1
- Эй, мужик, закурить есть?
- Не, ребят, не курю.
- Че, жалко что ли для пацанов?
- Нет, не жалко, не курю просто.
- А если щас найдем?
- Ребята, не трогайте, а?
- Ха-ха, а то что? Мобильник-то есть? Федя, посмотри.
- Руки уберите!
- Да ты стой спокойно, не тронем тебя.
- Эй, верните телефон!
- Ты куда руки тянешь?! Пацаны, вали его!
2
- Курить будешь?
- Давай.
- Так кто тебя так?
- Вчера шпана какая-то. Шел домой вечером через гаражи. Телефон забрали и деньги.
- Хреново. В ментуру звонил?
- Не стал. Все равно не найдут их.
- Так и оставишь, что ли?
- Да плевать. Все, пошли работать.
3
- Геннадий Викторович, я...
- Это что, я спрашиваю?!
- Обложка.
- Какая, к черту обложка?
- Для нового номера.
- Это обложка, по-твоему? Моя дочка лучше обложку нарисует! Ты хоть понимаешь, что нам номер сдавать?!
- Я не понимаю, что вас не устраивает?
- Ты что, ослеп совсем? Что меня в ЭТОМ не устраивает, ты серьезно? Мы, знаешь ли, серьезное издание, а не сраная желтая газетенка! Ты о чем вообще думал?
- Я... я прошу прощения, больше не повториться.
- Не повториться. Завтра расчет получишь и чтоб я тебя больше не видел. У меня такие как ты в очередь стоят за работой.
4
- И ты, ммм, часто здесь бываешь?
- Нет, не очень.
- Ясно, только с девушками.
- Ну...
- Да не смущайся так! Ты такой забавный! Я вообще-то думала мы в какой-нибудь ресторан пойдем. Ой, я похоже уже пьяная, хи-хи.
- У меня проблемы тут на работе возникли, там, с начальством терки, да и вообще, это, похоже не мое, не знаю, но ты не переживай, обязательно сходим в ресторан, как только все утрясется немного, так сразу, ты не подумай, я не дешевка какая-нибудь...
- Подожди тут, ладно, я сейчас в туалет сбегаю. Ты такой забавный!
5
- Хочешь фильм посмотреть?
- К черту фильм, мне на работу завтра, иди сюда, милый.
- Черт, как это расстегивается?
- Давай помогу.
- Ага, все.
- Так, так, давай быстрее. Да оставь ты носки, какая разница. Вот так, да, иди ко мне, дорогой, иди. Да, вот так, вот так. Ой.
- Прости, прости, прости, прости.
- Эм...
- Я не знаю, прости, раньше не бывало такого.
- А... ладно.
- Слушай, извини, сейчас, дай мне пару минут.
- Да ничего, бывает. Давай спать.
6
- Алло, привет, мам. Да, телефон украли. Что? Нет, не обращался. Какая разница как. В автобусе вытащили.
- Ты как? Папа как? Опять из дома ушел? Пьет? Ясно.
- Все хорошо на работе. Да, начальство нормальное.
- Нет, мама, девушку не встретил пока. Только вот не надо дочерей своих подружек, умоляю! Детский сад. Успею я жениться, успею.
- А что с бабушкой? Телеграмму? Что, совсем плохо? Понятно... Не знаю, мам, сейчас никак не получается в деревню поехать, работа, сама понимаешь. Да понимаю, что не можешь отца бросить. С братом? А ты ему позвонить не можешь? Хорошо, поговорю.
- Ну давайте там, за папой присматривай. Я с Колькой поговорю.
7
- Привет. В машину садись, а то промокнешь.
- Коль, слушай, мне тут мама звонила.
- Как отец?
- Плохо.
- Ясно.
- Она просила, чтоб ты к бабушке съездил. Сможешь?
- Случилось чего? Постой. Алло? Да. Да. Минут через пять перезвони. Не знаю, не говорил еще с ними. Все, перезвони. Так что там с бабушкой?
- Бабушка телеграмму прислала, говорит, умирает.
- Вот что...
- Мать там отца бросить не может, а тебе удобно, на машине туда-обратно за день смотаешься.
- Угу, понятно. Нет, не могу сейчас никак. У меня партнеры иностранные приезжают на днях, все по часам расписано. Вообще не могу. Просто никак.
- Но бабушка...
- Постой. Алло? Подожди, еще минута Ага, сам перезвоню. Братец послушай меня. Я бабушку люблю и все такое, но сейчас ситуация такая, что я на минуту отлучусь и все рухнет. Это ж бизнес, понимаешь?
- Ага.
- Знаешь, что? А съезди-ка сам. Тебе полезно на свежий воздух выбраться, вон ты бледный какой. И тощий. Короче все, мать будет звонить, передавай привет. Тебе в другую же сторону? Ну тогда вылась.
- До скорого.
8
- Еще пива?
- Давай.
- Так что ты там говорил?
- Я говорю, мы ж друзья, да? Давно вроде знаем друг друга, и вообще.
- Ну. Хорошее пиво.
- Знаешь, что-то мне тошно последнее время. От всего вообще, от жизни. С работы уволили, с бабами не везет, грабанули еще тут. Мама звонила, отец бухает опять, бил ее. Потом еще с бабушкой что-то случилось. А, кстати, братца тут своего видел. Таким козлом стал. Бизнес у него. Устал я, дружище. Последнее время вообще только телевизор смотрю. Ни в кино заставить себя сходить не могу, ни погулять просто. С людьми даже общаться не тянет особо. Как-то все серо стало, глухо. И уже совсем невыносимо.
- Депресняк осенний. Обстановку тебе сменить надо. О, я у тебя этот фильм возьму? Давно глянуть хотел.
9
Колеса электрички усыпляюще постукивали, за окном пролетал одинаково мрачный осенний пейзаж: серое небо с нечеткими очертаниями низко нависших туч, скелеты облетевших деревьев скрюченными ветвями тянулись к земле, устланной ковром из разноцветных листьев. Вот-вот должен был разразиться дождь.
По мере того как электропоезд приближался к своей конечной станции, людей в вагоне становилось все меньше. Вот вышла старушка с мешками, полными какой-то растительности; за ней вагон покинула шумная компания молодых людей, из сотовых телефонов которых то и дело доносилась какая-нибудь популярная мелодия в очень низком качестве. Последними вышли женщина с ребенком, который всю дорогу угрожал мне игрушечным пистолетом. Я остался один.
Громкоговоритель объявил конечную, и я покинул вагон. На усыпанном гравием перроне стояла табличка с названием станции. "Конечная". Ирония была в том, что именно на "Конечной" начинался мой путь. Я чувствовал, что впереди меня ждет что-то новое и, уж наверняка, что-то хорошее.
Первое, что я сделал, покинув вагон, был глубокий вдох. Свежий воздух проник в легкие и в мгновение ока разогнал годами разъедающую их изнутри затхлость городских улиц. Вытеснил тревоги, гнетущие меня там, на станции отправления. Я еще немного постоял, наслаждаясь ощущениями, и зашагал вперед по тропинке, которая вилась через березовую рощицу. Взбитая сапогами дачников земля под ногами превратилась в грязь, мне приходилось перепрыгивать лужи, аккуратно пройти по шаткому мостику над канавой по которой бежал ручеек, пролезть под поваленной, наверное ветром, березой.
Где-то гаркнула ворона, треснула ветка. Роща полна звуков, которые не услышишь в городе. Я в одиночестве шагал по тропинке, окруженный природой, животными и еще не впавшими в спячку насекомыми. Мне было по-настоящему хорошо, я просто отдыхал, впервые за, наверное, несколько лет.
Наконец из-за деревьев показались покатые крыши дачных домиков, началась широкая гравийная дорога. Последний раз я был здесь лет семь назад, и тем не менее абсолютно ничего не изменилось с тех пор. Тот же домик с резными узорами по правую руку, та же обветшалая лачуга по левую; разве что вон та ель у дороги заметно подросла.
Я безошибочно помнил дорогу к дому бабушки: поворот налево, затем направо и прямо до столба с доской объявлений. Кому-то опять грозились отключить электричество, снова собирали деньги на охрану... Да, словно я и не уезжал отсюда никогда.
И вот наконец дом бабушки. На секунду от воспоминаний сперло дыхание, застыло сердце. Вот здесь, на веранде я лежал в гамаке с книжкой, а под березой, что росла у нас прямо на участке, был муравейник, Колька любил с ним играть. Туалет на противоположном от дома конце участка, ночью было страшно до него идти, особенно когда соседской собаке вздумается полаять. Ягодные кусты, я терпеть не мог собирать ягоду, облепиху в особенности: мелкие оранжевые ягоды ни за что не хотели с легкостью отрываться от ветки. И так во всем, в каждом метре жила часть меня маленького, когда еще не было козла-начальника, когда я понятия не имел о мобильных телефонах, девчонки были лишь объектом насмешек, брат не представлял себе, что можно получать больше двадцати рублей в неделю на карманные расходы, а папа очень любил маму.
Калитка со скрипом отворилась, я прошел по выложенной досками тропинке между грядками, ступил на веранду и постучал в дверь.
10
- Кто там? Открыто, - раздался изнутри едва слышимый голос бабушки. Я толкнул дверь. Войдя, сразу почувствовал неприятный запах старости, бабушка, наверное, совсем не открывает окна. Она лежала тут же в комнате, на диване под двумя одеялами, среди всех этих предметов старины вроде часов с кукушкой, треногого табурета, стола, накрытого скатертью в цветочек, древнего платяного шкафа, ящика со старой посудой и чайника со свистулькой. Я подошел к бабушке. Она даже не открыла глаза, тяжело дышала. Похоже, ей и вправду немного осталось.
- Привет, бабушка.
- Внучек? Ты ли? - она с трудом разлепила веки, протянула ко мне руку. Я взял ее сморщенную ладонь в свою.
- Ты, да это ты. Хорошо, что приехал, - бабушка говорила медленно и почти не слышно.
- Не могли же мы тебя бросить. Как ты тут, расскажи?
- Плохо, внучек, плохо. За мной теперь и ухаживать-то некому. Тут Нюрка соседка приходила, так а сегодня и она не пришла, уж не знаю почему.
- Ты голодна, наверное? Сейчас я сделаю что-нибудь.
- Нет-нет, не надо. Я не голодна. Как мамка твоя? Брат?
- Все хорошо у них, бабушка. Колька бизнесом занимается, дела идут у него.
- А, ясно. Поэтому и не приехал.
- Нет, что ты. Он приедет еще. И мама приедет. Еще нас чаем напоишь.
Бабушка с трудом посмеялась.
- Что у тебя тут еще нового? Подружки-то приходят?
- Эх, какие тут теперь подружки. Сашка старый помер, дом его наверно уж год как заброшенный, Альку дети в город перевезли, дом продали, там теперь молодежь какая-то отдыхает - музыка орет часто. Нюрка одна осталась, да и та уже...
- Понятно, понятно...
Вот оно как. Значит, и здесь все меняется.
С бабушкой мы проговорили до вечера. Говорил, правда, в основном я, рассказывал о своих успехах на работе, о брате рассказывал. Говорил, что невеста есть, что обязательно сюда ее привезу с бабушкой знакомиться. В общем, рассказывал, как все у всех хорошо. А потом бабушка закрыла глаза, уснула. Я тихонько вышел во двор. Было уже темно, тучи скрывали звезды. С одного из соседних участков доносились крики и смех, видимо, отдыхала та самая молодежь.
Зачем я вообще сюда приехал? Что хотел найти? Думал, здесь это гнетущая опустошенность разом отступит? Как бы не так. Наверное, и здесь мне тоже не место. Наверное, это и вправду просто осенний депресняк.
Налетел холодный ветер, и я пошел в дом. Присел на табурет у бабушкиной кровати. Она уже не дышала. Так я просидел всю ночь, слушая тиканье старинных часов с кукушкой.