Холодная раннее утро. Уже неделю идут дожди. Мужчина спешно вышел из машины и забежал в дом.
-Что у нас тут?
-Только трупы, товарищ следователь.
-Сколько?
-Двое - вот тут доме, трое вон там во дворе...
Раннее утро понедельника и снова трупы.
Шевцов пошёл за подчинённым. В документах значились только градоначальник и его жена, которых он увидел в доме.
Неужели?
Пожалуйста, нет.
Нет.
Нет!
-Вот, товарищ следователь.
-Господи!
У всех тел во лбу были здоровенные дыры. Даже у детей перед Шевцовым. Маленькие чертята с кровавыми расплывшимися нимбами под головами.
-Там в сарае ещё кое-что...
-Боже, сколько им?
Милиционер был предельно спокоен.
-Вот этому мальчику семь, девочкам пять и три...
Шевцов шмыгнул носом, с которого лились ручьи.
-Ладно, пошли.
Они вошли в сарай за домом.
-Ничего себе...
Перед Шевцовым на стене был растёкшийся кровавый череп и две растёкшиеся кровавые кости.
-Это же "Мёртвая Голова? ...
***
Судьба по следователю круто проехалась.
Отец бился за "красных? и умер, строя Норильск. Брат ушёл из дому и не вернулся, когда Шевцову было всего двенадцать.
Осталась только мать.
Затем появилась жена. Маленькое солнышко.
Это была идеальная жизнь. Душа в душу целых 4 года. Они встречали рассвет, провожали закат. Вместе преодолевали все трудности.
А затем Шевцова забрали в армию. Под Сталинградом ему пришло письмо от соседки.
Пока он бегал по подвалам, зондеркомманде вихрем влетела в его деревню, заперла всех в амбаре и пустила искру. Соседка чудом выжила, заваленная селянами.
-Товарищ следователь!
-А?
-К вам явка с повинной.
***
В Сталинграде, ища еду, Шевцов неплохо обучился немецкому. Обкатал школьные знания.
Перед следователем сидел бритый захудалый немец. Шевцов начал по-немецки:
-Давай, говори... Юда...
-Я член террористической национал-социалистической организации, проводящей показательные казни гражданского населения, ради его отказа от сотрудничества с властями. Она состоит из 12 членов и причастна ко множеству акций устрашения, в том числе к убийству местного градоначальника. Слушайте, я вас отведу в лесок у ближайшего шоссе. Там их база...
-Почему я должен тебе верить? Зачем тебе это?
-Я больше не хочу с ними находиться. Это кошмар моей жизни. Я подумал, что хоть как-то на этом заработать...
-Ты о чём?
-300 марок и я Вас отведу прямо к нему.
-А вы, немцы, круто поменялись.
***
Дул тёплый свежий ветерок. Прямо как в своей деревне.
Для поимки этих фанатиков подняли целую роту солдат.
Юда заговорил:
-Вот у тех кустов...
Шевцов достал револьвер. Листва под ногами хрустела, как угли родного села.
Хруст...
Хруст...
Хруст...
Хру...
-Вот они...
Из-за кустов появились спящие парни. Бритые, как обезьяны-космонавты. Большой в центре и двенадцать вокруг него.
Юда крикнул:
-Йезус!
Здоровяк проснулся.
-Йезус, это я!
-А... Юда...
Шевцов убрал револьвер в кобуру.
-Вяжите его.
Со всех сторон повалили солдаты. Все космонавты проснулись. Один из них схватился за ружьё. Здоровяк его прекратил:
-Петер, не нужно!
***
За столом сидел здоровенный лысый увалень с заломленными руками.
-Ну давай-следователь посмотрел в папку-Йезус... Говори...
-А что ты хочешь?
Следователь отодвинул папку. В этой папке были бумаги о парне перед ним.
Бывший капитан Вермахта. Брест, Смоленск, Москва, Сталинград, Прохоровка, Днепр-всё осталось пеплом на его подошве. Как и церкви, избы, амбары... Шевцов продолжил с презрением:
-Позавчера ты перестрелял целую семью...
-Всё не так просто, господин полицейский...
Следователь выдохнул:
-Начни с начала.
Немец поправил свои заломленные руки и немного скатился со стула.
-Я был обычным воином, как и вы. Я тоже сражался за свою страну, за семью. Я даже толком никого не убивал. Мы не были зондеркомманде. Я всего лишь хотел домой...
Следователь скрипел зубами. Конечно. Семья, дом. Шевцов вспомнил жену и злобно прохрипел:
-Ты убийца.
-Как и вы, господин полицейский.
Шевцов покраснел. В его глазах стало рябить.
Жена в сарафане вышла на крыльцо. Её лицо сияло.
-Чего?
-Мы, немцы, убийцы, не больше чем вы.
Следователь резко встал со стула и через силу процедил:
-Мы освобождали свою страну!
-И Германию тоже?
-Вы кровопийцы... Вы убили столько людей.
-Не больше, чем вы.
Следователь сорвался. Он ударил здоровяка в челюсть. Тот упал на пол. Шевцов стал его пинать.
-Уроды! Вы все уроды! Звери!
Немец продолжал:
-Такие же, как и вы! Вы мстили за свои семьи...
Следователь пнул сильней.
-Да, тварь, мстили.
-Убив мою...
Шевцов остановился.
-Что?
***
Снаружи шёл сильный ливень.
-Понимаете... есть черта, зайдя за которую, уже не вернёшься. Меня толкнуло за черту письмо. Одиннадцать-двенадцать лет назад в Позене я узнал, что моя деревня, прятавшаяся в бомбоубежище... Была расстреляна ротой русских, вошедших туда. В самом низу этой горы были моя жена и дочь. Понимаете? Как "Мёртвая голова? ... Я был опустошён. С того момента я начал свою войну. И я не намерен капитулировать.
Шевцов, сам того не хотя, стал его понимать.
-А все остальные?
-Им тоже нечего терять.
Шевцов, не слыша себя, продолжал:
-Зачем градоначальника?
-Из-за таких как он мы и воюем. В России он толкал за черту многих людей. А затем стал сотрудничать с вами. Мы ему отомстили сполна за всех.
-А череп?
-Это портрет его детища. Мы долго его рисовали. Правда, красиво?
Следователь жестом его остановил. А затем встал из-за стола и вышел.
***
Был обычный дождливый день на обычной площади. Парни из конторы Шевцова сколотили три виселицы.
За неделю до этого следователь отловил банду мародёров. Над ними прошёл суд и двух из них сегодня шлют на площадь.
Здоровяка-немца не стали даже судить.
Шевцов был отвратителен сам себе. Он понял того парня. Придя к себе в кабинет, следователь понял, что даже сочувствует.
К десяти часам площадь наполнилась народом.
Из отделения стали выводить смертников. Увальня подвели к центральной виселице.
Внезапно Шевцова кольнула совесть. Он знал, что сарафанное радио уже всё всем рассказало. Поэтому он и решился. Следователь обратился к толпе:
-Вы точно всех хотите?
-Да...
Шевцов не узнавал сам себя. Он подошёл к здоровяку и спросил народ:
-И его тоже?
-Да...
Следователь одел перчатки и посмотрел на громадину.
Он кивнул.
Всех троих повесили.
"...и померкло солнце, и завеса в храме раздралась по средине...!
Наутро Шевцов снимал с осины "помощника".
А затем с люстры снимали и его.