Солнце стояло низко и светило мне прямо в глаза, но раненые прибывали беспрерывным потоком, так что у меня не было времени переставить оборудование. Бой длился весь день и все еще продолжался. Я слышала его совсем рядом, но ничего не увидела, когда подняла взгляд, моргая от солнца. Крики, выстрелы мушкетов и, как мне показалось, взрыв гранаты. Я никогда не слышала взрыва гранаты, но что-то издало резкий гулкий звук, совершенно непохожий на грохот пушек или треск мушкетных выстрелов, и он был достаточно громким, чтобы заглушить стоны и плач из тени деревьев и неустанное жужжание мух.
Я шаталась от усталости и жары и была почти равнодушна к битве. До тех пор, пока, пошатываясь, не вошел молодой человек в коричневой форме ополченца; по его лицу из глубокой раны на лбу струилась кровь. Я остановила кровотечение и наполовину вытерла ему лицо, прежде чем узнала его.
- Капрал ... Гринхау? - с сомнением спросила я, и легкий укол страха пронзил туман усталости. Джошуа Гринхау был в одной из рот Джейми; я знала его.
- Да, мэм, - он попытался кивнуть головой, но я остановила его, крепко нажав на комок корпии, который приложила к его лбу.
- Не двигайтесь. Генерал Фрейзер, вы ... - у меня пересохло во рту, он стал липким, и я автоматически потянулась к своей чашке, но обнаружила, что она пуста.
- С ним все в порядке, мэм, - заверил меня капрал и протянул длинную руку к столу, где стояла моя фляга. - По крайней мере, был, когда я видел его в последний раз, а это было не больше десяти минут назад. - Он налил воды в мою чашку, опрокинул ее себе в рот, глубоко вздохнул от облегчения, затем налил еще и протянул мне.
- Спасибо, - я выпила залпом; вода была такой теплой, что едва ощущалась во рту, но она увлажнила мой язык. - Его племянник, Иэн Мюррей?
Капрал Гринхоу начал качать головой, но остановился.
- Не видел его примерно с полудня, но и мертвым его тоже не видел, мэм. Ой, простите, мэм. Я имел в виду …
- Я понимаю, что вы имели в виду. Вот, положите руку сюда и прижмите, - я положила его руку на корпию и вытащила из банки со спиртом чистую иглу с шелковой нитью. Мои руки, не опускавшиеся весь день, слегка дрожали, и мне пришлось на мгновение остановиться и перевести дух. Близко. Джейми был так близко. И где-то посреди боя, который я слышала.
Капрал Гринхау рассказывал мне что-то о бое, но я едва слушала. Что-то о том, как генерала Ли отстранили от командования и …
- Отстранили от командования? - выпалил я. - За что, черт побери?
Он выглядел ошеломленным моей горячностью, но с готовностью ответил.
- Даже не знаю, мэм. Что-то связано с отступлением и с тем, что ему не следовало приказывать это делать. Подъехал генерал Вашингтон на коне и начал ругаться, как дьявол ... Прошу прощения, мэм, - вежливо добавил он. - И я его видел! Генерала Вашингтона. О, мэм, это было так … - У него не нашлось слов, и я протянул ему флягу, на несколько секунд освободив руку.
- Иисус Рузвельт Христос, - пробормотала я себе под нос. Американцы побеждают? Держатся? Неужели этот чертов Чарльз Ли все испортил, или нет?
К счастью, капрал Гринхау не заметил моих слов, но оживал, как цветок под дождем, воодушевленный своим рассказом.
- А потом мы бросились прямо за ним, и он скакал по дороге вниз с холма, кричал и размахивал шляпой, и все расступались перед ним ... Да они глаза свои вытаращили, а потом повернулись и присоединились к нам, и вся армия, мы ... мы просто набросились на этих проклятых красномундирников ... О, мэм, это было просто здорово!
- Здорово! - послушно откликнулась я, вытирая струйку крови, которая грозила затечь в его глаз. Тени надгробий стали длинными и фиолетовыми, а мухи возле моих ушей жужжали громче выстрелов, которые все-таки приближались к последнему упокоению мертвых. И Джейми вместе с ними.
«Боже, сохрани его!» - помолилась я в своем сердце.
- Вы что-то сказали, мэм?
*.*.*
Джейми протер лицо окровавленным рукавом, шерсть оцарапала кожу, пот жег глаза. Они загнали британцев на кладбище. Американцы преследовали их между надгробий, в пылу погони перепрыгивая через камни.
Однако по приказу офицера британцы развернулись, выстроившись в неровную линию, и началась стандартная подготовка к стрельбе: мушкеты сняты, шомпола вытащены …
- Огонь! - проревел Джейми со всей оставшейся силой в надтреснутом голосе. - Огонь по ним! Сейчас же!
Лишь у нескольких человек было заряженное оружие, но иногда хватало и одного. Сзади раздался выстрел, и кричавший британский офицер перестал кричать и пошатнулся. Он обхватил себя руками, согнулся и упал на колени. Кто-то снова выстрелил в него. Он качнулся, затем упал на бок.
В британской линии раздался рев, который тут же перешел в атаку: одни задержались, чтобы примкнуть штыки, другие размахивали ружьями, как дубинками. Американцы встретили их, обезумевших и вопящих, ружьями и кулаками. Один из ополченцев добрался до упавшего офицера, схватил его за ноги и потащил к церкви, возможно, намереваясь взять его в плен, а возможно, и позвать на помощь ...
Британский солдат бросился на американца, который отшатнулся назад и упал, выпустив офицера. Джейми бежал, кричал, пытаясь собрать людей, но все было тщетно; они совершенно потеряли рассудок в безумии сражения, и какова бы ни была их первоначальная цель, когда они схватили британского офицера, они забыли и про нее.
Несколько британских солдат, оставшихся без командира, оказались втянуты в гротескное перетягивание каната с двумя американцами, каждый из которых тянул за конечности мертвого (ибо он наверняка был таковым, если его не убили сейчас) британского офицера.
Потрясенный Джейми бросился к ним с криком, но голос его совсем пропал от напряжения и нехватки воздуха, и он понял, что издает лишь слабое карканье. Он добрался до дерущихся, схватил одного солдата за плечо, намереваясь оттащить его назад, но тот резко развернулся и ударил его в лицо.
Удар пришелся вскользь в челюсть, но он ослабил хватку, и его сбил с ног кто-то, протолкнувшийся мимо, чтобы схватить несчастного офицера за какую-то часть тела.
Что-то произошло; кратковременная пауза, и вдруг все изменилось. Мимо него прошли американцы, торопливые, но уже не безумные, несколько ополченцев несли мертвого британского офицера. Да, определенно мертвого; голова мужчины болталась, как у тряпичной куклы.
«Слава богу, его не тащат по грязи», - только и успел подумать он. Лейтенант Биксби стоял у его плеча, кровь ручьем лилась по его лицу из-под болтающегося лоскута кожи.
- Вот вы где, сэр! - сказал он с облегчением. - Мы думали, вас схватили. - Он почтительно взял Джейми за руку и потянул его за собой. - Уходите, сэр, ладно? Не верю, что эти мерзкие ублюдки не вернутся.
Джейми взглянул в сторону, куда указывал Биксби. И действительно, британцы отступали под командованием пары офицеров, вышедших из строя красномундирников, находящихся неподалеку. Они не собирались наступать, но Биксби был прав: с обеих сторон все еще раздавались беспорядочные выстрелы. Он кивнул, нащупывая в кармане запасной платок, чтобы дать солдату перевязать рану.
Мысль о ранах заставила его вспомнить Клэр, и он вдруг вспомнил слова Дензелла Хантера: «Теннент-Черч, там располагается госпиталь». Это Теннент-Черч?
Он уже последовал за Биксби к дороге, но оглянулся. Да, люди с мертвым британским офицером несли его в церковь, раненные солдаты сидели возле ее двери, и еще больше возле маленькой белой палатки. Боже, это ее палатка? Клэр здесь?
Он сразу же увидел ее, словно его мысль материализовала ее. Она стояла перед континентальным солдатом, держа окровавленную тряпку, еще больше их лежало в тазике возле ее ног. Но почему она не в церкви? Она …
И потом он увидел, как она дернулась, вскинув голову, схватилась за бок и упала.
*.*.*
Меня ударило в бок кувалдой, заставив вздрогнуть, игла выпала из рук. Я не почувствовала падения, но уже лежала на земле, вокруг меня мелькали черные и белые пятна, а от правого бока исходило чувство сильного онемения. Я чувствовала запах влажной земли, теплой травы и листьев платана, острый и успокаивающий.
«Шок», - смутно подумала я и открыла рот, но из горла вырвался лишь сухой щелчок. Что … Онемение от удара начало проходить, и я поняла, что свернулась калачиком, рефлекторно прижав руку к животу. Я чувствовала запах гари и свежей крови, очень свежей. Значит, меня подстрелили …
- Сассенах! - услышала я крик Джейми сквозь грохот в ушах. Он звучал издалека, но я ясно слышала ужас в его голосе. Меня это не беспокоило. Я чувствовала себя очень спокойно.
- Сассенах!
Пятна слились воедино. Я смотрела в узкий туннель света и кружащихся теней. В конце туннеля виднелось потрясенное лицо капрала Гринхау, игла свисала на нитке из полузашитой раны на лбу.