Аннотация: Наука и теория - это взаимосвязанные борющиеся противоположности. Окончательно побеждает наука, но далеко не сразу.
О ВЗАИМОДЕЙСТВИЯХ НАУКИ И ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ТЕОРИЙ.
Наукой по определению в энциклопедиях называется совокупность систематизированных объективных данных. Созданием науки занимаются ученые, собирающие, систематизирующие и публикующие исключительно объективные данные, полученные в результате практической деятельности или однозначно следующие из этих результатов. Наука существует только одна.
Теориями по определению в тех же энциклопедиях называются субъективные умозаключения по мотивам научных данных, построенные на основании цепочек гипотез, домыслов, предположений и т.д. Теории развивают теоретики, которые, как правило, не являются практикующими учеными, т.е. не собирают объективные данные, а надстраивают над ними конструкции из своих соображений. Теорий по любому поводу существует множество.
Уже из определений следует, что наука и теории не могут идти "рука об руку" - наука одна, а теорий множество, и все они тянут в разные стороны. И если, например, общественная организация типа Нобелевского комитета финансирует рекламу и развитие предпочитаемых ею теорий, то спонсируемые теории хоть и разрастаются до особо громоздких конструкций, самоназывающихся фундаментальными, остаются при этом плодами домыслов, не более того.
Ученые не строят теорий и не афишируют своих гипотез, которых, как правило, несколько, причем взаимоисключающих. Они принимают к сведению имеющиеся теории и строят собственные лаконичные представления, но всегда сомневаются и могут менять свои взгляды по несколько раз на дню в соответствии с поступлением дополнительной объективной информации. Они вообще ничему не верят, кроме результатов экспериментов, если те повторяются.
Строгая математика допускает построения предположений и прогнозов и даже разработала оптимальные методики на эти случаи. Можно составить оптимальный прогноз чего угодно и по разным критериям, но появляется проблема роста так называемого доверительного интервала. Чем длиннее цепочка рассуждений теоретика, включающая множество субъективных трактовок, тем менее достоверным становится результат. Поэтому, судя по объемам фундаментальных теорий, вероятнее всего они являются ошибочными.
Теоретические труды подобны метеослужбе, которая с абсолютной точностью и с любой степенью подробности может описать погоду за прошедшие дни. Однако прогноз на последующие дни является уже вероятностным, и чем он продолжительнее, тем менее достоверен. Так и в текстах теоретиков достоверными могут быть лишь первые строки, и те далеко не всегда. И в прогнозах погоды, и в теоретических рассуждениях не учитываются многочисленные факторы, которые пока неизвестны, но их влияние часто оказывается решающим. Поэтому длительные прогнозы и теоретические рассуждения не имеют практического смысла.
При этом каждый настоящий теоретик считает свое творение единственно и абсолютно верным и бесконечно оспаривает любые противоречащие объективные данные, объявляя их непредставительными, полученными под воздействием экспериментаторов и т.д.
Классическим примером взаимоотношений науки и фундаментальной теории является вековой спор сторонников круглой и плоской моделей Земли. Одна сторона (научная) предъявляла все новые объективные данные, другая (теоретическая) не имела иных аргументов, кроме установившихся представлений, поддерживаемых всегда консервативным административным ресурсом. В подобных противостояниях объективных фактов с субъективными взглядами в конце концов побеждает объективное, но далеко не сразу и не просто. Например, для обрушения теории, объявленной в конституции одной большой страны абсолютно верной и всемогущей, потребовался развал этой страны. Явно ложные физические "фундаментальные" теории, типа СТО, постепенно сливаются под напором объективных данных и пока держатся на плаву только благодаря круговой поруке и стремлению даже их противников к гладкому переходу к более совершенным моделям природы из опасения революционных потрясений, чреватых переименованием всей теоретической физики в алфизику.
Судя по известным обстоятельствам значимых открытий в области физики, они совершаются либо случайно, либо благодаря наитию и упорству экспериментаторов, планомерно проверяющих множество гипотез. Открытия, как правило, противоречили доминировавшим теориям, и ни одно из них не происходило "на кончике пера". И чем больше неожиданного происходит в процессе эксперимента, тем, очевидно, слабее теория в исследуемой области. При адекватных теоретических результатах редкие опыты нужны только для их подтверждения, но пока теории не предложили никаких новых знаний, имеющих практический интерес.
Ни в одной области естествознания, кроме физики, не существует могучих фундаментальных теорий. Однако, все естествознание динамично развивается, причем в среднем быстрее, чем физика. Отсюда можно сделать вывод, что канонизированные умозрительные представления скорее подтормаживают процесс развития науки, нежели его стимулируют. Фундаментальные теории имеют много общего с философско-религиозными учениями, которые также канонизировались и остановились в собственном развитии, тормозя и все вокруг. При этом некоторые из ставших фундаментальными теории были когда-то прогрессивными и даже революционными, придя на смену ранее доминировавшим еще более кондовым и уже забытым представлениям. Забудутся и современные "фундаментальные" теории.
А пока фундаменталисты существуют в разных областях, например, в физике, религии и философии, выделяются воинственностью и упертостью, априорным отрицанием любых альтернативных взглядов и даже неудобных объективных фактов, убежденностью в абсолютной и исчерпывающей истинности своих теорий, где науке разрешается лишь скромно поддакивать.
Вывод. Наука и фундаментальные теории - антагонисты. Теории всегда консервативны и тормозят развитие науки, навязывая ей свои догмы и бесконечно оспаривая несовместимые с ними экспериментальные данные. Наука методично разрушает фундаментальные теории, представляя все новые объективные опровержения.