Посвящается Камилле, без которой эта сказка не была бы написана
Где, когда - не знает Дождь,
Кто, куда, зачем, откуда...
Никогда, как -- не поймешь,
И нигде свершилось Чудо.
Просто Чудо просто в Сказке
Расчудесно родилось.
И, раскрасив небо в краски,
Время сказки началось.
Знает Дождь, в какой стране
Где-то чуть войны пораньше
На китайской стороне...
Впрочем, на российской даже,
Жил на свете... Царь Великий.
(Сказка без него -- не то.)
Все имел: и дом с калиткой,
И с решеткой решето.
Много знал и много понял --
Чай живет не первый век.
Просидев всю жизнь на троне
За собой один знал грех:
Не познал еще доныне,
Что есть Правда -- что есть Ложь.
Мать ему: "Да ладно, сыне!
Скоро ты ужо помрешь!"
"Ни к чему тебе, дурак, --
Говорит Жена-Царица, --
Видишь: красный, словно рак!
Кабы с трона не свалиться
Дураку тебе в короне!
Успокойся, кончен сказ!"
Царь свое: "Подайте коней!
Или дам кому-то в глаз!"
С трона встал, одел доспех,
Говорит: "Отрою Правду!"
Сказе, на глазах у всех
Укатился под ограду.
Побежал народ позырить,
Что произошло с Царем.
Тот, бледнющий как вампиры,
Тихо бредил о своем.
После отпуска в больнице,
Бог мыслю принес -- ура!
"Не смогу сам просветиться,
Просветят профессора!
Царь зовет по всей Столице,
Царь зовет по всей Стране
Всех, кто думать не боится,
Кто имеет мощь в уме.
Во дворец вошел еврей
С головой седою лысой,
Щеткой ус, глаза хитрей,
Чем у пойманного лиса.
Царь привстал слегка на троне
И спросил, держась едва:
"Ты скажи, мудрец-ученый,
Правда -- что такое, а?"
"Правда в том, что Правда там,
Где по правде Правды нету..."
Царь кричит: "Трамтарарам!
Утопить его в клозете!
Нет, пущай подышит впрочем,
И на свете поживет:
Пусть погоду нам пророчит...
Чей далече там черед?"
Входит аглицкий мудрец
С длинным волосом до жути,
Свеженький, как огурец,
Видно, весь салат ухлопал,
Что был в царской во столовой.
Яблоко зажал в руке...
"Что есть Правда, умник новый?" --
Царь с ухмылкой на лике.
"Ай доун'т ноу, уот итинг Правда!
Я, вот, эппл полюбить...
Может быть, кокос? Я прав, да?"
"Ладно, так тому и быть, --
Царь воскликивает громно, --
Пусть она и ест кокос.
Но могли б вы зал мой тронный
Быть покинут?!" -- "Ноу вопрос!"
Так прошел почти что год.
Царь, со трона не слезая,
Слушает, что этот сброд
Умного ему базарит.
Много разного услышал,
Но о Правде -- ни мысли,
Кроме той, что Правда - в "крыше",
Что берет твои рубли.
Он подумал с утреца,
Съел обед, подумал снова.
И послал свого гонца...
Мужика искать простого, --
Ни мудреного, ни бабу,
Ни еврея, наконец,
А обычного прораба.
В полночь ускакал гонец.
Вот неделю нет гонца,
Царь всерьез заволновался...
Облегчился слегонца,
Когда тот к нему ворвался.
"Вот те Пашка Простота!" --
Представляет он детину:
Мускул, поступь -- красота!
Васнецова, прям, картина.
Во руках сияет кол
Да за ухами цветочки
Царь спрошает: "Где нашел?" --
"Да в палатах вашей дочки!" --
"Че?" -- "Да ладно кипятиться!
Дайте шанс ему -- козлу, --
Перед вами извиниться!" --
"Нет житья такому злу!"
Но, подумав, Царь добавил:
"Али любишь ты ее?" --
"Да, люблю..." -- краснеет Павел.
Царь присвистнул: "Е-мое!
На такую дуру... Ладно,
Но держи себя в ремне...
Коли хочешь мармеладу,
Сослужи ты службу мне..."
Паша молвит: "Слушай, бать!
Мне ж не надо мармеладу,
Мне б Царевну оторвать!" --
"Мармелад ему не надо!
Хе! Тупые вы уродцы...
Ладно, -- говорит опять, --
Коли хочешь, так придется
Царству службу выполнять!"
"Вызнай, что смогешь, о Правде,
После -- свадьбу заведем,
Не узнаешь -- при параде
Срежу бошку топором.
Все, я кончил, можешь трогать --
В лес, в деревню -- хоть куда,
Но ни шаг к мому порогу,
Коль без Правды, Простота!"
Паша вышел из дворца
Подремал чуть на крылечке...
Без царевнина лица
Ему делать в мире нече,
Да на плаху, ясен перец...
Бошку ложить не хотел...
Что ж, придется в Сказку верить
И искать, что Царь велел.
Павел думает: "Вот я
Кабы был какой-то Правдой
Где: в чьих странах и краях --
Находился бы..." Наградой
Царской дорогой прельстился,
Все продумал, где и как,
И в далекий путь пустился
Да в ближайший буерак.
А в ближайшем буераке
У ручья сидел Медведь,
Сокрушаясь, что не раки
Ловятся в ручье, а сельдь.
И завидевши Простату
(Ой, простите, Простоту),
Притворился -- в роте лапа, --
Задремавшим на ходу.
Тот подходит к Медведю,
С всех сторон его обходит,
Со словами "поглядю,
Что у нас тут происходит",
В жабру кол ему вставляет,
Что с утра держал в руках...
Зверь его благословляет
На всех знамых языках.
"Ах, растак твою туда,
Финский бог твою мамашу!
Что ж ты, подлый Простота,
Мне здоровье портишь, Паша?!
Я и пальцем тя не тронул!
Я ж тоби еще сгожусь!.."
Паша говорит спокойно:
"На тебя я не сержусь..."
Загрузил Медведя друг,
Тот и сел, ответ мозгуя.
Что же делать, на испуг
Не возьмешь балду такую!
"Ладно, Паша, чо те надо,
Говори и уходи!"
"Я хочу узнать про Правду..."
"Ну-ка, Паша, не мути!"
"Ну, скажи, -- Медведь кричит, --
Ты ж на раков глаз нацелил!"
"Это тоже, фокин щит!
Только до конца недели
Должен правду притаранить,
А иначе мне капут.
И тебе я выбью память,
Коль захочешь обмануть?"
"Ладно, дурень, что ты хошь
Нового про Правду вызнать?
Знаю: Правда есть не Ложь..."
Паша смотрит с укоризной:
"Михаил Потапыч, есть ли
Эта Правда у тебя?
Царь, старпер, порубит, если...
Кстати, хочешь отрубя?"
"Круто, Паш, что я тя встретил!
Ну делись со мной скорей!
Нету вовсе блюда в свете
Лучше этих отрубей!"
Паша, долго не гадая,
Куль с сухпаем достает,
И Медведь, почти икая,
Отрубь тащит прямо в рот.
"Правда мне, -- мычит Медведь, --
В том, чтоб год был урожайный,
Чтоб от истощенья смерть
Не настала в строк столь крайний.
Ты -- живи своей судьбою
И ищи свое, О-Кей?
Я же буду спать зимою
И ловить в реке сельдей!"
Паша снова загрустил,
Посидел с часок у речки,
Пару раз туда спустил
Ноги, словно на крылечке
Сидя во своей деревне,
Песню спел и поскакал
На своих двоих, как вдревне
Бегал каждый каннибал.
Через три голодных дня
Глупых троп и бездорожья
Простота пришел, склоня
Голову до самых ножек,
К лесу хуже, чем густому:
Прям береза на буку,
А под елкой по-простому
Гриб растет в густом моху.
"Здравствуй, Гриб, -- склонился он, --
Я три дня уже не хавал.
Кто ты, плеснь иль шампиньон?.."
"Я -- Масленок Златоглавый!
Я расту, где захотится,
Дереву проем дупло...
Подожди, ты что, тупица,
Съесть мя хочешь?!" -- "Во, свезло!"
"Стой, ты ж роль забыл свою,
Надо ж быть таким кретином!
Ты ж идешь за Правдою!
Ну не порти нам картину!"
"Ладно, Гриб, спасибо, типа,
Только зря старался ты...
Впрочем, ладно -- Правду либо,
Иль на кладбище цветы..."
"Че-т ты, Паша, злой какой-то!
Ладно уж, тебе скажу:
Правда для меня -- лишь только
То, что я семье служу.
Вишь, под длинной елкой в глуши
Тоже гриб растет в бору.
Грибу корень даст покушать,
Гриб же -- споры к сентябрю!"
"Блин, я щас с тобой помру.
Где, скажи мне, Правда в этом?
Все ж готовься, ты к утру
Будешь абсолютно съетым...
Впрочем, ладно, мне обломно
Для себя варить еду.
Дальше в лес пойду -- резонно? --
Пока ужин не найду..."
И сказав "пойду" Грибу,
Чрез неделю, тощий, зябкий,
Он нашел в лесу Избу
С курьей ножкою и грядкой,
Где, ссутулившись, пахали,
Гуси-лебеди в пыли.
Говорит Избе: "Фига ли,
Слышь, Избушка..." -- "Отвали!"
"Что?!" -- "Да отвали!!" -- "Как хошь..."
И, сказав такую фразу,
Паша вынул ржавый нож,
Вскрыл избу и влез. "Зараза... --
Говорит ему Избушка, --
Влез... Ну ладно, поживи.
Но придет моя старушка,
Вот тогда уж не реви!"
"Я войду?.." -- "Уже в прихожей!" --
"Есть..." -- "На кухне посмотри!" --
"Мыться..." -- "Баня!" -- "Бриться..." -- "Ножик!" --
"Мне бы..." -- "Нет! В лесу погрей!"...
Паша съел, что можно скушать,
Вымылся, соснул часок,
Музыку хотел послушать...
Слышит, -- ключ залез в замок!
Входит в Избу Черный Кот,
А за ним, скривясь немножко,
Поплевав через порог,
Заползает Бабка Ежка.
"Елки-палки, что за диво,
Ты развел в моей Избе?
Паша, я же в морозиво
Превращу тя! Что тебе?"
"Я, Бабуся, был небрит,
Голоден, уставш и потен,
Я почти что менингит
Подхватил, бродя в болоте,
Ну а тут Изба такая --
Грех же было не зайти...
И, вообще я, дорогая,
Правду должен..." -- "Погоди!"
Бабка Ежка говорит:
"Значит, ты ко мне по делу?" --
"Мала тога -- Царь велит!"--
"Мало ли, что повелел он!..
Царь!.. И что же батя хочет?" --
"Хочет поиметь Правду!" --
"Правду, -- Бабушка бормочет, --
Слушай, ну ее в звезду!"
"Паша, придержи коней!
Тут ведь делишко такое:
Я же кушаю людей --
Делаю из них жаркое.
С Солнышком простись, поскольку
Съеденным придется быть..." --
"Съешь меня ты, если только
В руки сможешь изловить!"
Говоря такую вещь
Из лаптя достал он вату,
Кол (тот самый), ножик, клещ,
Две отвертки и лопату.
Бабка из какой-то дырки
Вынимает револьвер...
Простота -- кота за шкирку
И прыг-скок с котом за дверь.
Кот орет: "Да твою мать!
Выручай мя Бабка Ежка!
Этот может оторвать
Пальцы мне! Я ж кот -- не кошка!"
Паша, вспоминая сальце,
Что ел в доме у Яги,
В клещи взял кота за пальцы.
Кот в исходе: "ПОМОГИ!!!"
Простота кричит в сарай:
"Коли хошь обратно кошку,
Свою Правду отдавай..."
И кота тянуть немножко.
"А! Скорее соглашайся!
Что там думать! Ты, Яга!
Или ты, слышь, Паша, сжалься!..
Погибаю! Мру! У-АААААААА!"
Бабка Ежка покраснела,
Побледнела до бела,
Чуть слегка позеленела,
И кричит: "Твоя взяла!
Отдавай мого кота ты,
Отпускаешь? Молодец.
А теперь смотри, Простата,
Закрываю дверь. Конец."
Грустно. Провела Яга.
Что ж, осталось только сдаться.
И, вернувшись с "ни фига"
С головой своей расстаться.
С головой прощаясь сухо,
Ватною топчась ногой,
Вдруг он слышит голос в ухе:
Тихий, тоненький такой.
"Дурачина!.." -- "Что за факт?
Кто в моей башке бакланит?!" --
"Ох, не просто мне вот так
Объяснить, тебя не ранив.
Я -- твое Воображенье...
Как сказать, чтоб ты понял?
Голос внутренний! С рожденья
Твоего всегда я спал".
"Что ж проснулся?" -- "Да затем,
Чтоб сказать: ты проворонил!
Ты ж имеешь, что хотел!
Кстати, если ты не понял,
Бабка Ежка тоже тоби
Свою Правду отдала:
Правда для нее в обмане!"
Паша снова: "Вот дела!"
"Правда, Павел Простота,
У тебя своя есть тоже!
Или ты умрешь, когда
Вдруг подумаешь? Не гоже!
В общем, Паша, думай, ладно?
Исчезаю, Простота!"
А герой побрел обратно,
Крикнув: "Сорри, за кота!"
Паша бредит и бредет.
Что же делать -- Правды нету.
Царь же бошку оторвет.
"Буду жизнь бродить по свету!
Что же для меня есть Правда?
Голос молвил: Правда есть...
Ежь твою! Моя награда!"
Он помчался во дворец.
Во дворце толпа народу:
Все хотят смотреть на казнь.
Павел, мокрый после броду,
Входит в эту черта пасть.
Там на троне Царь с Царицей
И Царевна в уголке.
А палач уж веселится,
С топором на наждаке.
"Ну, -- Царь молвит, --как дела?
Смазал шею вазелином?
Вижу, Правда не пришла!
Что ж, ложись на гильотину..." --
"Зацени таку картину!" --
Паша Простота сказал.
Корчит умную он мину,
Прям как Лектер Ганнибал.
"Царь, послушай, Правду я
Не могу тебе доставить,
Ведь у каждого своя
Правда всей судьбою правит.
Так что должен сам ответить
На вопрос ты, хорошо?"
Взяв Царевну за корсетик,
Павел к выходу пошел.
Напоследок крикнул к трону:
"Это -- Правда для меня!"
Царь подумал под короной,
Почесал лоб толоконный,
Посмотрел в проем оконный,
Позевал, как будто сонный,
И вскричал, достав червонный:
"Правим свадьбу чрез три дня!"
И с Царицею в обнимку
Скромно зашагал к одру,
В нос свистя себе "Калинку"...
Или, скажете, я вру?
Да все так. Клянусь -- не брал
От себя ни слова, честно!
Ну, немножко сочинял, --
Чтобы было интересно.
Знает Дождь, на самом деле,
Где все было, что, и как.
Я же завершаю. Съели?