Аннотация: Кажется, скатываюсь к любовному роману....
Глава одиннадцатая,
вносящая некоторые коррективы в заранее разработанные планы
- А я рассчитывала, что ты опоздаешь, - состроила удивленное лицо Настя.
- Спросила бы меня, - хихикнула Катя, - и не пришлось бы зря рассчитывать.
- А ты уже сделала прогноз? - оживилась я.
Катя закатила глаза:
- Увлечение некоторых особ их будущим меня просто пугает....
- Это она шутила, - пояснила мне Настя.
- Это я догадалась, - весело отреагировала я.
А Роман изогнул брови:
- Что-то ты заметно повеселела....
- Еще бы! - мой энтузиазм не знал границ. - Я с еще одной волшебницей познакомилась! То есть не познакомилась! А просто узнала, что она волшебница!
- И кто же это?
- Это моя сестра, - расплылась я в довольной улыбке. - Ленка. Кстати, надо узнать насчет остальных моих родственников.
- Скорее всего, твоя сестра их уже на предмет магии обследовала, - отрезвляюще обронила Настя. - И если бы кто-то из них был магом, она бы, наверное, тебе сообщила. Так что, максимум, на что ты можешь рассчитывать - знание о том, что гипотетически кто-то из твоей родни способен на волшебство.
- Но....
- Никаких "но", Ир, - серьезно добавила Катя. - Основной Закон тебе известен. И как раз сейчас мы попытаемся рассказать тебе о его причинах.
- Рассказывайте, - с некоторым сомнением в голосе произнесла я.
- Начну, наверное, я, - произнесла Настя.
- Начинай, - Катя согласно кивнула.
А Настя, вдохновенно вздохнув, принялась излагать:
- Наш мир - это одна большая система.... Пока понятно?
Поскольку этот вопрос был явно адресован мне, я сочла необходимым ответить:
- Я не думаю, что хоть кто-то в этом сомневается....
- Я тоже, - начинающий педагог весьма обрадовалась способностям начинающей ученицы, - но мало ли.... Так вот. Есть общая система. Есть подсистемы. И, наконец, есть системы (более мелкие), которые, в своею очередь, входят в состав подсистем. Понимаешь?
Я кивнула.
- Разумеется, дробить можно до бесконечности. Даже в этом мире (мире людей), который по приведенной мной классификации и является той самой более мелкой системой, можно выделять какие-то свои составляющие.
Настя вновь бросила на меня вопросительный взгляд.
- Если мне что-то будет непонятно, ты узнаешь об этом первой, - поспешила я успокоить ее.
- Хорошо. Как тебе, Ир, уже говорили, изначально для каждых из созданий существовал свой собственный мир. Нам, кстати, известно, где-то о трестах мирах, около сотни из которых "закрыты" для перемещения.
- Что значит, "нам известно"?
- Мы полагаем, что, поскольку всех размеров той самой общей системы, в которой мы существуем, мы не знаем....
- .... то остальные миры мы можем просто не видеть? - продолжила я.
- Совершенно верно.
- Каждый из этих миров, - взяла слово Катя, - связан с каким-то определенным количеством других миров. Эту связь и называют подсистемой. В нашей подсистеме - пять миров. И, соответственно, пять созданий: люди, волшебники, эльфы, гномы и драконы.
- И это самая экзотическая из всех подсистем, - уточнил Роман.
- То есть? - не поняла я.
- Люди и драконы.
- А что не так?
- Во-первых, люди. Это как раз те создания, которые отличаются удивительной способностью создавать для всех иных жителей системы столько проблем.... Опыт истории подсказывает, что, чем меньше они знают о существовании остальных созданий, тем лучше. Суди сама: жизнь коротка, волшебных способностей нет. А вот зависть и страх есть. И ум есть. И наука. А тут еще "гениальные" идеи.... обычно эльфийские.... о том, что из людей получаются идеальные слуги....
- Взрывоопасная смесь! Не понятно: спасать их нужно или спасаться от них.
- А это как пойдет.... Но оба случая чреваты истреблением.... Поэтому общая политика в отношении людей сейчас такова. Их тщательно охраняют: как от знания обо всех остальных созданиях, так и от посягательств всех остальных созданий на их.... - Роман замолчал, подыскивая подходящее слово.
- .... суверенитет, - подсказала я.
- Вот именно. И ты зря смеешься, Ир. Последствия межмировых войн тотальны.
- Конец света?
Роман задумчиво взглянул:
- Как ты думаешь, если какую-нибудь совокупность элементов назвать системой, а потом взять и какой-то из элементов удалить, что будет с системой?
Я мгновенно нашла для себя повод пуститься в рассуждения:
- Все зависит от того, что это была за система....
- В подробности можешь не вдаваться, - вклинилась Настя в мой обещавший быть продолжительным монолог.
- Если коротко, то система разрушится.
- Вот именно. Та, изначальная система разрушится. И еще очень повезет, если взамен ее появится другая: с меньшим количеством элементов.
- А если нет?
- А вот тогда - катаклизмы в общемировом масштабе. И конец света - как самое.... необратимое из возможных последствий этих катаклизмов.
- Мрачноватая перспектива.
- Я бы даже сказала, пугающая. Но, как и все из вариантов развития будущего, - весьма вероятная, - добавила Катя. - Уж поверь мне.
- Поэтому люди, - продолжил Роман, - и должны развиваться обособленно от нас. Из их жизни, их судеб старательно вычленяют магию. Ибо только так они смогут развиваться и жить дальше. А когда маг совершает над человеком какое-то магическое действие: в основном, конечно, речь идет о помощи, - судьба человека может измениться кардинальным образом. И весьма вероятно, не в лучшую сторону. Поэтому какая-либо магическая благотворительность и запрещена.
- А что насчет драконов? - перешла я к более, как оказалось,... оптимистичной части вопроса.
- Драконов? - Роман улыбнулся какой-то странновато-мечтательной улыбкой. - Драконы - одни из самых невероятных созданий. Мудрость, интеллект.... Жизнь настолько длинна, что граничит с бессмертием Невероятная по силе магия. При этом - почти полное отсутствие способностей к репродукции. Питаются солнечной энергией. И весьма скептически относятся ко всем остальным созданиям. Хотя в гости пускают: им кажется забавным наше присутствие. Но требуют неукоснительного соблюдения этикета....Еще невероятно красивые. Изящные. Капризны и своевольны до крайности....
- И, - не могла не отметить я, - кажется, безумно тебе нравятся.
- Не то слово. Я люблю с ними.... беседовать.... Хотя, - Роман хмыкнул, - беседы получаются странноватыми. Но, думаю, тебе понравится.
- Мне они понравятся, даже если вообще будут молчать, - поспешила я его успокоить. - А когда....
- И все-таки, Ир, ты, как всегда, торопишься. Тебе же только двадцать один. А за тысячу лет....
Я испуганно хохотнула:
- Тысячу.... Непривычно как-то....
- Ничего, - усмехнулась Настя, - привыкнешь.... С возрастом.... У тебя есть какие-то вопросы?
- Нет. Кажется, вы успели объяснить все. А что, пора заканчивать?
- Конечно, пора. Впереди, может быть, и вечность, но сутки-то не резиновые....
- Вот теперь у меня точно есть вопрос.
- Излагай, - разрешила Настя, а Катя отрицательно покачала головой.
- То есть, это невозможно? - обратилась я к ней.
- Эй! - Настя возмущенно прикрикнула на нас. - Катерина! Не забывай, пожалуйста, что остальным не помешало бы слышать то, о чем кто-то хочет сказать.
- Извини, - Катя смущенно улыбнулась. - Ирину интересовала возможность путешествий во времени.
- А.... Ну это и вправду невозможно.
- Почему? - не могла не поинтересоваться я.
- Потому что это противоречит законам бытия.
- И? - потребовала я продолжения.
- И? - удивилась Настя. - И все. Этого не может быть, потому что этого не может быть в принципе.
- Ага, - кисло согласилась я. - Мне так недавно про волшебство рассказывали. "Этого не может быть..." и все такое.
- Ну.... это тебе кто-то неосведомленный рассказывал. Или наоборот: чересчур осведомленный.
- То есть врал?
- Скорее, - вмешался Роман, - сознательно скрывал. Однако, в отношении путешествий во времени тебе такое вранье не грозит. Ибо это действительно невозможно.
- Раз этот факт установлен, я исчезаю, - мимолетно попрощалась Настя.
А Катя, покосившись в сторону торгового зала, отправилась "сообщить Геннадию.... Тимофеевичу, что занятия окончены".
- Кажется, наши подозрения подтвердились, - сообщил Роман, проводив долгим взглядом Катину спину.
- Интересно, а Катя про наши "подозрения" знает?
- Если ты думала об этом при ней, то, скорее всего, знает.
- Как это "скорее всего"?
- А ты представь, что все находящиеся в комнате люди начинают одновременно говорить. Ты что-нибудь услышишь?
- Ты хочешь сказать, что ей приходиться выбирать, кого "слушать"?
- Конечно. Иначе то, что она слышит, очень трудно назвать информацией.
- Правильно ли я понимаю: каждую секунду ее жизни в ее голове кто-то разговаривает?
- Провидцы, в принципе, могут на некоторое время заглушать свои способности, но служебные инструкции к этому крайне негативно относятся.
- Да, Павел что-то говорил об этом. Если уж он где-то появился, значит, это произошло не просто так.
- Совершенно верно. - Тут Роману явно пришла в голову весьма понравившаяся ему мысль. Лицо его осветилось какой-то уж чересчур лукавой усмешкой. И он произнес, - Это, кстати, применимо и к... нормальным людям.
- Поясни, - заинтересованно изрекла я.
- Легко, - хмыкнул он. - Два человека. Или, скажем,... волшебника....
- Волшебника? - изогнула я брови.
- Волшебника.... Оба явно имеют общие интересы. И явно находят друг друга.... интересными....
- И заинтересованы в дальнейшем общении, - с трудом сдерживая улыбку, продолжила я.
- Читаешь мысли, - мимолетно улыбнулся Роман. - Так вот. Они почему-то находятся вдвоем в абсолютно пустой комнате. И им определенно нечем занять время до вечера. Думаешь, - вкрадчиво добавил он, - это происходит просто так?
- В свете последних событий (а также небольшой лекции, посвященной особенностям.....хммм.... строения судьбы человека), я, пожалуй, думаю про то, что эти двое как-то слишком уж синхронно "повернули". И это означает, - довольно сообщила я, - что, по крайней мере, до следующего "поворота", "это" будет происходить постоянно.
Насколько я могла судить, мой ответ ему понравился. Он заговорчески взглянул. Поднялся. Дождался, пока встану я. Подошел. Почти вплотную. И спросил:
- Амулет при тебе?
- А мы куда-то отправляемся?
- Можно и не отправляться, - коварно улыбнулся он. - Можно просто надеть. В любом случае, результат вдохновляющий....
Похоже, следующее слово было за мной. И я бы с удовольствием что-нибудь ответила.... или сделала. Если бы меня внезапно не покинул дар речи.... вместе со всеми остальными дарами, разумеется.
Оставалось только пристально смотреть на Романа....
Вообще-то, если б я могла, я бы уже давно сосредоточила свое внимание хоть на какой-нибудь хоть сколько-нибудь значительной детали интерьера или еще чем-то, не вызывающем никаких.... слишком уж ошеломляющих эмоций. А если бы могла пошевелить хоть чем-нибудь, то непременно бы отступила.... Но я не могла....
К счастью, у Романа подобных проблем не наблюдалось....
Да. Определенно, к счастью....
То есть его определенно не интересовал ни интерьер, ни отступление. Его, по какой-то неведомой мне причине, интересовала я. Определенно интересовала. Доказательства интереса были представлены незамедлительно. И в пояснениях не нуждаются.
И что это были за доказательства!
Словом, время до следующего занятия, пронеслось как-то уж чересчур быстро. И это, кажется, был единственный случай, когда я бы с удовольствием прогуляла урок магии.
Впрочем, урок так и не состоялся.
Когда в заранее оговоренные семь часов вечера стоящие на кухне старинные часы принялись громогласно объявлять о том, что время пришло, мы насколько могли решительно оторвались друг от друга. Недовольно пробурчали что-то нечленораздельное. Уселись в противоположных концах комнаты. И принялись ожидать Лильку.
Не тут-то было. Пятнадцатиминутное ожидание результатов не дало. Тридцатиминутное тоже.
Лилька не появлялась.
- И как я сразу не догадался..., - задумчиво произнес Роман.
- О чем? - тоже попыталась я задуматься.
- Вероятнее всего, Катерина и Тимофеич сообщили Лильке, что сегодняшнее занятие придется отложить.
- Почему?
- Наверное, Катерина сюда возвращалась.
- Сюда, это в смысле, в эту комнату?
- Да.
- Ааа... Тогда точно понятно.... То есть, нас решили не беспокоить?
- Совершенно верно.
- То есть этот вечер у нас полностью свободен?
- И это тоже верно. Поэтому доставай все-таки Амулет. Я тебе кое-что покажу....
"Кое-что" оказалось Эйфеловой башней. А потом Египетскими пирамидами. Их сменили развалины древнего храма и каналы в Венеции, и вечерний пляж, и странновато-пугающие ночные джунгли, и лунная ночь, и искрящийся на солнце снег... и его квартира....
.... И кое-что стало всем....
Все было. И судорожный вздох. И робкий шепот. И робкое прикосновение. Первое. И отчаянная смелость взгляда. И дерзость рук. И губ. И тел. И замирание сердца. И бешеный стук в висках. И опустошение. И наполненность. Были слова. Красивые слова. Слова бессмысленные. И значащие все. Были слезы. И объятья. И чуткий к его дыханию сон....
... Словом, восхитительнейший был вечер.
И ночь....
И утро.
Хотя, по поводу утра я немного переборщила. То есть обобщила на радостях.
Почему-то в унисон орали оба кота, переселенные в порыве ночной гуманности в квартиру Романа. Как это всегда и происходит, для полного счастья истерически звонил сотовый. И, кажется, я решила избрать именно этот, и без того малоприятный момент пробуждения, для того, чтобы разнервничаться по поводу проведенной ночи, засмущаться по поводу не реагировавшего на совместные истерические действия котов, телефона и меня Романа и сдуру взять трубку. "Наверное, я опять пропустила занятия... и на этот раз у Саши есть, что мне сказать, помимо того, что каждый может проспать.... и, наверное, мне сейчас предложат проснуться....".... Что характерно, не столь уж я и ошиблась.
Трубка действительно весьма скептическим голосом поинтересовалась, собираюсь ли я просыпаться, и если да, то когда сие чудо должно произойти. Вот только голос был не Сашин.
- Мама?!
- Она самая.
- Я... а... который час?
- Семь утра.
- Ааа, - глубокомысленно отреагировала я.
- Не "а", а открывай дверь.
- Что?
- Ир, - в мамином голосе явно прослеживались мученические нотки. - подарок на Ленкину свадьбу, помнишь? Мы покупать его собрались. Сегодня. В первой половине дня. Потому что во второй я работаю. И я должна была к тебе зайти....
- Ах, вот в чем дело, - наконец-то вспомнила я. - А я и забыла, что мы договаривались на сегодня.... Но поскольку я проспала, - начала я выкручиваться, - давай лучше встретимся где-нибудь в городе.... Скажем, через полчасика....
- Не пойдет, - мамин голос был полон ехидства.
- Почему?
- Потому что вот уже пять минут я звоню в твою дверь. И ты очень меня порадуешь, если все-таки впустишь.
- Как, в мою дверь? - растерялась я.
- Ирина! - мама перешла на строгий тон. - Немедленно просыпайся. И марш к двери.
- Я сейчас, - буркнула я в трубку. Нажала отбой и растерянно огляделась. Мгновенно приняла единственно возможное решение. Затем, пытаясь сконцентрироваться, старательно вздохнула. И переместилась.
Как оказалось, не одна. А вместе с кроватью и, соответственно, всеми, кто на ней лежал: Романом и двумя котами.
Кровать с диким грохотом рухнула на пол в уже моей спальне и не нашла ничего лучше, чем сломаться. Единственным положительным моментом в этом деле было то, что коты с перепугу замолчали.
Роман, как оказалось, успевший проснуться на середине моего с мамой диалога, но не успевший внести конструктивные предложения по вопросам перемещения, саркастически взглянул:
- Мебель переставляешь?
Я одарила его ядовитой улыбкой, которая, впрочем, настолько быстро перешла в смущенную, что вряд ли была им замечена.
- Собираешься покраснеть? - поинтересовался он и, поскольку я, мало того, что не нашла подходящего ответа, так еще и в подтверждении его слов покраснела, продолжил. - Я могу узнать причину?
Я напряглась. Но ответить постаралась:
- Я... ты... мы.... вместе.... Вот....
Роман откровенно забавлялся:
- Помочь с определением?
Но мне было не до словесных перепалок:
- Мне надо открыть. А ты.... придумай здесь что-нибудь.
С этими словами я, накидывая на себя халат, перепугано рванула к двери. Вовремя. Мама, как раз собиравшаяся придать лицу совсем недружелюбное выражение, сосредоточенно нажимала какие-то кнопки на телефоне. Обнаружившийся рядом с ней папа предлагал попросту вышибить дверь....
- Мама.... папа.... - я старалась выглядеть радостной, несмущенной, невиноватой и вообще обычной.
По всей видимости, это мне не удалось. Потому что мама одарила меня странным взглядом. А папа преувеличенно бодро сообщил, что они уже думали, что я снова залегла спать.
- Хотели тебе еще раз позвонить.... - мама старательно заглядывала через мое плечо. - Но ты все-таки успела...
Я широко улыбалась:
- Я всегда рада вас видеть. Даже утром. Проходите.... Я только сейчас.... проверю, как там.... Пушок.... А то я, кажется, так торопилась, что.... наступила на него....
- Коты живучи. Но на всякий случай я тоже пойду проверю, - немедленно озаботившись, заявил мой родитель, у которого Пушок стоял на втором месте после членов семьи... А, может, и на первом....
- Тогда иди сам, а я - на кухню, - моментально струсив, ретировалась я, решив, что пусть лучше вопросы по поводу его присутствия в моей спальне папа задает напрямую Роману.
Однако, да спальни папа не дошел.
- А это еще кто? - раздался его удивленный голос откуда-то из коридора.
Я сглотнула.
- Ир, по твоей квартире ходит какой-то.... черный кот.
- Ах, это.... - успокоилась я. - Это Пушок.
- Пушок, - пояснил папа, - ходит рядом с ним. А этого кота, - щегольнул он любимой цитатой, - я в первый раз вижу.
- Этого кота, - пояснила в свою очередь я, - тоже зовут Пушок.
- А что он здесь делает?
- Он здесь ходит...
Папа промолчал.
- Ну, хорошо, он здесь живет. Временно. Попросили присмотреть.
- А чей он? - поддержала разговор мама.
- Одного парня, - неопределенно ответила я.
- Парня?!
Вот и как она умудрилась? Одним словом выразить все то, что думает о моей личной жизни? Я даже не знаю, как назвать эту интонацию.... Хотя, наверное, знаю.... Описательная! Особенно если описывать полное отсутствие этих самых парней в моей жизни и ее абсолютное негодование по этому поводу.... А заодно и искреннее удивление и, одновременно, надежду.... И прочие, не слишком-то осчастливившие меня эмоции....
Папа попытался, было, скопировать мамино выражение лица и добавить в голос тех же интонаций..... Не вышло. Поэтому его "парня?" получилось этаким удивленно-заинтересованным.
Мое итоговое "парня" было утвердительным. Но слишком уж лаконичным для жаждущих продолжения (и, стандартно, внуков) родителей.
- Рассказывай! - не заставила себя ждать мама.
- Да что рассказывать-то? Ничего такого, о чем стоило бы сообщать, и не происходило... - немного покривила душой я. - И вообще, вы сюда по другому поводу пришли....
Мама одарила меня скептическим взглядом:
- А имя-то у него имеется?
- Роман. Его зовут Роман.
- Что ж, - с ужасающим энтузиазмом сообщил папа, - имя меня устраивает.
.... Скрепя сердце, я отправилась на кухню, собираясь совместить процесс приготовления завтрака с размышлениями на тему "как я провел ночь", "надеюсь, Роман додумался переместиться обратно" и "о чем со мной будут разговаривать, когда мы пойдем за покупками". Что из всего вышеперечисленного в данный момент волновало меня больше всего, я вряд ли могла определить.
- Я так понял, что утренние занятия отменяются? - раздался откуда-то голос Романа.
Я принялась обеспокоенно озираться, однако на кухне никого не обнаружилось.
- Да здесь я, просто я невидим.
- Замечательно! - пробурчала я себе под нос и, замаскировав смущение иронией, приступила к "незримому" диалогу. - А в моей комнате по-прежнему две кровати?
- Нет. Одна. Как и была. Зато у меня теперь ни одной.
- Ха! - я обвела кухню оскорбленным взглядом. - Ты мало того, что волшебник, так еще и мебель производишь! Хочешь сказать, что не знаешь, как исправить поломку?
- Знаю, - миролюбиво отозвался голос. - Ты злишься?
А вот этот вопрос был задан не просто миролюбиво. В его голосе звучала такая сокрушительная нежность, что у меня, как бы пафосно это ни звучало, перехватило дыхание.
- Я... я не злюсь, - старательно изучая свои тапочки, выдохнула я.
- Я знаю.
- Откуда? - я вопросительно вскинула голову.
- Ир, - озвучил он то, что вдруг стало понятным и мне самой, - на тебе нет Амулета.
- Я "громко думаю", да? - попыталась улыбнуться я.
- Просто оглушительно, - подтвердил он. - Я и проснулся-то от того, что в моей голове кто-то буквально вопил: "И что теперь?". Еще там что-то было на тему: "А вдруг ему не понравилось"....
- Ну не так уж я и вопила, - вновь оскорбилась я. Но ответа не последовало. Вместо этого зашумело в голове. И все то, что ощущала: радость, надежда, страх.... любовь, - будто бы удвоилось. И еще к ним прибавилась уверенность в том, что все происходит, как и должно.
- Ты снял Амулет, да?
- Как ты догадалась? - хмыкнул он.
- Просто уверенность - это совсем не мое чувство.
- Я догадался, Ир.
Я улыбнулась.
И после секундного молчания оказалась заключенной в невидимые объятия.
Разумеется, именно в тот момент, когда я умудрилась в этих самых объятиях занять наиболее комфортную (и, разумеется, наиболее нелепую, с точки зрения любого внезапно посмотревшего на нас со стороны человека) позу, в кухню вошла мама.
- Ир, что с тобой?!
Надо отдать мне должное: я не подпрыгнула, не покраснела и вообще ничем истерическим не отличилась. Правда, и что ответить ей, тоже не сообразила.
- Ир?
- Спина... затекла.... Я тут пыталась мышцы... потянуть....
- И как? Помогло? - заинтересовалась мама.
- Кажется, помогло, - решила я не развивать тему.
- Тогда, может быть, ты распрямишься?
- Я.... Что? Ах, да, конечно.
Я неохотно оторвалась от застывшего в той же позе, что и я, но уже почему-то видимого Романа. Сделала круглые глаза. И постаралась стать так, чтобы его не было видно (что, разумеется, реализовать невозможно было в принципе).
Он усмехнулся. А по комнате вдруг поплыли предназначенные исключительно мне слова: "Невидимка виден лишь для того, кто до него дотронулся".
Я облегченно вздохнула. Вспомнила, что о чем-то подобном мне уже говорил Генри. Рассердилась на себя. Прочитала прощальное: "Ушел на работу". Понаблюдала за тем, как Роман исчезает. И переключилась на дела семейные.
То есть приготовила завтрак, проигнорировала бесчисленное количество заинтересованных взглядов, оделась и отправилась покупать подарок.