Глава 89. ОДИН ДЕНЬ ТЫ ПЕТУХ НА ПРОГУЛКЕ, НА СЛЕДУЮЩИЙ – ДЛЯ ПЫЛИ МЕТЕЛКА
Он машинально пошел за Мадрасом, но по дороге остановился. Если он найдет девушек, то не сможет привезти их обеих с собой на лошади. Он изменил направление и отправился в парк возчиков, откуда выехал на повозке для боеприпасов, теперь уже пустую, которую тащил большой, крепкий серый мул с половиной уха.
Мул не был расположен к быстрому движению, но все же показывал лучшую скорость, чем две девушки, идущие пешком. Сколько у них было форы? Возможно час, судя по словам Зебедии, а может и больше.
- Ней! - крикнул он и хлестнул животное кнутом по крупу. Мул было угрюмым, но не глупым, и рванул вперед, хотя Уильям подозревал, что это усилие могло быть вызвано желанием убежать от роящихся мух. Однако, как только мул уверенно тронулся с места, он, казалось, мог поддерживать скорость без заметных усилий, и они порысили по дороге, легко обгоняя фермерские повозки, фуражиров и пару разведывательных отрядов. Он наверняка быстро догонит девушек.
Но не догнал. Он проехал почти десять миль по его прикидкам, прежде чем пришел к выводу, что девушки никак не могли уйти так далеко, и повернул назад, внимательно осматривая несколько сельских дорог, ведущих в поля. Он ездил туда-сюда, расспрашивая всех, кого встречал, и с каждой минутой становился все более разгоряченным и раздраженным.
Ближе к вечеру армия его догнала, маршевые колонны обогнали мула, который к тому времени уже перешел на шаг. Неохотно он развернулся и продолжил путь с армией к лагерю. Возможно, Коленсо ошибался, возможно, девушки вообще не ушли. В таком случае он найдет их, когда лагерь расположится на ночь.
Но не нашел. Зато он нашел Зеба и Коленсо. Оба были твердо уверены, что девушки действительно исчезли, и Уильям не нашел никаких следов, хотя и упорно расспрашивал прачек и поваров.
Наконец он побрел по лагерю в поисках отца или дяди Хэла. Не то что бы он ожидал, что кто-то из них будет иметь хоть какое-то представление о местонахождении девушек, но почему-то чувствовал, что не может прекратить поиски, не попросив их помощи хотя бы в распространении информации о девушках. Две юные девушки никак не могли опередить армию и …
Он замер посреди лагеря, позволяя идущим на ужин мужчинам обходить его стороной.
- Черт побери, - сказал он, слишком уставший даже для того, чтобы превратить высказывание в восклицание. – Коленсо, маленький ублюдок, ты левша. - И едва сдерживая раздражение – как на себя, так и на своего конюха – он мрачно отправился на поиски Коленсо Барагваната.
Потому что Коленсо был левшой. Уильям сразу это заметил, поскольку сам страдал от того же недостатка. Однако в отличие от Коленсо Уильям мог отличить правую руку от левой и обладал чувством направления. Коленсо … не отличал руки и плохо ориентировался в направлениях, и Уильяму захотелось пнуть себя за то, что он забыл об этом.
- Ты проклятый идиот, - пробормотал он, вытирая рукавом потное, пыльное лицо. - Почему ты об этом не подумал?
Потому что, если задуматься, то совершенно нелогично, что девушки отправились впереди армии. Даже если они боялись кого-то в армии, и даже если они собирались добраться до Нью-Йорка, им было лучше пойти в другую сторону хотя бы на время. Пусть армия идет впереди, а они пойдут туда, куда им нужно.
Он взглянул на заходящее солнце, едва видимое над горизонтом, и глубоко раздраженно вздохнул. Кем бы она ни была, Джейн не была дурой. Сначала он найдет ужин, а потом Коленсо, но он готов поспорить, что завтрашний день застанет его на дороге обратно в Мидлтаун.
*.*.*
Он нашел их незадолго до полудня. Они видели, как он приближается, но он увидел их первым. Они шли по обочине дороги с узлами в каждой руке. Они оглянулись на стук колес, не увидели ничего пугающего, отвернулись, и тут Джейн снова обернулась, ее лицо исказилось от ужаса, когда она поняла, кого только что увидела.
Она бросила один из узлов, схватила младшую сестру за запястье и бросилась с дороги. Дорога здесь шла через поля, по обеим ее сторонам простирались открытые поля, но в нескольких сотнях ярдов впереди виднелась большая каштановая роща, и, не взирая на крик Уильяма, девушки бросились туда, словно за ними гнался сам дьявол.
Бормоча себе под нос, он остановился, бросил поводья и выскочил из повозки. Несмотря на длинные ноги, он не успел их догнать, прежде чем они достигли опушки леса.
- Стойте, ради бога! - рявкнул он. - Я не причиню вам вреда!
Услышав это, Фанни, казалось, собиралась остановиться, но Джейн резко дернула ее, и они исчезли в шелесте листьев.
Уильям фыркнул и замедлил шаг. Джейн могла решать своей головой – если она у нее была, в чем он сейчас сильно сомневался – но ей не следовало тащить младшую сестру по земле, которая еще два дня назад была полем боя.
Разбитые тропы и большие ямы испещряли поля, истоптанные бегущими солдатами и изрытые артиллерией. Он чувствовал запах смерти, когда глубоко вдыхал, и это тревожило его. Вонь от неубранных трупов, разбухающих и лопающихся на солнце, кишащих мухами и червями … С одной стороны, он надеялся, что девочки не наткнутся на такое зрелище. С другой, если наткнутся, то, скорее всего, с криками бросятся обратно к нему в объятия.
И, возможно, в складках и бороздах сельской местности прячутся не только трупы. Рука машинально потянулась к поясу, нащупывая рукоять ножа, которого, конечно же, там не оказалось.
- Гребанный, гребанный ублюдочный ад!
Словно по сигналу, среди деревьев внезапно раздался шум. Не труп; он слышал мужские голоса, ругань, уговоры и пронзительные вопли. Он схватил валявшийся сук и бросился в рощу, крича во все легкие. Он слышал их; они, конечно же, слышали его, и тон криков изменился. Девушки все еще визжали, но не так отчаянно, а мужчины – да, больше одного ... двое, трое? – возбужденно и испуганно спорили. Не по-английски ...
- Mistkerle[1]! - проревел он во все легкие. Чертовы вонючие гессенцы! - Feiglinge[2]! -Трусы, пожирающие дерьмо!
Громкий шорох листьев и хруст веток, и, всматриваясь в деревья, он увидел, что большинство из них – судя по шуму, девушки были с ними – направляются к дороге.
Он перестал кричать и тут же изменил направление, бросившись обратно к дороге, продираясь сквозь кусты и низко висящие ветви. Вон там! Он увидел, как из-за деревьев высунулся мужчина, споткнулся и вывалился на дорогу. Затем рванулся назад, схватил громко закричавшую Фанни за шею и вытащил за собой на дорогу.
Уильям резко бросился бежать к ним, выкрикивая бессвязные проклятия и размахивая своей самодельной дубинкой. Тем не менее, в военной форме он, должно быть, выглядел устрашающе, потому что мужчина, державший Фанни, тут же отпустил ее, повернулся и побежал, как кролик, взметая пыль из-под ног. Фанни пошатнулась и упала на колени, но крови не было, с ней все было в порядке ...
- Джейн! - крикнул он. - Джейн! Где ты?
- Здесь! Он … - ее голос внезапно оборвался, но он увидел, где она находится: не более чем в десяти футах от него, и нырнул в бешено колышущиеся ветви.
С ней были двое мужчин: один зажимал ее рот рукой, другой пытался отцепить штык от коричневого мушкета «Бесс». Уильям выбил ружье из рук мужчины, затем бросился на него и через мгновение оказался на земле. Гессенец, возможно, и не знал, что делать со штыком, но определенно был знаком с более примитивными приемами драки.
Они катались по земле, тяжело дыша, ветки ломались под их телами со звуком, похожим на выстрелы. Он смутно услышал визг другого мужчины – возможно, Джейн его укусила, умница! – но не имел времени обратить внимания ни что-нибудь, кроме душащего его гессенца. Он схватил мужчину за запястья и, смутно вспомнив Бана Тарлтона, рванул его ближе и ударил лбом в лицо.
Снова сработало: раздался ужасный хруст, горячая кровь брызнула ему в лицо, и хватка мужчины ослабла. Уильям вскочил, голова у него закружилась, и он оказался лицом к лицу с другим мужчиной, которому, очевидно, удалось высвободить штык, потому что в руке у него был целый фут заостренной стали.
- Вот! Вот! - Джейн выскочила из кустов прямо рядом с Уильямом, напугав его, и сунула ему что-то в руку. Слава богу, это был нож. Ничего, что могло бы сравниться со штыком, но это было оружие.
Джейн все еще была рядом; он схватил ее за руку и начал пятиться назад, держа нож в другой руке наготове. Гессенец … Боже, неужели один из этих сукиных детей ударил его по голове? Он не мог понять; перед глазами плыли круги, а мужчины сбросили выдающие их зеленые кафтаны. «Неужели все сукины дети носят зеленые кафтаны», - неясно подумал он.
А потом они выскочили на дорогу, и все смешалось. Он, кажется, сцепился с одним из мужчин, девушки снова закричали, однажды он оказался на дороге, задыхаясь от пыли, но вскочил прежде, чем один из этих ублюдков успел пнуть его в лицо … а затем раздался крик и стук копыт, и он отпустил мужчину, чью руку он схватил, и резко обернулся. Рэйчел Хантер быстро скакала на муле по дороге, размахивала своей чепцом на завязках и кричала: «Дядя Хайрам! Кузен Сет! Скорее! Сюда! Сюда! Помогите!»
Его мул вскинул голову от травы и, увидев мула Рэйчел, приветственно заревел. Это, казалось, стало последней каплей для дезертиров, которые на мгновение застыли, разинув рты, а затем развернулись и помчались по дороге вслед за своим исчезнувшим товарищем.
Уильям постоял, пошатываясь и задыхаясь, затем выронил нож и резко сел.
- Что, - спросил он голосом, который даже ему самому показался раздраженным, - вы здесь делаете?
Рэйчел проигнорировала его. Она спрыгнула с мула, приземлившись с легким стуком, и привязала его к телеге. Только после этого она подошла к сидящему Уильяму.
- Вы случайно не видели пару девушек? - спросил он, запрокинув голову, чтобы взглянуть на Рэйчел.
- Да. Они убежали в лес, - сказала она, кивнув в сторону каштановой рощи. - Что касается того, что я здесь делаю, я трижды объехала эту дорогу вверх и вниз, разыскивая твоего кузена, Иэна Мюррея. - При этих словах она бросила на него суровый взгляд, словно бросая вызов на случай, если он станет опровергать ее утверждение о его родстве с Мюрреем. При других обстоятельствах он, возможно, возмутился бы, но сейчас у него не было сил. - Думаю, если бы ты видел его, живым или мертвым, ты бы мне сказал.
- Да, - ответил он. Между глаз у него вспух синяк – там, где он боднул дезертира, – и он осторожно потрогал его.
Она громко вздохнула и вытерла вспотевшее лицо фартуком, прежде чем снова надеть чепчик. Она оглядела его, покачав головой.
- Ты петух, Уильям, - печально сказала Рэйчел. - Я видела это в тебе и раньше, но теперь знаю наверняка.
- Петух? - холодно повторил он, стряхивая грязь с рукава. - В самом деле? Тщеславный, кукарекующий, цветистый тип. Вот за кого ты меня принимаешь?
Ее брови поднялись. Это были не ровные брови классической красоты; они приподнимались, даже когда ее лицо было спокойным, придавая ей выражение интеллекта и заинтересованности. Когда же она бодрствовала, изгибались, придавая ей острый лукавый вид. Теперь это выражение длилось лишь мгновение, но потом исчезло. Почти.
- Нет, - сказала она. - Ты когда-нибудь держал кур, Уильям?
- Нет за последние несколько лет, - ответил он, осматривая дыру на локте кафтана, дыру на рубашке под ней и кровавую царапину на голом локте. Черт побери, один из этих мерзавцев чуть не лишил его руки штыком. - Мое недавнее общение с курами ограничивалось в основном завтраком. Почему?
- Ну, петух – существо удивительной храбрости, - довольно укоризненно сказала Рэйчел. - Он накинется на врага, даже зная, что погибнет в атаке, и таким образом даст своим курам время сбежать.
Голова Уильяма вскинулась.
- Моим курам? - воскликнул он, и от возмущения его лицо налилось кровью. - Мои куры? - Он взглянул в сторону, куда ушли Джейн и Фанни, а затем снова посмотрел на Рэйчел. - Разве вы не понимаете, что они шлюхи?
Она в отчаянии закатила глаза. Черт побери, она закатила глаза!
- Наверное, я нахожусь в армии несколько дольше, чем ты, - сказала она, пытаясь смотреть на него свысока. - Я знакома с женщинами, у которых нет ни имущества, ни защиты, и поэтому они вынуждены прибегать к ужасному средству продавать свое тело.
- Ужасному средству? - повторил он. - Вы понимаете, что я …
Она топнула ногой и сердито посмотрела на него.
- Ты перестанешь повторять за мной? - сердито вопросила она. - Я пыталась сделать тебе комплимент, но поскольку я твой друг, то сетовала, к какому концу тебя может привести твоя смелость. Шлюхи – твои подруги или нет, и платишь ли ты им за компанию, неважно.
- Нева… - начал Уильям с негодованием, но оборвал себя, прежде чем его снова обвинили в повторении. - Я им, черт побери, не плачу!
- Неважно, - сказала она, сама же и повторяя, ей-богу! - В конце концов, ты вел себя точно так же со мной.
- С … - он резко оборвал себя. - Я?
Она шумно выдохнула, глядя на него таким взглядом, что казалось, она бы пнула его в голень или отдавила ему пальцы на ноге, если бы не помнила о своих квакерских принципах.
- Дважды, - ответила она с подчеркнутой вежливостью. - Полагаю, обстоятельства – или я сама – были настолько незначительными, что ты забыл?
- Напомните мне, - сухо сказал он и, оторвав кусок от рваной подкладки кафтана, вытер им грязь и кровь с лица.
Она коротко фыркнула, но послушалась.
- Ты не помнишь отвратительное существо, которое напало на нас в том ужасном месте на дороге в Нью-Йорк?
- А, это, - у него от воспоминаний сжался живот. - Я сделал это не совсем из-за вас. Да и выбора у меня особо не было. Он, черт побери, пытался проломить мне голову топором.
- Хмф. Кажется, у тебя какая-то роковая тяга к маньякам с топорами, - сказала она, нахмурившись. - Этот мистер Баг действительно ударил тебя по голове топором. Но когда ты его потом убил, это для того, чтобы защитить Иэна и меня от подобной участи, не так ли?
- Действительно? - сказал он немного сердито. - Откуда вы знаете, что это не была просто месть за то, что он напал на меня?
- Ты, может, и петух, но не мстительный, - с упреком сказала она. Она вытащила из кармана платок и промокнула лицо, которое снова стало блестеть от пота. - Не пора ли нам поискать твоих … спутниц?
- Надо бы, - сказал он с некоторой долей смирения и повернулся к роще. - Но, думаю, они убегут, если я пойду за ними.
Рэйчел нетерпеливо фыркнула и, протиснувшись мимо него, вошла в лес, шурша кустами, словно голодный медведь. Эта мысль заставила его усмехнуться, но внезапный вопль стер улыбку с его лица. Он бросился за ней. Она уже пятилась, таща Джейн за руку и одновременно пытаясь уклониться от резких ударов, которые та наносила свободной рукой, скрючив пальцы и целя Рэйчел в лицо.
- Прекрати! - резко сказал Уильям и, шагнув вперед, схватил Джейн за плечо, вырывая ее из хватки Рэйчел. Она слепо повернулась к нему, но руки у него были длиннее, чем у Рэйчел, и он легко мог удержать ее подальше от себя.
- Ты перестанешь? - сердито спросил он. - Никто тебя не тронет.
Она остановилась, хотя и переводила взгляд с него на Рэйчел, как загнанный зверь, тяжело дыша и сверкая белками глаз.
- Он прав, - сказала Рейчел, осторожно приближаясь к ней. - Теперь ты в полной безопасности. Как тебя зовут, друг?
- Ее зовут Джейн, - сказал Уильям, постепенно ослабляя хватку, готовый снова схватить ее, если она бросится наутек. - Я не знаю ее фамилии.
Она не бросилась наутек, но и не произнесла ни слова. Ее платье было порвано у горла, и она машинально попыталась прикрыть его.
- Вы не видели мой узел? - спросила она почти обычным голосом. - В нем лежит моя коробка для рукоделия. Мне нужна иголка.
- Я поищу, - успокаивающе сказала Рэйчел. - Ты уронила его в лесу?
- Сэй! - довольно неожиданно произнесла Фанни позади Уильяма, и он понял, что она уже несколько мгновений здесь и обращалась к нему уже пару раз.
- Что? - нетерпеливо спросил он, полуобернувшись к ней и стараясь не упускать из виду ни Джейн, ни Рэйчел.
- Там индеес, - сказала она и указала в сторону леса.
- Иэн!
Рэйчел быстро перебежала дорогу и скрылась в лесу. Уильям поспешно последовал за ней, сжимая в руке нож. В этом лесу, вероятно, был не один индеец, и если это был не Мюррей …
Но по восклицанию Рэйчел из глубины леса, смешанному с ужасом и облегчением, он понял, что это был именно он.
Мюррей лежал, скрючившись, в глубокой тени у основания большой сосны. Его наполовину усыпали иголки; очевидно, он пытался замаскироваться, но отключился, прежде чем смог.
- Он дышит, - сказала Рэйчел, и он услышал дрожь в ее голосе.
- Хорошо, - коротко сказал Уильям и, присев рядом с ней, положил руку на плечо Мюррея, чтобы перевернуть его. Казавшееся бесчувственным тело вскрикнуло, сильно содрогнулось и поднялось на колени, шатаясь и дико сверкая глазами, сжимая плечо, которое схватил Уильям. Только тогда Уильям увидел засохшую кровь на руке и свежие капли, стекающие с обломанного древка стрелы, вонзившегося в распухшую плоть.
- Иэн, - сказала Рэйчел. - Иэн, это я. Все в порядке. Ты со мной. - Ее голос звучал ровно, но рука дрожала, когда она коснулась его.
Мюррей жадно глотнул воздух, и его затуманенный взгляд словно прояснился, переместившись с Фанни и Джейн, которые вошли в рощу вслед за Уильямом. Он на мгновение замер, нахмурившись, глядя на лицо Уильяма, а затем успокоился и расслабился, увидев Рэйчел. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.
- Вода, - настойчиво сказала Рэйчел, встряхивая пустую флягу, лежавшую на земле рядом с Иэном. - У тебя есть вода, Уильям?
- Есть, - ответила Джейн, выходя из транса и нащупывая флягу на шее. - Как думаешь, с ним все будет в порядке?
Рэйчел не ответила, но с бледным от беспокойства лицом помогла Мюррею выпить. Уильям с интересом заметил, что на лице самого Мюррея остались следы боевой раскраски, а волосы на голове стояли дыбом. Он задумался, не убил ли Мюррей кого-нибудь из британских солдат. По крайней мере, у этого мерзавца на поясе не было скальпов ни британских, ни каких-либо других.
Рэйчел теперь тихо разговаривала с Мюрреем, время от времени поглядывая на Уильяма, и в ее взгляде читалось некое раздумье.
Уильям был слегка удивлен, обнаружив, что прекрасно понимает ее мысли. Хотя, возможно, это не было так уж и удивительно. Он и сам задавался тем же вопросом: сможет ли Мюррей ехать на муле? Очевидно, он не сможет далеко уйти. А если не сможет … сможет ли Рэйчел уговорить Уильяма отвезти ее и Мюррея в город в повозке?
У него сжался желудок при мысли о возвращении в Филадельфию. Его взгляд метнулся в сторону Джейн, и он обнаружил, что ее нет. Фанни тоже.
Он уже почти встал, когда услышал протестующий рев мула Рэйчел, и за считанные секунды добрался до дороги, где обнаружил Джейн, тщетно пытающуюся усадить Фанни в седло. Младшая девушка отчаянно цеплялась за щетинистую гриву мула и пыталась закинуть ногу, но мул яростно сопротивлялся, мотая головой и пятясь от Джейн, заставляя ноги Фанни отчаянно дрыгаться в воздухе.
Уильям подбежал к ней и схватил за талию.
- Отпусти, милая, - спокойно сказал он. - Я тебя держу. - Фанни оказалась на удивление крепкой, учитывая ее хрупкую внешность. От нее сладко пахло, хотя шея была грязной, а одежда – перепачканной грязью и дорожной пылью.
Он опустил ее на землю и пристально посмотрел на Джейн, которая смотрела с вызовом. Впрочем, он знал ее уже достаточно давно, чтобы заметить, что за вздернутым подбородком и сжатыми челюстями скрывался страх, и поэтому говорил мягче, чем хотел.
- Куда вы собирались ехать? - спросил он с легким интересом.
- Я … Ну, в Нью-Йорк, - ответила она неуверенно, кидая взгляды туда-сюда, словно ожидая какой-то угрозы со стороны мирной сельской местности.
- Без меня? Мне обидно, мадам, что вы вдруг возненавидели мое общество. Чем я вас оскорбил, скажите на милость?
Она плотно сжала губы, но он видел, что его шутливый тон немного ее успокоил; ее лицо было все еще красным от напряжения, но дыхание уже не было прерывистым.
- Думаю, нам пора расстаться, лорд Элсмир, - сказала она в трогательно-нелепой попытке быть официальной. - Теперь я … мы … доберемся сами.
Он скрестил руки, прислонился к повозке и насмешливо посмотрел на нее.
- Как? - спросил он. - У вас нет денег, нет повозки, и вы не пройдете и пяти миль пешком, не наткнувшись на кого-нибудь вроде этих немцев.
- У меня … есть немного денег, - она провела рукой по юбке, и он увидел, что карман у нее действительно оттопыривался. Несмотря на его намерение сохранять спокойствие, в нем кипел гнев, и он вырвался наружу.
- Откуда ты взяла? - спросил он, выпрямляясь и хватая ее за запястье. - Разве я не запрещал тебе заниматься проституцией?
Она резко высвободила руку и сделала два быстрых шага назад.
- Вы не имеете никакого права запрещать мне делать все, что я захочу! - закричала она, и щеки ее залились краской. - И это не ваше дело, но я не заработала эти деньги своим ремеслом!
- Что же тогда? Продавала сестру?
Она сильно ударила его. Он не должен был так говорить, он знал это, но осознание – и горящая щека – только разозлили его еще сильнее.
- Я должен оставить тебя здесь, ты …
- Хорошо! Именно этого я и хочу! Вы … вы…
Прежде чем кто-либо из них успел придумать обидное прозвище, из леса вышли Рэйчел и Иэн. Высокий шотландец тяжело опирался на нее. Уильям бросил на Джейн последний взгляд и пошел на помощь, приняв на себя вес Мюррея. Тот на мгновение напрягся, сопротивляясь, но затем уступил; ему пришлось.
- Что случилось? - спросил Уильям, кивнув на сломанное древко стрелы. - Личная ссора или просто случайный выстрел?
Губы Мюррея неохотно дрогнули.
- Превратности войны, - хрипло сказал он и сел на открытый задний борт повозки. Он дышал, как загнанный бык, но владел собой. Он бросил на Уильяма короткий взгляд.
- Не твое дело, - так же коротко ответил Уильям. Он повернулся к Рэйчел, уже приняв решение.
- Возьмите повозку и отвезите девочек в безопасное место.
- Что … - начала Рэйчел, но затем резко обернулась, когда Джейн и Фанни пробежали мимо нее, пересекли дорогу и нырнули в лес. - Куда они побежали?
- Ох, черт возьми, - сказал Уильям, уже перебегая дорогу. - Подождите здесь.
*.*.*
Они не смогли от него убежать, и у них не было никакого опыта в лесной жизни, который позволил бы им спрятаться. Он схватил Фанни, более медлительную из них двоих, за завязки передника, когда она перелезала через бревно. К его удивлению, она извернулась в его руках и бросилась на него, царапая лицо и крича: «Беги, Дени, беги!»
- Проклятие, да прекрати же ты! - сердито сказал он, держа ее на расстоянии вытянутой руки. - Оу! - Она впилась зубами ему в запястье, и он отпустил ее.
Она перемахнула через бревно и убежала, как кролик, крича во весь голос. Он хотел было последовать за ней, но потом передумал. С одной стороны, ему очень хотелось бросить их, но с другой … Он вспомнил, как однажды Мак рассказывал ему о ржанках, когда они сидели возле озера Уотендлат, ели хлеб с сыром и наблюдали за птицами.
«Отвали, Мак», - пробормотал он себе под нос и попытался отогнать мысли и о Хелуотере, и о конюхе. Но все равно вспомнил, хотел он того или нет.
«Они бегают и кричат, словно раненые, - рука Мака обнимала его, не давая подойти слишком близко к порхающей птице. - Но это для того, чтобы отвлечь тебя от их гнезда, чтобы ты не раздавил яйца и не повредил птенцов. Но смотри внимательно, и ты их увидишь».
Уильям стоял совершенно неподвижно, успокаивая дыхание, и оглядывался по сторонам, медленно и осторожно, почти не поворачивая головы. И вот оно, гнездо ржанки: увы, для Джейн, сегодня она была в розовом ситцевом платье, и ее розовые ягодицы плавно поднимались из травы в десяти футах от него, совсем как пара яиц в гнезде.
Он шел тихо, не спеша. Благородно сопротивляясь сильному желанию шлепнуть ее по соблазнительно изогнутому заду, он вместо этого положил руку ей на спину.
- Ты осалена, - сказал он.
Она вывернулась из-под его руки и вскочила на ноги.
- Что? - воскликнула она. - Что, черт побери, вы имеете в виду? - Она была испугана и нервничала, но в то же время и сердилась.
- Ты никогда не играла в салки? - спросил он и почувствовал себя глупо, произнося эти слова.
- О, - сказала она и слегка выдохнула. - Это игра. Понятно. Давно не играла.
Он полагал, что в борделе в салки не играют.
- Послушайте, - сказала она резко, - мы хотим уйти. Я … я ценю то, что вы сделали для меня … для нас. Но …
- Сядь, - сказал он и заставил ее сесть, подведя к бревну и надавив ей на плечо, пока она не села. Затем он сел рядом с ней и взял ее руку в свою. Рука была очень маленькой, холодной и влажной от травы, где она пряталась.
- Послушай, - сказал он твердо, но, как он надеялся, без злобы. - Я не позволю тебе сбежать. Это точно. Если хочешь отправиться в Нью-Йорк с армией, я возьму тебя с собой; я уже сказал. Если хочешь вернуться в Филадельфию …
- Нет! - теперь ее ужас от этой мысли стал ясен. Она отчаянно дернула руку, но он не отпустил.
- Это из-за капитана Харкнесса? Потому что …
Она издала крик, который мог бы вырваться из горла дикой птицы, попавшей в капкан, и он крепче сжал ее запястье. Оно было тонкокостным и хрупким на вид, но она оказалась на удивление сильной.
- Я знаю, что ты выкрала обратно горжет, - сказал он. - Все в порядке. Никто не узнает. И Харкнесс больше тебя не тронет, обещаю.
Она издала тихий булькающий звук, который мог быть смехом или рыданием.
- Полковник Тарлтон, ты знаешь, тот зеленый драгун, который к тебе приставал? Он сказал мне, что Харкнесс самовольно отлучился и не вернулся в полк. Ты что-нибудь об этом знаешь?
- Нет, - сказала она. - Отпустите меня. Пожалуйста!
Прежде чем он успел ответить, из деревьев в нескольких ярдах от него раздался тихий, чистый голос.
- Лутше скасать ему, Дени.
- Фанни! - Джейн резко повернулась к сестре. - Не надо!
Фанни вышла из тени, настороженная, но с каким-то странным спокойствием.
- Если ты не ‘аскаешь, я ска’у, - сказала она, не отрывая взгляда от лица Уильяма. - Он не отстанет. - Она подошла чуть ближе, осторожная, но не напуганная. - Если я ска’у тебе, - спросила она, - ты обещаешь не возващать нас об’атно?
- Куда?
- В Фиадефию, - ответила она. - Ийи в аймию.
Он раздраженно вздохнул, но, если он не собирается выбить ответ из одной из девушек, ясно, что без его согласия никакого прогресса не будет. И у него под ребрами похолодело от предчувствия, каким может быть ответ.
- Обещаю, - сказал он, но Фанни недоверчиво отступила.
- Пок’янись, - сказала она, скрестив руки.
- Пок’я… О. Проклятие. Хорошо, тогда клянусь честью.
Джейн издала тихий, мрачный звук, но с нотками смеха. Это его задело.
- Ты считаешь, у меня ее нет? - спросил он, поворачиваясь к ней.
- Откуда мне знать? - заявила она, выпятив подбородок. – И как выглядит честь?
- Ради тебя самой, надейся, что она похожа на меня, - сказал он ей, но затем повернулся к Фанни. - Чем ты хочешь, чтобы я поклялась?
- Гойовой твоей матейи, - быстро ответила она.
- Моя мать умерла.
- Тогда твоего отца.
Он длинно потянул воздух. «Которого отца?»
- Я клянусь головой своего отца, - ровно произнес он.
И они рассказали ему.
*.*.*
- Я знала, он вернется, - сказала Джейн. Она сидела на бревне, сжав руки между бедер и устремив взгляд на свои ботинки. - Они всегда возвращаются. Плохие. - Она говорила с каким-то тупым смирением, но губы ее сжались при воспоминании. - Они не могут вынести мысли, что ты ушла без … Но я думала, что это буду я.
Фанни сидела рядом с сестрой, как можно ближе, и теперь обняла Джейн и прижалась к ней, уткнувшись лицом в ее ситцевое плечо.
- Мне жай, - прошептала она.
- Знаю, дорогая, - сказала Джейн и похлопала Фанни по коленке. Однако на ее лице появилось свирепое выражение. - Это не твоя вина, и никогда-никогда … не думай так.
У Уильяма перехватило отвращение от этой мысли. Эта прекрасная девочка с цветущим личиком, которую …
- Ее девственность стоит десять фунтов, - напомнила ему Джейн. - Миссис Эбботт берегла ее, ожидая богатого мужчину, который любит только что вылупившихся цыплят. Капитан Харкнесс предложил ей двадцать. - Она впервые посмотрела прямо на Уильяма. - Я не собиралась этого терпеть, – просто сказала она. - Поэтому я попросила миссис Эбботт отправить нас вместе; я сказала, что могу помочь, чтобы Фанни не устроила скандал. Я знала, какой он, понимаете, - сказала она и на мгновение невольно поджала губы. - Он не из тех, кто будет пахать, как бык, и на этом закончит. Он играл с тобой, заставляя тебя раздеваться понемногу и… и делал разные вещи, пока рассказывал, что собирается сделать с ней.
И поэтому она легко подкралась к нему сзади, пока он наблюдал за Фанни, спрятав нож, который она взяла на кухне, в складках ее нижних юбок.
- Я хотела ударить его ножом в спину, - сказала она, снова опустив взгляд. - Я однажды видела, как мужчину так ударили. Но он понял по лицу Фанни … это была не ее вина, она не могла скрыть этого, - быстро добавила она. - Но он обернулся, и выбора не было.
Она вонзила нож в горло Харкнессат и выдернула его, намереваясь ударить еще раз. Но в этом не было необходимости. «Кровь была повсюду». Она побледнела, рассказывая это.
- Меня выйвао, - добавила Фании. - Так много к’ови.
- Надо думать, - сухо сказал Уильям. Он старался не представлять картину – свеча, бьющая фонтаном кровь, паникующие девушки – но безуспешно. - Как вы ушли?
Джейн пожала плечами.
- Это была моя комната, и он запер дверь. И никто не удивился, когда Фанни закричала, - добавила она с нотками горечи.
В комнате был таз и кувшин с водой, какие-то тряпки. Они торопливо обтерлись, сменили одежду и вылезли в окно.
- Мы попросились в повозку фермера, и … остальное вы знаете, - она закрыла глаза на мгновение, затем открыла их и поглядела на него глазами, как темная вода.
- Что теперь?
*.*.*
Уильям задавал себе этот вопрос в последние несколько мгновений рассказа Джейн. Встретив Харкнесса лично, он испытывал немалое сочувствие к поступку Джейн, но …
- Ты это планировала, - сказал он, бросив на нее острый взгляд. Она опустила голову, распущенные волосы скрывали лицо. - Ты взяла нож, у тебя была одежда, чтобы переодеться, ты знала, как спуститься из окна и сбежать.
- И что? - спросила Фанни удивительно холодным для девушки ее возраста голосом.
- Так зачем же его убивать? - спросил он, переключая внимание на Фанни, но не спуская настороженного взгляда с Джейн. - Ты все равно собиралась уйти. Почему бы просто не сбежать до того, как он придет?
Джейн подняла голову и поглядела ему прямо в глаза.
- Я хотела убить его, - сказала она совершенно рассудительным голосом, от которого ему стало холодно, несмотря на теплый день.
- Понятно, - он увидел нечто большее, чем Джейн с ее нежными белыми запястьями, вонзающую нож в толстое красное горло капитана Харкнесса, пока ее младшая сестра кричала. Он увидел лицо Рэйчел, бледное среди листьев, в шести футах от него. По выражению ее лица было ясно, что она все слышала.
Он откашлялся.
- С мистером Мюрреем все в порядке? - вежливо спросил он. Джейн и Фанни обернулись, широко раскрыв глаза.
- Он потерял сознание, - ответила Рэйчел. Она смотрела на младших девочек так же, как они смотрели на нее, с завороженным ужасом. - У него сильно воспалилось плечо. Я пришла спросить, нет ли у тебя бренди.
Он пошарил в кармане и вытащил небольшую серебряную фляжку с выгравированным гербом семьи Грей.
- Виски вам подойдет? - спросил он, протягивая ее. Рэйчел выглядела удивленной: виски не пользовался популярностью, но лорд Джон всегда питал к нему пристрастие, и Уильям тоже перенял это, хотя теперь, зная правду о позорной примеси шотландской крови в своих венах, он не был уверен, что когда-нибудь снова сможет пить этот напиток.
- Подойдет, благодарю, - она постояла с фляжкой в руке, явно желая отправиться к Мюррею, но в то же время не решаясь уйти. Он был ей весьма благодарен за эту нерешительность: ему не хотелось оставаться наедине с Джейн и Фанни, или, скорее, он не хотел оставаться один на один с решением, что, черт возьми, с ними делать.
Рэйчел, похоже, правильно истолковала его чувство, потому что, коротко бросив:
- Я сейчас же верну фляжку, - она исчезла в направлении дороги.
Никто не проронил ни слова. После того единственного прямого взгляда Джейн снова склонила голову и сидела неподвижно, лишь одна рука беспокойно разглаживала ткань юбки на округлом бедре, снова и снова.
Фанни провела рукой по макушке Джейн в защитном жесте, глядя на Уильяма с полным отсутствием выражения. Его это нервировало.
Что ему с ними делать? Конечно, они не могли вернуться в Филадельфию. И он отверг, как недостойное, желание просто бросить их на произвол судьбы. Но …
- Почему бы вам не отправиться в Нью-Йорк с армией? - спросил он, и его голос показался ему неестественно громким и резким. - Что заставило вас вчера бежать?
- О, - Джейн медленно подняла глаза, ее взгляд был немного рассеянным, словно ей снился сон. - Я снова его видела. Зеленого драгуна. Он хотел, чтобы я пошла с ним накануне вечером, но я отказалась. Но я снова увидела его вчера утром и подумала, что он ищет меня. - Она сглотнула. - Я же говорила вам, я знаю тех, кто не сдается.
- Очень проницательно с твоей стороны, - сказал он, взглянув на нее с некоторым уважением. - Он не сдастся. Значит, он тебе сразу не понравился? - Потому что он ни на секунду не думал, что его запрет на работу шлюхи остановил бы ее, если бы она захотела.
- Дело не в этом, - сказала она и резко махнула рукой, словно отгоняла насекомых. - Но он уже приходил в бордель в прошлом году. Тогда он не пошел со мной, а выбрал другую девушку, но я знала, что если он проведет со мной больше времени, он, вероятно, вспомнит, почему я показалась ему знакомой. Он сказал это, - добавила она, - когда подошел ко мне в очереди за хлебом.
- Понятно, - он сделал паузу. - Значит, вы действительно хотели идти в Нью-Йорк, но не с армией. Верно?
Джейн сердито пожала плечами.
- Разве это имеет значение?
- Какого дьявола, это должно не иметь значения?
- Когда это имело значение, чего хочет шлюха? - она вскочила и потопала через поляну, оставив его изумленно смотреть ей вслед.
- Что с ней? - спросил он, обращаясь к Фанни. Девушка с сомнением посмотрела на него, поджав губы, но затем слегка пожала плечами.
- Она думает, ты моешь сдать ее конетаб’ю или магист’ату, - сказала она, немного с трудом выговаривая слова. - Или, моет быть, аймии. Она уби’а сойдата.
Уильям потер рукой лицо. На самом деле мысль о том, чтобы отдать Джейн в руки правосудия, мелькнула у него в голове после шока от известия о ее преступлении. Однако эта мысль не пережила своего рождения.
- Я бы этого не сделал, - сказал он Фанни, стараясь говорить разумно. Она скептически посмотрела на него из-под темных бровей.
- Поему?
- Отличный вопрос, - сухо сказал он. - И у меня нет ответа. Но, полагаю, он мне и не нужен.
Он приподнял бровь, глядя на нее, и она издала фыркающий смешок. Джейн направлялась к дальнему краю поляны, ежесекундно оглядываясь на Фанни. Он был уверен – без сестры она не уйдет.
- Поскольку ты сейчас со мной, а не с сестрой, - заметил он, - значит, ты не хочешь убегать, и ты знаешь, что без тебя она не уйдет. Следовательно, ты не думаешь, что я отдам ее в руки правосудия.
Он покачала головой медленно и грустно, как сова.
- Дейн говоит, я ничего не снаю п’о мучин, но я снаю.
Он вздохнул.
- Боже помоги тебя, Фрэнсис, это так.
*.*.*
Дальше они не разговаривали, пока через несколько минут не вернулась Рэйчел.
- Я не могу его поднять, - сказала она Уильяму, пока не обращая внимания на девочек. - Ты мне поможешь?
Он тут же поднялся, обрадованный перспективой физической активности, но оглянулся через плечо на Джейн, все еще маячившую у дальнего края поляны, словно колибри.
- Мы будем сдесь, - тихо сказала Фанни. Он кивнул ей и ушел.
Он нашел Мюррея, лежащего на обочине дороги рядом с повозкой. Он был в сознании, но влияние лихорадки на него было очевидным: его взгляд был затуманен, а речь невнятной.
- Я могу идти.
- Черта с два, - коротко сказал Уильям. - Хватайся за мою руку.
Он помог ему выпрямиться и осмотрел раненое плечо. Сама рана была не такой уж серьезной; Было очевидно, что кости не сломаны, и кровь текла не сильно. С другой стороны, плоть покраснела, опухла и начала гноиться. Он наклонился ближе и незаметно понюхал – недостаточно незаметно, как оказалось.
- Гангрены нет, - сказала Рэйчел. - Думаю, такой опасности нет … Все будет хорошо, если мы как можно скорее отвезем его к врачу. Что ты собираешься делать со своими девочками? - внезапно добавила она.
Он не стал повторять, что они не его. Очевидно, его, по крайней мере, в смысле его обязанностей.
- Не знаю, - признался он, поднимаясь. Он взглянул на лес, но поляна была достаточно далеко, так что не было видно ни одежды, ни движения. - Они не могут отправиться в Филадельфию, и я не могу забрать их обратно в армию. Лучшее, что я могу сейчас придумать, это найти им убежище в одной из местных деревень и спрятать их там, пока не смогу организовать для них ... более безопасное место. – «Где бы это, черт побери, это ни было. В Канаде?» - лихорадочно подумал он.
Рэйчел решительно покачала головой.
- Ты понятия не имеешь, как люди болтливы в маленьких городках, как быстро там распространяются новости и слухи, - она взглянула на Мюррея, который хотя и сидел прямо, но покачивался с полузакрытыми глазами.
- У них нет другой профессии, - сказала она. - И любому станет ясно, чем они занимаются. Им нужно не просто убежище, а убежище у людей, которые не выгонят их, как только это станет известно.
Она загорела на солнце, но лицо ее побледнело, когда она посмотрела на Мюррея. Она сжала кулаки, на мгновение закрыла глаза, затем открыла их, выпрямилась во весь рост и посмотрела Уильяму прямо в глаза.
- Есть небольшое поселение друзей, примерно в двух часах езды отсюда. Не больше трех-четырех ферм. Я знаю о нем от одной женщины, которая приехала в Велли-Фордж с мужем. Там девочек можно укрыть, по крайней мере, на какое-то время.
- Нет! - сказала Мюррей. - Ты не можешь … - он замолчал, его взгляд расфокусировался и, покачиваясь, он оперся на здоровую руку. - Нет, - повторил он, с трудом сглотнув. - Не… безопасно.
- Небезопасно, - согласился Уильям. - Три молодые женщины на дороге, одни? И даже без пистолета, чтобы защитить себя?
- Даже если бы у меня был пистолет, я бы им не воспользовалась, - с некоторой резкостью возразила Рэйчел. - И даже пушка, если уж на то пошло.
Мюррей рассмеялся или, по крайней мере, издал звук, который мог сойти за смешок.
- Да, - выдавил он и остановился, чтобы перевести дух, прежде чем произнести следующие слова. - Отвези их, - сказал он Уильяму. - Я … здесь в порядке.
- Ничего подобного! - яростно сказала Рэйчел. Она схватила Уильяма за руку и притянула его ближе к Мюррею. - Посмотри на него! Скажи ему, раз мне он не верит.
Уильям неохотно взглянул на лицо Мюррея, бледное, как сало, и скользкое от нездорового пота. Мухи густыми роями облепили плечо Мюррея; у него не было сил их смахнуть.
- Merde[5], - пробормотал Уильям себе под нос. Затем громче, хотя и с неохотой. - Она права. Тебе нужен врач, если хочешь сохранить руку.
Эта мысль, очевидно, не приходила Мюррею в голову: смерть – да, ампутация – нет. Он повернул голову и нахмурился, глядя на рану.
-Черт побери - сказал Уильям и повернулся к Рэйчел.
- Хорошо, - сказал он. - Скажи мне, где это поселение. Я их отведу.
Она поморщилась, сжав кулаки.
- Даже друзья могут не очень хорошо отнестись к внезапному появлению незнакомца, просящего предоставить убежище убийце на неопределенный срок. А я не чужая и могу защитить девушку лучше тебя, - она вздохнула, отчего ее грудь заметно поднялась, и взглянула на Мюррея, затем повернула голову и пронзительно посмотрела на Уильяма.
- Если я это сделаю, ты должен позаботиться о его безопасности.
- Я должен?
- Рэйчел! - хрипло позвал Мюррей, но она проигнорировала его.
- Да. Нам придется взять повозку, девочкам и мне.
Уильям тоже вздохнул, но он видел, что она права. Он также понимал, чего ей стоило решение спасти Джейн.
- Хорошо, - коротко сказал он. Он поднял руку, снял с шеи горжет и протянул ей. - Передай это Джейн. Он может ей пригодиться, если они останутся одни. - Как ни странно, снятие горжета словно сняло с него тяжесть. Даже возможность ареста, если кто-то в Филадельфии его узнает, не слишком его беспокоила.
Он уже собирался снять с себя обличающие кафтан и жилет – их нужно было где-то спрятать – когда Рэйчел подошла к нему и положила руку ему на плечо.
- Этот человек – мое сердце и моя душа, - просто сказала она, глядя ему в лицо. - И он твой родственник, что бы ты сейчас ни думал по этому поводу. Я верю, что ты позаботишься о его безопасности ради всех нас.
Уильям пристально посмотрел на нее, подумал о нескольких вариантах ответа и, не озвучив ни на один, лишь коротко кивнул.
- Куда мне его отвезти? - спросил он. - К моей … леди Дж… то есть, миссис Ф… То есть, - поправился он, чувствуя, как кровь приливает к щекам, - к своей тете?
Рэйчел посмотрела на него в изумлении.
- Ты не знаешь? Конечно, не знаешь, как ты мог? - она нетерпеливо отмахнулась от собственной тупости. - Его тетю подстрелили во время боя у церкви Теннент, где она ухаживала за ранеными.
Раздражение Уильяма мгновенно улетучилось, словно ему на голову вылили ледяную воду, затопив вены.
- Она мертва?
- Милостью Господа нашего, нет, - ответила она, и он почувствовал, как стеснение в груди немного ослабло. - Или, по крайней мере, вчера была жива, - поправилась она, нахмурившись. - Хотя и очень сильно ранена. - Стеснение в его груди вернулось.
- Она в доме МакКенов в деревне Фриголд, примерно в шести милях в том направлении, - она кивнула в сторону дороги. - Мой брат, вероятно, тоже там или где-то поблизости; там еще есть раненые после боя. Он сможет справиться с раной … Иэна. - Впервые ее голос потерял твердость, когда она перевела взгляд на своего жениха.
Глаза Мюррея запали и блестели от лихорадки, но он достаточно владел собой, чтобы протянуть ей здоровую руку. Движение перенесло вес на больную руку, и он поморщился, но Рэйчел тут же опустилась на колени рядом с ним и обняла его.
Уильям кашлянул и деликатно отвернулся, давая им мгновение попрощаться. Какими бы ни были его собственные чувства, они это заслужили. Он видел, к чему приводят такие раны, и полагал, что шансы Мюррея пятьдесят-на-пятьдесят. С другой стороны, этот человек был и шотландцем, и могавком, а представителей обеих рас, как известно, убить совсем не просто.
Он отошел от дороги, и теперь его взгляд уловил мелькание розовой ткани за кустом.
- Джейн! - позвал он. - Это ты?
- Да, - ответила она и вышла на открытое пространство, скрестила руки на груди и подняла подбородок. - Что вы собираетесь делать? Со мной, я имею в виду.
- Мисс Хантер отвезет вас с Фанни в безопасное место, - сказал он как можно мягче. Несмотря на ее храбрый вид, она напоминала ему олененка. Свет, пробивающийся сквозь деревья, отбрасывал пятна на ее лицо и платье, делая ее нематериальной, словно она может в любой момент растворится в лесу. - Я сообщу тебе, когда найду что-нибудь … подходящее для вас.
- Она? - Джейн удивленно взглянула в сторону дороги. - Почему? Почему ты не можешь отвезти нас сам? Разве она не хочет остаться с индейцем?
- Мисс Хантер все тебе объяснит по дороге, - он замялся, не зная, что еще ей сказать. С дороги до него доносился далекий звук голосов, Рэйчел и Иэна Мюррея. Он не мог разобрать слов, но это не имело значения; То, что они говорили друг другу, было и так ясно. Он почувствовал легкую, острую боль под третьей пуговицей жилета и закашлялся, пытаясь ее расстегнуть.
- Спасибо, сэй, - раздался тихий голос позади него, и он обернулся, обнаружив Фанни у своего локтя. Она взяла его руку, повернула ладонью вверх и нежно поцеловала в центр.
- Я … рад помочь, мисс Фанни, - сказал он, улыбаясь ей несмотря ни на что. Она кивнула ему с достоинством и вышла на дорогу, оставив его с Джейн.
Какое-то время они стояли, глядя друг на друга.
- Я предложила тебе гораздо больше, чем просто поцелуй, - тихо сказала она. - Ты не захотел. Мне больше нечего тебе дать в благодарность.
- Джейн, - сказал он. - Дело не в … Я не … - и тут же замер, отчаянно сожалея, но не в силах придумать, что сказать в ответ. - Счастливого пути, Джейн, - наконец пробормотал он, чувствуя ком в горле. - До свидания.