот голос. Зел зарычал, резко обернувшись. Но Некроманта здесь не было. Он говорил через своих прислужников.

Снова зашуршали неживые слуги. Аз'кераш назвал их своими детьми? Что же он успел сделать за годы, прошедшие после Второй войны Антиниума?

- Так ты говоришь. Но ты прислал пятерых.

- Именет.

- Да. Ты уже встречал Венитру и Иджвани. Жаль, что ни одному из них не удалось выполнить свои задачи. Скажи мне, как ты понял, что я всё еще жив? Кажется, тебя... проинформировали о моем выживании еще до этого.

- Это было несложно понять. Твои заклинания иллюзий не так сильны, как ты думал. И у тебя есть враги.

В воздухе возникло давление, из-за которого Зелу захотелось заговорить о Рёке. Заклинания истины. Он прикусил язык и сосредоточился на других мертвецах. Иджвани - это одно. Но Кераш? Неживой Гнолл явно был лидером, но в нем было что-то еще.

- Ты и вправду Кераш, Гнолл Воин-Вождь, который погиб более ста лет назад?

"Я - верный слуга своего господина. Это всё, что вам нужно знать перед смертью, Дрейк".

Голос Аз'кераша звучал одобрительно. Глаза Зела сузились. Значит, Кераш. Это может быть... он снова взглянул на пятерых нежити. Кем они были? Ассасинами? Авангардом? Но зачем они вообще здесь?

"Вряд ли. Это мои чемпионы, мои немногие избранные. Они созданы, чтобы быть превосходить всю остальную нежить, чтобы вести за собой и вселять отчаяние в сердца моих врагов. На самом деле, идею их создания подкинул мне ты. После моего поражения и "смерти" в прошлой войне я размышлял о своих слабостях. Эти пятеро, мои Избранные, - мой ответ этому изъяну".

"Так вот зачем ты их создал. Понятно. Они действительно твои шедевры. Твоя... надежда. И если я раздавлю их, твои планы будут нарушены, не так ли?"

"Довольно этого! Кераш, прикончи Зела Дрожехвоста".

Голос Кераша прогрохотал, когда он сжал меч обеими руками. Венитра подняла щит, а Ум и Беа сделали шаг вперед. Руки Ума были в карманах пальто; гнилые ладони Беа были обращены к Зелу. Иджвани подняла свой посох.

"[Разрез Молнии]!"

"[Костеломный удар головой]!"

Он повернулся, ища глазами Венитру, и увидел черную скелетообразную руку. Иджвани указала своим посохом и произнесла заклинание.

И вспыхнуло пламя. Зел взревел, когда огонь охватил его тело, обжигая все открытые участки кожи, не прикрытые доспехами. Он ударил по Иджвани, но та уже отступала. В этот момент Венитра врезалась в него слева, нанося удары. Зел пошатнулся, восстановил равновесие и оттолкнул ее, когда она попыталась сбить его с ног.

Сакра выкрикнула приказ, и более сотни [Магов] обрушили на купол заклинания издалека. Люди, несколько полуэльфов и гоблины. Обе армии пытались пробить костяные щиты, хотя гоблины перешли к оборонительной стратегии, чтобы не дать людям приблизиться к последней линии обороны своего Лорда.

- Ничего. Ни царапины.

- Оно непробиваемо! Сосредоточьте атаки в другом месте! Прикрывайте наших [Рыцарей]! Сбейте этого Лорда Склепов!

Нет, он был в опасности! Она это знала. Магнолия выругалась и заметила, как за её спиной в тенях мелькнул силуэт.

Магнолия подняла руки, и Ресса без лишних слов вложила в её ладони странную трубку, которую ей передал дед. [Горничная] стояла позади Магнолии, её форма была перепачкана в крови.

- Мы не можем потерять Зела! Погоди, я целюсь!

- Как дедушка Регис сказал его активировать? Каким было заклинание-команда? Таурмодезиум?

- Да, это! Таурмоденазиум! По моему приказу, огонь или...

Абсолютно ничего. Из трубки вырвался конус тишины. Магнолия почувствовала, как оружие покинуло её руки, и отступила, пока трубка зависла в воздухе. Это была простая металлическая трубка, испещрённая светящимися рунами внутри и снаружи. Теперь эти руны сияли всё ярче и ярче, превратившись в настоящий маяк.

- И это всё? Потому что если это всё, я отправляюсь в семейное поместье и сжигаю его дотла...

Они стали... разнообразными. Или, возможно, создали множество своих копий, потому что воздух внезапно заплясал от разрядов молний. Они проносились над гоблинами и людьми перед трубкой, заставляя солдат вскрикивать и ронять свое металлическое оружие. И затем из трубки вырвалось еще больше молний.

Письмо было элегантным, курсивным и трудночитаемым. Это был иной шрифт, чем те, что Магнолия видела раньше, но, несмотря на всю древность, он был совершенно разборчив.

А затем из передней части трубки хлынул свет. Магнолия зажмурилась. Отверстие трубки вспыхнуло, и это было последнее, что она видела в течение некоторого времени. Однако она почувствовала удар, когда воздух буквально разлетелся в щепки. Ее отбросило назад, и только то, что Ресса успела ее подхватить, спасло Магнолию от перелома шеи.

И расколола его. Кость разлетелась в щепки, магия Некроманта была сломлена. На мгновение Ресса увидела шесть фигур, борющихся в темноте, но затем вспыхнула магия молнии вокруг пролома. Она закрыла всё остальное, пока трубка заземляла свой заряд в костяном куполе.

- Нет! Вперед! Боевые големы, на помощь генералу Шивертейлу!

Они бросились вперед с визгом, стремительно пересекая поле. Гоблины с криками помчались им наперерез. Первый Боевой Голем испепелил их лучом огня. Второй ударил по остальным молнией - куда менее мощной, чем молния из артефакта Магнолии, но всё же достаточно сильной, чтобы оглушить и убить.

Магнолия выкрикивала эти слова, пока Ресса удерживала её. На другом конце поля боя гоблины кричали об обратном.

"Остановите их!"

Гоблины схватили её сзади. Еще двое хоббов вцепились в цепь. Снэпджо видела, как их дернуло. Одного хобба забило судорогой - она видела, как он умирает, не выпуская цепь. Его сердце... её собственное сердце трепетало и замирало. И всё же они упирались пятками в грязь.

Гоблины выстроились в живые цепи по двадцать тел на каждую веревку, но Боевой Голем лишь немного замедлился. Он всё еще двигался вперед. Всё еще двигался...

Разлом в костяных стенах закрывался! Им нужно было только удержать Голема - удержать...

Первый Голем достиг проема. Он протиснулся внутрь, пока кость начала обтекать его. Второй отбросил Пожирателя Копей и рванулся к отверстию. Он врезался в щель, успел зайти наполовину - и застрял. Кость накрыла его, заточив сопротивляющегося Голема. Тот боролся, а затем медленно начал умирать. Магический купол раздавливал его внутренности, сгибая зачарованный металл корпуса. Голем перестал двигаться, и Снэпджо увидела, как яркий свет в его пасти померк и погас.

Остальное оставалось тайной.

Зел Шивертейл был один. Он и раньше бывал один. Но никогда еще так.

- Ешь его, Уум!

- Мое второе по старшинству творение, Уум. Он был создан, чтобы уничтожить тебя, Шивертейл.

- Не...

Хуже был Уум. Неживое существо обвила его ноги, поглощая их. Зел попытался вырваться, но безуспешно. Иджвани опалила его еще одним огненным шаром из черного пламени.

Зел взревел, когда Уум попытался поглотить его. Он замахнулся кулаком, и часть тела Уума разлетелась брызгами, но остальное продолжало липнуть к его телу. Голос Некроманта звучал заинтриговано.

Кислота обжигала Зела, и если бы Уум закрыл ему рот, он оказался бы внутри Зела, задушив его. Зел напрягся, и часть Уума разлетелась по костяным стенам.

Он попытался сдвинуть ноги, но они все еще были приклеены. Теперь Венитра и Кераш оказались по обе стороны. Венитра нанесла удар, и на этот раз ее клинок глубоко вошел в руку Зела. Он пошатнулся, и Кераш полоснул его по ноге. Оба клинка ударились о кость.

И вдруг стена взорвалась. Зел почувствовал удар, почувствовал, как что-то подхватило его тело, Уума, всю нежить и швырнуло их в противоположную стену. Он оглушенно скользнул по земле, а затем поднялся.

Был дневной свет! Что-то пробило стену купола! Зел увидел шокированные лица гоблинов, поворачивающихся к нему, и услышал голос Некроманта.

Его голос звучал тревожно. Кераш и Венитра бросились перекрывать пролом. Зел рванул вперед, и его кулак столкнулся со щитом Венитры. Впервые за весь этот бой Зел натолкнулся на что-то, что не смог оттолкнуть. Венитра ударила его мечом, и он уклонился влево. Пролом закрывался! Зел бросился на Кераша, не заботясь о том, получит ли он удар клинком, лишь бы выбраться...

Затем он отступил. Кераш уставился на него, а Венитра неуверенно подняла меч. Она сделала шаг вперед, но было слишком поздно. Зел уже достал зелье с пояса и выпивал его.

Иджвани попыталась сотворить заклинание, но Зел уклонился от разрядов молнии. Нежить заколебалась, но если бы они сдвинулись, им пришлось бы оставить брешь, ведущую наружу. С мрачным видом Зел осушил еще два зелья, чувствуя, как затягиваются его раны, а тело наполняется энергией.

- Что это за звук? Ум?

Проход в слоновых стенах закрылся. Зел увидел другого Голема, несущегося к отверстию, увидел, как тот застрял - а сам он уже прыгнул на Иджвани.

Он проревел Боевому Голему, пока тот рубил Венитру и Кераша. Двое воинов-мертвецов разбежались по разные стороны, блокируя острые пальцы-кинжалы Голема и нанося удары по его ногам. Их клинки врезались в зачарованное тело Голема легче, чем в плоть Зела.

Иджвани закричала остальной нежити, пока Зел терзал ее своими когтями. Он пытался разнести ей голову, но ее кости были крепкими, и она блокировала удары своим посохом. Он оторвал ей одну руку, и в тот же миг почувствовал, как холодкая липкая масса обхватила его левую руку. Одновременно с этим его чешуя начала обжигать.

Беа рванулась вперед. Зел пнул ее, и она отшатнулась. Она была наименее ловкой из всей нежити. Но ей удалось отвлечь его достаточно долго - Уму наконец удалось обвить торс Зела.

Кераш взревел, нанося удары по ногам голема. Голем стоял на коленях - он не мог справиться с одновременным натиском двух нежити. Зел заметил, что пасть существа засветилась красным, и крикнул:

Боевой голем поднял голову. Он сосредоточился на Зеле, и тот увидел, как в его пасти разгорается огненное инферно. Пламенный лазер вырвался наружу, испепелив Зела и Оома, застывших на месте.

Закричала Беа. Неживая женщина рванулась вперед. Слишком поздно. Слизень вскрикнул - беззвучный вопль, когда огонь разорвал его тело на части. Зел почувствовал, как тело Оома испаряется вокруг него. Он пошатнулся, чувствуя, как отлетают чешуйки. Но его руки тянулись. Где же...

Все четверо нежити смотрели на него. Беа подняла руку. Ее глаза были широко распахнуты. Зачем Аз'кераш сделал ее так похожей на обычную человеческую женщину? Ее голос дрожал:

Хватка Зела усилилась. Оом закричал, когда мана-камень раскололся. А затем наступила тишина.

Боевой голем рухнул, когда Кераш вогнал свой зачарованный клинок ему в затылок. Венитра поднялась; ее щит дымился после того, как заблокировал второй огненный луч. Четверо нежити смотрели на Зела Шивертейла.

- Один готов. Кто следующий?

Голос Аз'кераша был подобен шипению. Кераш поднял меч, когда он и Венитра снова зашли Зелу с флангов.

Голос Венитры был глубоким. Зел рассмеялся ей в лицо.

Кераш остановил Венитру прежде, чем костяная женщина успела броситься на него. Гнолл указал пальцем.

Он двинулся вперед с мечом наготове. Зел стиснул зубы, когда Иджвани запустила в него заклинанием. Это была какая-то слизь - как и Уум, она прилипала ко всему, чего касалась. Немного попало на ногу, когда он развернулся, чтобы уклониться; Кераш полоснул Зела по глазам, но был заблокирован. Венитра пошла в атаку со щитом, и Зел дважды полоснул её когтями по груди. Он мог резать её тело! Но удары не были глубокими, а от отдачи задрожали руки. Зел зарычал, вскидывая когти.

И Беа коснулась его тела.

Он резко обернулся, увидев протянутую к нему руку Беа. Нежить бросилась на него, игнорируя опасность. Коготь Зела отсек ей руку, когда она попыталась отступить. Но второе касание ощущалось так же скверно, как и первое. И когда Беа отступила, в её глазах читалось... удовлетворение.

Зел почувствовал, что другая нежить отступает. Он схватился за пояс и разбил флакон с зельем, вылив его на свою руку. Жидкость плеснула на те места, которых коснулась Беа. Но вместо того чтобы исцелить раны, жжение пробежало вниз по руке Зела. И - боль.

Голос Аз'кераша снова прозвучал удовлетворенно. Беа подняла свою руку и отступила. Нежить наблюдала за Зелом, пока тот сжимал руку. Его рука и когти болели. Что бы ни было этим жжением, оно распространялось подобно лесному пожару. Почему? Из-за прикосновения?

- Чумы.

Затем он улыбнулся. Нежить замялась. Зел раскрыл когти и бросил свой пояс с исцеляющими зельями на землю. Он кивнул им и сжал один кулак.

Первым он бросился на Венитру, игнорируя клинок, который она вонзила ему в бок. Его когти были остры. И теперь его больше ничего не сдерживало.

Битва была долгой. Битва была короткой. Лорду Гоблинов казалось, что сражение между Зелом Шивертейлом и нежитью длилось целую вечность. Он знал, что оно не могло идти дольше... нет, сколько времени прошло?

Лорд Гоблинов видел всё. Он лежал там, где пал Зел, цепляясь за жизнь с помощью собственной магии, пока нежить и Дрейк сражались. Теперь он отчаянно откупорил исцеляющее зелье - одно из тех, что выронил Зел, - и вылил его себе на живот.

- Ты смеешь...

- Слабо!

Дрейк подхватил Венитру - всё её массивное тело - и швырнул её в Беа, которая пыталась подкрасться к нему сзади. От этого удара обе женщины-нежити повалились на землю, и тело Беа сломалось под весом рухнувшей на неё Венитры. Зел обернулся, и меч Кераша вонзился ему в плечо. В ответ рубящий удар Зела вскрыл грудь Гнолла, обнажив ребра.

Иджвани снова выпустила то же заклинание, окутав Зела пламенем, что дало Керашу секунду, чтобы отступить. Зел развернулся, объятый огнем, и пнул Иджвани. Скелет разлетелся на куски и с грохотом рухнул на землю. Венитра с трудом поднялась на ноги, и в наступившей тишине, пока Зел на мгновение замер, чтобы глотнуть воздуха, раздался голос Аз'кераша.

Лорд гоблинов слышал, как хрипят легкие Зела в попытке вдохнуть. Дрейк сделал шаг к Керашу и споткнулся. Гнолл отступил. Его грудная клетка оставалась разинутой, мертвая плоть была рассечена. Венитра неуверенно подняла щит.

Нежить замерла. Голос Аз'кераша прозвучал резко, пока Зел выкашливал кровь.

- Он всё ещё стоит, Мастер! Он не должен... он уже должен быть мертв!

- Ну же. Ну же, давайте! Я думал, вы должны быть монстрами!

Венитра низко, Кераш высоко. Беа слева, Иджвани сзади. Зел ударил Кераша и схватил Венитру за голову. Он скрутил её, и кости шеи начали трещать.

Снова Зел прорычал это слово. Венитре удалось ослабить его хватку и отпрянуть назад. Нежить отступила, когда Зел замахнулся на Иджвани, пристально глядя на него. Зел пошатнулся.

- Осталось четверо.

- Твои прислужники не смогут меня убить, - прохрипел Зел, втирая тело Беа в землю подошвой. Она цеплялась за его ногу, но он игнорировал это. Венитра и Кераш атаковали вместе с Иджвани, но Зел наотрез отказался отступать.

Он наклонился и разрубил Беа надвое. Она всхлипнула и уставилась на свою нижнюю половину, отделенную от торса. Зел обернулся.

Он бросился на Венитру, обмениваясь ударами с костяным рыцарем. Именно она отступила, треснувшая и сломленная. Зел игнорировал Кераша, пока Гнолл рубил его в спину. И тогда Лорд гоблинов зашевелился.

- Дрейк!

Сейчас. Лорд гоблинов прыгнул вперед. Зел развернулся быстро, словно змея. Он пнул Лорда гоблинов, и тот почувствовал, как его ребра хрустнули от удара. Он упал, задыхаясь, в то время как Зел отшвырнул Кераша назад.

Он выкашлял еще больше крови, снова пнув Лорда гоблинов, прежде чем тот успел снова дотянуться до меча. Кераш попытался подняться - кулак Зела расколол его череп.

Дрейк [Генерал] замедлялся, но всё ещё бросился на Венитру, когда та пошла в атаку. Они сцепились в отчаянной борьбе, тело Венитры ломалось. Лорд гоблинов попытался встать. Он схватил меч и полоснул по ногам Зела. Дрейк хмыкнул, когда лезвие пронзило его бедро. Он обернулся, схватил Лорда гоблинов и занес коготь, отталкивая Венитру. Неживая женщина пошатнулась, и Лорд гоблинов заглянул в глаза Зелу.

Кто-то зашевелился позади Лорда гоблинов. Он увидел, как расширились глаза Зела, и почувствовал, как Дрейк разжал хватку. Слишком медленно.

Поднялась рука и указала вперед. Гоблин-лорд почувствовал, как что-то промелькнуло перед его лицом - пронзило одно из ушей. Зел пошатнулся. Сверкающие алмазные осколки пронеслись в воздухе, некоторые длиной с кинжал, впиваясь в его лицо и тело. Дрейк повернулся к Аз'керашу, когда Некромант поднял руки. Он двинулся.

Голова Зела дернулась. Гоблин-лорд увидел вспышку, почувствовал удар о дальнюю стену, когда каменное копье разлетелось вдребезги. И когда Зел Шивертейл повернул голову обратно, Гоблин-лорд увидел, что части его головы не хватало.

Снова Некромант указал пальцем. На этот раз черная магия, захлестнувшая Зела, была волной, куда более мощной, чем всё, что мог создать Гоблин-лорд. Она вытянула последние остатки энергии Дрейка, сковав его тело. Аз'кераш указал на грудь Дрейка и снова произнес заклинание.

Темная магия ударила по Зелу. Он пошатнулся, его нога шевельнулась - и замерла. Он застыл на месте с пустым взглядом.

В его глазах не осталось света. Гоблин-лорд хотел закричать. Предательство! Он напал со спины! Но ведь именно так сражались гоблины. И всё же Некромант... черные глаза Аз'кераша были прикованы к глазам Зела. Взгляд Дрейка был неподвижен.

Четвертое заклинание стало последним. Зел даже не шелохнулся, когда магия поразила его. Тогда Аз'кераш опустил палец и огляделся.

Лорд Гоблинов посмотрел на своего мастера, на Аз'кераша. Некромант был здесь. Здесь. Должно быть, он использовал один из своих Свитков Великого Телепорта, чтобы добраться сюда. Лорд Гоблинов знал, что у него осталось всего одиннадцать. Нет - теперь четыре. Он потратил эти ценные артефакты ради этого.

И все же он продолжал сражаться, несмотря ни на что. И если бы Некромант не явился в последний момент - Лорд Гоблинов отвел взгляд.

Голос прервал тишину. Беа поползла к своему создателю, ее тело было сильно повреждено. Лорд Гоблинов отстранился от нее, пока она волокла свой торс к Аз'керашу. В руках она сжимала обломок камня.

Аз'кераш поприветствовал ее с явным удовлетворением в голосе. Нежить не разделяла его радости. В дрожащих руках она держала осколки мана-камня Ума.

- Ушел.

- Но он сражался! Мастер...

Остальные нежи, Избранные Некроманта, начали подниматься с пристыланным видом. Венитре потребовалась помощь Кераша, чтобы с трудом встать на ноги.

Голос Кераша прозвучал хрипло. Аз'кераш посмотрел на него.

- Да, Мастер.

- Мастер, а что если я заберу фрагменты обратно? Если я положу их в особое место Ума, может быть...

В глазах Аз'кераша вспыхнуло раздражение, и мертвая женщина отпрянула. Он повернулся с недовольным видом, но затем смягчился, снова посмотрев на Зела.

Он подошел к Зелу, протянув руки, чтобы коснуться груди Дрейка. Лорд Гоблинов заметил, как блеснули глаза Зела, как шевельнулись когти Дрейка.

Удар был стремительным. Он прорезал почти невидимую ауру защиты вокруг тела Некроманта, рассек его шею - но лишь слегка. Зел был слишком далеко. Его когти лишь вскрыли горло Некроманта. И пока Некромант отшатывался, широко раскрыв черные глаза от шока, Зел рухнул.

Горло Некроманта не кровоточило. Он прикрыл бледную плоть и уставился на Зела. Дрейк смотрел на него снизу вверх, поверженный, неспособный пошевелиться. Просто смотрел.

Голос Аз'кераша прозвучал резко. Он схватил свиток у своего бока и исчез. Нежить вокруг него уставилась на своего господина - Иджвани исчезла с хлопком, применив [Малое Телепортирование], а остальные сбежали, доставая собственные свитки. Лорд Гоблинов огляделся, ошеломленный внезапным исчезновением остальной нежити.

Зел Шивертейл лежал на земле, смеясь. Он был всё еще жив. Каким-то образом. Лорд Гоблинов мог заглянуть в его разум, и Дрейк всё еще цеплялся за жизнь. Его глаза повернулись к Лорду Гоблинов.

Лорд Гоблинов произнес это, опускаясь на колени рядом с Зелом. Он смотрел на Дрейка, видя, в каких местах подвела зачарованная броня. Магический металл в одном месте расплавился, в двух других был пробит. Зел Шивертейл смотрел на слоновую кость потолка над головой. Зачарование разрушалось - купол местами обваливался, пропуская солнечный свет.

- Мне жаль. Это была недостойная смерть. Трусливая. Это было...

- Я еще не умер.

- Я мог бы убить тебя. Это было бы так просто.

- Не хочется. Больше нет.

- Я так устал. Значит, вот так всё заканчивается? Смешно, я всегда думал, что всё будет... быстрее.

- Ссерис, старый друг. Я не смог вести их за собой. Я не смог вдохновить их так, как ты. Но я пытался. Интересно, сказал бы ты, что работа выполнена хорошо? В конце концов, мне не удалось убить Некроманта. Я прикончил лишь одного из его прислужников. И...

- Мой наставник, мой друг, крылья моего сердца, хорошо ли я справился? Защитил ли наш народ? Без тебя всё было так тяжело. Увижу ли я тебя, интересно? Скажешь ли ты, что я хорошо справился или плохо, когда мы встретимся?

Заговорил Лорд Гоблинов, голос его дрожал. Он протянул руку, но замялся. Он произнес это настолько мягко, насколько мог.

Зел шевельнулся. Его взгляд сфокусировался на лице Лорда Гоблинов, и тот нахмурился.

Он пристально посмотрел на гоблина, а затем улыбнулся. Это было так странно, что Король гоблинов чуть было не улыбнулся в ответ. Гоблин потер глаза и с удивлением обнаружил влагу на своих когтях. Зел посмотрел на него.

- Нет. Нет имени. Только Король гоблинов. Ученик. Гоблин.

- Как странно. У каждого должно быть имя. Иначе кажется неправильным. Ты... должен иметь имя.

- Как насчет Райса? Это подходящее имя для дрейка. Если бы у меня был сын... Ссерис всегда говорила, что хочет вырастить мальчика и назвать его так.

- Возьми его, если хочешь. Не думаю, что Ссерис будет против. И... нет, забудь.

Король гоблинов посмотрел на Зела. Дрейк взглянул на него и пожал плечами.

Его голос затих. Райс заглянул в глаза Зелу и увидел, что взгляд дрейка снова стал отрешенным. Зел прошептал что-то, пока Король гоблинов снова вытирал глаза.

Он один раз рассмеялся.

Райс долго ждал, но Зел так и не закончил фразу. Он сидел, и на его лице всё ещё блуждали последние следы смеха. Сокрушитель Приливов смотрел в небо, пока стены из слоновой кости наконец не рухнули, и обе армии наконец смогли увидеть, что находится внутри купола.

Была лишь тишина. Затем Лорд Гноллов услышал стон со стороны Людей. Это звучало так, словно из них вырвали что-то живое. Он видел, как закованные в броню ряды мужчин и женщин пошатнулись, видел, как некоторые пали на колени, а другие начали рыдать. Осознание медленно охватило армию, когда они увидели Лорда Гноллов, стоящего над далекой фигурой их [Генерала].

И Лорд Гноллов убил его.

- Мертв! Мертв, мертв, мертв!

- Стоять!

"Оставьте тело. Кто коснется - умрет".

"Отступаем".

- Я предлагаю сто тысяч золотых монет. Нет, я предложу миллион золотых или любые артефакты, которыми владею. Распространите эту весть среди Гильдий Ассасинов во всех уголках мира. Этот некромант будет мертв, Ресса.

- Смерть Ума была прискорбной.

- Я вижу, что переоценил ваши способности. Или, возможно, недооценил способности моих врагов. Следующее поколение ваших братьев и сестер будет лишено ваших слабостей.

- Вскоре я починю вас всех. Отдыхайте и восстанавливайте силы. Вы мне ещё понадобитесь. Сегодня я устранил одного из своих величайших врагов.

Страх перед будущим.

Эта новость накрыла Лискор подобно волне. Пораженные горем Дрейки стояли на улицах, рыдая, и Гноллам было не легче. Зел Шивертейл погиб. Герой Вторых войн Антиниума, щит, что так долго защищал Изрил, пал.

Клбкч не плакал. Антиниумы не умеют плакать. Он медленно шел по улицам Лискора, слыша звуки рогов и видя горе на каждом углу. Он вошел в Улей Антиниума и почувствовал тишину. Рабочие и Солдаты не понимали этой скорби и страха - да, именно страха, что сжимал сердца тех, кто стоял выше.

- Клбкчхезеим.

- Похоже, что так. Курьер доставил его к дверям Улья сегодня утром. Я поместила его здесь.

- Ты уже активировала его?

Королева Свободного Антиниума смотрела на Клбкча, пока тот медленно подходил к зеркалу. Он приложил к нему руку, и поверхность пошла рябью. Она изменилась. Вместо того чтобы отражать Королеву и Клбкча, поверхность замерцала, пока не показала другую комнату.

- Клбкчхэзейм? Похоже, связь сильна. Как поживает Свободный Антиниум?

Голос Клбкча был бесстрастным. Великая Королева Антиниума замерла. В раме Клбкч увидел, как один из собравшихся вокруг неё Антиниумов обернулся. Ксрн уставился на него. Великая Королева молчала, глядя на Клбкча. Затем её жвалы разошлись и приподнялись.

Она лениво повела усиком. Антиниумы повернулись лицом к Клбкчу, и Великая Королева заговорила:

Клбкч кивнул. Он посмотрел на Великую Королеву Антиниума, и его пальцы крепче сжали рукояти мечей. Он произнес лишь одно слово:

Конец 4-го тома.

==================

Мы никогда не узнаем. Но всё свершилось, и мир теперь изменился. Зел Шивертейл мертв. И то, что последует дальше, будет... иным.

Спасибо за чтение. Я хорошо отдохнул, и думаю, что этот перерыв был уместен - я надеюсь делать недельный перерыв после каждого завершения тома, хотя бы для того, чтобы немного перезарядиться. У меня много идей для следующего тома и еще много сюжета впереди. Что-то будет трагичным, что-то ужасающим (надеюсь, не из-за плохого письма), другие части - обнадеживающими, грустными или глупыми или...

До скорого. Я возвращаюсь к работе, и пятый том начнется через два дня. Скоро я также опубликую ежемесячный опрос по побочным историям и, возможно, еще один короткий (неканоничный) отрывок, который я написал во время отпуска. Как и всегда, спасибо за чтение,

Бездонный Доктор

Примечание автора: Я написала эту главу как неканоничную побочную историю для моего дедушки. Он поклонник этой истории, и хотя я никогда не планирую вводить реальных людей в качестве персонажей или добавлять фанатских героев в серию, это был подарок на день рождения.

Наш герой, таинственный Капитан Ад, - не мой дедушка. Но в Капитане Аде есть от него частичка. Истина и миф переплетены друг с другом, и, возможно, только [Барды] могут сказать, где заканчиваются факты и начинаются легенды. Надеюсь, вам понравится эта история!

Конечно, если бы вы отправились на север, в Терандрию, вы услышали бы прямо противоположное. Люди бесчисленных королевств этого континента считают сменяющие друг друга поколения правителей своим сокровищем и указывают на древние замки и руины как на символ своего статуса. Кроме того, Терандрия - единственный дом для гномов, этих мастеров по металлу и камню. Место, где живут легенды. Неужели одно это не говорит о величии Терандрии?

А Рхир... чем меньше говорят о борьбе этих отчаявшихся людей, тем лучше. Но горе тому, кто посмеет предположить, что Рхир каким-то образом уступает четырем другим континентам. Жители Рхира с определенной долей правды утверждают, что они самые отважные, самые стойкие и упрямо надеющиеся из всех пяти континентов.

Море. Единственная земля, где города до сих пор не были построены в большом количестве. Огромная бездна, из которой выходят монстры, о которых искатели приключений Золотого ранга и Именные Искатели могут только мечтать в своих кошмарах. Это место является домом для Утопленников, проклятых душ, которые отдали свои тела, чтобы слиться с другими существами и дышать водой так же свободно, как воздухом. Утопленники, слухи о которых говорят как о русалках, [Пираты] и [Моряки], которые просто дрейфуют на поверхности океана, - все они называют море своим домом.

Но там не всегда тихо. В темноте звучат песни, если только у кого-то хватит смелости прислушаться.

Поддерживать пузырь. Это было прежде всего. Хотя каждый из Утопленников - бывших людей, слившихся с чертами крабов, рыб или других морских существ - мог дышать под водой, сокрушительное давление на той глубине, где они плавали, в считанные секунды превратило бы их тела, как и сам корабль, в кашу. Если бы не магические обереги, создававшие вокруг судна защитную сферу, "Роговой Кракен" исчез бы в одно мгновение.

Что касается запрета на свет - снова безопасность. Свет привлекал внимание, а внимание под водой было последним, чего хотелось любому моряку. Ужасные твари жаждали света и искали его.

Но сегодня споры между [Капитаном] и [Старпомом] корабля опасно приблизились к нарушению этого правила. Двое, которые были то [Моряками], то [Пиратами], шагали по широкой палубе, разговаривая приглушенными голосами.

- Абсурд! Я этого не потерплю.

- Мы в десятках тысяч лиг от любого порта, и это не считая риска слишком быстрого всплытия. И ради чего? Ради кричащего младенца? Я этого не допущу! Мы все переголодаем ради твоей миссии милосердия, Рендала. Больше никаких споров!

Кто-то мог счесть щупальцеобразные руки [Капитана] слабостью, но яд, содержавшийся в его теле, компенсировал любые недостатки внешности. Одним касанием он мог парализовать кита, а его тело заживляло раны, которые сделали бы обычную плоть калекой. Сейчас он с немалым гневом смотрел на своего [Старпома].

Рендала не говорила так, как большинство Гноллов, не заканчивая свои предложения словами "да" и "нет". Она покинула свое племя еще ребенком и, как и все члены экипажа корабля, говорила как моряк.

- И что же нам делать? Попытаться всплыть? Даже если мы выживем при таком быстром подъеме, шансов найти [Целителя] в открытом океане почти нет.

- Бах. Старый Пилоног никогда не делал ничего большего, чем раздавал лечебные зелья. У нас на борту их достаточно - почему бы не использовать их?

- Роды - это не так просто, Капитан. Бывают случаи, когда теряют ребенка или мать, и никакое лечебное зелье здесь не поможет. А если оно и "исправит" проблему, то сделает это неправильно, как будто ребенка и вовсе не было. Есть причина, по которой нанимают [Повитух], даже когда у нас есть магия и зелья.

- Это всё вина этого проклятого идиота! Кто в здравом уме выходит в море беременной?

- Я не говорю, что это правильно! Но теперь у вас есть долг перед экипажем.

Утонувший Гнолл замолчал. Тугрим был прав. Их корабль, "Рогом Кракена", было непросто содержать в исправности и на плаву, будь то под водой или над ней. Мана-камни, которые они использовали для поддержания пузыря корабля, стоили сотни золотых монет, а экипажу нужно было платить жалованье. К этому добавлялись расходы на масло, еду, запасы лечебных зелий и другие зачарованные предметы...

- Не верю, что всё дошло до этого. Нам следовало повернуть назад в тот самый миг, когда мы всё узнали.

- Тогда было уже слишком поздно. Она слишком долго притворялась. Соль морей, как мы могли не заметить? Тайную рвоту, то, как она ела...

- Что ж, сейчас они мало что могут сделать. Сейчас дело за нами. Наверх или вперед, Капитан?

- Всплываем, старпом. И да помилуют нас моря, если какая-нибудь рыба покрупнее нас почует. Мы слишком далеко от безопасной зоны, но нам придется идти по Течениям Гребца, если мы хотим успеть доставить её в безопасность.

Женщина-Гнолл с облегчением отдала честь. Это вызовет недовольство на корабле и, без сомнения, несколько недобрых слов, сказанных втайне в головах членов команды, но она с радостью перенесет этот шквал, чем смирится со смертью матери и ребенка на борту, когда ничего не было сделано. Кроме того... от мысли о том, что кровь при родах может привлечь в этих глубинах, Рендалу передернуло.

- Капитан...

Тугрим и Рендала прокрались к корме корабля. Ни один из Затонувших Моряков не потянулся за оружием - их телами и было их оружие. Рука Рендалы, державшая меч, описывала в воздухе небольшие круги; она пригнулась, высматривая что-нибудь - что угодно - в черноте.

У штурвала стоял [Моряк]. Там всегда кто-то стоял - это время называлось Часом Призрачного Дозора. Большую часть времени кораблю не требовалось четкого направления - дежурному [Моряку] нужно было лишь следить за препятствиями на пути. Но разум мог играть с ними злую шутку, и вдали начали мерещиться призраки. Секрет заключался в том, чтобы отличить иллюзии от реальной угрозы, приближающейся в мутной воде.

Тугрим подошел к полукальмару-затонульцу у штурвала. Тот обернулся, его борода представляла собой массу извивающихся щупальцев, и ответил с широко раскрытыми глазами:

- Движется в нашу сторону? Избегай его!

- Значит, на нас охотятся. Рендала, приготовься поднять тревогу.

- Становится ярче!

- Ахой! Что тут у нас?

- Стоять! Кто вы такие? Отвечайте, или мы атакуем! - проревел Тугрим в наступившую тишину, глядя прямо на источник света. Рендала подняла руку с мечом, всматриваясь в ослепительный блеск. И вдруг - внезапно - свет погас. В темноте пятна перед глазами Гнолла исчезли лишь спустя несколько мгновений. И тогда она увидела его.

Он был одет в своего рода униформу из безупречно белой ткани. На нём была белая фуражка с каким-то золотым знаком спереди - совсем не такая настоящая капитанская шляпа, как та размашистая, широкополая громадина, которую носил Тугрим. И всё же было ясно, что он принадлежит к какой-то армии, пусть и к той, с которой не были знакомы ни Тугрим, ни Рендала. На его плечах красовались два чёрных эполета с золотыми кистями и четыре чёрные полоски. Он стоял прямо, вытянувшись в струнку, а его глаза - ах, эти глаза.

- Здравствуйте.

- Меня зовут капитан Ад. Это моя подводная лодка.

Эта чёрная металлическая штуковина была для старпома Рендалы столь же чужеродной, как любой жуткий ужас, которого она видела ползающим по морскому дну. Она противоречила всем её представлениям о том, каким должен быть корабль. И всё же эта длинная, продолговатая форма, то, как она лежала в воде, а не плыла - в этом была своя симметрия, своё изящество.

- Мира Утопленников вам. Я капитан Тугрим с "Рога Кракена". Какое дело привело вас в эти воды? Нет, какая глупость заставила вас зажечь свет на такой глубине?

- Было темно. Тьме нужен свет. Иначе как мне ориентироваться?

Отсутствие здравого смысла явно потрясло Тугрима. Он указал жестом на субмарину, не сводя глаз с лица капитана Эда. Он не смел встретиться взглядом с этим человеком - пронзительный взор был слишком силен даже для закаленного годами Тугрима.

- У меня было чувство, что я нужен.

- Что значит "чувство"? Чем вы занимаетесь?

- Нет ли, случайно, на борту вашего корабля беременной женщины? У меня есть Навык, который позволяет их чувствовать.

- Штормовые воды заберут меня! Как вы могли...

Капитан Ад ответил холодно. Тугрим замер.

- Акушер. Я принимаю роды. Если на борту есть беременная женщина, я смогу помочь ей родить.

Скептицизм Рендалы боролся с внезапной надеждой. Тугрим сделал шаг назад, прищурившись.

Капитан Ад обвел Тугрима своим парализующим взглядом, и слова [Капитана] застряли у него в горле. Медленно Ад полез в карман. Рендала напряглась, но мужчина просто достал странный длинный цилиндрический предмет и засунул его в рот. Она уставилась на него.

- Хотите?

- Ведите меня к пациентке. Время уходит.

- У меня есть ириски, если кто хочет.

- Вы уверены, что знаете, что делаете?

Капитан Ад кивнул. Он доел свой крендель и теперь надел пару белых резиновых перчаток.

Должно быть, именно его успокаивающий голос привел беременную [Морячку] в чувство; определенно не тот пронзительный взгляд, который он на неё устремил. И всё же, несмотря на внезапное появление этого серьезного, странного человека, Рендала заметила, что молодая беременная женщина немного успокоилась, и после беглого осмотра капитан Ад выпрямился и кивнул.

Ничто не могло вызвать у экипажа корабля более сильную панику. Ничто, кроме крика беременной [Морячки] и осознания того, что ожидание закончилось и процесс пошел. Послышались крики, и лишь некоторые из них принадлежали будущей матери.

Рендала наблюдала за рождением ребенка со смесью ужаса и благоговения. Тугрим упал в обморок, когда показалась головка. Но всё закончилось довольно быстро, и капитан Ад поднял кричащего младенца, разглядывая его.

- Он... проклятие...

- Он прекрасен.

Рендала уже собиралась спросить, как они могут отплатить своему таинственному спасителю, когда услышала крик сверху. Кровь застыла в её жилах.

Монстр глубин нашёл их. Ликование в трюмах мгновенно прекратилось. Утопленнический ребенок закричал, пока [Моряки] в спешке поднимались на палубу. То, что они увидели, ужаснуло Рендалу до глубины души.

Однако она была похожа на смерть. Морской монстр заметил Рог Кракена, или услышал шум, или увидел в воде свет, который вызвал приход капитана Ада. Так или иначе, он был здесь, и теперь осталась только смерть.

- Ну надо же. А та еще громадина.

- Бегите! Нас всех сожрет эта проклятая тварь, если мы останемся на месте!

Ей нужно было увести свой корабль, даже если это означало оставить судно капитана Эда в глубинах. Но мужчина уже запрыгивал в люк своего аппарата. Он бросил на нее укоризненный взгляд, замерв с крышкой люка в одной руке.

Она уставилась на него. Капитан Эд разворачивал свою субмарину. Она слышала его голос, эхом доносившийся из лодки, пока он разворачивал ее лицом к гигантской рыбе.

Гигантская рыба уставилась на капитана Эда. Возможно, дело было в его дьявольском взгляде, который пронзал рыбу сквозь слои обшивки субмарины, или в его спокойном, неумолимом голосе, но чудовищная рыба на мгновение заколебалась.

Рыба помедлила всего одно мгновение, и Ренальда, не веря своим глазам, затаила дыхание. Затем рыба решилась и поплыла вперед - не к "Рогу Кракена", а к субмарине капитана Эда. Она услышала тихий, удивленный голос мужчины:

Челюсти гигантского морского монстра сомкнулись вокруг субмарины. Ренальда, выталкивая свой корабль вверх, пока капитан Тугрим собирал команду для отчаянной обороны, видела, как судно исчезает в пасти рыбы. А затем произошла вспышка, подводный взрыв, волна жара -

Это было странное прощание, которое команда устроила капитану Эду на поверхности океана. Странное, неловкое, и еще более сюрреалистичное из-за трупа гигантской плавающей рыбы, дрейфующего прямо у носа их корабля.

Тугрим смотрел на рыбу, которая была достаточно велика, чтобы кормить целый город неделями. Ее буквально разорвало изнутри. Капитан Эд не претендовал на нее, так что теперь она была собственностью "Рога Кракена". Ренальда понятия не имела, как они будут ее транспортировать - акулы уже начали кружить вокруг и обгладывать труп.

Капитан Ад ответил спокойно, посасывая леденец, который он откуда-то достал. Он не претендовал на часть пиршества - хотя одни только зубы, вероятно, стоили целое состояние в слоновой кости. Он принял небольшую плату за помощь при родах, и ничего больше.

Мужчина пожал плечами в ответ на вопросы Рендалы.

- Мастерство?

- Подводные морские сражения... уклонение от рыб, помощь при родах... всё это как теннис. Я играю в него постоянно. Подводный теннис, воздушный теннис... Я [Теннисист]. Мне хочется верить, что я неплохо владею игрой.

- Или пинг-понг.

- Был рад со всеми вами познакомиться. Если у вас возникнут проблемы со здоровьем, я обязательно загляну.

- Кто это был?

Говорят, он бороздит просторы и поныне, этот человек с пронзительным взором, рассекая океанские глубины на своей металлической субмарине. Время от времени пожевывая крендель или ириску. Говорят, не один младенец обязан ему своей жизнью.

Или почти правдивы.

Оставить комментарий © Copyright Pirateaba Размещен: 03/06/2026, изменен: 03/06/2026. 821k. Статистика. Новелла: AI-Generated Скачать FB2		Ваша оценка:
Аннотация: Книга 6. Части 4.32 - 4.49

Pirateaba Блуждающий трактир - Генерал Изрила

4.32 G

1.02 C

1.03 C

1.04 C

1.05 C

4.33

4.34

4.35 E

4.36 О

4.37 O

4.38 B

4.39 G

4,40 л

4.41 L

4.42 L

4.43

4.44 М

4.45

4.46

4.47

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 3)

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 4)

Интерлюдия - Войны Антиниума (Ч. 5)

4.48

4.49

Бездонный Доктор

Pirateaba
Блуждающий трактир - Генерал Изрила