Я пятилетний мальчик, чью семью убили в газовых камерах Освенцема. Мой дом спалили, и мне некуда идти.
Я - девочка, собирающая милостыню на улицах Кракова. Мне не подают, узнав, что я еврейка.
Я отец пятерых детей, нас в который раз выгнали из дома в погром. Я счастлив, что все мои дети остались в живых.
Я студент, окончивший университет с отличием. Меня не приняли в аспирантуру, и закрыли дорогу к докторской.
Я мечтала быть врачом. Меня пять раз срезали на вступительных экзаменах.
Мне вслед кричат "жид!", но я не понимаю, что это такое.
Я навсегда останусь калекой. Скинхеды выбили мне глаз и сломали ногу. Они подстерегли меня в переулке за синагогой.
У меня нет ног. И у моих младших братьев тоже. Террористы взорвали наш автобус, когда мы ехали в школу.
Я сидел в тюрьме шесть лет, потому что хотел уехать в страну, где не будет антисемитизма.
Меня избили в субботу подростки, когда я откзался зажечь спичку.
Мы супружеская пара, прилетевшая в Париж отдохнуть. Нас не пустили в ресторан, указав на надпись: "Евреям и собакам вход воспрещен".
Мою восьмимесячную дочь снайпер убил выстрелом в голову.
Я мать, пытающаяся найти укрытие для своей годовалой дочери. Обещают погром в честь дня рождения Гитлера.
Я старик, сидящий на палубе Эксодуса. Меня не успели убить в Треблинке. Теперь ни одна страна мира не хочет принять нас, и нам некуда плыть.
На моем доме нарисовали свастику, и написали "убирайся в свой Израиль!" Но как это сделать?
Я вспоминаю о шести миллионах жертв Холокоста, а в Германии сотни людей собрались на фашистский митинг.
Я живу в доме один. Мою беременную жену и четырех дочерей убили, когда они ехали домой.