В пустом вокзале, наполненном
спящими электричками,
чьё мерное дыхание бродит
по залу облачками звуков,
так что их силуэты легко спутать
с маленькими фигурками пассажиров,
спешно перебегающих из угла в угол
этой серой громадины
по своим пассажирским делам,
что так похоже на модель железной дороги, которую я нашла у выхода с одного из путей
и так обрадовалась, как будто увидела друга детства,
с которым мы вместе украшали ёлку, хотя у меня не было такого друга, и рождество я не встречала, да и в игрушечную железную дорогу играть не умею, -
всё это, которое вокруг, а я в нём,
как фарфоровое блюдечко на вате в коробке,
- всё это так плохо проводит реальность, как вата - электричество,
и поэтому мне остаётся только мечтать о тебе.
А мечта - это болезненная привычка,
это девочка в инвалидной коляске у окна,
за которым птицы, и небо, и осень, и деревья, и весна, и солнце, и соседские дети идут по дорожке мимо,
а она не хочет даже оглядываться назад, на свою комнату,
где аккуратный письменный стол, и лампа, и убранная кровать, а на ней плюшевый мишка.
Она не хочет знать того, что есть, а жаждет другого.
Я не хочу быть такой неблагодарной, и поэтому пишу стихи,
соединяя тот край и этот:
где нет тебя, и я не могу не думать об этом,
и прекрасный, непонятный, далёкий момент будущего,
который летает, как замок Лапута, по пространству и времени,
и неизвестно, где он был или будет, а только то, что он есть,
- и мы встретимся.