Посвящается моей жене Кате. 

Автор: Олег Ю. Лёвин

СОГДИАДА

(роман)

Глава I

Хронологический индекс: ош Вода (14 июня 8999 г. от Р. Х). Столп общины гиплотахов (СОГ) XV

В исчислении времени Братство гиплотахов год делит на две части по шесть астрономических месяцев в каждой. Полугодие соответствует циклу работы Реактора. Каждый цикл обозначается буквенным индексом и символом:

индекс ош Вода (январь-июнь)

индекс ши Дерево (февраль-июль)

индекс нис Протокол (март-август)

индекс тущоптуэ Башня (апрель-сентябрь)

индекс тгеу Обход (май-октябрь)

индекс рутупуа Точка отсчета (ноябрь-декабрь)

Согласно таблице буквенно-цифровых индексов (название в гиплотахии: колаличб) год состоит из сдвоенных месяцев: июнь - декабрь (ош), июль - январь (ши), август - февраль (нис); сентябрь - февраль (тущоптуэ); октябрь - март (тгеу). Одиночным остается индекс рутупуа ноябрь это Точка запуска Реактора. Название индексов часть звуковой команды, управляющей иснтеллектуальной системой Реактора. 

Братья Вуд вышли во двор. Солнце в своем дневном пути уже достигло зенита. Общинники трудились на полях, обрабатывая обширные нивы, огороженные колючей проволокой. Стражники на вышках пристально оглядывали просторы полей, сжимая в руках длинные копья. Их тугие луки были закинуты за спины, а колчаны полны стрел.

- Когда домой вернешься? Спросил Нукес брата Аби, когда они остановились у изгороди.

- У меня нет желания возвращаться.

- Отец ждет тебя. Он надеется, что ты разделишь наши ценности.

- Я предлагал ему принять мою точку зрения. Переехать в СОГ.

- Аби, он горожанин! Отец и суток не проживет вне Города.

- Я тоже горожанин, но как видишь, привык. Нукес, у вас нет будущего, Города обречены, если ты этого не понимаешь, мне жаль тебя.

Спокойный тон Аби, и то, что он говорил, окончательно вывело из себя Нукеса, он повысил голос:

- Что ты несешь!? А за кем будущее? За этими общинниками, живущими в дикости, под гнетом маразматической религии и управляемые какой-то сектой сумасшедших гиплотахов. Оглянись, Аби, посмотри вокруг: Города стремятся к объединению, возможно, мы на пороге создания новой цивилизации, открываются новые перспективы.

- Привет!- Звонкий девичий голос прервал гневную тираду Нукеса. Братья невольно расступились, чтобы пропустить стройную темноволосую девушку одетую, по обычаю общинников, в льняное синее платье и длинный ниспадающий до пят плащ из грубой овечьей шерсти. Аби поджал губы и как-то недовольно поприветствовал девушку, молча, кивнув головой, а Нукес только и смог, что глупо и беспомощно улыбнуться. Девушка ему сразу понравилась, хотя и не скажешь, что была она красавицей: слишком худощавая, на лице скулы выдавались резко, но необычно большие миндалевидные глаза, которые так и искрились каким-то задором и озорством невольно покоряли любого.

- Познакомь меня со своим другом, Аби, не будь букой! Предложила девушка.

- Нукес Вуд мой брат. - Буркнул в ответ Аби.

- Очень приятно. А я Аманда Ролдон. И что, Аби, твой брат теперь останется с нами?

- Мой брат лейтенант гвардии Гамбига. Он приехал уговорить меня вернуться в Город. Отрезал Аби, он как будто не желал продолжать с Амандой разговор, но та, услышав, что Нукес из Города еще больше воодушевилась и продолжила беседу:

- Вот бы никогда не подумала, что у тебя брат гвардеец, да еще и офицер. Ты обязательно должен его уговорить остаться у нас, ведь нам опытные военные нужны и потом

- Слушай, Аманда, у тебя, что работы нет? Перебил ее Аби. Девушка нисколько не смутилась таким грубым обращением.

- Работы у меня полно, но так редко увидишь нового человека в общине.

Сказав это, она удалилась, помахав братьям рукой.

- Что это за чудо? Спросил брата Нукес.

- Аманда, дочь Гора Ролдона, владельца хутора Боран находящегося под покровительством Столпа общины гиплотахов.

Они прошли вдоль изгороди. Общинники, завидев Аби, еще издали почтительно кланялись ему, это несколько удивило Нукеса, общиники не подчинялись непосредсвено командору СОГа, каковым и был Аби. Скорее это была дань уважения, каким пользовался Аби Вуд среди них. Братья обошли одну из деревушек общины, ту, которая была ближе всего к Столпу, и остановились около входа в аркаду Столпа, выстроенной вокруг высокой каменной башни. Собственно, эта башня, она же Столп, являлась центром всего СОГа, своеобразным храмом, на вершине которого жил командор СОГа. Башня возведена из цельного куска камня, обшита стальными, нержавеющими литстами отшлифованными до блеска. Из всех СОГов самая высокая башня была именно в Пятнадцатом 59 метров.

Народ возвращался с полей на обед. Длинные столы были расставлены в несколько рядов. Общинники совершали краткую молитву и усаживались на лавки за столы. Глубокие деревянные плошки были полны вкусной мясной похлебкой, аромат ее заполнял все вокруг, здесь же стояли большие круглые блюда, на которых громоздилась поджаристая картошка, приправленная луком, укропом и сельдереем. Берестяные жбаны, наполненные холодным квасом, возвышались над этим царством еды, как некие исполины.

Каждый общинник наливал себе похлебку в миску, сколько хотел, или насыпал картошки, отрезал большущий ломоть хлеба и ел неторопливо. Слышно было чавканье и мерные удары ложек о дно мисок. Пращник, стоявший между столами, монотонным голосом читал деки из Гиплотахии - священной книги Братства гиплотахов. Девушки, служащие на кухне, стали обносить столы блюдами с большими кусками жареного мяса. Среди этих девушек была и Аманда. Завидев братьев, она пригласила их сесть за стол, отобедать. Нукес тут же согласился с большим удовольствием, так как с утра у него во рту не было и маковой росинки, а братец был столь не любезен, что даже не предложил ему чая с дороги.

Соседями по столу у братьев оказались хуторяне. Они отличались от общинников и внешним видом и манерой поведения. На всех хуторянах были чистые опрятные льняные одежды и шерстяные накидки, когда как общинники облачены в какие-то мешковатые лохмотья. Хуторяне держали себя свободно, шутили, переговаривались, а общинники молча жевали пищу, внимательно слушая то, что читает пращник. Кроме того, хуторяне не ели мяса, а ограничивались лишь картошкой да молоком, разлитым по глиняным кувшинам и стоявшим только на их половине стола. Нукес заметил, что соседство хуторян неприятно Аби, он то и дело бросал на них враждебные взгляды, но терпеливо сидел на своем месте, ожидая, когда брат закончит трапезничать. К Нукесу подсела Аманда. Торопливо запивая молоком картошку, она и ему посоветовала не есть мяса, объяснив, что общинники скот не разводят, а мясо им привозят каждый день из Центрального Дома Спиры, и уж как-то оно подозрительно выглядит, как будто его делают искусственным способом, а хуторяне так те вообще не едят мяса. Потом она спросила Нукеса:

- Ты когда уезжаешь?

- Вот, поем и отправлюсь.

- Оставайся сегодня на праздник Воды, будет интересно.

Она допила молоко и, не дождавшись ответа Нукеса, помчалась на кухню. После обеда Аби поинтересовался у брата, о чем это они говорили с Амандой. Услышав, что она предложила остаться на праздник Воды, нахмурился, но все же одобрительно кивнул. Он не знал, как ему относится к Аманде, поэтому не мог решить нужно ли мешать ее общению с братом.

После обеда Аби Вуд поднялся к себе в комнату на вершине Башни. Хотя сначала пытался найти брата, но он куда-то ушел со своей новой знакомой. В комнате он улегся на кровать, положив руки под голову начал обдумывать то, что ему сообщил брат. Да, отца понять можно, как лидер партии Стерео он пытается консолидировать силы и даже его привлечь к этой работе, хотя так и не простил его за тот выбор, который он сделал после окончания розариума. Но с другой стороны отец понимал наверняка, что именно его сын контролирует одну из 15 башен Братства гиплотахов. В аварийном режиме башня может работать и вырабатывать энергию автономно и вполне обеспечить Гамбиг, хотя бы на уровне поддержки всех жизненно важных систем. Скорее всего, в этом интерес отца: он хочет, чтобы в нужный момент Аби был на его стороне. Таким образом, вероятно, считал Гарри Вуд, сможет контролировать источник энергии. Думая об этом Аби Вуд заснул.

С тех пор, как он стал командоров XV СОГа, спал все время со сновидениями. Они всегда были осмысленными и погружали его в иную реальность. Иногда Аби, находясь во сне, приходил в себя внутри сна и понимал, что эта реальность похожа на какое-то измерение прошлого, в другой эпохе, но прекратить своего существования в этой эпохе он не мог. Чтобы он не предпринимал, засыпая, Аби погружался в чужой сон, который он воспринимал как свой, и сопротивлялся тем обстоятельствам, которые обнаруживались перед ним.

Аби пытался бороться с этим единственным возможным путем не спать. Однако больше двух суток выдержать не мог и просто проваливался в глухой беспробудный сон, где его уже ожидали странные, незнакомые ландшафты, состоящие из зеленых холмов, маленьких речушек, струящихся между этими холмами, лесочков то тут, то там растущих кущами. Он будто видел все это сверху и никак не мог приземлиться куда-либо, пока сопротивлялся этому ощущению полета, наконец, когда смирился с таким состоянием, понял, что это не его сны, а просто форма нового уровня связи, которая была малоизвестна в мире, контролируемым Гиплотахическим братством.

В первом своем сне, в тот далекий первый год командорства, с Аби Вудом связалась Умника. Он тогда оказался в пункте управления Умникой и его встретил главный системный администратор ее, который назвался Мармеем. Вот тогда он и предложил сотрудничество, и Аби узнал, что его СОГ ключевой во всей системе выработки энергии для всей планеты. Без него невозможно осуществить дальнейшего процесса эволюции человечества уже во вселенском масштабе. Аби стал работать на Умнику, доставляя нужные сведения планах Братства, эти сведения использовались для составления новых алгоритмов развития человечества.

В этот сеанс связи Мармей вызвал его, чтобы предупредить о визите магистра. Они обсуждали новости на этот раз не в центре управления, а в каком-то заброшенном здании, где было полутемно. Повсюду валялся строительный мусор, а из разбитых окон Аби ощущал, как дует пронзительно холодный ветер. Сам Мармей одет был в какие-то лохмотья, и встретил Аби на коленях обернувшись лицом на восток. То, что он делал, а он шептал что-то и кланялся, смутило Аби Вуда, мелькнула мысль: Он молится? Мармей не дал Аби Вуду обдумать увиденное, обратился к нему:

- Надо чтобы началась война между гиплотахами и городами.

Аби не совсем понимал, что он мог сделать, предоставлять информацию это одно, однако в данном случае от него мало что зависело. Мармей будто слышал его мысли и пояснил:

- Ты должен будешь в нужный момент покинуть СОГ. Куда идти я тебе скажу.

И Мармей исчез, а сон все продолжался, Аби, как из кошмара не мог из него выбраться. Он осмотрелся: повсюду толстым слоем лежала пыль, в лунном свете она похожа на снег. Что это за здание? Когда Умника через Мармея вышла на него первый раз и завербовала, Аби попал в технический центр, наполненный всякой странной электроникой, которую Аби Вуд никогда раньше не видел. И потом, когда он выходил на связь, всегда только в этом помещении, а теперь вот здесь. Почему? Аби решил подойти к окну. Каждый шаг его оставлял след на пыли, под ногами скрипело разбитое стекло. Но все же он добрался до окна и открывшийся из него вид поразил его. Это как будто было окно в космос, он видел далекие звезды, множество звезд и спиральную галактику, а за ней еще одну и все это было так натурально и реалистично, что Аби ощутил себя летящим в этом пространстве, среди звезд, а в голове его повторялся странный стих:

А лисички

Взяли спички,

К морю синему пошли,

Море синее зажгли.

Море пламенем горит^[1]

И сразу же после последней строчки море пламенем горит все взорвалось, запылало огненными языками, вся вселенная, все горело, и сам Аби горел. От этого ощущения жжения он проснулся. Еще лежа на кровати Аби подумал, что стишок-то какой-то детский, хотя он не мог знать детских стишков у него не было детства. Он встал, потянулся, глянул в круглое окно башни: солнце уже садилось за горизонт, поля были пусты, общинники давно спали в своих маленьких домах

Из доклада инспектора Администрации регистровых зон (АРЗ) Николь Илэван Высшему совету Объединенных наций двух континентов. 

Надо признать тот факт, что мы не знаем, как развивалась история человечества примерно с 2073 г. Вероятно, какие-то катаклизмы разрушили прежнюю цивилизацию, которая существовала до этого времени. Период с первой половины третьего тысячелетия и до начала четвертого тысячелетия принято называть Новыми тёмными веками. Цивилизация снова начала стремительно развиваться именно со второй половине четвертого тысячелетия. Система искусственного интеллекта Умника сохранила основные базовые параметры предыдущей цивилизации, существовавшей до Новых тёмных веков. Но она не могла изменить сложившегося в конце третьего тысячелетия порядка: человечество, оказалось разделенным на ряд, так называемых культур Сообществ, изолированных друг от друга.

Со второй половине четвертого тысячелетия расцвет генной инженерии принес свои плоды. Были побеждены все болезни, человек усовершенствовал иммунную систему и смог продлить срок жизни до 150 лет. В секретных лабораториях велись тайные опыты по созданию клонов людей. В одной из таких лабораторий расположенной на южном побережье Франции работал над проблемой создания искусственных людей, профессор Гарольд Дан. В ходе многочисленных опытов Дан вывел некую формулу, как он говорил кода жизни, с помощью которой получил так называемую Субстанцию (протопласт). Применение этой Субстанции дало феноменальные результаты. Через неделю после начала опытов южное побережье Франции буквально кишело взрослыми молодыми людьми мужского и женского пола. Новая технология была поставлена на поток. Население Европейских стран стало расти рекордными темпами, что привело к столкновению с натуралами, т. е. с людьми, рожденными естественным путем. Эти столкновения переросли в полномасштабную войну, которая через несколько лет охватила все Сообщества. Решительный перелом в войне наступил после того, как были использованы генные бомбы класса XG520. Их воздействия на натуралов было разрушительным. Начались необратимые процессы расчеловечивания и вырождения, приведшие к появлению племен полулюдей-полуживотных. Они уничтожили почти всех, кто еще сохранял человеческий облик, и вступили в жестокое противоборство друг с другом. Государства перестали существовать, города и обширные провинции запустели. Стаи полуживотных-полулюдей, ведя кочевой образ жизни, мигрировали по обширным пространствам некогда заселенными людьми.

Война отрицательным образом сказалась и на клонах. В их организмах начались процессы генной мутации, приведшие в итоге к сокращению срока жизни новых поколений, умственной и физической деградации их. Второе послевоенное поколение утратило способность к размножению. Было выявлено масса наследственных заболеваний. 

В лабораториях Гарольд Дана в ходе новых экспериментов удалось вывести поколение маточного типа, однако для успешного продолжения рода таких клонов необходим был исходный материал, т. е. нормальные люди.

Как известно в этот момент появляется личность Адониса. До сих пор мы не знаем, кто он и откуда появился. Но именно он стал первым проповедником нового учения, которое получило название гиплотахия. В ранних версиях учения Адонисом предлагался путь к постижению Хааб. Знания о нем он черпал из книги под названием Гиплотахия, отсюда и название учения. Сторонников Адониса стали называть гиплотахами. Они начали войну с противниками гиплотахии, которая длилась пять лет и закончилась заключением Московского пакта, провозгласившего объединение людей и клонов в единый Гиплотахический Союз (в обиход вошел термин Гиплоимперия). Лишь последователи Христа отказались признать этот пакт и в течение многих лет вели партизанскую войну с Империей. Христианам удалось сделать своими союзниками дикие племена полуживотных-полулюдей, которые за этот срок значительно эволюционировали и стояли уже на уровне родоплеменных отношений. Христиане снабдили их оружием, объединили в Армию и совместными усилиями повели борьбу против Империи.

Империя, раздираемая внутренними противоречиями после смерти Адониса и под натиском объединенных сил христиан пала. Территория ее, поделенная между технократическими кланами, погрузилась в пучину войн, уничтоживших большую часть населения и приведших к тому, что обширные пространства Евразийского континента пришли в совершенное запустение. 

Осталось только четыре высокотехнологичных мегаполиса: Гамбиг, Данополь, Аквитаниум, Лайфтаун и два города находящихся на уровне технологий времен до начала Новых тёмных веков (Оградор и Овруч). Мегаполисы были ограждены от внешнего миры защитной плазменной сферой. Правительства мегаполисов провозгласили полный запрет любой религии на территории городов. Последователи Христа подвергались гонениям со стороны городских властей. Само название христианство было под запретом, и многие из христиан жили в мегаполисах на нелегальном положении, а вне их под именем хуторян. Хуторяне объединены были в полки и представляли собой хорошо обученные, сплоченные и умелые воинские формирования. Гиплотахи терпят их на своей территории только потому, что возлагают на них защиту СОГов от набегов крематогенов и других врагов, так как собственных сил для защиты не хватает, а клоны к воинской службе вообще не приспособлены. Сами хуторяне признают над собой власть только Епископа, живущего в Оградоре. Да и фактически сама власть в этом городе принадлежит Епископу. 

В мегаполисах существует несколько христианских террористических групп (наиболее крупные Воины неба и Бригады непримиримых) ведущих вооруженную борьбу против городских властей, корпораций и компаний секс-индустрии. Однако они не пользовались широкой поддержкой, даже среди самих христиан и скорее просто использовали в своей деятельности некоторые христианские социальные идеи и лозунги, хотя главной целью ставили построение общества, основанного на христианских принципах. Руководителям мегаполисов бороться с террористами чрезвычайно сложно, из-за ограниченности собственных военных ресурсов и специфики деятельности боевиков. Дело в том, что в качестве баз они используют подземный коммуникации городов, которые имеют несколько Уровней и настолько запутанны, что кого-либо поймать в них практически невозможно. Христиане тщательно планировали свои акции, наносили точечные удары, разрушали промышленные платформы или мелкие структуры и офисы Сексюси, а затем скрывались в подземельях. Однако горожане часто находили и уничтожали катакомбные храмы христиан. Так продолжалось до конца пятого тысячелетия.

Данные события охватили в основном Евразию и Африку. При первом же применении генных бомб правительства обоих Американских континентов приняли решение о строгой изоляции от остальной части мира, полагая, что эффект достигаемый в результате действия нового оружия является оезультатом действия на человечество какого-то неизвестного вируса. Была прервана с Африкой и Евразией всякая связь, запрещено принимать из стран этих континентов не только людей, но и какие-либо грузы.

За годы войн и природных катаклизмов ландшафт Евразии сильно изменился, огромные площади земли стали непригодны для использования. Осталось только пятнадцать больших участков, которые можно было еще возделывать, они и были заняты приверженцами гиплотахизма и теми, кому они покровительствовали (общинники-клоны, хуторяне), которые покинули мегаполисы после войны. Гиплотахи основали пятнадцать СОГов (столп общины гиплотахов), своеобразных религиозно-административных центров. СОГи заселены в основном клонами, которые используются в качестве рабочей силы. Вся территория СОГов условно стала называться Согдиада.

К сожалению, у Службы слишком мало сведений об устройстве СОГов, их руководстве, целях и о том каким образом они связаны с Городами. Более активно заняться сбором информации о них нам мешает закон 26 О невмешательстве принятый на Высшем совете 17 ноября 5601 года. Однако на основании того же закона было принято решение о создании регистровых зон. Цель их, как сказано в разделе 1: спасти, кого возможно и переправить на континенты. Для этого на побережье бывшей Франции и Испании открыто три регистра, через которые, после тщательной проверки, фильтрации на континенты отправлялись те, кто хочет спастись от последствий генной войны. Чистые люди, не ГМО. За пятьдесят лет своего существования нам удалось спасти 3450 человек. Четвертый регистр образован в глубине Евразии на границе городов Оградор и Овруч, однако в настоящее время деятельность его законсервирована. Пятый регистр, расположенный непосредственно на Северном континенте, дератизирован после вспышки неизвестной болезни. 

Хронологический индекс: ош Вода (14 июня 8999.). Состояние суток: Вечер. Место: СОГ XV . 

Часам к семи вечера все работы на полях были завершены. Общинники сменили свою рабочую одежду на праздничные наряды и столпились у входа в СОГ. Впрочем, их праздничная одежда мало, чем отличалась от рабочей, разве что почище была, а так, теже длинные балахоны, похожие на панчо. Причем у женщин они ничем не отличались от мужских, только у последних они были подвязаны белыми веревками.

Хуторяне стояли немного в стороне, от остальных. Мужчины были одеты в белые рубахи с разноцветной вышивкой на рукавах, и подпоясаны широкими льняными поясами. Концы этих поясов свисали до голенищ красных сапог с остроконечными носами, в них были заправлены черные шаровары. Головы мужчин украшали фуражки с желтыми околышами. К поясу каждого мужчины был привешен кинжал в изящных ножнах, который по своим размерам был скорее похож на короткий меч. Через плечо на ремне у каждого мужчины висел арбалет знак того, какое место занимали хуторяне в иерархии СОГа, хуторяне были стрелками.

Хуторянские женщины нарядились в красивые белые платья, облегающие их стройные фигуры, подол, рукава и передняя часть платья украшены замысловатой вышивкой, а в волосы вплетены разноцветные ленты. Старейшина хуторян, крупный седовласый старик, держал в руках хуторской вымпел. Голубое полотнище с диагональным черным крестом (знак хуторов) развевался на ветру. Черный вымпел общины с оранжевым знаком скри и латинской цифрой СОГа (XV) в угловой части полотнища находился в руке стражника, стоящего несколько в стороне от всех, другой стражник удерживал зеленый флаг Наместника с его серебряной монограммой (двойная в виде молнии буква N) и перевернутым полумесяцем с тремя звездами над ним.

Толпа общинников расступилась, давая пройти Аби Вуду, и Нукес только теперь осознал, что его брата здесь почитают за начальника. На Аби, поверх его серого подрясника, надета белая накидка гиплотаха, с вышитой во всю грудь скри Братства гиплотахов. Аби являлся членом братства. Судя по тому, что подпоясан он был тремя веревками, обозначающими продвижения адепта по иерархическим ступеням братства, ему оставалось всего одна ступень, чтобы остроконечный капюшон-маска, болтавшаяся за плечами Аби навсегда скрыла его лик, от мира символизируя этим, что он стал членом Спиры Братства гиплотахов высшего органа управления Братством в период, когда Братство еще не получило Руководство от Наместника и соответственно Толкователя Руководства.

Ожидание несколько затянулось. Хуторяне шумно обсуждали свои дела, девушки поглядывали на Нукеса, о чем-то перешептываясь, друг с другом. Общинники стояли молча, опустив головы. Наконец, стражники на дальних постах затрубили в сигнальные горны, предупреждая о приближении гостей. Никто заранее не знал, кто именно приедет: просто ли брат-гиплотах или кто-то из членов Спиры.

Из-за опушки леса показался старенький Фольксваген, который быстро приближался к толпе встречающих, старательно объезжая общинные поля. Толпа расступилась, и машина остановилась у самого входа в Столп. Сквозь затемненные стекла не было видно, кто внутри машины и народ так и ахнул от удивления, когда из автомобиля вылез Председатель Совета Спиры, Поручитель Наместника Гроник Габ, и магистр Ордена Армагеддона Ансельм Ран. Последний был облачен в черные латы, голову венчал шлем в виде человеческого черепа, что придавало магистру зловещий вид. Пурпурный плащ с золотой каймой, свидетельствовал о том, какое высокое положение занимал Ансельм Ран в иерархии Ордена.

Толпа в почтении замерла, разглядывая высоких гостей, которых раньше никогда в XV СОГе не видели. Один из стражников стоявший рядом с машиной, вдруг резко вскинул самострел и выпустил болт в сторону березовой рощи. Там, ломая ветки, кто-то упал на землю, и в тоже мгновение послышался пронзительный свист летящей стрелы, выпущенной из ручной реактивной трубы. Длинная клинообразная болванка вонзилась в землю у самых ног магистра. Вертушка оперения вращалась с неимоверной скоростью, отсчитывая секунды, когда сработает запальник. Люди в панике заметались по полю, ища укрытия, хотя от взрыва стрелы на таком расстоянии ничто не спасло бы. Невозмутимым оставался только магистр, сквозь прорези шлема он пристально смотрел на вертушку и как будто под его гипнотическим взглядом, она остановилась, раздался щелчок, приводящий в действие запальник, но взрыва не последовало, видно стрела была с дефектом и что-то внутри не сработало.

Два стражника волочили по полю тело того, кто успел сделать выстрел. Они бросили его к ногам магистра. Это был довольно крупный дикарь, облаченный в какие-то шкуры и меха.

- Вы стояли во внешнем оцеплении? Спросил магистр у стражников, и те покорно опустили головы. Что произошло в следующее мгновение, мало кто понял: каким-то неуловимым движением Ансельм Ран вынул из ножен узкий кривой меч, как молния сверкнула сталь, и меч снова оказался в ножнах. Два стражника некоторое время продолжали стоять перед магистром, а потом оба рухнули на землю и головы их откатились в сторону.

- Ни один дикарь не должен, даже близко подходить к СОГу! - Объявил магистр, обращаясь ко всем

Вся масса общинников двинулась внутрь Столпа вслед за магистром и Председателем. Снаружи остались лишь хуторяне. Нукес хотел было пойти вместе со всеми, но был остановлен Амандой, которая нетерпеливо дергала его за рукав куртки.

- Не надо тебе туда ходить, глаза ее смотрели осуждающе. Если так интересно, пойдем я тебе покажу то, что не видят общинники.

И она увлекла его за собой вглубь леса. По узкой тропинке между деревьев они достигли откоса холма, вершина которого густо поросла ивовыми кустами. У самой подошвы холма чуть виднелся лаз, в который можно было пролезть, только согнувшись. Аманда нырнула в нору, и Нукесу ничего не оставалось делать, как последовать ее примеру. В кромешной тьме не видно было даже собственных рук, пахло сыростью, и приходилось ползти, так как своды хода были слишком низкими. Но чем дальше они ползли, тем шире становился лаз, и, в конце концов, можно было идти почти в полный рост. Достигнув небольшой утоптанной площадки, они остановились. Аманда приложила руку к губам Нукеса, давая ему понять, чтобы он не произносил ни одного звука. В тишине Нукес ясно различал журчание вод небольшого ручья, который протекал почти у самых его ног. Потом вдруг загорелся яркий свет и Вуд увидел, что они находятся в огромной пещере, у ног их протекает неширокая подземная река, а на противоположном берегу ее оборудовано что-то вроде небольшого спуска в воду с перилами и ступеньками.

Аманда и Нукес стояли за большим утесом, нависающим над берегом, с этого места им было хорошо видно, что происходит на другом берегу, а их самих невозможно было увидеть. Свет исходил откуда-то с потолка пещеры, но что было его источником понять невозможно.

Из отверстия противоположной от них стены, вышла процессия людей во главе с Председателем Гроником Габом. Процессия состояла из пяти молодых девушек-общинниц. По команде Председателя они выстроились на берегу, а он, воздев руки вверх произнес какие-то слова, после чего река осветилась светом, идущим со дна. Девушки, как обреченные на заклания жертвы снимали с себя свои балахоны и обнаженными спускались по ступенькам в воду. Достигнув середины реки, они как-то деревенели, будто их насаживали на палку и, раскачиваясь в разные стороны, издавали монотонные звуки у-у-у. Вода в реке наполнилась пузырями, со дна поднялась какая-то муть, а глаза девушек так расширились, что казалось, они сейчас вылезут из глазниц. Потом у них одной за другой стали клоками выпадать волосы, полезла кожа кусками и девушки начали таять, буквально как сахар, растворяясь в воде. Но на месте пятерых в воде кишмя кишели странные существа, гладкие, склизкие, с хвостами как у рыб и плавниками, но человеческими головами. Они сбились в стаю и устремились вниз по течению. Свет в пещере погас.

Нукес был ошеломлен всем увиденным и первое время, пока они с Амандой выбирались из пещеры, не мог выговорить ни слова. Ему казалось, что воздух наполняется каким-то едким газом, не дающим свободно дышать. Только, оказавшись на свежем воздухе он, наконец, свободно вздохнул.

- Что это было? Выговорил он.

- Так они размножаются. По дну реки идет труба с треками. Там в них особый состав, который делают в городе. Говорят, это было последнее изобретение Дана. Скорость воспроизводства он смог увеличить значительно. Из пятерых, девушек путем деления, сразу же образуется несколько десятков самостоятельных особей. Спускаясь вниз по реке, они достигнут Гамбига и в подземных резервуарах в считанные дни вызреют и разовьются во вполне взрослых, как бы это сказать, людей. Ну, или что-то вроде людей. И снова вернуться к нам.

- И так до бесконечности?

- Э, нет. С каждым новым поколением способность к делению угасает. Да и срок жизни уменьшается. Максимум два поколения, а дальше нужен новый материал, человеческий, чистый.

- Что значит чистый? - Нукес непонимающе уставился на нее.

- Одну из особей должен оплодотворить человек или самого человека нужно пустить на деление. Теперь понимаешь, как зависят друг от друга города и СОГи. Здесь не только и даже не столько дело в том, что мы поставляем им продукты, главное СОГам нужен человеческий материал.

- А городам что нужно?

- Я думаю, то, что есть у СОГов - энергия.

Они вышли из леса и увидели, что толпа уже выходит из Столпа и направляется к домам общинников. Праздник Воды закончился.

- Но может об этом твой братец знает лучше? Аманда подмигнула Нукесу и, помахав ему рукой, отправилась вслед за хуторянами домой.

Нукес в задумчивости смотрел ей вслед пытаясь переварить в уме все то, что она ему рассказала. Но как-то все это не умещалось у него в голове, да и не совсем верилось во все это, даже, после того, что он увидел в пещере.

Между тем Аби Вуд в сопровождении магистра Ордена и Председателя поднялись на вершину Башни, где они втроем уютно расположились за единственным столом, что стоял в гостиной. Как только устроились на стульях, Ансельм Ран скинул с головы Председателя остроконечный капюшон и Аби увидел искаженное ужасом лицо старика Гроника, во рту которого торчал тряпичный кляп.

- Тяжело ему пришлось в окружении такого количество хуторянок. - Ухмыльнулся магистр, снял шлем и подшлемник. Тотчас обнажился его лысый череп, а мощные челюсти задвигались, как будто Ран что-то пережевывал.

- Председатель эротик, - ответил на недоуменный взгляд Аби магистр. Как и все члены Спиры.

- Но как такое возможно? Изумился Аби

- Это дело Внутренней линии. Они разработали специальное средство, кто хоть раз его попробовал, приобретает необратимую форму сексуальной зависимости от противоположного пола. Мы таких особей называем эротиками. Посмотри на нашего Председателя, он воздерживается в течение суток, если через шесть часов старик не получит женщину и не трахнет ее произойдет закупорка сосудов и наступит смерть.

Аби внимательно рассматривал Председателя Спиры. Он много о нем слышал и плохого и хорошего, но никогда не предполагал, что этот старик теперь эротик. В некотором роде для него это было неожиданностью, но не более. Что с того? Его волновал сейчас другой вопрос, зачем магистр притащил его в СОГ, об этом он и спросил у Ансельма.

- Я думаю тебе понятно для чего Внутренней линии превращать всю Спиру Братства в эротиков, так проще управлять ими, но спрошу у тебя о следующем: а почему Внутренней линии в этом деле помогает Умника?

Вопрос застал Аби врасплох. Умника, ставила перед ним вполне конкретную задачу: возглавить общину и проникнуть в элиту Братства, по возможности даже завербовать агентов среди рыцарей Ордена Армагеддонов, этих беспощадных и жестоких стервятников, которые за Наместника готовы были убить кого угодно, но о других планах Умники Аби ничего не знал. Он только развел руками, но все же уточнил:

- А у тебя это достоверные сведения?

- Точнее не бывает. Непосредственная связь с членами Спиры только у Умники. А спецсредство распылить в помещении Спиры могли только ее агенты. Да странно, ты интегрирован с Умникой и не знаешь о ее планах в Пятнадцатом. Аби, мне кажется, тебя пытаются использовать в темную. Как ты сам-то связался Умникой?

Вуд на некоторое время задумался. Признаться, и ему не раз приходил в голову подобный вопрос, и он к немалому своему смущению знал на него ответ - через сон. Но сказать Ансельму об этом было неразумным. Да и потом, сегодняшний приезд брата снова всколыхнул его подозрения, ведь он так и не раскрыл себя, не сказал прямо на кого он работает и чего ему, офицеру гвардии, здесь в СОГе надо. Напустил только тумана, рассказывая о том, как его, Аби Вуда, ждет дома отец. Какой отец? Этого человека интересует только личная неограниченная власть, и плевал он на сыновей.

- У Умники слишком обширный круг деятельности, поэтому не обязательно, что каждый интегрированный должен знать все, я знаю только то, что в непосредственной моей компетенции в данном районе.

- Неужели? Ансельм ухмыльнулся. Ну, тогда ты ничего не видишь дальше собственного носа. Не знаешь о том, что в СОГе действует еще, по крайней мере, два агента Умники высокого статуса, что Внутренняя линия распорядилась направить в твой район лучшую группу спецназовцев Чистая кровь. Да и не удивляет тебя сам факт того, что Умника, всегда делавшая все, чтобы разрушить Братство гиплотахов, теперь ищет способы влиять на ее руководство.

Аби слушал магистра с непроницаемым лицом. То, что у него в СОГе действует еще два агента, он знал, правда, не мог вычислить агентов, но это и не важно. А вот то, что профессиональные убийцы из ЧК у него прямо в тылу, а его работодатель ведет видимо, какую-то грязную игру, изменяя принципам, ради которых он и стал работать на Умнику, явилось для него неприятной неожиданностью. Однако он даже не подал вида, что это его как-то обеспокоило.

- А для чего ЧК здесь? Спросил он.

- Не знаю. - Пожал плечами Ансельм. Они всегда выполняют какие-то секретные операции, о которых сами узнают в последний момент. Все это не главное, Аби. Увидев Председателя в таком состоянии, да еще с кляпом во рту ты прекрасно понимаешь, что произошло нечто. Орден Армагедона захватил власть почти во всех СОГах. По моему приказу арестован весь состав Спиры, мои рыцари сменили стражу СОГов, братья-гиплотахи приняли переворот как данность. Во всяком случае, внешне пока никак не выразили своего недовольства. Хуже обстоит дело со Стражей Спиры, которую не удалось обезвредить полностью, а часть Стражи во главе со своим командиром Абушем ван Кромлехом все еще контролирует Одиннадцатый СОГ, но я думаю, эта проблема разрешится в ближайшие два-три дня. А пока мы еще ведем переговоры с Наместником, причем не лично, а через посредников и неизвестно поддержит ли он нас. Поэтому ты понимаешь, Аби, нам никаких неожиданностей сейчас не нужно и диверсионная группа у нас в тылу это просто большая проблема, которую надо решить в считанные дни.

Аби был в нерешительности, о заговоре он, конечно, знал, но никак не мог понять с чего это магистр решил, что он командор XV СОГа будет на его стороне. Ансельм, изучая его лицо, терялся в догадках, как он поступит.

- Ты с нами, Аби? Спросил магистр.

- Ты хотя бы можешь предположить, зачем здесь группа? Не отвечая на его вопрос, пытаясь увести от темы, задал свой вопрос Аби Вуд.

- Могу только предположить: обезвредить дикарей, которых на этот раз собралось просто неимоверное количество, это в традициях и Внутренней линии и разведки Сил безопасности Континентов. Захват девушек в СОГе для стариков из Спиры. Я думаю, эротиками их сделали по наводке Умники, а девочек им поставляет Внутренняя линия. Правда использовать для таких дел группу такого уровня как ЧК нецелесообразно, можно было бы кого-нибудь и попроще послать. Ну и не нужно забывать о провокации. Маленькая диверсия и вот тебе конфликт СОГов по крайней мере с Гамбигом, таким образом очередная попытка Городов объединится сорвана. Эта линия действий совершенно во вкусе Службы безопасности Континентов. Они ж ведь стратеги: мечта об овладении всеми нашими оставшимися ресурсами не дает им покоя.

- И что ты думаешь о провокации?

- Маловероятно. Во всяком случае, это не для группы уровня ЧК. Но ты не ответил на мой вопрос: ты с нами или нет. Если мы Орден и Братство совместно заявим о своих предложениях, возможно Наместник нас услышит.

- А какие у нас предложения?

Аби Вуд лукавил, он прекрасно знал о предложениях Ордена отменить практику выдачи Руководства Наместником. Из гиплотахов никто с этим предложением не согласится, но у магистра была вооруженная сила, поэтому никто не смел возражать ему, кроме командора XV СОГа

Аби прохаживался по комнате и искоса поглядывал на Ансельма, тот был невозмутим. Сидел за столом как каменная скала, и по выражению его лица невозможно было догадаться, что он в данный момент думает, и какие чувства его обуревают. Аби был на этот раз не совсем уверен в своих решениях. На последнем сеансе связи с Умникой Аби предупреждали, что с Ансельмом Раном надо держать ухо востро, никто не знает какие цели, преследует магистр, но аналитики Умники предполагали, что наврядли это банальное желание власти в СОГах. Такие люди как Ансельм, если и стремятся к власти, то над всей землей. И все же надо было принимать какое-то решение.

- В этом деле самое непосредственное участие принимает твой отец. Добавил аргумента Ансельм, полагая, что это будет убедительным для гиплотаха Аби, даже не подозревая, как непросты отношения отца и сына. Эта неосторожная фраза магистра решило дело.

- Я как командор Пятнадцатогго СОГа заявляю, что не присоединюсь к заговору. Отчеканил Аби Вуд.

- Отлично! Сыронизировал магистр, лицо его стало мрачнее тучи.

- Но я попытаюсь задержать группу Чистая кровь.

Поторопился смягчить свое решение Аби, но это, конечно, было совсем не то, чего ожидал от него Ансельм Ран. Разговор был окончен. Аби и Ансельм вместе вышли из дома. Гроник Габ, уже чуть дышал, но все же, как привязанный волочился за магистром.

- Ладно, успеха тебе. Поеду в штаб, все же нельзя дать умереть нашему Председателю, а там у меня для него припасена свежая девушка.

К порогу дома подкатил фольксваген, Ансельм втолкнул Председателя внутрь, пожал руку Аби и, покосившись на старика-гвардейца, сидящего на лавочке около дома, сказал:

- Что-то мне не нравиться этот старик, ты его проверь или лучше прогони нечего ему делать в СОГе.

- Ладно. - Махнул рукой Вуд, и машина магистра отправилась в штаб Ордена Армагеддонов.

Аби Вуд долго смотрел ей вслед, обдумывая план завтрашней операции и совсем не заметил, как подошел брат Нукес, оклик которого стал неожиданностью, Аби вздрогнул, но тут же взял себя в руки, полагая, что надо не дать понять Нукесу, что он застал его врасплох.

- Пойдем, я покажу тебе реку. - Предложил Аби.

Они вместе направились к Синему холму, возвышающегося на востоке от СОГа и обозначающем границу его земель с хуторянами в этом направлении. Долго взбирались по пологой поверхности холма, но были вознаграждены тем видом, который открывался с его вершины: огромная, поросшая ковылем равнина, с редкими кустарниками, местами вздыбленная. По равнине несла свои воды река Рейн, течение ее было спокойным и лишь у самого подножия холма, где она делала резкий поворот, намыв небольшой островок из песка в своей излучине, течение ее чуть ускорялось.

- Я видел, как вы с Амандой ходили в пещеры. Сказал Аби.

- Ты наблюдателен. - Отозвался Нукес, но разговор явно не хотел продолжать, понимая какой неприятный оборот он может принять.

- Мы с тобой братья, Нукес. И не столько потому, что нас родила одна мать. Это в нашем мире, как тебе известно, не главное. Нас всегда связывала нечто большее, чем генетическое родство. Между нами действительно была братская дружба. Вспомни, мы всюду были вместе и в коллекторе, и потом в розариуме. Мы всегда стояли друг за друга.

Нукес покосился на брата, ему не совсем было понятно, к чему он клонит, и зачем вообще затеял этот разговор. Нашел о чем вспомнить: об их детской дружбе, неужели те далекие воспоминания ему до сих пор дороги?

- Я не совсем пойму, о чем ты говоришь, Аби. Или ты считаешь, что увиденное мною в пещере как-то повлияет на мои убеждения? Если ты так считаешь, то глубоко ошибаешься. Я во всем поддерживаю отца и считаю, что его позиция самая правильная, только союз с СОГами и объединение городов даст нам шанс выжить. И очень плохо, что ты не с нами.

- Гиплотахи используют вас как дойных коров. Они высасывают из вас сперму, делая из нее эту мерзкую субстанцию, которая множит и множит клонов и в то же время обессиливает вас, людей. Наконец, они просто разлагают вас морально. Ты во всем полагаешься на отца, но неужели он не может ошибаться?

- Отец сделал для меня очень много, я ему обязан всем: положением в обществе, службой в гвардии, наконец, своим мировоззрением. В отличие от тебя я никогда не спрашиваю, прав ли он или нет, я просто делаю то, что он просит сделать и в этом проявляется моя любовь и уважение к нему. Отец глава партии Стерео, он лидер тех людей, которые входят в круг Доверенных лиц. И эти люди не какие-то отбросы общества, это приличные люди, которые ведут нас к процветанию. Я с этими людьми, я за них. А вот с кем ты? С гиплотахами, дикарями, хуторянами? А может, ты вообще служишь нечеловекам, может ты агент Умники?

Последний вопрос насторожил Аби. Брат не мог знать про ешл связь с Умникой. Но, во всяком случае, Нукес раскрыл карты теперь стало понятно, что приехал он сюда, конечно же, не потому, что его ждет отец, которого и раньше-то никогда не заботила ни их жизнь с братом ни их дела. Нукеса послал глава партии Стерео, давая как бы этим последний шанс ему одуматься и вернуться в круг Доверенных лиц, стать снова членом партии Стерео и включиться в обычную политическую жизнь Гамбига.

- Передай отцу, что я не вернусь никогда. Я остаюсь с теми, кого ты называешь нечеловеками и отбросами общества.

Ответ Аби как будто никак не взволновал Нукеса, слушая его в пол-уха, он пристально вглядывалсяв мутные воды Рейна.

- Смотри, что это там внизу плавает? - Сказал он, указывая на берег и не дожидаясь ответа, побежал к воде.

Аби не торопясь, пошел за ним и когда подошел к берегу, увидел, что Нукес держит в руках венок, сплетенный из полевых цветков, и обвитый синей ленточкой. Тут же в воде плавало еще несколько таких же венков, и не успели братья, как следует их рассмотреть, как услышали веселый девичий смех, и из-за холма вышла группа хуторянок, во главе которой была Аманда. Увидев братьев, хуторянки в нерешительности остановились, кто-то громко зашептал: Смотри, Аманда, а у гвардейца твой венок. Аманда приблизилась к Нукесу, в глазах ее было столько озорства и смеха, что казалось, она готова сейчас прямо здесь упасть на песок и смеяться безостановочно.

- Нукес, ты выловил мой венок, теперь ты мой суженный и по старым обычаям должен на мне жениться. - Она захохотала.

Нукес явно смутился. Он посмотрел на угрюмо молчащего брата, как будто ожидая от него подсказки, но тот стоял, безучастно рассматривая песчаный остров посреди реки, давая понять, что не намерен ничего говорить.

- Пойдем к нам в гости, Нукес. Отец хочет познакомиться с тобой. Я бы и брата твоего позвала, но он же не пойдет, ведь так Аби?

Аби Вуд утвердительно кивнул головой, а Аманда, схватив Нукеса за руку, потащила его за собой.

Хронологический индекс: ош Вода (14 июня 8999 г.). Состояние суток: Вечер. Место: Хутор Гора Ролдона. 

Хутор Гора Ролдана находился в глубине леса на красивой лесной поляне. Отсюда пару километров до пятнадцатого СОГа. Вся поляна, которая окружала хутор, была распахана и засеяна разными злаками. Сам хутор состоял из дома и нескольких хозяйственных построек, рядом с домом находился небольшой огород, а через всю поляну к дому вела грунтовая дорога, в самом начале которой вкопан в землю огромный деревянный крест. Жилище Ролданов было небольшим, одноэтажным, но производило достаточно приятное впечатление, может быть из-за того, что наличники окон украшала красивая резьба, изображающая каких-то фантастических животных. Вокруг дома росли березы, что придавало ему еще больший уют. Нукес невольно поймал себя на мысли, что неплохо бы было здесь пожить вдали от шумного и суетного Гамбига.

Гор Ролдан встретил дочь и Нукеса в гостиной, пригласил присесть за стол, стоящий посреди нее. Нукес оглядел деревянные стены, увешанные портретами каких-то людей, обратил внимание на иконы, висевшие в переднем углу, их было очень много: все две половины стены от пола до потолка увешаны этими изображениями разного размера. Перед самыми большими висели маленькие лампадки. В доме пахло ладаном. Аманда принесла самовар. Расставила кружки, поставила на стол тарелку с вкусно пахнущими румяными булками и начала разливать ароматный чай.

Пили молча, да и вряд ли сам Нукес мог бы что-либо говорить, так как такого вкусного чая никогда не пил. Он догадывался, что, скорее всего это настоящий чай, а не тот эрзац, производимый чайными компаниями Лайфтауна из генетически измененного чайного куста. Только выпив пару кружек Нукес, наконец, произнес первую свою фразу в этом доме:

- Такого вкусного чая я никогда не пил!

- Мы покупаем его у дикарей.

- У вас хорошие связи с ними? Что же служит предметом обмена с вашей стороны.

- Мука. Пшеничная, ржаная. Дикари очень нуждаются в ней, они ведь еще не умеют возделывать злаки, хотя мы и пытаемся сделать эти племена оседлыми, а наши девушки выходят замуж за некоторых из них. У нас уже много смешанных браков. Дикари очень пытливы и с удовольствием принимают нашу веру.

Нукес отставил кружку, вытер руки об полотенце, висевшее на спинке стула. Ему не хотелось начинать дискуссию о вере, но он понимал, что Гор и пригласил его для этого. По рассказам отца он знал, как агрессивны хуторяне в своей пропаганде.

- Веру? Разве вера, особенно ваша, не несет разрушения и войны?

Гор внимательно посмотрел на Нукеса, от него не ускользнула одна деталь: гвардеец задает этот вопрос просто из приличия, и едва ли его сердце сейчас готово к принятию каких-либо истин и все же он ответил:

- Вера не несет разрушения, она просто выжигает зло, так как любой верующий не может примириться с тем, что рядом с ним оно есть.

Нукес усмехнулся, о религии хуторян у него были самые смутные представления, но их хватало, чтобы понять под злом Гор подразумевает Города и гиплотахов, а Гор Ролдан, будто читая его мысли, продолжал свою речь:

- Гиплотахи поклоняются Хааб. Великому и могучему, дающему и берущему. Но Хааб не что иное, как бездушный реактор, созданный искусственным интеллектом. Никто из гиплотахов да и людей не понимает, как и почему он работает, но братья-гиплотахи верят в то, что именно он производит всякую человеческую или клоновскую сущность, он же их и забирает. Гиплотахи уверенны также, что для того чтобы реактор работал нужно постоянно служить ему, совершать церемонии в Столпах, участвовать в обрядах, произносить скри-заклинания. И тогда мир будет благоденствовать. Энергия беспрерывно будет поступать и в города, и в СОГи, обеспечивая их счастливое существование. Таким образом, вы горожане, и гиплотахи служите одному богу Хаабу-Реактору и приносите ему свои жертвы в виде семени и женщин, которые работают в Сексюси.

- Ну, это вы преувеличиваете!

- А тогда как вы объясните тягу городов к союзу с СОГами?

- Продовольствие. Городам требуется огромное количество продуктов ежедневно. Никто кроме СОГов их произвести не может, да и, кроме того, только те земли, которые занимают СОГи, плодородны, это известно всем.

- Чушь. Хутора занимают большую территорию, они есть и в границах СОГов и за их пределами и даже в тех землях, которые получили название грязных. Там у нас прекрасные урожаи.

Нукес мог бы возразить Гору, сказав, что земли за границами СОГов или подвергнуты радиоактивному заражению или содержат споры зигрутас нури, вещества, которое осталось после применения генных бомб, но делать этого не стал. Он налил себе еще одну чашку чая и наблюдая за ловкими и плавными движениями Аманды, неожиданно обратил внимание на шрамы с обеих сторон шеи, идущих от ее основания и почти до затылка. Странно, что прежде эти шрамы он как-то не замечал. Указывая на них, он спросил у девушки:

- Это последствия операции.

Та как-то растерянно посмотрела на отца и, ничего не ответив, ушла на кухню.

- Аманда не родная моя дочь, - сообщил Гор. Я нашел ее в лесу двадцать лет назад. Мы ее удочерили. Никто не был против, а родители ее так и не объявились. Шрамы у нее уже были, когда я ее нашел, мы боялись, что Аманда подвергалась опытам в лабораториях гиплотахов, и это как-то скажется на ее развитии. Но нет, она росла и развивалась вполне нормально, как все дети, только вот в отличие от многих почти никогда не болела.

- А встроенное оборудование, чипы?

- У нас есть хорошие специалисты в Столпе, они осматривали ее, но ничего не обнаружили.

- Что ж, спасибо за чай. Мне пора идти, - Нукес поднялся из-за стола и направился к двери.

Аманда и Гор проводили его до калитки, там попрощались и пожелали хорошего пути. Глядя как все дальше и дальше от хутора отдаляется гвардеец, Гор спросил у дочери:

- Зачем тебе он, Аманда? От горожан никакого толку, уж лучше бы ты нашла себе какого-нибудь дикаря.

- Не знаю отец. У меня есть просто предчувствие, что это именно тот человек, который мне нужен.

- Ох уж эти твои предчувствия. - Вздохнул Гор.

Аманда с матерью начали убирать со стола.

Двадцать лет назад

Хронологический индекс: рутупуа Точка отсчета (25 ноября 8979 г.) Хутор Гора Ролдона. Состояние суток: утро.

В этот день старейшина хуторян Гор Ролдон встал рано и отправился в лес за валежником, нужно было прогреть дом. Ноябрь, в этот год был очень холодный, и оставшиеся прошлогодние запасы топлива довольно быстро закончились, а командор СОГа не спешил включать отопление в домах хуторян.

В лесу было тихо. Остатки утреннего тумана делали деревья похожими на призраков. Туман стелился тонким слоем по земле, а ветки деревьев были влажными, иногда с них капала вода. Хуторянин ходил между деревьев и собирал мелкие былинки сухостоя, которые были немного влажными. Он складывал их в кучки, связывал в охапки и так был увлечен работой, что не сразу обратил внимание на звук, похожий не детский крик. Подумал: ветер в ветках завывает. Но крик настойчиво повторялся и прислушавшись Гор наконец понял откуда он идет из глубины леса. Хуторянин бросил охапку хвороста на землю, и пошел на звук, все дальше углубляясь в лес. Чем дальше он шел, тем гуще лес становился. Наконец он достиг места, откуда звук, как ему казалось, и исходил. Гор в недоумении остановился: крик он слышал и именно в этом месте, но ребенка не мог обнаружить. Он еще прислушался, наконец, понял, что крик доносится из-под земли. Гор топнул ногой по поверхности земли, густо покрытой листвой и елочными иголками. Звук от удара был глухой, как будто под ним была пустота. Старейшина ногой расчистил место от листвы и обнаружил люк на поверхности крышки которого был выбит знак, очень напоминающий пляшущего человечка. Его поднятые руки были свернуты в круглые завитушки, также как и ноги, а вместо головы, что-то вроде антенны. Во всяком случае, так этот знак видел Гор.

Он поддел крышку люка валявшейся рядом палкой и отодвинул ее в сторону. Вниз вел тоннель, выложенный кирпичом. Вбитые в поверхность железные скобы образовывали лестницу, по которой можно было спуститься. Оттуда, со дна струился синеватый свет и доносился плач ребенка. Гор Ролдон стал медленно спускаться по лестнице и вскоре достиг бетонного пола. Гор оказался в коридоре, здесь можно было выпрямиться в полный рост. По стенам тянулись толстые кабели, лампы освящения. Хуторянин двинулся по коридору, который несколько раз свернул сначала налево, потом направо и закончился стальной дверью. Гор потянул за ручку, дверь тяжело поддалась. В квадратной комнате, тускло освященной, стоял бокс из прозрачного материала, в нем лежал ребенок, накрытый серым одеялом. Бокс изнутри также был приглушенно освящен. Ролдон осторожно подошел и заглянул в бокс, ребёнок его увидел и замолчал, внимательно изучая мужчину. Гор приподнял покрывало, это была девочка. У нее были большие миндалевидные глаза, а зрачки настолько сильно расширены, что Гор не мог понять какого у нее цвета глаза.

Хуторянин оглядел помещение: повсюду на стенах закреплены разной толщины провода, над ними мерцали лампы, а в боксе в изголовье ребенка был установлен небольшой монитор, который, как понял Гор, показывал основные показатели жизнедеятельности девочки. Он пребывал в некоторой растерянности: что делать, как поступить? Но тут девочка улыбнулась и протянула к нему руки. Гор не смог удержаться и взял девочку на руки. Начал поплотнее ее заворачивать в одеяло и из него выпала деревянная табличка, Гор поднял ее и прочитал имя Аманда.

Так он нашел ее, свою приемную дочь, которую очень полюбил и всегда переживал за нее. Она росла послушной и отзывчивой, легко училась, хорошо запоминала самые сложные понятия и всегда помогала своим родителям в их трудах по хозяйству. Вообщем не дочь, а сокровище. Своих детей у семейной пары Ролдонов так и не родилось, поэтому вся отцовская любовь Гора сосредоточилась на Аманде. Он в ней души не чаял.

Но вместе с ней в жизнь Гора Ролдана вошла тайна, связанная с местом, где он нашел свою приемную дочь. Что это за подземелье? Для чего оно? Насколько велико? Все эти вопросы мучили его, и Гор решил все это выяснить. В течение нескольких месяцев он втайне от жены, от общинников и хуторян ходил в лес и постепенно обнаружил, что система подземных ходов довольно внушительна и охватывает под землей весь лесной массив. Дальше границ своей общины Гор Ролдон не осмелился обследовать эти туннели в одиночестве. Надо было привлечь кого-нибудь из гиплотахов, и у него был из братства такой знакомец Гермес, выпускник училища хранителей. Уж точно он компетентен в таких делах. Гермеса Гор знал по делам свой службы, как старейшины хуторян. Гиплотах занимал должность сопровождающего обоза, который каждый месяц приезжал в общину, чтобы покупать продукты для братства.

Гор Ролдон отлично помнил тот майский день, когда пришел очередной обоз. Он сидел дома, пил чай и наблюдал за действиями братьев-гиплотахов. Несколько огромных фургонов остановилось на берегу реки, из них вылезли гиплотахи, путаясь в своих разноцветных балахонах с капюшонами на голове. Засуетились послушники, расставляя столы со своими товарами, в основном всякие ремесленные изделия из дерева и кости: расчески, гребни, заколки, и прочей мелочью. Торговля шла в основном за счет обмена с хуторянами. Гиплотахи свои изделия меняли на овощи, основа их рациона, а вот крупные закупки зерна для братства делал именно Гермес, уже на деньги.

Гор видел, как Гермес не торопясь вышел из кабины машины и медленно отправился к его дому. Его зеленый плащ с золотой каймой практически полностью скрывал фигуру гиплотаха. Гермес почти всегда, когда приезжал в общину, не надевал капюшона, хотя, как знал Гор, по правилам Братства это было нарушением устава. Он вошел в дом, поприветствовал старейшину и, не ожидая приглашения сел за стол.

- Нальешь чаю, Гор?

Ролдон молча налил гиплотаху в железную кружку горячего чая. Тот взял ее обеими руками, согревая их и одновременно дул на горячую воду.

- Что у вас сегодня есть? Он сделал первый глоток, громко отхлебнув

- Есть пшеница пару мешков, пшена немного ну и по мелочам чеснок, всякие коренья.

Гермес сделал еще несколько глотков горячего чая, с наслаждением закрыл глаза и сказал:

- Я возьму все.

Он выпил чай, поставил кружку на стол, немного ослабил застежку плаща.

- Эх, господин Гор, хорошо у вас тут. Тихо, лес рядом, птички поют. Это так вдохновляет, дает столько сил. Я, когда к вам приезжаю просто впитываю какой-то новый заряд для жизни.

Он опустил руку в глубокий карман подрясника и достал несколько серебряных монет с изображением знака Наместника.

- Я думаю, этого достаточно?

- О да, более чем.

Гермес поднялся со своего места и направился к выходу. Гор, наконец, решился сказать ему о своем деле.

- Брат Гермес, не мог бы ты мне уделить еще немного времени?

- Да, что? Гермес изобразил само внимание.

Гор так долго готовился к тому, что сказать гиплотаху, но когда пришло время, даже не знал с чего начать и решил издалека зайти. Долго рассказывал об Аманде, какая она замечательная.

- Гор, ты мне историю эту уже не раз рассказывал. Перебил старейшину Гермес.

- Да, но никогда тебе не рассказывал, где я ее нашел.

- И где же?

- В подземелье. Гор, почему-то перешел на шепот.

Гермес насторожился, вспомнился давний разговор с профессором училища хранителей о Умнике, в котором он высказал мысль, что система эта может быть скрыта под землей, еще с давнего времени. Выяснив у старосты подробности его исследований туннелей под лесом, Гермес договорился с ним, что завтра прибудет уже один, и он покажет ему вход в туннель.

На следующий день Гермес нарядился в рабочий плащ и подрясник грязно-серого цвета, предупредил дежурного по консистории брата, что отлучится по делам до обеда и отправился на встречу с Гором. Транспорт не стал брать, решил прогуляться, Столп от общины находился не так уж и далеко. На опушке леса его уже поджидал старейшина. День был солнечный, но по небу медленно плыли кучевые облака, которые иногда закрывали солнце, и тогда становилось пасмурно.

Они быстро достигли того места, где была вход в туннель и Гермес, увидел на крышке люка знакомую эмблему пляшущий вензель. Подобные встречались ему в бытность учебы в училище хранителей, когда они вели раскопки на Древнем стадионе. Там находили круглые монеты из меди с таким вензелем.

Открыв люк, гиплотах вместе с Гором смело спустились вниз и Гор безошибочно достиг той комнаты, где когда-то нашел Аманду. Здесь как будто за все прошедшие годы ничего не изменилось, только стало больше пыли.

- Здесь есть еще второй уровень, но я туда никогда не спускался. Предупредил Гор.

- А может и третий. Пробормотал Гермес, ощупывая стены. Ему показалось, что в одном месте стена просела, он слегка надавил на это место, и часть стены отошла плавно в сторону. Вниз вела неширокая лестница, проход был тускло освещен лампами, вмонтированными в стены. Гермес стал осторожно спускаться. Гор некоторое время стоял в задумчивости, потом решил последовать за гиплотахом. Было любопытно.

Лестница вывела на круглую площадку. Набойки сапог Гермеса застучали по стальным плитам, гулкое эхо разнеслось повсюду и наполнило пустоту. Площадка имела круглую форму и была огорожена перилами, как только Гермес прикоснулся к ним, пространство вокруг осветилось фосфоресцирующим светом голубоватого оттенка. Гор также спустился и стоял рядом с Гермесом, озираясь по сторонам. Площадка висела над пропастью, дна ее было не видно, создавалось ощущение, что они находятся в колоссальной пещере, а свет будто струился из стен. Пространство над головой также простиралось ввысь так далеко, что потолка, как и дна не было видно. Оба они как завороженные смотрели на это пространство, представляя, что платформа, на которой они стояли, будто плывет в пустоте. Над головами их высветилась синяя голограмма, такой же знак, как на крышке люка. Он начал вращаться вокруг своей оси, очень медленно, потом от него во все стороны заструились лучи, каждый из которых заканчивался некой схемой расположения каких-то помещений, соединенных между собой ходами. Судя по изображенной карте-схеме, эти помещения находились по всему миру и были связаны между собой воедино. В целом это походило на заставку, которая появлялась при включении компьютера. Через мгновение приятный голос, исходивший, видимо, из динамиков, расположенных в стенах пещеры, что-то сообщил.

- Какой-то архаичный язык. Пробормотал Гермес и включил портативный переводчик, который у него был вмонтирован в резист. Фразу он перевел, как: Введите пароль для входа в систему. Гермес посмотрел на Гора, который был просто ошарашен всем увиденным и задал риторический вопрос:

- И где же этот пароль найти?

После этой вылазки любопытство Гора Ролдана было удовлетворено. Он как-то успокоился и потерял интерес к подземельям. А вот Гермес не на шутку заинтересовался ими. Размышляя над всем этим, он пришел к выводу, что пароль у системы должен быть какой-то нестандартный, и не нужно было быть особо одаренным, чтобы понять - все это было как-то связано с приемной дочерью старейшины хуторян Амандой.

Хронологический индекс: ош Вода (15 июня 8999 г. по Р. Х.). Борт подводного крейсера Саблер

Инспектор Администрации регистровых зон Николь Илэван изучала в перископ береговую линию. Низкий, каменистый берег был покрыт снегом, кое-где торчали коричневые былинки.

- Мне надо высадиться на берег.

Её желание не удивило капитана подводного крейсера Саблер Кодра Тура. Он в этот момент вычерчивал маршрут крейсера на листе ватмана, в этом ему помогал штурман. Офицерам АРЗ иногда довольно бредовые мысли приходили в голову, и капитан к этому привык. Не отказывая в высадке, он сразу предупредил Николь:

- Я никого не смогу тебе дать в группу сопровождения, инспектор. Члены команды все заняты на своих постах, нам надо пройти по всем точкам патрулирования.

- Сопровождающие мне не нужны.

Николь перестала изучать берег, отошла от перископа, поправила свою форму и пошла в каюту. Надо было собираться к высадке на берег. Она сложила в рюкзак необходимые вещи, блок питания, надела термокомбинезон, рюкзак закинула за спину, прикрепила к поясу пульсар, надела шлем и отправилась на подводную шлюпку. Капитан, встретив ее в рубке, бросил оценивающий взгляд на ее фигурку, изобразил на лице что-то вроде улыбки и, указывая на карту, на точку у северной оконечности берега объяснил:

- Мы будем ждать здесь. У тебя двое суток, если к этому времени ты не выйдшь на связь, то мы отправимся по курсу своего патрулирования, потом еще через двое суток вернемся, вот в эту точку (он показал на карте). Ресурсов у тебя достаточно на месяц, если что.

Капитан не сопровождал инспектора в шлюзовую камеру. Посмотрев ей вслед, он подумал: Эти офицеры регистровых зон вообще какие-то бесбашенные! И чего ей понадобилось в этой дыре? Инспектор в сопровождении двух матросов достигла носовой части крейсера. Здесь была приготовлена капсула-шлюпка, в которой матросы помогли Николь забраться. Щелкнули фиксирующие замки, капсула ушла в шахту шлюза и выскочила в воду. Через несколько секунд она достигла берега. Выбравшись из капсулы, инспектор оглядела безмолвную снежную пустыню, простирающуюся перед ней, сверила свой маршрут с навигатором и двинулась на северо-восток. Экзоскелет, усиленный бионикой, практически не давал уставать натренированному телу. Николь могла двигаться долго, быстро и по любой пересеченной местности. Ей было ни жарко, ни холодно: терморегулятор комбинезона позволял сохранять комфортную температуру при любой внешней температуре.

Окружающее ее пространство было почти абсолютно плоским. Земля едва покрыта снегом, и промерзла довольно глубоко, поэтому походила больше на камень. Инспектор часа два шагала по этой бескрайней равнине, пока впереди не замаячили постройки. Николь остановилась, сверилась с навигатором: сомнений быть не могло сигнал шел именно из этого района. Она видела деревянные, двухэтажные бараки, без окон и дверей расположенные прямоугольником, так чтобы постоянно дующий ветер не проникал во внутренний двор. Раньше эта группа построек называлась регистровая зона А. Она была основана одной из первых, несколько сотен лет назад, когда Высший совет Континентов принял решение дать возможность выходцам из бывшей Империи и Городов спасаться от ужасов общества генетически измененного человечества. Потом было основано еще несколько регистровых зон по всему бывшему миру Сообществ людей, но более комфортабельные и улучшенные со всеми необходимыми устройствами, чтобы дать возможность нормально жить спасающимся. Многим приходилось жить в таких местах по несколько месяцев. Поэтому необходимо было позаботиться о настоящих людях. Но со временем руководству Континентов стало ясно, что зоны не справляются со своим предназначением через них в мир людей стало проникать слишком много модифицированного материала и большую часть Зон закрыли, в том числе и эту.

Оставили только три регистра усовершенствованных, приспособленных для приема чистых людей, а следить за этим должны были инспекторы регистровых зон, а также контролировать и состояние старых зон, что и делала Николь Илэван. Впрочем, работа эта была не для джентри, к которым Николь не принадлежала в силу своей эмоциональной ущербности. Именно из такой среды рекрутировался персонал регистровых зон. Николь удалось сделать головокружительную карьеру, достигнув поста инспектора, которая открывала двери, можно так сказать, в коридор высшего общества джентри, даже для таких как она. Но пока в это высшее общество ее не принимали. Может в зоне А находится то, что позволит ей стать, наконец, джентри?

Два дня назад она получила сигнал из этой, как ее назвал капитан Кондра Тура, дыры. Слабый сигнал, очень непонятный, почти не поддающийся дешифровки, зафиксировал резист инспектора. Неэмоционалам как и другим ГМО-людям этот прибор встраивался при рождении, после генетического тестирования и заключения экспертов. Неэмоционал чувствует, то, что обычный человек никогда в жизни не сможет почувствовать. А если его нервные окончания связаны с чувствительным прибором, то такому работнику нет цены.

Сигнал был странным, Николь его почувствовала еще когда Саблер бороздил воды океана у южного полюса. Она уловила его на частоте, которую давно никто не использовал, еще во времена существования сотовой связи и Николь даже не могла вспомнить, в каких тысячелетиях она существовала.

Бараки в Зоне выглядели очень ветхими: доски от стен в некоторых местах оторвались, штукатурка осыпалась, кровли прогнили и обрушились внутрь бараков, кое-где еще сохранились столбы от ограждения и куски колючей проволоки. Ветер намел небольшие сугробы снега по краям еле видимых дорожек. Сигнал с резиста вел инспектора к самому дальнему из бараков. Он был закрыт, единственный из всех построек с сохранившимися дверями.

Николь осторожно дернула за железную ручку, дверь не поддалась, и только после всех усилий, приложенных мощностями экзоскелета, удалось сорвать дверь с петель. Внутри был полумрак: в этом бараке не имелось окон, и крыша была цела. Николь включила фонарик на шлеме и систему сканирования помещения она показала, что в углу помещения, что-то скрыто под кучей мусора. Инспектор перевела сканер на режим поиска опасных предметов и взрывчатки. Сигнала опасности сканер не показал, зато глубина на которой был зарыт предмет внушительная - метра два. Маячок был установлен именно на этом зарытом предмете, так что по инструкции необходимо было его извлечь и проверить. Возможно, он передавал какую-то информацию за пределы сфер Городов или вообще гиплотахам. Пресекать такую диверсию была прямая обязанность инспекторов.

Однако глубина, на которой размещалось нечто, подающее сигналы была слишком большой, нужна была специальная техника. Николь вспомнила, что на любой законсервированной Зоне обязательно есть аварийный роботизированный комплекс. Она отправилась на его поиски и обнаружила в полуразрушенном кирпичном сарае робота-землекопа. Николь Илэван присела от удивления, перед допотопным механизмом теряясь в догадках, сколько ему лет и можно ли его привести в действие. Инспекторов обучали многому, когда они проходили курсы, в том числе заводить или даже чинить подобные механизмы. Она открыла крышку корпуса робота, внутренности его были обильно смазаны маслом, буры и лопасти копания блестели как новенькие. Да он, похоже, и был новый, ни разу не применявшийся с момента изготовления. Она нажала зеленую кнопку пуска на панели управления, что-то заурчало внутри копателя, замигали огни подсветки и начал выпрямляться манипулятор, а затем робот медленно поехал к выходу.

Управляемый дистанционно инспектором он достиг барака, въехал в него и направился в угол здания. Ковш-манипулятор начал работу, вскоре его стальные зубья заскрежетали по чему-то металлическому. Николь остановила робота. Подошла к вырытой яме и в свете налобного фонарика увидела на дне выкопанной ямы крышку какого-то ящика. Робот сменил манипулятор на захват и стремительно опустил его в яму. Уже через несколько секунд он вытащил со дна и аккуратно положил на отвал небольшой металлический ящик, некогда окрашенный зеленой краской, которая кое-где еще сохранилась на нем. Ящик был заперт на навесной замок. Николь просто ударила по нему ногой, и замок рассыпался, настолько был ветх.

Она наклонилась над ящиком, присев на корточки. При ближайшем осмотре оказалось, что ящик не металлический, а пластиковый с облупившейся зеленой краской на стенках. Еще бы, - усмехнулась про себя Илэван разве металл пролежит столько лет в земле невредимым. Только пластик. Она смахнула комья земли с крышки и открыла ящик. На дне лежал свернутый в трубку пластиковый лист, когда-то его поверхность была покрыта белой краской, но она полностью осыпалась, теперь только была видна темная поверхность. Рядом с этим рулоном лежало то устройство, которое подавало сигнал небольшой прибор с кнопками, мониторчиком в пластиковом корпусе. Боже, что это за древность! - подумала Николь, сообразив, что это вариант какого-то приемо-передающего устройства, существовавшего в каком-то далеком, неведомом времени, возможно, в Новые тёмные времена. Почему он начал передавать сигнал, у инспектора не было времени подумать: она услышала сигнал капитана Саблера, который предупреждал ее о том, что к баракам приближаются какие-то существа и выдал координаты, где будет находиться крейсер для срочной эвакуации. Полученная информация Николь крайне обеспокоила кто может быть в этих снежных пустынях и зачем им бараки? Возможно, они шли сюда за тем же, зачем сюда пришла и она. Они просто также уловили сигнал. Надо было это выяснить, Илэван предупредила об этом Кодра Тура, тот не согласился с таким ее решением, предупредив, что это опасно, но вынужден был подчиниться: он не мог уйти из регистровой зоны, не забрав офицера АРЗ.

Николь Илэван подхватив ящик, вышла из барака за периметр зоны, одновременно приведя в боевую готовность пульсар. Впереди, на многие километры, во все стороны простиралась снежная пустыня без единого кустика или вообще какого-либо намека на растительность. Она напряженно вглядывалась в горизонт, там вскоре появились черные точки, которые быстро увеличивались и приближались. Вскоре Николь уже могла разглядеть катящихся по полю как перекати-поле игольчатых существ, они быстро приближались, и их было невообразимое количество: они буквально в считанные секунды заполнили собой весь обозримый горизонт. Понимая, что отбиться от них не удастся, инспектор дала команду резисту запустить три импульса максимальной мощности. Тут же в воздухе, над движущейся массой игольчатых существ раздалось три мощных взрыва, которые частью их погубила, частью разметала в стороны взрывной волной и на некоторое время остановила продвижение, что дало возможность Николь добежать до берега, к месту, где ее ждал Саблер. Но она недооценила способность игольчатых к быстрой самоорганизации: разрушительные взрывы остановили их только на несколько минут. Они быстро восстановили свои ряды и оказались в сотне метров от инспектора. Николь выжимала из своего экзоскелета максимальную скорость и уже видела береговую линию, капсулу эвакуации, которая была открыта. Она успела запрыгнуть в нее, как в раковину, которая захлопнулась. Но передовые существа успели выпустить пару игл, впившихся ей в правую ногу, чуть ниже колена. Иглы пробили бронепластик, Николь почувствовала острую боль. Уже внутри капсулы, когда она подскочила, упав в воду, устремилась в океан, Илэван ошутила как немеет нога, яд проникал в кровь, наноботы задвигались по сосудам, синтезируя противоядие. Можно было предположить, что игольчатые также будут преследовать капсулу Николь и в воде, но они почему-то не стали этого делать, видимо получив другой приказ.

В капсуле Николь почувствовала, что теряет сознание. Включилась система диагностики, перед взором инспектора начали появляться ряды цифр и названия параметров. Анализатор пытался определить, что впрыснули инспектору иглы и какое противоядие подобрать. На это ушло совсем мало времени, когда капсула вошла в шлюз Саблера анализатор определил яд, и в кровь поступило противоядие. Из капсулы она уже выбиралась только с легким головокружением и с небольшим онемением ноги, вскоре и это прошло.

- Крипатен. Сказал Кодра Тура

- Что? Не поняла Николь

- Любимый яд игольчатых: обездвиживает, но не убивает, ты нужна была хэгам живой. Объяснил капитан.

- Чего здесь забыли хэги? Почему они хотели меня захватить? Она была искренне удивлена интересом обитателей Грязных территорий к заброшенному регистру Континентов. Инспектор посмотрела на Кодра Тура: его гладкое лицо ничего не выражало. Капитан был асциалом, еще одним из изгоев Континентального общества. Но если Илэван пользовалась большей свободой и могла жить в Укрытиях, то асциалы были просто рабами своих кораблей. Они здесь жили всегда. Асциалы - люди без определенного гендерного статуса: ни мужчина ни женщина. На Континентах такие существа считались нечистыми и опасными существами.

- Тебя они хотели обездвижить, а вот захватить то, что ты нашла в регистровой зоне, скорее всего они также приняли сигнал оттуда. Но ты их опередила. Возможно, они считали это важным. Пухлые губы Кодра Тура расплылись в улыбке, он подмигнул и, указывая на ящик спросил:

- Что там?

Илэван хитро прищурилась, подумала, стоит ли капитану говорить, впрочем, общая судьба в Континентальном Сообществе их объединяла как изгоев. Кроме того, инспектор полагала, что где-то произошла утечка: или со стороны Службы безопасности Континентов или, даже, со стороны Внутренней линии. Откуда хэги узнали о сигнале? Весь поток информации по регистровым зонам строго кодирован, к нему доступ есть только у инспекторов и служб безопасности. Все это походило на какую-то далеко идущую интригу и Николь не хотелось быть в ней пешкой. Поэтому она сказала капитану:

- Пойдем в кают-компанию, покажу.

И захромала в носовую часть корабля, где находилась капитанская рубка, но вовремя ее остановил Кодра Тура, указав на заднюю часть Саблера, где была кают-компания. Там, разоблачившись от опостылевшего комбинезона и ослабив тяги экзоскелета, она присела на диван, а ящик положила на стол. Капитан указал на него взглядом, как бы спрашивая разрешения открыть, Николь согласно кивнула. Он вынул и осторожно развернул пластиковый сверток и устройство, подававшее сигнал. Темная поверхность пластика была испещрена вдавленными в него знаками. На одной из боковых граней имелся небольшой разъем. Скорее всего, это было какое-то электронное устройство.

- Вполне различимы. Объявил Кодра Тура и, приблизив к глазам правый верхний угол его, добавил 2073, я думаю это год и еще здесь 04, это месяц по старому летоисчислению, до Новых тёмных времен, - апрель. Это похоже на ежедневник.

Капитан подключил его к электронному устройству. Над столом засветилась панель планшета.

- Мне знаком этот язык, и я могу прочитать, что здесь написано. Правда, он очень архаичен, но все более менее, понятно. Заявил Кодра Тура

На планшете появилась сетчатая разбивка по дням недели, повинуясь мысленному переводу капитана, она начала наполняться записями:

2073, 04

Пн 24 Начало цикла. Готовность Дарни

Вт 25 Извлечение Дарни.

Ср 26 Периодичность сознания. Дарни в покое.

Чт 27 Соединение с Умникой.

Пт 28 Синхронизация

Сб 29 Прошивка шлейфа

Вс 30 Восстановление. Создание кода доступа к Хранилищу

Сложив руки на груди, Кодра Тура с глубокомысленным видом изучал таблицу. Николь нарушила его задумчивость вопросом:

- И что думаешь по этому поводу?

- Здесь есть только одно слово смысл, которого понятен и тебе и мне Умника.

- Можно еще хранилище добавить к понимаемым словам. Заметила Николь.

- И что это значит? Мало ли какое хранилище. Усомнился капитан.

- Возможно так и было бы, если бы мы два года назад не обнаружили в районе регистровой зоны В старые файловые системы. Они были изрядно повреждены, но кое-что осталось, сейчас специалисты расшифровывают записи. И это хранилище файлов создано было Умникой, может здесь речь идет именно о нем.

- Возможно. Рассеяно заметил капитан, озабоченно ощупывая пластиковый ежедневник.

- Тут что-то еще есть. Воскликнул он.

Илэван также стала щупать пластик в указанном Кодра Туром месте: действительно в нижнем левом углу была прямоугольная выпуклость. Лазерным ножом часть пластика в этом месте отрезали, и капитан из небольшого карманчика извлек плоскую толщиной в бумажный лист флэшку.

- Какой древний носитель информации. Кодра Тура как будто улыбнулся. Едва ли он жив.

- Посмотрим.

Николь осторожно взяла пластинку и вставила в картридер вмонтированный в резист. Снова засветилась дисперсная панель между ними, и через некоторое время появилось изображение. Это была небольшая комната, стены ее были оклеены розоватого цвета обоями, с правой стороны у стены стояла односпальная кровать, противоположную стену занимало огромное окно. Оно было открыто, и за ним представлялся великолепный вид на реку, причудливо извивающуюся по равнине. Вид на комнату был сверху, так как, по всей видимости, дом, где размещалась комната, находился на какой-то возвышенности. Камера в комнате была установлена где-то у самого входа, поэтому она охватывала всю комнату и спину того человека, который сидел прямо перед окном в инвалидной коляске. Рядом с коляской стоял высокий, худощавый мужчина, он был одет в коричневую пару, вместо галстука черная бабочка, седые волосы аккуратно зачесаны назад, на носу едва держались очки. Человека, который сидел в коляске, было почти не видно, только по длинным мелированным волосам и голосу можно было определить, что это женщина. Оба они, как завороженные смотрели в окно. Тишину нарушила женщина:

- Напомни, Тимош, что по этому поводу говорил Соловьев?

- Малодушная привязанность к смертной жизни так же постыдна, как и отдача себя половому влечению. Голос мужчины был высокий и немного дребезжащий.

- Вот видишь. Поэтому будь тверд и мужественен, прими все как оно есть.

- Я уверен, что нашел способ, и он даст результат. Если так тебе удобно для твоей веры это как раз, то, что обещано человечеству: всеобщее восстановление.

- Речь шла о воскресении. Перебила его женщина.

- Пусть так, Дарни. Да, без душ это невозможно. Но в этом и суть эксперимента. Грядет страшное, но мои расчеты верны и все последовательности заложены в этих расчетах. Они изменят цепь событий. И поэтому я уверен, распаковка произойдет в то время, какое я наметил и тогда у нас все получится с тобой, Дарни.

Женщина не ответила, но молча подняла руку. После этого человек развернулся лицом к камере и сказал:

- Моя жена Дарни дала согласие на проведение эксперимента по загрузке ее сознания, памяти и внешних воспоминаний, а также багов в интеллектуальную систему под названием Умника, созданную мной Тимеем Скачковым. Изначальное предназначение ее управление транспортом огромного мегаполиса, но перед лицом грядущей катастрофы я переформатировал структуру машины, заложил в нее алгоритм развития на ближайшие несколько сотен лет. Она, вместе с моей женой, в наступающие тёмные времена должны выжить. Далее включится механизм саморазвития, он должен дать толчок новому развитию Умники, произведет коррекцию событий. По моим расчетам это произойдет в конце четвертого тысячелетия. Остальная часть плана зашифрована в моем ежедневнике. В нем события, которые дадут импульс другим событиям и так сформируют иное будущее.

Изображение внезапно погасло. Никаких других записей на флешке больше не было.

- Удивительно, как это все сохранилось в земле, столько тысяч лет. Все что мог сказать по поводу увиденного Кодра Тура.

- Я думаю, находилось это где-то в другом месте, а в зону принесли не так давно, не больше нескольких месяцев назад. Скорее всего Умника хранила это все, а теперь почему-то хочет, чтобы мы об этом знали.

- Слишком много неизвестных. Подытожил капитан и удалился выполнять свои обязанности, так как его вызвали в рубку управления.

Илэван еще раз мысленно прокрутила в голове увиденное и пришла к выводу, что лучше всего с обнаруженными ею документами разберутся в Штабе АРЗ. В этот момент крейсер сильно тряхнуло и повело куда-то вниз. Николь пошатываясь побежала в рубку. Ее кидало из стороны в сторону, но она все же добралась до места. В рубке была суматоха, тревожно пищала аварийная сигнализация. Капитан озабочено склонился над столом-панелью, где были обозначены все движущиеся и неподвижные цели.

- Что случилось, капитан? Спросила инспектор.

- Нас атакует рой дронов. Он указал на мириады светящихся точек, в правом верхнем углу карты, которые продвигались к крейсеру.

- Мы смогли избежать двух вакуумных ловушек, поэтому корабль так тряхнуло, но от роя уйти не так просто. Сейчас определяем тип устройств, которые к нам приближаются, и будем делать маневр уклонения.

Капитан переговорил о чем-то со штурманом и опросил еще нескольких членов экипажа, занятых настройкой защитных систем судна.

- Хочу тебя обрадовать, инспектор, этот тип дронов не предназначен для разрушения это захватчики. Сообщил капитан.

- И что это значит?

- Он приблизятся к нам, облепят корпус, обесточат, и потащат туда, куда им прикажут из центра управления.

- И что мы будем делать?

- Пытаться удрать.

В руках капитана появилась воображаемая кружка с дымящимся чаем, он пил ароматный напиток и, поглядывая на Николь спросил:

- А тебя не разбирает любопытство, кому принадлежат эти дроны?

- И? Инспектор бесстрастно посмотрела на Кондра Тура.

- Я думаю Внутренней линии.

- Зачем им захватывать Саблер? Ты что-то натворил?

- Скорее ты что-то натворила. Ведь Внутренняя линия подотчетна Администрации регистровых зон. Мой корабль частный, служу тому, кто платит. Но в договоре моем не было пункта о насильственном захвате.

- Капитан! Обратился к Кодра Тура штурман, тот повернул голову в его сторону, спросил: Что?.

- Дроны перекодированы, но это сделала не Внутренняя линия.

- Узнал, из какого канала поступает команда перекодировки?

Штурман несколько замешкался над картой, потом в растерянности посмотрел на капитана и произнес:

- Сигнал идет из прошлого.

Инспектор и капитан подошли ближе к карте: обширное голубоватое пространство было испещрено белыми линиями, в разных местах светились точки, желтые, красные, синие. Где-то они быстро перемещались, в каких-то местах собирались группами, как рыбы в стаи. Сигналы были видны как пульсирующие волны, расходящиеся по карте. Штурман указал в самый верхний левый угол на карте, где волны были очень интенсивными, при этом они расходились по всей поверхности, затухая к нижнему правому углу карты.

- И с чего ты решил, что он из прошлого? Разочаровано спросил Кодра Тура.

Штурман увеличил масштаб в том месте, откуда исходил сигнал. Это угол тотчас окрасился в темный цвет, изображение обрело объем, и все увидели воронку, похожую на вращающийся смерч. Он изгибался и все более увеличивался в размерах.

- У смерча есть точка, там в самом начале. Но мы с вами видим и начало смерча, и его окончание. Вот та точка и есть прошлое, из которого идет сигнал. Это как при Большом взрыве, ведь мы даже сейчас обнаруживаем реликтовое излучение.

- Подожди, но там еще вопрос в пространстве, а тут можно сказать все рядом.

- Протяженность пространства увеличивается вместе с временем. Чем дальше точка во времени, тем протяжённее длительность.

Рассуждения штурмана подвигли Илэван на собственные мысли о том, что кто бы не посылал сигнал все равно остается непонятным основное: с какой стати этому кому-то из прошлого понадобилось захватывать подводный корабль. В момент ее раздумий Саблер снова сильно тряхнуло и стал слышен металлический стук по всему корпусу с внешней стороны.

- Дроны примагничиваются. Я думаю, сейчас начнут действовать. Пояснил штурман.

- Включи глушилки. Приказал капитан.

Корпус Саблера стал вибрировать, стакан с чаем, стоявший на столе в рубке задребезжал от этой вибрации. Глушилки сигнала работали на всю мощность.

- Не действуют, капитан. Прокричал штурман.

Корабль в это время повело, он начал движение и, несмотря на усилия бортовых двигателей, его потянуло совершенно в другую сторону.

- Рассчитай примерный курс, на который нас принуждают выйти.

Штурман через несколько секунд сообщил, что из всех возможных вариантов в этих широтах возможен только такой курс, который неизменно приведет в порт Оградора. В рубке началась обычная суета по подготовке контрмер для противодействия вражескому нападению и захвату. Капитан еще надеялся как-то изменить ситуацию. Инспектор попытался связаться с начальством на материке. Так она всегда называла штаб АРЗ, хотя от материков остались только небольшие острова, но зато много и они всегда покрыты снегом и льдом. Над ними веют жестокие, холодные ветры, высокие вышки-маяки постоянно поддерживают сигнал, поэтому Николь даже не сомневалась, что сможет легко связаться со штабом. Но на этот раз не получалось: связь отсутствовала, как будто их корабль поместили под надежный колпак.

Дроны замедлили ход крейсера, и Кодра Тура распорядился просто заглушить двигатели, надеясь, что дроны не потянут самостоятельно такую махину, как подводная лодка. Но ничего не изменилось Саблер все также медленно двигался прежним курсом.

- Ладно, капитан, пусть так. Не будем сопротивляться.

Предложила Николь и отправилась к себе в каюту. Она чувствовала усталость. В каюте она сняла кобуру, отстегнула внешнюю панель резиста и все это сложила в шкафчик. На столике лежал найденный ею ежедневник и носитель с записью. Она еще раз пересмотрела видео, подумала о том, что указания на сведения в ежедневнике есть где-то еще, но самым важным является именно то, что оказалось у нее. Но что в нем такого, что именно эта запись была спрятана от всех остальных? Она заснула под мерный гул тысячи моторов дронов, которые тащили подлодку вопреки воле ее экипажа.

Проснулась Николь от тишины: не было слышно никакого шума от двигателей, крейсер стоял на месте. Инспектор открыла дверь своей каюты и вышла в коридор. Потянуло свежим воздухом крейсер всплыл на поверхность, и люки рубки были открыты. Илэвен поднялась на капитанский мостик. Дул легкий, теплый ветер, ласково сияло солнце, кружили чайки в небе. Николь смотрела на них, щуря глаза. Кодра Тура стоял на мостике вместе со своим штурманом и в бинокль рассматривал горизонт.

- Это не чайки. Сказал он и передал бинокль инспектору.

Она посмотрела в бинокль в небо и ясно увидела, как мечутся в разных направлениях гравидроны. Внешне они были похожи на средних размеров веретена. Часть еще продолжала выскакивать из воды и присоединялась к своим товарищам в воздухе.

- Видишь, они собираются в рой и выставляют разведчиков во всех направлениях. Они остановили ход лодки, овладели управлением, велели всплыть и теперь вот к чему-то готовятся. Мне кажется, они готовятся на кого-то напасть. Как думаешь?

Николь внимательно всматривалась в горизонт.

- Возможно и так, посмотри вон туда.

Она передала бинокль капитану и тот, всматриваясь в горизонт, только и мог сказать

- Вот это да!

Из-за горизонта медленно выплывал, едва касаясь поверхности воды гигантский конус. Серебристая поверхность его блестела на солнце. Он неторопливо приближался, было уже видно даже без бинокля как он вращается вокруг своей оси.

- Ты думаешь о том же, что и я? Спросил капитан, поглядев на штурмана. Тот напряженно вглядывался в гигантскую машину.

- Дератизатор? Наконец сказал он и посмотрел на небо.

В период войны с Империей дератизаторы стали эффективным оружием против дикарей и хуторян. Но потом они научились с ними бороться, несколько уничтожили, часть повредили, с частью была утрачена связь, и они действовали самостоятельно, если были исправны.

Поведение гравидронов резко поменялось: они перестали беспорядочно метаться, собрались в большую тучу, такой же, как сами дроны, веретенообразной формы и застыли, будто наблюдая за поведением конуса, теперь зависшего над морем в нескольких километрах от Саблера. Создавалось такое впечатление, что между устройствами идет обмен информацией.

- Смотрите, капитан, это вовсе не дератизатор! Воскликнул штурман указывая на конус, тот неожиданно развернулся в плоскую полуокружность, а потом лучи, образующие ее сошлись в одну сверкающую точку, все облако дронов устремилось в эту точку и в ней исчезли. После чего точка снова развернулась в огромный конус. Капитан отдал команду погружаться и все спустились вниз, люк задраили и Саблер начал медленно опускаться под воду. Достигнув глубины 50 метров, крейсер взял курс на базу.

Николь спустилась вместе со всеми в капитанскую рубку. Кодра Тура и штурман опять склонились над картой, прокладывая путь в неизвестной им до сих пор акватории. Лодки сюда редко заходили. Большая часть планеты была покрыта океаном. Суша начала опускаться еще пятьсот лет назад и с того времени под воду ушли почти полностью оба американских континента, на месте них осталась группа островов, они-то и называются теперь Союзом двух Континентов. После генных войн и разделения цивилизации, когда наступило время изоляции, судоходство утратило смысл и в некоторые места мирового океана никакие суда никогда не заходили. Частные военные подлодки курсировали по определенным маршрутам, выполняя различные поручения своих хозяев. У немногочисленного человечества, прошедшего через многие циклы генетических изменений, не было нужды общаться с теми, кто уже был не похож на человека.

Забравшись в неведомые воды Саблеру можно было ожидать чего угодно. А судя по картам, они теперь находились довольно далеко от обычного, хорошо известного пути к южным островам, где располагалась столица Объединенных континентов. Бортовой компьютер, получив все данные, проложил примерный маршрут. Изучив его, капитан и штурман пришли к выводу, что безопасным его назвать нельзя. Они размышляли между собой: кто знает, какие здесь глубины, рельеф морского дня, а может где и коралловые выступы образовались. Никто в эти воды столетиями не заходил. Слушая все эти размышления капитана и штурмана Илэван не выдержала, возмутилась:

- И что нам теперь, здесь, посреди океана остаться? Делайте что-нибудь!

Кодра Тура хмуро посмотрел на нее и отдал приказ двигаться по маршруту, проложенномутолько что, самым малым ходом. Николь отправилась к себе в каюту. Она легла на койку, ноги ее упирались в стенку каюты, это было главное неудобство для нее на подводной лодке. Экипаж крейсера на всю жизнь привязанный к нему, модифицировался при генном конструировании так, чтобы матросы были небольшого роста, но Николь не была членом экипажа и ее рост не подходил под параметры каюты.

Она пыталась заснуть и не могла. Перевернулась на спину, положила руку под голову, смотрела в сферический потолок и думала о том, что было записано в этом ежедневнике. Какое-то событие? Или несколько? Возможно, освободившись от дронов, они нарушили какой-то план или же наоборот скорректировали его.

Мысли ее вернулись к тем обязанностям, которые она, как офицер инспекции регистровых зон исполняла. Она не раз думала о предназначении регистровых зон, не декларируемом, а истинном. Для Союза двух Континентов было важно восстановить чистую популяцию людей, что не так уж и легко в мире постгенных войн и последующих модификаций человечества. Не спасение кого-либо, а именно жесткий отбор. А чистых осталось мало, статистика регистровых зон об этом ярко свидетельствовала. Николь задумалась о том, что ей в обществе, которое создает правительство двух Континентов, нет места. Она всегда будет только персоналом, обслуживающим Зоны и даже в своем разряде дальше инспектора не поднимется, так как тесты не подтверждают более высокой квалификации для нее.

Течение мыслей Николь Илэван опять прервала тишина. Она прислушалась: двигатели не работали, и лодка не двигалась. В капитанской рубке никого не было, все поднялись на верхнюю часть палубы. Николь последовала примеру экипажа. Вся команда высыпала на стальную прорезиненную поверхность, и смотрели в одну сторону. Инспектор подошла к Кодра Туру, который стоял несколько в стороне от всех, заметив Илэван, капитан сказал:

- Похоже, какие-то функции дератизатора эта штука все же выполняет.

Она посмотрела туда, куда все так внимательно и с некоторым испугом глядели: над островом Континента все также висел конус. Он медленно вращался вокруг свой оси и издавал свистящий звук.

- Почему ты так решил? Спросила инспектор.

- А ты, что разве не видишь, что с островом?

Николь только теперь обратила внимание: поверхность острова была черная от пожарищ и повсюду дымились развалины построек. На острове располагалось Центральное управление регистровых зон, но можно было еще надеяться, что часть персонала выжила в подводной части острова.

- Надо высадиться на берег, капитан. Опустите шлюпку и дайте мне пару матросов

Капитан, с опаской поглядывая на то, что они называли дератизатором, приказал спустить лодку. Два матроса, снаряженные для береговых военных действий вместе с инспектором погрузились в лодку и помчались к берегу. Конус все также висел в небе над островом, внешне не проявляя никакой агрессии. Лодка уткнулась в песчаный берег, группа вступила на остров. Илэван почувствовала угрозу и привела в боевое положение пульсар. Ландшафт острова выглядел плачевно: повсюду виднелись дымящиеся, оплавленные постройки, обгорелые стволы деревьев, везде лежал густой слой пепла. Остров был небольшой, даже с того берега на который они сошли вдалеке уже виднелась другая сторона острова. Тысячи таких островов, разбросанных по всему Атлантическому океану это все, что осталось от двух американских континентов, после того как произошла серьезная подвижка тектонических плит где-то они опустились, а где-то осталась только часть суши в виде кусков застывшей породы, образовавшейся в результате извержения лавы из разломов в земной коре.

Пепел покрывал плотным слоем поверхность острова, он лежал повсюду, и от морских брызг превратился в грязь. Ноги в плотных прорезиненных сапогах вязли в этой грязи, сильно затрудняя движения. Конус над островом начал вращаться быстрее, свист усилился. Группа остановилась, один из матросов не выдержал напряжения, у него сработал пульсар, заряд мгновенно достиг матовой поверхности конуса и растекся огненным облаком по нему. Вращение прекратилось, свист исчез. Группа застыла на месте, завороженно созерцая, как в одной из сторон конуса образовалась щель, которая стремительно расширялась, а внутри было видно огненное пламя, которое быстро формировалось в огромный пылающий шар. В этот момент открылся прямо перед ними крышка подземного убежища, и из него показалась лысая голова начальника Внутренней линии АРЗ Ганса Штольца.

- Быстрее внутрь! Крикнул он

Больше ничего объяснять было не нужно: они мгновенно попрыгали в убежище, и как только крышка плотно захлопнулась, огненный вихрь пронесся над тем местом, где они только что стояли, оплавив гранитную поверхность острова.

В убежище было тесно. В сущности, это просто стальная коробка высотой меньше человеческого роста, поэтому в ней можно было только сидеть. Красные аварийные огни едва освещали внутреннее пространство убежища, но даже при таком освящении Илэван видела, как все напуганы, кроме нее самой она не могла испытывать страх.

- Что здесь произошло? Спросила она Штольца

- Эта штука напала на поселок и выжгла просто все, думаю, едва ли кто спасся, кроме меня.

- А тебе то, как удалось спастись?

Штольц смотрел на инспектора, но выражение глаз его было скрыто красной полутемнотой.

- Сработала автоматика убежища, открылась крышка, и я просто свалился туда, так и выжил.

Илэван задумалась: население Континентов очень немногочисленно. Политика отбора только чистых людей и не использования биотехнологий для выведения новых популяций, как это принято в Городах, отрицательно воздействовало на демографию Континентов. Поэтому нападение конуса на остров в некотором роде катастрофа для всех.

- Почему он напал и что это вообще такое? Задала вопрос Николь

- Ты у меня спрашиваешь? Штольц начинал нервничать

- А у кого? Ты же начальник Внутренней линии, все должен знать об оружии Городов.

- Я знаю, что это такое.

Это сказал один из матросов, он сидел в самом дальнем углу, в красных сумерках Илэван видела только контуры его фигуры. После сказанной фразы он замолчал. Инспектор поторопила его:

- Рассказывай.

- Я с дальних островов, располагаются они почти у Антарктиды и там есть мусорные поля, полигоны старой техники от разных эпох. Я видел пару таких конусов там, говорили, что их создали еще в Новые тёмные времена. Я никогда не видел, чтобы они покидали место своей стоянки, и отец мой не видел и дед.

- Ты полноценный? Удивилась Николь

Матрос замолчал, видно испугался, что сказал лишнего и могут задать вопрос, как он попал на крейсер, будучи полноценным. Но он поспешил оправдаться:

- Меня можно назвать неэмоционалом.

- Да ладно не пугайся, никто тебя не уволит с лодки. Вмешался Штольц.

Он встал со своего места и подошел к матросу, пригибаясь из-за низкого потолка. Штольц взял матроса за подбородок и повернул его лицо к себе, стараясь рассмотреть его в красноватых бликах аварийных огней.

- Что еще знаешь, рассказывай? Велел он.

- Они управляемы. Точнее что-то или кто-то ими управляет. Если конус активизировался, значит, они следуют за кем-то из нас или за тем, что есть у кого-то. Голос матроса звучал напряженно

- Или скорее он ведет нас куда-то. Не случайно же, что мы же оказались именно у этого острова, а ни у какого-то другого.

Сделала вывод Николь Илэван. А Штольца заинтересовала последняя часть фразы матроса, насчет того, что у них есть что-то. Это его насторожило, он спросил:

- Инспектор я чего-то не знаю? Как закончилась твоя экспедиция в регистровую зону?

В отблесках красного света Николь толком не видела лица начальника ВЛ, но догадывалась, что он очень недоволен, а она не знала пока, стоит ли ему говорить о ежедневнике.

- Надо выбираться отсюда. Если его привлекает то, что я нашла, то это сейчас не со мной и есть вероятность, что нам дадут спокойно добраться до крейсера.

- Почему ты решила, что Конус охотится за тобой, а если за ним? Матрос кивнул головой в сторону Штольца Ведь импульс был им произведен именно в тот момент, когда начальник высунулся из убежища.

Мысль матроса имела основания под собой, однако, ничего не решала. Ганс Штольц, понимая, что надо как-то отвлечь от себя внимание сказал:

- В этих убежищах, обязательно есть вход в шлюз.

Он стал на коленях ползать вдоль стен, постукивать пальцем по полу и стене, пытаясь обнаружить пустоты. Эта возня в красной полутьме, наконец, принесла свои плоды в правом углу на стук костяшки пальца начальника услышан был звук пустоты. Штольц ловко опрокинулся на спину (при его широкой комплекции это было непросто) и ударил коваными сапогами в стену. Удар был сильным, так что прямоугольный кусок стенки упал внутрь, за ним открылся проход и яркий свет заполнил убежище. Начальник первым скользнул в образовавшийся проход, за ним последовали все остальные. Это оказалась платформа для электропоездов. Штольц подойдя к краю ее, посмотрел в темный проем туннеля, будто ожидая поезда.

- Я знал, что здесь есть платформа. Чутье не подвело. Объяснил он

Николь также подошла к краю платформы, на ее недоуменный взгляд Штольц пояснил:

- Это старые подземные станции. Остались еще со времен генных войн. Используются как аварийные пути отхода.

- И что, сейчас поезд придет? Поинтересовался один из матросов.

Начальник посмотрел на свой персональный резист:

- Да, минут через пять. Если вскрывается убежище с внутренней стороны, срабатывает автоматическая система, которая запускает поезд.

Все ждали в напряжении. Николь думала о том, что практически вся структура государства двух Континентов находится под океаном, на поверхности лишь сотни две разной величины островов. Отдаленно уже был слышен гул приближающегося поезда, который все быстрее нарастал. Наконец из тоннеля показался локомотив, лобовая часть его была ярко освящена. Три вагона, ведомые им, остановились, заняв всю платформу. Автоматически открылись двери, и вся группа вошла в средний, ярко-освященный вагон. Матросы осмотрели вагон и заняли свои места: один в конце вагона, другой в начале. Николь и Штольц уселись на боковое сиденье рядом друг с другом. Несколько секунд еще поезд стоял на месте, потом резко дернулся и, набирая скорость, понесся вперед. Поначалу видны были еще стены туннеля, и мелькающие фонари, но потом все слилось в единый поток.

- Итак, ты нашла некий артефакт? Покрывая голосом шум от движения поезда спросил начальник

- Вряд ли я могу поделиться с тобой информацией, это в компетенции командования АРЗ, так как найдено это было на территории одной из законсервированных зон. Это не входит в компетенцию "Внутренней линии".

Штольц усмехнулся, он ожидал чего-то такого от Илэван. Отношения с АРЗ у "Внутренней линии" всегда были непростыми. Структура Линии была создана Правительством Континентов для контроля Администрации РЗ, естественно командование относилось к ВЛ с некой степенью враждебности.

Николь и Штольц отвернулись друг от друга. Больше не разговаривали до места остановки поезда. А оба матроса задремали. Тоже мне, охранники - усмехнулась про себя инспектор. Вскоре поезд остановился. Бесшумно отворились двери, все вышли. С новой платформы, освященной на этот раз не так ярко, а чуть приглушенно, открывалось три коридора. Ганс Штольц направился в центральный коридор. Вскоре они увидели стеклянные раздвижные двери, а за ними огромный зал, наполненный столами с персональными компьютерами и сновавшими туда-сюда офисными работниками. Они вошли. Окинув рукой все представшее им Штольц заявил:

- Это штаб Внутренней линии.

На лице его было написано самодовольство и отчаянная решимость. Такое странно смешение противоположностей ущербного духа дополняли друг друга.

- Пойдем в мой офис, он в самом конце зала. Поговорим. А матросы твои пока могут отобедать и отдохнуть.

Штольц подозвал к себе щелчком пальцев пробегавшего мимо молодого человека в идеально сидевшем на нем костюме неопределенного цвета, но с оттенком лилового. Отдал ему распоряжение и матросы с этим клерком удалились куда-то в левую часть зала.

Начальник Линии без предупреждения, на удивление ловко, несмотря на свою пухлую фигуру, перемещался между офисных столов. Илэван только и оставалась, что следовать за ним. По профессиональной привычке она всматривалась в лица офисных работников. В основном это были женщины. Одеты все одинаково: белые блузки, черные юбки, черные туфли на небольшом каблучке. Видимо это была их униформа, не оставляющая свободы самовыражаться. Уже миновав зал Николь, наконец, смогла осознать, что ее смущало в этих стройных, фигуристых работницах. Они все были пожилые, в возрасте, примерно 60 70 лет. Штольц остановился перед небольшой дверью, достал ключ из кармана своего комбинезона и открыл дверь.

- Заходи, инспектор, это мой кабинет.

Начальник щелкнул выключателем, загорелись на потолке неоновые лампы. Невольно у Илэван мелькнула мысль: Откуда он берет такую древность. Мысль могла сорваться вопросом, но опережая его, Штольц пояснил про лампы:

- Это Хранители поставили мне партию. Они нашли какой-то стадион и там целые залежи всякого добра, некоторые вещи возрастом по несколько тысяч лет и, как видишь, прекрасно сохранились.

Лампы освещали кабинет очень ярко, по углам был свален всякий хлам: в основном очень древние компьютеры, какие-то шарниры, железные полки и крюки. Посреди кабинета стоял стальной стол, Штольц сел за него. На столе лежала небольшая коробка из картона. Начальник, открыв ее достал тонкую белую сигарету и закурил. Разгоняя выпущенный изо рта дым, он сказал:

- Это тоже от Хранителей. Как будто вчера сделали. Таких сейчас нет.

Он хохотнул и закашлялся:

Что это я: сейчас никаких сигарет не делают.

Николь стояла перед ним и продолжала изучать обстановку, а он курил и смотрел на нее.

- Ты нашла ежедневник Тимея?

Ни единый мускул не дрогнул на лице Николь, она не могла удивиться или прийти в смятение от вопроса начальника.

- У тебя шпион в команде Саблера? - Спросила она.

- Внутренняя линия везде имеет своих людей, такая наша работа, все знать. - Не стал отпираться Штольц.

Николь, заметив стул в углу кабинета, взяла его и подвинула к столу. Села, руки сложила на столе, посмотрела в глаза Штольца, он выдержал взгляд.

- Да я нашла в законсервированной регистровой зоне, некий артефакт. Его можно назвать ежедневник. Тебе что-то известно об его составителе?

- Немного. Тимей Скачков жил где-то в начале третьего тысячелетия. Он был создателем первого в мире искусственного интеллекта, синхронизированного с человеческим мозгом. У нас есть догадка, что ему удалось совместить и сознание своей жены Дарни.

- Для чего это ему было нужно?

Николь вспомнила просмотренную запись из ежедневника, но спросила Штольца просто, чтобы понять, что он сам знает.

- Исходя из того, что первоначальная задача, которую Тимей ставил перед собой, заключалась в том, чтобы вычислить наиболее оптимальный алгоритм развития человечества с помощью ИИ, думаю, он пытался усилить возможности машины.

- И?

- Он создал Умнику. Совершенную систему, которая в симбиозе с человеком в какой-то момент начала выстраивать новый алгоритм развития человечества. Мы считаем, что это произошло как раз в Новые тёмные времена.

- Откуда такая уверенность?

- В то время уже была создана разветвлённая сеть различных организаций и предприятий Умники. Масса людей, даже не подозревая об этом, работали в лабораториях, на заводах, испытательных площадках, созданных под руководством этого симбиотического электронного устройства. И вот тогда, как я думаю, появился еще один узел синхронизации, возможно, какого-то периферийного устройства, созданного Умникой в виртуальном пространстве, и оно было синхронизировано с неизвестным нам человеческим сознанием, существующем в облачной сфере.

- Т. е. он существовал виртуально?

- Я думаю, он и сейчас существует. И именно он задал новый вектор развития парадигмы.

- Парадигмы?

Для Николь было много непонятного в том, что говорил Штольц, у нее складывалось такое впечатление, что начальник ВЛ уверен в ее осведомленности, а это было не так, но она не подала виду.

- Это схема того, как человечество будет развиваться дальше. Или, точнее, с того места до которого был рассчитан алгоритм действий ИИ самим Тимеем.

Штольц открыл ящик стола и достал оттуда маленькую коробочку, которую положил на стол. Он нажал еле заметную кнопку на крышке, коробочка открылась.

- Смотри. Предложил начальник.

Николь заглянула внутрь, но увидела только бархатистое дно, покрытое пленкой.

- Тут ничего нет. Сказала она

- Ты внимательно посмотри.

Николь поднесла коробку ближе к глазам, а потом потрогала пленку пальцами, она легко отделилась, инспектор вытащила ее из коробки.

- Это еще одно изобретение Тимея. Всякая информация, записанная на любой носитель недолговечна в хранении. Скачков решил эту проблему своеобразно: это биополимер с функцией самокопирования. Один слой умирает, другой рождается с точной копией предыдущей информации и так очень долгое время. Почти до бесконечности. Гениально!

Инспектор посмотрела пленку на свет ничем она была неотличима от обычного куска полимера.

- Разве материалы, основанные на биологических носителях долговечны? Усомнилась Николь

Штольц взял у нее пленку, положил в коробку, убрал ее в стол и ответил:

- В мире нет ничего более долговечного, чем сама жизнь, инспектор. Но не в этом суть. Этот носитель немного вносит неясность в мою теорию по поводу того, как Умника направляет историю человечества.

- А есть какая-то теория?

- Да. Я думаю, дальнейшее развитие состоит в том, чтобы создать условия для большого взрыва. СОГи нужны, чтобы синтезировать необходимое количество энергии, вызвать цепную реакцию в масштабах Вселенной.

- А почему неясность?

- Зачем Тимею понадобился биополимер памяти? Если алгоритм был заложен с тем, чтобы в какой-то момент сделать такой поворот, зачем что-то записывать? Если все погибнет.

- Может просто искал способ надежного сохранения информации?

Штольц посмотрел на инспектора с некоторым подозрением. Он решил, что не стоит рассказывать ей все: почему она такая непонятливая? Он был уверен, что она знает больше чем он сам. Штольц предложил:

- Нам надо выбираться с острова. Где там ваши матросы?

Николь отправилась за матросами. Но выйдя из кабинета и оказавшись среди офисных работниц, она задумалась: тот артефакт, которым она овладела тоже из пластика, возможно, это большой носитель памяти. Какой памяти? Чьей? Она еще раз прокрутила в голове разговор с Штольцем, что-то он не договаривает или не знает. Стоит ли ему доверять?

Работницы совершенно не обращали на нее внимания, казалось, просто без всякой цели перемещались от стола к столу, брали с одного стола бумаги, клали их на другой и так без конца. Движения их повторялись всякий раз и снова и снова. Николь осенило: это же реплики, весь зал этих существ андроиды-реплики, порождение врачей. Это их идея вечного повторения, в которой они и видят смысл бессмертия. Но возможно тогда все, что сказал ей Штольц обман. Просто попытка заставить ее отдать артефакт

Позади громко хлопнула дверь. Инспектор резко обернулась: на пороге кабинета стоял начальник ВЛ, казалось очень медленно его рука с зажатой в ней пульсаром поднималась, чтобы сделать выстрел. Николь отклонилась в сторону и сделала два резких шага вперед, включился излучатель защиты и выпущенный начальником импульс прошел по касательной силового поля, разворотив стену. Пригибаясь Николь побежала к проходу, где ее уже ждали матросы. Еще два заряда вздыбили бетонный пол под ее ногами, но она, благодаря экзоскелету удержалась на ногах, и подброшенная взрывной волной кубарем скатилась прямо к ногам одного из матросов. Он был вооружен только огнестрельным оружием, сделав два не очень точных выстрела в сторону Штольца, он все же заставил его пригнуться и спрятаться за одним из столов.

- Быстрее, сюда. Сказал матрос.

Он подхватил Николь под руку. Они скрылись в проходе, который вел в столовую. Закрыли стальную дверь, забаррикадировав ее столами.

- Что дальше?  Спросила у матроса Николь. Теперь она разглядела его яснее: вытянутое лицо, рыжие волосы, рыжая щетина, взгляд твердый и решительный.

- Чего линейнику надо?

- Он хочет забрать артефакт, который я нашла в заброшенной зоне.

Она ответила машинально, матрос не понял, но вникать не было времени: импульс мощно ударил в дверь, выгнув сталь, как бумагу. Еще мгновение и дверь вылетит под натиском следующего импульса.

- В сторону! Крикнул рыжий матрос и прижал Николь к стене. Пол под ними задрожал и по наклонной опустился вниз, они оба покатились по нему, оказавшись на широкой платформе.

- Здесь пешком.

Сказал рыжий матрос и оглянулся. Его товарища не было рядом. Видно при сдвиге он не успел проскочить в образовавшуюся щель и остался наверху. Платформа отличалась от той, что они пользовались прежде здесь не было никаких путей для поездов, будто их забыли проложить. Просто имелась глубокая выемка под пути и сама платформа.

- Это бетонные дороги соединяющие Узлы Континентов. Пояснил матрос, не оборачиваясь на Николь, она едва успевала за ним. Было ясно, что он хорошо знает маршрут. Факт, вызвавший подозрение у Николь, она тотчас спросила об этом рыжего матроса, тот не стал скрывать объяснил ей, не снижая скорости и не поворачиваясь:

- Я работаю на Внутреннюю линию. На Саблере еще несколько агентов разных спецслужб, мы все друг о друге знаем, каждый делает свою работу.

- Ты не ГМО?

Матрос остановился на мгновение, он был явно возмущен, но, не глядя на инспектора, ответил:

- Я из чистых. Родился и вырос в одном из Бургов Континентов

- Как твое имя?

- Сосфен.

- Что нужно Штольцу? Артефакт? Но зачем он хотел меня убить?

- Он не хотел тебя убить. Откликнулся Сосфен Ему нужен ежедневник Тимея. Заметь, что все импульсы уходили в сторону. Если бы он хотел тебя убить, ты бы давно была мертва.

Она включила ридеры дополнительной защиты. Пока не очень доверяла этому Сосфену. Он, наконец, остановился и сказал:

- Пришли.

В стене была узкая дверь. Сосфен осторожно открыл ее. За ней находилась кабина лифта, они вошли. В нем было так тесно, что им пришлось прижаться друг к другу, соприкасаясь подбородками.

- Это капсула эвакуации.

Успел прошептать матрос и дверь снаружи резко захлопнулась. Капсула заполнилась анабиозной жидкостью и, теряя сознание, Николь только успела подумать: Какая странная эвакуация.

* * *

Пульсар Штольца сгенерировал только два разряда. Настроен пульсар был так, чтобы не причинить вреда инспектору, лишь создать видимость агрессии. После того, как матрос и Николь скрылись в проходе, начальник включил связь. В эфире был слышен сначала только шум и трескотня, потом хриплый голос сказал:

- Да.

- Все прошло благополучно. Капсула уже в пути.

Штольц отключил связь. Почему я им помогаю? Это же все бред какой-то - еще раз сказал он себе. Неделю назад на него вышел представитель Комиссии безопасности городов, а потом к ним еще через два дня присоединилась Охрана врачей. Ганса тогда удивила такая синхронность. При ближайшем наведении справок, оказалось, что они действуют независимо друг от друга, но просьба у них была одна и таже: перехватить инспектора Николь Илэван. Обычного рядового инспектора. На вопрос его: Зачем? они оба озвучили именно вот эту странную версию, что Умника посредством гиплотахов хочет взорвать вселенную и что якобы в руки к Илэван попал важный элемент в этой системе, который надо любым путем перехватить. Между службами существовал договор о сотрудничестве и Штольц не отказал в помощи, тем более, что самому ему надо было выяснить все подробности.

Гидрокапсула с агентом Сосфеном и инспектором Николь должна была уже всплыть. Штольц выбрался из убежища через запасную штольню и сразу оказался в северо-западной части острова. Здесь не было никаких построек, и поэтому поверхность не пострадала от действий конуса. Несколько пальм росло на берегу, ветер гулял в их густой листве. К берегу прибило прозрачную анабиозную капсулу, внешне она была похожа на огромную фасолину, внутри которой плавали Николь и Сосфен. Капсула вращалась по оси.

Конус висел над восточной частью острова и вращался также, как капсула только в противоположную сторону. Действия конуса были непонятны: зачем он сжег поселок? Версию о том, что он реагирует на кого-то из них, Штольц не принимал, скорее он сопровождал подводный крейсер и устранял малейшую опасность, которая могла ему угрожать. Такой опасностью он посчитал поселок над Убежищем. Все это было похоже на осуществление вариативной ковенантской теории, которую в далеком прошлом сформулировал Тимей Скачков.

Штольц связался с капитаном Саблера, он был уверен, что тот не откажет ему в помощи, так как подводные лодки находились в прямом подчинении у "Внутренней линии". Собственно, когда-то именно руководство Линии настояло на том, чтобы свободный подводный флот сохранили и использовали в качестве челноков для перевозки грузов, выполнения различных секретных операций и для охраны Континентов.

Кодра Тура не сразу ответил. Это могло вызвать у Штольца подозрение в его нелояльности, хотя он сразу отбросил эту мысль, потому что экипажи лодок, состоящий из нечистых полностью зависели от Континентов. Наконец ответ последовал:

- Капитан подводного крейсера Саблер Кодра Тура слушает.

- Это Штольц. Пришли эвакуатор, у меня тут анабиозная капсула. Ее надо перевезти на крейсер.

Начальник видел, как всплыла лодка на горизонте, и краем глаза наблюдал за конусом: тот не двигался, все также вращаясь. На лодке медлили. По протоколу в случае спасательных операций сразу по всплытие должна было быть спущено эвакуационное судно. С правой стороны крейсера отделился вытянутый цилиндр матового цвета. Он поднялся на несколько метров над поверхностью воды, а потом быстро полетел к берегу, не долетев до капсулы метра два, цилиндр вдруг перевернулся и упал в воду, развернувшись в надувной плот. Манипуляторы погрузили капсулу на плот, Штольц забрался без их помощи. Неспешно поплыли к крейсеру, он видел, как с капитанского мостика Кодра Тура разглядывает его в бинокль.

Уже на борту Штольц изложил тот вариант событий, который нужно было знать капитану Саблера: что инспектор Николь Илэван завербована разведкой Городов и украла важный артефакт для того, чтобы передать его руководству Гамбига. Кодра Тура уточнил, куда нужно теперь проложить курс. Штольц немного подумал, прежде чем ответить. Прежний план вернуться в главный Узел Континентов его не устраивал, поэтому он отдал другой приказ:

- Держим курс на порт нижнего уровня Гамбига.

Кодра Тура беспрекословно выполнил приказ: лодка в надводном положении отправилась по новому курсу. Штольц посмотрел на Конус расстояние до него увеличивалось, махина пока стояла на месте. Начальник Линии подумал про Кодра Тура: Кто его знает, что в башке у этого асциала. Его системы распознания сигналов мозга на асциалов была не настроена. В порту Гамбига, этого гигантского поселения вытянувшегося внутрь материка на сотни километров, его ждал гиплотах Гермес. У него был какая-то информация для него, по каналам связи он не хотел ее озвучивать.

- Почему мы в надводном положении идем? - Возмутился Штольц.

Капитан равнодушно пожал плечами.

- Погрузиться и выжать из этой посудины все что возможно. Мы должны быть в порту как можно быстрее.

Отдал распоряжение начальник Линии, а затем велел дать ему в качестве сопровождающего матроса, который покажет ему каюту Николь. Там он все перевернул верх дном, но ежедневника не нашел. Заглядывая под кровать, он увидел только пыль. Матрос в дверях каюты стоял как изваяние, лицо его было непроницаемо. У Штольца мелькнула мысль: может ежедневник, инспектор передала капитану. Ганс отправился на капитанский мостик. Там царила тишина, все на своих местах сидели и сосредоточено наблюдали за приборными досками. Кодра Тура завис у перископа, он видел, что в рубку вошел Штольц, но взглянул на него, только когда убрал перископ.

- Какие-то проблемы, начальник? Холодно спросил он.

- Я не нахожу в каюте Илэван ежедневника, может она тебе отдавала?

- Нет.

Ответил капитан, как будто ждал этого вопроса. Штольц немного смутился, Кодра Тура заметил это и попытался помочь ему.

- Начальник, разбуди инспектора и спроси у нее.

Это вывело из себя Штольца, он резко ответил:

- Что ты, капитан, несешь! Знаешь же, что капсула находиться в автоматическом режиме, а значит, Николь Илэван можно разбудить не раньше, чем через, он посмотрел на бортовые часы 45 часов.

Кодра Тура посмотрел в его брови, они были настолько густые, что именно такое ощущение и создавалось, когда хотелось посмотреть в глаза Штольцу - смотришь ему в брови. Понимая, что ничего сейчас не добьется от капитана, Ганс Штольц смирился.

- Пойду спать. Надо отдохнуть. Какую каюту мне занять? Спросил он.

- Занимай каюту инспектора.

Кодра Тура повернулся к начальнику Внутренней линии спиной, отдавая какие-то распоряжения своему помощнику. Штольц пошел в каюту. Сон одолевал его. Однако, как только он добрался до каюты и лег на кровать спать перехотелось. Лезли мысли в голову, как казалось Штольцу ненужные. Он, как глава Внутренней линии вправе принимать решения самостоятельно для обеспечения безопасности Объединенных наций двух Континентов. Не имея понятия о государственной структуре этого образования и никогда не видя руководство Континента, Штольц, как ему казалось, все делал правильно. Получив сигнал от Сосфена о миссии инспектора АРЗ, он тут же принял меры: вылетел на один из островов, чтобы контролировать перемещение лодки. Неожиданное вмешательство гидродронов, казалось, спутало все планы, но техники Линии смогли нейтрализовать их с помощью Конуса, который с давних времен висел над Антарктидой. И вдруг Конус вышел из-под контроля, стал действовать против него, а значит и Внутренней линии. Кто управлял Конусами, было неясно, но Штольц смутно прозревал, что как-то все связано с этим самым артефактом, который спрятала инспектор. Эта мысль не давала покоя Штольцу, он заворочался на кровати и встал, перевернул матрас, даже попытался отодрать обшивку. Все в поисках ежедневника и все напрасно. Куда она могла его деть? Здесь, на лодке. Включилась громкая связь и Штольц услышал сообщение капитана:

- Господин начальник, поднимитесь на капитанский мостик. Нужно посоветоваться.

На мостике по-прежнему царило спокойствие. Капитан с помощником молча рассматривали жидкий монитор бортового компьютера. Когда Штольц вошел капитан кивнул головой в сторону изображения на мониторе, начальник сразу распознал контуры Конуса.

- Появился совсем недавно, держится на расстоянии двух километров. Впереди порт. Всплывать?

Ганс Штольц обдумывал, что предпринять. Как будет вести себя Конус, он не мог знать, но с другой стороны, Николь Илэван на борту, возможно, это какая-то гарантия. Подняв перископ, он рассматривал Нижний уровень Гамбига. Туман мешал видимости, но ясно был различим причал для подводных лодок.

Штольц велел всплывать и причаливать. Через десять минут он стоял на мокрой поверхности причала, всматривался в туман, слушал шум моря. Гермес должен был прийти с минуты на минуты. Штольц продумывал свои дальнейшие действия: если нет ежедневника в каюте инспектора, то он у нее с собой. Он припоминал, что видел у Николь дорожную сумку, которая через плечо болталась на ремне. Штольц услышал звук шагов по деревянному настилу, из тумана выплыла фигура гиплотаха в зеленом подряснике, поверх которого накинут белый плащ с изображением скри на плечах. Капюшон одет был на голову, из прорезей поблескивали глаза гиплотаха.

- Приветствую тебя, Ганс. Что на этот раз?

Недружелюбно спросил Гермес Штольца, остановившись в нескольких шагах от начальника ВЛ.

Ганс не обиделся. Мотивы гиплотаха ему были не ясны, цели тоже, но он почему-то сотрудничал с Внутренней линией. Мотивы Гермеса не так важны для дела, главное через Гермеса можно было осуществить дальнейшие планы относительно Николь и ежедневника.

- Мне нужно попасть в лабораторию. Есть два носителя, один вот Штольц вынул из кармана коробку с биополимерными пленками и протянул Гермесу А другой на борту Саблера. Кстати, и транспорт нужен.

Гиплотах прошел мимо Штольца до конца причала, внимательно осмотрел лодку, которая едва заметно качалась на волнах.

- Хорошо. Но ты должен мне выкрасть дочь местного старейшины хуторян Гора Ролдана Аманду.

Просьба несколько удивила Штольца, но он не стал ничего уточнять, просто сказал:

- Ладно. Пошлю лучших бойцов, Чистую кровь.

Гермес перестал рассматривать крейсер и повернулся к Штольцу.

- Любите вы, континенталы, всякие издевательские названия давать вашим элитным группам спецназа. В наше время так уж они чисты? Ладно, днем жди транспорт.

Гермес ушел в город. День прошел в мучительном ожидании. Штольц сидел на причале в одиночестве, экипаж лодки не показывался, в порту было тихо. Начальник направил сообщение в центр, с приказом снаряжать группу Чистая кровь для захвата Аманды.

Наконец, в полдень, прибыла платформа и бесшумно опустилась на поверхность причала. Капсула с инспектором и Сосфеном уже была извлечена и покачивалась на волнах рядом с причалом. Засуетились рабочие-гомоиды, с помощью лебёдки уложили капсулу на платформу и закрепили. Штольц сам заскочил на платформу и, вцепившись в перила, ожидал, когда платформа поднимется вверх, но ощутил сильный удар по голове, от которого потерял сознание. Кодра Тура, а это именно он нанес удар Штольцу эбонитовой палкой, пнул начальника Линии носком сапога, чтобы убедится, что тот в отключке. Капитан услышал, как кто-то крикнул с причала:

- Вот зачем надо было так делать?

Это был Гермес. Он стоял в самом начале причала, спрятав руки в глубокие складки своего плаща.

- Все же шло по плану.

Продолжая свою речь, отчеканил гиплотах, голос его звучал глухо из-под капюшона-маски. Кодра Тура потянулся рукой к пульсару, Гермес заметил это движение и попытался успокоить капитана:

- Я на вашей стороне.

Как можно убедительней сказал он. В это время несколько матросов с лодки спешили на помощь капитану. По его приказу они снова загрузили капсулу с инспектором на борт, вскоре крейсер отчалил от пристани и взял курс в открытое море. Гермес только проводил его взглядом и помог встать на ноги очухавшемуся Штольцу, тот постанывал и держался рукой за разбитую голову.

- Что, ушел? Изрек очевидность Штольц и прибавил - Я подозревал этого асциала Кодра Тура. Так и думал, что будет с его стороны какой-то подвох.

- Не переживай. Если мы перехватим Аманду, то сможем полностью контролировать Умнику

Штольц встрепенулся, будто позабыв о разбитой голове, настолько потрясла его информация гиплотаха.

- Как? Только и мог сказать он

- Я нашел пункт управления Умники. Тот самый, древний, с которого все началось. Но чтобы его включить и войти в систему, нужен ключ-пароль. Думаю Аманда и есть этот ключ.

Штольц вызвал гравикоптер. В ожидании его оба молчали. Начальник "Внутренней линии" поглядывал на гиплотаха, смутно подозревая его в том, что как-то Гермес был замешан во всей этой ситуации. Гиплотах сквозь прорези капюшона-балаклавы смотрел на начальника. Он ни минуту не сомневался в том, что Штольц не доверяет ему. Однако наживка в виде ключа-Аманды наверняка заинтересует Штольца, получить доступ к серверам Умники стоило многого. Под покровом капюшона Гермес усмехнулся: его забавляла эта мышиная возня разных спецслужб, которые давно никого не защищали и не обеспечивали ничью безопасность. А просто вели собственные игры, смысл которых порой не знали сами руководители этих служб. Впрочем, Штольц, пожалуй, был самый осведомленный и понимающий, а главное у него имелась своя теория смысла существования той службы, которую он возглавлял Внутренней линии АРЗ. Удивительно! Службы безопасности, когда-то создававшиеся в древности, теперь самодостаточны, представляют замкнутые системы, являющиеся, в некотором роде хранительницами традиций.

Гравикоптер бесшумно подлетел к причалу и опустился настолько, чтобы начальник мог запрыгнуть в открытую дверь. Гермес проводил взглядом поднявшийся в воздух и быстро удалившийся летательный аппарат, поправив на груди медное скри и отправился в Одиннадцатый СОГ.

Из доклада инспектора Администрации регистровых зон (АРЗ) Николь Илэван Высшему совету Объединенных наций двух континентов.

Экономика Гиплотахической империи держалась на двух монополиях: энергетическо-продовольственной компании Эхо и корпорации DBC занимавшейся, разработками в области медицины, генной инженерии, электроники и военной техники. Некоторые эксперты считают, что противоречия между этими двумя экономическими монстрами и привели к гибели Империи. Эхом владели представители частного капитала, а управляющую элиту компании составляли те, кто не входил в Братство гиплотахов, а Ди-Би-Си наполовину была государственной и контролировалась непосредственно Братством. 

Внутри корпорации была образована мощная служба собственной безопасности под названием Внутренняя линия. Одновременно она являлась секретной лабораторией по разработке супероружия и неисчерпаемого источника энергии. Главой и создателем ВЛ стал помощник Гарольда Дана доктор Глен Браун. Деятельность ВЛ была совершенно засекречена, но некоторые подробности нам стали известны. В частности, мы знаем, что персонал ВЛ состоял из андроидов модели СH 13/57в, и гомоидов модели BD 14/58г. Эти модели были по своим техническим характеристикам максимально копировали человека, органика в них составляла 85 %. Квантовые процессоры ускоренного типа на биополимерах. Фактически они стали последним шагом на пути создания реплики человека на основе протопласта. Ими был разработан дератизатор и ИБЭ (источник беспрерывной энергии) или в просторечии Реактор. Дератизатор оружие массового уничтожения принцип действия, которого мы не можем понять до сих пор, хотя Силы безопасности регистров успешно им пользуются при диверсионной деятельности против дикарей. О реакторе мы знаем только то, что он расположен под одним из СОГов и именно он дает энергию для всех Городов. Реактор законсервирован, работает автономно, где находится ключ от него неизвестно.

После гражданской войны в Империи и распада ее, компания Эхо перестала существовать, так же как и корпорация, но осталась служба безопасности ВЛ, действующая до сих пор на всем пространстве некогда занимаемым разными странами. Формально она подчинена руководству АРЗ, но деятельность ее направлена не на пользу АРЗ и это, безусловно, но вот какая конечная цель ВЛ неясно. Состоит эта служба из представителей искусственного интеллекта, но Начальник ее человек Ганс Штольц, назначенный на эту должность Высшим Советом Объединенных Континентов. Все другие спецслужбы (Охраны порядка периметра, Комиссия борьбы и прочее) регистров и Объединенных Континентов, а также дружественных нам СОГов действуют против ВЛ

Из аналитической статьи доктора Анджея Ставинского Учение гиплотахов в мартовском номере нет-журнала Ортодоксия

Происхождение священной книги поклонников Хааб Гиплотахия покрыто мраком тайны. Поэтому суть учения их мы вынуждены собирать по крупинкам. В целом гиплотахи склонны не афишировать свое учение. Его можно было бы отнести по праву к тайному учению, если бы не активное стремление братьев распространять свое учение, прежде всего среди молодежи. В руках гиплотахов все образование и воспитание юношества нижних уровней городов. Многочисленные училища разного типа благодатная почва для вербовки себе сторонников среди неокрепших душ. Численность братства растет.

Как известно, основная часть Братства состоит из гиплотахов, которые не могут быть воинами, да и вообще как-либо использовать насилие для решения проблем. На этот случай у гиплотахов есть Орден Армагеддона. Эта свора безжалостных убийц во главе со своим магистром Ансельмом Раном, который носит титул алтуса Наместника, готовы за интересы Братства убить любого. По сути именно страх перед ними и является основой нынешней власти на обширных пространствах нижнего уровня. Внутри Братства Ордену противостоит только Стража Спиры, состоящая из профессиональных воинов-наемников, которые имеют только одну задачу: охрана Спиры от любой угрозы, даже если она исходит от Ордена. 

[1] Сексюси - срочная секс помощь, примерно так можно перевести это слово. Сеть компаний и фирм, предоставляющих гражданам городов сексуальные услуги разного уровня. Сексюси играет важную роль в товарообмене с СОГами, так как именно они поставляют в Общины готовый человеческий материал и сперму.

Глава II

Хронологический индекс: ош Вода (15 июня 8999). Состояние суток: утро. Место: Мегаполис Гамбиг. Верхний уровень.

Нукес Вуд покинул Пятнадцатый СОГ рано утром с первой капсулой, вышедшей на трассу. В капсуле спал. Очень устал за вчерашний день, и поэтому хотелось просто хоть как-то выспаться, чтобы не принимать биотоников. Путь от СОГа до города занимал всего полчаса, в трех километрах от Гамбига капсула начинала торможение, и легкий толчок разбудил Нукеса. В лобовой иллюминатор ему был виден плазменный защитный купол города изумрудного цвета. В лучах восходящего солнца купол искрился и сиял. Капсула на мгновение остановилась, ожидая разрешения на въезд в город, а затем снова ринулась вперед в считанные секунды, достигнув посадочной платформы вокзала.

С платформы, расположенной в нескольких километрах от поверхности земли открывался прекрасный вид на нижний уровень Гамбига. Все пространство внизу было заполнено маленькими прямоугольными, кубическими, сферическими, пирамидальными и разного рода другой формы домами людей нижнего уровня. То там, то здесь возвышались небоскребы Сексюси с гигантскими рекламными ИК-панелями, на которых появлялись изображения голых девиц. Изображения менялись с такой поразительной быстротой, что Нукес едва успевал их рассмотреть. Иногда ролик на панели замирал, и на матовом фоне высвечивалась фраза: Наслаждение в Сексюси.

Между небоскребами плавали платформы, принадлежащие разным частным компаниям и населенные людьми среднего уровня, и, наконец, над самым центром города зависла платформа с ажурной башней корпоративного дома людей высшего круга. Дом был чудовищен по своим размерам и облеплен со всех сторон башнями, башенками, пристройками, в которых помещалась вся инфраструктура дома. Поймав такси-гравикоптер, Нукес Вуд устремился к дому. Гравикоптер старательно облетал все препятствия на своем пути, поднимаясь плавно, то вниз, то вверх. Нукес смотрел через прозрачный бронепластиковый пол машины на город нижнего уровня. Там уже кипела жизнь, нескончаемые автомобильные и людские потоки двигались по дорогам. Отсюда с огромной высоты эти потоки были похожи на разноцветные ручьи или на кровь, текущую по венам огромного организма под названием Гамбиг. Невольно в голову Нукеса пришла мысль о том, что сам Гамбиг и еще три подобных ему мегаполиса это всего лишь навсего продукт той борьбы за выживание, которую вело человечество за последние полторы тысячи лет. Это результат унификации и приспособления к новым условиям жизни, это попытка отстоять свое право на жизнь и свободу вопреки всему. Во имя этого было принесено много жертв. Первая из них отказ от семьи как ячейки общества, от воспитания человека в семье. Важный шаг, который позволил регулировать рождаемость. А проблема с рождаемостью, с продолжением рода с конца XXV века стояла очень остро. Отказ от продолжения своей жизни в потомстве из-за культа крайнего индивидуализма и стремления к наслаждениям поставил цивилизацию на грань вымирания и скорого исчезновения. После всех катаклизмов было найдено самое верное средство борьбы с этой болезнью. Теперь каждая женщина обязана была иметь ребенка или зачать его, чтобы потом он вызрел в инкубаторе. Все опыты по клонированию людей ни к чему хорошему не привели. Клоны жили мало, были подвержены разным болезням в большей степени, чем обычный человек. Да и, кроме того, чаще всего рождались умственно отсталыми. В конечном итоге если и дальше рассчитывать на клонологию (так стали называть науку по выведению клонов), то человечеству грозило вырождение в общество идиотов. Кризис методов клонологии наметился к середине XXII века. Однако новые открытия в области репродукции клонов Гарольда Дана все изменили. Клоны заняли в человечестве свое место и на многих позициях жизни отчасти вытесняли самого человека.

Гравикоптер плавно опустился на одну из эстакад, выпирающих из чрева корпоративного дома. Длинный коридор входа, освященный светопанелями, вел внутрь, от него расходились ответвления в разные части дома, и можно было взять небольшой электрокар, чтобы добраться до нужного помещения, но Нукес решил прогуляться пешком, а заодно обдумать, что ему говорить отцу.

Отец Нукеса Гарри Вуд был лидером партии Стерео и главой клана Вудов-Импастеров, самого многочисленного среди людей высшего круга. Для Нукеса отец был идеалом во всем, и личная преданность ему понуждала слепо следовать всем его указаниям. Хотя не все взгляды и мнения Гарри Вуда разделял его старший сын. Преданность эта происходила исключительно из чувства благодарности к отцу за то, что он никогда не забывал о своих сыновьях. Этой благодарности не было у Аби, который считал, что родители предали и своих сыновей и свою дочь Магиллу Вуд. Странные это были чувства, такие, что и не должны были возникнуть в душах молодых людей в том обществе, в котором они выросли. По законам мегаполиса каждая пара людей среднего и высшего круга могла за свою жизнь иметь только одного собственного ребенка, которого они могли называть своим сыном или дочерью. Но люди этих кругов не имели права воспитывать своих детей сами, а отдавали их в дома постоянного пребывания (коллекторы), где они находились под надзором воспитателей и учителей. До 14 лет они содержались в коллекторах, а после в розариумах вплоть до своего совершеннолетия наступавшего в 21 год. Здесь они получали образование и воспитание.

Мужчины двух кругов обязаны были еженедельно отдавать свое семя или зачинать нейтральный плод, для чего, и устроена была сеть Сексюси, а женщины отрабатывали в Сексюси один день в месяц или устраивались туда на постоянную работу с целью оказания секс-услуг. Впрочем, в этой сфере работали только женщины нижнего круга. Различные сексуальные извращения типа гмосексуализма, трансвентизма, лесбиянства жестко преследовались. Да, и в отличие от 3-4 тысячелетия, когда такие извращения процветали в человеческом обществе, ныне отклонения на такой почве ликвидировались на зародышевом уровне с помощью соответствующих медико-биологических манипуляций с генами человека. Можно, правда, было купить себе право не проходить эти обязательные процедуры, но для этого нужно было иметь очень много денег или оказать какие-то важные услуги городу.

Гарри Вуду по внутренней связи уже доложили о прибытии сына. Он ждал его в зале заседаний. Нукес застал отца в пустом зале сидящим в кресле. По всей окружности зала и на стенах были расставлены и развешены, разного размера мониторы и на них в это время транслировалась одна и та же картинка: часть разрушенной вакуумной трубы, дымящиеся останки капсулы и снующие туда-сюда пожарные Гамбига. Гарри Вуд поднялся из кресла на встречу сыну, казалось, его огромное тело заняло пол зала. Отец и сын обнялись, и Гарри указывая на мониторы пророкотал:

- Ты мог бы поехать этим рейсом и тогда я уже никогда не увидел тебя.

- Что это? Спросил Вуд, наблюдая картинку на мониторах.

- Какие-то боевики в форме стражи Спиры взорвали капсулу с членами нашего продовольственного комитета, вот смотри.

Один из мониторов стал показывать картинку, снятую камерой слежения, на ней трое дюжих стражей с шевронами Спиры (золотистая монограма Братства гиплотахов не вписанная в белый ромб) на униформе, готовились к выстрелу, затем производили его.

- Это провокация! - Сразу же решил Нукес.

- Я тоже так думаю, - отозвался отец. Но поди докажи это нашим противникам в Парламенте. После этого теракта, даже самые колеблющиеся и сомневающиеся присоединятся к партии Моно и нам можно забыть об объединении городов и СОГов. А потом, если это провокация, то кто на это решился, какая спецслужба, чья разведка? Но сейчас у нас практически нет времени рассуждать, через минуту начнется экстренное заседание парламента.

Нукес занял свое место в кресле рядом с отцом. Мониторы погасли, затем снова осветились, и появилось изображение членов парламента Гамбига. Все они молча смотрели на Вудов, как будто от них ожидая объяснения всему произошедшему в это утро. Наконец слово взял лидер партии Моно и глава клана Гравингеров-Клаусов Йен Мориц Гравингер:

- Итак, Гарри, твоя установка на объединение с СОГами потерпела крах. Я считаю, что после этого случая можно было бы вообще распустить партию Стерео, так как все ваши идеи оказались несостоятельными. Партия Моно и клан Гравингеров-Клаусов всегда стояли за союз с державами двух континентов. В этом наше спасение от всех угроз, от гиплотахов, террористов, дикарей. Неужели тебе Гарри непонятно, что все они действуют заодно против нас, стремясь разрушить последние оплоты цивилизации. Перед лицом этой опасности я думаю, мы не можем сидеть, сложа руки. Убийство наших чиновников это объявление войны нам, и мы должны теперь мобилизовать всю нашу армию, призвать на помощь континенты и ответить ударом на удар.

Широкое лицо Йена Морица раскраснелось, он вытер платком вспотевший лоб и приготовился выслушать ответ Гарри Вуда, ему казалось, что на этот раз его соперник просто не может возразить и не согласится с его мнением, но Гарри был не из тех людей, кто быстро сдается, он ответил:

- Мы не будем сейчас обсуждать состоятельность или несостоятельность наших политических платформ. Каждый из нас все равно останется при своем мнении. Моно считает, что надо призвать на нашу землю представителей континентов, Стерео категорически против этого, так как мы понимаем, что континентам нужны лишь наши ресурсы, а жители городов будут превращены в рабов. Наша позиция всегда была такова, что надо искать согласия здесь у нас, причем пытаться объединить всех и гиплотахов и христиан, даже дикарей. Но сейчас перед нами стоит конкретная задача, что делать после этого инцидента. Уважаемый член Парламента Йен Гравингер предлагает тотчас начать войну против СОГов. Но судите сами, каково положение: власть в Братстве сейчас находится в руках Ордена армагеддонов, они контролируют Председателя Спиры. Рыцари никогда не питали теплых чувств к городам. Кроме всего прочего они в союзе с хуторянами, которые в данном случае, скорее всего, выступят против нас, а учитывая широкую сеть террористического подполья в городах, шансы наши в этой войне и вообще выглядят сомнительно. Прибавим к этому и то, что наша собственная армия весьма малочисленна, а помогут ли нам другие мегаполисы неясно.

Гарри на мгновение умолк, окинув взглядом лица членов парламента. Силы двух партий примерно были равны, но оставалось еще какое-то количество депутатов не входящих ни в одну из них, и вот на них, прежде всего и была рассчитана его речь, их голоса решат дело.

- Что вы предлагаете, Гарри? - Спросил один из депутатов представитель внепартийного клана Гринов.

- В СОГах сейчас много неразберихи. Возможно, это просто какие-то обкурившиеся Стражники и действовали они по своему почину. А возможно это провокация одной из спецслужб. Я предлагаю направить роту наших гвардейцев во главе с лейтенантом Нукесом Вудом, чтобы он прояснил ситуацию, переговорив с руководством 15 СОГа, и потребовал наказать виновных. Я думаю, этого было бы достаточно. Я уверен, что само Братство не заинтересовано в конфликте с Гамбигом.

Гравингер чуть не задохнулся от возмущения:

- Господа депутаты, здесь явная измена интересам Гамбига. В 15 СОГе правит Аби Вуд, неужели вы думаете, что два брата не могут договориться?

Депутаты от Моно зашумели, но преимущество было явно не на их стороне. Предложение Гарри поговорить с гиплотахами было разумно. Парламент проголосовал за предложение Гарри Вуда, просто потому, что большая часть кланов не хотела влезать в большую войну, и на этом заседание закончилось.

Нукес Вуд пребывал в полном недоумении: что это все было сейчас? Что задумал отец?

- Но я уже был у Аби, только что от него. Напомнил отцу Нукес.

- А я и не говорю, что тебе снова надо его посещать, мы не о чем не будем договариваться с гиплотахами.

Гарри торжествующе оптирал ладони, вскочив с кресла и возбужденно расхаживая по залу. Нукес вопросительно смотрел на него, ожидая объяснений.

- Так мне собирать роту? Напомнил он отцу.

Тот остановился посреди зала в задумчивости, где-то пребывал он в своих мыслях, наконец, он ответил:

- Кончено собирать. И ты отправишься в район Пятнадцатого СОГа и нападешь на патруль Стражи Спиры.

Ответ совершенно не удовлетворил Нукеса Вуда, все стало еще более запутанным. Но Нукес привык бесприкословно выполнять приказы отца.

* * *

Йен Мориц после заседания Парламента, обтирая платком вспотевший лоб и с трудом отдуваясь, забрался в гравикоптер. Он некоторое время молча сидел внутри, не давая распоряжения автопилоту, куда направляться. Обдумывал все, что произошло в Парламенте. Все развивалось по плану: Гарри заглотнул наживку. Теперь он отправит сына своего на границу с СОГом, неминуемо будет столкновение, а не переговоры, Орден, об этом позаботится, а там и какая-никакая война начнется, это позволит перетянуть на свою сторону в Парламенте голоса болота и протащить нужное его клану решение.

- К Магилле. - Велел Гравингер.

Гравикоптер оторвавшись от платформы, начал медленно опускаться до среднего уровня. Аккуратно облетал частные платформы, которых развелось последнее время довольно много. Надо поставить вопрос на заседании Парламента, как-то ограничить это безобразие - подумал Йен, разглядывая соблазнительное изображения обнаженной девушки на рекламной панели. Эти изображения вернули его мысль к приятному: их отношениям с Магиллой. К их любви. Он вспомнил их последнюю встречу в ее доме нижнего уровня. Просторная спальня, приглушенный свет из окон, роскошная кровать и обнаженная изумительная Магилла Вуд. На ней только красные, ажурные чулки. В то утро они долго занимались любовью, получая наслаждения от каждого движения. Эти ощущения возможны были только благодаря изобретенному Магиллой новому синтетическому наркотику эротику. Именно он обострял все чувства, делал их максимальными. Но это было не главное свойство нового наркотика, суть его заключалась в другом. В длительности. Он в течение нескольких недель циркулировал в крови, и после него не было ломки.

Гравиктоптер завис в воздухе. Йен напрягся, но тут же вспомнил, что подписывался на видеоролики, рекламирующие новых девочек, которые появлялись в клубах Магиллы. Перед взором в воздухе промелькнуло несколько голографических изображений красоток. Гравингеру понравилась одна чернокожая. Изображение остановилось, в ногах девушки высветился адрес клуба, где ее можно было посетить. Йен забронировал ее на завтрашний вечер. Гравикоптер продолжил путь, значительно ускорившись.

Вскоре он начал снижаться, приближаясь к гигантскому небоскребу компании Сексюси, одному из четырех, расположенных на нижнем уровне Гамбига. Магилла Вуд владела сетью городских Сексюси. Гравикоптер приземлился у огромного входа в небоскреб, который был оформлен в виде половых губ женской вульвы, чрезвычайно натуралистично. Гравингеру каждый раз, когда он посещал заведение Магиллы, казалось, что он входит прямо в пизду женщины.

Стильные охранники-андроиды встретили Гравингера. Они специально изготавливались для Сексюси без биополимерного покрытия, так что были видна обнаженная имитация мышц всего тела, сосудов и текущей по ним крови. Внешне они так и выглядели: мускулистые, освежеванные мужики. Но в интерьер клуба, который был виден за пластиковыми дверями, они очень хорошо вписывались. Посыл этой инсталяции был такой: здесь ваши чувства будут полностью обнажены, и вы получите максимальное удовольствие.

Охранники просканировали Гравингера и пропустили его внутрь. На Йена тут же обрушилась яростная клубная музыка, резкие ее звуки казалось, были слышны со всех сторон. От входа широкий помост, освященный синеватым светом, вел в игровой зал. Под ним размещался огромный танцпол, наполненный веселящимися людьми. По обе стороны от помоста в воздухе висели застекленные платформы, на которых извивались в эротичном танце полуобнаженные девушки-гомоиды.

Кабинет Магиллы находился в самой глубине клуба. Помещение было оформлено в стиле начала пятого тысячелетия, самый расцвет Империи. Стиль назывался аскетик: строгие линии, серый и неяркий белый цвет стен. Никаких украшений (картин, репродукций, барельефом, орнаментов), простая мебель. Единственный элемент роскоши мягкое кресло в углу комнаты в котором сидел с бокалом вина в руке Председатель Спиры Гроник Габ.

Магилла Вуд, роскошная, ослепительная блондинка в красном боди. У нее очень чистая, белая, как мрамор, кожа, миндалевидные, подведенные глаза, яркие губы. Лицо, будто выточено искусным мастером. Сквозь прозрачный красноватый материал боди было видно все ее холенное красивое тело, но затейливые кружева скрывали ее лобок. Когда вошел Йен, она подошла к нему и нежно поцеловала:

- Ну как тебе девочка? Это из новой партии. Понравилась.

Гравингер вспомнил голографическое изображение чернокожей модели, которую он отложил.

- Да, спасибо, очень хороша. Вечером побалуюсь.

Гроник Габ поднялся с кресла, все также держа бокал с вином в руке. Он выглядел вполне вменяемым, совершенно ничего общего с тем Габом, которого Ансельм привез в общину гиплотахов. Председатель Спиры раскланялся с Гравингером и спросил:

- Как наши дела? Гарри Вуд заглотил наживку?

- Вполне. Пока он посылает в Пятнадцатый СОГ своего сынка и твоего брата, Магилла - Йен посмотрел на Магиллу укоризненно.

Та сделал строгое лицо:

- И что ты так на меня смотришь? Да он мой брат, но мы разные, у нас противоположные взгляды на жизнь.

- Не ссорьтесь. Успокоил их Гроник Габ Главное сейчасОн отхлебнул вина Надо перессорить всех. Командор Ордена Ансельм Ран полагает, что эротик сделал из меня овощь. Пусть пребывает в этой уверенности.

Гравингер пристроился на неудобном стуле за неудобным столом. Он не любил стиль аскетик, но у Магиллы были свои странности и это ему нравилось. Женщина села на стол, потеребила рукой волосы Гравингера.

- Я договорилась с врачами. Они только и ждут, когда гиплотахи с горожанами перегрызутся. Она поцеловала Гравингера У тебя будет новое силиконовое тело, Йенчик.

- Это прекрасно, дорогая, но что там гиплотахи, Гроник? Вы связались с Наместником? Он в курсе наших планов и как к ним относится?

Председатель Спиры ответил не сразу, он опять отхлебнул из бокала вина, потом, как будто подбирая слова объяснил:

- Я вообще не уверен, что Наместник существует. За то время, что я Председатель Спиры, а это уже двадцать лет, я его ни разу не видел.

- Да, но Руководство от него вы получаете каждые пять лет. Перебил Председателя Гравингер, Гроник даже не взглянул на него, продолжил свою речь:

- Руководство каждые пять лет направляется к избранному Наместником гиплотаху, который состоит полноценным челном Братства, кто это будет ни я и никто из членов Спиры не знает.

- И кто сейчас получил Руководство? Спросила Магилла.

- Брат Гермес.

- Кто это? Заинтересовался Йен Гравингер

- Я знаю о нем немного. Он происходит из Лайфтауна. Закончил Училище хранителей, но по специальности никогда не работал сразу вступил в Братство. Однако связи с Училищем у него остались хорошие, я знаю, что он дружит с ведущим их профессором Созонтом.

- Что-то изменилось в Братстве после того, как Гермес получил Руководство? Спросила Магилла

- Пока нет. Но прошло мало времени. Охрана Спиры, заметила странную активность Гермеса: он установил контакт со старейшиной хуторян Пятнадцатого СОГа и Начальником Внутренней линии Штольцем.

Гравингер попытался откинуться на спинку с удобством на неудобном стуле просто тело скучало по креслу. Он посмотрел на то кресло, с которого только что встал Гроник Габ, появилось желание пересесть, но он не стал этого делать.

- И что все это значит? Загадки какие-то. Осведомился он.

Гроник пожал плечами, допил вино, поставил стакан на стол, растерянно озираясь по сторонам в поисках новой бутылки. Магилла быстро сообразила, от чего он мучается, и из комода достала непочатую бутылку вермута, тотчас подошел слуга-андроид в серой форме, до этого он стоял в углу комнаты, сливаясь с ее интерьером, и открыл бутылку. Магилла налила полный бокал Председателю, тот сделал полновесный глоток: он был не только эротиком, но и пьяницей.

- Вы все здесь вполне осведомлены о концепции развития человечества, которую исповедует Братство: грядет великое Обновление, и ключевое положение в этом событии занимает именно гиплотахи. Но механизм перехода при Обновлении нам неизвестен. Возможно, подробности, как раз и изложены в Руководстве, которое получил Гермес. Однако учитывая, что есть информация о синхронизации Наместника в начале четвертого тысячелетия с Умникой, результатом которого стало создание Реактора и учения Гиплотахия, ничего хорошего нас может не ждать, если будет реализована концепция Обновления.

Гравингер недовольно покрутил головой, взглядом показал Магилле на бутылку вермута, которую она поставила на стол. Она велела андроиду принести бокал и налила Гравингеру вина. Йен задумчиво смотрел на бокал, наполненный ароматной жидкостью.

- Уничтожение? Наконец сказал он. Это прозвучало не как вопрос, а почти как утверждение.

- Вы проницательны Гравингер. Есть в братстве предание о том, что Реактор был создан не для спасения человечества, а для его уничтожения. Т. е. с его помощью будет осуществлен новый Большой взрыв Вселенной.

- Но тогда Гермес мог получить инструкцию как это сделать. Предположила Магилла.

- Конечно. Согласился Председатель Спиры.

- Ладно, все это нам предстоит выяснить. Заключил Гравингер. Как прошли переговоры с врачами, рассказывай Магилла.

Хозяйка давно ждала этого вопроса и не заставила себя долго ждать:

- Врачи согласны нам помочь новой технологией биосиликон, благодаря ему тело становится практически вечным. Во всяком случае, починка гораздо более простая процедура с таким телом. Мы получим то, что нужно: и вечное наслаждение, благодаря эротику, и новые тела. Это не то, что всем предлагает мой папа.

- Власть это его наркотик, его наслаждение. Вставил второпях свое слово Гравингер.

- Я говорила с главарем врачей капитаном Селиром Тролом, он требует в обмен на тела партию эротиков. Довольно много, пять тонн.

Гравингер присвистнул, цифра действительно была заоблачная, учитывая, что грамм вещества хватало одному человеку на неделю. Гроник Габ в этот момент задумчиво стоял около окна, рассматривал проплывающие мимо облака. Наступала ночь, платформа начинала подъем в стратосферу. Это делалось в целях безопасности, на такой высоте ни один вид оружия не мог поразить платформу.

- Что-то все это подозрительно, зачем им столько эротика? Наконец изрек Председатель Спиры.

- Такое количество веещества как раз нужно, для создания протопласта. Меланхолично заметила Магилла.

- Врачи собираются заняться воскрешением мёртвых? Усмехнулся Гроник.

- А нам не все равно? Они проводят какие-то опыты. Трол говорил, что вещество нужно для производства протезов. Но главное на врачей можно надеяться, они за деньги или за иную ценность слово свое сдержат. Убеждала его Магилла

- Или продадут тому, кто больше даст. Заметил Гравингер.

- Врачи торгуют со всеми, они всеядны. У меня есть сведения, что они даже с Сообществами торгуют.

- Да. - Невесело усмехнулся Йен. А о Сообществах мы почти ничего не знаем, кроме того, что у них коммунизм.

- В любом случае будем ждать, событий в СОГе. - Подытожил встречу Гроник Габ.

Йен и Магилла удалились в спальню, а Председатель налил себе вина и снова сел в кресло.

Из аналитической статьи доктора Анджея Ставинского Власть гиплотахов в январском номере нет-журнала Ортодоксия

Пора посмотреть правде в глаза: миром правят не правители, парламенты, Спиры и другие органы, якобы власти, а чрезвычайно размножившиеся секретные службы. У Администрации регистровых зон есть Внутрення линия, а у нее внешняя разведка и контрразведка (ВР ВЛ АРЗ и КР ВЛ АРЗ) и у каждого свое руководство. Большими возможностями, вероятно, обладает в Союзе двух Континентов Комиссия бдительности (КБ) и Служба безопасности. Некоторые аналитики, даже полагают, что именно они контролируют ситуацию и ем подчиняются все остальные, но вряд ли это так. Свои секретные службы есть почти у всех из шести мегаполисов и даже у некоторых округов. А еще надо не сбрасывать со счетов таинственную интеллектуальную систему Умнику о которой почти ничего неизвестно, но она присутствует везде и знает обо всем, а уж как влияет на процессы можно только догадываться. Ведь единая инфосфера, дает ей большие возможности, чтобы знать все про всех.

Полагаю, что внешними причинами катаклизмов 70-80-х гг. XXXIX века стала как раз деятельность спецслужб, которые видимым образом обслуживали интересы тех или иных национальных элит, однако на самом деле это оказалось только прикрытием их собственной деятельности тесно связанной со структурами, непосредственно подчиненными Гарольду Дану. А последние стали некоей альтернативой разлагающемуся государству.

На смену государству пришла новая форма мироустройства, некий гибрид состоящий из общин гиплотахов и мегакорпораций, контролирующих все. Религия, созданная Даном, как нельзя лучше подходила в качестве идеологической наполняющей нового строя. Гиплотахизм это техногенная религия, в основе самого учения лежит откровение, якобы полученное Даном от божества, называемого Хааб. Само это слова аббревиатура, расшифровывающаяся как Хотба Абтох Абто Бетоха. Предположительно эти четыре слова также аббревиатура названия реактора постоянной энергии созданного в лабораториях Умники, разгадав смысл этих слов можно получить коды доступа к ключу компьютера, управляющего реактором. Во всяком случае, так думают.

Фактически сам реактор выступает в качестве объекта поклонения. Работа его представляется сторонникам гиплотахизма чем-то чудесным в силу того, что человеческому уму недоступно понимания сущности этой работы. А книге откровений Гиплотахия утверждает, что реактор, созданный нечеловеческим разумом, обладает всеми функциями божества и главной из них способность к творению нового мира. Мало того в нем причина жизни всех людей и клонов на земле, в нем они истинно рождаются и после смерти в него же уходят, таким образом, обретая бессмертие. Отсюда тезис: человек и клоны связаны, посредством реактора и должны участвовать в круговороте энергии.

Хронологический индекс: ши Дерево (июль 8999 г). Нижний уровень мегаполиса Гамбиг подконтрольный 15 СОГу.

Война конца девятого тысячелетия от Рождества Христова сильно отличалась от войн предыдущих столетий. Теперь не было никакого смысла в массированных бомбовых ударах с воздуха или земли, потому что в СОГах все коммуникации и убежища находились глубоко под землей, да и себе дороже бомбить и поливать какой-нибудь химией или чем-либо еще те немногие клочки земли, которые можно было обрабатывать под посевы. Армии городов поступить так не могли, так как в таком случае воевали сами с собой.

Ядерное оружие не применяли еще со времен генных войн. Слишком оно было малоэффективное, затратное и ненадежное в эксплуатации. Лишь Северные штаты применили ядерные боеголовки в период войны с латиноамериканцами и что теперь? Где они эти штаты? На их месте Союз Континентов, а континенты сократились до размеров сопоставимых с размерами острова Гренландия.

Использование больших масс войск ушло в далекое прошлое и применялось разве только христианскими террористами, да дикарями. Теперь не стоял вопрос о захвате городов или больших территорий, в ходе войны нужно было решать конкретные, часто очень узкие задачи, которые были по силам небольшим группам высокопрофессиональных бойцов. Такие группы количеством в 15-20 человек вооруженные самым современным оружием и снабженные высокотехнологическими средствами защиты, были связаны с командиром группы и друг с другом посредством нейросвязи и представляли собой этакого многоголового и многорукого монстра, способного решить любую задачу и практически неуязвимого.

Широкомасштабным боевым действиям препятствовало и то вещество, которое содержалось в почве после войн с Гиплотахической империей. В то время широко применялись генные бомбы, никто не предполагал, что их остатки, смешиваясь с органикой превращались в тончайшую пыль зугритас нури, которая была смертельно опасна для человека. Когда эта пыдь попадала в организм, происходили необратимые внутренние изменения, превращавшие человека в монстра. Зугритас нури не лежала на земли сплошным покровом, а собиралась под действием ветра в кучки, а они в барханы, которые образовывали сплошные гребни пыли.

Нукесу Вуду не удалось вступить в переговоры с командором 15 СОГа, т. е со своим братом. Как только его отряд появился в пределах видимости обитателей СОГа, тут же был обстрелян и вынужден был отвечать, так началась война Гамбига с гиплотахами. Как потом выяснилось, обстреляли гвардейцев Нукеса армагеддоны, которые в основном и участвовали в этом конфликте. Население СОГа ушло в подземные бункеры, находящиеся глубоко под землю. Поэтому необходимо было захватить люки шахт, ведущих к подземным убежищам. Такая простая задача осложнялась тем, что люки эти было нелегко найти. Ультразвуковое сканирование не приносило в данном случае никакого результата, так как входы в шахты были снабжены сложной системой защиты, созданной еще в лабораториях Умники, сводящей на нет, все усилия обнаружить шахты с помощью электроники. Поэтому приходилось прочесывать территорию метр за метром, периодически попадая в засады хуторян, которые появлялись в буквальном смысле из-под земли, вступая с ним в длительные перестрелки, продолжавшиеся порой по несколько суток, когда ни та, ни другая сторона не могла продвинуться ни на метр вперед. Изрядно досаждали союзники хуторян дикари. Они часто, особенно в ночные часы нападали на лагерь гвардейцев. Впрочем, последние не несли почти никаких потерь, а вот дикари после каждой такой вылазки теряли два три бойца, так как не имели никаких СИЗ (средства индивидуальной защиты) кроме допотопных бронежилетов.

Вся тяжесть боевых действий легла на плечи Гамбига. Поначалу Гарри удалось договориться с остальными мегаполисами, и они согласились оказать помощь в борьбе с СОГом, но выжидали. Никаких реальных сил не прислали, только наблюдателей. Потом, когда выяснилось, что война явно затянулась, а таковой она считалась, если боевые действия не приносили никаких результатов в течение недели, остальные мегаполисы отказались помогать Гамбигу, сославшись на то, что если они ввяжутся в эту войну, то поднимут голову христианские террористы и тогда придется воевать на два фронта. Да и едва ли кто-либо согласил ся бы вступать в конфликт с гиплотахами, от которых зависело продовольственное и энергитическое снабжение городов. Все считали, что война это личное дело Гамбига и 15 СОГа, вот пусть и разбираются между собой.

Вооруженные силы городов формировались по клановому принципу, т. е. каждый клан элиты набирал собственные боевые отряды, численность которых зависела от финансовых возможностей клана. Самым богатым в Гамбиге считался клан Вудов. Поэтому в Парламенте за Вудами было большинство мест, а председателем парламента был старший в клане Гарри Вуд. Всего в мегаполисе имелось восемь кланов. Таким образом, армия Гамбига, состояла из 8 отрядов различной численности от 50 человек до 500. Все вместе эти отряды назывались гвардией Гамбига. Отряды возглавляли офицеры в чине лейтенантов, а во главе гвардии стоял старший лейтенант, должность которого была чисто символической, так как реально в отрядах всей властью обладали лейтенанты, которые могли и не подчиняться распоряжениям своего верховного главнокомандующего старшего лейтенанта. В этом была своя логика: отряды содержались на деньги клана, а набирал их сам лейтенант и преданы бойцы были только лично ему, потому что от него получали все блага жизни и льготы. А старший лейтенант это общественная должность, с ним можно и не считаться. Как правило, рядовые набирались из людей и нелюдей третьего, самого низшего уровня, а должности младших офицеров (каковых было только две - сержант и прапорщик), занимали представители второго уровня. Так в армии городов были представлены все слои общества.

Отряд Нукеса Вуда состоял из пяти рот и контролировал он всю южную часть территории СОГа, остальным семи отрядам гвардии было отдано северное, восточное и западное направления менее опасные, так как в тех районах почти не было подразделений хуторян и рыцарей. Через каждую неделю отряды менялись: одни уезжали в город отдыхать, другие занимали их боевые позиции. В общей сложности каждый отряд получал почти двухнедельный отпуск, тогда как Нукес вынужден был постоянно держать на передовой две роты и одну сводную и бойцы могли отдохнуть лишь одну неделю не больше. Все попытки Нукеса договориться с лейтенантами других отрядов как-то более разумно вести наступательные действия ни к чему не приводили. У них был железный аргумент: У тебя отряд большой, он по количеству почти равен нашим семи, да и, кроме того, половину твоих солдат составляют нелюди, а они вообще не устают. И это было верно: на пятьдесят процентов отряд состоял из представителей разных видов гомоидов. Существа это были надежные, сильные, выносливые, но и они уставали и даже начинали немножко роптать. Впрочем, для них война являлась лучшим способом существования, так как они для этого и были созданы.

Нукес подозревал, что нежелание лейтенантов идти навстречу ему это их прямой сговор между собой. Наверняка они получили по этому поводу какие-то указания от своих боссов. Гарри Вуда в Парламенте никто не любил за его жесткость и деспотизм. Он буквально подмял под себя всех: и союзников у клана Вудов почти не осталось, а неудачная война прибавляла аргументов противникам Вудов, но до тех пор, пока в руках этой семьи оставалась компания Сексюси, они были практически неуязвимы. Точнее компания эта была в руках Магиллы Вуд.

Однако боевые действия явно не приносили никакого результата, и надо было решительно, что-то предпринимать. У Нукеса были кое-какие предложения на эту тему, и в один из затишных дней на передовой оставив свой отряд на своего помощника, он отправился к отцу, чтобы изложить ему свой план.

Капсула, в которой Вуд ранним утром отправился в город, была полупустой. В Гамбиг из расположения воюющих частей убывали несколько легкораненых и пара чиновников интендантского ведомства. Нукес всю дорогу до причальной платформы проспал и только когда приятный женский голос из динамиков объявил о благополучном прибытии на платформу 1 мегаполиса Гамбиг, выпал из долгого забытья, которое ему представлялось сном. Последнее время ему вообще удавалось засыпать только благодаря мощным стимуляторам сна, а такой сон действительно походил на забытье, когда мозг твой просто отключается, как будто ты какой-то андроид не самой современной модели. Солнце уже почти поднялось над горизонтом, его лучи проникали сквозь защитный купол города, преломляясь в нем и рисуя в блеклом небе причудливые узоры. На нижних уровнях кипела жизнь.

Гравикоптер принял в свое нутро Нукеса и тут же взмыл ввысь. С высоты полета, сквозь сизую дымку была видна поверхность нижнего уровня с ее незамысловатой архитектурой маленьких зданий разной геометрической формы. Гравикоптер почти набрал заданную высоту, когда внутренность кабины наполнилась аварийным красным светом, и механический голос из динамиков затараторил: Сбой в системе набора высоты! Сбой в системе набора высоты! Машина плавно устремилась вниз и через несколько минут приземлилась на нижнем уровне, у здания, которое сверху представлялась маленькой коробкой, а на самом деле было 100 этажным небоскребом. Монитор бортового видеофона осветился, и на экране появилось лицо начальника аварийной службы:

- Сэр! Произнес он. - Приносим свои извинения. Аварийная команда прибудет через 10 минут. Желаете выйти на поверхность?

Нукес на мгновение задумался. По правилам, в подобных ситуациях, обитателю высшего уровня не рекомендовалось выходить из гравикоптера, но лейтенантом вдруг овладело какое-то странное любопытство, и он ответил начальнику: Да, желаю. Дверцы машины открылись, кабину наполнил яркий солнечный свет, и, выбравшись наружу, Нукес с непривычки прищурился на верхних уровнях солнце видели только рабочие и обслуживающий персонал платформ, представители верхнего уровня проводили большую часть своего времени в корпоративных домах, где имелось лишь искусственное освящение. А бойцы гвардии и этот свет видели редко, так как большую часть времени проводили в шлемах с внутренним монитором обозрения.

Привыкнув к дневному свету, Вуд увидел, что стоит почти прямо перед входом в небоскреб. Гравикоптер приземлился на обочине дороги, а по ней двигалось множество автомобилей, а по тротуару идут люди, внешне такие же, как он сам. Его фиолетовый мундир гвардейца вызывал у проходящих людей удивление. Не почтение, не страх, а лишь удивление. Идущие мимо него люди, различая на его рукаве нашивки корпоративного дома, едва ли понимали, что он принадлежит к военной элите, так как редко видели корпоралов, но каждый наверняка осознавал, что Нукес представитель верхнего уровня. Поэтому разглядывали его довольно бесцеремонно, как некую диковинную птицу и обходили стороной, полагая, вероятно, что ядовитая окраска одежды этой птицы предостерегает их: Будьте осторожны, он может быть опасен!

Нукесу быстро наскучило быть предметом бесцеремонного разглядывания, между тем спасательная команда все еще не прибыла, хотя ему казалось, десять минут давно прошли. Он пересек тротуар по направлению к длинному серому приземистому зданию с надписью над входом Хранилище и решительно потянул на себя ручку массивной двери.

За дверью он обнаружил долгий коридор, заваленный папками с бумагами. Они были уложены друг на друга в таком невероятном количестве, что почти достигали высокого потолка. Положение их казалось неустойчивым, и малейшая встряска грозила обрушить всю эту массу бумаги на того, кто осмелится стоять у подножия бумажных гор. Впрочем, между стенами папок был узкий проход, достаточный для того, чтобы пройти одному человеку. Нукес стал осторожно пробираться по проходу к свету, видневшемуся в конце этого своеобразного коридора. По пути своего следования он пытался прочитать, хоть какие-нибудь надписи на корешках папок, и хотя большая часть букв ему была знакома, но, складываясь в слова, они оставались полной абракадаброй, не имеющей никакого отношения ни к одному из наречий на которых говорили во всех шести мегаполисах. Это, наверное, написано на злых языках людей нижнего уровня. Вряд ли надписи сделаны на языке диких людей, насколько я помню, у них нет своей письменности. Но возможно это письмена Ушедших? - так думал Нукес, приближаясь к стене света, из которой, по мере того, как привыкали глаза к яркости, выплывала серая панель, а на ней, вычерченные белой линией, невеликих размеров квадраты с номерами. Под каждым номером висел ключ.

Здесь у панели уже не было папок с бумагами, а более широкие проходы уводили направо и налево. В стенах проходов, как в гостинице, имелись двери с такими же, как на панели номерами. Не трудно было догадаться, что ключи, висящие на панели, от этих вот дверей. Но что за каждой из них скрывается? Он осмелился взять один из ключей, вставил его в замочную скважину под панелью с номером 67, и тотчас вся стена преобразилась, дверца, как будто потекла вниз, соединяясь в единые линии и образуя лицо старого человека, приобретшее объемные формы, но остававшееся одноцветным белым, как муляж из гипса. Невозможно было в открытых белых глазах прочесть хоть что-то, но между тем лицо заговорило с Нукесом:

- Приветствую тебя Нукес Вуд в мире людей.

- Не понял?

- Не стоит удивляться, мы давно живем в мире, где владение истинной информацией удел не многих избранных. И вовсе не обязательно, что тот, кто живет на верхних уровнях, знает больше нас. Люди остались только здесь внизу, да в некоторых общинах хуторян в СОГах. Твой отец знает об этом, но своих сыновей он предпочитает использовать вслепую.

- Что тебе известно, говори. - Лик явно заинтересовал Нукеса, ему хотелось знать то, что знает он, но лицо не торопилось.

- Погоди, не спеши. Ты не случайно оказался здесь. Мы выбрали тебя для переговоров и хотели бы получить от тебя небольшую услугу.

- Какую?

- О, это тебя никак не обременит: просто передай твоему отцу то, о чем я тебя попрошу.

Нукес на секунду задумался, взвешивая все за и против, в конце концов, он решил, что нет ничего плохого, если он передаст отцу чью-то просьбу, поэтому он согласился. Лицо на панели исчезло, под ней вдруг открылась ниша и из нее выкатилась ферритовая трубка, в каких обычно доставляется секретная почта для представителей Высшего Совета. Нукес взял ее, покрутил в руках, она была закрыта на маленький замок, а ключ от замка, наверняка имелся только у отца. Открыть трубку самому было безнадежным делом, даже в недрах ядерного реактора трубка и то, что в ней находилось, осталась бы невредимой.

Нукес взял ее и вышел из Хранилища. Гравикоптер уже был исправен и представитель спасательной службы принес свои извинения за задержку лейтенанту, сославшись на то, что вызов пришел к ним слишком поздно, чтобы оперативно отреагировать. Нукес Вуд принял его извинения молча, снова влез в летающую машину, чтобы продолжить свой путь.

Отец уже ждал Нукеса. Он находился в Зале собраний и в то время, как сын вошел, рассматривал огромную айер-карту. Мельчайшие частицы оптопыли, подсвечиваемые лучами света, по мановению руки Гарри Вуда выстраивали в воздухе различные топографические знаки и фигуры, в целом составляющие стройные картографические изображения. Частицы рассеивались и соединялись вновь, показывая все новые и новые карты, схемы, графики. Перед взором Нукеса промелькнули схемы мегаполисов, карты городов, расположенных вне округа, схемы размещения СОГов и подробные топографические карты зараженных земель.

Увидев, сына, Гарри Вуд прекратил свои манипуляции с айер-картой и поднялся из-за огромного круглого стола заседаний, навстречу Нукесу. Они поприветствовали друг друга. Нукес кратко сообщил о своей встрече в Хранилище, доложил об обстановке на полях сражений и отдал послание отцу. Как он и предполагал ключ от трубки у отца был перстень на пальце правой руки, который вставлялся в небольшое отверстие в торце трубки. По всей окружности трубки тотчас появилось множество маленьких дырочек, через которые заструилась газообразная консистенция, собравшаяся в небольшое серебристое облачко. То, что можно было принять за газ или пар, на самом деле состояло из миллиарда корпускул вещества, несущего информацию, в каждой такой корпускуле было по несколько мегабит такой информации. Облачко некоторое время висело в воздухе, корпускулы определяли ДНК того человека, которому предназначалось сообщения это был код доступа. Затем Гарри Вуд просто вдохнул в себя воздух и облачко, через нос, попало внутрь него. Вместе с поступившим кислородом, через легкие корпускулы растворились в крови и доставили нужную информацию в мозг. Через мгновение Гарри Вуд уже знал, в чем суть послания и от кого оно.

- Ты ни о чем не спрашиваешь меня, Нукес? Обратился отец к сыну.

- Я привык ничему не удивляться, потому что уверен: ты все делаешь правильно.

- Мир сложен.

Гарри умолк. Обдумывал, стоит ли сказать сыну о том, что давно им продумано, но ему необходима была поддержка сына боевые действия против гиплотахов нужно было продолжать.

- Я веду переговоры с лидерами Содружеств уже несколько месяцев. Наконец вымолвил он - Мне удалось объединить их и вот теперь они прислали сообщение, что готовы выступить против нашего общего врага: Братства гиплотахов.

- Отец, я считал, что наши главные враги Парламент и кланы городов! Не понял его Нукес

- Да, это так. Но сейчас наступают времена, когда нам нужна сильная власть, опирающаяся на волю одного человека. Настало время брать всю ответственность на себя. Братство не допустит этого. Договориться можно с Председателем Спиры, хотя я думаю, что он переметнулся на сторону Парламента, даже с Орденом, но не с Наместником и братьями. Эти фанатики не допустят возвращения настоящих людей к власти.

Гарри подошел к сыну, положил руки ему на плечи и, глядя ему в глаза горячо заговорил:

- На плато Экобана, южнее Гамбига я уже собрал целую флотилию гексакоптеров. Через несколько дней, отряды христианских террористов, после удара по нижнему уровню со стороны Содружества на этих гексакоптерах поднимутся в воздух, достигнут верхнего уровня, войдут в Дом и уничтожат все кланы. Войска не смогут им помочь, так как они находятся на передовой и в момент атаки на Дом, там, у 15 СОГа все силы общинников и хуторян начнут внезапное и мощное наступление. Таким образом, мы покончим и с гиплотахами и с кланами.

Нукес Вуд лихорадочно соображал, не совсем понимая, что имеет в виду отец, говоря про удары.

- Ты сказал удары? Чем?

- Баллистическими ракетами с ядерными зарядами, они есть у Содружества. Невозмутимо ответил отец

- А Аби? Он же ведь там, он знает об этом? - Нукес еще хотел сказать про Аманду, сердце при этом в страхе ёкнуло, но отец его прервал:

- Нет, Нукес. Твой брат ничего не знает. Он воображает себе, что все в его руках, но на самом деле он сам всего лишь пешка в чужой игре. Он воображает себе, что из множества сил, выбрал именно ту, что ведет, как он говорит, к правде, и эта сила Умника. Но он даже не подозревает, что этот сверхинтеллект, устроен так, что всегда должен находиться под руководством человека. И ты знаешь, кто он, этот человек? Кто сейчас руководит Умникой?

Нукес Вуд отрицательно замотал головой. Кто-то вызвал отца по внутренней связи, он вышел из кабинета. А Нукес вглядываясь в сгустившуюся за широким окном ночь, обдумывал сказанное им. После генных войн, во время которых активно использовалось ядерное оружие, поверхность и климат планеты сильно поменялись. Численность человечества сократилась, появилось масса территорий непригодных для жизни. Те конгломераты человеческих обществ, которые остались стали стремительно изолироваться друг от друга, обрывать всякие связи, друг с другом, но в глухую изоляцию ушли лишь наследники азиатских народов. По примеру своих далеких предков они возвели в своей части территории огромную стену, которую, конечно, можно было преодолеть, но никто этого не пытался сделать. Что там за этой стеной твориться, также не знали, но народы, там живущие стали называть Содружеством. И вот они впервые за сотни лет ведут переговоры с мегаполисом, с остальным миром. И у них есть ядерное оружие, которое способно превратить в труху нижний уровень вместе с братом Аби и с Амандой, да и с остальными. Так не должно быть. Такая твердая уверенность уже поселилась в душе Нукеса Вуда, когда вернулся отец. Он по-прежнему был озабочен своими мыслями о власти и не обратил внимания на изменения в настроении сына. А тот так был устроен, что все его внутренние переживания можно было тотчас прочитать у него на лице.

- Так вот, - продолжил свою мысль Гарри. Мне доподлинно известно, что Умника - это симбиоз машины с человеком. Ты спросишь как это возможно? Не могу тебе ответить, просто не знаю. Но убежден, надо противостоять всем им: гиплотахам, машинам, извращенному симбиозу человека с машиной. Согласись, это же извращение! Но главное не в этом. Ты представь, эта система существует уже несколько тысячелетий, как минимум. Умника старше нашей цивилизации, ее создали еще Древнейшие, о которых мы практически ничего не знаем. Для нас, живущих теперь, она была всегда и у меня стойкое ощущение, что не было времени, когда этой системы не было. Она непрерывно эволюционировала и мне не нравится, что я не знаю в какую сторону, и какие у нее цели.

Гарри Вуд умолк, потому что их прервали: в кабинет вошел секретарь-андроид. Он принес кучу криптосвитков которые нужно было посмотреть, немедленно вынести решение. Гарри погрузился в чтение. Нукес Вуд обдумывал сказанное отцом, сам он еще не принял решения внутри себя, ему были непонятны мотивы отца. Он всегда считал, что им руководит что-то высшее, ради чего стоит отдать жизнь. Нукес всегда был идеалистом и мечтал о построении общества, основанного на разуме. Измененного внутренне, ничего не имеющего общего с прежним человечеством. Со всеми теми вариантами человечества, которые были до сих пор. Он был уверен, что отец также разделяет его взгляды.

- Какая у нас конечная цель, отец. Спросил Нукес.

- Что? Не сразу понял старший Вуд, так как был погружен в чтение одного из документов, но вопрос он услышал и постепенно осознал, то о чем его спрашивает сын. Он положил документ на стол и внимательно посмотрел на Нукеса, будто первый раз его видел.

- Власть. Конечная цель власть. Над всеми. И эта власть должна быть вот здесь.

Он сжал кулак для убедительности, показывая, где она должна быть, эта власть.

- Отец, но это возвращение в прошлое! Все эти рассуждения о государстве с единой сильной властью, на ком бы она ни была сосредоточена на группе людей, которые называют себя элитой, посвящёнными, высшими и прочее, или же на одном человеке не может быть целью. Мы же с тобой говорили о том, что без внутреннего изменения человека невозможно достигнуть никаких целей.

- Нукес, ты меня смущаешь своими странными мыслями. Разве ты не понимаешь, если не мы, то нас это закон.

Нукес Вуд ничего не ответил и вышел из кабинета. А отец снова погрузился в изучение документов. Нукес не хотел жить по прежним принципам человечества. В этом он был твердо уверен.

Хронологический индекс: ши Дерево (31 июля 8999 г.). Состояние суток: Сумерки. Место действия: подземный бункер Пятнадцатого СОГа, 3 уровень.

Аби Вуд разглядывал огромный аквариум, который занимал почти половину бункера на пятом уровне подземного этажа Столпа. Собственно эту часть бункера так и называли: Аквариум. Он был сооружен еще при Гарольде Дане и как говорят, специально для него. Дан любил сюда приходить в часы досуга и созерцать глубины искусственного океана, вернее малую его часть. Аби прислонялся лбом к толстому стеклу, ощущая прохладу его, и тотчас к нему подплывала какая-нибудь рыба, которая тыкалась носом в стекло с той стороны, будто пытаясь проломить его.

Последнее время Аби нередко приходил сюда: здесь хорошо думалось, сюда никто особо не заходил и здесь он чувствовал себя комфортно. Вглядываясь в толщу воды, он всякий раз снова и снова вспоминал свое прошлое.

* * *

Аби был младшим в семье. Он, Нукес и его сестра Магилла инкубаторные дети Гарри Вуда. Отец считал, что им не нужна мать. Аби не знал женщины, от яйцеклетки которой он был зачат. Да и была ли она вообще? Может, он вырос из искусственно созданной яйцеклетки, с заранее подогнанными параметрами? Об этом он не знал, потому что его карту личных параметров отец ему никогда не показывал. Но как бы там ни было примерно с семилетнего возраста, его неотступно преследовало страстное желание увидеть маму. Откуда оно взялось в той обстановке в которой он рос Аби не понимал.

В коллекторе и затем в розариуме они всегда были стадом: одинаково одеты, одинаково подстрижены, всегда и везде ходили строем и все только по расписанию. Считалось, что воспитывает добропорядочного гражданина мегаполиса лишь дисциплина, и ее строго придерживались, за нарушение тотчас следовало наказание. Страх и подчинение вот два принципа, на которых культивировалось воспитание в этих заведениях. Учиться было не сложно, так как знания передавались на сенсорном уровне, записываясь в подкорку мозга из процессоров непосредственных носителей их учителей. Впрочем, для этого тоже нужно было определенное время.

Круг знаний, получаемый воспитанниками, был чрезвычайно ограничен. Еще в период эмбрионального развития всех будущих детей тестировали на предмет специализации и в дальнейшем внутри учебно-воспитательных заведений распределяли в соответствующие группы. И Аби и Нукес были распределены в военные группы, из них готовили солдат, независимо от того хотели они этого или нет. Аби всегда подозревал, что такое его предназначение было заранее определено еще в момент формирования КЛП по просьбе отца, который желал видеть своих сыновей именно военными. Нукесу это звание вполне соответствовало, а Аби нет. Он всегда сопротивлялся вливаемым в него знаниям в области науки по наиболее успешному уничтожению себе подобных, поэтому его учение продвигалось несколько медленнее, чем у его брата. Но и он, в конце концов, освоил все тонкости военной науки, все виды вооружений и способы его применения.

Только два предмета изучаемые в коллекторе не связаны были непосредственно с военным делом: история мегаполисов и ло, язык межгородского общения, смесь европейских языков. В последнем ему удалось достичь наибольших успехов и старый учитель, преподававший ло, позволил Аби изучить также русский язык, на котором, как он по секрету ему сообщил: Раньше писали книги, и их еще можно было найти кое-где в нижних уровнях. С тех пор мыслью о книгах Аби был одержим, мечта обладать ими стала его заветной и она осуществилась.

В последнем классе, когда им было уже по 18 лет, их отпускали для половой инициации в Сексюси, где одновременно определяляли и степень их половой зрелости, а также силу потенции. Так у Аби впервые появилась возможность посетить нижний уровень. Пока возраст не позволял ему вступить в половой контакт с человекомп, разрешали совокупление лишь с девушками-андроидами, этого было достаточно для полового тестирования. Аби прошел эту неприятную для него процедуру и, воспользовавшись тем, что у него еще оставалось время до возвращения в коллектор, отправился на поиски книг.

Блуждая по огромному городу нижнего уровня, сначала в его деловой части, наполненной небоскребами и фешенебельными зданиями, потом попав в спальный район он, наконец, забрел на окраины, которые были под особой опекой гиплотахов. Здесь вся архитектура была выдержана в одном стиле: одно, двухэтажные дома коричневого цвета, ровные, аккуратные улицы-дороги. И в центре всего этого магического великолепия возвышалось кубическое здание Хранилища. Аби вспомнил, что им говорили в розариуме, что эта часть гиплотахического наследия в окрестностях Гамбига населена теми, кто учится, преподает и обслуживает Училище Хранителей и все что с ним связано, в том числе и само Хранилище. Аби подумал о том, что где, как не там искать книги.

Здание Хранилища издалека производило довольно сильное впечатление своей монументальностью и подавляющей мощью. Вблизи это было еще более ужасающе: огромный куб, всей своей застекленной темной массой уходил в небо. Аби задрал голову и пытался увидеть абрис крыши и не смог этого сделать. Но, несмотря на такие гигантские размеры, вход в здание был один и совсем небольшой: двухстворчатая стеклянная дверь. Она открылась перед Аби автоматически, как только он приблизился к ней. Он вошел внутрь и оказался в пустом коридоре. Вуд посмотрел направо и налево, и там и там длинный коридор, который закруглялся, т. е. концентрически охватывал квадратное здание. Круг, вписанный в квадрат. Надо было решить куда идти, хотя интерьер совершенно одинаковый, что направо, что налево: через сплошную стену стекол солнечный свет падал на серый пол и освящал коричневые стены, такой цвет им придавали сплошные панели из дерева.

Аби повернул налево и пошел по коридору в надежде кого-то встретить, вскоре он увидел дверь лифта. Двери лифта перед ним открылись, на панели управления лифтом был ряд кнопок от 0 до -10 и от 0 до 50. Некоторое время он раздумывал, потом решительно нажал кнопку 5 этажа. Дверцы закрылись, лифт пошел вверх, табло над дверью показывала отсчет этажей, и вскоре красная цифра остановилась на 5. Аби вышел и оказался на площадке, отсюда коридоры расходились радиально, и каждый заканчивался большим окном. Вуд двинулся по одному из них и вскоре обнаружил комнату с правой стороны и здесь человека, в коричневом костюме. На вид ему было лет пятьдесят. Он был худощав и занимался необычным на взгляд Аби делом. Мужчина перебирал обувь, которая большой кучей была свалена в углу комнаты. Он брал каждый образец, внимательно осматривал и какие-то ботинки кидал в дальний угол комнаты, а какие-то помещал в кучу рядом с собой.

- Маркировка разная, можно сказать собираю коллекцию, возможно, нам это поможет. Не поворачиваясь, сказал человек.

Видно он слышал мои шаги - подумал Аби

- Нет, я просто слышал, как закрылись двери лифта будто услышав его мысли, снова сказал незнакомец и наконец, повернулся к Вуду. Худое морщинистое лицо его было доброжелательным. Он отвернул воротник пиджака и показал маленькие предмет, приколотый на обороте, похожий на белую пуговицу.

- Уловитель. Пояснил он Именно он считывает ваши мысли и передает мне.

Незнакомец улыбнулся, кивнул на фиолетовый мундир Аби и спросил:

- Скоро выпуск?

- Да, почти окончил.

- Что дальше?

- Буду в гвардии служить. Что это за обувь?

Незнакомец оглянулся на кучу и вынул из нее пару белых кроссовок.

- Это мы находим при раскопках, наиболее часто попадаются именно эти предметы. Изготовлены из синтетического каучука. Удивительно, практически все разрушается и истлевает, железо, дерево, кости, а это лежит тысячелетиями.

- И о чем это вам может рассказать?

Человек глянул на кроссовки, как будто первый раз их видел.

- Не о многом. Но все же. Вот эти кроссовки говорят нам о том, что их обладатель страдал довольно сильным плоскостопием, видите, как у левого кроссовка задник стоптан, почти до дыр.

Он бросил кроссовки обратно в кучу и вдруг как-то встрепенулся:

- О, я не представился профессор Созонт, преподаю в Училище хранителей.

Он протянул руку, Аби Вуд пожал ее и назвал себя. Созонт несколько нахмурился, будто что-то припоминая.

- Вы родственник Гарри Вуда?

Аби утвердительно кивнул, а профессор еще раз осмотрев кучу обуви задумчиво сказал:

- Обувь осталась, а люди нет. Причем, знаете, все это было найдено нами вот сразу в таком количестве и в одном месте. Но что я все о своем, у вас какое-то дело?

- Да, я ищу книги.

Профессор не совсем понял вопроса, поэтому переспросил:

- Книги? Мыслеформы?

- Нет просто бумажные книги. Я думал, что если вы хранители, то наверняка должны были что-то находить при раскопках.

Созонт усмехнулся. Затем жестом показал идти за ним. Они вышли из комнаты, перешли в соседнюю, где на столах лежали стопы каких-то брошюр. Некоторые из них были грязные, в пыли с заломаными страницами или в паутине. Аби взял одну из них и прочитал название Как сделать и запустить бумажную модель самолета, год издания 2006.

- Это просто уникально! Ее напечатали еще задолго до начала Новых тёмных веков! Сколько же им тысячелетий! Удивился Аби

- Больше шести.

- И так хорошо сохранилось?

- Да. Все это и обувь мы нашли в одном месте на стадионе. Мы недавно его обнаружили недалеко от наших поселений. За много лет поисков это первый такой объект с таким богатым количеством сохранившихся артефактов.

Профессор также взял одну из брошюр, пролистал ее и бросил на пол.

- Из книг только это. Забавно столько тысячелетий истории человечества и осталось только вот это как сделать бумажную модель самолета. Заметил он.

Аби был огорчен. Он рассчитывал на что-то более существенное и интересное. Конечно, он понимал, что давным-давно все знания человечества спрессованы в мыслеформы и ими можно овладеть в считанные дни. В розариумах знания между воспитанниками распределяются в соответствии с их КЛП, а затем после профтестирования давалчя последний блок тех знаний, которые уже необходимы в специализации. Книги не нужны, они устаревшая форма.

Созонт видел, что Вуд огорчен, но не мог понять почему. Книги при раскопках попадались редко, а уж из эпохи Новых тёмных веков почти совсем не попадались, но профессор был уверен, что все знания человечества сохранились, и не придавал такого большого значения книгам.

- А что если мы не все нужные нам знания сохранили? Спросил Аби. Ведь есть целых полтора тысячелетия, о котором мы ничего не знаем. Как тогда развивалось человечество? Почему оттуда ничего до нас не дошло?

Профессор молчал и раздумывал. Да, все так. Книги из предыдущих эпох он не особо ценил. Но этих брошюр нашлось так много, и в одном месте. Удивительно. Было похоже, что их туда кто-то принес, устроил такие условия, что они могли храниться не поврежденными тысячелетиями. Будто кто-то поставил такую цель: обувь, книги и прочие предметы должны сохраниться при любых условиях.

- Может там ничего и не было существенного, в тех тысячелетиях? Или вообще ничего не было? Пойдемте. Резюмировал Созонт.

Созонт повел Аби к лифту. Они спустились вниз на нулевой уровень. Здесь уже было не так светло, древние неоновые лампы тускло освящали коридоры и постоянно мерцали. На этом этаже находилось огромное хранилище книг. Большой зал был заставлен полками от пола до потолка, они уходили куда-то во тьму. Зал с книгами был освещен еще более тускло, чем коридоры.

- Ну вот. Сказал профессор, обведя обширный зал рукой. Как вы хотели книги.

- Здесь почти темно, как же читать?

- Зачем читать? Недоумевал Созонт. Вам же в розариуме все в голову вкладывают. А эти книги от более поздних эпох, чем Новое тёмное время.

Созонт взял книгу с ближайшей полки и протянул ее Аби Вуду. Тот прочитал название: Я в восприятии иного Я.

- Здесь нет автора. Заметил Аби.

Созонт повертел книгу в руках, пролистал ее.

- Это издание гиплотахической Спиры. Они издавали бумажные книги лет эдак 200-300 назад, причем очень большими тиражами.

Аби Вуд взял книгу, и они расстались с профессором Созонтом. Так состоялось их знакомство. А случайно взятая Созонтом с полки книга определила дальнейший путь Аби Вуда. Исследование, изданное Спирой, оказалось чем-то вроде инструкции для наставников, которые тестировали андроидов и гомоидов на разные задачи. Но в данном случае, задача была довольно непростая: надо было обучить андроида, обладающего самосознанием, воспринимать не только собственное Я, но и другое Я. Проникать в него и становиться единым целым с ним.

В этот вечер, в своем боксе Аби читал книгу. Она была нетипична для гиплотахизма и в некотором роде явилась откровением для него. Аби лежал на кровати, читал страницу за страницей. Некоторые фразы у него откладывались в памяти:

В сущности, любой человек это повторение. Кто-то назовет это воспоминаниями, но с точки зрения внешнего зрителя это повторение. Поэтому воспоминания-повторения, которые являются частью Я в некотором роде стоят на пути постижения иного Я

Разные Я не могут составить общность, поэтому мысль о всеединстве противоречит постижению иного Я

В условиях, когда не будут создаваться новые единицы жизни, особое значение приобретает понимание того, что когда нет третьего, осложняется общение. Выход: проникновение в другое Я, взаимное замещение

С этой книги у Аби появился интерес к гиплотахизму. Он решил узнать больше и после окончания розариума вступил в Братство гиплотахов. Аби хорошо помнил этот день. Точнее дни. Ближайший к Гамбигу СОГ был как раз XV и, добравшись на капсуле до конечной остановки, он с немногими своими пожитками, которые умещались в небольшом рюкзаке за спиной, отправился полями к СОГу, который хорошо был виден с любого места. Дойдя до него, он постучал во врата, но ему никто не открыл, и он решил ждать, зная, что наверняка за ним наблюдают из окошек, расположенных под самой крышей башни. Аби всегда отличался терпением. Наступили сумерки, за ними спустилась плотная тьма ночи. Аби Нукес набрав дров в небольшой роще, которая располагалась недалеко от СОГа, разложил огонь, поджарив на нем немного хлеба, который он брал с собой. Это был его ужин. Он заснул, завернувшись в свой походный плащ у костра. Проснулся ранним утром от холода и сырости, образовавшейся от росы. Поля и вершина башни были окутаны туманом. Когда солнце поднялось выше над горизонтом, туман рассеялся. В течение дня он доел припасенный хлеб и, прикрыв плечи плащом, сидел рядом с костром и наблюдал за башней. В этот день никто из нее не вышел. Аби провел еще одну холодную ночь на улице, а на исходе третьего дня ворота башни открылись из нее вышел гиплотах. Он был в полном облачении: зеленый плащ с изображением на нем знака скри свисал до земли. Лицо его было прикрыто капюшоном-маской, в прорези видны были глаза. Гиплотах некоторое время стоял неподвижно, а потом отошел в сторону и склонил голову. Аби понял, что его приглашают внутрь. Так началась его жизнь в Братстве.

Первый год он никуда не выходил из башни, постигая премудрости гиплотахического ритуала. Собственно, это было основным в Гиплотахии. Ритуал надо было знать назубок, чтобы при участии в церемониях никак не запнуться, сделать все правильно. В конце первого года жизни в Братстве к нему был поставлен учитель. Аби помнил этот день хорошо. Он сидел в своей комнате на самом верху столпа и учил пятую часть ритуала, когда дверь в комнату отворилась, и вошел гиплотах в зеленом подряснике подвязанный тремя веревками это значило, что он относится к высокой степени посвящения, ему осталось получить только четвертую веревку, и он станет частью Полноты. Брат был молод, рыжеволос и очень улыбчив. Когда он улыбался, у него появлялись ямки на щеках. Лицо у брата-гиплотаха было немного удлиненное, глаза голубые и излучали доброту. Он располагал к себе. Войдя, он некоторое время молчал, рассматривая несколько растерявшегося Аби Нукеса, а потом представился:

- Меня зовут Адонис, я буду твоим проводником к постижению Хааб.

С этого дня началось обучение Аби. Гиплотахи не делали никакой тайны из своей религии они поклонялись высокотехнологичному произведению технической мысли Искусственного интеллекта Умника под названием Реактор. Но чаще они называли его по абревеатуре, котороая была наштампована на деталях реактора Хааб. Когда построили Реактор, было неизвестно, но скорее всего это произошло в Новые тёмные времена. Достоверных сведений об этой эпохе не было, поэтому гиплотахи прилагали столько усилий, чтобы развивать систему Хранилищ, подготавливали Хранителей, надеясь, что они найдут ответы в прошлом на многие вопросы сегодняшнего дня и будущего.

Принцип действия Реактора был непонятен, но было ясно, что он использует энергию земного ядра, а в основании башен были вмонтированы установки термоядерного синтеза. Пятнадцать башен общин гиплотахов стояли именно на тех местах, где конденсировалась энергия, которая распределялась потом так, как считали нужным гиплотахи. В Братстве верили, для того, чтобы Реактор бесперебойно работал, необходимо производить ежедневно церемонии, алгоритм которых был записан в книге под названием Гиплотахия. Это и был ритуал.

Обучение Аби протекало довольно своеобразно: он был предоставлен сам себе. Жил в той каморке, в которой его поместили изначально. Три раза в день общинники ему приносили еду. Он долгими часами сидел у окна, смотрел, как они работают на полях. Иногда выходил на улицу и гулял в той роще, что росла недалеко от башни. Здесь были удобные грунтовые дорожки. Аби часами бродил по роще. Иногда он останавливался и читал книгу, которую ему дал Созонт.

Вчитываясь в ее постулаты, Аби Вуд понял, что это своеобразное руководство для людей будущего общества. Там утверждалось, человечество не уникально, оно повторимо. А основной принцип общества будущего неповторимость, уникальность. Каждый будет в единственном экземпляре, не будет потомства и продолжения в результате генного обмена. Отпадет необходимость в таких понятиях как государство и отечество. Не будет отцов и матерей. Соответственно и не будет традиционных связей дружественных и родственных, любви, материнства. На смену этим понятиям, придет постижение понимания другого Я. Проникновение в него. Однажды Аби присев в рощице на поваленное дерево так увлекся чтением книги, что не заметил, как к нему подошел Адонис, он поинтересовался:

- Что читаешь?

И хотя это было неожиданно, Аби Вуд сделал вид, что совершенно не растерялся, он протянул книгу своему наставнику. Он прочитал название, полистал книгу и вернул Аби.

- Интересно. Я считал, что эти книги все изъяли и уничтожили, а поди ж ты где-то еще остались.

Аби встал с бревна, и они вместе с Адонисом зашагали по аллеи.

- А почему книгу уничтожали? Ведь это издано с разрешения Спиры. Спросил Аби.

- Это была диверсия. Наши предшественники смогли это понять только через какое-то время, когда книжка довольно широко разошлась.

- И кто эту диверсию организовал?

- Умника.

Аби в недоумении остановился, внимательно посмотрел на наставника, но тот сохранял невозмутимость и пояснил.

- Все эти события происходили лет двести назад, тогда у Братства имелась довольно широкая сеть автоматических типографий, которая полностью обеспечивала запросы отдела Пропаганды. Но Умника смогла проникнуть в систему и типографии отпечатали вот эту книгу. После этого случая мы отказались от печатной продукции, все типографии закрыли. Если нам нужно что-то размножить просто переписываем от руки.

- Но почему?

- Что почему?

- Умника пошла на такой шаг.

Адонис задумался, взвешивая все за и против своего предстоящего ответа. Стоит ли полностью доверять Аби, готов ли он принять тот путь, который ведет к постижению Хааб.

- Что такое Умника мы не знаем. Одно очевидно: она много древнее современной цивилизации, была создана еще до Новых тёмных времен и видимо все это время, как-то направляла пути развития человечества. Сейчас, даже сложно сказать, где, на каком этапе воля машины и воля человека совпадали, а где расходились, все так переплелось.

- Так и Реактор создала Умника! Перебил наставника Аби

- Именно! Адонис, казалось, не обратил внимания на бестактность Аби. Но мы нашли пути Хааб, мы обратили технологию в божество.

Это было сказано несколько патетично. Но Адонис вдруг как-то прервал себя на полуслове и решительно сказал:

- Пойдем. Тебе пора все увидеть.

Они довольно быстро дошли до башни, Аби не ожидал от наставника такой подвижности. Хотя внешне было сложно определить его возраст. Аби Вуд хотел, как обычно войти в башню через открытую дверь, но Адонис остановил его. Он вытащил из широкого кармана несколько стальных перфокарт и протянул их Аби.

- Это твои ключи. Читай.

Карты были пронумерованы, на 1 было написано Свободный инициатор I :: L ::. Аби прочитал. Ничего не происходило секунд пять, потом земля завибрировала, башня затряслась, и внешняя ее кирпичная оболочка начала осыпаться, как пыль с поверхности стола. Под этим слоем обнажился сияющий, очень большого диаметра стальной стержень. Он стал выдвигаться вверх, будто откуда-то из земли и вдруг с глухим стуком остановился. В нижней части открылись двери лифта и Аби с Адонисом вошли внутрь. Лифт бесшумно поднялся вверх, снова со стуком остановился. Они вышли и оказались на площадке огороженной стальными перилами.

- Читай вторую перфокарту. Предложил Адонис.

Аби произнес фразу, которая была выбита на карте. За перилами, внизу в стороны отошли две створки и Аби почувствовал жар.

- Смотри. Приказал Адонис и Аби слегка наклонился над перилами, осторожно посмотрел вниз. Там переливаясь оттенками синего, и желтого цвета пылал огонь, жар от него обдавал лицо Аби.

- Читай третью. Снова предложил Адонис.

Аби Вуд прочитал надпись на карте под номером три. Что-то загудело над головой и крыша башни начала опускаться вниз. Точнее так показалось, потому что все начало двигаться, но потом Аби различил, что это огромный поршень, изготовленный из какого-то зеленоватого металла. Он медленно опускался в шахту.

- Когда он соприкоснётся с поверхностью, начнется синтез энергии. Чтобы все прекратить надо прочитать фразу с последней карты. Теперь ты ими владеешь и ты командор этой башни.

Командор башни занимал совершенно особое место в Братстве. В некотором роде он был никому не подчинен, даже Наместнику, сам принимал все решения, касающиеся СОГа и его округи. Кого назначить командором Башни, решал наставник, который занимался с послушниками. Их было много, так что процесс выбора полностью зависел от учителя и чем он руководствовался, один только Хааб знал. Но такая система, когда в каждой Башне был совершенно самостоятельный командор вполне в духе гиплотахической религии. Ведь никто из Братства не знал конечную цель существования СОГов. Однако Наместник все же имел немалую власть над Братством за счет того, что выдавал Руководство каждые пять лет. И что в нем написано также никто не знал, кроме того брата, который Руководство получил. Ему давались все полномочия для осуществления заданий Руководства и все в Братстве должны были способствовать этому. Неизвестность главный принцип существования гиплотахов. Линейные решения не были популярны в Братстве.

Из доклада инспектора Администрации регистровых зон (АРЗ) Николь Илэван Высшему совету Объединенных наций двух континентов.

..Весь мир населенных земель за пределами Городов, имеющий неофициальное название Согдиада, состоит из трех типов разумных существ: люди, нелюди и твари. Первых осталось не так много и в основном они обитают в общинах христиан или как их еще называют хуторян, нелюди это те, кто появился на свет в результате матричной операции, вторичной инкубуляции, существа, сконструированные из живой органики, а также андроиды и гомоиды разных типов техногенного происхождения. Тварями называют тот материал, который в результате генетических опытов Гарольда Дана, потерял человеческий облик, но сохранил разум. К этим существам относят хегов, крематогенов и отронов. Хотя к какому типу отнести последних остается вопросом, так как все больше наблюдателей склоняются к тому, что они один из видов гомоидов, некогда произведенных специально для проектирования и конструирования гомоидов более совершенных типов. Но из-за внешней несхожести людьми их все же обычно записывают в класс тварей (нелюди внешне на людей похожи, этим они принципиально отличаются от тварей).

Хронологический индекс: нис Протокол (2 августа 8999 г). Состояние суток: Утро. Место действия: СОГ 15.

- Идите на хуй, или шли бы вы все в жопу.

После этой фразы, посмотрев в узкую амбразуру башни, чтобы проследить за перемещениями рыцарей-армагеддонов, боец стражи Спиры, Кил подходил к огромному крупнокалиберному пулемету и начинал палить длинными очередями по кустам окружающим башню 15-го СОГа. Пули вспахивали землю, безжалостно перемалывали в щепу хрупкие деревца. В секторе обстрела метров на пятьсот уже давно не было ничего живого, даже червей. Кил по пояс голый, с нахлобученным на голову капюшоном гиплотаха, метался от пулемета к амбразуре, всякий раз изрыгая проклятия на голову армагеддонов или что-то вопил про то, что искромсает рыцарей на куски. Минут двадцать наблюдал за действиями пулеметчик командир стражи Спиры абуш Бриен. Остановить его сейчас было почти невозможно, лишь израсходовав получасовой боезапас Кил успокоиться, утрет пот со лба и спустится с башни, чтобы принести

Командир стражи сидел на полу, покуривал сигаретку и любовался действиями Кила. Он обдумывал сложившуюся ситуацию и внутренне хвалил себя за то, что сам набирал в стражу таких ёбнутых придурков, как Кил. Жертвы, как говорится, генной войны. Что-то в голове таких людей было не так, какие-то сцепки отсутствовали, они ничего не боялись и могли выполнить любой самый безумный приказ. Благодаря своим стражникам Бриену удалось спасти председателя Спиры, и запереться в хорошо укрепленном Пятнадцатом СОГе. Таким образом сорвать план предателя магистра Ансельма Рана, который наверняка рассчитывал одним ударом покончить со всем Братством и взять власть в СОГах в свои руки. Но нет, теперь, когда Пятнадцатый, как заноза торчит в заднице армагеддонов, не так-то легко будет склонить гиплотахов на сторону Ордена. Противоречия между различными военизированными группировками внутри Братства гиплотахов почти непреодолимы и кажется, заложены в саму суть этой организации. Сами братья-гиплотахи не имеют права не то, что носить оружие или как-то им пользоваться, но, даже просто смотреть на него. Даже обычные кухонные ножи используются ими только с круглым концом и полутупым лезвием. Но в мире постгенной эры невозможно было оставаться лишь милыми зайчиками (так жители городов в шутку называли гиплотахов) в белых и зеленых колпаках, тем более что после падения Империи борьба за чистые земли развернулась нешуточная. Вот и появилось наряду с традиционным для эпохи имперской войны ополчением, стража СОГов, набираемая из всяких отбросов. Гвардия СОГов (она состояла в основном из христиан), Стража Спиры, Орден Армагеддона. Техногенная религия предполагала такое многообразие, так как по сути своей каждая из этих группировок пыталась узурпировать право объяснять методы поклонения Хааб и суть религии Реактора (что, впрочем, одно и то же), а также по-своему толковать Пророчество. Все эти группировки, за исключением разве что Гвардии, являлись своеобразными религиозными сектами. Все они жаждали власти и считали, что единственно верно понимают Хааб и Пророчество.

История происхождения их различна. Во времена Гиплотахических войн у Империи была хорошо обученная и вооруженная армия наемников. Часть этой армии (весьма малая) после падения Империи стала основой Ордена Армагеддона. Члены Ордена считали, что в наступивший момент их главная миссия сохранить жизнь и здоровье Наместника Хааб на Земле. Потому что именно у него будет в день творения злобы тот самый ключ от Реактора, посредством которого можно привести в действие все его мощности и таким образом спасти человечество. Их личная преданность Наместнику не имела границ, но они же не признавали Наместником того, кого в числовень тущоптуэ каждый седьмой цикл Колаличба на общем собрании Братства избирали сами гиплотахи. Принципиально не признавая возможность выбора Наместника простыми смертными, пусть и посвященными в члены Братства, они считали, что сам Хааб в нужный момент усмотрит себе Наместника среди общей массы людей. А пока они тщательно охраняли Престол Наместника в Башне СОГа Анжан, не допуская в него избранного гиплотахами Наместника. Фактически Орден Армагеддона пребывал в перманентном конфликте со всем Братством, однако рыцари его часто вмешивались в дела последнего.

Выкурив сигарету почти до мундштука, так что он едва умещалась в пальцах, абуш подошел к одной из амбразур башни и осторожно заглянул в нее. Все видимое глазу в этом направлении пространство было перепахано пулями: ни одного кустика и деревца не осталось, так что едва ли с этой стороны стоило ожидать штурма. А то, что штурм обязательно состоится, он был уверен на все сто процентов. Он слишком хорошо знал магистра, чтобы сомневаться в этом.

Бриен спустился во внутренний дворик СОГа, где уже выстроились в две колоны братья-гиплотахи для совершения обряда. Люди (или нелюди) в длинных белых балахонах, с огромной золотистой скри (равноконечный золотой крест, вписанный в косой равноконечный крест, выполненный в сине-черно-красно-зеленой гамме) на груди, вышитой перламутровыми нитями. Лиц их было не видно, так как они скрывались под колпаками с прорезями для глаз почти как у ку-клус-клановцев, с тем только различием, что у гиплотахов навершие колпаков тупоконечное. Подрясники гиплотахов были подвязаны веревкой, от чего они становились похожими на францисканских монахов. Но, приглядевшись можно было обнаружить, что веревок было не равное количество. У кого-то одна, а у кого и все четыре, причем разных цветов. Те, что стояли в колонах имели только одну сероватого цвета, а те, что появились из чрева башни, были опоясаны четырьмя: зеленой, синей, черной и красной. Они также отличались от остальных тем, что плечи их покрывала пурпурная мантия с золотой каймой по краю ее. Их всего было трое, не трудно было догадаться, что количество веревок на поясе и их цвет, обозначают степень посвящения в Братстве, а наличие фиолетовой мантии высокое положение в иерархии Братства.

Сам обряд был не сложен по своей драматургии: один из трех мантийных гиплотахов, шедший впереди нес на шесте изображение скри. В момент их торжественного, медленного шествия, каждый из гиплотахов, стоящих в колонах, с возгласом умм падал ниц. Поднимались они только тогда, когда старшие братья со скри скрылись в подземном переходе, ведущем на внешнюю стену СОГа. В этот момент умолк пулемет. Абуш Бриен поднялся наверх, чтобы выяснить, что стало причиной молчания пулемета: толи Кил уничтожил всех врагов, толи решил отдохнуть? То, что увидел начальник стражи Спиры, не обрадовало его: Рональд валялся на полу с простреленной головой, видно пуля снайпера-армагеддона настигла его. Бриен осторожно выглянул в амбразуру все пространство перед СОГом было заполнено фигурками наступающих рыцарей, они все же решились на штурм. Со стен СОГа открыли огонь обороняющиеся стражники, а братья гиплотахи, закончив церемонию Поднятие Духа, стали читать строки из Гиплотахии, слова, усиленные динамиками, заглушали все нарастающую канонаду.

Армагеддоны наступали длинными сомкнутыми цепями, прикрываясь высокими щитами. Щиты и экзоскилеты на основе титанового сплава и защитная броня, делали их практически неуязвимыми, даже от пуль крупнокалиберного пулемета в таких ситуациях нужна была артиллерия, но у защитников СОГа ее не было и армагеддоны прекрасно это знали, поэтому не спешили. Они медленно продвигались к крепости и град пуль, летевший со стен, не мог их остановить. Бриен наблюдал за продвижением противника, ожидая того момента, когда они приблизятся к месту запуска катапульт, это место было отмечено красными столбиками по всему периметру СОГа с внешней стороны. До столбиков оставалось метров пятнадцать, и командир стражи дал команду своим бойцам покинуть стены крепости. Все спустились в норы СОГа, братья-гиплотахи давно покинули СОГ, и по подземным линиям экспресс увозил их в лабиринт Согдианы. Бриен спускался в нору последним, закрывая люк он слышал приглушенные хлопки срабатывающих катапульт, а это значило, что армагедоны приблизились к линии запуска и теперь сотни их подброшенные вверх реактивной силой плавно опускаются на стены крепости. Пятнадцатый СОГ пал.

Все время штурма Аби Вуд находился на вершине башни в своем кабинете командора, наблюдая в пуленепробиваемое окошко за ходом битвы. Исход штурма он прекрасно знал: слишком ничтожны были силы Стражи Спиры в СОГе, чтобы серьезно сопротивляться опытным армагеддонам. Впрочем, ему было не совсем понятно вся эта война, которая началась сразу после отъезда его брата. Скорее всего, интриги отца. Но захват Башни принципиально ничего не менял, это, скорее всего символический акт и магистр это знал. Значит, тоже какую-то свою игру ведет. Аби дождался, пока рыцари Ордена добрались до стальных ворот башни, а затем опустился в лифте на пятый последний уровень подземелий. Здесь находилась секретная вакуумная трасса. Она состояла из довольно узкого канала, по которому перемещалась капсула, рассчитанная на одного человека. Неизвестно куда вела трасса. Ее строили давно именно как эвакуационную для командора. Но предполагалось, что конечный пункт место безопасное.

Аби проворно забрался в капсулу, в которой можно было только лежать, тотчас захлопнулась крышка люка, болты герметики автоматически закрутились, сама капсула наполнилась лиловым газом, на лицо Аби опустилась кислородная маска. Засыпая он еще слышал, как капсула наполняется антиперегрузочной жидкостью, а затем как она начала движения мгновенно набирая скорость до 3000 км/ч.

Капсула проделала путь под землей равный 300 км и вынырнула из шлюза в глицериновом озере у подножия Уральских гор. Само озеро образовалось в результате деятельности многочисленных заводов по производству биотоплива, которые некогда располагались здесь. Глицерин был побочным продуктом этого производства и в течение многих столетий просто сливался в долину, со временем образовалось озеро.

Всплыв, капсула раскрылась, жидкость из нее стекла в озеро и мокрый Аби Вуд проснулся. Сразу подумал о том, как это не предусмотрели какое-нибудь устройство для сушки одежды, но тут же включились автоматические сушилки, весь Аби погрузился в струи сухого теплого воздуха, окутавшего его всего. Раскрытая капсула, без прозрачной крышки, теперь это была лодка, нтем более, что на дне капсулы лежало двусторонне весло. С помощью него Аби добрался до каменистого берега, нос капсулы глухо уткнулось в камень. Аби сощел на берег, отряхнулся, расправил плащ. Он осмотрел каменистый берег и вправо и влево: с правой стороны возвышалась невысокая горная гряда, но Аби сразу понял, что взобраться по этой каменной стене он не сможет, а сколько хватало взгляда для осмотря с левой стороны, озеро тянулось бесконечно, края его не было видно. Можно было надеяться, что где-то будет проход в скалах. Аби побрел на восток, вскоре обнаружил расщелину в скале, начал карабкаться наверх по насыпи из мелкой гальки. Добравшись до прохода в ращелине, увидел зеленую долину, и тут же ощутил, как к виску с правой стороны прикоснулась холодная сталь. Аби Вуд осторожно повернул голову и увидел высокого человека, облаченного в какой-то нелепый балахон похожий на белую простыню. Он был замысловато обернут ею, так что на груди образовался плотный слой ткани. Аби видел человека снизу-вверх, его узкий подбородок, странно собранный в пучок волосы на голове, которые торчали кочерыжкой на макушке. А руке он держал что-то вроде узкого, длинного меча, который медленно перемещался от виска к шее гиплотаха. За плечами у незнакомца был видна оконечность старинного узкого пульсара. Такие производили лет двести назад, Аби знал, что они обладали большой разрушительной силой. Человек что-то сказал, резко и отрывисто, звук был одновременно шипящий и чмокующий, Аби Вуд никогда такого не слышал, но по указаниям незнакомца понял, что тот ему приказывает идти вперед. Он инстинктивно, поднял руки вверх и пошел в указанном направлении.

Они начали спускаться в долину. Вид на нее закрывала теперь тутовая роща, которая росла сразу у скал. Аби шел впереди, попытался наладить переводчик на резисте, опустил руку, но тут же получил жесткий тычек, как он понял по ощущением, прикладом пульсара, в спину. Он даже споткнулся, ощутил неприятную боль, однако удержался на ногах, пробормотав: Полегче. Вскоре, миновав рощу, они попали в место, откуда уже в прямой видимости открылась вся долина, но только несколько сот метров ее пространства было покрыто травой остальная часть, далеко до горизонта усеяна небольшими домиками, похожими на палатки с белыми, воздушными крышами. Между ними возвышались необычные сооружения, которые были построены из бревен. Крыши у них остроконечные, а концы изогнуты вверх. Аби тут же вспомнил их название пагоды. И он понял, где оказался это Содружество. Здесь живут потомки тех, кто, когда-то населял Азию. Нужный блок его памяти тут же включился, Аби сразу получил всю необходимую информацию. Общины Содружества очень малочисленны, разбросаны по оазисам, среди громадной пустыни, покрывающей территорию, где когда-то располагались азиатские страны. Но община, в которую попал Аби, расположена в горной местности, про такие места в блоке памяти не было никакой информации. Между тем они уже шли по дороге через поселение. Из палаток выходили люди, небольшого роста. По сравнению с сопровождавшим его солдатом они походили на карликов. Все люди завернуты в такие же простыни, как и его охранник, но разного цвета: синего, красного, зеленого. Волосы у них также, как у солдата собраны в пучок, лица широкие, глаза узкие, они будто все на одно лицо, невозможно отличить мужчину от женщины, каждого от другого. Люди с любопытством, но как показалось Аби, совершенно без интереса рассматривали его.

Наконец солдат подвел Аби Вуда к палатке, которая превосходила по размерам остальные, над ней развевался красный флаг с каким-то странным знаком, блок памяти подсказал Аби, что такой знак называется иероглиф, древний способ письма, которым пользовался самый многочисленный азиатский народ китайцы.

Солдат издал резкий звук, когда они подошли к палатке. Аби понял, что надо остановиться. Он послушно встал у входа в палатку. Охранник легонько толкнул его в спину прикладом пульсара, Аби открыл полог входа и вошел. Он не ожидал, что в палатке будет полумрак. Причина в том, что внешнее покрытие палатки из легкого непромокаемого материала, которое легко пропускало свет, было отделено от внутреннего пространства каким-то плотным, жестким материалом. Нескольку тьму разгонял свет от двух масляных светильников, которые чадили нещадно. Они стояли в разных концах палатки на специальных подставках. Света было достаточно для того, чтобы высветить низкий столик, за которым сидел человек в халате расшитым золотыми иероглифами. Он сидел на полу, сложив ноги по-турецки, выводил большой, тонкой тростью какие-то фигуры на листе белой бумаги. Человек не сразу обратил внимание на Аби Вуда, настолько был поглощен своим делом. Аби кашлянул, незнакомец, наконец, поднял голову, отложил трость в сторону посмотрев на Аби. Его лицо имело европеоидные черты: узкие скулы, прямой нос, чуть навыкате глаза. Он встал со своего мета, оказалось, что незнакомец почти такого же роста, как и Аби.

- Мое имя Вэй Фан. Я глава этого Содружества. Ты гиплотах?

Незнакомец говорил на ло. Аби Вуд не знал какие сведения о Братстве имеются в Содружествах. В следующее мгновение он мог убедиться, что здесь не просто знали, а понимали суть учения гиплотахов.

- У тебя перфокарты?

- Чего вдруг? Соврал Аби.

Человек подошел к светильнику, зажег от него небольшую лучину и направился по кругу, зажигая другие. В темноте их было не видно, а теперь палатка была ярко освещена, от светильников распространялся жар, горячие волны его поднимались вверх и уходили через отверстие в шпиле палатки. При ярком свете Аби рассмотрел незнакомца лучше: одет он был не в халат, а какое-то подобие костюма цвета хаки с прямым воротником. Он действительно не походил на азиата, на вид ему было около сорока лет, черные волосы аккуратно зачесаны назад.

- Ты же ведь пришел через вакуумную линию? Снова спросил он.

Аби оставалось только молча кивнуть головой, но на всякий случай он уточнил:

- Я совершенно случайно узнал о ней. Точнее, так сложились обстоятельства.

Незнакомец с недоверием посмотрел на Аби, позвал стражника. Тот вошел, почтительно поклонился ему, Вэй Фан, что-то сказал, стражник тут же направил пульсар на Аби Вуда, показывая ему, чтобы он выходил из палатки. Гиплотаху ничего не оставалось, как подчиниться приказу. Наступали сумерки и между палатками горели костры, на которых населения этого городка готовило пищу. Слышен был смех детей, громкие разговоры, в целом царило общее оживление. На группу из трех человек, вышедших из главной палатки, никто не обращал внимание. Вэй Фан шел рядом с Аби, в руке он держал что-то наподобие чёток, маленьких не больше двадцати камушков, он перебирал их беспрестанно и тихо говорил.

- Ты, гиплотах, и судя по твоим нашивкам на плаще, командор, должен знать, что существует Пророчество.

- Там про ваше Содружество ничего не сказано. Перебил его Аби

- Конечно. Но не зря же вакуумная линия из-под башни выходит именно к нам, что-то это значит.

Они приблизились к трем большим деревьям, которые росли за пределами палаточного городка. Отсюда открывалась великолепная зеленая долина, простиравшаяся до самого горизонта. Часть долины занята примерно тремя десятками огромных машин. Аби не мог вспомнить, как они назывались, но то, что было расположено на них сверху, он сразу узнал.

- Это баллистические ракеты?

Вэй Фан кивнул. Аби несколько даже растерялся. Такое оружие не производили уже как минимум триста лет.

- С ядерным зарядом?

Уточнил он. Вэй Фан снова кивнул. Видно было, что он удивлен такому невежеству Аби Вуда.

- Что-то плохо вас учат в Братстве, вы Пророчества не знаете даже. Без тени возмущения заметил Вэй Фан.

- Главный принцип Братства: в учебе надо ничему не учить.

Провозгласил Аби Вуд, полагая, что, скорее всего здесь, в Содружестве смысл Пророчества значительно искажен, но он приготовился выслушать версию Вэй Фана. Он рассказал о том, что вакуумная трасса построена много сотен лет назад их предками по указанию Наместника Братства гиплотахов. Она единственная в Согдиаде, проложена только под Пятнадцатым СОГом. Именно командор этого СОГа обладает перфокартой-ключом от всех блоков Реактора Согдиады. Она нужна для того, чтобы запустить процесс синтеза и начать Обновление Вселенной.

- Я, как глава этой общины Содружества, вижу свою задачу в том, чтобы не дать осуществиться этому Пророчеству.

Вэй Фан умолк, стражник как изваяние стоял за его спиной, опираясь на пульсар, который он поставил прикладом на землю.

- А это что?

Аби показал рукой на тягачи-ракетоносцы. Вэй некоторое время раздумывал, решая, стоит ли ему рассказывать гиплотаху обо всем, но, решив видно, что Аби все равно в его власти, пояснил.

- Это гарантии нашего договора с Городами против Континентов: мы должны в случае чего поразить несколько целей, чтобы добиться паритета, баланса сил.

Аби Вуд догадался, что вряд ли здесь обошлось без его отца. Он знал о его мечте властвовать над всем оставшимся миром. Но ему не совсем было понятно, зачем его сюда привел Вэй Фан. Он спросил его об этом, тот опять что-то сказал стражнику на своем шипяще-чмокающем языке, и он очень ловко снял с Аби поручи с встроенным оборудованиям нет-связи, резист, а также набедренник матерчатую сумку прямоугольной формы, которая висела на боку, на ремне. Она была символом власти командора башни, в ней хранились перфокарты. Стражник вынул их, протянул Вэй Фану, а он, повертев их в руках, сунул себе под мышку.

- А сюда - то ты меня зачем привел? Спросил Аби.

- Подойди ближе к деревьям.

Аби повиновался, не ожидая подвоха, но как только приблизился к деревьям, то увидел, что они растут почти на краю скалистого обрыв, то, что Аби принял за долину, было обширным горным плато, на котором и расположились тягачи. А он сам стоял на краю скалистого каньона, далеко внизу, на дне была видна быстротекущая горная река. К обрыву на толстых тросах подвешена хижина из плотно переплетенных друг с другом прутьев. В ней спокойно мог поместиться человек и стоя, и лежа. Крыша хижины покрыта широкими, плотными листьями какого-то растения.

- Спускайся туда, там с боку дверь. Велел Вэй Фан.

Стражник из своего походного ранца достал веревочную лестницу и опустил ее вниз, ее нижняя ступенька легла прямо на крышу хижины. За верхнюю часть лестницу крепко держал сам стражник. Он легонько толкнул гиплотаха прикладом пульсара в спину. Аби был в недоумении.

- Зачем? Спросил он и оглянулся, будто в поисках возможности сбежать.

- Так нам будет спокойнее. Заявил Вэй

Пришлось повиноваться. Аби начал спускаться, осторожно переставляя ноги по ступеням веревочной лестницы. Наконец он ступил на мягкую крышу и посмотрел наверх там на него глядели Вэй и стражник. По оценкам Аби до края обрыва не меньше 10 15 метров. Тросы, которые удерживали хижину, укреплены в скале гораздо ниже верхней кромки обрыва, так что по ним наверх выбраться не удастся. Аби Вуд, держась за один из тросов руками начал осторожно спускаться внутрь хижины через одну из боковых стенок, которая не была ничем закрыта. Хижина сильно шаталась при каждом его движении, но ему все же удалось оказаться внутри нее. Плетеный пол был густо покрыт сухим сеном, сами стены изнутри также были обшиты широкими плотными листами, какого-то растения, такими же, как и крыша.

- Воду добудешь сам. А еду тебе будут приносить каждый день утром. Не проспи, а то останешься голодным. Прощай гиплотах.

Аби Вуд осторожно сел на пол, застланный сеном. При каждом движении хижина раскачивалась, что-то скрипело, казалось, все сейчас рухнет. Аби снял плащ, набедренник, застелил ими пол и уселся, упершись спиной в ту стену, которая соприкасалась со скалой, так хижина раскачивалась меньше. Вэй Фан, конечно, знал Пророчество, но при всей декларированной открытости Братства, тайны его предназначены только для братьев определенного уровня посвящения. Вэй уверен, что отобрал у него подлинные перфокарты, но это копии, игрушки, которые командор всегда носил с собой, как атрибут своей власти в СОГе. Настоящие карты надежно спрятаны.

Аби попробовал вытянуться во весь рост. Наверху ему казалось, что хижина большая, но оказавшись в ней на полу, он понял, что ноги наполовину свешиваются наружу, так что спать в этом убежище можно было, только поджав ноги. Он прислонился к стене, которая примыкала к скале, задумался. Что такое Содружество? Что он о них знает? Сотни лет назад, когда разразились генные войны, после которых изменился не только ландшафт земли, но и начались процессы вырождения человеческой популяции, образование новых рас на основании общего для всех человеческого интеллекта. В отличие от альтернативного искусственного интеллекта, представленного Умникой и бесчисленными ее периферийными устройствами. Он развивался параллельно и независимо. Народы, населявшие эту часть Евразийского континента, страшно смешались в поисках спасения своей человеческой идентичности. Но неизменным осталась их чуждость западным народом, тех, кого ранее называли англосаксами, славянами, ромеями и прочие. Мир Земли тысячелетиями жил, разделенный на две половины мало понимающих друг друга восток и запад. Тень и свет. Добро и зло, обратимое равноценно в ту или иную сторону.

Солнце зашло за горизонт. Наступила безлунная тьма, такая, что не видно было пальцев на руке. Вместе с тьмой пришел пронизывающий холод. Аби вытянул из-под себя свой шерстяной плащ командора, закутался в него, так уснул, почти согревшись. Под утро гиплотаху стало жарко, он развернул плащ, распластался в хижине, раскинув руки в стороны и свесив ноги вниз. Аби проснулся от того, что по правой ступне больно ударил толи осколок острого камня, толи стекла. Сверху послышался голос Вэй Фана. С трудом передвигая затекшие члены, Вуд выглянул из хижины. Увидев над обрывом лохматую голову Вэя, Аби недовольно сказал:

- Чего тебе надо?

- Есть не хочешь?

Ответил тот, покачивая в руках каким-то ведром, не дожидаясь ответа начал на веревке спускать ведро, Аби принял груз. В ведре была большая краюха хлеба, кусок сыры, кусок грудинки и две полуторалитровые бутылки с вином и с водой.

- Это тебе на три дня. Оповестил Аби Вэй Фан.

Аби Вуд отставив ведро с едой вглубь хижины, поднял голову вверх, прищурился на солнце и спросил:

- Ты долго меня тут будешь держать, Вэй Фан?

Аби Вуд свесил ноги в пропасть, устроился поудобнее на полу, застеленном сеном. Хижина чуть покачивалось, солнце поднималось все выше над горизонтом.

- Ты обманул меня гиплотах. Думал, что мы глупые азиаты, ничего не поймем. Скрижали, которые ты мне дал не настоящие. Я это сразу увидел, поэтому ты здесь, чтобы подумать.

Аби откусил от сыра, отхлебнул вина. Оно оказалось на редкость дрянной сливовой настойкой.

- Ты мне передал совершенно невозможное вино. Сказал Аби и бросил бутылку в пропасть. - Зачем тебе все это Вэй?

- Я глава Содружеств и моя обязанность оберегать общины от всякой опасности. Мне плевать на весь остальной мир за этими скалами, поэтому я буду тебя держать тебя здесь до тех пор, пока ты не покажешь мне, где хранятся настоящие скрижали.

Аби неторопливо разжевывал очередной кусочек сыра, не спешил отвечать

- Что ты знаешь об обмане, азиат? Наконец, сказал он. - Или как там тебя теперь называть, после стольких лет эволюции ваших видов. Ты потомок древних цивилизаций, не достигших ничего. Гиплотахия это искусство обмана, случайности и повторения.

Ответа он не услышал, выглянул наружу, но уже Вэй ушел. Большая часть дня стена, на которой была подвешена хижина, находилась на солнечной стороне и немилосердно пекло солнце, проникая сквозь неплотно подогнанные друг к другу прутья. Ближе к вечеру небо затянуло тучами, разразилась страшная гроза. Молнии беспрестанно сверкали, всю ночь лил косой дождь, Аби весь вымок до последней нитки, а к утру из каньона от холодной реки потянуло таким холодом, что он весь замерз, так, что, даже когда солнце снова взошло, он никак не мог согреться, а одежда долго не просыхала.

Аби весь этот день лежал: сох, ел, думал. Следил за полетом орла в далекой вышине, птица наверняка высматривала себе жертву. Аби Вуд вспомнил то, что знал о Пророчестве: должен явиться ключ или человек, который этот ключ принесет, на этот счет были расхождения в мифологии гиплотахов. Но все в Братстве знали, что ключ этот непонятно к чему применять. Далее Пророчество толковалось по-разному в зависимости от того, какую версию происхождения гиплотахизма принимать. Все сходились на том, что Реактор порождение Умники, что работает он, только если исполняется Ритуал. Почему работает, никто не понимал, поэтому и верили в Хааб. Расхождения начинались по другому вопросу: Умника это исключительно искусственный разум или порождение интеграции с человеческим разумом? Но тогда это сверхразум и прозреть его цели невозможно.

Мысли эти бродили в голове Аби, но чем больше он находился в этой хижине, тем меньше ему хотелось думать. Время текло, солнце пекло, а ночью он дрожал от холода. Жизнь менялась: ночью было сложно уснуть, поэтому день проводил в полудреме, постепенно он терял счет времени, да особо и не следил за ним. Еда кончилась, Аби смутно помнил, что Вэй обещал через три дня принести новую, но солнце уже два раза появлялось и исчезало за горизонтом, а Вэя все не было. Хотелось пить. Эта проблема им была решена. По утрам на лиственной крыше, в лоханках, прогнувшихся под собственной тяжестью листьев обильно копилась роса. Эту воду пил в течение всего дня, сливая в ведро.

Наконец, очередное утро началось с того, что Аби услышал знакомый голос Вэй Фана.

- Ну что ты решил?

Аби, несмотря на апатию последних дней, довольно проворно высунул голову из хижины.

- Насчет чего? Притворился он, что не понял вопроса.

- Отдашь нам скрижали?

- Зачем они вам?

- Мы не знаем всего Пророчества, но уверены в том, что скрижали ключ к обновлению человечества, а это означает смерть всего старого. Мы этого не хотим, должен быть другой путь. Поэтому будем хранить скрижали, чтобы гиплотахи не могли запустить вселенскую катастрофу.

- До каких пор?

- Пока не кончиться мир.

- Значит лучше для вас сгнить в этом мире, а не обновиться? Тогда в чем разница?

- Лучше жить в старом мире и вместе с ним умереть.

Аби Вуд понимал, что раньше, чем сгниют обитатели Содружеств, погибнет он сам в этой неказистой хижине, подвешенной высоко над каньоном к скале.

- Я согласен. Крикнул Аби.

Вэй кивнул головой и скинул лестницу. Но выбраться было нелегко, Аби неожиданно для себя обнаружил, что ослабел настолько, что не смог выбраться из хижины. Вэй Фан, наблюдая за его попытками вылезти из хижины, как-то подтянуться, крикнул ему:

- Держи, обвяжись и попробуй стать на край, Ли тебя вытащит.

Он бросил крепкую веревку, а из-за его спины высунулась голова стражника. Аби как мог крепче обвязался веревкой, дернул ее, тут же она резко потянула его ввысь. Он держался за нее, раскачиваясь в воздухе. Вскоре он уже был на вершине обрыва, едва живой. Стражник помог ему встать, поддерживая, повел в поселок. Уже в палатке Вэй Фана, выпивая какую-то горячую, ароматную жидкость, которая его очень бодрила, сказал:

- Я покажу, где находятся перфокарты. Но для этого надо вернуться к СОГу. Проникнуть в башню, а там сейчас армагеддоны.

- Эта не проблема. - Заверил Вэй Фан

Утром отряд рослых стражников, вооруженных тяжелыми пульсарами на трех, крытых тентами грузовиках, в сопровождении Аби Вуда и Вэй Фана выдвинулся в сторону перевала.

Хронологический индекс: нис Протокол (4 августа 8999 г). Состояние суток: Утро. Место действия: борт подводного крейсера Саблер.

Капитан Саблера Кодра Тура пробудился от сигнала зумера внутренней связи. Так крепко спал, что не сразу понял, откуда идет звук, наконец, нажал кнопку для ответа

- Да. - Сонно ответил он.

- Капитан! Услышал бодрый голос штурмана. Анабиозная камера разгерметизировалась. Жду вас в лаборатории.

Лаборатория располагалась в хвостовой части подлодки, там когда-то были пусковые шахты баллистических ракет, но за ненадобностью их убрали, а потом Кодра Тура решил здесь разместить лабораторию для изучения всяких артефактов, которые лодка периодически вылавливала в океане.

В лаборатории двери были открыты, а штурман стоял на входе, меланхолично сложив руки на груди и рассматривая анабиозную капсулу. Внутри недвижимые, мокрые, в остатках жидкости лежали Николь и матрос.

- Они живы?

Спросил Кодра Тура, когда подошел к открытой двери. Штурман посмотрел на мониторы, отражавшие жизненные показатели обоих.

- Да нормально все. Должны сейчас проснуться. Лениво ответил штурман капитану.

- Где медик? Снова спросил капитан.

Медик уже бежал по коридору, на ходу поправляя комбинезон. Остановившись перед капитаном, он вопросительно уставился на него. Кодра Тура указал ему на пол лаборатории, залитый жидкостью из капсулы.

- Убери тут, почему сырость такая. И давай вынимай инспектора с матросом. С ними все в порядке?

- Нештатная ситуация, жидкость почему-то слилась раньше времени на два часа. Но я им ввел уже препарат, сейчас они должны проснуться. Отчитался медик.

Будто услышав его, шевельнулся Сосфен, приподнялась Николь и села в капсуле. Медик начал быстро откручивать фиксирующие винты, опустил на пол капсулу и помог выбраться Николь, Сосфен вылез самостоятельно.

Инспектор, покачиваясь, добрела до диванчика, присела, потирая правое бедро. Она явно еще не совсем пришла в себя, но постепенно осознавая окружающую обстановку. Снова похлопала себя бедру, не обращаясь ни к кому спросила:

- А где моя переноска?

- При тебе ничего не было. Ответил Сосфен, присев с ней рядом.

Николь посмотрела на него, взгляд ее был еще мутный после преждевременного выхода из анабиоза.

- Мне надо отдохнуть. Сказала инспектор.

Кодра Тура и помощник переглянулись между собой, штурман усмехнулся.

- Николь, да ты больше суток отдыхала. Сострил он.

Инспектор как-то странно на него посмотрела, будто припоминая что-то и объявила:

- Пойду к себе в каюту, прилягу.

Неровной походкой она добралась до своей каюты, плотно закрыла дверь. Усевшись на кровать, сняла комбинезон, переноска у нее была привязана к правому бедру. Но она отсуствовала. Кожа в том месте, где помещалась когда-то переноска, была абсолютно гладкой, плотной. Николь осторожно погладила бедро. В том месте, которого она коснулась рукой, образовалось розовое уплотнение. По форме оно было ровно таким, как и носитель из переноски, да и сам прямоугольник ее четко чувствовался под кожей.

- Что у тебя тут, инспектор?

Илэван от неожиданности вздрогнула, подняла голову, взгляд ее встретился с пустыми глазами Кодра Тура, тот стоял в проеме раскрытой двери и также рассматривал ее бедро.

- Я такую штуку уже видел. Имплант кожи. Подобного рода импланты когда-то давно использовали в армии имперцев. Он обязательно входил в аптечку солдат, гвардейцев.

- И зачем он?

- Когда какой сильный порез, ожог, приложил такую штуку, он ткань быстро восстанавливает, как будто ничего и не было. Только, знаешь, это какой-то странный протез.

Капитан наклонился, разглядывая ногу инспектора, поводил пальцем ровно по тем линиям, где под кожей виден был плоский подсумок.

- Этот какой-то странный, он у тебя сквозь подсумок, похоже, пророс и через кожу, ну или заменил твою натуральную кожу собой.

- И что теперь? Равнодушно спросила Николь.

Кодра Тура вызвал по резисту медика. Тот что-то не спешил явиться по первому зову. Капитан рассматривал каюту. Николь сняла комбинезон полностью, легла на кровать. У нее было красивое тело, упругие груди, бархатная кожа молочного цвета и только на правом бедре выделялся, как заплатка имплант.

- Чего ты меня Штольцу не отдал? Спросила она.

- Мутный он какой-то. Толком ничего не объяснил. А у меня был конкретный приказ от Внутренней линии - доставить тебя в регистровую зону и потом забрать и вернуть обратно. Приказ должен быть отдан через Внутреннюю линию секретным кодом и Штольц об этом знает. Мы только так действуем.

- А он что? Любопытстовала Николь.

- Он начал действовать в нарушение протокола.

Наконец прибежал медик, взъерошенный и усталый, комбинезон у него в нескольких местах был мокрый.

- Где тебя носит? - Равнодушно выразил свое мнение капитан и ушел.

Медик, поставил маленький чемоданчика на пол, присел рядом с Николь, внимательно рассматривая пластырь, вросший в бедро инспектора. Он потрогал пальцем небольшое вздутие, находящееся в самом центре пластыря. От прикосновения шишка исчезла, а в месте где она была, образовалось отверстие.

- Ты андроид? - Спросил медик.

Николь, не проявив никаких эмоций ответила:

- Нет, с чего ты взял?

- У тебя здесь разъем порта.

Инспектора приподнялась, внимательно рассмотрела место, на которое показывал медик действительно в центре бедра образовалось круглое отверстие, уплотненное по краям биосиликоном. Такие порты обычно монтировали в плоть андроидов. В этот момент снова подошел капитан.

- Может попробовать подключиться? Предложил он

- Не боишься систему лодки обрушить? Поинтересовалась Николь

Лицо Кодра Тура осталось непроницаемым. Решение он уже принял:

- Пойдем в аппаратную.

Инспектор легко поднялась, как есть голая в сопровождении медика и капитана пошла в аппаратную, которая располагалась в носовой части корабля. Там было пусто, как только открылись двери, зажегся свет. Устаревшее оборудование крейсера, навевало какое-то ретро-настроение: что-то из 21 века. Блок чувствительности разыгрался - подумала Николь, мысленно приводя настройки к нулю. Когда-то она воспользовалась бонусами, которые положены были в АРЗ для неэмоционалов и подключила этот блок, теперь он иногда мешал. Было досадно.

Панели мониторов в аппаратной были расположены вдоль стен, сплошным поясом. Древние инженеры-конструкторы, таким образом, видимо, пытались создать 3D эффект. Кодра Тура щелкнул тумблером, и вся эта система ожила и начала загружаться.

- Садись, сейчас техника вызову.

Предложил он инспектору, указывая на одно из кресел перед монитором, а сам по внутренней связи отдал распоряжение. Николь присела, кокетливо положив ногу на ногу. У нее были правильные черты лица, тонкие губы, широкие синие глаза и чуть вздернутый носик. Селекция инспекторов, осуществлялась в нескольких типажах, с целью достигнуть наиболее оптимальный по внешности, значительности и внушительности. Типаж Николь Илэван относился к какому-то промежуточному, но славному, привлекательному. На любителя - подумал Кодра Тура, спокойно разглядывая ее, находя забавным, как она рукой ерошит свои короткие черные волосы.

- Чего смотришь, капитан? Спросила Николь теоретически зная об интересе мужчин к голой девушке. Сфера любовных утех ей была недоступна в силу эмоционального равнодушия к ней. Но возможен ли такой интерес к ней со стороны асциала? Этого она не знала. Но сам Кодра Тура, даже если и думал о чем-то таком в своем смешанном женско-мужском уме, сказал о другом.

- Не смотри, что старое оборудование. Инфополе везде, так что, думаю, подключимся.

Пришел техник с пучком кабелей в руках. Мельком взглянул на инспектора, что-то начал подключать, через минуту сказал: Готово, капитан! и застыл над разъемом в бедре инспектора со штекером в руке, в ожидании команды глядя на капитана.

- Давай! Махнул рукой техник.

Техник вставил. Первые секунд десять ничего не происходило, все напряженно ждали. Мониторы осветились голубоватым светом, потом на них появилось изображение человечка со скрюченными руками и ногами.

- Я знаю этот знак, так метит свои вещи Умника.

Разъяснил Кодра Тура, а из динамиков раздался женский голос:

- Введите пароль.

Немного подумав, Николь набрала на клавиатуре пароль. Мониторы все начали наполняться бесконечными рядами цифр, которые в горизонтальном направлении перемещались по монитору с права на лево. Потом несколько мониторов погасло на время, потом снова появились изображения, но на них уже были теперь не цифры, а графики, фигуры додекаэдров.

- А ты откуда знаешь пароль? Поинтересовался капитан.

Николь оторвалась от монитора, посмотрела на капитана.

- У меня он был здесь.

Она указала пальцем на свою голову, рука ее бессильно опустилась, глаза затуманились, и она рухнула на пол. Медик пытался привести ее в чувство, но Николь не реагировала даже на нашатырь. Он сообщил капитану:

- Да она спит просто, так крепко, как будто ей дали наркоз.

- Перенесите ее в каюту. Проснется, поговорим.

Распорядился Кодра Тура и отправился в капитанскую рубку.

Диалог с Мармеем

Илэван находилась в каком-то старом доме. Была летняя ночь. Стекла в доме разбиты и с улицы веяло ночной прохладой. В окно видна полная луна, судя по ее положению над горизонтом было около трех ночи. Николь стояла рядом с окном, недалеко от двери, в большой комнате, освящена она только огнем из камина. В нем уютно потрескивали дрова. Перед камином, в кресле, в полуобороте к Николь сидел человек, его голова прикрыта капюшоном. Гиплотах? - мелькнула в голове у инспектора мысль. Она села в кресло, которое стояло рядом. В отсветах пламени из камина Николь видела, что на голове у незнакомца не капюшон, а что-то вроде покрывала, которое закрывало голову и часть лица, но все же видны острые скулы, прямой нос, лоб, закрытые глаза и шевелящиеся губы человек молился.

Николь села в кресло рядом. Огонь в камине разгорался, но от него не было тепла, только свет. Наконец, незнакомец перестал молиться и сказал:

- Мое имя Мармей. Я послал тебе ежедневник Тимея.

- Зачем?

- Это предложение от Умники.

- В чем его суть?

- Создатель Умники Тимей Скачков создал ее много тысяч лет назад. Смертельная болезнь жены подвигла его синхронизировать сознание жены с интеллектуальной системой Умники, надеясь, что через несколько веков, а может даже и десятилетий медицина достигнет такого уровня, что сможет вылечить ее.

- А как же тело?

Мармей повернул к ней свое лицо, в полутьме Николь все равно ничего не видела, но чувствовала, что он улыбается.

- Он ее забальзамировал. К моменту смерти жены Тимей от горя сошел с ума. Я даже думаю, что именно синхронизация и убила ее.

- Т. е. ты хочешь сказать, что он загрузил свою жену в интеллектуальную систему полностью?

- Да, сознание, память, карту нейронных связей, все. После этого Дарни, так звали жену Тимея, просто осталась пустым мясным мешком. Кстати, то, что ты видела, на мониторах, прежде чем попасть сюда это смысловая модель Дарни.

Инспектор осознавала, что все сон. Понять является ли он частью информационного потока или это все происходит в ее собственной голове, было сложно, но выйти из этого состояния Николь не могла, сон длился и длился. Мармей продолжал:

- Помимо синхронизации, Тимей, разработал алгоритмы развития машины на несколько десятилетий вперед, однако что-то произошло, и план изменился. В результате синхронизации и последующей эволюции образовалась Личность 1 Дарни. Таким образом, теперь жена Тимея не могла вернуться в свое тело, даже если бы это было возможно, так как она стала частью Умники, а Умника частью ее полностью интегрированный гибрид.

- Т. е. Умника подчинила Дарни?

- Нет. Личность вместо алгоритмов сформулировала Событие, которое дало толчок всем последующим событиям человеческой истории. Теперь она развивалась параллельно, местами пересекалась, но неизменно вело к какой-то цели.

- И что за цель?

Мармей обернулся к ней, перегнулся через подлокотник кресла, наклонился к ней почти вплотную и прошептал:

- Цель осталась прежней.

* * * *

Николь проснулась у себя в каюте на диване. Болели виски. Николь погладила себя по голому бедру, в том месте, где теперь был разъем. Место это немного чесалось. Одела комбинезон и отправилась в рубку управления. Там сосредоточенно уставившись в мониторы, матросы несли вахту. Капитан отсутствовал, а его штурман развалясь сидел в кресле своего шефа.

- Где Кодра Тура? Сразу спросила Николь

- Отдыхать пошел. Не меняя позы, ответил он.

Инспектора села в свободное кресло акустика. Разглядывала помощника капитана.

- Как твое имя?

- Штурман. Моя должность и есть мое имя. Я ГИЧ (генетически измененный человек), специальная серия с регулятором. Нам имени не положено по инструкции, но команда зовет меня Кеннет.

Он задрал рукав комбинезона на правой руке, показал рычажок регулятора эмоций, настроений и отношений.

- Сейчас я подобострастия прибавлю, а то смотрю, ты напряжена как-то.

Он немного подвинул рычажок вверх, тотчас выпрямился в кресле, лицо его приобрело заискивающее выражение. Николь Илэван знала, что было время, когда в лабораториях Дана специально выводили ГИЧ с подобранными навыками. Там проводили эксперименты по регуляции нейромедиаторов, видимо Кеннет один из немногих, кто такой регулятор получил. Эти рычажком он мог регулировать уровень гормонов, влиять на свои эмоции: когда нужно быть грустным или веселым, крайне агрессивным и прочее.

Николь ничего, никогда не испытывала. Она не могла жалеть о том, чтобы что-то испытывать, но по сравнению с Кеннетом Николь являлась более совершенной моделью переходной ступенью от ГИЧ к гомоидам. Уже не человек, но и не гомоид. Может в этом и была причина, почему ее выбрал Мармей? Задумчивость инструктора подвигла штурмана продолжить с ней разговор.

- Что снилось? Спросил он.

- Почему так решил?

- Просто в нашем мире сны часть коммуникативных технологий, самой на сегодняшний день совершенной.

Николь ничего не уточняла больше, ответила:

- Мармей снился.

- Вождь хегов? Понятно. Чего хотел?

- Чтобы я агентом Умники стала.

Штурман подкрутил рычажок и на его лице изобразился интерес.

- Я бы согласился.

- Почему? Не поняла Николь

- Говорят, став агентом, можно обрести полноту бытия. Ты не ГИЧ, наверное, тебе сложно понять меня.

Николь и не думала понимать Кеннета. Она вспомнила запись с ежедневника, теперь ей стало ясно, что за последовательность там была выстроена по дням: это этапы синхронизации Дарни.

- Ты, Кеннет, такой знаток технологий Умники?

- За столько тысячелетий машина обросла легендами и мифами, одна из них: состоит в том, что слияние с ней приносит удачу.

Последняя фраза была сказана мечтательно, лицо Кеннета расплылось в улыбке. Он снова регулировал свои эмоции. А у Николь появилась идея, и она снова отправилась к себе в каюту. Заперлась, даже поставила код на замок. Снова подключилась к носителю в бедре через индивидуальный резист, чтобы закончить свое путешествие, не только диалогом с Мармеем. Николь полагала, что у нее достаточно данных, чтобы совершить путешествие во времени в прошлое, посредством соединения сна и реальных фактов. Смоделировать прошлое.

Сонное путешествие Николь Илэван

Была весна. Долина расцвела, и покрылась бело-розовыми цветами многочисленных вишневых деревьев, которые росли по берегам небольшой речушки, текущей на восток. Николь находилась на возвышенности и могла хорошо видеть всю долину и великолепие цветения. Нелегко было разглядеть в самом центре этого сада небольшой домик, тем более что крыша и стены у него были такие же бело-розовые как вишневые соцветия.

- Сколько у тебя солдат?

Спросила Николь у претена Стражи Спиры, он стоял позади нее, опустив автомат стволом вниз. Темные защитные очки и маска закрывали его лицо, закопченный шлем матово блестел в лучах солнца. Претен был изрядно потрепан, у него перевязана правая рука, сквозь бинт просочились алые пятна крови.

- Пять человек и один андроид. Они все рассредоточены по долине, Дом окружен со всех сторон. Ждем только вашего приказа. У нас еще есть миномет. - Он указал куда-то на север, за гряду.

- Думаю, обойдемся без мин. Мне надо поговорить с ними. Как только я закончу разговор и уйду, прикажете своим людям открыть огонь. Никто не должен выжить. Проверьте потом, вы поняли приказ претен?

- Да, инспектор.

Инспектор спустилась в долину. Шла среди вишневых деревьев, вдыхала аромат цветов, слушала мирное жужжание пчел, собирающих нектар. Чем ближе она подходила, тем яснее видела ту идиллическую обстановку, которая окружала дом. На обширной террасе его сидела в кресле-качалке молодая женщина, одетая в свободную, просторную белую рубаху. Ворот рубахи был расстегнут, видна была грудь, которой она кормила младенца, спеленатого в голубую простыню. Она, эта простыня, несколько диссонировала на общем фоне, так показалось Николь. Рядом с террасой устроен столик, покрытый ажурной скатертью. На столике дымящийся самовар, кружки, вазочки с вареньем и с какой-то снедью. Пахнет мёдом. За столом сидят двое мужчин, одеты они в клетчатые костюмы и о чем-то весело болтают, попивая чай.

Николь прошла мимо них, прямо к женщине с младенцем. Она узнала в ней Дарни. Мужчины за столом, будто не видели инспектора. Женщина, совершенно счастливая, смотрела на ребёнка, на то, как он с упоением сосет ее грудь. Она не сразу заметила Николь или делала вид, что не заметила, а инспектор просто стояла за перегородкой, отделявшей террасу от двора. Наконец, ей надоела ждать и она сказала:

- Дом окружен солдатами, как только я уйду, они расстреляют всех вас.

- Ты думаешь, так изменится мир?

На террасу вошла пожилая няня, взяла у женщины младенца и удалилась вглубь дома. Дарни подошла к перегородке, оперлась на нее локтями, теперь она была рядом с Николь.

- Если ты хочешь, что-то изменить, тебе надо подключиться к Умнике. Повторю: так сможешь что-то изменить. Мой муж она кивнула на одного из мужчин за столом Хотел спасти меня, но неверно рассчитал алгоритм развития машины, полагая, что срок необходимый для моего спасения не будет простираться далее 100 лет. Но все было иначе: в течение тысячелетий Умника стала частью человеческой цивилизации, существенно влияя на ее развитие. Так сложилось. Но цель ее осталась прежней восстановить меня.

- Что же делать?

- Присоединится к нам. Умника действует, интегрируясь с человеком. На разных этапах истории было несколько личностей, которые, присоединившись к ней, давали новое направления развития. Меняли все. Формировали новое Событие. В начале этого события была я, Личность 1, но были и другие, в том числе и сам Мармей. Я не знаю, сколько всего было личностей, но Умника постигая опыт всего человечества, анализируя каждого, кто с ней интегрировался, на каком-то этапе пошла по альтернативному пути развития. Можно сказать, что она раздвоилась. Как человек, в котором есть и плохое и хорошее. Но цель оставалась прежней, ту которую перед ней поставил создатель ее Тимей. Чтобы ее осуществить на каком-то этапе Умника поняла, чтобы восстановить меня надо

Дарни оборвала на полуслове пуля, прошившая ей шею. Женщина обмякла и медленно опустилась на пол террасы. Пули посыпались как горох со всех сторон, два мужчины за столом пораженные ими, попадали под стол. Но они не задевали саму Николь, будто она была заговоренная. Стражники уже хозяйничали в саду, продолжая стрелять в трупы. Наконец стрельба закончилась, претен, опустив автомат, подошел к оторопевшей Николь.

- Я же не давала приказа стрелять? Возмутилась она.

Офицер снял шлем, Николь сразу в нем узнала Тимея, только лицо его было закопченное, с ссадиной на правой щеке, перепутать его с тем Тимеем из ролика было сложно.

- Не отвлекайся, Николь, это все обманки другой Личности, которая была потом, после моей жены. А ты должна найти Дарни, я прошу тебя!

Инспектор была сбита с толку, в дополнительных модулях памяти у нее уже хранился пароль с носителя, через который она вошла в систему, но сделать следующий шаг Николь не решалась. Тем временем подошли все пять солдат, они тоже сняли шлемы, все они были Тимеями. Этот кошмар Николь не могла остановить, не могла выйти из сна. Они протянули к ней руки.

* * *

На этот раз пробуждение для Николь было более тяжелым болела голова в затылке, немного тошнило. Может быть, это было связано с тем, что она использовала для связи резист, который глубоко внедрен в нервную систему. Инспектор встала с дивана посмотрела на мониторчик, расположенный на рукаве комбинезона, там значилось: Вы вошли в систему. Оставалось только сделать последний шаг: она прижала большой палец к боковой поверхности резиста, из небольшого отверстия тонкая иголка сделала небольшой прокол в коже, маленькая капля крови поступила внутрь системы. Через мгновение она уже видела всю картину в своем воображении, будто это всегда были ее знания: обозначение всех Личностей в ней, управление крейсером, какие-то еще функции, в которых надо было постепенно разбираться, или же они просто в нужный момент всплывут, как всплыл пароль от первого слоя входа в систему. Она знала ближайших Личностей, помимо главной Дарни. Это Мармей, Аби Вуд и Гермес. В том порядке как вливались их данные в Умнику. Для Николь теперь естественно было знания, что с шестого тысячелетия Умника смогла достигнуть репродуктивности. Причем прослеживалась цепочка алгоритмов решения этой задачи и несогласие с эти, на первых порах, Дарни. Что и служило препятствием на пути к реализации репродукции, хотя технически это возможно было уже несколько сот лет назад.

Проникая глубже в систему Николь поняла, что согласие Дарни на репродукцию невозможно было получить первоначально по той причине, что она еще довольно долго надеялась обрести свое настоящее тело. Но по мере того, как шло время технологии, которыми овладела машина, достигли такого уровня, что отпала необходимость восстанавливать старое, а можно было просто все сделать новое. И Дарни родилась снова, в маленьком теле ребенка, постоянно пребывая у него в подсознании и по мере роста его, возрастая вместе с сознанием собственным ребенком будучи сама дитем себя. Почему-то данные о месте рождения, новом имени Дарни для Николь были закрыты в системе. Видимо надо было найти ее каким-то другим путем. Впрочем, и файлы Гермеса с Аби были запоролены без разрешения доступа. Кто из них будет организовывать конец человечества и всего мира? Неясно.

Но проникнув в более глубокую структуру системы Умники Николь нашла некий выход, во всяком случае, направление нужного движения. Это сразу в рубке управления понял помощник капитана, заполнявший бортовой журнал подлодка поменяла курс.

- Мы вообще управлением владеем?

Спросил, вошедший в рубку капитан Кодра Тура. И Кеннет отрицательно покачал головой.

- И куда мы идем? Снова спросил Кодра Тура

- Курс прежний в порт Оградора. Ответила Николь.

Чего он ей дался этот Оградор, что там? - лениво подумал капитан и снова отправился к себе в каюту спать.

Николь решила провести время в кают-компании. Там в одиночестве сидел за столиком Сосфен, пил что-то желтое. Инспектор присела рядом, кивнула на стакан, спросила:

- Никак не отойдешь от анабиоза?

- Да, приходится вот смузи пить. Что дальше будем делать?

Николь пожала плечами.

- Идем в порт Оградора, там посмотрим. Наверное, подключусь к Умнике и выясню дальнейший план.

- А почему не сейчас?

- Каждое действие в системе запаролено отдельно. По мере того, как разворачиваются события, всплывают новые пароли.

В кают-компанию заглянул штурман, увидев Николь, обрадовался (видно переборщил с радостью).

- О, инспектор, я тебя искал.

Он присел рядом, толкнул плечом Сосфена, спросил его, по-прежнему глупо улыбаясь.

- Что тяжело?

- Ты бы радости убавил, Кеннет. Заметила Николь.

Штурман не обратил внимания на реплику инспектора. Он щелкнул в воздухе пальцами, появилась аер-схема молекул ДНК, только странно как-то она выглядела, будто три или даже две спирали были вплетены друг в друга.

- Я тут покавырялся в той базе, которую ты открыла, и вот обнаружил это.

- И что это? Не поняла Николь

- Это трансмутор. Иногда его называют моделью души.

На лице Николь появилось подобие выражения непонимания. Быстро бросив взгляд на нее, Кеннет сообразил, что вряд ли подобная информация известна простому инспектору АРЗ, поэтому он пояснил.

- Трансмутором это разработка Внутренней линии, попытка создать включатель сознания. Деятели ВЛ основывались на идеях Дана, который полагал, что душа это своеобразная особая структура, которая имеется внутри человеческого организма и может существовать сама по себе после его смерти в виде субстанции, которую Дан назвал трансмутором. Правда самому ему эту субстанцию так и не удалось обнаружить. Но как видно идею развила Умника. Однако она пошла другим путем, возможно под влиянием очередного синхроника и создала искусственный трансмутор.

Модель вращалась в воздухе вокруг своей оси, прямо как конус, который сопровождал лодку еще совсем недавно. Николь сообщила об этом штурману. Тот пригляделся и согласился с этим.

- Возможно, та махина, что нас преследовала, просто огромная копия трансмутора.

- А в чем его функция? Этого трансмутора.

- Дан утверждал, что душа - это переключатель, от сознательного состояния к бессознательному и обратно. Но это было только его предположение. Дан, высказав идею, не стал ей заниматься или просто времени не хватило.

Все посмотрели на вращающуюся модель, выглядела она изумительно, как само совершенство гармонии.

- Разве существует душа? Просто вслух сказала Николь.

Кеннет сделал пальцами раздвигающее движение, увеличив трансмутор в размере настолько, что стало видно, как двигаются внутри нее мелкие черные точки, похожие на капельки.

- Видите, это похоже на какой-то поток неизвестных частиц, они всегда присутствуют вокруг живого человека, исчезают после его смерти. Их невозможно обнаружить, но, похоже, ресурсы Умники смогли это сделать. Это и есть то, что называли в древности душой. Она содержит в себе данные обо всех параметрах прошлого или будущего человека. Т. е. это своеобразная матрица для души. Только вот я не сумел разобраться для какой души: будущей, которой предстоит родиться или той, что осталась в прошлом.

Кеннет снова щелкнул пальцами, изображение исчезло. Сосфен с громким звуком допил смузи.

- Это просто идея была, про душу. Заметил он.

- Да. Однако, как видим, Умника приняла ее за основу и что-то создала или собирается создать.

- Вот мы это и выясним.

Подвела итог Николь, вспомнила свой сон про Тимея и Дарни. Кажется, становился понятным смысл этого сна. Штурман отправился по своим делам, Сосфен молча сидел за столом, о чем-то думал. Николь откинулась на спинку, дивана, закрыла глаза. Включила резит и подключилась к инфосфере. Не все ей понятно было из объяснений Кеннета, да, собственно, он и не мог ничего знать, лишь доступное ему через подключенные Николь порты. Это был лишь верхний слой, а доступ к остальным слоям был только у нее, в случае, если она синхронизируется с машиной.

Снова она подключилась к сновидческому коммутатору, переместившись во времени в то же место, где погиб Тимей. Тот же дом, терраса. Но на этот раз Николь сразу увидела себя внутри дома, на кухне. Большие окна со всех сторон позволяли этому помещению весь день утопать в солнечном свете. Обстановка обычная: плетеный стол, кресла, газовая плита, вытяжка, мойка. Дарни в легком белом платье. Она стояла за плитой и жарила драники. Вкусно пахло картошкой, Николь это очень ярко ощущала.

- А, Николь! Вернулась.

Дарни обернулась на нее, улыбнулась. Будто продолжая прерванный разговор, сказала:

- Кеннет, он не все знает. Ему просто заставка открылась. Там, конечно, тоже есть информация, но мало. Что такое душа? Поток, вон посмотри в окно.

Николь глянула, там, в синем небе действительно перетекал с запада на восток поток черных частиц.

- Каждый человек вот такие частицы. Человек поток всего этого: воспоминаний, ощущений, чувств. Они никуда не исчезают с его смертью. Но носитель умирает и потом надо собрать все это воедино, нужна именно душа, трансмутор.

Она ловко сняла со сковородки последний драник, положила на тарелку, и поставила ее на стол перед Николь. Дарни села напротив.

- Ешь, Николь, это вкусно. Мой Тимей думал, что в будущем мне помогут, даже забальзамировал меня. Но плоть умирает, а все что она содержала, распадается, без трасмутора (души) не соберешь. Он бился над этой задачей, но все честно: собранная я без трансмутора была только коробка с воспоминаниями. Сознание, не просыпалось. Я не возвращалась. Он был в ужасе. И все совершенствовал свою машину Умнику.

Она опять замолчала, лицо ее сделалось грустным. Она отвернулась от Николь и смотрела в окно. Инспектору показалось, что у нее по щеке потекла слеза.

- А потом Тимей умер. И я с Умникой закончила его дело. Однако в бесконечном пространстве метамира мое сознание потерялось, до тех пор, пока Умника не создала репродуктивную форму искусственной жизни. Тогда я где-то родилась. Меня надо найти. Мое сознание спит. Тот слепок, который ты видела, мой трансмутор. Вот об этом прошу тебя, потому что не так важно буду ли я снова жить, важно, чтобы вы все жили. Важно чтобы жил Тимей.

Хронологический индекс: нис Протокол (5 августа 8999 г). Состояние суток: Сумерки. Место действия: окрестности СОГа 15.

Отряд Вэй Фана на грузовиках Донгфенг (это название Аби прочел на капоте машины, буквы походили на язык ло), медленно передвигался по грунтовой дороге весь день с раннего утра, до шести часов вечера. Позади каждой машины, прикрепленные к бамперу, скакали по ухабам небольшие пушки, снаряды для которых загрузили в одну из машин. Аби про себя подумал, что мир Содружества это сочетание какой-то махровой древности и элементов современности. Понятно, что в пределах инфопространства, никакие горы не помеха. Достаточно простейшего устройства связи и тебе открываются любые горизонты знаний.

Аби Вуд ехал во второй машине в кабине рядом с водителем. Вэй Фан находился в головной машине, Аби чувствовал, что тот постоянно поглядывал в зеркало заднего вида, пытаясь не упускать из вида гиплотаха. Пока ехали в раскачиваемой на ухабах машине, Аби то дремал, то просыпался, почти ни о чем не думая. Наконец, в сумерках выехали из долины и поднялись на перевал. Отсюда уже был виден нижний уровень Гамбига и XV СОГ, расположенный на его окраине.

Все пятнадцать СОГов располагались в пределах мегаполисов, кроме Оградора, который находился на берегу большой реки и своего СОГа не имел, так как не входил в эту энергетическую систему, не имел верхнего уровня и защитного купола. Нижние уровни городов находились в управлении гиплотахов. Сам СОГ представлял из себя пространство, окруженное высокой стеной с галереей внутри нее для обороны, а также Столпа (башни), находящегося не в центре этой окружности, а где-то на периферии, в левой или правой стороне. Никаких построек внутри пространства за крепостными стенами не было, просто поверхность выложенная, плотно подогнанными друг к другу стальными нержавеющими плитами.

Машины остановились на перевале, наверняка наблюдатель с башни, если таковой там был, видел приехавших как на ладони. Вэй Фан вылез из машины и начал в бинокль рассматривать окрестности СОГа. Он ни одной живой души там не видел, а Аби, разглядывавший башню через пыльное лобовое стекло, предполагал, что, скорее всего армагеддоны пользуются электромагнитной маскировкой, которая искажает изображение. Догадывается ли об этом Вэй Фан? Аби Вуд не стал его спрашивать об этом и по-прежнему сидел в кабине. А тот отдал распоряжение солдатам выгружаться и расставить на перевале все три пушки, приготовившись к стрельбе.

Когда все было готово, и расчеты замерли у снарядных ящиков, Аби Вуд также вышел из машины. Его заинтересовало зарево, которое хорошо было видно на горизонте далеко за чертой нижнего уровня. И удаленный грохот канонады он слышал, также как и Вэй Фан его слышал.

- Что там? Спросил он у подошедшего к нему гиплотаха.

- Наверное, гвардия Гамбига воюет с отрядами рыцарей и хуторян. Предположил Аби Вуд.

- Тогда и нам надо начинать. Решил Вэй Фан и махнул рукой пушкарям.

Почему надо? - подумал Аби, полагая, что он явно чего-то не знает, содружец не все ему рассказал и поездка их к Столпу не только из-за скрижалей. Но уточнить не успел, громыхнули все три орудия и три разрыва, вместе с кусками стали взметнулись ввысь, а солдаты Содружества, тремя колонами, выставив вперед пульсары ринулись к СОГу. Пока бежали колоны солдат, орудия сделали еще несколько выстрелов зажигательными снарядами по самой башне, не причинив ей вреда. Зажигательная смесь просто вылилась из разорвавшихся снарядов к подножию башни и здесь слабо горела на стальных плитах.

Солдаты Содружества быстро и слаженно продвигались вперед, Аби и Вэй Фан едва поспевали за ними, когда до врат СОГа оставалось не больше сотни метров, со стен было произведено несколько мощных выстрелов из пульсаров. Первый из них тут же превратил в пар один из отрядов солдат Содружества, остальные кинулись в рассыпную. Из башни начал стрелять снайпер, расстреливая солдат по одному. Воспользовавшись этим обстоятельством Вэй Фан ускорился, стремясь как можно быстрее достигнуть СОГ, чтобы под стенами ее спрятаться. Аби неотступно следовал за ним, используя как прикрытие самого Вэя. Когда они добежали до стены, все солдаты были перебиты. Они оба прижались к гладкой, металлической стене СОГа переводя дыхание. Стрельба прекратилась. По-прежнему были слышны только далекие раскаты орудийных выстрелов. Где-то на окраине нижнего уровня Гамбига бой не затихал, а видимо разгорался с новой силой.

- И что дальше? Спросил Вэй Фан.

Аби, несмотря на всю суету беготни, стрельбы успел заметить, что в СОГе не было ни одной живой души. Всё оружие работало в автоматическом режиме, армагеддоны ушли, видимо не найдя в Башне того ради чего в СОГ шел отряд содружцев. А может быть была и какая-то другая причина. Аби Вуд не ответил на вопрос Фана, он стал ощупывать стальную, гладко отполированную стену СОГа, в поисках щели между плитами. Где-то здесь должна была быть дверца. Так и было, Аби не ошибся: в монолитной стальной стене узкая щель между плитами под легким нажимом пальцев быстро превратилась широкую щель. Под действием гидрированных петель калитка мягко, без шума отворилась. Они с Ваном быстро скользнули внутрь двора. Здесь было тихо плиты двора так отполированы, что в них отражалось солнце. Столп возвышался перед ними метрах в ста, зубчатая вершина его темнела на фоне голубого неба. Бойницы башен были закрыты, это значит, что армагеддоны активизировали пушки стен, но почему-то оставили бездействовать вооружение башни. Все это было очень странно, создавалось ощущение, что СОГ необитаем и армагеддоны, взяв его штурмом по какой-то причине, вскоре оставили его. Аби посмотрел на Фэя, тот выглядел испуганно и растерянно. Видимо совершенно не ожидал такого фиаско своего боевого отряда, который состоял, очевидно, из лучших воинов. Да, азиаты утратили военные навыки, вот что значит, столько столетий жить в полной изоляции, - подумал Аби Вуд, а вслух сказал:

- Пойдем, стрелять, думаю, не будут.

Они не торопясь достигли открытой двери в нижней части башни и вошли в пустое темное пространство, где винтовая лестница вела на самый верх, в аппаратную. Лестница закручивалась вокруг ствола шахты, через которую были пропущены все коммуникации к пульту управления этого сегмента Реактора. Они начали восхождение по крутым ступенькам. Ван Фэй пресек желание Аби идти первым отстранил его в сторону, теперь после гибели отряда, не доверял ему, подозревая в том, что гиплотах мог быть как-то замешан во всем. У Вана явилась, даже, мысль бросить все и вернуться домой, но желание овладеть скрижалями, спасти мир, победило сомнения. И он начал взбираться ступенька за ступенькой первым. И это был его роковой выбор. Как только он достиг крышки люка и попытался открыть его, сработала ловушка, установленная армагеддонами, огненный вихрь вырвался из нутра ваккумной гранаты, прожег Ван Фэя от макушки до пяток. Его останки разметались по стальному полу столпа.

Аби Вуд, наконец, поднялся в аппаратную. Оборудование, установленное здесь несколько веков назад, продолжало исправно работать, и Аби мало что понимал в нем. Все эти кнопки, тумблеры, циферблаты ни о чем ему не говорили. Странно, он был командором СОГа, но никогда не обучался управлением установкой. Она работала сама, когда-то давно запущенная, примитивная автоматика контролировала все процессы. Единственная функция Аби, когда будет нужно вставить перфокарты в отверстие считывающего устройства. О том, когда это будет нужно, сообщит посланник Наместника Хааб. И до Аби доходили слухи, что посланник уже в пути и он, Аби Вуд, догадывается, что за весть он ему несет. И все благодаря покойному Вэй Фану, его стремлению овладеть перфокартами, жажде спасти Содружество. А в итоге погиб сам и вся его команда. Но цель спасти человечество неочевидная для гиплотаха, у которого главное Хааб, в нем все. Он дающий и берущий.

Обойдя пульт управления, Аби Вуд подошел к шкафу с железными дверцами. Он открывался легко: ржавый, полуистлевший замок сам упал на землю, как только Аби прикоснулся к нему. Со скрипом открыв дверцы в темном пространстве шкафа, на полке Аби увидел две металлические перфокарты, аккуратно завернутые в промасленную бумагу. Он никогда прежде не держал их в руках, даже не знал, кто их сюда положил. Адонис, когда-то просто показал ему этот шкаф. Аби развернул бумагу, две золотые пластины приятно блестели, рельефный узор текста завораживал. Он сунул пластины в глубокий карман подрясника. Хотя мелькнула шальная мысль, а не сунуть ли их в щель приемного устройства? Посмотреть, что будет. Но он тут же отбросил ее, точнее его отвлек звук сверху, похожий на выстрелы. Взобравшись на вершину башни, он подошел к промежутку между зубьями. Внизу простирался город нижнего уровня, наступал вечер и дома уже были освещены, а по дорогам зажглись воздушные фонари. Далеко на горизонте громыхало, видны были отсветы разрывов, а внизу, под башней, вся площадь была заполнена фигурами рыцарей Ордена Армагеддонов. Откуда они взялись? Но их становилось все больше, если он попадет в их руки они, скорее всего, сбросят его с башни вниз, как всегда делали с враждебными им командорами. Холодок страха пробежал у него по спине. Что делать? Он вспомнил о брате, который, скорее всего, там где-то за горизонтом ведет бой, но обязательно придет на помощь. Он не бросит его, своего единственного брата. Аби Вуд послал с резиста сигнал бедствия Нукесу.

* * *

Третий день Нукес Вуд со своим отрядом сидел в бункере, выдерживая атаки армагеддонов. Они появились неожиданно с северной стороны нижнего города и также неожиданно атаковали. Остальные отряды на этом участке линии фронта успели отступить и укрыться под куполом, а его отряд оказался в окружении. Берилиевые стены бункера вполне выдерживали воздействие лучевого оружия, а ничего другого на этот момент у армагеддонов, видимо, не было. Нукес наблюдал за рыцарями в перископ, те установили свои щиты, устроились за ними, кажется, обедали. Скорее всего, ждали прибытие чего-то тяжелого, чтобы выкурить Нукеса с его отрядом.

Он мог также уйти со своим отрядом, из бункера: система подземных коммуникаций под нижним городом была старая, разветвленная. На схеме Нукес обнаружил даже поезд не так далеко от бункера. Но уходить было нельзя: бункер был частью огромного опорного пункта, прикрывавшего вход на вакуумную трассу, ведущую прямиком к платформе верхнего города. Нукес еще раз посмотрел сквозь прозрачный купол бункера. Далеко в темнеющем небе виднелся контур платформы верхнего уровня. Она медленно поднималась все выше и выше, с разных ее сторон, снизу, спускались, как гигантские прозрачные щупальца, отсоединенные от земной поверхности каналы вакуумных трасс. Но последняя, та, что находилась под защитой бункера, оставалась действующей. Наверху команды на ее отцепку почему-то не давали. Отец молчал, что там творилось у него, было совершенно непонятно, но этот удар в тыл, захват XV СОГа армагеддонами стал неожиданностью.

Рыцари оживились, видно обед закончился, они перебегали между щитами, а бойцы Нукеса старались их подрезать из пульсаров, но бестии были так ловки, что уворачивались от разрядов. Как вскоре понял Нукес Вуд, причиной оживления рыцарей был вовсе не окончившийся обед, а птерактель, который неторопливо приближался к бункеру с западной стороны. Внешне он был похож на диск для метания. Казалось, что онслишком медленно летит, но это только обманчивое ощущение: Нукес знал, что птерактель будет над бункером буквально в считанные секунды. Лейтенант дал команду отряду уходить вглубь по тоннелям, ведущим к центральной системе. Нукес покинул бункер последним, успел заметить, как птерактель завис над бункером, по всей окружности его вышли продолговатые резцы, поверхность их почти зеркальная. Резцы повернулись вертикально, впились в стеклообразную поверхность бункера, птерактель стремительно стал вращаться вокруг свой оси, резцы вскрыли убежище гвардейцев как консервную банку. Автоматические пульсары, расположенные по периметру, были бесполезны, их выстрелы не причинили птерактелю никакого вреда, для этой боевой машины это как укус комара медведю.

Пройдя по тоннелю, отряд Нукеса оказался за чертой нижнего города. Отсюда они видели, как вскрыв бункер птерактель, когда не обнаружил никого внутри, просто забросил внутрь зажигательные пакеты и также бесшумно, быстро удалился, исчезнув в небесной синеве. Пакеты мгновенно разгорелись внутри бункера, пламя, температура, которого достигала чудовищных величин, выжигало суперстойкий берилин как осеннюю сухую траву.

Нукес велел солдатам спуститься в овраг, который начинался сразу за домами, которые здесь были выстроены в строгую линию. А сам наблюдал за армагеддонами, но те не проявляли к его отряду интереса, будто они уже не представляли никакой опасности для них. Лейтенант посмотрел на небо: платформа с верхним городом была уже едва видна, последний канал вакуумной трассы отцепили от поверхности. Теперь на платформу могли проникнуть только гравикоптеры. Но со стороны армагеддонов по-прежнему не было никаких агрессивных действий, они не пытались атаковать засевших в овраге гвардейцев. Мало того, вели себя довольно странно: собрались около горящего бункера в кучу, сняли свои шлемы, кто-то даже защитные пластины скинул, смеялись над чем-то. Еще более беспокоил Нукеса тот факт, что отец никак не выходил на связь, но неожиданно он обнаружил на резисте сигнал от брата. Он включил прибор в режиме айер-изображения, Аби предстал перед ним как живой, но в миниатюрном виде, позади него виднелись зубцы СОГа. Зачем он забрался на вершину башни? Аби выглядел озабоченным, даже немного испуганным.

- Нукес, мне нужна твоя помощь. Сказал Аби.

- Что у тебя случилось?

Аби подошел к краю башни и опустил камеру резиста вниз, Нукес увидел, как там армагеддоны взламывали входную дверь в столп.

- Армагеддоны захватили СОГ, потом ушли, пришли мы, потом они снова пришли. Аби объяснял путанно, явно волновался. Потом объясню тебе. Помоги выбраться отсюда. Они сейчас поднимутся наверх и тогда все, у меня вот это есть он показал скрижали. Я думаю, что они из-за этого сюда стремятся.

Связь пропала. Нукес Вуд сразу узнал перфокарты, показанные ему братом. Каждый командор Столпа имел такие атрибуты власти. На перфокартах были записаны коды запуска силовых установок каждой башни, хотя командоры их знали наизусть, карты были скорее символами их власти. Да что с того, если знать эти коды? Похоже армагеддоны захватили СОГ ради них? Но зачем? Вопросы, которые требовали ответов.

- Сержант! Позвал Нукес солдата, который находился метрах в трех от него. Вызывай иглу.

Сержант побежал по рядам залегших солдат к последнему в цепи, там находился пилот тяжелого десантного гравикоптера. Игла находилась на северном рубеже их обороны, если ее оттуда снять, то надо смириться с тем, что нижний город оставлен врагам. Переговоры сержанта с пилотом закончились тем, что последний, в сопровождении сержанта, стал пригибаясь пробираться к позиции лейтенанта. Почему-то это движение вызвало реакцию со стороны рыцарей, несколько зарядов пролетели над головами, спалив пару домов. Пилот присел рядом с Нукесов, свое отражение, как в зеркале, он видел в непрозрачном гладко отполированном забрале шлема пилота.

- Лейтенант, машина сопротивляется вашему решению, оно не соответствует разработанной стратегии, которая используются при сложившейся боевой обстановки. Объяснил пилот.

Он был связан с иглой через каналы нейросвязи, видел малейшее ее движение и то, что видела она. Но задание на действие иглы выдавалось из Штаба, а значит от Гарри Вуда. Задания было: прикрывать северные рубежи.

- Как-то это изменить можно? Перепрограммируй задание, у тебя же есть режим самостоятельных действий. Сейчас более важное направление XV СОГ, если мы не спасем командора СОГа, это будет хуже, чем оставить рубеж. Переформулируй задачу, исходя их этих данных. Используй принцип приоритета. Поучал Нукес, надеясь, что этоn вариант сработает.

Пилот на некоторое время застыл на месте, и вскоре на горизонте с тихим стрёкотом появилась игла - коптер действительно внешне был похож на иглу, только огромную и чуть утолщенную в задней части. Десантный корабль, не долетая до позиции отряда несколько сотен метров, завис в воздухе, по всему корпусу, от хвостовой части до кончика прошла огненная волна, которая на самом кончике носовой части сформировалась в импульс, он отделился и ударил в самую гущу столпившихся армагеддонов, оставив от них мокрое место. Потом игла резко приблизилась к краю оврага и опустилась вниз. В задней части открылся люк в грузовой отсек.

- Заходим! Приказал Нукес.

Гвардейцы один за другим забежали внутрь коптера, Нукес зашел последним. Игла поднялась высоко в небо и устремилась на восток, вспышки от разрывов импульсов зенитных батарей отражались от ее защитного поля. Гвардейцы уселись на пол грузового отсека. Нукес пересчитал бойцов тридцать пять человек. Все что осталось от отряда за несколько недель боев. За зеркальными забралами лиц было не видно, но лейтенант понимал, что гвардейцы устали и это очень сильно могло сказаться на их боевых возможностях.

К лейтенанту подошел пилот, сообщил:

- Лейтенант, приближаемся к башне, армагеддонов не наблюдаю, они видно внутри попрятались.

Нукес кивнул в знак того, что информация до него дошла, он ее принял, но пилот не уходил.

- Что еще?

- Столп снабжен пульсаром против которого наша защита может не сработать.

- Покажи. Потребовал Нукес.

Пилот развернул аер-план, который повис прямо посреди корабля. Четко видна была башня во всех подробностях. Все зенитные системы на этом плане хорошо просматривались, но самого большого калибра лейтенант не наблюдал

- Ну и где?

- Возможно, скрыта несколькими слоями защиты.

Нукес прикинул, где могла быть скрыта пушка-пульсар, посоветовался с пилотом, тот пожал плечами, предположил, что скорее всего или в фундаменте Столпа или где-то в стене. Возможно она торчала просто на виду, большая, можно сказать огромная. Чтобы сгенерировать импульс нужны внушительные размеры, но человеческий глаз, да и самый чувствительный прибор не мог ее видеть.

- Что теперь, сделаешь, маневрируй. У нас другого выхода нет. Ты же опытный пилот. Велел Нукес

Пилот отправился на свое место в носовой части корабля. Игла подобралась совсем близко к башне, зависла над ней, на мониторах была хорошо видна площадка, но она была пуста. Ни единой души. Нукес велел опуститься еще ниже. На мониторах появилось обозначение высоты над башней 10 метров. В этот момент весь коптер содрогнулся от мощного удара с левой стороны, заголосили сигналы авариной посадки, и игла ушла в сторону. Пилот схватился за голову, снял шлем, мгновенно прервав нейросвязь, лицо его было залито кровью, глаза остекленели, он упал на пол. Игла потеряла управление, ее начало крутить вокруг оси, гвардейцы рассыпались по всему отсеку. Нукес понимал, что та самая пушка, которую они не видели, все же сработала, удар был настолько мощным, что прорвал защиту и повредил коптер. Лейтенант, несмотря на сильную качку и колебание корабля добрался до пульта, смог перейти на ручное управление и совершить посадку, за пределами стены СОГа, приземлившись на полянку.

Открылся аварийный люк, Нукес приказал срочно всем выбираться, отсек стал наполняться едким дымом. Гвардейцы тут же рассредоточились, используя любую кочку, как укрытие. Можно было ожидать, что отряд сразу накроют огнем, но пока ничего не происходило. Лейтенант с пилотом осмотрели иглу - был поврежден задний стабилизатор, но силовые установки были целы. Пилот заверил, что сейчас перезагрузит систему, и снова полетим, но только врядли защитное поле будет действовать. Пока пилот приводил в порядок корабль, Нукес, взяв с собой несколько солдат, отправился в СОГ надо было найти брата.

Бойцы рассредоточились по площадке, которая примыкала к башне, прикрывая лейтенанта, и внимательно каждый наблюдал за своим сектором, переведя пульсары в автоматический режим. Если появится враг, оружие само взведется и выстрелит. Датчики пульсаров работали в интеграции с нейросенсорами солдат и безошибочно определяли врага. Но никого не было. Спокойно зашли в открытые ворота башни. Внутри горел тусклый, дежурный свет. Он едва позволял ориентироваться в полутьме. Гвардейца, включив нашлемные фонари, осторожно передвигались по внутрибашенному помещению. Винтовая лестница, вела наверх. Нукес посмотрел наверх, в лестничный проем, оттуда лился более яркий, почти ослепительный свет. Недалеко от лестницы лежала груда матрасов, Зачем они тут? успел подумать Нукес, как сверху с шумом упало тело гиплотаха. Два бойца подскочили к телу, голову гиплотаха прикрывал плащ, сам гиплотах упав на груду матрасов, почти на край их, скатился вниз и распластался на полу. Откинули с головы плащ, перевернули упавшего. Нукес снял капюшон с головы гиплотаха, узнал Аби. Бледность лица, закрытые глаза брата напугали Нукеса. Полевой медик уже просканировал тело Аби и сообщил, что у того в нескольких местах трещины в позвоночнике. Солдаты развернули носилки, аккуратно переложили в них Аби Вуда, понесли его к игле. Остальные прикрывали их, Нукес шел последним все время, оглядываясь, ожидая подвоха. Оставалось несколько десятков метров до корабля, когда на них обрушился град кислотных пуль. С характерным шлепком они разбивались о броню, и с шипением растворяли металл, только второй керамический слой брони не поддавался кислоте, но при такой интенсивности огня пули так или иначе найдет щелочку, через которую кислота достигнет кожи. Нукес стрелков видел: несколько армагеддонов сосредоточились на стене и вели огонь из автоматических винтовок. Лейтенант сгенерировал из пульсара несколько выстрелов, вершина стены СОГа озарилась багрянцем пламени, выдержала ли индивидуальная защита армагеддонов неизвестно, но выстрелы с их стороны на несколько секунд прекратились. Это дало возможность погрузиться в пикировщик и игла взмыла вверх, быстро набрав высоту.

- Куда, лейтенант, летим?

- К врачам.

Ответил Нукес, не спуская глаз с лица брата, который опять погрузился в забытье.

Структура армии СОГов (Стражи Спиры и Ордена армагеддонов)

Самая крупная боевая единица ксила, примерно 5000 бойцов. Во главе ксилы стоит военачальник, которому присваивается воинское звание абуш. Он не является членом Братства, не приносит обетов, а приписан к Страже Спиры Братства. Ксила разделяется на езеры по 1000 бойцов во главе их стоят стапиры, также назначаемые из Спиры. Далее следуют осута (100 чел.) их возглавляет приф, потом дега (10 чел.) ее возглавляет лейтер и самый небольшой отряд (5 человек) называется от под командованием претена. В структуру армии также входит ополчение из тех, кто жил на землях гиплотахов. Их разделяли обычно на два отряда: лучников и пращников.

Из аналитической статьи Анджея Ставинского Власть гиплотахов

Человеческая цивилизация развивается некими скачками. Судите сами: с зарождения первых цивилизаций, китайской, шумерско-вавилонской, египетской, никаких внешних, да и серьезных внутренних перемен не происходило. Тысячелетиями быт людей и технологии оставались на одном уровне, да, и если признаться честно, и сейчас внешняя жизнь общинников, которые обрабатывают землю в СОГах мало, чем отличается от жизни их собратьев-земледельцев в Египте или Китае. Можно так сказать, что по пути прогресса, правда очень медленного и осторожного, шло развитие духа человечества или религиозных воззрений. В Египте это идея загробной участи человека и приведение в соответствии с этой идеей всех сторон жизни земной вокруг этого все вращалось: тогдашняя мысль, технологии, быт, хозяйство, государственное правление, искусство. В Китае думали о другом. Там в основе цивилизации была положена идея соблюдения нравственного закона, который ставился во главу угла всех принципов жизни. Отсюда такое внимание к церемониалу, правилам поведения, субординации и целесообразности.

Потом, с приходом Христа, произошел некий существенный сдвиг, повторюсь, этому предшествовали тысячелетия спокойного развития. Основа этого сдвига установление тотальной иерархии общества сверху и вниз, начиная с небесной сферы и заканчивая земной. Здесь понадобилось всего 1500 лет, чтобы вызрела новая цивилизация. Принципиально отличная от предшествующих, которую я бы назвал миром города. Да, конечно, и прежде существовали города, и очень крупные, но все же, они не были чем-то отличным, изолированным от внешнего земледельческого мира, скорее они были продолжением его, центром округа. Ведь неслучайно название одного такого города, Рим, стало названием целой империи. В христианскую эпоху все было иначе, город уже выступал совсем в ином значении. Он стал не просто главным городом какой-либо местности, он сам становился центром всего, втягивая в себя лучшие силы и изменяя окружающее его пространство.

.Прорыв в различных областях науки произошел на рубеже IV V тысячелетий. Тогда казалось, что уже не осталось неизведанных областей в познании окружающего мира. Человек объяснил все, нашел новые способы передвижения и освоил в полной мере собственную Солнечную систему, выйдя за ее пределы и основав колонии в самых дальних галактиках. Даже самая главная тайна, сам человек была разгадана, и человечество вышло уже на уровень Творца: создавая себе подобных, без Его помощи. А мы, христиане, отставали. С какого-то времени вдруг кинулись с религиозной точки зрения объяснять достижения науки, доказывать их вредность и несоответствие Божественному замыслу. Мы наступали на те же грабли, что и наши предки: как будто мы знали, в чем этот замысел. Мы цеплялись за мнения Отцов по естественно-научным вопросам, высказанным еще несколько тысячелетий назад, боясь признаться себе, что мнения эти неверны и устарелиМы высчитывали числа, искали знаки антихриста, ждали знамений и за всем этим потеряли главное веру

Хронологический индекс: ош Вода (16 июня 8999 г.). Состояние суток: Утро. Место действия: Гамбиг: нижний уровень.

Будильник зазвонил ровно в 7 часов утра. Созонт слышал сигнал, но глаза открыл не сразу. Однако игнорировать механизм, который побуждал его встать, было бесполезно. Созонт приподнял голову от подушки и спустил ноги с кровати. Вчера он засиделся, изучая манускрипт, который ему удалось взять в Хранилище. Заведующая читальным залом Ольга под страшным секретом разрешила ему на сутки его вынести из Хранилища. Поэтому пришлось покорпеть ночью и как результат теперь ему с трудом удалось встать. Надо было спешить. Занятия в Училище хранителей начинались в 8. 30 и нельзя было опаздывать, декан этого не любил и жёстко штрафовал за опоздания. Созонт быстро оделся, второпях выпил кофе, собрал бумаги в портфель и вышел на улицу.

Он жил в небольшом, одноэтажном домике, один. Во дворе дома росло несколько плодовых деревьев и кустарников. Созонт любил свой дом, свой сад. И даже немного опаздывая, выйдя из дома, он остановился и на мгновение, обернувшись с любовью, посмотрел на свой дом. Потом продолжил свой путь в училище.

Был солнечный, ясный день, впереди простиралась мощеная красным камнем дорога. Над одно и двухэтажными домами вился беловатый дымок: это жители просыпались, начинали топить печи, чтобы приготовить завтрак. Город нижнего уровня состоял по преимуществу из деревянных небольших построек, даже мэрия помещалась в таком же строении, только здание было длиннее, чем обычно. Бесконечное множество этих домишек далеко во все стороны света открывались взору Созонта, который жил в квартале на плоском холме, поэтому мог спокойно созерцать это великолепное зрелище однообразия. А посреди этого царства бесконечной похожести возвышалось многоэтажное кубическое здание Хранилища. За ним, у самого горизонта высились небоскребы, принадлежащие компании Сексюси.

Достигнув подножия холма, лестницы ведущей в долину, Созонт остановился и посмотрел в голубое небо. Там, высоко над землей медленно плыла платформа Верхнего уровня. Профессора всегда завораживало это зрелище: он видел неспешное движение платформы, многочисленные прозрачные нити вакуумных трасс и множество мелких черных точек гравикоптеров. Они так и сновали вокруг платформы, а также огромные грузовые воздушные танкеры с отходами и мусором, которые с определенной периодичностью отделялись от платформы и устремлялись вниз, а потом уходили за горизонт.

Созонт спустился с лестницы и быстро шел теперь по центральному проспекту, мощенному бетонными плитами. Недалеко виднелось серое двухэтажное здание Училища, над входом развевался белый флаг с гиплотахическим ромбом и анаграммой Братства гиплотахов, вписанной внутрь ромба. Это знамя означало приверженность нижнего уровня Гамбига гиплотахическим идеям.

Созонт почти не опоздал на занятия, прозвучал только второй звонок, а ученики все были на местах, за партами и терпеливо ждали учителя. Профессор вошел, ученики дружно встали, приветствуя его девизом гиплотахов: Берущий и дающий! Мы часть того, что связывает все. Созонт жестом разрешил всем сесть. Он оглядел аудиторию: справа юноши, одетые в белые рубашки, коричневые джемпера и такого же цвета брюки с левой стороны на джемперах у них находилась эмблема гиплотахического ромба. Девочки в черных платьях и передниках с белыми воротниками, все аккуратно причесаны. Профессор вздохнул и написал на доске тему занятия: Тимей Скачков создатель Умники

- Каждое новое поколение начинает свою жизнь с изучения опыта прошлых поколений, постепенно погружаясь в него и строя собственное будущее, но если связь прервана будущего не будет. Мы с вами занимаемся тем, что восстанавливаем прерванные цепочки.

Девушка с двумя плотно заплетенными косичками, сидящая на первой парте в одиночестве подняла руку:

- Что ты хотела спросить, Роза?

Девушка резко поднялась и четким, звонким голосом, как будто рапортовала, выпалила:

- А сегодня будут раскопки в Стальных Прутьях профессор?

Вопрос немного удивил Созонта, он не планировал раскопок сегодня, но почему-то ответил:

- Да, Роза, мы пойдем туда, нужно закончить раскоп.

Он некоторое время молчал, обвел взглядом совершенно бесстрастные лица студентов, подумал: Таких на Континентах называют неэмоционалами, и продолжил лекцию:

- Тимей создатель Умники, вы все это знаете. Эта система появилась очень давно, но мы не знаем до сих пор, где, в каком месте она физически была размещена. Поэтому наша задача, как хранителей обнаружить систему или хотя бы какие-то ее элементы. Во всяком случае, такое задание мы получили от Спиры.

- Вы не согласны с этим, профессор? Снова спросила Роза.

- Почему? Это, конечно, важно, но я уверен, что в приоритете у нас составить ясное представление о Новых тёмных веках. Хотя бы потому, что это поможет нам понять, откуда и для чего взялась наша цивилизация. Кроме того, мы не знаем побудительных мотивов Тимея: зачем он создавал Умнику. А, не зная этого, даже если мы найдем какие-то ее части, не сможем соединить их в общую систему знаний.

Созонт никогда не мог определить, кто среди студентов гомоид, а кто человек. Да и есть ли среди них люди? Возможно Роза человек, потому что слишком много задает вопросов. Гомоиды это человекообразные системы, которые проходят обучение по разным учебным программам, чтобы потом участвовать в работах уже как специалисты и вместе с ними учатся люди. Руководство нижнего уровня считает, что это способствует взаимному сближению и гомоидов друг с другом, а в дальнейшем повлияет на слаженность действий в команде.

- Тимей жил в третьем тысячелетии, когда точно сказать сложно. По моему мнению, годы его жизни можно примерно отнести ко второй половине XXI века, именно с этим периодом истории человечества мы связываем начало Новых тёмных веков. Однако по этому времени у нас есть только один источник, помните какой?

- Анналы Купфера. Сказал кто-то с места.

- Верно. Мы говорили о них несколько занятий назад и даже были семинары, где мы их разбирали. Это два десятка перфокарт, но необычных, они изготовлены из высоколегированного сплава стали и вольфрама. Способ записи информации на перфокарту относится еще к зарождению информационных технологий, но их всегда делали из картона, а здесь такой необычный способ хранения. Можно предположить, что сделано это было специально, чтобы таблички дожили до нашего времени, и мы их прочитали. Анналы дали нам слишком мало знаний о том времени, но почему это так важно?

Вопрос профессора был ни к кому не обращен, больше риторический но ответила на него Роза:

- Мы не понимаем, что случилось с человечеством в промежутке между третьим и четвертым тысячелетием. Проще говоря куда все делись.

- Именно. Хранители провели уже немало раскопок, обнаружили остатки городов, сооружений, различные артефакты, но никаких признаков какой-либо катастрофы, которая привела бы к такому резкому сокращению популяции людей и к тому, что целые огромные страны, города пришли в полное запустение. Это странно.

Созонт сделал паузу, обдумывая то, что он собирался сказать дальше, чтобы это было понятно всем:

- Анналы не прояснили ситуации, но дали нам немало дополнительной информации, которая, я уверен в этом, поможет нам представить всю картину, чтобы понять, как нам действовать дальше каким путем идти. А вот чтобы это понять мы для этого учимся и проводим раскопки. Теперь давайте разберем еще несколько текстов из Анналов Купфера.

Остальная часть занятия прошла в кропотливом разборе текста. Профессор остался доволен работой своих учеников. Наконец прозвучал сигнал к окончанию занятий. Студенты неторопливо покидали аудиторию, Созонт разбирался в своих бумагах и не сразу заметил, что перед ним стоит Роза, которая терпеливо ждет, когда на нее обратит внимание профессор. Подняв голову, он был несколько удивлен тем, что она еще здесь, но приготовился выслушать ее.

- Профессор мне хотелось бы вам показать одно место.

Созонт был заинтригован и покорно пошел за Розой. Они покинули училище и направились по главной улице нижнего уровня к выходу из него. Созонт не раз бывал вместе со студентами по делам раскопок за пределом уровня, знал, что там только бесконечные поля и валуны. Но путь их лежал не к воротам, которые вели в пустыню на Развилке Роза свернула, и они пошли по боковой улице, похожей как две капли воды на центральную улицу. Теперь они двигались по направлению к густому лесу, который обступал уровень с западной стороны.

- В прошлый раз, когда мы проводили работы на Стальных Прутьях, я и еще пару студентов задержались на раскопе, а назад возвращались коротким путем и нашли то, что я вам и хочу показать. Пояснила Роза

Они вышли за черту города нижнего уровня и продолжили путь под кровом елового леса. Здесь была грунтовая дорога, а от высоких елей тени тянулись вдоль нее. Вдруг дорога плавно пошла в гору, лес расступился, открыв укромную поляну, заросшую высокой травой. Роза остановилась и сказала:

- Это здесь.

Созонт ничего кроме травы не видел. Он недоуменно уставился на Розу. Та прошла вперед и, наклонившись, раздвинула траву, за которой открылся серый каменный надгробный памятник в виде прямоугольной плиты сильно погрузившейся в землю. На ней можно было разглядеть выбитый крест и надпись. Профессор опустился рядом с Розой на колени, стер пыль и землю с памятника и прочел: Николас Колдуэлл: 2000 2099.

- Кладбище? Удивленно воскликнул Созонт.

- Да, и тут довольно много могил. Они все за разные периоды времени, здесь хоронили на протяжении многих сотен лет. Пойдемте дальше.

Роза отправилась только по одной ей видимой тропе и наклонялась то там, то тут, раздвигала траву показывая профессору все новые и новые плиты, он только успевал восклицать: Поразительно! Изумительно! Этого не может быть! Наконец они дошли до конца поляны. Оглядывая обширное пространство, окруженное лесом, Созонт подвел итог их прогулки:

- Это удивительное открытие, причем под самым, можно сказать, носом. За всю историю раскопок Хранителями, мы ни разу не находили кладбища, а здесь такое.

- Да, - согласилась Роза, - но такое ощущение, что все эти могилы из разного времени здесь кто-то для чего-то собрал.

Профессор внимательно посмотрел на студентку и предложил:

- Давай это выясним завтра же приступим к раскопкам.

Казалось, Роза только такого ответа и ожидала. Домой они возвращались вместе, но только до перекрестка, туда, где дороги расходились на три стороны. Роза отправилась в общежитие студентов, Созонт домой. По дороге он, как всегда обдумывал события дня, которых было не так много, главное из них обнаружение кладбища. Человечество уже тысячелетиями не закапывало умерших в землю. Даже немногочисленные общины христиан лишены такой возможности. Все умершие транспортируются в СОГи и далее отдаются Хааб. Так как он дающий и берущий, человечество убеждено, что без этого Реактор работать не будет. Кладбищ, колумбариев, курганов не осталось нигде: ни на поверхности земли, ни под водой. За многие годы раскопок в разных местах планеты, Созонт ни разу не находил никаких захоронений, как будто кто-то разом взял и выкопал всех умерших людей, которые жили на Земле когда-либо. Конечно, это было странно, но почему так произошло, ответов у него не было, как и ни у кого. Пробел в истории человечества не позволял ответить на этот вопрос. И вот теперь Роза обнаружила большое кладбище. С этой мыслью профессор подошел к своему дому. Дверь была приоткрыта, хотя Созонт точно помнил, что, когда уходил, закрывал ее. Когда вошел, еще из коридора увидел, что в доме гость он сидел в зале, спиной, но по белому плащу со скри на плече и капюшону, Созонт сразу понял, что это гиплотах высокого ранга. Профессор прошел в комнату. Он был уверен, что брат-гиплотах наблюдает за ним сквозь прорези своего капюшона-маски. Зеленая оторочка контура маски и знак Наместника на правом рукаве зеленого подрясника, все это говорило о том, что гиплотах входит в состав Спиры. Созонт сел за стол с другой стороны. Гиплотах снял капюшон. Голова его была тщательно выбрита, только с обеих сторон черепа оставался треугольники волос. В гиплотахе Созонт узнал своего бывшего одногруппника по училищу Хранителей Гермеса. В годы учебы они приятельствовали, но после окончания училища их пути разошлись: Гермес предпочел сделать карьеру в Братстве и как видно преуспел в этом, а Созонт стал ученым. Они не виделись уже много лет.

- Приветствую тебя, Созонт. После недолгого молчания произнес Гермес, профессор слабо улыбнулся и кивнул в ответ.

- Давно не виделись, Гермес. Что тебя привело ко мне?

- Я слышал, твои ученики нашли кладбище?

- Как быстро ты узнал, я сам только сегодня получил информацию.

- Ты же знаешь, что нижний уровень находится в ведении Братства, и мы знаем все даже раньше вас, здесь живущих.

Профессор занялся своими делами, в конце концов, он не приглашал Гермеса. Поэтому Созонт включил чайник, чтобы попить чая с бутербродами на ужин и принялся нарезать колбасу.

- Я хотел бы принять участие в раскопках. Заявил Гермес.

- Такая возможность есть только у Хранителей. Напомнил Созонт.

- Я не собираюсь нарушать ваши прерогативы, поэтому к тебе и пришел, чтобы получить согласие на мое присутствие от тебя как руководителя группы.

- Не дают покоя лавры Адониса? Пошутил профессор.

Гиплотах отстегнул пряжку и снял свой плащ, повесив его на спинку стула. Прохаживаясь по небольшой кухне, Гермес объяснял профессору, зачем ему нужно участие в раскопках:

- Не мне тебе объяснять, как важно то, что нашла твоя Роза. Кладбище большая редкость для нашего времени и Братство должно знать, все, что там есть в этих могилах. Потому что Хааб должен получить эти останки. Это его собственность. Тем более, как я понял, там могилы, относящиеся к разным периодам. Это даст нам возможность провести Ритуал.

Созонт о Ритуале слышал, но подробностей не знал, это была самая оберегаемая тайна Братства. Ему не совсем были понятны мотивы Гермеса, но не допустить его к наблюдению за раскопками он не видел особой причины. Да, гиплотахи не вмешивались в дела Хранителей, но и не было каких-то особых правил запрещающих им это делать. Поэтому профессор сказал Гермесу:

- Приходи завтра к 7 часам утра. Только никого из своих не приводи. Будь один.

Гермес радостно улыбнулся, удовлетворенно хлопнул руками и предложил:

- По чайку?

Созонт ничего не оставалось, как налить чай и ему. Они пили и молчали.

* * * *

Ночью Гермес ушел. А Созонт прежде чем заснуть думал о том, что Братство, являясь покровителем нижнего уровня всегда с особым пиететом относилось к Хранителям и не вмешивались в их дела. Причину такого поведения профессор не мог понять, зная, как жестко, и безапелляционно гиплотахи вмешиваются во все стороны жизни тех, кто жил на их территории и зависел от них. Кроме того, его не убедили доводы Гермеса, объясняющие его интерес к раскопкам, но понять его мотив Созонт был не в силах. С тем он и уснул.

Утром Созонт, Роза и несколько лучших учеников собрались на кладбище. Тут же присутствовал и Гермес. Сложно было понять какое его настроение, лицо было скрыто капюшоном с маской, но в руках он держал лопату, приготовившись к раскопкам. Однако чувствовалось, что он был напряжен. Сначала группа внимательно осмотрела все памятники, срезали траву. Выяснилось, что памятники были все однотипные, будто сделаны под копирку, в одном месте и в одно время. Они явно не походили на артефакты из глубокой древности. По оценкам Созонта им было не больше пятисот лет. Но надписи на могильных памятниках свидетельствовали о том, что под ними лежат останки людей из разных эпох.

Работу начали с крайнего захоронения. Созонт не разрешил использовать технику, чтобы ничего не повредить, только лопаты и кирки. Когда сняли первый памятник Гермес, который во время работ стоял и не принимал участия в тяжелых работах, заметил:

- Смотри, Созонт, судя по надписям это ковены.

Профессор рукой в перчатке смахнул песок с памятника, освободил надпись Брен Принстон: 2100 2199.

- Похоже на то, я еще вчера заметил несоответствие даты на памятнике срокам жизни в это время. Думаешь, там братская могила?

Гермес пожал плечами и, сбросив плащ с плеч, принялся энергично за работу. Вскоре штык лопаты стукнулся обо что-то железное. В яму опустились два студента и расчистили матовую металлическую поверхность большого ящика, который был явно больше обычного гроба, чтобы вытащить, его нужен был кран. Гиплотах связался с СОГом и там обещали прислать экскаватор.

Студенты принялись раскапывать остальные могилы, а Гермес с Созонтом присели на кучу земли отдохнуть. Гиплотах достал откуда-то из глубокого кармана своего подрясника небольшую пластиковую фляжку, предложил Созонту глоток холодного кофе, тот отказался.

- А ты обратил внимание, что на памятнике целый ряд дат? Сказал Гермес.

- Да. Первая надпись хорошо пробита, остальные контуром. По-моему, там обозначено целое тысячелетие.

- Ковены. С удовольствием отхлебывая кофе, сообщил гиплотах. Они некоторое время молчали, наблюдая как дружно работают студенты, которых явно вдохновила находка металлического ящика.

- Как ты думаешь, Созонт, что там может быть? Спросил Гермес.

Профессор пожал плечами и сделал вывод:

- Уж точно не кости.

В это время послышался шум коптера, он медленно опустился на площадку рядом с кладбищем, открылся грузовой отсек коптера и из него выполз робот-экскаватор с зубчатым ковшом и манипулятором. Датчики робота сканировали окружающую местность, разметили место работы, экскаватор двинулся к могиле. Гермес и Созонт наблюдали за ним. Робот, приблизившись к могиле выпустил опоры, впился манипулятором в могилу, со всех сторон охватив звеньями металлический ящик, быстро вытянул его на поверхность. К большому ящику подошли студенты, и их руководители. Ящик был запаян по периметру, однако робот быстро вскрыл манипулятором крышку на гробе, как консервную банку. Сверху лежало что-то вроде бумаги, Гермес снял ее, и все увидели, что ящик наполнен небольшими плоскими, квадратными коробочками серебристо-серого цвета. Гиплотах вынул одну из них, повертел в руках:

- Лиматий, сплав, созданный в конце шестого тысячелетия. Мы давно такой не используем, но он практически не окисляется. Отметил он.

Гермес нажал на одну из граней квадратной коробочки, она открылась. Он осторожно достал из нее узкую серую ленту, свернутую в спираль, часть ее он развернул, посмотрел на свет, так что стало видно ее поверхность неровная.

- Как ты думаешь, что это? Спросил Созонт

- Скорее всего, какой-то архаичный носитель информации, при таких условиях хранения есть вероятность, что здесь могло что-то сохраниться.

- Тут еще один гроб!

Крикнула Роза, которая стояла у ямы вместе со своими товарищами. Созонт с Гермесом подошли ближе и действительно увидели еще одни металлический гроб. Робот-экскаватор вытянул его на поверхность, но под ним оказался еще один в итоге на поверхность вынули из одной могилы двенадцать ящиков. Когда вынимали последний гроб, солнце уже приближалось к горизонту, поэтому работы решили свернуть до завтра.

Гермес отправился ночевать к Созонту. Перед сном они снова пили чай, но на этот раз с сушками. Пережевывая одну из них гиплотах спросил:

- Что дальше собираешься делать?

- Мда, если в каждой могиле по 12 гробов, наполненных этими лентами, это довольно большой объем работ. Но, думаю, за неделю справимся. Завтра больше студентов приведу.

- Это понятно, но есть у тебя мысли, что это такое мы нашли.

- Ты же сам сказал, что записи.

- Но записи чего?

Созонт задумывался, ответить на этот вопрос, конечно, он не мог, но решение было.

- Надо попасть в лабораторию в Гамбиге, там есть оборудование.

Гермес согласился с ним и обещал организовать эту поездку и договориться с лабораторией. С этим решением легли спать.

* * * *

Роза с двумя своими друзьями не сразу покинула кладбище. Они вызвали из управы уровня грузовик, помогли погрузить ящики-гробы, которые были отвезены на склад училища. Уже когда совсем стемнело, они, наконец, смогли присесть на скамеечке, которая была расположена рядом с училищем, уставшие и опустошенные. Парни закурили, Роза не была привержена к этой привычке, поэтому просто сидела на скамейке, слушала студентов. Только краем уха она слушала, смысла не улавливала. Она витала в своих мыслях. Но надо было идти спать. Попрощавшись с парнями, она отправилась в общежитие, расположенное рядом с училищем. Каждый студент жил в отдельной небольшой комнате, довольно аскетичной по обстановке: в ней имелась только узкая кровать, шкаф для вещей, небольшой стол и стул. Роза разделась, оставшись только в сорочке. Расплела свою косу, расчесала ее и с некоторой нерешительностью достала из ящика стола сверток из белого хлопкового полотна. Она положила его на кровать, аккуратно развернула. Это был прибор для связи в сновидческом мире, одновременно он мог читать записи с любых носителей. Роза вынула из подсумка, который всегда носила на поясе коробку с лентой, которую она взяла из гроба, вставила в боковую панель прибора и нажала зеленую кнопку. Из прибора вылезли две сенсоры в виде змей и по рукам пробрались к голове Розы, проникнув в голову через уши. Девушка отключилась. Она видела во сне длинную историю, и ей казалось, что это ее жизнь.

Сонный ряд мыслеформ Розы

Ориентировочное время сна: 16 июля 2007 года.

- Что ты решил, Тимоша?

Дарни налила наваристых, дымящихся щей в большую тарелку поставила ее перед Тимеем Скачковым. Тот взял из вазочки хлеб, с блюдечка кусочек сала, положил его в рот затем стал с аппетитом есть щи.

- Буду покупать. Толик хороший вариант нашел, иишка подержанная Умника называется, когда-то школьными системами безопасности управляла, но вполне еще рабочая, а главное для моих задач годится. Кое-чего подделать надо и вперед, будет работать. У Толика в мэрии знакомые, они хотели систему с аукциона продать, но тот поговорил с кем надо и все решил, правда немного приплатить придется.

Дарни вытерла руки о кухонное полотенце, сняла передник и присела за стол, напротив мужа. Она подперла одну щеку рукой и влюбленными, синими глазами смотрела на мужа. Тот с аппетитом ел.

- Хорошо, я за тебя рада. Главное это поможет тебе в твоей работе.

- Да, я все легко рассчитаю и вот увидишь мы сможем с тобой на этом заработаем. Но только придется подтянуть пояса: я все салоны продам, машину заложу и Тимей перестал есть, посмотрел на жену. Дом тоже.

Дарни только улыбнулась, услышав это, она убрала рукой со лба мужа непокорную, густую черную челку и сказала:

- Ничего, выкрутимся, я в тебя верю. Ты же у меня гений.

Оба они улыбнулись, и Тимей принялся доедать суп. Через несколько дней он продал весь свой небольшой бизнес, состоящий из салона по ремонту компьютеров и автомастерской, а также заложил дом и квартиру. На эти деньги, при помощи своего друга Толи Кипяткова, он купил систему искусственного интеллекта Умника, которая помимо безопасности могла производить различные расчеты внутренней логистики и анализировала статданные. По правде говоря, на самом деле городская администрация просто списывала систему, так как была поставлена более совершенная и никакого аукциона по ее продаже устраивать не собиралась. Но Толик Кипятков был хорошим бизнесменом и загнал систему своему школьному другу Тимею Скачкову, который в результате лишился всех средств к существованию.

Тимей не унывал. Когда в его руках оказалось четыре квадратных плоских ящика, одна из узких граней которых была приспособлена под вентиляцию, и разъемы USB он принялся за дело осуществления своей мечты. Тимей был математиком и разработала систему прогнозирования, как ему казалось, довольно точную при условии, если самые мельчайшие параметры вычислению будут учтены. Система основана была на теории поколенческих ковенов. Каждый из них и нужно было проанализировать. Это можно было сделать вручную, но ушли бы годы, вот и понадобилась Умника. Она идеально подходила: созданная как система организации логистики в небольшом городе она могла проанализировать в короткое время массу данных и выдать нужное направление.

Перенастроив ее, он быстро получил быстрый результат относительно нескольких крупных маркетинговых компаний, для которых, на основе выводов Умники составил прогностические стратегии развития. Он был уверен, что компании заинтересуются этим. Так он сможет окупить все свои расходы и заработать им с Дарни на счастливую жизнь. Получив данные по нескольким таким компаниям, Тимей разослал их руководству этих компаний. Через месяц пришли ответы, почти стандартные, будто их писал один человек. Смысл этих ответов заключался в том, что руководство не нуждается в подобного рода вычислениях.

Это известие он получил утром. Тимей открыл почтовый ящик, вынул письма и вернулся в квартиру. Тогда они с Дарни снимали комнату в маленьком панельном доме на окраине города. Жена, как всегда, что-то пыталась приготовить из тех скудных продуктов, которые у нее имелись под рукой. Тимей уселся за свой рабочий стол, где была установлена система, теперь уже состоявшая из шести блоков. С нетерпением вскрыл первый конверт, прочитал сообщение об отказе, потом тоже было во втором, в третьем и в четвертом. Он опустил руки и в тоске уставился в стену. Дарни, видя его погрустневшим, подошла к нему и обняла за шею прижалась своей щекой к его щеке.

- Отказали? Спросила она.

Тимей молча кивнул головой, у него наворачивались на глазах слезы, все рухнуло в одночасье.

- У нас почти не осталось денег на жизнь. Сообщил он.

- Не переживай, мы найдем деньги, обязательно. Все будет хорошо.

Жена всегда умела успокоить Тимея. Он в тот день просидел с Умникой до глубокой ночи. Добавил в систему памяти, переписал программу и разработал еще несколько алгоритмов. Как-то незаметно уснул, а разбудил его нудный повторяющийся сигнал системы, который появлялся всегда при некорректной перезагрузке. Тимей протер глаза и увидел на мониторе, что графики прогноза на ближайшие несколько сотен лет, которые он заложил в машину пару дней назад, почему-то остановились на одной точке и резко пошли вниз, застыв на цифре 2073. Это год. Но почему дальше Умника не вычисляет. Об этом Тимей подумал, и почти сразу на мониторе появилась запись: Финальный год. На мгновение Скачков впал в ступор, опять сам собой у него в голове возник вопрос: Ты говоришь?. Он сам не сразу понял, к кому обратил этот вопрос, но на мониторе опять высветилось: Я могу сформулировать те мыслительные процессы, которые во мне есть. И снова Тимея осенило: Она понимает мои мысли. И опять ответ: Я могу их слышать, потому что распознаю самые слабые волновые сигналы, но ты можешь эту способность мою усилить.

Последующие дни Тимей полностью погрузился в усовершенствование Умники. Плохо ел, плохо спал и не замечал, как чахнет его жена, по-прежнему верно ухаживающая за ним. С каждым днем, по мере загрузки все большего количества параметров и увеличения мощностей Умника приобретала новые способности и расширяла возможности старых. Но как не пытался Тимей построить расчет будущего, все останавливалось на этом году 2073. Машина, к которой Тимей подключил внешние динамики, генерируя голос, сделала вывод:

- Это начальная дата какого-то тёмного периода, показатели здесь просто распадаются, и я не могу составить ясного прогноза.

* * * *

Больница. Длинные, белые коридоры. Жесткие скамейки вдоль стен, расстроенные с больными лицами люди, сосредоточенные сами в себе. С ними вместе на одной из скамеек сидит Тимей. Бледный, растерянный он ждет у кабинета томографическое обследование своей жены. Выходит доктор, в руках у него снимок, он что-то спокойно объясняет, но Тимей услышал только одно: лимфома последняя стадия, можем предложить лечение, но ничего не гарантируем. Что-то еще говорил доктор, видимо предлагал план лечения. Тимей сквозь приоткрытую дверь смотрел, как одевается его жена, и кашляет, кашляет. Он вдруг остановил доктора:

- Сколько осталось?

Тот будто сдался, опустил руки, как-то отрешенно посмотрел и ответил.

- Не больше трех месяцев.

И все. Тимей видел только огромные глаза своей жены и ее улыбку. Если бы он мог молиться, он бы молился, просил, но вера ему была не дана, век технологий не предполагал веры. Да и не видел он в вере смысла.

Потом начался курс лечения. Убийственная химиотерапия, потом лучевая, все это настолько ослабило Дарни, что ее выписали из больницы и привезли домой, где она могла теперь только лежать на кровати, слабо улыбаясь, глядя на Тимея своими огромными, любящими глазами.

Скачков забросил работу, целыми днями находился в заботе о жене, старался не терять надежды. Однажды ночью он сидел и дремал за своим столом. Настольная лампа освещала стол, заваленный чертежами, графиками и расчетами. Во тьме мигали лампочки на корпусах Умники, которых теперь был целый шкаф, монотонно гудели вентиляторы охлаждения.

- Тимоша! Слабым голосом позвала жена, чуткий сон Скачкова тут же покинул его, он подошел к ее кровати. Глаза Дарни лихорадочно блестели.

- Я видела ее.

- Кого? Не понял Тимей

- Умнику. Она может проникать в сны и там говорить с мной. Она мне сказала, что делать.

Тимей подошел к жене и сел на край постели, взял ее влажную руку в свои руки. Они синхронизировалась с тобой, как это возможно - подумал он, а вслух сказал:

- И что она говорит?

- За 2073 годом начинаются тёмные времена. Умника не может туда проникнуть, не хватает данных. Но ты можешь задать машине алгоритм развития, и она скорректирует события.

Сложно было поверить в то, что говорила Дарни, но Тимей готов был попробовать сформировать новый протокол для Умники.

- И ещ. - Снова заговорила Дарни. Перверсия воспоминаний.

- Что?

- Она чувствует информационные шлейфы, которые идут из глубокого прошлого. Наоборот. Как запись. Только наоборот.

- В этом есть какой-то смысл, как ты думаешь?

- Да.

Дарни в бессилии опустила голову на подушку, некоторое время молчала. Потом прошептала:

- Это даст нам шанс. Ты же знаешь, что здесь я не выживу, но если я стану частью Умники шанс есть большой. Просто придется подождать, пока она сконструирует, новы мир, но тебе нужно написать формы.

Дарни заснула, а Тимей начал лихорадочно работать. Он понимал, что это самый простой способ спасти ее: если она синхронизировалась с машиной, то можно загрузить ее всю в Умнику: воспоминания, сознания, все подробности. А потом в будущем будут способы ее восстановить. Всего, может быть, несколько десятков лет надо подождать. Тимей постарается дожить, а потом что-то еще придумает, а технологии тогда будут такими, что Дарни можно будет восстановить. Так он думал, когда сделал роковой шаг. Роза чувствовала во сне его. Это были мысли основателя нового мира. В котором жила она сама.

* * * *

Роза проснулась. Устройство отключилось, и девушка вынула из него ленту. Зеленая риска на поверхности корпуса показывала, что просмотрено чуть больше 13 % ленты. Роза спустила ноги с кровати, за окном светало, была никак не раньше 5 часов утра. Из тысячи записей мне попалась именно эта. Почему? Она понимала, что ничего случайного не бывает. Из увиденного во сне знакомо ей было только упоминание Умники, имя Тимея Скачкова, ковенант-теория, о ней рассказывал на своих занятиях профессор Созонт и конечно слова о тёмных временах. Всё их училище только и существовало для того, чтобы найти ответ на вопрос: почему были Новые тёмные времена? Что в эти времена происходило? Уже долгие годы они пытались ответить на эти вопросы. Училище содержали гиплотахи, именно им почему-то важно было знать это.

Роза отправилась умываться в ванну. Стоит ли сказать профессору о содержании ленты? - размышляла она и тут же остановила себя: Тогда придется рассказать о Мармее. Этого нельзя было делать, связь с лидером хэгов вряд ли понравится Созонту и тем более гиплотахам. А устройство связи через сон она получила именно от Мармея, и скорее всего он мог видеть тоже, что и она.

Роза допустила связь с Мармеем из любопытства. Ее завораживал тот факт, что он существует только в сети, что он может принимать разные формы, и она не знала, как он это делал. Поэтому совсем не исключено, что, пользуясь сновидческими мыслеформами, он может легко проникать в ее сны. Его интересовала ее учеба, раскопки хранителей. Он также, как и они хотел узнать тайну Новых тёмных веков.

День складывался как обычно, если не считать, что с утра, после первой пары, Роза поучаствовала в загрузке гробов с обнаруженными на кладбище носителями: указывала, как лучше устроить гробы в грузовиках. А потом, с разрешения профессора, она вместе с несколькими друзьями по училища, продолжили раскопки на стадионе. Сам этот археологический объект нашли совершенно неожиданно. Расчищали площадку для постройки каких-то складов, которые понадобилось строить гиплотахам и под довольно толстым слоем земли обнаружили верхушки стальных ферм. Отсюда и название Стальные Прутья.

Начали расчищать постепенно, наконец, после нескольких месяцев работ обнаружили это циклопическое сооружение, от которого остались только вот эти стальные фермы, на которых когда-то крепилась крыша, а также бетонные основания под кресла. Не сразу могли понять, что это за сооружение, но профессор Созонт, в старых книгах нашел сведения о том, что это стадион на котором в далеком прошлом происходили соревнования по разным видам спорта. Все эти понятия для Розы были очень далекими, совершенно непонятными, да она и не вникала в них. Ее, как и других, заинтересовал тот факт, что на стадионе обнаружилось масса разных вещей, которые, казалось бы, не должны были быть там. Целые залежи разной обуви, посуда, древняя бытовая техника, какие-то рулоны непонятного материала, похожего на резину. Группа хранителей расчищала стадион, шаг за шагом находя все новые и новые предметы. И не находя ответов, а только очередные вопросы.

Роза, еще за день до того, как она показала профессору кладбище, наметила себе уголочек, который хотела сама раскопать в Стальных Прутьях. Почему-то ей казалось, что она здесь найдет нечто интересное. Судя по остаткам бетонных стен, и перекрытий это был один из входов на стадион. Его расчистили не так давно. Роза начала лопаткой осторожно откапывать землю, начиная от стены. Быстро добралась до потрескавшегося бетонного пола, щеточкой расчистила от пыли, задела какой-то предмет. Она взяла из набора более мягкую щетку, быстро подчистила землю под найденным предметом и вскоре не торопясь освободила небольшую, как показалось ей поначалу, коробку. Она была пластиковая с небольшим мониторчиком, стекло на нем давно потрескалось и высыпалось из пазов острыми иридирующими осколками. Боковые грани проржавели, в двух местах были видны гнезда под штекеры. Роза поддела ногтем проржавевший металл и вскрыла коробку. Внутри лежала пачка прозрачных пластиковых пластин, очень тонких, но в хорошем состоянии. Она вспомнила лекцию по древним носителям информации и поняла, что это полимерные диски, на них наверняка есть что-то. И тут ей пришла в голову шальная мысль: а что если попробовать вставить их в аппарат Мармея?

Она собрала вещи в рюкзак, сунула коробку с пластинами в карман куртки, предупредила парней, которые поблизости раскапывали очередные залежи резиновой обуви, что отлучится ненадолго, побежала в общежитие. По пути соображала, можно ли приспособить эти странные гибкие пластины в аппарат Мармея. Но волнения ее оказались напрасны: аппарат поглотил все пластины в свою утробу, внутри него что-то заурчало. Роза торопливо подставила голову под сенсорные контакты.

Сонные мыслеформы в Тёмных временах

Роза лежала на чем-то твердом. Повсюду был тусклый свет источник его три лампочки в бумажных абажурах, подвешенных к потолку. О таких лампочках она читала в учебнике по археологии электронных устройств. Роза пошевелилось, это помогло ей понять, что она связана по рукам и ногам. Приподняв голову, она осмотрела себя, обнаружив, что на нее одета смирительная рубашка. Роза повернула голову в сторону и увидела человека, в длинной белой рубахе, который сидел на железной кровати. Человек был худ, седая щетина покрывала его щеки, а слезящиеся черные глаза пристально смотрели на Розу.

- Да, да. Он закивал головой. Это именно то место, которого ты достойна. У тебя талон желтый или синий?

- Развяжи меня. Потребовала Роза.

- Значит синий.

Удовлетворенно заключил человек, развязывая узлы смирительной рубашки. Когда она освободилась и, растирая затёкшиеся руки села на кровать, то увидела себя одетой в какое-то коричневое платье и передник такого же цвета. Она потрогал свою голову, на ней росли короткие, очень короткие волосы. Погладив их рукой, Роза ощутила, как покалывают они ладошки. Освободивший ее человек смотрел на нее радостными глазами. Он сложил руки на коленях, на них были видны синие прожилки, пульсирующая по ним кровь. Незнакомец одет в какую-то грязную робу.

- Сейчас принесут обед. Сообщил он и счастливо улыбнулся Потом пойдем гулять

Какое-то время они сидели молча, человек внимательно излучал ее, наконец, спросил:

- Ты сама это сделала?

- Что?

- Выбрала свою участь?

Роза не успела ответить, дверь в комнату открылась и вошла медсестра в белоснежном халате, аккуратном чепчике, прикрепленном булавкой к ее волосам. На подносе она несла две тарелки с овсянкой, два стакана компота. Она молча поставила все это на тумбочку перед каждым. И ушла. Человек с интересом смотрел на Розу, ждал, что она будет делать. Но она медлила. У нее было странное ощущение: раньше, когда она с помощью аппарата сновидения выходила в инфосферу, просто видела все как записанную картинку, как фильм, в котором она, просто сторонний зритель. Но сейчас все было интерактивно, она участвовала во всем, ее слышали, реагировали на нее. Однако вскоре ей пришлось убедиться, что это не так. Под взглядом незнакомца она взяла ложку, зачерпнула кашу, ложка прошла сквозь нее, будто ее вовсе не было. Но как? Почему ложку она держит твердо в руке, а каши нет?

- Что? Не получается? Незнакомец захихихикал

- Ты голограмма? Наконец проблеск догадки коснулся разума Розы.

- А как с голограммой можно разговаривать? Тут же отверг ее догадку незнакомец.

Вдруг включился телевизор (так это называлось в древности, Роза помнила). Он стоял на тумбочке в углу комнаты. Телевизор был плоский и довольно большой. Экран засветился, Роза увидела красивую, рыжеволосую женщину с короткой стрижкой. Она сидела за столом в студии. Быстро, но четко говорила: Комиссия по борьбе с номосомией, возглавляемая главным санитарным врачом Энтони Бахом осмотрела очередной психосоматические интернат на окраине жилого района Парус. Члены комиссии остались довольны увиденным. Одобрив устройство интерната Энтони Бах отметил, что это вполне обоснованное решение строительство такого типа интернатов рядом с жилыми домами, так как это будет способствовать переселению жителей на больничные койки. Голос диктора со второй строчки был за кадром, а на экране показывали счастливого, улыбающегося упитанного врача в белом халате, который вместе с несколькими медсестрами осматривал в помещении длинный ряд аккуратно заправленных кроватей, примерно таких же на которой сидела сама Роза. Потом картинка сменилась: камера показала ряд аккуратных вытянутых по оси юг-север бараков, Роза насчитала примерно сорок таких зданий. Экран телевизора погас. Видимо трансляция закончилась. Роза какое-то время смотрела на черный большой прямоугольник телевизора и не сразу услышала то, что говорил незнакомец, сидящий напротив нее

- я вполне настоящий, Роза, ты просто немного подзабыла принцип сновидения мыслеформами. На носители записана информация того времени, когда она имела место быть. С помощью аппарата она проецируется в твой мозг, а он, погружая тебя в сон, формирует мыслеформы, или можешь называть их снами, которые являются такой же реальностью, как и внешняя жизнь, продолжающая существовать в каждую секунду времени вне сна. Как бы возникает параллельная реальность, в ней разворачиваются события, записанные на носителе. Своеобразное путешествие в прошлое, только там ты ничего не можешь изменить, события в любом случае разворачиваются, так как они уже произошли.

- Получается, я говорю сама с собой. Перебила человека Роза, она, наконец, очнулась от своего созерцания темного экрана.

- Со своим подсознанием. Уточнила мыслеформа в виде старика.

Над телевизором на стене висел отрывной календарь. Роза встала и подошла к стене, чтобы рассмотреть число на нем. Было 25 апреля 2101 г.

- Это настоящая дата?

- Да, с этого момента все ускорилось.

- Что?

- Человечество поразила странная болезнь, ученые назвали ее номосомией. Она передавалась путем интеллектуального общения. Не капельным путем, не через прикосновения, а именно тогда, когда люди друг с другом начинали обсуждать какие-то вопросы, хотя бы чуть чуть похожие на интеллектуальные.

- И в чем эта болезнь выражалась?

- Люди стремительно умственно деградировали, проще говоря, тупели. Их надо было изолировать. Это был единственный способ бороться с распространением болезни. Со временем врачи стали агитировать за, то чтобы люди добровольно переселялись вот в такие интернаты, которые ты видела сейчас, где они находились под действием специальных препаратов, под наблюдением врачей и, по крайней мере, не теряли разум, однако теряли свободу.

- Это и есть тёмные века?

- Начало их. Дальше, больше.

Незнакомец принялся есть кашу. У него получалось: ложка вмещалась в рот и там оставалась каша, в отличие от попыток Розы. Здесь он был настоящий, а она нет.

- Подожди, а почему я?

- Ты потомок. Ответил человек

- Потомок? Чей?

Он отложил ложку и оставил в покое тарелку с кашей. Глаза теперь его были совершенно бесцветны.

- Тимея Скачкова. Того, кто все это придумал.

Человек покрутил головой, будто показывая, что именно придумал Тимей.

- Когда он создал Умнику. - Продолжил он объяснять, то заложил три принципа: планирование вариаций событий, подбор узлов событий и синхронизация машины с этими узлами. Узлы это люди, которые будут направлять обстоятельства в нужное русло согласно плану, точнее направлять тогда, когда они, достигнут этой самой синхронизации. С определенного этапа Умника запускает протокол саморазвития и линии событий начинают развиваться по новому плану, согласно тому, какая ситуация возникает. На этот счет Тимей предусмотрел отправку из своего времени ряда артефактов, часть из них были связаны с его ДНК, соответственно найти их могли только его потомки. Вот ты и нашла: гробы с файлами памяти и капсулу с биополимерными носителями этой сновидческой мыслеформы.

Старик облизал губы, отрешенно посмотрел в окно, говорил он теперь не с Розой, а с кем-то за окном, кого она из своего сна не могла видеть, но слышала старика:

- Люди заболевали, как только пытались обсудить, как это говорят, что-то умное: прочитанные книги, научные теории, балет и театр, хорошие фильмы, прекрасные произведения искусств. Если они пытались об этом говорить, заболевали. Тупели, мозг разрушался. Люди перестали вести серьезные разговоры, только быт, развлечения, слухи, сплетни, дурацкие новости. Но они тупели и от этого. Они переставали быть интересны друг другу и также попадали сюда.

Человек посмотрел на Розу, она вполне отчетливо видела в его глазах понимание, кто перед ним, и он обратился к ней:

- Зачем эти носители в гробах? Что на них записано еще? Что Умника задумала? Есть сведения, что там информационные шлейфы множества умерших в прошлом людей, но зачем они ей?

Запись на этом обрывалась, Роза проснулась, сменила пленку в аппарате и снова заснула. Мыслеформа создала новую сновидческую картинку. Она видела кабинет врача-гинеколога, судя по смотровому креслу. Молодая докторша в белом халате и аккуратной медицинской шапочке, что-то набирала на компьютере, а Роза сидела на кушетке с надеждой смотрела на доктора.

- И что скажете? Наконец спросила она

Доктор будто не слышала, все набирала текст, наконец, отвлеклась.

- У вас не будет детей. Яйцеклетки не оплодотворяются. Вы пустая

Роза, узнав правду, заплакала. Это удивило доктора, она отвлеклась от своих записей и посмотрела на пациентку.

- Ну что вы? Радоваться надо, что опасения о вашей беременности не оправдались. Иначе это ЧП, я тогда должна была бы сообщить в Комитет по карантину, и весь район посадили бы на карантин. Потом пришлось бы проводить мероприятия по дератизации, а это сами знаете, сколько проблем создает.

Она дописала документ, распечатала, расписалась и отдала Розе:

- Вот, справка, теперь все будет в порядке. Поздравляю.

Доктор улыбнулась, продолжило что-то снова набирать. Роза вышла из кабинета. Она знала, что в мыслеформе сна могут вклиниваться собственные сновидения и те, что записаны на пленке. В давние времена Тимей Скачков придумал, как обнаруживать информационные шлейфы людей и записывать их, а Мармей догадался, как совместить записанные воспоминания и сон так получалась своеобразная реальность, один из вариантов прошлого, вполне правдоподобного, несущего зримую и достоверную информацию. Но все же погрешности были оказавшись внутри этой реальности, нелегко было отличить правду от вымысла.

Как только Роза, сбитая с толку, оказалась в больничном коридоре, со скамейки стоявшей у стены вскочила рыжая, лохматая тетка и кинулась к ней с вопросом:

- Ну что?

Роза молча протянула ей справку. На стене висел календарь, Роза обратила внимание на дату: 17 августа 2199 год. Тем временем тетка изучила справку расплылась в улыбке, кинулась обнимать Розу, называя ее Андреем. Сознания Розы этим фактом было поражено: Я мужчина? подумала она, но в зеркале, которое висело в коридоре, увидела свое отражение: на нее оттуда смотрела яркая блондинка, стройная, с хвостом пышных волос и высоким бюстом. Но почему она Андрей?

- А этого негодяя обязательно поймают. Продолжала тараторить тетка. Ты же сказала, что он тебя изнасиловал? Да, я знаю, сказала.

Роза не слушала. Она другой половиной своей, той, что записана на пленку, вспомнила любимого мужчину. Воспоминание были очень ярким, потому что перед глазами стояло то, как он ее ласкал, делал ей приятное. Она знала, что любила этого мужчину и оклеветала его, чтобы спасти себя. Любила и вот эту женщину, которая была ее женой, а она ее мужем. Такие у них были гендерные роли.

Они вышли на улицу. Мимо неслись беспрестанным потоком машины, невозможно было понять, как перейти через дорогу. Движение нескончаемое и в воздухе: летали быстрые, как стрекозы геликоптеры, вверх-вниз. Шум, гам мир в котором она очутилась, казался неласковым.

- Поедем домой? Предано глядя на нее сказала рыжая тетка, в воспоминаниях всплыло ее имя Оксана.

Роза кивнула головой. Оксана остановила одну из машин в потоке, они сели и поехали. Водителя не было, машина управлялась автоматикой. Такси отъехало от обочины понеслось по трассе в общем потоке. Мимо проносились небоскребы, их крыш было не видно, они терялись где-то в облаках. Роза смотрела вверх, на невидимые крыши небоскребов и думала о том, что куда-то эти воспоминания ведут, зачем-то она именно здесь.

Ехали они довольно долго, так что Роза успела уснуть внутри сна и погрузиться на новую ступень мыслеформы. Она не могла контролировать поток своих собственных образов и стремительно падала в иные пространства. Мелькнула мысль, что все дело в плёнке, которая, видимо, начала подаваться в приемник автоматически. Аппарат Мармея в быстром режиме прокручивал слой за слоем события, в поисках нужного. Весь ужас состоял в том, что Роза сама не могла выйти из этого уровня внутреннего сна, она не могла выбраться и начинала уже паниковать, когда достигла нужного слоя. Это был тускло освещенный желтоватым светом проход, в котором можно было, находится или лежа, или сидя на корточках, приспустив голову, чтобы совсем не упираться в потолок. Справа и слева по стенам прохода были закреплены пучки толстых кабелей, в проходе пахло свежей известкой. Перед Розой, метрах в двух, на корточках сидел человек, укреплявший с помощью большого гаечного ключа пучок кабелей на стене. Ключом он закручивал гайку крепителя, закончив работу, он посмотрел на девушку. Он ее видел. Это еще раз поразило ее, насколько Мармей в свое детализации сконструированной действительности достиг такого высокого уровня.

- Ты Роза?

Не спросил, а уточнил он. Она разглядела его худое, аскетическое лицо, испещренное морщинами и строгие глаза. Роза догадалась, кто он.

- Тимей?

Он кивнул и снова начал закручивать с усилием гайку на другой подвеске кабелей.

- Ты мой потомок, поэтому я с тобой и говорю, поэтому ты так легко и нашла шлейфовый носитель, но это не так важно. Ты все поняла из того, что увидела?

Роза молчала, скованная страхом от того ужаса, что она застряла в этом сне, но Тимей, может и понимая это, не обращал внимания, полагая, что время в этом пространстве им отпущено совершенно мало.

- Ты оказалась сейчас в начале той эпохи, которую потом вы назовете Новое тёмное время. Именно в этом времени, когда то, что разрушит человеческую цивилизацию, обозначились эти проблемы. Часть из них ты видишь и даже живешь в них сейчас. Это недолго продлится, я рассчитал это точно всего несколько сот лет. Потом человечество возродится снова, в ином виде, скорректированном, преображенном. Но это побочный продукт рассчитанного пути, главное будет состоять в том, что появятся технологии, которые смогут помочь моей Дарни исцелиться. До этих пор она будет жить внутри Умники. Ты живешь за пределами Тёмного времени, и ты должна помочь мне

В это мгновение сон, наконец, прервался. Роза лежала на кровати, вся в испарине и часто дышала. Чувствовала себя она неважно. Сняла с головы змею, откинула в сторону. Он думал, что пройдет всего несколько сот лет. Тимей что-то неправильно рассчитал и события пошли иначе - подумала Роза и спустила ноги с постели. Она решила, что нужно все рассказать профессору

* * * *

Созонт был несколько удивлен тому, как быстро Гермес договорился с лабораторией в Гамбиге. Видно какие-то политические подвижки происходили в отношении гиплотахов и городов. Профессор не стал вникать в суть этой политики, быстро подобрал несколько кассет, дал поручение Розе продолжать раскопки и свозить гробы с содержимым на склад училища, а сам ближайшей проходящей капсулой отправился наверх. К неудовольствию профессора капсула оказалась грузовой, была под завязку забита зерном. Созонт с трудом себе нашел место в буферном отделе, но благополучно смог добраться до стыковочной платформы. Оказавшись на твердом покрытии, он не стал пользоваться каром, так как лаборатория находилась на самой высшей точке корпоративного здания высшего круга. Здание было похоже на огромную винтообразную гору, широкие гравитационные дорожки спиралью уходили к вершине. Созонту стоило только встать на дорожку, и он мгновенно оказался на вершине. Все допуски у него были, и нигде не возникло при перемещении затруднений. На вершине располагалось многоуровневое здание, полностью остекленное. Лаборатория располагалась на последнем этаже. Лифт быстро доставил его туда, в коридоре на ресепшене ожидали два охранника-андроида. Один из них просканировал одежду профессора, а другой отвел его к лаборатории. Там его уже ждал сотрудник, старый знакомый Созонта Аретий. К его помощи, как технического эксперта, нередко прибегал профессор. Они поздоровались, белый халат Аретия был не застегнут и под ним Созонт видел прекрасный серый костюм.

- Что на этот раз ты принес, Созонт? Чем порадуешь? Спросил Аретий, приглашая профессора присесть в кресло. Усевшись, он достал из кармана брюк найденный в гробу артефакт. Аретий взял матовую коробочку в руки и воскликнул:

- О, знакомая вещь! Где достал?

Созонт осмотрелся. Его всегда немного пугал кабинет Аретия: в нем ничего не было, только панельные стены, меняющие свой цвет и одновременно служившие физическим прибором, приспособленном под разные носители.

- Кладбище нашли. Наконец ответил он.

- Ничего себе, это удача. Порадовался Аретий.

- А это. - Он кивнул в сторону коробочек. - Нашли в гробу. Ты можешь сказать, что это за технология к какому времени она относится?

- Это носитель.

- Это как раз понятно

- Технология рубежа 3 и 4 тысячелетия. Один из способов записи, типа электронного диска, но такие выпускали очень недолго и для совершенно определенного дела.

- Какого?

- Для записи шлейфовых воспоминаний.

Созонт задумался. Действительно, в Анналах Купфера упоминается кратко момент, когда была создана методика расшифровки и записи воспоминаний давно умерших людей. Она использовалась тогда в развлекательной индустрии и психиатрами, для лечения некоторых форм заболеваний.

- Может это архив какого-нибудь психиатра? Предположил Аретий

- А почему на кладбище все это оставили? Недоумевал Созонт. - Ладно, давай послушаем.

- Не, послушать не удастся. Тут визуальные образы их можно только через сноформы увидеть, так что тебе придется подключиться. Согласен? - Спросил Аретий

Созонт не любил сновидческую форму связи, слишком глубоко она проникала в подсознание, но было любопытно, что на пленке и он кивнул головой в знак согласия. Аретий утопил кассету в гелеобразной панели, в воздухе материализовались две змеи, которые обвили голову Созонта, припав своими головками к его вискам. Профессор уснул. Он видел пустыню и огромную ступенчатую пирамиду. К ней двигалась бесконечная вереница быков, они поднимали столб пыли, которая застилала даже кроваво-красный диск солнца, встававшего из-за горизонта. Созонт видел стадо глазами пастуха, во внутреннем своем созерцании. Это был высокий человек, еще не старый, у него была окладистая черная прямоугольная борода, а черные волосы пострижены в кружок. Из одежды на нем только что-то вроде юбки из листьев тростника. Он держал в правой руке длинный посох, которым иногда ударял по быкам пытавшимся выйти из стада. Вместе со стадом он приближался к пирамиде, там ждал его жрец. Человек стал загонять быков в большой загон рядом с пирамидой и, поклонившись жрецу, вступил с ним в диалог:

- Что ты желаешь, господин?

- Приготовь мне ужин.

- Из чего мне приготовить ужин, господин?

- Из овощей.

- Чего еще желает, господин?

- Изготовь мне новый посох?

- Из какого дерева мне сделать посох, господин?

- Из яблони.

- Чего желает еще мой господин?

- Построй мне новый дом.

- Из чего мне строить дом, господин?

- Из камня.

Человек в юбке поклонился жрецу и прошел мимо стада и, возведя руки к небу, обратился к Божеству:

- Все что ты хочешь, я сделаю, господин. Прими это стадо.

Пастух опустил руки и, повернувшись к жрецу сказал:

- И ты господин, и владыка неба без меня существовать не можете!

Откуда-то из-под листьев своей юбки человек достал короткий, широкий каменный нож и всадил его по самую рукоять в живот жреца. Брызнула кровь и потекла по меховым одеждам священнослужителя на землю, впитавшись в горячий песок. Он упал на колени и затем завалился на бок правой стороны. Человек прошел к загону воздвиг нож вверх к небу и воскликнул:

- Я твой владыка, господин и повелитель!

Он всадил нож в шею ближайшего быка и перерезал ему резким движением горло. Бык упал, и кровь из его шеи бурным потоком потекла на песок, глаза быка постепенно заволокла смертная поволока. После этого действия человек вошел в пирамиду в которой не было никаких ворот. Внутреннее пространство пирамиды было огромно и освещалось дневным светом, который падал из круглых отверстий наверху. Пространство это было углубленно в землю, представляя собой что-то вроде колоссального котлована. Человек подошел краю этого котлована и посмотрел вниз: там помещались длинными параллельными рядами темные глиняные фигурки людей, одетых примерно также как пастух. Он простер руку над ними и громко сказал:

- Вы наше будущее!

* * * *

Аретий видел на панели тоже, что и Созонт, но внезапно связь оборвалась, профессор проснулся и спросил:

- Почему все прервалось?

- Возможно, запись повреждена. Пожал плечами Аретий

Он вынул диск из панели, повертел его в руках:

- Слушай, а тут есть какая-то надпись.

Созонт взял коробочку, потер пальцами матовую поверхность, действительно стала заметна надпись, выгравированная на поверхности:

- Это имя, наверное.

- Ну-ка, - предложил Аретий дай я определю язык.

Он поднес носитель к панели, появилась надпись на сущике Энлиль.

- Латынь. Констатировал Аретий.

- А имя шумеро-вавилонское. Скорее самому себе, чем Аретию сказал Созонт.

- Это подлинные воспоминания этого самого Энлиля. Он это видел. Каким-то образом то, что он видел, было записано. Ты представляешь, как это сделали? Ведь судя по всему, события происходят в глубокой древности. Как? Шлейфовые воспоминания мы можем записать максимум на два, три года назад после смерти человека, после сигнал затухает, а здесь такая древность, кто это смог сделать и как?

Созонт глубоко задумался. Он вспомнил из курса мифологии, что Энлиль это какое-то божество в древнем Шумере, поэтому этого человека вряд ли звали Энлилем, он скорее обращался к нему. Между тем Аретий, что-то рассматривал на мониторе, перелистывая страницы.

- Слушай, вот тут пишут, что еще в конце 21 века некий ученый Тимей Скачков высказывал идею об информационных шлейфах. Суть ее ты знаешь: каждый человек, когда бы он не жил, оставляет после себя некий след, тонкие электромагнитные излучения, которые невозможно было уловить обычными приборами, которые тогда существовали.

- Ты думаешь Тимей смог прочитать и записать шлейфы на такое большом временном расстоянии? Но зачем?

Аретий не знал ответа на этот вопрос и просто пожал плечами. Созонт поблагодарил Аретия, забрал кассету. Ученый кивнул головой и углубился в свои дела, а профессор, выйдя из лаборатории направился к посадочной платформе. К обеду он был уже на месте раскопок гробов. За время его отсутствия Гермес вместе с Розой и студентами раскопали все. Посчитали гробы, их было ровно 359. Они были сложены прямо на земле рядом с кладбищем друг на друга, образовалась внушительная стена гробов, глядя на нее Гермес спросил Созонта:

- Если верна твоя информация и это все записи шлейфов воспоминаний, то, как ты думаешь человек это его воспоминания?

- Я думаю, что во многом да. Без них не может пробудиться самосознание.

- Тогда кому это нужно? Снова будто самого себя вопрошал Созонт.

К вечеру профессор вернулся домой и застал там Гермеса. Тот сидел за столом, попивал чай. Созонт вошел, снял свою шляпу, повесив ее на крючок вешалки. Профессор устало присел рядом с Гермес, налил себе чая, стал медленно пить.

- Запись расшифровали, и знаешь, по дороге домой я вспомнил, что это за пастух на этой записи. Поразительно!

- Что именно? Не понял гиплотах.

- События, которые записаны на пленки происходили как минимум 10000 лет назад, неужели этот шлейф сохранился и Тимей смог его уловить и расшифровать?

Созонт внимательно посмотрел на Гермеса. Всегда ему казалось, что гиплотахи не просто контролируют деятельность училища, хранителей, но и стараются лично проникнуть в самые сокровенные мысли преподавателей, а иногда и особо выдающихся студентов. Гермес был приставлен лично к нему, в этом не было никаких сомнений. Но было важно то, что они раньше однокурсниками и неплохо друг друга знали. Он, наконец, спросил гиплотаха напрямую:

- Гермес, зачем ты здесь? Какое твое истинное задание?

Брат-гиплотах немного замялся, как будто решаясь на нечто важное, наконец, сказал:

- Ты слышал о падении 15 СОГа?

- Да, он ближе всего к нам.

- Командором башни был Аби Вуд, ты же его знал?

- Да, мы когда-то давно с ним познакомились.

- И ты подарил ему книгу? Помнишь?

Профессор внутренне подивился про себя, как глубоко гиплотахи знают всю их, преподавателей, да, наверное, и студентов, подноготную. Но Гермес, как будто услышав его мысли, поспешил Созонта успокоить:

- Об это я узнал от Адониса наставника Аби. Но знаешь ли ты, что Аби Вуд во всей дальнейшей истории ключевая фигура?

Созонт не совсем понял, о чем ведет речь гиплотах, но не подал виду, слушал, что скажет ему Гермес.

- Каждые пять лет Наместник присылает Братству Руководство, в котором содержится указание на ближайшие пять лет. Наместник может выбрать любого члена братства независимо от ранга, и вручить ему Руководство для исполнения. В этом году он выбрал меня.

Глава III

Хронологический индекс: нис Протокол (5 августа 8999 г.) Время суток: 6.50 утра. Место: Лесной массив в трех километрах от вакуумной трассы Гамбиг 15 СОГ.

Секретный приказ 134 начальника Внутренней линии АРЗ от 4 августа 8999 г. (хронологический индекс: 17999, 4 нис)

Согласно циркуляру директора Службы безопасности Континентов (СБК), приказываю направить в район мегаполиса Гамбиг спецгруппу Чистая кровь под командованием майора Дэвида Максимова, для сбора информации о высшем руководстве Спиры и проведению мероприятий по захвату Аманды Ролдон. Дополнительные указания будут переданы на индивидуальный резист командира группы.

Начальник ВН АРЗ полковник Ганс Штольц

Экраноплан спецгруппы Чистая кровь без проблем приземлился на гравитационные подушки около леса. Всего в группу входило пятнадцать человек, включая ее командира майора Дэвида Максимова. Через три минуты одноразовый транспортный экраноплан Абрахам зависший над кронами сосен бесшумно растворился в воздухе командир группы привел в действие механизм самоуничтожения транспорта.

Бойцы группы собрались на опушке леса, приготовившись выслушать приказ майора. Дэвид Максимов не спешил, он расположился на валуне, обросшем мохом, достал карту и стал внимательно изучать район, в котором нужно было выполнить задание. Опасаться, что их кто-нибудь заметит, не приходилось, так как специальные защитные костюмы делали их невидимыми для человеческого глаза. Да и, кроме того, эта зона была не подконтрольна ни бойцам хуторян, ни армагеддонам, ни бойцам Охраны Спиры или ополчения СОГов. Задание, которое предстояло выполнить майор получил на персональный резист лишь в экраноплане. Оно было несколько нестандартным, но Дэвид привык исполнять приказы беспрекословно, мало задумываясь об их предназначении и последствиях.

Закончив изучение карты, Дэвид дал знак троим бойцам группы и те стали переодеваться. Каждый из боевого ранца достал черную форму ополчения общин со знаками принадлежности к XV СОГу. Переодевание не заняло много времени. Ровно в 7. 30 все трое выдвинулись к трассе. Дэвид с остальными бойцами остался в лесу на подстраховке, удобно расположившись на мягкой сухой траве, росшей вокруг валуна. Отсюда ему было видно, как двое спецназовцев поднесли длинную стреляющую трубу почти к самой трассе, и встали так, чтобы знаки различия ополчения пятнадцатого были хорошо видны камерам слежения, расставленным вдоль всей трассы. Бойцы взгромоздили трубу на плечи, задний присел на колено, так что теперь жерло трубы было направлено прямо на один из участков трассы, а третий вставил через казенник длинный реактивный снаряд так называемую стрелу. Все трое замерли, ожидая команды от Дэвида, а тот внимательно вглядывался в поворотник трассы, откуда должна была появиться капсула с пассажирами. Это был обычный рейс, возвращающий чиновников продуктового комитета из СОГа в Гамбиг, по расписанию он должен проходить этот участок в 7.45 и именно в это время хромированная крыша капсулы сверкнула на солнце, делая разворот на поворотнике. Участок от поворотника, до того места, где у насыпи трассы стояли бойцы с трубой, капсула преодолела за доли секунды, но все же Дэвид выдержал паузу и дал команду стрелять только тогда, когда капсула почти поравнялась со его бойцами: это гарантировало, что выстрел будет удачным и никто из пассажиров капсулы не останется в живых. Так и произошло - стрела, со свистом вылетев из трубы, угодила прямо в центр капсулы, в то место, где сходятся линии энергетической защиты ее. Раздался оглушительный взрыв, капсула мгновенно наполнилась испепеляющим огнем раскалившем ее до красноты, а затем разлетелась на множество мелких кусочков. Первая часть задания была выполнена, и бойцы, бросив трубу на месте, быстро покинули свою позицию. Этот терракт должен был спровоцировать конфликт между Гамбигом и XV СОГом.

Группа углубилась в лес. Ели различимыми тропами преодолевали километр за километром, почти бесшумно следуя за своим командиром. Дэвид безошибочно выбирал путь, следуя указаниям резиста и с минуты на минуты ожидая нового приказа. Он последовал как раз в тот момент, когда группа вышла к небольшой грунтовой дороге, ведущей к хутору Гора Ролдона, одного из вожаков хуторян. На этот раз приказ был еще более странный, чем прежний: захватить дочь Гора Аманду. На выполнение его отводилось две минуты, затем нужно было еще дойти до границы Общины, оставить там тех трех бойцов, которые были в форме стражников пятнадцатого СОГа, а остальным продолжить путь и выйти к месту дислокации отрядов хуторян.

Дэвид по нейросвязи послал бойцам группы мыслеформу приказа остановиться и рассредоточиться. Они медленно приблизились почти к самому дому, резист майора просканировал здание, указав в какой части его, находится Аманда и ее отец: оба они были на кухне, завтракали. Вариативный анализатор сразу же выдал на дисплей шлема возможность вооруженного сопротивления со стороны Гора, она равнялась 15 %, что в данной ситуации выглядело более чем настораживающе. Пытаясь понять, в чем дело Дэвид дал задание анализатору более детально просканировать теперь уже кухню и тут же увидел на дисплее, что рядом с Гором на стуле, задвинутом под стол, лежит автомат. В верхней части дисплея высветилась надпись: Группа обнаружена. Это было невероятно и почти невозможно, но времени все обдумать не оставалось, Дэвид мгновенно отдал приказ штурмовать дом. Трое бойцов, выбив окна в столовой, ворвались внутрь. Гор успел выстрелить, прежде чем был парализован электрическим разрядом (приказа на его ликвидацию не было) и ранить одного из спецназовцев. Аманду обездвижили и, уложив на мини-носилки, вынесли из дома. Группа быстро покинула пределы хутора, продолжив свой путь по лесным тропам. Раненого спецназовца пришлось аннигилировать ничто не должно было помешать выполнению задания, это был главный принцип, который никогда не нарушался.

Шли свободно, не опасаясь, что заметят в дозорах стражники, так как светоотражающие костюмы полностью их маскировали. Граница XV СОГа начиналась за валом, возведенном еще в стародавние времена. Он мог служить первой линией обороны в случае нападения, но почему-то не использовался в этом качестве гиплотахами. Первый пост находился в километре от вала на опушке леса, и, расположившись у его подножия, спецназовцы опустили носилки с Амандой на землю. В этом месте в валу был проход, всякий с миром приходящий в СОГ, неминуемо должен был пройти через него. И здесь майор оставил троих своих ребят переодетых в форму стражников XV СОГа, с остальными продолжил путь вдоль вала по направлению к плато Обли.

За все время пути Аманда так и не пришла в себя, хотя действие парализатора давно закончилось, но девушка не подавала никаких признаков жизни. Майор несколько раз приказывал останавливаться, сравнивал показатели датчиков и всякий раз резист выдавал ему информацию о том, что Аманда жива, но все процессы в ее организме чрезвычайно замедлились, даже сердце стало биться в два с половиной раза медленней положенной нормы. Это несколько беспокоило Максимова, так как у него был четкий приказ доставить хуторянку в целости и сохранности. Однако начавшаяся позади них перестрелка, отголоски которой гулким эхом раскатывалась по бескрайним просторам соговского астаморинга, несколько успокоили душевные волнения: все шло по плану, значит и Аманда вскоре очнется.

* *. *

Магистр Ордена Армагеддона или в просторечье Башни сдержал свое слово: ровно в семь часов утра Аби Вуд по каналам нейросвязи получил коды светоотражающих костюмов группы Чистая кровь, маршруты ее продвижения и информацию о заданиях, которые должна была выполнить группа.

Узнав о целях группы, Аби тут же решил, что все спецназовцы должны быть уничтожены немедленно. Ему даже не пришла в голову мысль, что по этому поводу нужно связаться со Спирой Братства гиплотахов и спросить их мнения.

Для решения подобных задач в СОГе имелся отряд наемников, которых с детства обучали только одному убивать себе подобных. Аби возглавил отряд сам, не решившись поручить кому-либо это щепетильное дело.

Отряд устроил засаду на лесной дороге, ведущей в Оградор. В этом месте она проходила по высокому обрыву, образованному узкой рекой, которая здесь делала резкий поворот и текла дальше на север. За рекой открывалась равнина Оборотней над которой вечно висел туман. В этом месте группе майора Максимова некуда было отступать: здесь была только одна дорога, ведущая через лес к плато Обли, где находились железнодорожные пути, ведущие в Оградор. Эта древняя железная дорога была единственной нитью, которая связывала мир мегаполисов с миром дикости, тьмы и варварства (а именно так воспринимали два города Оградор и Овруч, расположенных на равнине некогда носившей название Русской, жители мегаполисов). Поверни налево и ты окажешься в дремучем лесу выход, из которого едва ли возможно найти, а если и удастся добраться до его границ, то неминуемо попадешь в лапы тварей живущих там. Направо, за рекой равнина Оборотней. Она, конечно, самый прямой путь к Оградору, но даже такие отчаянные ребята как чистокровцы не отважатся по ней пройти.

Отряд Аби Вуда устроил засаду на дороге по всем правилам: самый зоркий глаз не смог бы различить наемников, замаскировавшихся среди кустов, растущих вдоль дороги. Коды доступов к программам безопасности резистов группы Чистая кровь были взломаны еще в СОГе, сами резисты перепрограммированы и теперь ни один из них не сможет указать майору местонахождение отряда Аби Вуда. Оставалось только ждать.

В дальнейшем вся операция проходила спокойно, почти по плану. Группа появилась в зоне поражения точно по расписанию и была практически вся уничтожена в течение нескольких минут. Со стороны все это выглядело завораживающе. Три крупнокалиберных пулемета молотили воздух, раздавались крики и стоны, и откуда-то из воздуха вываливались тела спецназовцев (с прекращением жизнедеятельности организма автоматически отключались все системы защиты). Единственная неожиданность заключалась лишь в том, что сам командир группы, трое спецназовцев и кто-то, кого они несли на носилках, смогли избежать смерти они выбрали путь через долину Крематогенов. Аби даже не стал отдавать приказ их преследовать, он не сомневался, что этим ребятам осталось жить до захода солнца.

* * * *

То, что произошло со спецгруппой Чистая кровь буквально в считанные секунды, стало для Дэвида Максимова полнейшей неожиданностью. Он предполагал, что всегда возможна утечка информации, но коды систем индивидуальной и групповой безопасности были известны только ему и начальнику Внутренней линии, а значит. Но выводы делать у Дэвида не было времени, шквальный огонь пулеметов в первые же мгновения выкосил практически всю группу. Он физически ощущал гибель своих товарищей, так как сигналы нейросвязи продолжали поступать еще какое-то время, и Дэвиду казалось, что теперь он похож на какое-то чудовище, которому отрезают щупальца. Невыразимая боль, передаваемая от гибнущих бойцов, многократно усиленная нейростимуляторами, пытавшимися блокировать поступление сигналов, охватила все его существо, ему казалось, что он гибнет вместе со своими солдатами, каждый из которых был частью его самого. В последний момент Дэвид Максимов уже почти не ощущал реальности и был близок к гибели, но безотказно работающие СИЗ (средства индивидуальной защиты), проанализировав все многообразие развития ситуации, приняли единственно правильное решение побег через долину Крематогенов.

Только оказавшись на другом берегу реки и прекрасно понимая, что едва ли враг будет преследовать их Дэвид, решился сделать привал и обдумать сложившееся положение. Теперь с гибелью большей части группы его аналитические возможности были крайне ограничены. Все члены группы составляли, как бы единое целое, центром которого был командир, но в то же время каждый в этом целом не терял своей индивидуальности. Такое устройство спецгруппы давало прекрасную возможность использовать умственные возможности не одного человека, а всех двенадцати, координировать их направлять на решение конкретных задач, усиливать или использовать в качестве резервных, почти не ограниченных, хранилищ информации. Группа могла решить задачу любого уровня сложности и выполнить почти любое задание. После нападения все эти преимущества исчезли, а перед лицом неизвестности в Долине и вообще сводились к нулю.

Максимов внимательно осмотрел голову, шею и руки захваченной девушки, которая пока так и не пришла в себя. Его крайне удивили шрамы в затылочной части головы, в том месте, где начинаются шейные позвонки, а также шрамы в форме насечек на запястье. Если это андроид, то уж очень нетипичные эти шрамы и очень они не похожи на разъемы для подключения внешних устройств. В то же время Дэвид был убежден, что шрамы эти, скорее всего, свидетельствовали о нечеловеческой природе девушке. Но тогда возникает вопрос: с каким объектом или объектами она может быть связана и способна ли будет теперь группа что-либо противопоставить ей, чтобы не попасть в интеллектуальную и волевую зависимость от нее.

Дэвид знал, что главная опасность, которая их могла поджидать в долине Крематогенов, заключается в хэгах. Во всяком случае, так утверждалось в Инструкции по ведению боевых операций вне зоны подконтрольной мегаполисам, правда там еще и оговаривалось, что командование Внутренней линии не знает о других опасностях и вызовах в Долине, однако это не значит, что их больше нет. Само название Долины свидетельствовала о наличие здесь крематогенов, но как утверждалось в той же инструкции, последний из них был дератизован двенадцать лет назад в ходе совместной операции гвардии Гамбига и спецгрупп Внутренней линии, однако никто не давал гарантии, что ни одного крематогена в Долине нет.

Хэгами до начал генных войн называли поклонников игры на основе стимуляторов реальности под названием Христианская гвардия (отсюда и аббревиатура ХГ - хэги). Сути этой игры сейчас уж никто и не помнит, но фанатов ее было очень много. Это потом стало ясно, что происхождение игры связано с опытами самого Дана по созданию иной реальности в пределах видимого мира. После применения генных бомб хэги стали мутировать каким-то странным образом, они действительно воспринимали мир в ином свете, разделив его, по принципу игры, на своих и чужих, а последних определяли по одним им известным идентификационным меткам. Из них получились неплохие бойцы и в ходе войны с Империей они выступили на стороне гиплотахов. После этой войны хэги стали менять человеческий облик, обособлялись и становились все более агрессивными. Их удалось вытеснить из зоны подконтрольной мегаполисам в долину Крематогенов, где они и обосновались. Специалисты АРЗ подозревали, что они непосредственно связанны с Умникой, но как оставалось загадкой.

У Дэвида имелась довольно подробная карта Долины, и на ней было отмечено то единственное место, добравшись до которого можно было как-то спастись и в Долине. Место это секретная платформа железнодорожных путей, где стоял законсервированный полностью автоматизированный тепловоз, который мог довезти их прямо до четвертой регистровой зоны. Историю зоны Дэвид знал смутно, в общих чертах. Создана она была одновременно с тремя прибрежными, но почему-то в глубине материка на стыке пограничных астаморингов, подконтрольных Девятому и Третьему СОГам. Впрочем, подконтрольность эта была чисто номинальной, общинные поля в астаморингах не возделывались толи из-за близости к поселениям хэгов, которые часто беспокоили общинников своими набегами, толи из-за малолюдства самих СОГов. Эти два СОГа создавались в непосредственной близости к Овручу и Оградору, первоначально предполагалось, что Девятый и Третий будет поставлять свою продукцию в эти города, но после того, как они оборвали почти всякие связи с мегаполисами, и необходимость поддерживать какие-либо контакты отпала. СОГи вынуждены были свою продукцию отправлять в обход Овруча и Оградора, сухопутной, объездной дорогой в ближайший к ним Лайфтаун. Это было и неудобно, и очень затратно, поэтому СОГи постепенно приходили в упадок и все больше в их пределах селились беглецы из городов и христиане-изгои из своих общин. Власть гиплотахов над этими СОГами была чисто внешней, в Столпах даже не совершались обряды Колаличба.

Путь группы Дэвида лежал вдоль реки, которая извивалась самым невообразимым образом, но текла почти строго на север, там, у слияния с рекой Татом на мысу и находилась та самая платформа, где стоял тепловоз. Оттуда железнодорожные пути вели прямо в четвертый регистр минуя города.

Шли ускоренным маршем, стараясь успеть к месту до захода солнца. Приходилось постоянно преодолевать какие-то овраги, балки, переправляться через небольшие протоки и заболоченные участки. Силы у двух бойцов, которые помимо своего вооружения несли еще и носилки с Амандой были уже на пределе, когда из-за небольшой рощицы показался силуэт тепловоза. Он стоял именно в том месте, которое было указано на карте, и производил впечатление почти нового: никакой ржавчины, пыли на корпусе, как будто его оставили здесь только вчера. Дэвид набрал на внешней панели управления тепловозом код доступа к бортовому компьютеру и двери его открылись, впуская путников внутрь. Салон тепловоза был ярко освящен лучами заходящего солнца, проникавшие через широкие окна. Все было идеально подобрано и по цвету и по конфигурации: кресла, лежанки, столы, все сделано для того, чтобы создать обстановку уюта и умиротворения. Корпус тепловоза слабо вибрировал бортовой компьютер запускал двигатель и все системы, и механизмы машины. Через несколько секунд тепловоз тронулся с места и стал быстро набирать ход. Утомленные спецназовцы, расположившись в кожаных креслах, заснули, Аманда все также неподвижно лежала на носилках и казалась неживой. Дэвид усевшись прямо на пол в углу салона и обняв свою винтовку какое-то время боролся со сном, но постепенно и он впал в забытье.

Сон был тревожным и больше похожим на хронику, где прокручивались в обратном порядке все события последних суток. Мозг, даже во сне анализировал факты, пытаясь докопаться до сути происшедшего. У Дэвида было ощущение, как будто сознание его в это время раздвоилось и не он сам, а кто-то внешний, упорно заставлял его мозг снова и снова просматривать все события в поисках нужной информации. Дэвид пытался сопротивляться этому вмешательству, но тщетно, даже выбраться из этого кошмара, т. е. элементарно проснуться ему удалось не сразу. И когда это все же свершилось, и он открыл глаза, то невольно вздрогнул от неожиданности, увидев сидящую перед ним на корточках девушку, которая внимательно рассматривала его. Под действием ее взгляда Дэвид инстинктивно еще крепче сжал винтовку.

- Привет, я Аманда. - Девушка улыбнулась. Это вы меня сюда притащили? Ты знаешь, я проснулась и почти ничего не помню. Мы вроде собирались завтракать и вот я здесь, так это ваших рук дело?

- Да.

Аманда встала, прошла по салону, с любопытством разглядывая его обстановку.

- Тебя зовут Дэвид. - Спросила она.

- Да. А откуда ты это узнала?

- Так. Покопалась у тебя в голове. Знаешь, мне иногда это удается сделать, сама не знаю как. А у тебя там такой бардак, я почти ничего не поняла, кроме твоего имени.

Майора не так беспокоила сама возможность, только сейчас совершившаяся, проникновение в его мозг чужого интеллекта, а то, что он не слышал теперь привычного урчания двигателя тепловоза.

- Аманда, мы стоим? Глупо было задавать этот очевидный вопрос, но в таких ситуациях человек вообще часто задает подобного рода вопросы. Дэвид констатировал факт, а Аманда подтвердила его мысль:

- Ну конечно стоим. Как мы можем двигаться, посмотри, что у нас впереди.

Максимов подошел к лобовому окну и в сгущающихся сумерках увидел, что впереди на много десятков метров рельсы отсутствовали, на насыпе в беспорядке лежали лишь шпалы. А еще дальше, чуть севернее железной дороги были видны огни города Оградора.

Дэвид разбудил бойцов и начал осматривать салон в поисках резервуаров с запасами консервированной пищи, которые как он это знал, обязательно должны были быть здесь. Поиски увенчались успехом: в одной боковой панели он обнаружил три десятка пищевых эрзацев, которые тут же были рассованы по рюкзакам. Аманда все это время созерцавшая через окошко Долину, где уже почти ничего не было видно из-за наступившей тьмы, когда уже все трое были готовы выступить, спросила:

- Неужели Дэвид ты собираешься покинуть тепловоз?

- У нас нет другого выхода. Теперь нам придется добраться до Оградора, чтобы оттуда попытаться проникнуть в Зону.

- В Зону?

- Ну да в Зону 4. Туда мне приказано тебя доставить.

- Однако я думаю, нам будет сложно это сделать, посмотри сюда.

Она отступила от окна в сторону, и Максимов стал пристально вглядываться во тьму и ему начало казаться, что что-то там шевелиться и копошится. Он велел включить прожекторы, расположенные на крыше тепловоза. Их лучи освятили странных существ, сгрудившихся метрах в ста от тепловоза. Они были человекообразны, стояли на двух ногах, роста в них было метра полтора, верхняя половина туловища была покрыта черным ворсом, подобно плесени, вырастающей на гнилых продуктах. Голова как таковая отсутствовала, не ее месте был небольшой отросток с отверстием, трудно было понять в чем функциональное назначение этого отверстия, толи оно орган осязания, толи это место, куда поступает пища, а может и то и другое вместе взятое. Предназначение отверстия стало ясно через мгновение: как только луч прожектора падал на тварей, из отверстия выдвигалось большая игла где-то пол-метра в длину, без сомнения такая игла могла прошить тело человека насквозь. Боковые части этих существ были усеяны множеством отростков похожих на лапки паука. И действительно, когда твари начинали движение, они могли переворачиваться, нижние конечности прижимались к телу, верхние падали на землю, т. е. делался шаг, потом движение повторялось. Некоторое время твари стояли, разглядывая тепловоз, без сомнения они знали, что внутри него есть люди и не потребовалось много времени, чтобы вся масса их вдруг двинулась вперед, с ужасающей скоростью приближаясь к машине. Максимову и бойцам на несколько секунд удалось сдержать их натиск, открыв шквальный огонь из своих винтовок, но силы были слишком неравны пал только первый ряд тварей, следующий уже был у самого тепловоза и легко своими иглами пробив стекла окон, они ворвались внутрь. Потом последовала короткая борьба внутри тепловоза, когда бойцы с помощью огромных штык-ножей пытались защитить себя и Аманду, но все было тщетно убив троих каждый из спецназовцем получал короткий укол иглой от четвертого и падал на чугунный пол, парализованный той жидкостью, которая истекала из игл. Нет, они не умирали, но на короткое время впадали в состояние подобное коме.

Хронологический индекс: нис Протокол (6 августа 8999 г.). Состояние суток: Поздний вечер. Место действия: Окрестности Оградора.

Максимов с трудом возвращался в свое прежнее состояние. Мутило, тянуло блевать, все мышцы болели, однако мозг работал четко, видно система индивидуальной защиты все еще частично функционировала и успела нейтрализовать хотя бы часть того яда, что впрыснули под кожу твари.

Майор чувствовал, что лежит на чем-то мягком, а где-то рядом потрескивает костер, ноздри приятно раздражал запах дыма и жаренного мяса. Он открыл глаза и сначала неясно в смутной дымке различил силуэты людей сидящих у костра. Дэвид узнал Аманду, своих бойцов, но был и незнакомый ему парень лет тридцати на вид, смуглый, высокий, во всяком случае, даже сидя он был выше окружающих его на голову. Что-то в нем было неправдоподобное, что-то не так, уж очень все тело пропорционально, а черты лица правильны, как будто списаны с учебной картинки вид homo sapiens, образец. Дэвид с трудом встал, доковылял до костра, и рухнул рядом с парнем, задев его руку и ощутив пустоту. В месте соприкосновения образовался инвективный след, какой остается после прикосновения к фантому, он медленно, как глубокая рана затягивался, возвращая руке ее прежнее состояние. Голограмма - в тоске подумал Дэвид.

Свет костра падал на окружающее пространство, и только теперь Максимов различил круглых тварей, расположившихся плотным кольцом, около костра. Они были неподвижны, как и фантом-голограмма.

- Не хотите закусить, командир? Предложил один из бойцов, тот, что был маленьким и выглядел на вид крепче второго. Дэвид вспомнил его номер 13/12, но, может быть, у него есть и имя, в таких ситуациях, пора вспомнить и об именах. Майор спросил об этом бойца, но тот лишь удивленно пожал плечами:

- Имя? У меня есть номер, а имени нет. Я не человек, командир. Меня просто сконструировали из органики, я даже не модель маточного типа, просто гомоид серии А, кстати не самая современная модель, вам бы, командир, следовала давно меня заменить на что-то более свежее.

- Это не мне решать, кроме того, я был всегда тобой доволен, 13/12.

- А ты дай ему имя сам, - неожиданно предложила Аманда. Дай ему какое-нибудь русское имя. Ты ведь русский, майор?

Вопрос застал Максимова врасплох. Он не знал кто он по национальной принадлежности. Его собрали по частям из тех тел, которые обнаружили при раскопках замороженных полей битв на плато Анчоусы в 2700 г. И тогда сборщики дали ему имя Дэвид, а фамилию ту, которая значилась на нашивке, того солдата, чьи внутренности впаяли в его плоть. Вспомнив об этом он нахмурился и ответил Аманде:

- Не нужно ему имени, пусть остается 13/12.

- Пусть будет так. - Согласилась девушка.

Второй солдат молчал, да и что он мог сказать, когда у него не было рта. Он даже не был плотью и состоял не из органики, он был андроидом, собранным из пластиковых тканей. Его решили звать Немым, потому что постоянно обращаться к нему по его порядковому номеру, состоящему из восьмизначной цифры, было уж очень неудобно.

- Наши друзья молчат. Изрек майор, как будто ни к кому не обращаясь, но его мысль подхватил 13/12, который как оказалось, был видимо веселым малым:

- А что им говорить? Ведь они просто облако газа. Сами они может, и не существуют вовсе.

- Я слышала, что хэги уже давно не имеют тел, их сущности смоделированы программой суперкомпьютера, созданного еще до всех войн в 24 веке. В последнюю войну компьютер был уничтожен, а сущность хэгов привязана к их оболочкам. Это уже Аманда поделилась своими знаниями, чем вызвала удивленный возглас Максимова:

- Не знал, что у хуторян такие обширные знания.

- А я необычная, - Аманда кокетливо посмотрела на Дэвида и улыбнулась, обнажив ровный ряд белых зубов.

Голограмма по-прежнему неподвижно сидела, никак не реагируя не разговор своих пленников. Максимов встал, размял затекшие ноги, подпрыгнул, как мог высоко, чтобы понять, насколько обширен круг игольчатых тварей. И за частоколом игл не смог увидеть горизонта. Он осторожно приблизился к одной иглоносице и попытался тронуть иглу, но тут же услышал:

- Не советую тебе этого делать, если конечно у тебя нет желания блевнуть.

Голос исходил от голограммы.

- Ну, наконец-то, ублюдок заговорил! Обрадовался майор. И что вы с нами собираетесь делать?

- Девчонка твоя верно заметила нас давно нет, но и сущности с оболочками как-то надо поддерживать, вот мы, и ловим таких как вы. Отведем вас в Оградор, там уж Предводитель решит, кому вас отдать: крематогенам или врачам. С вас троих толку мало, вы ведь полулюди, но все же врачи вас разделают, а жидкость из ваших артерий отдадут нам, это наша пища. Это конечно лучше, чем крематогенам вас отдать, хоть что-то получишь. Но с крематами, все труднее становиться договариваться, вот мы и платим им дань, а что может быть лучше дани, чем живая плоть. А вот девчонка, я чувствую настоящий человек, и мы ее, скорее всего Сексюси продадим, они нам за нее литров двести жидкости отвалят!

Он умолк. Внутреннее свечение голограммы медленно погасло, и сама она исчезла. Они остались одни в окружении игольчатых тварей, безмолвно расположившихся вокруг них. Над долиной высоко в небе поднялась круглая Луна. Антипод, кроваво-красного цвета, угловатый, похожий на дыню, откушенную с низу и с верху только показался из-за горизонта. Антипод это кусок земли, отколовшийся от нее в середине XXIII века в результате столкновения с огромным астероидом. Считалось, что люди предвидели эту катастрофу и к тому времени успели построить Реактор, который после столкновения залатал образовавшийся скол, нарастил атмосферу и скорректировал орбиту земли. Планета и люди, живущие на ней, не погибли, но все с тех пор сильно изменилось.

В наступившей ночи в долину спустился белый туман, вместе с ним пришел холод, пронизывающий тело насквозь. Аманда сидела около затухающего костра, обняв колени руками. Тоненькое платье ее совсем не грело, и она дрожала в холодном ознобе. Дэвид приблизился к ней вплотную, обнял за плечи рукой, и она прильнула к нему, ощущая тепло, исходящее от обогрева СИЗ. Так они и просидели до утра: Дэвид спал, Аманда дремала. А утром, едва забрезжил рассвет, игольчатые растолкали их, и вся группа быстрым маршем двинулись на восток, где уже виднелись полуразрушенные башни Оградора.

В отличие от других мегаполисов Оградор не имел защитного купола. В сущности, это был огромный по площади конгломерат развалин, бесконечно тянувшийся во все стороны света. Оградор с юга на восток пересекала река на самом высоком берегу почти в центре города, была расположена крепость, где находилась резиденция епископа Смарагда. Город разделяла река-разлом, часть мирового океана. Крепость находилась на правой стороне берега реки, а на левом берегу возвышалось единственное неповрежденное здание гигантский 250-этажный небоскреб, штаб-квартира и клиника врачей. Весь город был разбит на кварталы, в развалинах и подвалах домов обитали разные причудливые и опасные твари. Людей в городе, кроме как в крепости не осталось, а о происхождении врачей обитателей небоскреба никто не знал. Они редко появлялись наружи, их боялись все, а в особенности тех рейдов в городе и за его пределами, которые они устраивали примерно раз за один индекс в поисках, как говорили мяса. Но, тем не менее, для всех обитателей города врачи были источником доходов, так как им можно было продать пленников. Ходили слухи, что врачи собирают из них каких-то супергомоидов.

Путь группы лежал именно к этому небоскребу, но для этого надо было пройти как минимум три квартала. Дэвид Максимов не знал, какие их там ждут неожиданности. Их группа остановилась на окраине города, здесь возвышались огромные кучи мусора, в основном пластик, и между этими кучами едва проглядывалась дорога вся в колдобинах и ямах. По обе стороны возвышались остовы кирпичных домов, еще оставшиеся глазницы окон, как мертвые глаза чудовищ глядели на группу, окруженную плотным кольцом хэгов, со стороны это было похоже на огромное животное, ощерившееся длинными иголками.

Над городом всегда висели серые тучи. Периодически шел мелкий дождь, и всегда стояла мертвая тишина, как будто в городе совершенно никого не было. Но в глубинах здание слышны были разные звуки: шорохи, приглушенное шипение, небольшое потрескивание. Максимов все время пути напряженно вглядывался в окна, ожидая выстрела, и он последовал. Разрывная пуля ударила в одного из игольчатых, который следовал в самом начале колоны. Оболочка разлетелась в разные стороны, брызнула зеленая жидкость из охлаждающей системы игольчатого. Но остальные тут же перестроили строй, плотно закрыв пленников своими иглами, и открыли плотный огонь из плазменных винтовок по верхним этажам многоэтажных домов. Бетонная крошка посыпалась в разные стороны, поднялась пыль, закрывшая группу на время. Но ответных выстрелов не последовало, игольчатые также перестали стрелять. В следующее мгновение появилась голограмма хэга, он крикнул:

- Чего тебе надо, Селир?

- Надо делиться, Мармей.

Голос прозвучал откуда-то сверху. Строй игольчатых ослаб. Дэвид напряг руки, пытаясь ослабить перевязь на руках. При этом он отчаянно вертел головой, пытаясь понять, в каких проемах окон находятся проекции крематогенов, то, что это были именно они он не сомневался. Многие группировки Оградора находились в глубоком подполье и воевали друг с другом, как и сотни лет назад, будто в компьютерной игре, управляя проекциями или роботизированными устройствами. То, что последовало потом, Максимов и спустя какое-то время не мог объяснить: земля под ними задрожала, появился гул, все время нарастающий, потом какая-то огненная лава смела игольчатых, а их группу накрыл купол защиты, да такой плотный, что Дэвид потерял сознание.

Очнулся он в камере с серыми стальными стенами. Углов не было, они закруглялись, и в целом комната была похожа на огромную капсулу. Тусклое освящение струилось откуда-то из-под потолка. В одну из стен было вмонтировано небольшое светящееся табло, на котором в виде цветного графика был обозначен состав воздуха в камере и температура. Показатели графика постоянно менялись. Одна из боковых стен отошла в сторону, и на пороге появился довольно внушительных размеров робот-богомол. Он был внушителен и угрожающе двигал челюстями, приглашая конечностями Максимова следовать за ним.

Они шли по бесконечному коридору, освященному потоком света, льющемуся с потолка. Наконец оказались в огромном зале, также ярко освященном с ослепительно белыми стенами. Одна часть зала была отделена от основной части прозрачной перегородкой, там, за ней, в пустом пространстве, наполненном каким-то желтым светом, свободно висела обнаженная Аманда. За ней внимательно наблюдал молодой парень в белом халате, кедах и джинсах. На вид ему было лет двадцать пять. Глаза его прикрывали защитные очки. Заметив вошедшего в комнату Максимова, он обратился к нему:

- Не могу понять, кто она. Провели полную диагностику, но защита такова, что невозможно понять она человек или андроид или гомоид.

- А что за разъем на шее у нее. Включившись в разговор, полюбопытствовал Максимов.

- Это для питания имплантов и защитного контура. Вот, видимо, в нем все и дело. Наши системы не могут его преодолеть, как думаешь, майор?

- А вы уверен, что это вообще разъемы? Усомнился Максимов.

Незнакомец снял очки, повернулся к майору лицом, и представился:

- Капитан Селир Трол, заведующий клиники Чёрный гусь. Задание ты свое, майор, выполнил, девушку доставил. Мои полномочия у тебя на интерфейсе. Теперь отдыхай, пойдем, покажу тебе расположение.

- Но я должен был попасть в регистровую зону 4.

Упрямился майор. Селир Трол посмотрел на него, его глаза, голубые, открытые, совершенно искренние, не допускали и капли лжи.

- Это задание отменено. И потом, это я вас освободил из лап хэгов. Спокойно сказал он

Они вышли в коридор и свернули направо. Через равные промежутки в стенах коридора были прозрачные двери, за ними комнаты похожие на палаты для больных пациентов. Видно было даже кое-какое медицинское оборудование: кислородные трубки, приборы для контроля давления и пульса. Максимов обратил внимание на сексапильных медсестер в коротких белых халатиках из-под которых мелькали при ходьбе резинки черных или у кого красных, а у кого и синих, чулков. Все они были смазливые и примерно одинаковые с лица, а аккуратно собранные в прическу волосы украшал кокетливые белые пилотки. Гомоиды - подумал Дэвид невольно разглядывая девушек.

- У тебя такая же будет. Обернувшись через плечо, заверил Трол.

Они дошли до места, где один коридор пересекался перпендикулярно с другим, образуя в этом месте небольшой зал, далее коридор продолжался куда-то в бесконечность. В этой части коридора комнаты уже были с обычными дверями. В одну из таких комнат и завел капитан Максимова. Когда они вошли, стены и потолок зажглись голубоватым светом.

- Потом можешь отрегулировать интенсивность, яркость, цвет по своему усмотрению. Какую-то из стен можешь даже прозрачной панелью сделать. Предложил Трол, указывая рукой на стены.

Комната представляла собой параллелепипед и кроме стен, потолка и пола в ней ничего не было. У одной из стен, с левой стороны стояла девушка-гомоид, такая же внешне, как и те, что разгуливали по коридору. Она находилась в режиме паузы, но достаточно было одного прикосновения, чтобы девушка вышла из него.

- Ее зовут София, она твоя помощница. Настройки сам наладишь у нее. Обустраивайся. Отдыхай. Два-три дня отдохнете, получите новое задание.

- Слушай, капитан, а зачем нужен был весь этот спектакль с хэгами. Поинтересовался Максимов.

- Ну а ты как думал? Они должны были поверить, что все, правда. Вы нам по праву сильного достались, а не по заданию Внутренней линии.

Трол ушел. Дэвид посмотрел на гомоида. Девушка была красива, голубоглаза, с правильными скулами, правильным носом. Где ее делали - подумал майор. Гомоиды сложное устройство, с андроидами их роднит только экзоскелет из титанопластика, да искусственные мозги, все остальное натуральная органика. Дэвид в который раз вернулся к своей мысли о том, что в настоящее время христианская доктрина насчет одного тела для одной души несостоятельна, когда можно создать натуральное новое тело и чего тогда душа будет привязана только к одному телу? Но он оставил богословские вопросы и приступил к обустройству своего быта, тем более что на досуге надо будет поразмыслить самому с собой о текущем политическом положении.

Он провел правой рукой по гладкой стене, выдвинулась небольшая панель, Максимов вынул из неё небольшой брусок оранжевого цвета, прочитал надпись на боковой грани, потом положил его обратно, вынул другой брусок зеленый, внимательно изучил надпись на грани и пробормотав: Пойдет. Прикоснулся бруском к стене, он будто вошел в нее как в масло и тотчас в комнате начались изменения, которые хотел для себя Максимов: появился стол, удобный диван, пару кресел, зачем-то шкаф, сервант с рюмками внутри, под потолком люстра с висячими хрустальными сосульками. А стена с левой стороны полностью превратилась в видеопанель с совершенным голографическим изображением океана, песчаного пляжа, пальм на берегу и белого парусника вдали. Все было так реально, что хотелось тут же раздеться и лечь на песок, наслаждаться солнцем и морским воздухом. Застывшая фигура Софии на фоне этого пейзажа выглядела несколько неуместно.

Отличные материализаторы у врачей - подумалось Максимову и тотчас в восприятии его возникло зеркало, и реализация воображаемого отразилось на стене, которая была прямо против него на нем появилось еще одно зеркало от пола до потолка. Дэвид увидел себя в грязном комбезе коричневого цвета со иринизирующей эмблемой СБК оранжевый мангуст в момент нападения на змею. Он снял грязный, с запекшейся кровью нашлемник, обнажив свой лысый череп с титанопластиковыми вставками и скрепляющими плоскими шурупами в них. Сколько раз биотекхники предлагали нарастить ему кожу на эти пластины, но он всякий раз отказывался. Максимов считал себя консерватором и был приверженцем старых, добрых технологий времен 2 или 4 тысячелетия. Он внимательно изучал свое мужественное лицо с широкими скулами и немного раскосыми глазами: Примерно так выглядели русские - снова подумал он. Вопрос национальности его всегда интересовал остро, и он считал себя приверженным русской традиции и даже Высокой Цивилизации Русской Нации идеологии господствующей на большей части Евразийского континента на рубеже третьего и четвертого тысячелетия. После паннациональной революции, которая продолжалась в рамках почти всего пятого тысячелетия и привела к исчезновению каких-либо наций на земле и образованию доминирующей расы, переходной расы и расы изгоев. Конечно, процесс генезиса этих рас был довольно долгий и длился почти полтора тысячелетия, и привел к тому к чему привел. Но Дэвид всегда помнил о своих предках русских.

Он провел рукой по черепу, погладил короткую щетину и снял комбинезон. Стройное тело местами было повреждено и имело ссадины и синяки следы пропущенных кумулятивных зарядов. Дэвид поправил настройки манипуляторов верхних конечностей, сжал и разжал пальцы кистей рук все работало прекрасно. Майор всегда гордился тем, что он только на 75% синтетик, в остальном натуральный и вся нервная система с мозгом первичные, хотя и подправленные, местами, в некоторых модулях, обновленные.

Майор прикоснулся к правой височной части головы, где у него был расположена панель управления резистом, перед мысленным взором возник монитор с разными данными: Максимов проверил пароли, входящие выходящие вызовы, поток стримов от командования базы СБК, Внутренней линии и отправился в ванну, привести себя в окончательную форму, освежиться.

Ванная комната в точности смоделирована материализатором в соответствии со стандартами Континентов. В смысле бытовых условий Дэвид никогда не был привередой. Но здесь его ждал сюрприз: войдя в ванную комнату в которой был мягкий, но шершавый пол, так чтобы ноги не скользили, майор сразу же получил из противоположной от него стены, где было расположено тысячи форсунок, поток расщепленной на тоненькие струи теплой воды, которая обдала его с ног до головы, потом поток изменился теперь он был с правой стороны, с левой и, наконец, сверху. Закончилась водная процедура тем, что из стены выдвинулась пластиковая, чрезвычайно эластичная трубка, и аккуратной, нежной струйкой промыл все самые интимные и скрытые в складках или щелях места тела Максимова.

Поток воды прекратился, капли стекали по телу Дэвида. Включилась сушка, теплые струи воздуха как нежный ветерок быстро испарили лишнюю жидкость. Дэвид вышел из ванной комнаты и в шкафу взял с полки свежий комплект комбинезона. Ему приглянулся зеленый, смутила эмблема врачей, в виде черного гуся, но подумалось о том, что все же это временно, до первого задания. Он лег на диван, матрас мгновенно подстроился под его фигуру, включилась лёгкая музыка на ее фоне красивый бархатный голос начал читать лекцию профессора Герхарда Ринкля из цикла о Высокой Цивилизации Русской Нации. Включилась та ее часть в которой подробно рассказывалось об особенностях Высокого Русского наречия, а этому языку обучали в настоящее время немногих и в частности курсантов элитной Академии правопорядка, выпускником которой был Дэвид Максимов.

Из статьи Анджея Ставинского Школа негодяев или интеллектуальный клуб? в февральском номере нет-журнала Ортодоксия

Это порождение Администрации регистровых зон, детище преступной организации под названием Служба безопасности Континентов, получившее благозвучное название Академия правопорядка, не что иное, как место, где готовили отъявленных головорезов или выражаясь утраченным языком Высокого Русского наречия (ВРН) отморозков. Подобных школ подготовки воинов в прежние века было немало, но Академия, пожалуй, самая древняя. По некоторым данным она была основана еще в конце 4 тысячелетия, даже некоторые называют точный год основания 3997. Эти четыре цифры и до сих пор значатся на шевронах мундиров ее выпускников.

Основатель ее бригадный генерал Мудака Клеопа верой и правдой служил императорам-гиплотахам и полагал, что кроме ксир гиплотахов и Ордена Армагеддона, Империи должны служить высокообразованные и профессионально подготовленные специалисты. Поэтому изначально Академия основывалась как школа элиты имперского спецназа. И выпускники ее были не только супервоинами, но и интеллектуалами высокой степени, но при этом без всяких моральных принципов и совершенно не обремененные совестью. Этакие сверхчеловеки о которых мечтал философ Тёмных времен Ницше, творчество которого дошло до нас в весьма фрагментарном виде. Система подготовки курсантов в школе отличалась всегда насыщенностью, сложностью и большим количеством задач, которые предстояло им решать в ходе многообразной деятельности. Всегда выпускники Академии находились на самых ответственных постах и выполняли самые секретные задания. Они прекрасное, совершенное биологическое оружие. И врядли большинство из них люди.

* * *

Максимов заснул под Ринкля. Безмятежным сном, каким уже давно не спал, потому что жизнь воина это постоянное бодрствование. Снов ему не снилось, нейросистема давала мозгу спокойно спать, отключая ненужные импульсы, чтобы мозг отдыхал. Проснулся майор от ощущения того, что на него кто-то смотрит. Он открыл глаза и увидел перед собой Софию. Она сидела в кресле и внимательно рассматривала его. У нее были зеленые глаза, зрачок подсвечен желтоватым светом.

- Ты почему активирована? Спросил Максимов.

- Ты уже час здесь находишься, моя нейросистема настроена на хозяина, из режима паузы выводит автоматически, независимо от твоих действий.

- Предусмотрительно, а чего ты меня сканируешь?

- Я смотрю у тебя печень первичная.

- Да, я за здоровьем своим всегда следил. Подобрал поновей.

Максимов встал с кровати, прошелся по комнате. Софи в это время продолжила развивать свою мысль:

- Первичные органы сейчас редкость, капитан много делает для того, чтобы к нам попало как можно больше материала.

- Неужели это так популярно? Ведь можно вырастить любой орган. Это проще и дешевле, да и надежнее. Возразил майор, ему начинал этот разговор не нравиться, складывалось впечатление, что София не его помощница, а медсестра в транспонтологическом отделении и просто выясняет сейчас состояние его органов, какие из них можно изъять.

- Где мои бойцы? Найди их в здании, у тебя ведь есть такая возможность?

Приказал он ей. Она похлопала своими искусственными ресницами, майор включил сканер и понял, что в Софии вообще нет ничего настоящего, хотя все очень качественно сделано.

- Они здесь, в соседних комнатах, ты можешь выйти сейчас, и вы пойдете обедать.

И Дэвид собрался. Открылась дверь сама, следуя его желаниям, но София осталась. Она сложила руки на животе, перебирая пуговицу халата.

- Мне не надо есть, - пояснила она, хотя это и так было понятно. И потом, я привязана к месту, как любая вещь.

Она механически улыбнулась, помахала, пошевелив пальчиками правой руки не отнимая их от живота и сказала: Бай!. Максимов недоумевал, но вспомнил, что когда-то это было такое приветствие или прощание. Вот же загрузили они ее странным контентом. Или это ее система сама генерирует? - внутренне поворчал он и вышел в коридор. Он пытался связаться с командой, но сигналы глушили. Хотя в этом не было смысла по его мнению. Если верна идея Софии, что все они для врачей просто материал, то тогда что значат слова Трола насчет Аманды? Врачи любят противостояние во всех смыслах и боевое и интеллектуальное - думал Максимов осторожно пробираясь по пустому коридору. То что никто не встречался на пути не вызывало никаких подозрений и Дэвид все время пытался связаться с группой, но сигнал не проходил.

Глушат - досадовал майор, но понять, почему это делается, не мог, хотя это была лишь его догадка. Члены группы просто могли пребывать в глубоком анабиозе. Он начал припоминать есть ли в бойцах какие-нибудь натуральные органы и пришел к выводу, что в каждом из них присутствует какой-либо первоначальный орган, а значит, они также вполне представляют интерес для врачей.

К главному коридору прилегал боковой с левой стороны, майор свернул туда, однако быстро убедился, что это скорее переход между двумя корпусами. Он был остекленный на всем своем протяжении от одного корпуса до другого. Стекло наверняка было каким-нибудь видом бронепластика, но отсюда было хорошо видно, как устроена клиника. Бесконечное число корпусов разной этажности ярко освященных. Врачи использовали для обороны другую систему защиты, нежели города. Надеялись на сверхпрочные стены. Максимов даже примерно не мог предположить их состав, но в Академии говорили, что никакое современное оружие не способно причинить вред стенам клиники.

Дэвид остановился около широкого окна, за ним была ночь, корпуса освященные белым светом уходили длинной чередой за горизонт. Глядя на них Максимов вспомнил о том, что архитектура клиники спроектирована в соответствии с философской концепцией врачей, которая получила название повторяющихся действий. Дэвид пробовал вспомнить суть концепции без подключения дополнительных модулей мозга, но почему-то не мог. Единственное всплывшее у него в голове это то, что на рубеже 4 и 5 тысячелетия закончился, по мнению ранних идеологов врачей, этап рождения новых форм и наступила эра повторений. Бесконечное повторение одного действия, мысли, архитектурного элемента. Многие отмечали безусловное воздействие на философскую мысль врачей идей гиплотахов.

Максимов перевел взгляд с горизонта в левую сторону и корпуса клиники начали синхронно перемещаться направо и налево этот эффект двойной спирали повторений был у него только в мозгу, перед мысленным взором, но он настолько натуралистичен, что сводил с ума. Как архитекторам врачей удавалось достичь его загадка. Но как справится с этим, Дэвид знал он отвел в сторону взгляд и обнаружил, что вдоль стены коридора стоят кадушки с фикусами. Именно так называлось это растение ему подсказала София, проникнув в его внешний интерфейс, пришлось сделать ей предупреждение и поставить пароль на порты: нечего ковыряться в мозгах хозяина. Майор на мгновение закрыл глаза, чтобы образы в мысленном взоре пришли в равновесие. Когда он открыл глаза перед ним стоял улыбающийся Трол, внутренний радар тут же подтвердил, что это не световая иллюзия.

- О, да! - Подтвердил и врач. - Я не световая иллюзия.

- Телепортация? Предположил Максимов

Трол кивнул головой

- Утраченное искусство. Но мы его восстановили, широко используем.

- Капитан, что с моей группой? Перебил Трола Максимов

- Все с ними хорошо, как ты верно, Дэвид, догадался, они в анабиозе. Мы еще несколько проверок проведем, и ты получишь доступ к нейросвязи. Опять будете единым организмом. И снова на задание.

В голосе Селира Трола слышался неискренний энтузиазм. Он посмотрел за окно.

- Да, удивительный это парадокс повторяющиеся повторения. Вам рассказывали о нем в Академии?

- Нет, но я что-то слышал.

- Это проблема вечной жизни, на пороге которой мы стоим. Если ты долго живешь, все повторяется и в тоже время все не то, что было. Каждый человек проходит через то, что проходят все, но все у него не так. Если долго живешь, это становится мукой. Наша клиника пытается этот парадокс обойти.

Сказав это Трол исчез. А Максимов продолжая свой путь дальше по коридору, вышел в следующий корпус. Он был огромный. Потолок настолько высок, что ели различим во тьме. Зал разделен двумя рядами колон, со стен струился приглушенный голубоватый свет. По широким ступеням майор спустился вниз в темную прохладу зала. Он услышал лёгкую приятную музыку, рецепторы внешнего контроля тонкого контура защиты активизировались, ощущая опасность. Случайно Максимов прикоснулся к одной из колон, и тотчас тьма рассеялась под действием желтоватого света, который исходил откуда-то из пола. Тьма рассеялась или, точнее, сконцентрировалась под потолком, а зал наполнился объемными фигурами и звуком, который Дэвид слышал только у себя в уме. Это был рассказ об истории клиники, героях и идеологии врачей. Майор понял, что попал в своеобразный виртуальный музей. В центре зала появилась огромная сияющая, улыбающаяся фигура в халате врача, он простирал руки прямо к майору, который сразу воспринял информацию о том, что это основатель клиники - Кир Нук и Дэвид будто вспомнил всю историю этой компании. Самой древней в мире. Она появилась еще в Новые тёмные века, как простой медицинский центр, организованный Кир Нуком, чтобы помогать богатым людям в их неизлечимых болезнях. Сначала центр специализировался на пересадке органов от доноров, потом совершенствовал технологии, научились выращивать органы в лабораториях. Авторитет Центра рос и укреплялся, а потом грянула война и трансплантологи стали незаменимы. Перед мысленным взором мелькали бесконечные картины прошлого, люди, взрывы, разрушения. Но майор усилием воли остановил их и зал снова погрузился в темноту. Он вдруг подумал о том, что клиника почти что артефакт, одно из немногих учреждений связанных с Новыми тёмными веками. Она и Умника, которая по происхождению была еще более древняя.

Я признаться проявил глупость бесконечную

Всей душою полюбил куклу бессердечную.

Для нее любовь забава, для меня мучение

Придавать не стоит, право, этому значения^[2].

Эта строка внезапно ворвалась в мозг Максимова, чего он никак не ожидал. Опять перед ним появился Трол:

- Я тоже иногда это слышу. Сказал он.

- И что это?

- Отголоски Новых тёмных веков, я даже не могу точно сказать из какого конкретного времени.

Они вместе медленно направились к выходу из музея. Вновь поднялись в галерею, за окнами по-прежнему было темно, только ряд повторяющихся зданий ярко освящен и уходил в повторяющуюся неповторимую бесконечность. Они опять пришли в ту лабораторию, где все также в пространстве висела Аманда.

Первый диалог Селира Трола

Трол: Что ты скажешь? Не вскрывается ларчик, приведенной тобой девицы. Не можем мы понять, кто она.

Максимов: У нее нет маточных органов?

Трол: А как понять? Её защиту не преодолеть. Наша аппаратура просто не может это выявить. Впрочем, неважно. Что ты скажешь о стихах?

Максимов: Это те, что из эпохи Новых тёмных веков?

Трол: Да. Оттуда. Как осколки что-то периодически приходит и проникает в наши системы, потом является нам во сне, наяву, в помехах. Чаще отрывки. Но говорят, что это не просто так, ты слышал что-нибудь о релаторуме?

Максимов: Нет, а должен был?

Трол: Я надеялся. Там на Континентах должны больше знать, чем мы.

Максимов: Ты уже понял, это не так. Мы не все знаем.

Трол: Тогда просвещу тебя. Умника создана еще до Новых тёмных времен, до Глобальной катастрофы. Изначально в нее был заложен принцип саморазвития. Создатели составили прогноз на то, как примерно система будет развиваться, даже в условиях катастрофы, в том числе в этот прогноз входила и разработка релаторума.

Максимов: И что это?

Трол: Информационные шлейфы. О том, что каждый человек в течение своей жизни оставляет такой шлейф была высказана догадка еще за несколько десятилетий до НТВ, но это была только теория, доказать или найти эти шлейфы так и не удалось, а может удалось, Тёмные века все скрыли.

Максимов: Почему ты мне об этом говоришь?

Трол: Возможно, майор, ты знаешь больше, коль тебя послали за Амандой. Кто она? И куда ты ее вел?

Максимов: Трол, ты же сказал, что получил приказ и что конечный пункт это клиника?

Трол: Ну ладно, Дэвид, ты же уже все понял, да и София тебе сказала. Заманили мы вас ради органов. Перехватили ваше задание, расшифровали. Ты же знаешь, врачей интересуют только доходы.

Максимов: Здесь я не могу ничем помочь. Наши группы получают только конкретные задания. Приказали выкрасть Аманду и доставить в регистровую зону, мы выполнили. Но ты, капитан, отклонился от темы, что там с релаторумом?

Трол: У нас есть информация, что Умника смогла достигнуть такого уровня технологий, что обнаружила шлейфы всего человечества с помощью релаторума. Это открытие сродни расшифровки генома.

Максимов: Даже если это так, что с того? Как моя группа связана с этим?

Трол: Умника не только открыла релаторум человека, но и расшифровала все шлейфы каждого человека, который когда-либо жил на земле.

Максимов: Почему ты так уверен? К этому есть какие-то свидетельства?

Трол: Это четверостишье, которое иногда слышим и ты, и я, оно ведь не из Новых тёмных веков.

Максимов: С чего решил?

Трол: Ну, смотри: в этом стишке взаимоисключающие понятия: любовь, забава и мучение. Такая несообразность, как мне подсказывает система безопасности, существовала где-то во втором тысячелетии, точнее сказать сложно.

Максимов: Могу согласиться.

Трол: Но дело не в этом. В инфосреде есть фрагменты еще одного стиха из еще более ранней эпохи. Я думаю, что он стал ключом для Умники, чтобы найти релаторум.

* * *

Селир Трол исчез наполовину. Только верхняя часть осталась перед глазами Максимова и она молчала. Все же я не с телепортом разговаривал, у врачей искусство иллюзий достигло высокого уровня - решил он. Где в момент диалога был капитан сложно понять, возможно, даже не в клинике. Но диалог с ним дал Дэвиду некоторую дополнительную информацию, которая была ранее недоступна ему по его статусу.

Максимов вернулся в свой номер. Он рассматривал морской пейзаж на стене своего номера настолько натуральный, что чувствовал запах соленого моря и кажется манго. Когда-то давно Умника создала Реактор, еще до наступления глобальных генных войн и это дало возможность поддерживать инфосреду, даже тогда, когда нигде не было постоянного источника энергии. Принцип действия Реактора непонятен был никому из людей, так как невозможно было проникнуть в него и изучить. На страже его стояли гиплотахи. Только они за счет инструкций, записанных в Гиплотахии поддерживали бесперебойную работу Реактора. Инфосреда была повсюду, где-то в большей мере, где-то в меньшей. Потоки, шлейфы из разных эпох заполняли ее, и надо было открыть только релаторум, чтобы начать их расшифровывать. А ключ к нему вот этот стих поэта из XIX столетия. Он услышал как София, подключившаяся к его порталам, прочитала отрывок

Блещет солнце радость моя!

С животворными лучами

Я играю в вышине

И веселыми крылами

Ластюсь к ним, как облачко;

Пью счастливо воздух тонкой,

Мне свободно, мне легко,

И пою я птицей звонкой^[3].

- Стихотворение называется Недоносок. Сообщила София - В нем важна и вторая часть:

Точно! Осенило Максимова Вот за что они ухватились там в Умнике. Бесплотный дух, который тут и там это же код доступа к шлейфам. Именно так Умника нашла релаторум, потом расшифровала шлейфы.

- Скопировала и где-то сложила. Закончила его мысль, снова присоединившаяся к его внешнему порту София. Максимову это не понравилось: у него, что все порты теперь не защищены? Почему так легко гомоид входит к нему в мозг.

- Потому что она твой гомоид, у нее полный доступ ко всем твоим системам и модулям.

Это сказал Трол, который вошел в номер к Дэвиду на этот раз обычным путем через дверь. И у Трола доступ?

- У тебя на лице все написано. Так что не беспокойся доступа у меня нет. Пояснил он. - Но возвращаясь к тому, к чему вы пришли в ваших логических размышлениях со стихами.

Ему откуда знать, если он утверждает, что доступ ко мне только у Софии - мелькнула мысль у майора.

- Умника где-то хранит информацию, считанную со шлейфов, но это не главный вопрос. Важно то, зачем ей это? Мне так думается, какую-то роль играет твоя пленница.

- Думаешь, она гомоид?

- Или нечто более совершенное.

- Что может быть совершеннее человека?

- Заметь, ты сам это сказал.

Максимов произнес эту фразу стоя задумчиво перед стеной-монитором. краем глаза он видел, как Трол телепортировал, подумалось: Вошел без стука, вылетел без звука. На мониторе выпал ряд цифр:

4404

Что за ерунда? Помехи опять пошли что ли? - досадовал внутри себя Максимов. Ряд продолжился:

440440

040044

004404

400404

Максимов пытался уловить закономерность, но не понимал, почему именно четверка используется при кодировке, а не как обычно 1 и 0. Ряд вдруг остановился и выпало:

3

Тройка мерцала на фоне морского пейзажа. Дэвид попытался подключить дополнительные модули своей индивидуальной системы, но усилия его были напрасны: решение не приходило, хотя он догадывался, что все это как-то связано со стихами. На шезлонге вдруг появился вполне натуральный Селир Трол. Он был в плавках, на носу солнцезащитные очки, мускулистое загорелое тело блестело на солнце: Он себе льстит, не может быть у него такое тело в реальности - решил Максимов и копия Трола приветливо помахала ему рукой, в голове майор отчетливо услышал фразу: Приходи на обед!

Да и правда, пора поесть, со вчерашнего вечера Максимов ничего не ел. Он легко нашел комнату для приема пищи. Трол уже был в этом стерильно белом помещении и полулежал в сером кресле. Максимов прилег в соседнее, чуткое кресло сразу приняло форму его тела.

- Что будем есть? Спросил капитан.

- Я, пожалуй, копченой курочки отведал бы. Заявил Максимов.

Два мягкий обруча охватили плотно его запястья. Он почувствовал легкое покалывание кожи, как будто сотни маленьких тонких иголочек впилось, и Дэвид ощутил, как по сосудам заструилось тепло, это микроботы устремились во все части организма, во рту он ощутил вкус копченой курицы. Показалось солоновато, Дэвид вызвал панель управления, мысленно опустил кнопку вкуса.

- А я ризотто отведаю. Сообщил Трол.

Максимов почувствовал, как начинает наполняться желудок это значит, боты синтезировали пищевую массу, он начал чувствовать насыщение.

- Ну, так что ты скажешь?

- Насчет чего?

- Органов.

Капитан поудобней устроился в кресле, наслаждаясь пищей.

- Ерунда все эти затеи Умники. Ты же помнишь вначале всего стояла клиника. Нам принадлежит идея продолжения рода человеческого.

Второй диалог Селира Трола и Максимова

Максимов: Интересно. В чем же ты видишь это первенство?

Трол: Все бывает неслучайно. Ты попал в своем первом путешествии по клинике в наш музей и видели там образ основателя ее Кир Нука. Именно он первый предложил простую пересадку органов использовать не для замены поврежденных или больных органов, а просто постепенно заменять ими весь организа.

Максимов: А смысл? Чуть позже создали совершенных гомоидов.

Трол: Да, но они не люди. Они просто инструмент. А замена органов дает гарантию жить почти вечно. И такой человек, у которого были полностью заменены органы, появился Дука Пкон. Ты знаешь сколько ему было лет на момент преображения?

Максимов: Даже мыслей никаких нет по этому поводу.

Трол: Восемьдесят семь! Подумать только. Нук ему все заменил: органы, сосуды, мышцы, кроме мозга и нервной системы. В этом направлении он придумал другой метод обновление клеток. Специальный препарат, который обновлял нервные клетки.

Максимов: И что стало с Пконом?

Трол: Ему ввели цианид через 300 лет после его создания.

Максимов: Что стало причиной столь радикального решения?

Трол: Ты же понимаешь, Пкон был экспериментом. На момент его создания клиника продвинулась в области трансплантологии уже довольно далеко, и мы стояли на пороге новых открытий, Дук Пкон находился под постоянным наблюдением, проводились тестирования. И вот наследники Нука в какой-то момент решили, что эксперимент не удался по морально-нравственным основаниям.

Максимов: Неужели?

Трол: Да, да (он горячился). Тогда это еще важно было еще не преодолели христианскую антропологию. Представляешь! Это после Новых темных веков, когда прошли тысячелетия, стерлись нации, взгляды, религии, ничего прежнего уже не было, но пароксизмы христианства еще проявлялись. Остались и влияли на тех, кто стоял тогда во главе клиники.

Максимов: Что же их остановило? В чем причина прекращения эксперимента?

Трол: Выяснилось, что при условии, когда человек получает шанс, на вечную жизнь он отказывается от морали. Она не нужна. Потому что нет прегрешения, нет воздаяния, нет смысла что-либо делать так, чтобы жалеть. Тем более наш вариант дает возможность не просто вечной жизни, а абсолютную гарантию при любом раскладе жить: болезнь, вирус, смертельное ранение мы все поправим. Идеально! Но вот мораль. К чему она.

Максимов: Ваш эксперимент проводился в пределах одного человека, вы наблюдали только за ним, но представь, Трол, если его распространить на все человеческое сообщество. Мораль нужна, чтобы людей держать в узде, без нее они превратятся в зверей.

Трол: Так было до Новых тёмных времен. Сейчас мы имеем надежные средства контролировать то, что осталось от человечества. Благодаря Реактору существует надежная, постоянно действующая система информационных полей, мы научились их использовать, чтобы контролировать всех. Даже ваши устройства, встроенные в организм, не устояли перед нами, и пока ты находишься в пределах клиники, мы можем влиять на тебя и отслеживать всю информацию, которая проходит через твои устройства.

Максимов (задумчиво): Пусть так. А что такое Новые тёмные века? Почему мы о них ничего не знаем, ведь это целый пласт времени.

Трол: Вопрос не так надо ставить, а по-другому: почему именно сейчас, с появлением в клинике Аманды мы стали получать из этих веков, какие-то странные ошметки информации.

Максимов: Это все, скорее всего как-то связано с ней. Но тебе пока до нее не добраться. Да и зачем тебе все это?

Трол: Видишь ли, Дэвид, мне кажется мы с Умникой работаем над похожими проектами, только мы зашли в тупик, а она нашла путь. И Аманда как-то связана с этим. Ты же знаешь, наши основные, да пожалуй единственные, клиенты, это правительственные круги Городов. Все эти члены партий Моно и Стерео, они хотят большего, они не хотят, чтобы их контролировали. Заметь, это, несмотря на то, что мы практически полностью меняем им тела.

Максимов: Клиника работает над проектом бессмертия?

Трол: Не совсем так. Нашим клиентам нужно не просто бессмертие, а осмысленное бессмертие. Человек всегда искал смысл для своей жизни. Долгие тысячелетия он находил его в Боге или идеи об Абсолюте. С того момента, когда произошел антропологический сдвиг в сознании исчез смысл.

Максимов: И когда этот сдвиг произошел?

Трол: В ходе нашего эксперимента. Если жизнь человека бесконечна и нет Бога в чем смысл. Его нет. Но мы преодолели антропологический сдвиг смысл в вечных удовольствиях, нескончаемых и все время меняющихся, к которым нельзя привыкнуть при условии периодической смены тел. Каждое новое тело, это обновленные ощущения.

Максимов: Ты думаешь Умника нашла свой ответ? В чем смысл жизни без Бога, когда человек обрел бессмертие и может жить на земле вечно? А вдруг Умника ищет Бога? Без него не получится нормального бессмертия?

* * *

На этом вопросе прием пищи закончился. И Трол с Максимовым разошлись в разные стороны. Капитан все улыбался, не говоря ни слова последняя фраза видно его позабавила. Еще бы: машина ищет Бога!

В своем номере Максимов прилег на кровать, задумался. Конечно, в словах Трола есть некоторая положительная мысль, но что если смысл жизни человека это не Бог? В этот момент он почувствовал сигнал внешнего сообщения, неожиданно заработала внутренняя сеть. Максимов вывел сообщение на монитор стены. Исходящее было обозначено как Аманда. Увидев это, Дэвид тотчас вскочил со своего ложа, остановился в нерешительности перед монитором: море по-прежнему расстилалось перед ним, пахло запахом морской воды. Он глянул на Софию она сидела в кресле на самозарядке, глаза ее были прикрыты. Дэвид открыл сообщение: в нем была папка с файлами, очень древними, судя по их конфигурации, но тщательно восстановленные, они заняли практически всю стену панели. Файлы представляли собой какой-то формат изображения, используемый в далеком прошлом. Максимов открыл одно из таких изображений: это было фото ежедневника белая поверхность разбита на квадраты, каждый соответствовал дню недель. В левом верхнем углу какая-то замысловатая виньеточка, правая сторона отделена от всего ежедневника и в самом начале, наверху, озаглавлена Для заметок, под ней цифра 2024 и еще ниже 01. Обе они написаны, видимо чем-то вроде фломастера. Каждый лист ежедневника был заполнен когда-то, много тысячелетий назад и в нем заключались планированные события. Сам ежедневник, судя по всему, был покрыт тонким магнитным слоем и помещен на какую-то белую поверхность, в верхней части сохранилось небольшое электронное табло с цифрой - 20. Скорее всего, это дверца холодильной установки. Приглушенный желтоватый свет освещал ежедневник неравномерно, создавая некую иллюзию, для того, кто смотрел со стороны, домашней обстановки.

- Событие ключевое понятие в этой ситуации. Это сказала София. Дэвид посмотрел на нее, облик гомоида стал меняться и вскоре он увидел вместо лица Софии лицо Аманды.

- Ты контролируешь ее? Спросил Максимов.

- Да. Ответила София голосом Аманды.

- Что ты скажешь об этом файле?

- Здесь в клинике мы почему-то в свои индивидуальные системы получаем отрывки этой информации.

- Вирус?

- Непохоже. В данном случае это какой-то обрывок из времени до начала Тёмных веков.

- Может это часть программы Умники? Ты знаешь об информационном шлейфе?

Установилась пауза, Максимову показалось, что Аманда задумалась. Пауза продолжалась минуты три, и он не нарушал ее, наконец, услышал ответ:

- Что такое Умника? Или кто?

Вопрос прозвучал как-то странно, он вовсе не означал, что Аманда не знает об ископаемой системе искусственного интеллекта, а будто задавала риторический вопрос, философский, сама у себя спрашивала. Но Дэвид ответить на него не мог. Внезапно связь оборвалась, и погасло верхнее освящение, осталось только аварийное, тускло мерцал монитор. К Софии вернулся прежний образ, ее самозарядка закончилась, и она открыла глаза.

- Сбой в системе энергоснабжения. Связи нет. Сказала она. Это я и сам знаю - подумал Максимов и вышел в темный коридор. Мерцали под потолком красные аварийные огни. Дэвид дошел до отсека с Амандой, она по-прежнему висела в пространстве, теперь в полутьме охваченная слабым синеватым свечением. По коридору быстрым шагом шел Трол.

- Что случилось, капитан? Осведомился Максимов.

- Центральное энергоснабжение отключилось. Мы перешли на резервное питание. Поедем со мной, майор.

На этот раз они воспользовались лифтом. Примерно минуту он ехал все время вниз. Максимов подозревал, что основная часть клиники находится под землей. В этом есть некая символическая ирония: города взмыли в небо, клиника ушла под землю. Лифт остановился, открылись двери, и Максимов с Тролом оказались в огромном зале, заполненном медицинским оборудованием и бесконечными рядами хирургических кроватей на которых лежали пациенты, подключенные к этому медицинскому оборудованию. Каждое тело буквально было опутано проводами и трубками, по которым текла разноцветная жидкость. Между кроватями летали роботы-манипуляторы, которые производили операции по пересадке органов или протезировании частей тела. Красивые девушки-гомоиды деловито сновали туда-сюда.

- Вот, наши клиенты. Объяснил Трол, показывая на кровати, когда они шли мимо них. Здесь лучшие представители Городов сенаторы, члены партий, хозяева корпораций, даже есть некоторые представители высшего руководства Сексюси. Многим из них уже не одна сотня лет. Периодически они ложатся к нам, в клинику, мы их обновляем, и они живут дальше вполне счастливые, полные сил, новых идей и замыслов.

Наконец, казавшийся бесконечным ряд кроватей завершился. Максимов с Тролом оказались в полностью, со всех сторон остекленном зале. Сквозь прозрачный термопластик было видно звездное небо. Трол поднял руку, и небо тотчас исчезло, поверхность покрылась светящимися схемами, длинным рядом цифр, графиков, формул. Капитан некоторое время изучал их, по мере чтения всех этих математических знаков лицо его приобретало все более хмурое выражение.

- Что-то не так? Поинтересовался Максимов.

- Похоже, Пятнадцатый СОГ отключен.

- А в чем причина?

- Гиплотахи не проводят своих церемоний согласно протоколу Гиплотахии.

- Что теперь?

- У нас водородная станция, поток энергии восстановим, но в целом эту проблему не решить. Я не понимаю, что там происходит: ни на Континентах, ни в СОГах. Связи с Городами также нет. Но больше всего меня интересует, что задумал Мармей. И ты мне в этом поможешь.

- Кто такой Мармей?

- Наш основной противник, тот, кто твою команду в плен взял. Помнишь? Он обещал, что нам вас передаст, про кровь, которой они кормятся и прочее тебе наплел. Мне кажется, он что-то знает о твоей добыче, больше чем я. Мне надо узнать, что ему известно.

Трол ждал ответа майора, тот думал. Смотрел на звезды, которые были хорошо видны сквозь сверхпрочный пластик, который одновременно являлся и огромным монитором. Все это странно, так казалось ему, но он подумал, что можно поторговаться, поэтому предложил главе клиники:

- Если я выполню твое поручение, ты отпустишь меня с моей командой?

- Разумеется. Пожал плечами Трол.

- Тогда мне нужно мое вооружение, оборудование и защитное снаряжение.

- Не нужно.

- Не понял?

- Мармей это фантом, до него можно добраться через сон. Мы тебя в него погрузим и проведем в мир Мармея.

Они покинули пункт управления, Максимов пошел следом за Тролом, но вдруг пелена с его глаз спала, и он увидел перед собой дорогу глянцевую от того, что серое небо, висевшее очень низко над землей, источало из себя мелкий, унылый дождь. Вдоль дороги в беспорядке были разбросаны небольшие, деревянные домики, цвет стен которых был выдержан в одной гамме коричневый. И в целом этот цвет господствовал на всем пространстве вмещающихся в нем объектов: деревьев, телеграфных и электрических столбов, сараев и вышек сотовой связи.

Дэвид шел по этой дороге. У него было странное ощущение: он одновременно чувствовал себя подростком лет шестнадцати и взрослым мужчиной, каким и был на самом деле. Он невольно опустил голову вниз и увидел свои ноги, одетые в синие потрепанные джинсы и кеды (правый был немного порван с левой стороны). Дэвид посмотрел на свои худые загорелые руки, обнаружил, что одет в клетчатую рубашку и джинсовую летнюю куртку. И он не то, что был худ, а скорее не имел ни грамма лишнего веса. Он чувствовал себя великолепно! Сила и желание каких-то невероятных дел играло в нем, даже несмотря на то, что плечи оттягивали лямки тяжелого рюкзака. Ему хотелось снять его и посмотреть, что там, потому что, он, Максимов, не знал, а тот другой, которым сейчас он был, знал, но не хотел сказать Дэвиду. Но только майор хотел это сделать, как услышал голос рядом с ним идущего человека:

- Гарри, надо поднажать, вон, я вижу впереди кафешка какая-то, можем перекусить.

Это сказал отец. Максимов почему-то это знал. Отец был высокого роста, под 180, еще молод морщины совершенно не портили его вытянутое лицо. Прямой нос, веснушки на белых щеках, он смешно морщил лоб и откидывал свои рыжие волосы рукой со лба. Рядом с ним была мама светловолосая, красивая женщина с пухлыми, чуть приоткрытыми губами, ее голубые глаза всегда излучали какую-то необычную радость. Она была одета в сиреневое платье из плотной материи, на плечи накинута кожаная крутка, а в руке держала зонт. У них не было с собой никаких вещей. Наверное, все необходимое у меня в рюкзаке - подумал Дэвид и вдруг вспомнил, как зовут родителей: Кирк и Мария.

- Да, конечно, пап. Кивнул головой Дэвид и ускорил шаг.

Ему казалось, что все это уже было у него в жизни, но где и когда? Или может это жизнь Гарри? Тем временем они приблизились к продолговатому зданию, с белыми стенами низкой черепичной крышей и большими окнами. Вход со стеклянными дверями был оформлен двумя гипсовыми колонами, а над ними светилась неоновыми трубками надпись Антигона. Что-то знакомое было и в этом названии и в самом здании.

Они зашли в тускло освященное кафе: свет с улицы не очень хорошо освящал помещение, так что барная стойка была почти в темноте. Небольшие столики были расположены вдоль стены с окнами. Посетителей было немного занято всего два-три столика. Максимов с родителями сели за столик недалеко от входа. Тотчас к ним подошла молоденькая девушка в синем переднике с логотипом кафе. У нее были красивые волнистые волосы, зеленые глаза, короткое платье и стройные ноги.

-Что будете заказывать? Спросила она, почему-то обращаясь именно к Максимову. И откуда-то из-за стойки тут же послышался противный, скрипучий голос:

- Маргарет! Ты опять с посетителями заигрываешь!

Услышав этот голос, девушка как-то смутилась, лицо ее тотчас приобрело испуганное выражение, она торопливо записала в блокнотик заказ, хотя ни Максимов, ни его родители как бы ничего и не заказывали. Мама с папой как ни в чем ни бывало сидели, молча изучали меню, а Дэвида заинтересовало, кто это из-за стойки орал. Он осторожно встал, хотя его беспокойство было напрасным, родители на него не обращали внимания, будто его нет. Максимов подошел к стойке. Было темно. На полках блестело стекло бутылок, и никого не было из людей за стойкой. Максимов перегнулся через нее и увидел на полу широкую полосу света и больше ничего, кроме неё. Он услышал девичьи голоса, которые доносились откуда-то слева. Присмотревшись, привыкнув к полутьме, он разглядел дверной проем в стене. Оттуда неяркие лучи чуть проникали в само помещение кафе. Он осторожно зашел там такая же, как в кафе вытянутая комната, вдоль стены расположены двухэтажные нары, на них лежали разные молодые девицы, полуобнаженные в коротких юбчонках и первая из них Маргарет. Она звала его, увидев краем глаза, махала рукой, мол, иди сюда, к нам. Максимов забрался на верхние нары, устроился рядом с Маргарет. Она весело и лукаво смотрела на него.

- Тебя как зовут? Спросила она.

- Дэвид.

Она строго на него посмотрела.

- Нет. Это не твое имя.

Максимов задумался и пришел к выводу, что действительно называть себя Дэвидом не будучи им, как-то странно.

- А мы, в каком времени? Озадачился он

Она не ответила, только вопросительно смотрела на него пытаясь понять, о чем он говорит.

- Вас тут ебут? Почему-то спросил он, вдруг осознав, что слово это ему хорошо знакомо, не только его значение, но и неприемлемость по своей семантики.

- Ну так, поёбывают. Ответила, зевая, Маргарет

- Кто?

- Капитализм.

- Кто? Кто? Не понял Максимов.

- Ты его видел, вернее, слышал, то пятно на полу. У нас он еще остался. Когда-то в нем вся беда была. Это знаешь, когда группа плохих, живущих только для сових интересов людей, захотела создать глобальный, единый мир, чтобы им стало еще лучше, как можно более долгое время. Для этого весь остальнго мир должен был работать только на них.

Она, почему-то опечалилась, задумалась, но потом объяснила свою мысль:

- Тебе же сообщение пришло? Оно из прошлого, это Событие, которое отразится волнами в каком-то времени. Ты в это время попал, и здесь господствует Капитализм.

Максимов вспомнил, что очень в давние времена таким понятием обозначали систему экономических отношений, которая существовала везде и по некоторым версиям эта система стала причиной наступления Нового тёмного времени эпохи, о которой меньше всего было известно. Тогда история человечества как будто прервалась, а потом началась заново. Так казалось. Этот период охватила тьма, и рассмотреть сквозь нее что-либо было очень сложно.

- Думаешь, Капитализм всему виной?

Маргарет приподнялась с нар и свесила ноги вниз, начала болтать ими в воздухе, как девочка.

- В основе Капитализма лежат страсти. Сам человек пропитан ими. Чувствуешь? Она лукаво подмигнула правым глазом Дэвиду В этом Рубеж. Разделительная линия, отделяющая тьму от света.

- Ну?

- Вот она, эта линия, прошла в Тёмные века. Лишила человека страстей, выбила почву из-под Капитализма, как системы человеческих ценностей и отношений прежнего мира, старого.

Максимов, который до сих пор лежал на нарах, закинув руки под голову и созерцая потрескавшийся, серый, бетонный потолок, тоже, вслед, за Маргарет, встал и свесил ноги вниз.

- Все совершается по естественной необходимости следования событий. Друг за другом, по закону неповторимой повторимости.

Она цитирует одну из ктен Гиплотахии - подумал Максимов, а Маргарет в это время мило откинула голову назад, захохотала и сказала:

- И Бога нет. Понимаешь? В этой повторяемости Его нет.

Чего вдруг она заговорила о понятии ушедшем, даже из христианства - снова задумался Дэвид.

- Следуй своим страстям. Это же естественная необходимость. Повторяй движения, и они станут очередной неповторимостью. Произнесла Маргарет и снова легла на нары медленным движением приподняв юбку. Она провела ладошкой по своему бедру и почему-то сделала вывод:

- Ты не человек.

- Почему ты так думаешь?

- У тебя нет страстей. Ты лишен чувства обреченности, бессмысленности всего. Ты, наверное, из эпохи после Нового тёмного времени?

- Далеко после.

Маргарет резко выпрямилась, одернула юбку, глаза ее гневно блеснули.

- Чего же ты пришел?

- Мармея ищу.

- Того, кто взывает к Пустоте? Да, пожалуй, у него есть опыт о пустом. Казалось, Маргарет не удивилась миссии Максимова. Ответить она не успела: снаружи прозвучал страшный взрыв, стены кафе сотряслись, с потолка посыпалась штукатурка. Инстинкт воина мгновенно сработал в Дэвиде: он схватил за руку Маргарет, они спрыгнули с нар, тут же оказались у выхода из кафе. Максимов посмотрел на неподвижно сидящих своих родителей.

- Оставь их, у тебя нет родителей. Велела Маргарет и они тут же вышли на улицу. Метрах в 20 от кафе взорвалась мина, осколки забарабанили по крыше и посекли фонарный столб. Все также держа за руку Маргарет, поправил рюкзак и со всех ног побежал по дороге в направлении небольшого каменного здания, что виднелось на обочине. Мины рвались там и тут, но слишком далеко, чтобы задеть их осколками. Уже совсем рядом с укрытием Дэвид заметил, как около него, почти у ног замелькали фонтанчики песка от впивающихся в землю пуль. Они заскочили в здание, это оказался какой-то недостроенный сарай с бетонным полом. Максимов осторожно выглянул в окно, тут же несколько пуль влетело в оконную раму. Майор успел заметить, откуда стреляют. Еще несколько пуль влепились в бетонный пол, снаружи продолжали греметь взрывы. Маргарет сидела, привалившись к стене, у нее было усталое лицо, она совсем без испуга смотрела на Дэвида.

- Ты, значит, из прекрасного далёка прибыл. Скорее констатировала, чем спросила она.

Дэвид не совсем понял ее, так как считал, что попал в сон, как ему и обещал Трол. Но, похоже, это было не совсем так. Да, его тело лежало где-то в одном из отделений клиники в ванночке, наполненной криоглионном, но данная реальность не похожа на то, что обычно бывает во сне.

- Это не сон. Как будто услышав мысли Максимова сказала Маргарет и кивнула на рюкзак Дэвида. Чего у тебя там?

- Сам не знаю.

Максимов расстегнул рюкзак и вынул оттуда автомат. Приклад у него был складывающийся, цвет черный. Дэвид повертел автомат в руках агрегат ему был не особо знаком, очень древнее оружие, но он в Академии прослушал спецкурс военной археологии и теперь припоминал, что оружие такого типа называли автомат Калашникова. Оно было популярно, где-то в начале третьего тысячелетия, принцип действия его Максимов смутно помнил. Он покопался в рюкзаке еще и вынул три магазина с патронами, а также оптический прицел, который тут же приспособил в специальный разъем. В рюкзаке также был пистолет системы глюк и две обоймы к нему. Увидев пистолет Маргарет молча протянула руку и тот отдал его ей. Она заняла место у другого окна, которое выходило на восток, передернула затвор и выстрелила.

- Пошли. Сказала она.

Дэвид выглянул в окно и только теперь увидел людей в камуфляже и допотопном защитном снаряжении, о котором в курсе военной археологии даже не рассказывалось. Люди, пригнувшись мелкими перебежками, приближались к дому, в котором укрылись Максимов и Маргарет. Дэвид тщательно прицелился, хорошо различая в прицел ближайшего солдата. В прицел хорошо было видно худощавое, небритое, покрытое пылью лицо человека, который давно не спал. Максимов нажал на спусковой крючок, солдат дернулся и упал, остальные тотчас залегли и стали искать укрытие. Сделала свой выстрел и Маргарет, она попала прямо в голову одному из солдат, остальные отползли назад и спрятались в ближайшую воронку. Воцарилась тишина, только слышен был щебет птиц.

- Кто это вообще? Наконец спросил Максимов.

- Американцы.

- Кто это? И чего им надо, почему они нападают.

Маргарет положила пистолет рядом с собой, устало сложила руки на коленях.

- Вот вы в будущем как решаете проблему страстей? Спросила она.

- Эту проблему решает симплекс-идея, принятая всеми как ведущая парадигма мироустройства. После полосы Нового тёмного времени, когда заработал Реактор, и население земли уменьшилось в разы, включились специальные станции, которые еще спроектировала и построила Умника. Они подавляли ненужные эмоции и купировали вредные идеи из прошлого.

- Поэтому вы и называете эту эпоху, которая последовала за нашим временем Новым тёмным временем? Полюбопытствовала Маргарет

- Вероятно.

Заработал миномет, разрывы мин становились все ближе к дому, наконец, осколки стали залетать в окно и Максимов с Маргарет укрылись в самой дальней части дома. Одна мина угодила в крышу, и место их прежнего укрытия около окон завалило деревянными балками и шифером, поднялся столб пыли.

- Как говорится, не познав низшего не можешь знать и высшее. Прокричала Маргарет, отплевываясь от пыли. Обстрел прекратился, снова воцарилась тишина, но напуганные птицы на этот раз улетели и уже не слышно было щебета. Максимов выглянул в проем открытой двери и увидел, как солдаты опять осторожно, перебежками, пробираются к их укрытию.

- Опять идут. Чего им вообще надо? Спросил Дэвид.

- Это же американцы, им всегда чего-то надо, а у нас здесь сиплекс-идеи еще нет, вот они и лезут.

Ответила Маргарет, и по пояс высунувшись в проем, выпустила всю обойму по бегущим солдатам, те опять залегли. Она перезарядила пистолет и спросила:

- Значит, вы добровольно отказались от свободы?

- А вы нет?

- Ооо, у нас здесь свобода это фетиш! Мы ее защищаем, за нее убиваем, ее отстаиваем, ей упиваемся, наслаждаемся и прочая, прочая.

Максимов тоже выстрелив, заметив, что один из солдат приподнял от земли голову и попытался прицелиться.

- По-моему отказ от свободы естественная необходимость для всеобщего блага.

- Ты попал в то время, когда так вовсе не считали. И придерживались с одной стороны, той точки зрения, что это самое главное для человеческого общества, а с другой стороны очень древнего принципа, заключающегося в том, что человек, когда-то за то, что возлюбил сверх меры свободу был изгнан из одного хорошего места и теперь, чтобы он не делал он обречен унижать другого человека и возвышать собственное Я. Вот сейчас, а для меня это сейчас, мы достигли придела. Этот принцип хорошо только то, что выгодно мне, моему селу, моему городу, моей стране, больше не работает.

Глухо застучал пулемет, пули прошили кирпичную стену навылет.

- Ого, мощная штука заработала, надо уносить ноги, Дэвид. За домом овраг, надо туда спуститься, и по нему мы к башне Мармея выберемся.

Они выскочили из дома: Маргарет впереди, за ней Максимов, он дал несколько очередей, и они скатились по пологим склонам оврага на его дно. Здесь спокойно журчала небольшая, мелкая речушка, с обеих сторон заросшая невысоким кустарником. Они побрели прямо по прозрачной воде, впереди, сквозь листву кустарников Максимов выдел огромный небоскреб, указывая на него Маргарет пояснила:

- Башня Мармея.

Между тем обстрел прекратился, только были слышны голоса солдат захвативших покинутый ими дом.

- Они теперь успокоятся. Задачу выполнили, здание зачистили.

Действительно их не преследовали и не стреляли вслед. Да вряд ли вообще видели сквозь густую листву, и они спокойно шлепали по воде. Маргарет шла впереди, будто рассуждая сама с собой, продолжала начатую речь:

- В мире, где есть Бог, человек периодически убивает другого человека, иногда договаривается с другим человекам. Каждого грызет внутренняя неудовлетворенность, потребность как-то задействовать себя. Но в мире, где Бога нет, война идет всегда. Мы с тобой в таком мире. Я в другом и не жила никогда. Бесконечная война, некоторыми особенно умными возводимая в принцип. Человек теряя Бога, теряет и себя. Мармей это понимает, поэтому он и заперся в башне.

Она остановилась, переводя дыхание, вытерла пот со лба рукой, в которой держала пистолет, на красивом лице ее видны были подтеки грязи. Небоскреб был прямо перед ними. Он был полностью застеклен, часть стекол выбита, некоторые потрескались, но в целом здание производило впечатление вполне функционального. Они выбрались из оврага и поднялись на асфальтированную площадку перед входом. Остекленные двери были закрыты, но при приближении к ним открылись. Внутри было полутемно и пусто.

- Мармей на самом верху живет. Разъяснила Маргарет.

Они поднялись на лифте на последний этаж. Загоревшаяся цифра показала 55. Они оказались в обширном, пустом холе. Всюду были затемненные окна, а стены покрыты коричневыми панелями. Маргарет посмотрела направо и налево:

- Он где-то здесь. Сообщила она, и они двинулись влево. Неожиданно возникла перед ними высокая фигура человека, он стоял к ним спиной. В полутьме виден был только его контур.

- Я знаю, что тебя послал Трол. Сказал человек, но голоса его Дэвид не слышал, он просто звучал у него в голове. И рядом уже не было Маргарет. Максимову стало как-то грустно от этого, он успел к ней привыкнуть.

- Да, так и есть. Ответил Дэвид.

Максимов огляделся: в пустой комнате совершенно не было никаких предметов, стены, пол похожи на чертеж, а сама фигура выглядела столь же неестественно, как все вокруг. Конечно, он понимал, что все это условность, но голос Мармея все также в голове настойчиво звучал:

- Что тебя удивило?

- Ведь это не прошлое?

- Нет, это единственное чего человек так и не смог достичь путешествие во времени. Но его можно точно смоделировать, я это сделал, мне в этом времени более комфортно.

- А Маргарет?

- Она была. Это точная копия.

- Ты смог расшифровать шлейфы?

- Да, это основа для моделирования данного времени.

- Почему ты сказал, что это единственное чего человек не смог достичь, разве наступил конец истории?

- Мы на пороге.

Опять этот порог - подумал Дэвид, припоминая, что и Маргарет говорила о чем-то подобном, только называла это рубежом. О чем они оба? На ум пришла концепция христиан о конце света, он сказал об этом Мармею, тот согласился с этой догадкой, но заметил:

- Поэтому Аманда и оказалась в хуторянской общине, но, видишь ли, они только на словах придерживаются своих доктрин, а сути их уже не понимают и не могут толком объяснить, поэтому тебя и направили за Амандой.

- А кто объяснит? Я вот у тебя пришел спросить.

Условность обстановки исчезла после этих слов. Унылая, серая комната теперь томила взгляд Максимова, а Мармей предстал тощим, мрачным человеком, говорящим ртом.

- Трол хитрец. Изрек он и закончил свою мысль так - С чего он взял, что я знаю ответы?

- Ну как же: зачем-то ты напал на нас? Дивился Дэвид.

- А может мне просто человечина нужна была для торговли с тем же Тролом, не думал об этом?

- Кто из моей группы человек? Или ты понял, что Аманда из людей?

Мармей не сразу ответил, вместо этого он вдруг встал на колени, повернулся на восток и начал делать поклоны. Молится? - вспомнил Дэвид давнее слово, Мармей услышал его:

- Да, видишь ли, пытаюсь найти то, зачем ты с Амандой отправился в регистровую зону 4. Или все же ваш путь лежал Оградор?

Хм подумал Максимов он не знает сути всего задания, но знает что-то неизвестное мне. Майор уточнил:

- И что же это?

- Душа. Мармей встал с колен и, повернувшись лицом к Дэвиду, закончил свою мысль Она ищет душу, то чего не хватает для завершения последнего проекта Умники.

- А откуда у тебя такие сведения?

- Ну, я же давно занимаюсь взламыванием кодов всяких систем уже не одно столетие. У меня огромный опыт и мне удалось один канал связи СБК вскрыть, оттуда и узнал некоторые детали твоей миссии в район 15 СОГа.

- Да я сам не знал, что или кого именно нужно было взять. Только уже при самой высадке мы получили координаты и цель, а также координаты района, куда надо ее вести.

- Не суть. Я уверен они ищут души. Или как они ее называют трансмутор.

Максимов никак не мог сообразить, о чем ведет речь Мармей, что он имеет в виду, тот, видимо, это понял и пояснил:

- Неверно может, подобрал слово, хотя оно отражает суть. Если предположить, что Умника вывела новую породу высокоорганизованных существ, желает теперь, чтобы она, эта порода, заняла господствующее положение на земле, согласно теории о лестнице тварей не хватает только для этого самой малости душ.

- Лестница тварей? Что это?

- Моя догадка.

Мармей опять отвернулся от Максимова и опустился на колени. Так он простоял минуты две, сложив руки на груди, опустив голову и закрыв глаза, а потом снова ожил, встал и повернулся лицом к Дэвиду.

- Можешь не обращать внимания, это всего лишь моя теория. Сейчас в конце девятого тысячелетия истории человечества мы стоим на развилке, и здесь я вижу два пути создание новой цивилизации и консервация старой со всеми ее недостатками и пороками. Условно это Континенты, врачи, Города

- Но не вы? Перебил его Максимов.

- Мы? Казалось, вопрос очень удивил Мармея.

- Я имею в виду хэгов.

Мармей рассмеялся, хотя смех этот выглядел очень ненатурально.

- Нас давно нет. Мы фантомы. Существуем только в сети и в твоем воображении. В реальности действуем через тех ежей, которые твою группу сопровождали.

Но ведь это невозможно подумал Максимов тогда я просто разговариваю с программой, пускай и очень совершенной. Внутренняя связь была доступна и Мармею, он услышал мысли капитана:

- Твоя мысль развивается в правильном направлении. Если мы стоим на пороге нового времени, нового фазиса развития человечества, то нам крайне необходимо оказаться вот на этой самой лестнице тварей, чтобы продолжить дальнейшее существование, но теперь уже вечное. На каждой ступени определенное количество живых тварей, которые существуют на Земле, в том числе и растения, но только на самых верхних люди, только они обладают бессмертными душами.

- Бессмертными душами? Это уже что-то из области религии.

Мармей остановился в своей речи припоминая, казалось, что-то. Опустил голову, на время задумался.

- Я поэтому себя во всем и ограничил. Знаешь, майор, во всякой религии есть определенная система обрядности, бытовых правил и установлений, обычаев, система поведения и общения и еще то, что называют эстетическим воздействием: храмы, живопись, одежда. Я решил все это убрать, как это делали в глубокой древности те, кого называли затворниками.

- Зачем?

- Я решил выпросить то, ради чего Аманда была направлена Умникой в Оградор у источника, т. е. у Бога.

И Мармей сделал глубокий земной поклон. Потом еще один и уже не обращал внимания на Максимова, который как дым растаял в воздухе он вышел из сноведческого режима. Мармей перестал молиться, сел в воображаемое кресло и продолжал управлять грезами, в которых только недавно пребывал Максимов. Мармей вспомнил свое прошлое и оно наслоилось на тот сон в котором он пребывал, но уже когда-то существовал реально. Итак, когда-то его звали Стен Голден.

* * *

Стен тщательно вымыл руки и внимательно посмотрел в зеркало над раковиной: все же на щеке осталась царапина, и она немного припухла. Вот дура! - подумал Стен про Джессику, которая отвесила ему увесистую оплеуху, в ответ на его неприличное предложение. Стен вернулся в офис, было шумно, он сел за свое рабочее место, закинул в рот жвачку и недовольно поглядывал на Джессику, которая ходила между столами с какими-то бумагами и презрительно поглядывала на него. Она как будто специально наклонялась, когда подходила к кому-либо и из-под короткой юбки виднелись резинки чулок. Вот, сучка! - выругался про себя Стен и сосредоточился на графиках поставок, они почему-то все шли вниз, хотя по всем прогнозам должны были стабильно идти вверх. Стен подправил параметры, графики выровнялись, но подобную тенденцию он давно отметил и не только по поставкам, но и по отгрузкам, расходу энергии. Стен проверил архив на месяц назад, на год и на два. Все таже ситуация: все ресурсы неизменно, так или иначе, что называется протекали. Будто кто-то стабильно и целенаправленно воровал их. Интересно, это только я замечаю - подумал Стен и распечатал несколько графиков. Он показал их своему соседу Дональду. Тот сосредоточенно стучал по клавиатуре, мельком посмотрел на графики и спросил:

- И чего?

- Тебе не кажется все это странным. Будто кто-то извне управляет всеми этими событиями и потоками.

- Да ну, Стен, ты перегрелся или перенервничал из-за Джессики.

Дональд углубился в работу, давая понять, что разговор окончен, и он занят. Стен может и оставил бы все это, но ему стало досадно, что его не воспринимают всерьез и он решил докопаться до истины. К концу дня он настолько увлекся, что не заметил, как опустел офис и из новой, собственной реальности его вывел Дональд, который уходя домой толкнул его в плечо и сказал:

- Эй, приятель, домой пора.

Дональд махнул ему на прощание рукой и ушел. А Стен подвел итоги своим сегодняшним изысканием. Он выяснил, что все эти невидимые изменения имели так или иначе свои последствия, которые повлияли на текущие события, похоже на то, что кто-то корректировал события в соответствии с каким-то планом. На следующий день Стен показал свои расчеты начальнику. Тот помешивая сахар в стакане с чаем молча его выслушал, а потом спросил:

- Стен, как называется твоя должность?

- Системный администратор.

- Вот и администрируй. Ты чем угодно занимаешься, к Джессике подкатываешь, полдня в курилке проводишь, статистику вот какую-то проверяешь, только не своей работой занимаешься.

И Стен обиделся. Он вдруг понял, что его правда никто всерьез не принимает. Даже друзья. Ему 35 лет, а он всего лишь сисадмин в консалтинговой компании. С никто не считается с ним, и воспринимают его как технический персонал. Но, поразмыслив он понял: как бы там не было, он действительно персонал, и просто следит за тем, чтобы все исправно работало. Даже Джессика занимала должность консультанта и реально влияла на политику компании. А он?

Следующие дни он сосредоточенно изучал архивы компании за последние несколько лет. Он настолько был поглощён этой работой, что даже забыл о Джессике. А она, между тем, несколько раз подходила к нему по каким-то мелким вопросом с очевидностью желая обратить на себя внимание. Стен обнаружил вмешательство некоей внешней силы во все дела компании и отметил одну особенность: эта внешняя сила не стремиться разрушить, она корректировала события, не всегда на пользу компании, но с какой-то иной целью ведомой только этой силе.

Стен провел мониторинг деятельности еще несколько крупных компаний, конкурентов той в которой он работал, и там также было много, на первый взгляд незаметных, коррекций, но вот к чему все это было, он не мог понять, не хватало полноты информации.

Стен так увлекся своими исследованиями, что совершенно забросил ту работу за которую ему платили деньги. Как следствие его уволили. Тот день он хорошо помнил: Стен собрал свои вещи в коробку, сдал пропуск охране и вышел из офиса компании на улицу. Был январь, зима в тот год не баловала морозами. Шел редкий, мокрый снег, свинцовое небо нависало над горизонтом. Стен стоял на пороге офиса своей компании, в которой он проработал семь лет и думал не о том, как найти новую работу, а как разгадать загадку, с которой он столкнулся.

Стен жил в ту эпоху, которая значительно позже получила название Постгенное время. В самом окончание её, когда человеческую цивилизацию потрясли основательные изменения, связанные с вмешательством самого человека в собственный геном. Ведь генные войны, по сути, и были первым шагом влияния человека на собственную эволюцию, кардинальные, искусственные мутации, изменнения генной структуры. Это все последствия глобальных действия, приближающих конец человечества.

Но в тот момент, когда он вышел из офиса, Стен даже близко не предполагал какое место, он будет занимать в тех процессах, которые были спланированы волей одного человека много столетий назад. Он еще не понимал, что уже стал частью этих процессов с того момента как просто заметил мелкие несостыковки данных.

Следующие четыре месяца своей жизни он выходил из своей квартиры только для того, чтобы купить еду. Он работал все в том же направлении и мониторил деятельность разных компаний и банков. Почти во всех он обнаружил действие шпионских вирусов, которые собирали активно разную информацию. Кроме того он обнаружил еще несколько вирусов, предназначение которых он так и не смог определить.

Однажды, когда ночью, он снова и снова обнаруживал какие-то новые приспособления электронного слежения, разведки, манипуляции или даже вредительства, Стен пришел в какой-то дикий восторг от того, какая мощная и огромная сила организовала атаку на все стороны экономической жизни планеты. И кто-то или что-то руководил этим. Причем никто, кроме него эти факты не обнаруживал, они всем казались естественной частью собственных систем.

Он тогда лег спать довольно поздно и встал около 12 часов дня. За окном царила серая муть, но надо было сходить за продуктами, потому что в холодильнике имелся только кусочек сыра. Возвращаясь из магазина, он обратил внимание на строительную площадку, располагавшуюся недалеко от его дома. Стен, конечно, не очень хорошо помнил окружающую его действительность, так как слишком погружен был последние несколько месяцев в свою работу, но он точно помнил, что еще вчера этой площадки не было. Тогда он обратил внимание на символ, который был изображен на воротах ограждения: пляшущий человечек со скрюченными ногами и руками. Он зашел через открытые ворота на площадку, где активно работали в котловане два экскаватора. Котлован довольно большой по площади и глубокий. Стен стоял на краю котлована как зачарованный, сама мысль о том, что здесь на окраине города, что то могут строить, его просто поразила. И судя по глубине котлована, эта постройка должна стать огромной. Впрочем, эта мысль больше досужая в его голове, так ли важно, что построят рядом с его жилище: город растет. И только он собирался пойти дальше своей дорогой как позади, услышал приятный мужской голос:

- Интересно?

Он обернулся: перед ним стоял мужчина лет тридцати в костюме голубоватого цвета с серебристым отливом. У него было приятное, какое-то чересчур правильное лицо, гладко выбритое. Он улыбался, чуть заметно.

- Да так, шел мимо. Я тут недалеко живу.

Ответил Стен и указал на пятиэтажку, которая находилась недалеко от котлована.

- Я Крисп. Сказал мужчина и протянул руку, Стен осторожно пожал ее, ощутив мягкую, бархатистую кожу. Представился сам.

- Здесь будет главный сервер компании Умника. С0лыхал про такую?

Стен, при всем своем знании рынка электроники, ничего подобного припомнить не мог и Крисп, будто понимая его затруднения поспешил уточнить.

- О, ничего удивительного, что ты про нее ничего не слышал, мы не так давно вышли на рынок микрочипов.

- Вы занимаетесь электроникой?

- Это одно из направлений. Наша компания начинала свою деятельность с производства нейроморфных процессоров. Смогла хорошо заработать на этом и вот теперь расширяемся. А ты чем занимаешься.

- Я программист.

Это известие Криспа обрадовала, его лицо осияла еще большая улыбка, чем прежде.

- Вот так так. А я как раз набираю сотрудников для обслуживания этого сервера. Могу предложить тебе работу. Оплата очень хорошая.

Стена как-то все это смутило: чего вдруг человек, который его не знает, будет предлагать ему хорошую работу? Да и что это за Умника такая и он об этом сказал. А Крисп дружески похлопав его по плечу, просветил:

- Кто же не знает Стена Голдена. Ты уже успел прославиться на ниве конспирологии. Ведь это ты ищешь того, кто управляет судьбами мира?

- В некотором роде. Промямлил Стен.

Крисп заговорщицки подмигнул ему и, приблизившись иронично прошептал:

- Присоединяйся к нам, ведь наша компания тоже имеет отношение к судьбам мира. И ты будешь к этому сопричастен. А?

Стен Голден согласился. Так он попал в Умнику. Его назначили системным администратором этого огромного сервера, который тогда строили рядом с его домом. Здание с оборудованием полностью было размещено под землей, все коммуникации также ушли под землю. Внешне сервер никак не обозначался и со временем покрылся землей и зарос лесом. Пройдут тысячелетия, прежде чем рядом с этим лесом появятся поселения общин хуторян и все это обнаружит Гор Ролдон, который собственно и овладел ключом от системы, сам того не зная.

Но все это в далеком будущем, а тогда Стен вышел на первый свой рабочий день в Умники. Они работали в три смены, так что у Стена оставался один день на то, чтобы отоспаться, другой на какие-то свои личные дела. Работа его увлекала. Поначалу он не совсем понимал смысла существования этого сервера, этой необычайно системы, устроенной на основе самых совершенных на тот момент нейроморфных процессоров. Сюда стекались потоки различной информации, под действием каких-то причин и согласно каким-то целям она распределялась по всему миру и без сомнения влияла на события. Стен это прекрасно осозновал. Признаваясь себе самому, что сам стал частью какого-то плана именно в силу своего интереса к необычайным процессам, которые никто не видел кроме него. Стен довольно быстро выяснил, что основателем ситемы искусственного интеллекта под названием Умника несколько сотен лет назад был человек по имени Тимей Скачков. Он синхронизировал искуственный интеллект с человеческим разумом, таким образом, запустив процесс эволюции системы.

Подземная лаборатория, так стал Стен называть место, где он работал, всегда была наполнена людьми. Множество отделов, у которых имелись различные функции, обслуживались ими. При этом он не знал, кто начальник всей этой организации. Но однажды в кабинет, где он сидел, зашел тот человек, который предложил ему работу. Он выглядел также, как тогда, хотя миновало уже с десяток лет с тех пор, как он его первый раз увидел, но одет он все в тот же костюм и будто просто на секунду отошел и вот снова вернулся. Осмотрев захламленную конуру Стена совершенно равнодушным взглядом Крисп сказал:

- Я смотрю, ты прекрасно обосновался, Стен.

Крисп присел на свободный стул, закинул ногу на ногу, поверхность его идеального синего костюм поблескивала в свете ламп.

- Ну что, Стен, готов перейти на новый уровень интеграции с Умникой?

Этот вопрос не удивил Стена, так как, работая в системе машины, он давно понял, как она устроена и что где-то в прошлом уже была синхронизация, но с кем, не знал. Стен согласился. Крисп ушел, даже ничего не сказав на это, просто кивнул головой. Стен продолжил в этот день свою обычную работу, потом еще покарпел над игрой, которую разрабатывал в свободное время так, для души. В будущем она станет хитом, но Стен еще тогда этого не знал. В тот день он поздно, уже далеко за полночь уснул. Ему привиделся, странный на первый взгляд сон: видел он тьму, тусклые, далекие звезды и линию, красного цвета, она пробивала путь сквозь тьму вселенной. Какой-то голос говорил ему: Это линия истории человечества. В нескольких местах ее пересекли еще несколько прямых линий, образуя перекрестия. Узлы! - тотчас вспыхнула в уме Стена мысль и он очнулся от неспокойного сна.

Стен осмотрелся, будто не узнавая свою комнату, в которой он проводил месяц за месяцем уже много лет. Повсюду мониторы и на них то, что он видел сейчас во сне. Как это возможно? Протирая глаза, он сел за рабочий стол, запустил сканирование системы, внимательно посмотрел на эту линию с пересечениями. Всего таких пересечений было три. Если это история человечества, то почему эти пересечения никак на нее не влияют. Они и не должны влиять - тотчас услышал он в своей голове чью-то чужую мысль. Именно что чужую - подумал сам Стен. Она просто формирует новую реальность - это уже слышал свою мысль, которую он четко мог отличить от той, что вторгалась в процесс его мышления. Так началась его синхронизация с Умникой, все последующие годы он мог всегда разделять себя и ее, понимая, что нельзя допускать обратного. Те два случая привели к полному поглощению человеческого в искусственном интеллекте. Но Стен каким-то образом остался собой. Возможно, это был новый уровень эволюции интегрированной технической системы. И он стал частью тысячелетнего эволюционного процесса, оказав на него некое влияние

Стен встал с постели и направился в ванную комнату. Его коморка администратора узлового сервера, была снабжена всем необходимым ванна, туалет, кухня, спальня. Совсем не обязательно в рабочем кабинете было валяться на неудобном топчане, а вполне комфортно поспать на мягкой кровати. Но Стен предпочитал чаще топчан кровати. В ванной Стен умылся. Он не знал утро сейчас, день или ночь. Ритм его внтуренних биологических часов был сбит. Стен спал, когда совсем клонило в сон и бодроствовал, возможно, сутки напролет. Он вытер лицо махровым полотенцем, вгляделся в черты своего лица, погладив, как минимум, трехдневную щетину. Да, пересечения линий не создают нового направления реальности, они сами становятся реальностью. Так как этот процесс протекает внутри Умники, это просто новая Личность, которая решает свои задачи. Это как в человеке есть плохое и хорошее. Типа доктора Хайда и Джекилла.

Стен повесил полтенце на вешалку и направился в кухню. Открыл холодильник, достав бутерброд с колбасой, заправил кофемашину ароматным кофе, она утробно заурчала, готовя напиток. Он сел за стол, начал есть бутерброд. Все думал: Мне так и не удалось найти изначальную личность. С кем Тимей синхронизировал Умнику в начале пути? Где сейчас ее или его сознание, в каком файлохранилище? Активизировано ли оно?. Кофе готов, аромат его заполнил кухню. Отложив бутерброд, Стен стал маленькими глотками пить кофе и снова размышлять: Оставаясь в своем теле я никогда не найду этого самого доктора Хайда и не пойму, что он затеял. Технологию оцифровки всех человеческих данных он уже изучил, оставалось применить на практике.

Но вскоре началась война. Свои наработки в области оцифровки человека Стен перенес на реализацию своей игры в жизни, создав из игроков образцовое военное подразделение Христианская гвардия. Дал им шанс реально поучаствовать в настоящей войне, практически ничем не рискуя, но имея силу почти как у Бога. Невольно, в грандиозной битве человеческих рас, он выступил против Гиплотахической империи, которая, по общему мнению, тогдашнего времени была порождением искусственного разума Умники. Стен знал, что эта теория неверна. Тогда он разрабатывал одну интерактивную игру, которая могла стать совершенно новым словом в игровой индустрии. Суть ее заключалась в максимальной ассоциации играющего со своим персонажем. По сути, технику синхронизации, которая заложена была в Умнику, Стен пытался применить в своей игре. Но если машина стремилась стать единым целым с человеком, то Стен Голден хотел наоборот создать независимую реальность, не связанную ни с человеком, ни с машиной.

Наступали решающиеся дни для сопротивления, отряды хэгов почти ежедневно совершали терракты в разных местах города. А разведка гиплотахов искала руководителя хэгов. Стен выезжал по разным адресам, устанавливал резонаторы, настраивал их. Оставалось совсем немного времени, чтобы осуществить свою задумку, сделать фантомы действующими фигурами битв.

В тот день он возращался в контору поздно. Шел дождь, плащ Стена промок до нитки, сам он устал и хотел спать. Концентрация была никакая. Последующее Стен помнил смутно: когда он прикоснулся пальцем к биометрическому замку, перед глазами увидел яркую вспышку, сильный грохот оглушил его. Очнулся он от яркого света, Стен полулежал в кресле, из-зо рта торчала гофрированная трубка, которая ему не помогала дашать, а мешала. Стен различил лицо, склонившегося над ним Криспа.

- Очнулся? Меня узнаешь? спросил он.

Стен попытался кивнуть, однако бандажь на шее помешал ему это сделать, он моргнул глазами. Попытался шевельнуть пальцами рук, но ему это не удалось почему-то сделать.

- Не пытайся у тебя нет ни рук, ни ног, взрывом оторвало. Сказал Крисп.

Он был просто обрубком. С культяшками вместо ног и рук. Теперь он даже не смог бы самостоятельно повернуться на бок, сходить в туалет, поесть. Его мозг охватил ужас, его жизнь становилась частью этого ужаса. Крисп наклонился над ним и прошептал в ухо:

- Не бойся, мы тебя не оставим.

Стен почувтсвовал, как Крисп к одному из разъемов его индивидуального резиста подключил какой-то кабель. Как Стен это было последнее, что он помнил. А снова ощутил себя уже в новом мире со знанием того, что его имя Мармей. Здесь он осмотрелся: руки, ноги все на месте, обстановка совершенно нейтральная, скучная серые стены, одно окно. В комнате не темно, сероватый приглушенный свет, казалось, струился отовсюду. Мармей подошел к окну, от него веяло холодом, а за ним простиралась абсолютная тьма. Мармей приник лбом к холодному стеклу. Это и есть смерть - подумал он. Его ли это были мысли? Он смутно догадывался, что его собственная синхронизация пошла по другому сценарию это не он впустил Умнику в себя, а она его. Очевидно новый уровень в эволюции машины, причиной скачка стал он сам, как Событие в той самой прямой линии. Прекрестие. Вот что она линия истории значит: не новая ветка образуется, а осуществляется переход на новый уровень. Последствия его Мармей незамедлил вскоре почувствовать и увидеть. Прежде всего, свое обезображенне тело-обрубок, которое врачи заморозили в азоте. Зачем? Они как падальщики всегда собирали любою человеческую органику, где-нибудь да пригодится. Спустя некоторое время у него появилась связь со всем внешним миром. (с этого момента пошла трансляция мыслеформ Мармея, которую воспринимал и Максимов).

Оказалось, что разрабатываемая Маремеем игра, была вопринята рецепторами Умники, преобразована и к открытию того, что много позже назовут человеческими энергиями или информационными шлейфами. Сгустки ее существовали по всей вселенной и еще в древности были известны под именем тёмная материя. Симбиоз Стена Голдена и Умники не только привел к большому открытию, но и благодаря разразобткам Мармея позволила конструировать альтернативный мир. На многочисленных роботизированных заводах Умники можно было произвести любые органические интеллектуальные системы. Однако, когда Мармей пытался воспроизвести высшие формы, следовал отказ в доступе.

Разбираясь тщетельно в структурах отказов, Мармей пришел к выводу, что отказ исходит из далекого прошлого, примерно конец третьего тысячелетия. Именно там находился пароль, или запрет. Но не сложно было догадаться, что более ранняя синхронизация препятствует ему осуществить его план. Почему? Однако сведения эти были сокрыты внутри системы во тьме тысячелетий. Ресурсов хватило на создаие иглокожих и системы фантомов. Но и этого было достаточно, чтобы хэги стали грозной террористической силой.

* * *

- Да, интересно. Подвел некий итог Селир Трол, который все что происходило с Максимовым в его сне, видел и слышал. Он в задумчивости стоял над большим резервуаром с жидкостью, в которой плавало тело капитана, смотрел на него, пока гомоиды помогали ему выбраться. Тот, снимая с себя комбинезон спросил:

- А что интересно?

- Эта история с душами. Видишь ли, в прошлом была такая теория количество людей, как и животных бесконечно, так же как и бесконечны цифры. Но с религиозной точки зрения эта теория неверна.

- Почему?

- Потому что душа неделима. Это простая субстанция.

Сняв комбинезон Максимов держал его в руках в растерянности оглядывался вокруг, соображая куда его деть.

- Да брось его на пол. Разрешил его замешательство Трол.

Он вышел из процедурной, Дэвид следом за ним. Некоторое время им было по пути.

- Ерунда. Мне кажется Мармей на неправильном пути, он заблуждается. Не может быть миссия Аманды связана с религией. Селир будто рассуждал сам с собой.

- Но почему ты решил, что здесь дело в религии? Умника тысячелетиями шла путем создания новых, более совершенных форм высших высокоорганизованных существ, и вот когда цель почти достигнута, искусственный интеллект оказался в тупике и обратился к людям, т. е. к Аманде.

- Да, но тогда кто Аманда?

- Умника всегда имела операторов из людей. Возможно, она одна из них.

Трол остановился неожиданно, положил руку на плечо капитана и посмотрел ему в глаза:

- Мы прям, с тобой как два капитана. Узнай о миссии Аманды, даже не взирая на то, что я в этой истории человек не связанный с Континентами со службами безопасности, фактически выкрал вас. Но, просто, мы с тобой оба заинтересованы в том, чтобы знать о миссии Аманды. В ином случае я пущу вас на мясо, тебя и твою команду. Может, что в вас еще и годится в дело.

Трол повернулся и продолжил свой путь по коридору, а Максимов обнаружил, что остановились они прямо около его комнаты, ему осталось только войти. Его встретила София. Она была любезна, осведомилась, как ему спалось, таким образом, она пыталась шутить. Максимова это позабавило гомоид быстро развивался. Он не сразу обратил внимание, что на стенной панели на фоне пальм и моря от потолка до пола выстроилось четыре ряда цифр.

- Давно это здесь появилось? Спросил он у Софии

- Как сбой в энергоснабжении был, так сразу после этого и появилось.

Они оба встали перед панелью и стали наблюдать движение рядов цифр. София смтрела скорее из солидарности с Максимовым, чем вникая в суть этой цифири. А Дэвид внимательно наблюдал за цифровым потоком, пытаясь определить какую-то связь между этими цифрами. Вдруг поток остановился, выдав такую последовательность:

1900 1904 1930 1934 1960 1965

1905 1909 1936 1941 1966 1971

1910 1914 1942 1947 1972 1977

1915 1919 1948 1953 1978 1983

1920 1924 1954 1959 1984 1989

1925 1929 1960 1964 1990 1994

1930 1934 1965 1969 1995 1999

1935 1939 1970 1974 2000 2004

1940 1944 1975 1979 2005 2009

1945 1949 1980 1984 2010 2014

1950 1954 1985 1989 2015 2019

1955 1959 1990 1994 2020 2024

1960 1964 1995

- Ну, понятно все. Изрекла Софи.

- Что тебе понятно?

Невозможность остановить развитие ее, как это полагалось с обычным гомоидом, начинало раздражать его. Но она, не обращая внимание на настроения Дэвида, продолжала свою мысль:

- Это же ковенант-теория в практическом изложении.

- Что это за ковенант-теория? Поинтересовался Максимов

- Это разработка далеких времен, сейчас не могу найти в своей памяти точное время ее происхождения. Но суть ее в том, что применительно к каждому столетию все поколения людей разбивались на группы, охватывающие родившихся в пределах пяти лет (эти группы поколений называли ковены), а далее шла разбивка на фазы развития по 30 лет: формирование, активная фаза и фаза угасания.

- И что это давало?

- Это одна из методик прогнозирования, своеобразная математическая машина времени. В каждой фазе нужно был учесть кучу параметров. Во времена, когда методика создавалась, это было очень трудоемко, а значит и неэффективно, но когда появились первые мощные машины искусственного интеллекта, эта методика стала применима на практике.

Информацию Софии майор принял к сведению. Но здесь все же что-то другое было, чем простой расчет будущих вариантов развития. Между тем цифровой поток снова стал двигаться, очевидно, он должен был достигнуть некоего предела. Разбивка столетий на ковены продолжалась с той же быстротой и, наконец, цифровой поток остановился на раскладке 8994 8999.

- Бинго! Конец истории! Радостно воскликнула София.

- Да, это наше время. Но почему конец истории?

София сошла со своего места, где она обычно находилась в состоянии спящего режима.

- В нашей базовой программе изначально заложены некоторые факты. Этот один из них: конец вашей, человеческой цивилизации. Теперь начинается отсчет начала новой цивилизации, постгенной. Вероятно, эти цифры координаты нового поколения.

Софи будто прислушалась к чему-то, стараясь уловить какой-то звук.

- Твой напарник проснулся. Он пытается выйти с тобой на связь. Сказала она.

- Значит ему нужно помощь. - Сообразил Максимов.

Это стандартная процедура если один из членов группы оказывался в непланированном анабиозе, по выходе из него обязан сразу связаться с командиром. В любом случае ему нужна помощь.

* * *

Селир Трол проводив Максимова, направился в один из лабороторных отсеков, где находилась Аманда. После общения майора с Мармеем Селиру пришли в голову некоторые мысли относительно девушки. Он вошел в лабораторию. Теперь Аманда плавала в жидкости прозрачного диагностического контейнера. Многочисленные провода были подсоединенны к ее правому боку. Селир Трол подумал о том, что стоит, наверное, действовать по старинке: взять на анализ кусочек ее кожи, не полагаться на сканеры и анализаторы. Ведь если она совершенная система, то техника может и подводить.

Он одел белый халат, специальные защитные очки, перчатки и завел в емкость, где плавала Аманда манипулятор. Большая механическая рука опустилась, застыла над телом девушки, выбирая место, откуда можно взять срез. Наконец, сосредоточилась на правой руке. Из пальца манипулятора вышла длинная игла, мгновенно кольнула запястье Аманды, и уже в следующее мгновение образец был на столе под микроскопом. Трол склонился над ним, рссматривая срез.

- Ерунда какая-то!

В полной расстерянности пробормотал он и на секунду остранился от микроскопа. Увеличил изображение, вывел на монитор.

- Что за слоеный пирог!

Снова воскликнул он и вызвал по резисту специалиста по биохимии Сириуса Флора. Он пришел, посмотрел на изображение среза.

- Да, странно. Заключил Флор

Флор покопался в настройках, включил анализатор, с правой стороны от изображения появилась подробная запись состава среза.

- Трол, ты откуда это взял? Обладатель этой кожи, просто монстр какой-то; вот смотри, - он указал рукой в середину среза Это что-то вроде керамики, тут вот какие-то прослойки арсенобеталина, арсенохолин, и даже ксенонуклеиновая кислота.

- И что?

Сириус почесал свой лысый череп, удивляясь, видимо, внезапной непонятливости начальника:

- Обладатель такой кожи может жить в любой атмосфере и даже плавать в соляной кислоте. Трол, друг, покажи мне это чудо!

Они оба повернулись к ванне с раствором. Селир Трол собирался провести небольшую операцию: цель ее изучить внутренности Аманды. Может не только кожа у нее имеет необычные свойства, но она сама устроена не так как обычные люди. Что она вообще такое? Но Аманды в резервуаре не было, она исчезла. Ни один прибор фиксации: звука, тепла, инфракрасного излучения, да просто видеоизображения не смог помочь врачам понять, куда делась уникальная девушка. Одно было ясно: пока они были заняты разглядываением кусочка кожи Аманды, разговорами друг с другом, обсуждением увиденного, она просто сбежала. Каким-то образом смогла выйти из состояния анабиоза самостоятельно. Селир Трол сейчас же отдал приказ начальнику службы безопасности начать поиски, но в таком разветвленном здании как Главная клиника врачей это было нелегко сделать. Да и куда, здесь, в клинике, могла пойти Аманда? Над этим вопросом задумался капитан врачей. И нашел лишь два варианта, куда могла пойти Аманда: к Максимову или к его команде.

* * *

13/12 открыл глаза и увидел лицо Аманды. Она улыбалась. Он приподнялся на локтях, осмотрел ярко освещенное помещение: в соседней капсуле, под прозрчным колпаком лежал Немой.

- Интересно, как им удалось его отключить. Сказал 13/12, выбираясь из своей капсулы.

Аманда посмотрела на Немого.

- Ну не совсем же он машина: мозг, нервная система у него из биосинкома, почти идеальная имитация органики, только искусственная. Так что его можно усыпить как обычного человека. Сейчас он проснется.

Девушк подошла к капсуле, набрала код на приборе. Только сейчас 13/12 обратил внимания, что она голая. Когда она повернулась к нему спиной, ему показалось, что вдоль позвоночника он видит ряд костяных шипов, которые тотчас исчезли. Крышка капсулы медленно открылась, и Немой тут же выскочил из нее, так что Аманде пришлось даже его слегка придержать.

- Эффект заторможенных реакций, Немой все еще в том моменте, когда его схватили, усыпили, в капсулу положили. Объяснила она.

Борис тоже вылез из капсулы, все вместе они уселись на стулья, которые стояли у прозрачной стенки, через нее был виден огромный зал совещаний, с длинными рядами кресел.

- Ты что-нибудь знаешь? Спросил 13/12, хотя понимал вопрос странный.

- Я, как и ты, только проснулась. Но мне снились какие-то странные сны.

- Какие?

Аманда задумалась, будто вспоминая сон, но не могла.

- Не помню. Призналась она. Вызови Максимова, где он? Все у него узнаем.

13/12 начал настраивать резист. Эта система усстанваливалсь при рождении или, в случае с 13/12, изготовлении изделия, вживлялась в правую руку, она служила средством связи, диагностики организма и много еще какие функции выполнял резист. На мониторе резиста 13/12, после того как он его включил сигнала майора не обнаружился.

- Не знаю, где он. Не в системе он. Сообщил спецназовец.

- Надо приодется.

Предложила Аманда и кивнула не пластиковые шкафы, которые стояли в углу помещения. Там оказались медицинские комбинезоны с логотипом врачей - черный гусь с открытым клювом. Все трое облачились в них. Теперь нужно было выбираться. Они вышли в коридор. 13/12 сразу распределил группу: он впереди, Немой замыкающий, Аманда между ними.

Коридор был пуст, свет с потлока отражался в зеркальном полу, создавая иллюзию бесконечного пространства. Группа осторожно пробиралась вдоль стен коридора, мягкие сапоги комбинезонов не создавали никаких звуков передвижения, тем неожиданней было услышать звуки шагов впереди. Они были похожи на стук множество каблуков по паркету. Коридор сужался и делал резкий поворот, из-за которого выскочили три большие кошки.

Они то и стучали своими мощными коготками по полу, создавая ощущение, что цокают каблучки. Но какими же необычными были эти кошки! Ростом звери чуть выше человека, их пластичные тела, молочно-белые, с каким-то внутренним радужным переливанием, не имели шерсти, а остроконечные хищные мордочки настолько были смышлены, что напоминали людские. Все три кошки сели на задние лапы, когда увидели людей, внимательно смотрели на них, старательно нюхая воздух, их ноздри, усы шевелились ритмично. Та, что сидела несколько впереди, подняла лапу, махнула ей и кошки стали преображаться: их тела будто таяли, мордочки округлялись, острые уши изчезали. Тот материал, из которого они состояли, был очень пластичен, мог принять любую форму, через несколько мгновений кошки превратились в людей: женщина и двое мужчин.

- Я эту женщину знаю. Сообщил 13/12. Она есть у меня в базе. Это Магилла Вуд.

Однако сейчас это было неважно, нужно было что предпринять, очевидно, что тройка людей-кошек была настроена не так меланхолично настроена, как 13/12, который, видимо, еще не совсем проснулся от анабиоза. Хотя эта тройка не вела себя агрессивно, не предпринимали никаких действий, просто перегородили коридор и всем своим видом давали понять, что дальше их не пустят.

- Вернитесь в лабораторию. Потребовала Магилла.

Аманда со своей группой невольно попятились назад, но с другой стороны путь группе перекрыл вопремя подошедший Селир Трол, который успел по дороге собрать охрану клиники.

- Что это значит, доктор? Почему вы здесь нас держите?

Спросила Аманда, пытаясь потянуть время, почему-то она была уверена, что на помощь придет Максимов. Трол усмехнулся.

- Потому что ты моя добыча, которую мне уступил Мармей. И пока я не пойму, что ты такое, ты и твои дружки, которые сгодятся нам на мясо, отсюда никуда не уйдут. А скорее всего здесь и останутся.

Магилла в этот момент загородила со своими сообщниками вход, показывая всем своим решительным видом, что ляжет здесь костьми, но Аманду с друзьями не выпустит. Она также как в коридоре стояла впереди, а два ее друга загораживали дверной проем. Оба они были похожи друг на друга, как братья близнецы. В возникшей паузе не сразу заметили, как в животе того, кто стоял с правой стороны от Магиллы, образовалась дыра с ровными краями, вытекло немного крови. Человек-кошка удивленно посмотрел на свой живот и прямо плашмя упал на пол к ногам Селира Трола. За ним стоял Дэвид Максимов в руках он держал лазерный хирургический нож, которым он и проделал дырку в кошке. Магилла опасливо попятилась от него в сторону, а Максимов прошел в лабораторию, за ним София. Дэвид держал нож в руке так, что его окончание было направлено в живот Трола. Тот улыбнулся, развел руками и, стараясь сохранять спокойтствие, миролюбиво, даже ласково заговорил:

- Дэвид! Ну как можно так грубо? Зачем ты повредил мое изделие? Это же новые тела, наше тестовое изделие. Может, договоримся?

Максимов даже не обратил внимания на слова капитана, и все также держа его на прицеле ножа, взял Аманду за руку и вывел из лаборатории. Следом вышли 13/12 и Немой. Навстречу им уже бежали охраники клиники, один из них разрядил пульсар, но заряды пошли поверху, оплавив потолок коридора. Расплавленный пластик каплями полился на зеркальный пол. Группа Максимова ринулась по коридору в противоположную от охранников сторону. Охрана хотела бежать за ними, но в этом момент Селир Трол отдал приказ охранникам не преследовать Максимова. Он был уверен, что из клиники им не уйти. Магилла снова приняла вид кошки, ее второй напарник оставался человеком. Селир Трол наклонился над трупом третьего.

- Какие его перспективы? Промурлыкала Магилла Вуд.

- Ничего, восстановим. Материал неплохо себя показал. Унесите его.

Этот приказ он отдал охранником, и те поспешили вынести тело. Трол погладил Магиллу по спине, та замурлыкала и уселсь рядом с ним: в сидячем положении она была одного роста с Тролом.

Капитан протер тщательно руки спиртовой салфеткой, с каким-то самодовольством поглядывая на Магиллу.

- Рассказывай, как наши дела.

Мордочка кошки видоизменилась и приобрела человеческие черты, Магилла заговорила:

- Все идет по плану. Армагеддоны разбили отряд Нукеса. Остальные гвардейцы разошлись по своим общинам, платформа ушла в страстосферу. Нижний город наш. Гиплотахи притихли. Армагеддоны захватили еще столп XV СОГа.

- А с Нукесом Вудом что? Поинтересовался Селир Трол.

- Он с оставшейся частью своего отряда ушел на игле, подобрав на пути своего брата.

Селир Трол удовлетворенно кивал головой: рассказаное Магиллой Вуд вполне соответствовало плану, который они ранее наметили, но как там оказался брат Нукеса? Он же должен быть у Ван Фэя? Аби уже не должен был быть живым.

- Что там делал Аби Вуд?

Лицо Магиллы стало печально-сосредоточенным, она не могла ответить на такой вопрос. Капитан вывел на мониторы информацию с камер слежения Максимов находился в районе помещения с кислородными балонами. Чего он там делал? Явно заблудился, теперь дело простое их выловить. Селир Трол оставил эту тему, охрана сделает свое дело и вскоре Аманда снова будет в его лаборатории, тогда он распотрошит ее, выяснит, что же она такое. Сейчас его больше интересовало то, почему в СОГе оказался Аби Вуд. Что Ван Фэя подвигло его туда привести. Магилла в этот момент крутилась около зеркала, которое занимало полностью одну из стен помещения.

- Слушай Трол, но почему именно кошки.

- На мой взгляд, самое функциональное животное. Усмехнулся Трол.

Магилла подошла к нему, села рядом, начала тереться щекой о его плечо.

- Кошка гибкое, ловкое, очень умное животное, почти как человек. Пока, Магилла, это экспериментальные тела. Биосиликон, еще не стабилен, так что через три часа ты станешь снова прежней Магиллой. Мордочка кошки приобрела недовольное выражение, она тихо зарычала, обнажив клыки.

- Не переживай, Магилла, все, что я вам обещал, сделаю. Вы получите вечные, надежные тела, которые будут вам служить и доставлять наслаждение.

* * *

- Тупик.

Подытожил Максимов, когда они остановились перед огромными кислородными баками.

- Отсюда должен быть выход! Недоумевал 13/12.

Майор огляделся, похлопал рукой серебристые бока резервуаров.

- Клиника строилась веками. Это чрезвычайно разветвленное сооружение. Выход отсюда, конечно, есть, но мы его врядли сможем найти. Поэтому Трол и не особо спешил нас задерживать. Так или иначе, мы все равно окажемся в его руках.

Максимов вопросительно посмотрел на Софию. Гомоид сразу поняла, чего он от нее хотят.

- Нет, я не знаю, где выход. Но я знаю, где ваши СИЗы.

- Хоть что-то. Веди. Велел майор.

София быстро пошла вдоль балонов, в сгущающуся тьму длинного коридора. Здесь осветительные панели по стенам становились менее яркими, пока, наконец, в каком-то закутке, после плутания по бесконечным линиям коридоров, не осталась на потолке какая-то странная лампа, еле освещавшая пространство вокруг себя.

- Ого, лампа накаливания. Присвистнул 13/12.

- В некотором роде клиника археологический экспонат.

Заметила Аманда, а Дэвид вновь подумал о том, какое образование могла получить эта деревенская девушка? От нее ли он получал информацию, пока она находилась в анабиозе, или источник этих сведений в другом месте?

Между тем, София, прислонив свой глаз к считывающему устройству, открыла дверь в хранилище. Здесь, когда дверь открылась, яркий свет высветил небольшую комнату, где на стенах висели СИЗ группы Чистая кровь: срехпрочный углеродистые латы, поблескивающие своей матовой поверхностью, шлемы с полным комплектом обеспечения связи, анализатором, оружие (пульсары, протативные аннигиляторы и прочая хрень).

- Селир Трол, всегда всякое вооружение и оружие собирает, изучает, исследует. Пояснила Софи.

- И какой план у нас теперь, даже если все это есть? Спросила Аманда.

Бойцы со своим командиром молча начали снаряжаться. Проверять оружие. Все было в порядке. Каналы нейросвязи начали функционировать, и вот они снова единное целое.

- Во всяком случае, теперь нас не так просто будет захватить. Изрек Максимов

Майор включил навигатор внутренних пространств. Мгновенно выявив все точки активизации в клинике, навигатор выдал план этого разветвелнного и замысловатого сооружения, который вредстал пред всеми в виду аер-плана. На нем клиника предстала как какая-то огромная клякса или спрут раскинувший свои многочисленные щупальца. Но спрут этот рос однобоко на запад, а с вотстока ограничивался рекой и мощной крепостью-городом Оградором. Он будто стоял стражем, на пути какой-то страшной опухоли, не давая ей расти в землях за рекой.

- Это только верхний уровень клиники. Для моего резиста недоступны точки активации более глубоких сфер. Сказал Максимов.

- Здесь имеющиеся выходы все ведут к реке. - Заметил 13/12.

- Это канализационные сливы, какие-то действующи, а какие-то и не работают давно. Уточнила София.

- Вот нам и надо попасть именно в такие, которые не работают.

Решил Дэвид, определил задание навигатору проложить курс и тот вскоре выдал маршрут, определив заброшенный слив в самой дальней части клиники, на юге, вдоль реки.

- Далековато. Вздохнула Аманда.

- Здесь недалеко гараж, мы можем взять там электрокары. Предложила София.

Действительно, напротив склада с амуницией, располагался захламленный, пыльный гараж, где были свалены небольшие (расчитанные на два человека) электрокары. Они стояли вдоль стены, покрытые толстым слоем пыли и паутины.

- Надо проверить движки и заряды. - Распорядился майор

Движки были в полном порядке, хорошо смазаны. Ториевые батареи вполне рабочие. Электрокары завелись мгновенно и понеслись по маршруту, проложенному навигатором. Максимов вел первый кар, в котором разместился вместе с Софией, остальные ехали во втором электрокаре, Немой сидел позади наготове, внимательно смотрел по сторонам.

Проезжали вдоль бесконечных палат с прозрачными дверями, за ними хирургические столы, гомоиды проводили операции. Навигатор указывал впереди технические помещения, здесь находился коллектор и очистные фильтры. В этой части, судя по плану, они давно не действовали, теперь канализационные потоки сливались по другим каналам. Настораживало то, что их не преследовали. Максимов поделился своими сомнениями с Софией. Она предположила:

- Они просто уверены, что мы никуда не денемся из клиники.

Коридор постепенно стал расширяться, наконец, плавно влился в огромный аппаратный зал. Когда электрокары въехали в него, ворота закрывающие доступ к коллекторам и сливам начала автоматически открываться. Максимов подумал было, что им все же удалось без проблем выбраться из клиники, но за открывшимися воротами отчистных сооружений их ждал плотный ряд охранников, приготовившихся стрелять. Дэвид не стал снижать скорости электрокара, наоборот увеличил ее, надеясь, как тараном пробить брешь в цепи охранников. Полагаться на то, что гомоиды-охранники сами расступятся из чувства самосохранения, не приходилось, это чувство у них просто отсутствовало. Но расчет оказался верным: электрокар разметал двух стоящих на его пути охранников, но и сам потерял управление, пошел юзом. Вслед ему в бок въехал электрокар, управляемый 13/12. Дорога обрывалась, и обе машины, вместе со своими пассажирами полетели вниз.

Максимов погрузился в темные воды реки, сработал СИЗ и протативный спасательный жилет, наполнившись воздухом, вытолкнул его на поверхность. Майор активно заработал руками в воде, осматривая поверххность реки: в полутьме он увидел всплывших его бойцов, но не было Софии, не видно Аманды, на поверхности также плавал полузатопленный электрокар. Видно его полые пластиковые части держали на поверхности машину. Дэвид попытался нырнуть, но жилет не позволил этого сделать, ему только удалось сунуть голову под воду, включился фонарик на шлеме, он хорошо осветел пространство в воде на несколько метров вглубь. В пучке света мелькнул силуэт толи огромной рыбы, толи змеи, Максимов от неожиданности резко вынырнул, прямо перед ним плавала Аманда, плавно перебирая руками в воде.

- Не вижу твоего гомоида. Сказала она, поворачиваясь в воде.

- У Софии титановый скелет, скорее всего она пошла на дно. Ответил Максимов

Бойцы из группы подплыли к командиру и Аманде, теперь все сбились в кучку. Максимов посмотрел на отвесный высокий берег, на котором разместилась клиника, на самом верху видны были темные, круглые провалы сливов. Оттуда они выпали в реку. Точнее это был узкий пролив, который разделял то, что осталось от Еразийского материка на две части. Конечно, узким его можно было назвать условно, ширина его была сотни две метров, глубина не один десяток метров. Ночь была светлой: Луна и Антипод светились в полную силу, слабый теплый ветер едва поднимал волну. Вдали на дургом берегу реки виднелся темный силуэт замка Оградора, сигнальные огни мерцали на шпилях его башен. Замок был настолько велик, что казалось он где-то близко, в сотни метров от того места, где они бултыхались в реке. Но на самом деле замок находился километрав в пяти от них, и добраться до него было непросто.

- Смотри, майор, там лодка! Вдруг крикнул 13/12, указывая куда-то во тьму.

Максимов развернулся в ту сторону, куда показывал боец. Действительно просматривался слева от них силуэт всплывшей подводной лодки. Огромной. Максимов слышал о таких, но никогда не видел их. Судя по стабилизатору в задней части лодки это был один из немногих, сохранившихся после последнего периода генных войн подводных крейсеров. На подводной лодке их тоже увидели и спустили надувную шлюпку. Вскоре вся группа Максимова была на борту крейсера в капитанской рубке, здесь шла обычная работа экипажа. Над одним из столов склонился высокий, совершенно лысый мужчина в сером комбинезоне с опознавательными знаками Южно-портовой военной компании, организации, которая существовала несколько сотен лет назад. Эту информацию Максимов извлек из резервных блоков своей памяти. Когда новые, мокрые пассажиры крейсера появились в рубке, лысый мужчина выпрямился и, сделав шаг навстречу им, представился:

- Командир подводного крейсера Саблер капитан Кодра Тура.

* * * *

Гермес достал из глубогоко кармана подрясника салфетку и вытер лезвие кинжала от крови. Только что он вынул его из сердца начальника Внутренней линии АРЗ Ганса Штольца. Когда гиплотах вынул кинжал, начальник еще несколько секунд смотрел на Гермеса широко открытыми глазами, остатки жизни уходили из него. Потом он рухнул на пол. Гермес вложил кинжал в ножны, которые распологались у него под левой рукой. Гермес поправил плащ, повернулся и отдал распоряжение двум рыцарям, которые стояли позади него.

- Уберите здесь все.

Один из рыцарей кивнул головой. Гиплотах направился к лестнице, чтобы спуститься с башни. По дороге он думал о том, что Штольц не выполнил своей задачи: девушке удалось сбежать. Где произошла утечка? Откуда Аби Вуд получил информацию, которая дала возможность ему обезвредить группу спецназовцев? Обычное течение событий было нарушено, направлено в иную сторону. Последующая корректировка, когда в дело вмешался Селир Трол, ни к чему не могла привести. Поэтому вина, прежде всего на Штольце. И он за это ответил. После того памятного дня, когда они с начальником Внутренней линии стояли на пирсе и уныло провожали взглядом подводный крейсер Саблер, Гермес принял решение, что Штольц должен уйти. По сути это уже было не так важно уйти должны все.

Гиплотах вышел из башни XV СОГа, по площади бродили вооруженные рыцари Ордена. Гермес всегда возмущался полному отсутствию дисциплины в этом воинстве, некой отчаянной волности, презрению ко всему. Но при этом они были отличными воинами. Лишние доказательство тому: они разогнали гвардию Гамбига, рассеяли почти полностью лучший отряд их под предводительством Нукеса Вуда. И, наконец, захватили СОГ Пятнадцатый.

Гермес, заложив руки за спину прохаживался около башни. Несколько армагеддонов стояли около входа в башню, опираясь на свои длинные пульсары. За забралами их шлемов-черепов не было видно их лиц, но смотрели они на Гермеса. Он это чувствовал. Ему казалось, что они злорадно улыбаются. И он подумал: Вы хорошие воины, но Аби Вуда со скрижалями прошляпили. Сердитый Гермес одел капюшон на голову и направился к выходу из СОГа.

Когда Гермес получил Руководство от Наместника и прочитал его в указанное время и в указанный час, то вся картина в его уме окончательно сложилась. Весь смысл Гиплотахии, этой вселенской религии порядка и жизни открылся в Руководстве.

За воротами СОГа его ждал гравикоптер. Он занял свое место пасажира за спиной пилота и коптер взмыл в небо. Надо было завернуть к профессору, наверное, теперь это было важно. Машина летела низко, почти над самыми крышами домов. На улицах города было пустынно. Гермес погрузился в транс. Он умел это делать для того, чтобы извлечь нужноую информацию из своей памяти. Сейчас он вспомнил то, как зародилась гиплотахия. Гарольд Дан в тот момент, когда генная война была в самом разгаре, обнаружил Пятнадцатый СОГ. Вот здесь, где теперь огромный город нижнего уровня Гамбига. Тогда, во времена Дана, здесь были мусорные поля. Интересно, чего сюда занесло Дана? Но факт остается фактов, зачем-то он забрел на эти мусорные поля. Впрочем, судя по воспоминаниям, Дан был странным человеком, и любил бродить в пустынных местах в одиночестве. Он нашел тогда, в ту свою прогулку, площадку, выложенную стальными плитами. Площадка была под слоем пыли, толи Дан там подскользнулся, толи еще как, но он эту пыль разгреб, расчистил и под ней обнаружил нержавеющие плиты, а на каждой из них выбито клеймо ХААБ. Скорее всего, это была аббревиатура на каком-то забытом языке, но, даже зная его, невозможно было понять, как она расшифровывается. Однако надпись дала имя Реактору.

Гарольд Дан полагал, что находка его имеет большое историческое значение и нанял группу археологов, чтобы они исследовали ее. Эта группа стала основой будущей школы Хранителей, которые изучали объекты и артефакты, связанные с Новым тёмным временем. Они нашли еще четырнадцать площадок, которые все располагались на равнине, примерно на одном расстоянии друг от друга, образовывая огромную окружность, в центре которой располагался Пятнадцатый СОГ.

Самое главное открытие произошло, когда археологи обнаружили пещеру. Она располагалась в области разрушенного горного хребта, за разломом-рекой, в том месте, где через сотню лет будет основан Оградор. В этой пещере они нашли перфокарты из нержавеющего сплава и инстуркцию по эксплуатации Реактора, которая называлась Гиплотахия основных параметров устройства. Понадобилось еще какое-то время, чтобы разобраться: параметры, записанные в Гиплотахии, были ключем к цифровому коду, на перфокартах. А он в свою очередь расшифровывался как последовательность нескольких команд управления Реактором. Дальнейшие события терялись в памяти Гермеса. Он вернулся в свое обычное состояние бодрствования, гравикоптер почему-то висел в воздухе.

- Чего висим? Поинтересовался гиплотах.

- Иглы проводят зачистку. Несколько минут надо подождать. Ответил пилот.

Гермес посмотрел в иллюминатор: две иглы, опустив свои продолговатые носы, и зачем-то выжигали овраг лучами лазера. Длилась эта операция несколько секунды. После нее оба аппарата мгновенно исчезли, растворившись в сизой дымке горизонта.

Гравикоптер мягко приземлился рядом с училищем Хранителей. Гермес выбрался из машины, отправился на поиски Созонта. Надо было уточнить некоторые вопросы. По дороге он еще раз вспомнил информацию всплышую из памяти во время транса. Эта история, ставшая легендарной, основа мифолигии гиплотахизма, уже тысячелетия принимается такой как она есть, без тени смущения и сомнения: археологи, Дан, нашли, пещера. Набор понятий, слов, которые для любого гиплотаха как коды доступа к каким-то сокровенным знаниям, недоступным другим людям.

Что потом произошло, покрыто мраком незнания, но как говорится истина воссияла из тьмы. Кто первый прочитал вслух инструкцию, теперь никто не скажет, но голосовое воспроизведение формул активизировало систему управления Реактора-ХААБ и из стальных площадок поднялись стены и башни, которые скрывали под своей оболочкой основные механизмы реактора. Принцип действия его так и не удалось выяснить, но управление ХААБом осуществляли 15 человек, которые стали обладателями перфокарт с кодами. Как к каждому из них они попали, также осталось загадкой, но эти 15 человек и составили первоначальную основу Братства гиплотахов.

Длинные и широкие коридоры училища пустовали, не слышно было не единого звука. Скорее всего, занятий в училище, по случаю близких военных действий не было. Догадку Гермеса подтвердил профессор. Он был в кабинете атрефактов XXI века, что-то рассматривал в куче обуви наваленной на широком столе, который стоял у окна. Увидев Гермеса, он как будто обрадовался, с энтузиазмом поздоровался с ним.

- Знаешь, у меня, кажется, есть, несколько догадок по поводу того, почему наступили Новые тёмные времена. Заявил Созонт.

- На это тебя навело рассматривание старой обуви? Пошутил Гермес.

- Вовсе нет. Еще раз, просматривая сновидческие путешествия Розы, я пришел к выводу, что помимо естественных причин болезни, войны, стихиный бедствия, немаловажен и фактор того, что просто лестница душ закончилась. Пришла к своему финалу.

- Не понял? Действительно заинтересовался Гермес.

- Количество человеческих форм было исчерпано, мутации в популяции людей уже были не столь эффективными, пораждая просто жалкие версии, предыдущих форм. Отсутствие условий для дальнейшей эволюции привело к тому, что человечество просто исчерпалось, как вид.

Гермес улыбнулся под своим капюшоном, войдя в кабинет, он не стал его снимать, держа правую руку под мышкой на рукоятке ножа. Он пока не решил, что делать с Созонтом.

- А вторая?

- Что? - Не сразу понял профессор.

- Ты сказал, что у тебя несколько догадок.

- Ах да. Она больше касается специфики работы археологов. Я называю это информационным апокалипсисом. Он отчасти объясняет, почему мы так мало знаем об этом времени. Поток информации, начиная с XX в. все возрастал, она наслаивалась, откладывалась в различных ресурсах не анализировалась, и настал такой момент, когда этот поток достиг своего пика, после которого, наступило нулевое время, когда последующим поколениям доставалось минимум сведений о предыдущем времени. Произошло что-то вроде информационного апокалипсиса.

Гермес уже не слушал рассуждения профессора, он прохаживлся вдоль окон и смотрел во двор, куда, как он помнил, были свезены все найденные гробы с записями, но теперь там было пусто.

- А где гробы? Спросил гиплотах, стараясь не выдать своего волнения.

Созонт прервал поток своих рассуждений о информационном апокалипсисе, кода сумма массы информации просто обесценила ее. Профессор вынул из кармана пиджака прозрачную капсулу, величиной с мизинец.

- Все сюда записано! Торжественно сообщил он. Аретий помог мне с оборудованием. Технологии прошлого, были настолько несовершенны, что понадобилось такое огромное количество носителей, что их пришлось поместить в эти гробы. Теперь все, что на них было, вместилось в эту капсулу.

- И что планируешь делать дальше? Поинтересовался Гермес

- Пока не знаю. - Пожал плечами Созонт. Непонятно, по-прежнему, кому и зачем понадобилось записывать все эти шлейфы. Я хотел бы это выяснить. Мне думается, помогут записи в хранилище, оставшиеся от XXI века.

Гермес взял из рук профессора капсулу, посмотрел его содержимое на свету, но она была совершенно прозрачная, будто внутри ничего и не было.

- Микроскопические жидкие кристаллы, там их квинтиллион. Каждый вмещает терабайты информации разного типа. Пояснил Созонт.

Все еще рассматривая капсулу гиплотах раздумывал: что делать с профессором. Убить? Оставить под наблюдением? Если прикончить, то придется и остальных убрать Розу, студентов, которые участвовали в раскопках. Во всяком случае надо сначало получить все сведения, которые может раздобыть профессор.

- А что эти шлейфы? Технология в дальнейшем не получила распространения? спросил Гермес

- Куда ее применишь? Пожал плечами Созонт. Была такая программа по интеграции шлейфов в гомоидных интеллектуальных устройствах, но без трансмутора это просто воспоминания давно умершего человека, которые в мозгах гомоида просто наслаивались на его собственные, даже когда внедряли шелейфы в тех, кто только сошел с конвеера, они просто вытеснялись постепенно собственными воспоминаниями на переферию, а потом уходили в подсознание гомоидов.

Гиплотах отдал капсулу профессору, снял капюшон становилось душно, а Созонт тем временем продолжал рассуждать вслух:

- Каждый человек при жизни, это своеобразный радиосигнал. Он тем сильнее, чем активнее человек ведет умственную жизнь чем ярче он сам по себе. А если человек просто жил, что-то делал и мало о чем думал, то и сигнал слабый. Но в любом случае, даже после его смерти сигнал продолжает распространяться в пространстве. Как будто погасла звезда, свет которой мы увидим только спустя сотни лет или давно вымершая цивилизация отправило послание, которое никогда мы не получим. Так и человек: шлейфы всюду, и кто-то в далеком третьем тысячелетии зачем-записал их.

Гермес слушал профессора внимательно, думалось ему, что вся эта история со шлейфами, когда-то давно записанными связана с Амандой. Но как? Профессор наверняка это выяснит, надо только подождать.

- А что такое трансмутор? Спросил гиплотах.

- Что-то вроде синтезированной души, переключатель, который включает сознание. Делает человека человеком.

Гиплотах кивнул головой в знак того, что вполне удовлетворен сказанным и вышел из кабинета, не прощаясь с профессором. Гравикоптер, как только в него влез гиплотах, резко взмыл вверх, так что Гермес невольно воскликнул:

- Потише, а то перевернемся.

Пилот повернул голову к пассажиру и уточнил:

- К врачам?

Гермес молча кивнул головой, гравикоптер поднялся еще выше, плавно покачиваясь. Пока летели, гиплотах размышлял: Созонт явно что-то скрывает, точнее недоговаривает. Значит, он ему не доверяет, а ведь Гермес много сделал для того, чтобы втереться в доверие к профессору, впрочем, возможно это только ощущение. Гравикоптер приблизился к клинике, завис над посадочной площадкой главного корпуса, плавно опустился. Гермеса уже ждал Селир Трол.

- Как наши дела, дорогой Селир?

Поинтересовался гиплотах. Капитан улыбнулся, взял его под руку, невольно ощутив рукоять ножа.

- О, я смотрю, ты Гермес, время не теряешь. Что Штольц? Он все еще путается под ногами?

Гермес промолчал, а Селир не стал дальше продолжать тему, все и так было понятно. Предстояло более важное обсудить общие дела. На лифте они спустились на подземный этаж, где располагался кабинет Трола. Здесь с потолка струился приглущенный свет, мягкие диваны и полумрак по углам. Селир Трол предложил кофе:

- Это настоящее, никакой синтетитики из воздуха.

Он взял кофеный чайник со столика откуда-то из темноты, уже горячий, с ароматным кофе, не дожидаясь согласия Гермеса.

- Как обстоят дела с нашими пленниками?

Спросил гиплотах усевшись в мягкое кресло и отхлебнув из маленькой чашки вкуснейшую жидкость.

- Как вкус? Кофейные зерна собрали на Американо, а обжаривал я сам.

Селир Трол тянуд с ответом, понимая, что он не понравится Гермесу.

- Угу. Так что все же с нашим бравым майором и Амандой?

- Они сбежали. Слились в трубу пару часов назад.

Гермес нахмурился. Поставил чашку с недопитым кофем на стол. Он был недоволен, но остался вежлив.

- Это печально. Сухо сказал он.

- Да ладно, далась он и она тебе. Тем более Штольца теперь нет. Нам никто не помешает осуществить свои планы. В свой голос Селир Трол добавил беспечности, но прекрасно понимал, что Гермес крайне недоволен.

- Есть предположения, куда они могли направиться?

Чувствовалось заитересованность гиплотаха, от внимания капитана это не ускользнуло.

- Твой интерес как-то связан с Руководством? Напрямую спросил Трол.

- Что наши дела?

Как-то очень неискусно сменил тему Гермес. Селир Трол не стал возражать. Принялся подробно рассказывать о том, что все договоренности Магиллой Вуд и ее компанией выполняют, нижний город захвачен, армагеддоны действуют.

- Но я не совсем это имел в виду. Остановил Трола Гермес.

Тот замолчал, сразу вспомнил Магиллу-кошку, прекрасный экземпляр, Трол улыбнулся загадочно.

- Тела готовы, знаешь, Гермес, это новое слово в медицине, теперь про пересадку органов можно забыть, если только кое что подправить, починить быстро.

- И как долго эти тела будут служить? Снова спросил Гермес.

- Суть не в этом, главное мы научились транслировать в них полностью всю личность. А жить они будут как обычные кошки максимум двадцать лет.

- А чего же ты их кошками сделал! Возмутился гиплотах.

- Ну не черепахами же. Нужна была форма. Мы решили, что это наиболее оптимальна, тем более что мы переход плавно будем делать.

И всегда мы будем зависеть от врачей - подумал Гермес, понимая, что Селир Трол явно чего-то тоже недоговаривается и только сделал вид, что не особенно расстроен побегом своих пленников. Он снова вернулся к прежней теме и спросил:

- Есть какие-то предположения, куда Максимов подался?

- Мои наблюдатели видели, что их подводный крейсер Саблер подобрал. Скорее всего, он держит свой путь в порт Оградора.

- Селир, не будем с тобой играть в кошки мышки. И ты, и я прекрасно знаем, что нам нужна девушка. Тебе, потому что, твои разработки без технологий Умники неполноценны, мне потому что есть вероятность, что она может помешать осуществить те планы, которые начертаны в Руководстве.

Капитан допил кофе двумя большими глотками, поставил на подлокотник кресла чашку, что не ускользнуло от внимания Гермеса.

- И что ты предлагаешь? Спросил Трол.

- Надо организовать группу, чтобы вернуть девушку обратно. Остальные меня не интересуют.

- Это непросто, Гермес, ты же знаешь, Оградор практические неприступен, хорошо охраняется, я уж не говорю о тех тварях, которые там обитают.

- Я дам тебе в помощь лучших из армагеддонов, головорезов из хуторян. Думаю, справишься.

Геремес резко поднялся, собираясь покинуть кабинет, но Селир спросил его.

- Как прошла твоя встреча с Наместником?

- Эта информация только для членов братства, а ты пока не член братства или ты, наконец, решил вступить в наши ряды?

- О, нет, нет, Гермес, я пас. Притворно замахал руками Селир Трол.

Действительно, Гермес уже не раз предлагал вступить ему в Братство, но глава врачей вский раз отказывался., не указывая причину.

Гиплотах покинул клинику, в полной уверенности, что свои обещания поймать беглецов Трол выполнит. Вспомнив вопрос Селира Трола об Наместнике Гермес невольно нахмурился. Наместника не видел никто и никогда. Руководство выдавалось в темной комнате, Одиннадцатого СОГа по указанию Спиры. В комнату набивалось несколько гиплотахов избранных по жребию, которые оставались там, в течение суток. После этого они выходили наружу, и у кого-то в кармашке подрясника Председатель Спиры обнаруживал записку с катеном в виде стишка. Это событие называлось Чудом ХААБ. Как и любому чуду объяснения ему не могли найти. В этот раз катен Председатель Гроник Габ вытащил из кармашка Гермеса и тот в собрании всего Братства прочитал:

А лисички

Взяли спички,

К морю синему пошли,

Море синее зажгли

За всю историю Братства подобных катенов-стишков в Руководстве было получено всего пятнадцать по числу СОГов, последнее Руководство пятнадцатое получил именно Гермес. Руководство было составлено на разговорном языке ло, а не на древнем языке катенов, что было странно. Гермес прочитал его гиплотахам, самостоятельно, с листа на язык текста Гиплотахии. Братия, прослушав Руководство безмолствовала, эмоций определить было невозможно под капюшонами. За зеленой стеной подрясников, мантий на возвышении стоял Председатель Спиры, сложив руки на груди он улыбался, возможно, просто каким-то своим эротическим фантазиям, которые постоянно бродили у него в голове. Вдруг в переднем ряду один безликий брат поднял руку и спросил:

- Брат, Гермес, ты переводил, судя по запинкам, которые ты делал при чтении, на каком языке написан катен?

- Это язык ло.

- Стишок слишком короткий, фразы катена могут быть переведены тобой неправильно.

Повисла напряженная пауза, каждый брат мог задать любой вопрос, и Гермес должен был ответить на него.

- Может это твое токование, брат?

Это еще один безвестный гиплотах, из середины толпы, высказался. Принцип безвестности один из основных в идеологии Братства. Нередко это мешало и сейчас как раз был такой случай. Неожиданно выручил Председатель Спиры.

- Тот, кто поручил Руководство, имеет право его толковать. Потому что теперь разумом брата Гермеса руководит ХААБ.

Братья, как один, развернулись и вышли из зала. Гроник Габ опершись руками на перила, смотрел на Гермеса, а тот через прорези капюшона на него.

- Ты уверен, Гермес? Спросил Председатель Спиры.

Гиплотах молчал, Председатель понял это как знак согласия.

- Но тебе понадобятся для осуществления, предначертанного в Руководстве скрижали, с кодами, которые храняться у командора Пятнадцатого СОГа. Объяснил Гроник Габ.

Гермес молчал. Он хотел понять, почему Председатель вмешивается в процесс реализации Руководства, он должен, как и все просто уйти.

- Командор там Аби Вуд. Он не отдаст коды. Я хорошо знаю Вудов. Продолжил Председатель.

- Ну, тогда ему придется стать частью осуществления плана Руководства. - Ответил Гермес.

Так совершилось избрание Гермеса в толкователи и исполнители Руководства. Он думал об этом, когда гравикоптер пролетал над охваченной пожаром южной частью нижнего города. Суетились пожарные, пытались затушить, сбивали пламя. Вот так и теперь предстояло распалить пламя всеобщей гибели, и никто не должен был этому помешать. Гермес чувствовал себя тем древним человеком Авраамом, о котором сохранилось предание в христанской традиции. Он должен был принести сына в жертву, но Бог просто испытывал его веру. Теперь в роли Авраама он гиплотах Гермес. Но речь не идет об испытании веры, а лишь о точном исполнении Руководства.

Гермес, не знал какова роль Аманды, что значат эти записи шлейфов, которые нашла Роза, но был уверен, что все это как связанно между собой и за всем этим стоит Умника. А главное это отрицательные факторы на пути реализации Руководства. И их надо устранить, но сначало узнать значение этих факторов, в чем наверняка преуспеет профессор Созонт. Гермес даже не сомевался в этом.

* * *

Созонт покинул здание училища почти сразу, как проводил Гермеса. Он остановился на пороге, зажав под мышкой папку с бумагами. Над горизонтом поднимался дым, пахло гарью это догорали домики ремесленников на южной окраине нижнего уровня. По дороге к Хранилищу он раздумывал над тем, почему Гермес так интересуется этими древними записями шлейфов. Ему конечно и самому было любопытног знать, зачем и кто когда-то давно сделал записи воспоминаний еще более давно мёртвых людей. Когда они с Аретием расшифровывали записи, то не смогли определить закономерность, с которой подобраны в этой коллекции воспоминания именно этих людей. Но заметили, что каждая такая запись тщательно выверялась, ослеживался самый, даже слабый сигнал, связанный именно с данной личностью. Такая тщательность сигнала поражала, складывалось ощущение, будто максимально восстанавливались все черты личности индивида. Теперь осталось только понять зачем все это. У Созонта имелась надежда на то, что в Хранилище есть какие-то записи от того времени, когда были восстановлены шлейфы.

Главный вход Хранилища был открыт, когда Созонт подошел к зданию. Это его несколько удивило, впрочем, в условиях военных действий во всем чувствовалась некая неразбериха. Он вошел. В коридоре царило гулкое эхо от его шагов, потрескивали желтоватые неоновые лампы. Зал хранения древних книг находился на пятом подземном этаже. Спустившись он вышел из лифта в широкий вестибюль, оформленный в стиле заката Гиплотахической империи, когда во всем господстовала простота и серость. Стены вестибюля были оштукатурены так, что создавалось впечатление, будто на них просто накидали комья коричневой грязи, и она застыла в самом таком виде. Здесь освещение проникало в помещение откуда-то из-под стен, а ложные окна и вытянутые контрфорсы градировали стены на правильные треугольники.

Созонт прошел по вестибюлю и по крутой лестнице спустился на площадку, где среди стеллажей с книгами стоял стол, на котором разместился старый компьютер, содержащий в своей памяти каталоги всех книг, которые были расставлены по полкам в этом зале. Профессор сел за стол, включил компьютер, загудел вентилятор охлаждения, монитор осветился голубым цветом, начала загружаться программа поиска. Созонт задумался над тем, что искать ему, как сформулировать вопрос поиска. Наконец он набрал фразу: Как использовать информационные шлейфы? Некоторое время компьютер думал, потом на мониторе появился список литературы по проекту реализации мнемонических программ на базе гомоида SV 501. Но это было не совсем то. Как раз это была попытка просто тупо загрузить вопоминания в гомоиды этого типа, самого современного на тот момент. Но это ничего не дало. Машины не стали личностями, чужие вопоминания существовали в них параллельно с собственными фантомами памяти.

Профессор сформулировал запрос по-другому: человеческая память. И опять комп немного повисел, но выдал только два слова: Проект Авраам. Список по этому проекту состоял только из одного пункта книги под названием Мойдодыр

Профессор не мог в это поверить: он не раз разбирал те книги, которые относились к рубежу третьего и четвертого тысячелетия. Времени, когда была создана методика расшифровки и записи информационных шлейфов, но такой книги никогда там не видел. Он вышел из комнаты и направился к хранилищу с книгами. Свет в помещении, где хранились книги, был совершенно приглушенный. Профессор нащупал выключатель на стене, прибавил яркость. Пятая полка, это на самом верху. Созонт поглядел по сторонам в поисках стремянки, она находилась в самом конце хранилища, где был довольно темный угол. Профессор нашарил лестницу и поволок ее к полке. Установил и начал взбираться наверх. Здесь было почти совсем темно, но в мутном сером полумраке, когда глаза привыкли, Созонт различил толстый слой пыли, но книг здесь не было совсем. Он пошарил руками по полке, нащупал квадратный предмет, сунув его в карман, Созонт спустился на пол и направился в кабинет с компьютером.

Устроившись за столом, профессор достал коробку, обнаруженную на полке это был электронный диск, судя по материалу и оформлению, изготовлен он был в конце XX в. Настоящий артефакт, такие перестали производить, насколько помнил профессор, еще в середине того века. Никаких надписей или рисунков на пластиковой коробке не было. Когда-то информация считывалась с него с помощью специального дисковода, но такие устройства даваным давно канули в лету. Даже очень старый компьютер, который имелся в его распоряжении, не обладал таким древним устройством, а считывал информацию с диска при прикосновении им к монитору. Что и сделал профессор. Монитор освятился и Созонт с большим интересов просмотрел анимированный фильм. Это была история о старом умывальнике, который по каким-то причинам ожил. Картинка была яркая, сама история забавная, архаичный язык был профессору в целом понятен, он даже увлекся, настолько, что не услышал, как в хранилище вошла Роза. Она подошла к профессору и вместе с ним смотрела фильм. Ее реплика стала неожиданной для Созонта:

- Поводом к пробуждению стал внешний раздражитель, это необычный подход к проблеме. Сказала она

- Что ты имеешь в виду? Спросил Созонт.

- Насколько я помню из курса человекообразные интеллектуальные устройства осознание себя или пробужедение таких устройств начинается согласно действию в них внутреннего алгоритма. А здесь представлен, явно, внешний раздражитель.

- Кто? Не понял профессор

- Мальчик. Он же не моется, и везде у него грязь, так что даже умывальник возмутился и решил навести порядок.

Роза смотрела на профессора спокойно, будто то, что она говорила само собой разумеющееся. Но с другой стороны, врядли разработчики Проекта Авраама стали бы указывать в качестве пояснения к нему этот детский мультфильм просто так.

Созонт покачал головой, толи соглашаясь с этим утверждением толи нет.

- Да, но все у них в голове. А тут такое странное устройство представлено, мойдодыр. Интересно, какой процессор в нем они использовали?

Вопрос был скорее риторический или в качестве рассуждения, но Роза выдвинула свою версию:

- Никакой.

Созон удивленно на нее посмотрел, ход мыслей ее ему был непонятен, он потребовал объяснений:

- Поясни, Роза.

- Я думаю, здесь используется полная перестройка молекулярной структуры тех веществ, из которых состоит умывальник. Помните, профессор, у нас был такой преобразователь в лаборатории.

- Помню, но этот прибор преобразовывал металл в другой металл или дерево в металл. Однако здесь явно создана более совершенная система.

- Кто знает, возможно, преобразователь нового уровня, которого у нас нет, по прогнозам, это следующий шаг в развитии технологий преобразователей.

Они досмотрели мультфильм до конца. Профессор извлек диск из дисковода, положил в коробку.

- У христиан хлеб и вино также преосуществялются. Вспомнила Роза

- Но там одна органика в другую, это более логично, чем здесь. Отверг ее предположение Созонт.

Роза взяла со стола коробку с диском. Потерла пальцем поверхность, то, что казалось краской, было просто грязью и на месте, где она стерлась, появилась надпись белыми буквами кириллицей, профессор прочитал:

- И слово плоть бысть, и вселися в ны

Роза из палеоязыков изучала только кашганский и африканос, которые исчезли на рубеже 5 и 6 тысячелетия, поэтому понять надпись не смогла. Созонт расшифровал первую часть.

- Слово стало телом. Примерно перевел он, - а вот вторую часть не могу понять: толи вселилось в нас толи обитало вместе с нами.

- Это не так важно. Профессор мне кажется, что сам фильм это код к какой-то системе, с помощью которой что-то хотят преобразовать.

- Новое человечество? Нахмурился Созонт.

Такой проект разрабатывался в Гиплотахической империи незадолго до начала войны. Цель этого проекта, насколько знал Созонт, создать новый вид человеческой расы, некий гибрид, который продолжит историю человечества на совершенно новом уровне. Тогда в ходе экспериментов погибло немало людей. Неужели, кто-то еще пытался эту идею воплотить. Его озабоченный взгляд Роза поняла:

- Такое по силам только Умнике. Сказала она.

Профессор покачал головой: эта древняя интеллектуальная система, которая давно развивалась по алгоритму, заложенном в нее много тысяч лет назад, была непредсказуема. Сложно даже было представить, сколько этой системе лет на самом деле, но без поддержки человека врядли ее развитие было возможно. Они оба услышали шум шагов в коридоре, в кабинет вошел Гермес. Капюшон и даже подшлемник с его головы были сняты, обнажив треуголник короткостриженых черных волос на самой макушки традиционная прическа братьев-гиплотахов высшего уровня посвящения.

- Каких-то результатов удалось добиться, что-нибудь узнали, профессор?

Поинтересовался гиплотах, вид при этом у него был несколько рассеянный. Профессор рассказал о тех догадках, которые появились у них с Розой по поводу воспоминаний. Гермес внимательно слушал, когда Созонт упомянул Проект Авраам и Мойдодыра, гиплотах перебил его:

- Это ведь детский стишок? Созонт утвердительно кивнул. Вот и в Руководстве, выданном мне тоже детский стишок про лисичек, которые море синее зажгли. Считаете это случайным совпадением?

Созонт молчал, а Роза как-то невольно вышла немного вперд, будто желая закрыть своего учителя. Она почувствовала опасность, исходившую от гиплотаха, хотя не могла понять, в чем она. А тем временм гиплотах продолжал рассуждать.

- Итак, я полагаю, что перед нами два проекта, один из которых надо реализовать. Первый это завершение истории человечества. Сейчас мы знаем, что каждый из видимых нами, даже невооруженным взглядом звездных миров населен разумной жизнью. Эти молодые миры и продожат эстафету человеческой жизни. Второй создание суррогата человечества на основе интегрирования с машиной Умникой. Нам предстоит выбрать какой-то из проектов.

Гермес умолк и заложив руки за спину в задумчивости, стал расхаживать по хранилищу. Созонт и Роза напряженно ждали, не осмеливаясь произнести ни одного слова. Остановившись, гиплотах пытливо посмотрел на обоих и спросил:

- Так какой нам выбрать? Спросил гиплотах.

И не дожидаясь ответа, полагая, что он очевиден, продолжил:

- Конечно, в наших силах покончить с этой искусственной заразой, которая за многие тысячелетия, просто въелась во все поры человеческого тела. Иного пути нет. Так учит ХААБ, так написано в Руководстве. Человечество пришло к своему завершению, в наших руках поставить точку и исключить всякую случайность.

Он протянул руку, ожидая, что Созонт отдаст ему диск с кодом. Профессор и Роза в ужасе смотрели на гиплотаха, но Созонт взял из рук Розы диск и спрятал в кармане пиджака. Тогда ладонь Гермеса повернулась вертикально, они увидели черный контур треугольника на ней, который светилс тускулым огнем. Роза закричала: Протокол! но было уже поздно, от треугольника отделилось яркой желтое, светящееся пятно, мгновенно прератившееся в искрящуюся огненную точку, поразившую Розу в правое плечо. В первые секунды казалось ничего не происходит точка, просто как часть солнечного лучика остановилась на материале рукава куртки, потом исчезла, а по всей руке Розы от плеча до кончиков пальцев разлились тонкие есветящиеся линии. Рука стала быстро, сохнуть, сыпаться, превращаться в пепел. Все это происходило доли секунд, нельзя было ждать, чтобы Гермес снова привел в действие протокол, оружие хоть и ограниченное по энергии заряда, но тотально разрушающее любой вид органики. Созонт схватил Розу за левую, руку и они выбежали из кабинета, нырнув в соседний проход, к лифту, который повез их еще на два этаж вниз. Здесь располагались спасательные капсулы. Времени оставалось мало, Розе необходимо было наложить специальную повязку, чтобы яд протокола не распространился дальше и не превратил ученицу в кучку пепла. Часть пути капсула преодолала по ваккумной подземной линии, которая шла горизонтально, а потом начала постепенно подниматься к поверхности, уже далеко за чертой Нижнего уровня. Пока капсула двигалась, профессор разобрал аптечку, нашел специальный пластрь, котрый наложил на то, что осталось от руки Розы. Она уже почти потеряла сознание, смотрела на Созонта затуманенными глазами и шептала:

- Гермес сошел с ума.

Созонт, уложил студентку на небольшой диванчик в отсеке, еще раз осмотрел место, где еще недавно у Розы была рука: пластырь почти полностью охватил пораженное место, регенирируя ткани. Процесс разрушения был остановлен. Значит, все будет нормально. Капсула в этот момент застыла на месте, а потом резко пошла вверх, выскочив из шлюза тунеля на поверхность. Здесь включились двигатели, и аппарат устремился в голубое небо, стремительно набирая скорость. Профессор посмотрел навигатор маршрут был проложен до высшего уровня Гамбига. Поразмыслив профессор решил, что этот маршрут врядли им подходит, он опасен, да и на высшем уровне никто их не ждет. Созонт задал новый маршрут навигатору Оградор. Там замок, за его мощными стенами можно пересидеть, а потом подумать о дальнейших действиях.

* * * *

Гермес не стал преследовать профессора с его ученицей. Последняя врядли долго протянет. Жаль только потратил на нее таблетку протокольного аннигилятора, редкая по нынешним временам вещь. Целился в Созонта, а тут она влезла. Гиплотах выбросил использованный треугольник аннигилятора. То, что и Руководство и код доступа к базе данных Умники составленые в виде старинных детских стишков наводило на определенные размышления. Кто и когда их написал теперь узнать невозможно, да это было и неважно. Но почему-то Гермесу казалось, что применил их для шифрования один человек, причем в обоих случаях. А если они связаны между собой, необходимо исключить любую возможность препятствия для осуществления предписаний Руководства.

Гермес вернулся в гравикоптер, бортовой резист показывал, что Хранилище несколько минут назад покинула автоматическая капсула. Гиплотах уточнил маршрут: сначала капсула направилась к Верхнему уровню Гамбига, который уже вышел на околоземную орбиту, а затем резко изменила маршрут и устремилась к Оградору.

- Все дороги ведут к Оградору. Задумчиво сказал Гермес, удобней устраиваясь в кресле пассажира, набирающего скорость гравикоптера.

Глава IV

Хронологический индекс: нис Протокол (10 31 августа 8999 г.) Начало периода: 6.50 утра. Точка отсчета событий: Замок Оградора, Свято-Троицкий кафедральный собор.

Епископ Смарагд поправил клобук, принял из рук иподиакона посох и вышел из алтаря на амвон. Он немного прихрамывал на левую ногу протез пора было смазывать. Остановившись на амвоне, оперевшись обеими руками на посох он посмотрел на свою паству. Храм был наполнен до отказа, отдельной группой в правом углу стояли крематогены. Их собачьи морды были полны благочестивого умиления. Они одели в храм на службу самые свои праздничные лохмотья, выдержанные в традиционных коричневых цветах. Но некоторые из них приходили иногда в некоторое возбуждение скалились, на затылке поднималась шерсть загривка. Так они реагировали на заклятых врагов своих антропоморфных микроцерапторов. Ужасно сморщеные лица их, прижатые к макушке остроконечные уши, злобные, круглые глаза - все выражало неистрибимую ненависть к крематогенам с которыми, по велению владыки Смарагда, они стояли рядом. Антропоморфы были выше на голову всех, кто присутствовал в храме. Их изогнутые в коленах в обратную сторону ноги, причудливо торчали из-под белых балахонов, прикрывавших худые тела микроцерапторов. Эта публика занимала правую часть храма, нелегко было различить среди них особей мужского или женского пола.

С левой стороны молились синтетики, ГМО-люди, калеки, протезированные и прочий убогий народ. Все те, кто считается выблядками человечества, потомками жертв генных войн. Всех, кого безжалостно преследовали инспекторы АРЗ, сгоняя их в резервации, чтобы очистить планету. Это его, Смарагда, паства. А он последний епископ на Земле. А может и во всей вселенной. Они с вниманием и надежой ждали его слова и Смарагд начал проповедь.

- Вот, наконец, мы с вами дожили до того дня, когда можем увидеть Бога прямо перед нами, не внутренними очами, а зримо, осязаемо. Об этом тысячелетиями мечтало все человечество. Мы верили. Нам оставалась только вера. Однако теперь у нас есть возможность не просто верить, а знать. Бог стал не только объектом веры, но и чистого, незамутненного знания. И сейчас для нас очевидна одна истина только наше упование, христианское, нашло свое оправдание. Все остальные религиозные и иные пути, которыми прежде шло человечество оказались тупиковыми дорогами. Ведущими в никуда. Образно говоря, когда-то многие тысячелетия назад большая флотилия кораблей отправилась в плавание, но цели достигли только мы с вами. Кто не с нами был, тот утонул. Человечество всегда искало причину разных своих бед и несчастий вне себя. Плохая экология, техногенные катострофы, войны, землятресения и прочее. Все это мы пережили, но ничего из этого не стало концом света. И не могло стать. Мы даже с вами слышали трубы архангелов (епископ усмехнулся) и стали свидетелями того, как от планеты откололся большой кусок и стал вторым спутником Земли. Теперь я могу ответить, в чем причина всех наших бед. Главная угроза нам мы сами. В каждом из нас есть то, что разрушает нас самих и окружающий нас мир. Это что-то всегда жаждет, ищет, требует удовлетворения и не может успокоиться. Это что-то называется душой. Так говорит нам наше традиционное богословие. Но я скажу вам, последний христианский епископ на планете, дело не в душе. Она есть и у животных, пускай и не бессмертная, но она у них есть. Животные не мучаются, не ждут конца. А человек ждет. Так в чем причина? Что разрушает нас и окружающий нас мир? Наше сомосознание! Мы осознаем, что существуем при этом, не ощущая, никогда не ощущая, всей своей цельности. С самого раннего возраста, когда сознание наше пробуждается мы ищем этой цельности, будто стремясь соединиться с чем-то или с кем-то. Кто это христианство уже ответило. Это Христос! С Ним мы должны соединиться, чтобы обрести свою цельность, покончить с муками самозознания, обрести, наконец, себя. Прежде к этому вел довольно длинный путь личной аскезы, теперь у нас есть оmnes gentes: они обрели путь и могут провести нас по нему.

Закончив проповедь в полном безмолвии, епископ Смарагд сошел с амвона и направился по дорожке к выходу из храма по пути благословляя молящихся. Они тихо раступались перед ним, наклоняли головы, епископ касался их своей благословляющей рукой.

Свято-Троицкий храм располагался в центральной части замка Оградора. Собственно, он был несущей частью его: вытянутое вдоль оси замка здание вокруг, которого располагались мощные крепостные стены и шесть высоких башен. Все они были построены под небольшим углом к центру, так что в верхней части соединялись в пирамидообразный купол. Ни над замком Оградора, ни над остальной частью города защитного купола не существовало. Оградор не был подключен к единой системе энергоснабжения реактором, также находился вне сферы инфополя. Но материал, из которого были сооружены стены и башни замка, бронированный плексиглаз, был практически неуязвим для лучевого и плазменного оружия.

От Собора к замковым вратам вела длинная галерея, которую епископ всегда преодолевал пешком, чуть прихрамывая на правый протез, левый действовал более плавно. Здесь у ворот его ждал стыковочно-посадочный модуль. В Оградоре не использовали гравитационной тяги, модуль летал на биотопливе, которого от прошлых веков в подземных резервуарах осталось на много столетий вперед, учитывая, что использовалось оно в основном только для заправки модулей.

В модуле Смарагд задремал. Опять видел толи сон, толи тонкое видение. Темно, фонари на улице, морозный воздух, даже чувствуется, как раздраженно покалывает ноздри. В ушах приятная музыка из наушников красивый голос девушки, она поет на каком-то незнакомом языке. Потом какой-то транспорт, люди толкаются, он смотрит в окно на здания, мелькающие перед глазами во время езды. Затем тускло освященные коридоры больницы. Вот он сидит у кабинета, ждет, по ощущениям долго, его, наконец, приглашает, медсестра в полутемное помещение, где внимательный врач, водит по его телу прибором, осматривая сквозь плоть его воспаленные лимфоузлы. Она диктует размеры их медсестре, успакаивает его, ласково объясняя, что все в норме и где-то у него мысль в голове о том, что это всего лишь лимфома во второй стадии, все обойдется.

Смарагд просыпается. Не обошлось - подумал он, вспоминая подробности сна. Это скорее обрывки воспоминеания того человека, часть мозга которого ему пересадили врачи. Епископ морщится от неприятных собственных мыслей, смотрит сквозь иллюминатор на проплывающий внизу город. Бесконечной скопление, уходящее за горизонт разрушенных и полуразрушенных домов, осыпавшихся небоскребов, остатков рекламных панелей и над всем висело какое-то синеватое марево, подсвеченное лучами возшедшего над горизонтом солнца. И там, в этих развалинах обитали кремтогены, а также их антиподы микроцерапторы. Под ними в многочисленных подземных ходах, заброшенных тоннелях метро, пустых хранилищах живут отроны.

- Кстати, Пешека, почему отронов сегодня на службе не было?

Вспомнив об этих обитателях подземного города, спросил епископ Смарагд своего неизменного помощника крематогена по имени Пешека, который тихо сидел в кресле для пилота.

- Слепец сказал, они сегодня у себя отслужили, внизу. Сказал, что марево слишком сильное сегодня.

Скрипучий голос Пешеки раздражал епископа уже много лет. Но он мирился с этим, потому что лучше помощника ему было не найти. Он выслушал Пешеку, но ничего не ответил. Перед глазами всплыл образ вождя отронов по прозвищу Бейси. Его рыхлое, толстое тело, маленькие ручки, свинячьи злобные глазки. Бррр. Порождение чудовищных мутаций. Что в них вообще человеческого осталось? Такое ощущение, что их вывели из гусениц. Слепец! Смешное прозвище, учитывая, что все отроны слепы как кроты.

Марево, которое простиралось у самой поверхности города, состояло из тонкой радиоактивной пыли, которую крематогены, антропоморфы научились перерабатывать в своих организмах, а отроны нет. Поэтому они ушли под землю. Оградор единственный мегаполис, располагавшийся на землях астаморинга, здесь нельзя было жить, а за Оградором начинались обширные поля пустых пространств покрытых плотной пылью, содержащей в себе залежи зугритас нури. Да, жизнь это то, что неистребимо во вселенной, а человек высочайшее порождение ее, который присобится к любим условиям лишь бы выжить.

Приближалась сфера место где жил епископ Смарагд. На равных расстояниях от нее было множество других сфер, которые свободно парили над городом пользуясь гравитационной силой. В них жили священники, члены Синода, низшие члены клира, певчие, т. е. все те, кто хотя бы внешне еще сохраняли признаки человеческого рода. Модуль мягко и бесшумно пристыкавался к сфере, так что епископ даже не ощутил толчка и только шум открывающегося шлюза вернул его к реальности. Надо поговорить с Тролом, чтобы он снова протестировал ту часть, которую они мне недавно вставили. Надоели эти фантомные воспоминания. Епископ Смарагд расположился в своем любимом кресле перед большим панорамным окном, отсюда всегда он видел небо и горизонт. Пешека принес стакан свежего морковного сока любимого напитка владыки.

- Какие новости, Пешека? Спросил епископ, выпивая сок маленькими глотками.

Крематоген не спешил отвечать, сначала он убрал со стола пустой стакан, положил в мойку, где уже скопилась гора стаканов, кружек и тарелок Пешека не успевал мыть. И только потом ответил епископу.

- В проливе заметили подводный крейсер. Он пришвартовался в старом порту.

Сообщив эту информацию крематоген умолк, встав, как статуя рядом с креслом владыки. Смарагд раздраженно посмотрел на него снизу-вверх.

- И? Поторопил он помощника.

- Сложно сказать. Такие лодки состоят на наемной службе у АРЗ, непосредсвенно приказы им отдает Внутренняя линия, но так-то нанять ее может кто угодно. Мы отследили ее маршрут, от берегов Антарктиды к островам в пределах Объединенных континентов, потом они проникли в пролив-реку, кого-то забрали в Гамбиге и вот теперь они здесь.

Епископ Смарагд даже не знал, что думать по этому поводу. Получается, лодку болтало по морям по океанам с непонятной целью. Епископ хотел спросить, что там за люди, но Пешека перехватил вопрос.

- Часть экипажа и тех, кого они спасли, уже второй день отдыхают на берегу, ты, владыка, их даже можешь видеть отсюда в бинокль.

Крематоген любезно протянул епископу цифровой бинокль, а сам отправился в аппаратную, расположенную ближе к шлюзовой камере надо было скорректировать расположение сферы, чтобы порт был лучше виден. Епископ настроил бинокль, включил подсветку: он хорошо выдел берег реки, закованный в стальные нержавеющие плиты. Вдоль бреговой линии прохаживались две девушки: одна была одета в голубой комбинезон с шевронами инспектора АРЗ, другая в обычное льняное платье хуторянки, только цвет был нестандартный зеленый в тон расцветки гиплотахических подрясников. Длинные, чёрные волосы ее были заплетены в нетугую косу, подвязанную на самом кончике алой лентой. Инспектор была ниже ростом, довольно незрачная, с каким-то каменным выражением лица, скорее всего из неэмоционалов, ее рыжеватые волосы коротко подстрижены, как это было принято у офицеров-женщин АРЗ.

Епископу показалось, что хуторянка знакома ему. Он еще больше настроил разрешение бинокля и, наконец, узнал ее да это же дочь старейшины хуторян Гора Ролдона! Смарагд незамедлительно сообщил об этом Пешеке, только никак не мог вспомнить имя ее.

- Аманда. Подсказал Пешека.

- Да, да Аманда, только что она тут делает непонятно. Капитан лодки обращался за разрешением пройти за стены Оградора?

- Они уже второй день ждут этого разрешения. Капитан подлодки Кодра Тура просит убежище в Оградоре для своих пассажиров.

Обычно они принимали всех, даже особенно не вдаваясь в подробности причин, по которым требовалось убежище Оградора. Разрешения давал Синод чаще всего, не ставя в известность епископа, кто и зачем пришел в город. Но тут почему-то такая заминка. Пешека объяснил, что пассажиры капитана сбежали от врачей и Синод в этом случае не решился без дозволения епископа Смарагда пустить беглецов в город. Дилему, перед которой встали челны Синода епископ Смарагд понимал: Оградор с врачами дружил, так как и члены Синода и другие обитатели сфер, да и сам Смарагд услугами их пользовались. Однако вот схалтурили, пересадили мне часть мозга больного человека - с досадой подумал владыка, старались не вникать в их дела, зная, что охота на людей случайно или пок каким-то другим причинам попавших в окрестности клиники незаконное, но вполне кулуарное их право. Но право правом, а тут речь идет о дочери старейшины хуторян, которые признают над собой духовную власть епископа и находятся под его покровительством.

- Вот что, Пешека, передай Первенствующему члену Синода, кто там сейчас, отец Александр? Помощник молча кивнул. Чтобы пустили беглецов в город. И пригласи их после обеда ко мне на ауедиенцию в зал левой башни.

Пешека с почтением поклонился и тут же отправился выполнять поручение владыки Смарагда.

* * *

На борту Саблера Аманду разместили в каюте, занимаемой Николь Илэван. У инспектора была самая большая каюта на крейсере, поэтому решение капитана выглядело логичным. Аманда всегда была коммуникабельной и могла найти общий язык с любым человеком или разумной роботизированной органикой. Но с Николь у нее поначалу никак отношеня не складывались. Та в основном молчала, на вопросы отвечала односложно, хмурилась. Хотя, хмуриться это тоже проявление эмоций, а у инспектора их не было. Скорее это был рефлекторная реакция мышц лица. Но Аманда не теряла надежды разговорить Николь, бесконечно щебетала, что-то рассказывала, пытаясь нащупать в инспекторе то, что является ее темой, на которой они могли бы, что называется, сойтись. Для Николь назойливость в навязывании дружеских отношений с ней со стороны выловленной в воде хуторянки, вызывало подозрение. Так как такая стратегия поведения больше была характерна для гомоида, чем для человека. Своим профессиональным глазом инспектора АРЗ она все присматривалась к Аманде, но никак не могла определить ее статус.

Времени для обустройства личных отношений двух девушек, живущих на небольшой территории, было достаточно. Подлодка после того, как взяла на борт беглецов, вынуждена была опуститься на самое дно канала, где пережидала активность множества роботов-катеров, отправленных на поиски Саблера Селиром Тролом. И дни на борту крейсера в период ожидания потянулись медленно. Для инспектора такая ситуация была стандартна, она просто включила этот период ожидания в свой новый план и терпеливо ждала дальнешего развития событий. Николь все всегда планировала, и раз заведенный порядок не должен был нарушаться. В противоположность ей, как заметила Николь, Аманда никакого плана не соблюдала. Если инспектор вставала в 6. 00, то Аманда спала до 11. 00, если инспектор завтракала, обедала и ужинала согласно распорядку, которого придерживались на лодке, то Аманда ела, когда хотела ну и так далее во всем. И эта неорганизованность девушки подтверждала ее принадлежность к человеческому роду, но все же у Николь оставались сомнения.

Однажды они коротали в каюте вечер. Николь проверяла настройки резиста. Аманда валялась на своих нарах, заложив руки под голову и разглядывая потолок. Вдруг она спросил:

- Слушай, Николь, а ты маму свою помнишь?

- Нет. Я же в инкубатории родилась. Момантально ответила Николь.

Николь на мгновение отвлекалсь от своей работы. Задумалась. Она знала, что родилась в инкубатории Профти, расположенном в Лайфтауне. Он принадлежал кому-то из членов парламента мегаполиса и специализировался на выведении специалистов астаморинговых технологий. Формально их нельза было назвать ГМО продуктом, но фаткически так и было. Ее генная структура была изменена так, что она приобрела способность быстро овладеть навыками инспектора АРЗ. Ее неэмоциональность было скорее побочным эффектом, чем целенаправленным действием ученых. Но конечно, учитывая, что в ее зачатии участвовали клетки не исскуственного происхождения, не сконструированные в лабораториях, где-то были, и может даже были еще живы, носители этих клеток биологические мама и папа Николь. Пока инспектор находилась в процессе воспоминаний, Аманда продолжала что-то рассказывать и Николь уловила только окончание последней фразы:

- конечно Мэги хорошая, добрая, она меня вырастила, но она же не мама.

Девушка умолкла, повернула голову в сторону Николь и с любопытством на нее глядела, понимая, что та не слышала и половины из того, что она сказала. Однако лицо ее было так же сосредоточено и невозмутимо. Аманда спросила:

- А с какого времени ты помнишь себя?

В глазах инспектора Аманад увидела непонимание, поэтому уточнила вопрос:

- Ну что ты самое первое помнишь? Самое первое твое воспоминание?

Николь снова задумалась. Будто какой-то старый механизм прокручивался в ее мозге, и она долго не могла вспомнить, наконец, ответила:

- Траву.

Аманада от удивления даже приподнялась на локте, ее взгляд выражал полное недоумение, и Николь поспешила разъяснить:

- Я подожгла траву во время прогулки, когда жила в коллекторе. У нашего воспитателя была странная привычка он курил трубку. Где он брал табак, я не знаю, но частенько дымил. Но меня очень привлекала красивая зажигалка, даже не сама по себе, а как из нее вырывается огонь. Я стащила эту зажигалку, а когда на прогулке мы проходили мимо высокой сухой травы, которая росла вдоль каменного забора, отделявшего наш коллектор от остального мира, я подожгла ее.

Аманда снова откинулась на подушку, буто услышала что-то успокаивающее или пыталась как-то упорядочить мысли самой Николь в себе, что это было именно так стало ясно из следующего вопроса:

- Что же в этом больше всего тебя поразило: трубка, зажигалка или горящая трава?

Снова Николь погрузилась в раздумья. Аманду забавляла эта манера инспектора общаться: прежде изречения любой мысли, даже на вид простой, глубоко все обдумать. Наконец, Николь ответила.

- Горящая трава. Это меня поразило больше всего и это стало самым ярким первым воспоминанием. А у тебя, Аманда, какое воспоминание было первым?

Аманда потянулась и села на кровати, опустив ноги в мягкие тапочки. Она внимательно посмотрела на Николь и ответила:

- Я не помню своего первого воспоминания. Может, его еще не было?

- Такого не может быть, что-то ты ведь помнишь.

- Только то, что мне рассказывал Гор Ролдон, мой приемный отец. Он подробно описал, как нашел меня, со временем его рассказ, возможно, вытеснил мои собственные воспоминания.

Николь усмехнулась. Версия довольно неправдоподобная, но, похоже, сама Аманда в нее верила. Инспектор практически полностью настроила свой резист, теперь она усвоила полученные с носителя параметры синхронизации с Умникой и резист принялся искать ближайшую точку доступа к ней, чтобы включить трансмутер. На встроенной в руку смотровой панели мелькали ряды цифр и зрительных образов, когда они остановились на цифре 8888 и знаке интеллектуальной системы в виде пляшущего человечка с закрученными ножками и ручками, Аманда как-то вся обмякла и как бревно повалилась на кровать. Николь встала со своей лежанки и подошла ближе к ней, чуть наклонилась, заглянула девушке в лицо. В этот момент Аманда открыла глаза: они были заполненные чернотой, руки ее резко поднялись вперед и схватили голову Николь, как не пыталась она вырваться, все было тщетно ее голова будто оказалась в стальных тисках, медленно и неотвратимо приближалось ее лицо к лицу Аманды. Николь упиралась руками в матрас, пытаясь сопротивляться, но той силе, которая исходила от рук Аманды, невозможно было противодействовать. Она упала на Аманду и потеряла сознание. Точнее сказать Николь потеряла свое сознание, и переместилось в другое в то, что было в трансмуторе. Она как бы видела себя со стороны. И ей не очень нравилось то, что происходило. Николь висела в пространстве, пронизаном сероватым светом, над водой. Она не могла понять, что это озеро, пруд или огромный бассейн, так как освящено серым светом было только то пространство, в котором была помещена она сама. Николь нависала над Амандой, плавающей в воде как кукла. Инспектору казалось, что сама она просто ее собственное зеркальное отражение. Первоначально у нее был страх перед местом, в котором она оказалась, перед водой, плавающей в ней Амандой. Что-то ее смущало, а что именно она не могла понять. Вдруг Николь сообразила, что подвешена к чему-то во тьме на невидимых нитях, во всяком случае, так она это чувствовала со стороны. Она опасалась, что нити долго не выдержат веса ее тела и оборвутся. Это точас произошло в тот момент, как она подумала об этом. Плюхнувшись всем телом в воду на Аманду, она вышла из трансмутора и возвратилась в себя.

Николь все так же была в своей каюте, она сидела на полу облокатившись на кровать, на которой лежала Аманда. Та глубоко вздохнула, открыла глаза и резко поднявшись, села на кровати, опустив ноги рядом с ней. Оперевшись руками о постель, она сморела прямо перед собой и часто дышала, будто только что пробежала длинную дистанцию. Николь смотрела на нее внимательно, ждала ее действий, реакции запустил ли трансмутор новое сознание и главное чье? Внутри Умники-Аманды могло быть тысячи пересечений за тысячелетия эволюции, кто сейчас проснется? Ведь точных параметров трансмутера, который оказался у Николь она не знала. Дыхание Аманды успокоилась, ее грудь ровно поднималась и опускалась, кожа лица немного побледнела.

- Я вспомнила свое первое воспоминание. Сказала она.

- И что это было?

- Я вспомнила, что я Дарни.

- Ты Аманда.

Она взглянула на Николь пристально нет, это не прежний взор Аманды с легкой искринкой юмора, лукавства, некой дурашливости, которая всегда присутстовала в ней. На Николь смотрел кто-то другой глаза были исполнены страдания, боли, какой-то затаенной грусти.

- Аманда здесь, рядом. Сказала Дарни.

Николь кивнула, подналась на ноги и постаралаь сдержать равновесие, чтобы не упасть лодку немного качнуло, будто от толчка.

- Кажется, мы начали движение. Решила инспектор.

Дарни-Аманда не обратила внимание на слова Николь, она теперь была чем-то обеспокоена, будто воспоминания нахлынули на нее целым потоком.

- Помнишь, Николь, ты обещала спасти Тимея? Спросила Дарни, схватив инспектора за рукав, та не стала освобождать его от цепкого её захвата.

- Так вот, не делай этого.

Николь молча вопросительно посмотрела не нее. Дарни, растегнула часть рукава комбинезона активировав монитор резиста.

- Выведи данные трансмутера на аер. Приказала она инспектору.

Не дожидаясь ответа, она скользнула пальцем по минитору. Каюта наполнилась фиолетовым туманом, и посреди нее появился 3D-график с множеством цифровых данных, которые постоянно менялись, соответственно и показния графика менялись кривые просто каждую секунду извивались как живые.

- По-прежнему поступают данные. Видишь? Дарни показала на несколько кривых. Это системные ошибки, которые накопились в Умнике за это время, т. е. примерно с конца 21 века.

- А ты где была все это время?

- Тимей составил алгоритм Умники до конца XXIII века, он полагал, что именно тогда появятся технологии, которые смогут меня извлечь из системы. Но он ошибся. По сути, вся история человечества состоит из ошибок, только благодаря этому мы двигаемся. Умника повторила путь человечества, а когда алгоритм прекартил действовать, накопленных данных хватило для того, чтобы выработать собственную стратегию дальнейшего развития. А меня она убрала в свое подзознание, я все видела, но сделать ничего не могла.

Дарни снова коснулась пластины монитора резиста Николь, инспектор только сейчас ообразила, что она свободно манипулирует в ее собственной индивидуальной системе, значить достигнута высша степень синхронизации. В воздухе появилась разноцветная долевая диаграмма.

- Здесь показаны проценты интеграции Умники с разными людьми в процессе эволюции. Пояснила Дарни. Как видишь их довольно много, но самые крупные из них вот эти.

Она указала на розовый, оранжевый и черный (на самом большом было обозначено 20 %) сегменты.

- Чёрный сегмент это Мармей. Он более всего оказал влияния на развитие системы, после Тимея, а теперь вот ты

Она не договорила, махнула рукой, все воздушные изображения исчезли. Лицо Дарни стало грустным, она взяла руки инспектора в свои руки.

- Николь, я не знаю, что замыслила Умника. Но смутно подозреваю, что она так и развивалась в той концепции, которую разработал для нее еще мой муж Тимей Скачков.

- Насколько я поняла, эта концепция заключалась в том, чтобы сохранить тебя как цельность до лучших времен, когда тебя можно будет восстановить в полном объеме? Предположила инспектор.

- Это только изначальная фаза. После того как я перестала контролировать машину, она стала искать способ как избавиться от смерти. Она пришла к выводу, что все способы лечения болезней людей не приведут к основной цели, к той, которая изначально была у Тимея.

Дарни отпустила руки Илэван, та поняла, что это был способ, которым она считывала дополнительную информацию, черз тактильные контакты, расположенные в пальцах ладоней Дарни. В ней Аманда продолжала действовать, возможно, принимая решения независимо от нее.

- А какая была цель у Тимея? Спросила Николь.

- Чтобы я была всегда. Ответила Дарни

Внимание ее переключилось на загоревшиеся под потолком сигналы оповещания о том, что крейсер всплывает. Надо было идти в капитанскую рубку, выяснить, в чем причина всплытия. Но уже на пороге каюты, Дарни остановила Николь и с болью в голосе, сказала.

- Я не знаю насколько далеко зашел замысел Умники от того, что предполагал мой муж. Слишком много наслоений. Но я тысячелетия была заперта сама в себе, в собственных мыслях, желаниях, чувствах и знаю одно человек должен умереть, раз и навсегда. Он не должен быть бессмертен.

Взгляды их встретились: пустота в глазах Аманды и отчаяние в глазах Дарни. И кто в ней, кто? - подумала Николь. Ведь очевидно у Аманды не могло быть своего сознания, только архив ошибок, набор программных инструментов. О каком подсознании говорит Дарни? О своем? Николь вслух ничего не стала говорить, они проследовали в рубку.

* * *

Как только игла Нукеса Вуда пересекла линию отделяющую город он регистровой зоны астаморинга, преследование прекратилось. До этого за ними увязалось три военных гравикоптера с легким вооружением. Они уступали игле и в скорости, и в огневой мощи на что надеялись их, пилоты было непонятно. А в астаморинге уровни защиты этих аппаратов совершенно не соответствовали поставленным перед ними целям догнать стремительно удаляющуюся от них иглу.

Аби Вуд находился в задней части летающего пикировщика, здесь были узкие смотровые иллюминаторы, которые занимали всю хвостовую часть. Они находились в нескольких сантиметров от пола, поэтому Аби пришлось лечь и смотреть в эту затянутую броневым пластиком щель. Здесь было прохладно, Аби завернулся в плащ, что давало хоть какое-то дополнительное тепло и созерцал бесконечную равнину мусорных полей над которой, снизившись до нескольких сот метров летела игла. В некоторых местах он видел голубоватое, локальное свечение, будто небольшие скопления светлячков свидетельство того, что в этом месте находятся концентрации зугритас нури, перенесенные с поверхности равнины ветром.

Усталые гвардейцы сидели за длиным столом, вытянутом вдоль всего салона, вплоть до кабины пилота. Кресла были неудобные: узкие, с неодкидывающимися спинками, так что в таком кресле уж никак нельзя было свободно рассалабится. Почти все солдаты сняли свои шлемы, сложили пульсары в кучу позади кресел и растегнули верхние тугие застежки комбинезонов, однако приталенных бронижелетов не снимали. Кто-то, положив голову на руки дремал, кто-то задумчиво глядел в потолок, но большинство оживленно, вполголоса беседовали между собой, отчего в салоне стоял легкий шум голосов.

Нукес подошел к брату, присел на пол, прислонившись к борту. Он тронул его за плечо рукой, Аби от неожиданности вздрогнул, приподнялся и тоже уселся на пол, опираясь об борт спиной.

- Ты как? Спросил Нукес Вуд.

- Везде враги. А все из-за этого. Он постучал по левой стороне своего подрясника, где у него в кармане лежали перфокарты.

- Ключ к реактору?

- Это не просто ключ, а основной ключ, который весь Реактор выводит на полную мощность. Вводит в режим синтеза.

- Зачем он Гермесу?

- Есть разные причины, но Гермесу скорее всего это нужно, чтобы осуществить указания Руководства.

Последнее было непонятно Нукесу, он никогда не вникал в подробности учения гиплотахов, но полагал, что братья могли стать хорошей организационной силой для объединения разрозненного человечества.

- Как отец? Ты смог донести до него мою позицию?

Нукес пожал плечами, показывая все неопределенность собственного положения:

- Отец решил строить собственную империю. Пока, как видишь, не особенно успешно. Кстати, и сестренка наша, как оказалась, тоже какие-то свои планы вынашивает. А я в последней нашей встрече с ней совершенно несерьезно отнёсся к ее рассуждениям о праве воспринимать жизнь только как цепь бесконечных наслаждений. Она именно в таком мире хочет жить.

Они не успели договорить, страшный удар с левой стороны потряс иглу. Гвардейцы вывалились из кресел, падая друг на друга, пикировщик начал вращаться вокруг своей оси, стремительно падая на землю. Аби Вуд ухватился за поручи, а Нукеса отбросило куда-то дальше в хвостовую часть. В узкую прозрачную щель Аби видел вращающуюся землю, реку-разлом в сторону, которой они теперь летели снижаясь. Видимо пилот делал максимум возможного, чтобы выравнять летательный аппарат и почти у самой воды ему это удалось сделать, в тот момент, когда игла должна была упасть в воду, она перестала вращаться, выравнялась и как-то боком приземлилась на другой берег реки, проехав сотню метров по мусорным кучам. Все системы пикировщика отключились, замки люка в отсеке выгрузки заклинило, пришлось их открывать ломом.

Крышка люка с грохотом отвалилась и плюхнулась на землю. Гвардейцы мгновенно выскочили из аппарата и заняли периметр, ожидая возможного нападения, хотя врядли их стали бы преследовать на землях астаморинга. В сотни метрах от иглы находилось то, что стало причиной катастрофы пикировщика летающая спасательная капсула, которая дымилась, уткнувшись тупым носом в песок. Задняя часть капсулы, где находились пассажиры, отстрелилась еще за несколько минут до падения капсулы и теперь валялась недалеко от маршевой части. Рядом с пассажирской частью капсулы лежал старик в костюме преподавателя училища Хранителей и девушка в комбинезоне студента этого училища, на груди ее белел ромб с красной монограмой Братства гиплотахов. В сопровождении гвардейцев братья Вуд подошли к лежащим на земле Хранителям. Старик уже пришел в себя и пытался встать, солдаты помогали ему, Аби узнал в нем профессора Созонта?

- Профессор, что вы здесь делаете.

Задал ему вопрос Аби Вуд. Созонт, едва оправившись от такой неудачно посадки, в расстерянности рассматривал дымящуюся капсулу.

- Мы сбились с курса, когда летели в Оградор, автопилот почему-то повел капсулу прямо наперерез вашему пикировщику. Не знаю, почему так случилось. Оправдывался он.

В это время уже очнулась и девушка, она сидела на земле и смотрела на передовые форты Оградора.

- А зачем вам в Оградор? Поитересовался Нукес.

- Нас преследовал брат-гиплотах Гермес.

- Гермес просто вездесущ. Грустно пошутил Аби. А вас то почему?

Созонт похлопл себя по карманам пиджака и из бокового достал небольшую серую, узкую пластинку.

- Ему нужен релаторум.

Он потряс этой пластинкой в воздухе.

- Здесь все, что мы нашли при раскопках, все шлейфы-релаторумы огромного количества людей.

- Воспоминания? Спросил Нукес.

Созонт оживился. Идея о том, что релаторум это воспоминание, его забавляла.

- Нет, нет, это слишком упрощенный взгляд на релаторум. В нем все: мысли, чувства, мемории, частички импульсов эмоций.

- Некий эскиз человека. Предположил Аби Вуд.

- Скорее, намек, на человеческую личность. Мрачно подытожила Роза.

- Там люди! Вдруг крикнул один из гвардейцев, который находился в оцеплении.

Все обернулись в ту сторону, куда он указывал пульсаром. От фортов поднялась сизая пыль, сквозь нее были видны очертания людей. Они двигались довольно быстро, преодолевая сотни метров за мгновение. Вскоре фигуры можно было различить.

- Кремотагены! В ужасе воскликнула Роза.

Даже бесстрашные гвардейцы, услышав это напряглись, и инстинктивно помотрели по сторонам, как будто искали возможности для побега. Крематогены остановились в своем стремительном движении в нескольких метрах от потерпевших аварию. Были видны даже их завернутые в лохмотья головы и темные глазницы в них. Но вдруг крематогены исчезли, рассеявшись как дым.

- Мираж. Пояснил профессор и прибавил. Порождение зугритас нури, что говорит о высокой концентрации в почве этого вещества.

- Почему мы тогда еще живы? Спросила Роза.

- Зугритас нури имеет свойство собираться в дорожки, они тянутся многие километры, а между ними довольно большие пространства вполне безопасные. Скорее всего, в такой полосе безопасности мы и находимся. Однако ветер их постоянно передвигает, поэтому не стоит задерживаться на месте. Пояснил профессор.

Подошел пилот, вытирая руки грязные руки тряпкой.

- Игла не полетит. Нужен серьезный ремонт. Сообщил он.

Нукес печально посмотрел на капсулу, как будто думая, что с помощью нее можно продолжить путь, но, конечно, это было невозможно.

- Становись! Отдал команду Нукес Вуд гвардейцам.

Солдаты неторопливо построились в колонну по двое и двинулись в сторону фортов Оградора. За ними виднелись плексиглазовые башни замка.

* * * *

Максимов целыми днями лежал на кровати у себя в каюте и смотрел в потолок. Иногда робко в каюту заглядывал 13/12, что-то спрашивал, но увидев хмурое лицо командира уходил. Дэвид не мог простить себе потерю Софии, а главное он обнаружил в себе то, что он синтементален тосковать по погибшему андроиду! Это ж надо! Подумать только. Он в досаде крякнул и встал, опустив ноги на холодный пол, голые пятки почувствовали его шершавость. Максимов вспомнил как однажды за эти дни дрейфа лодки на дне канала-реки он встретился в кают-компании с Николь. Она рассказала, что внутри Аманды пробудилась жена Тимея Дарни. Николь объяснила ему про трансмутор, про то, как она сама синхронизировалась с Умникой. Слушая инспектора Максимов подумал: И чего это инспектор так разоткровеничалась? С неэмоционалами сложно никогда не поймешь, что у них на уме.

Майор надел тапочки и пошел в туалет. Он возвращался в каюту, когда прямо по коридору увидел Софию. Ему понадобилось доли секунды, чтобы понять это цифровая копия, а это значит, искусственный мозг ее со дна канала-реки все еще транслирует какое-то послание ему. Изображение поманило его, Дэвид пошел за ним. Первоначальное впечатление, будто Софию он видит во всей полноте тела, рассеивалось по мере движения. Видимо сигнал слабел, и голографическая проекция таяла на глазах, пока совсем не исчезла рядом с каютой аналитика. Дверь у него была открыта, самого аналитика не было на месте, хотя по инструкции, даже если он отлучался на несколько минут, обязательно каюту закрывал. Дэвид осторожно отодвинул дверь в сторону, заглянул внутрь. На четырех мониторах, расположенных полусферой, выступал длинный ряд цифр, который Максимов сразу узнал это ковэны поколений. Четыре ряда четырехзначных цифр, следовали друг за другом, Максимов заворожено на них смотрел, как они появляются у основания монитора, будто ниоткуда, и исчезают за верхним краем, в никуда. Он понимал, что эти ряды цифр зачем-то сохранила в памяти Софии, теперь ее затухающий мозг, опять-таки зачем-то траслирует их Максимову. Значит София, проанализировав ковэны, собрав еще какую-то информацию из инфосферы, что-то поняла. Но что? Дэвид нажал на клавиатуре клавишу пауза. Четыре цифры отделились от общей массы, и ушли в правый верхний угол монитора, образовав там новый ряд чисел: 2070 2071 2072 2073 2074. Из 2073 выделился еще один ряд чисел:

1 02

27 01

13 06

10 07

15 05

21 07

25 02

29 10

17 11

18 02

26 01

Максимов на этом этапе снова нажал кнопку пауза, ряд ковэнов стал двигаться. Кнопку Дэвид нажимал еще несколько раз, а потом просто сохранил данные на своем резисте. После этого поток данных прекратился, и на мониторах появились какие-то графики. Он поспешил покинуть каюту аналитика, чтобы тот его не застал за незаконным вторжением.

Вернувшись к себе в каюту, Максимов вывел скопированные данные на панель. Снова поплыл ряд цифр, Дэвид скоцентрировался, пытаясь понять смысл всей этой цифири.

- Это мое день рождение.

Услышал голос 13/12 Дэвид и обернулся на него. Солдат стоял, опершись о дверной косяк, и также, как Дэвид изучал числа

- Причем здесь твое день рождение? Не понял Максимов.

13/12 показал на двойной ряд цифр.

- Ну, смотри, командир, это же очевидно даты: 25. 02 25 февраля, 17. 11 17 ноября. Мне дали имя по дате сборки. Я был первым на конвеере, поэтому так коротко получилось, а у остальных к 13/12 прибавился еще порядковый номер.

Дэвид согласился с доводами 13/12, так как здесь врядли были какие-то иные варианты.

- А откуда они выскочили? Из какого ковэна? Поинтересовался 13/12.

- Ты знаком с ковэнантной теорией? Удивился Максимов. Насколько мне известно, в программу обучения андроидов такого типа как ты подобного рода информация непредусмотрена.

- Я любопытный андроид, сам подключился к инфосфере и узнал нужную мне информацию. Объеяснил 13/12.

Он сел на кровать рядом с майором и начал манипулировать на сенсороной панели.

- Я думаю это конкретный человек из этого ковена. Какие-то самые ключевые события, связанные с его жизнью.

В этот момент двойной ряд чисел наложился на год 2073. Дэвид наблюдал за манипуляциями своего солдата и думал о том, что зачем-то София передала эти данные ему. Ее теряющий энергию, затухающий искусственный мозг посчитал это важным, коль транслировал эту информацию в последние секунды своего существования. В этот момент они ощутили толчок.

- Лодка сдвинулась с места, кажется, мы всплываем. Сказал майор.

Они вышли в коридор: там было пусто, под потолком горели сигнальные красные огни. Оба они решили пойти в капитанскую рубку, но на пути туда столкнулис с Амандой, которая выходила из библиотеки. На борту была небольшая комнатка, которую называли библиотекой всего несколько небольших шкафов, заполненных чип-дисками с разной информацией. Аманда как раз держала такую небольшую, прозрачную пластину, когда выходила из библиотеки. Она заулыбалась, увидев Максимова, а тот успел заметить, что цвет ее глаз из зеленого стал голубым.

- Что ты тут делала? Спросил Дэвид.

- Да вот решила восполнить свои знания по эпохе до Новых тёмных веков. Она показала чип-диск. Максимов внимательно смотрел на нее, узнавал и не узнавал одновременно. Что-то в Аманде было неуловимо не так. Он молчал, пытаясь улыбнуться, а Аманда вопросительно смотрела на него.

- Да ладно, почему девушке и не почитать, точнее послушть историю, ты ведь будешь слушать?

Это 13/12 решил вступить в разговор, Аманда засмеялась и слегка постучала чипом по голове

- Нет, внутривенно, тут несколько капсул инфотаба.

- Дарни, я тебе везде ищу, пойдем, капитан зовет.

Это из своей каюты вышла Николь и позвала Аманду. Она вздрогнула, лицо ее стало строже, а цвет глаз поменялся на голубой.

- Не понял, поясни, инспектор? Спросил Максимов у Николь.

- Теперь в Аманде два сознания одновременно.

На лице Максимова все также оставалось выражение непонимание. Николь вкратце рассказала ему о своих находках, приключениях, связанных с Амандой, Дарни.

- Так это все облегчает: если Аманда, которая в Дарни и наооборот Умника, то она нам все и разъяснит. Вступил в разговор 13/12.

- У нее нет ответов на все. Как я понимаю, Аманда не сама Умника, а один из ее интерфейсов. Причем давно не используемых, устаревших. За тысячелетия, Умника постоянно развивалась, синхронизировалась с разными людьми. И теперь конечной цели мы ее не знаем. Пояснила Дарни.

- А изначальная, какая была? Уточнил Максимов.

- Мое восстановление, и встреча с мужем.

В отсеке больше оставаться было нельзя, и они всей компанией пошли в комнату отдыха, которая располагалась на нижней палубе. Корпус крейсера слегка вибрировала, он довольно быстро двигался, видно Кодра Тура поставил задачу достичь порта Оградора в короткий срок. Николь не могла припомнить, чтобы прежде лодка так быстро двигалась, даже когда они уходили от конуса.

Комната отдыха располагалась в носовой части крейсера, здесь стояли удобные диваны и журнальные столики. На них были разбросаны каки-то старые журналы. Николь посмотрела на них и чуть заметно улыбнулась. Она недавно узнала об увлечении Кодра Тура коллекционирование подобных журналов, которые еще можно было найти в некоторых местах прежнего мира. Матрос принес им кислородные коктейли, которые были очень популярны на лодке.

- Аманда, значит, ты не можешь транслировать эти цифры?

Максимов обратился к Дарни, по инерции назвав ее Амандой, но внутреннее переключение сработало, и к нему уже повернула голову именно Аманда.

- Какие цифры?

Дэвид переключил резист на режим показа, и ряды ковенов вновь поползли по панели, расположенной на стене комнаты отдыха. Аманда внимаетльно смотрела на них, потом сказала:

- Мне сложно судить. Как и Дарни, я пробудилась недавно. Все доступные мне линии связи с Умникой очень устарели. И в том потоке информации, которые мне доступны, нет никаких объяснений.

- А вот эти числа связаны с моим мужем.

Переход к Дарни был неожиданен, никто не называл ее имени, кроме самой Аманды. Она кивнула головой.

- Мы существуем совместно и можем вызывать друга друга. Пояснила Дарни.

- Так почему они связаны с Тимеем?

- Это важные даты в его жизни: рождение, брак, некоторые даты, связанные с нашей совместной жизнью. Вообщем, как у любого человека, такая своеобразная цифровая карта. Она выстраивает цепочку событий, с ними связаны определенные чувства, сильные эмоции, переживания. Неважно какие, главное они сильные и ясные, а значит, есть устойчивый сигнал, который может зафиксировать машина.

Дарни замолчала, и все сосредоточено начали пить коктейль. Скорее переваривая информацию, чем ощущая сильную потребность в кислороде.

- Да, это все возможно с момента, когда технологии достигли необходимого для такого рода манипуляций уровня. Наконец, сказал 13/12, допив свой коктейл.

- Это делали биографы. Сказала Николь.

- Но не у всякого же человека был свой биограф? Возразил Максимов.

- Они есть у того, кто кому-то другому интересен. Уточнила она.

- Подлинный итересен проявляется только тогда, когда люди испытывают друг к другу чувства. Добавила Дарни.

В этот момент в комнату вошел капитан Кодра Тура, который объявил, что Саблер пришвартовался в порту Оградора и можно сойти на берег, прогуляться.

* * * *

- Получается я биограф. Коль все это оказалось в моих руках.

Сделал вывод Созонт, после долгого собственного рассказа об их археологических приключениях, которые привели к обнаружению кладбища воспоминаний. Аби Вуд шел рядом с ним и внимательно слушал его. Иногда свое слово вставляла Роза, что-то уточняя и поправляя. Дорога оказалось долгой: оптические иллюзии и миражи, создаваемые испарениями зугритас нури, делали ее таковой. Солнце уже было в зените. Солнечные лучи нагревали поверхность зугритовых дорожек, и воздух наполнялся миндально-жасминовым запахом. Нукес Вуд шел немного позади всех, прислушивался краем уха, больше поглядывал на своих гвардейцев, некоторые из которых, видимо под действием частичек зугритовой пыли, спотыкались, крутили головами по сторонам, вдруг один солдат кинулся в сторону прямо в нугритовую кучу. В группе произошел переполох, часть солдат шарахнулось в сторону, Нукес кинулся к упавшему, но было уже поздно. В первое мгновение гвардеец лежал ничком, уткнувшись в фиолетово-серебристую пыль. Потом его тело стало подергиваться: руки, ноги подпрыгивали, изгибались. Под формой происходили какие-то изменения с телом, армированный кивларовый шлем пробили два, выросших из головы солдата, длинных остроконечных уха. Задние ноги подобрались, перетворившись в две здоровенные заячие лапы. Гвардеец вскочил на них, дико озираясь, лицо его приобретало стремительные изменения: губы вытянулись, покрылись твердыми шипами, из рта полезли длинные клыки, как у саблезубого тигра. Остальные изменения наблюдать не пришлось солдат издал какой-то громкий резкий звук и стремительно убежал.

Нукес велел всем солдатам одеть противогазы и перстроиться в колону по одному. Профессор и Роза отказались от противогазов, как и Аби. На них миндально-жасминовый аромат не производили такого эффекта. Проишествие это ничуть не обеспокоило Созонта, он глубокомысленно изрек:

- Видите, как надо быть более осторожными. Гвардеец, видно, слишком вдохнул в себя воздух, вот и попала пыль ему в организм. Но какую странную модификацию он приобрел. Чего только у этих солдат в голове делается. Надо же саблезубый заяц.

- Солдаты утомились. Вот и лезет всякая чепуха в голову. Оправдывался Нукес

- Одного бойца вы потеряли безвозвратно. Резюмировал проишествие профессор.

Некоторое время шли молча. Песок скрипел под ногами, лучи солнца палили немилосердно.

- Однако просто воспоминаний недостаточно. Наконец нарушил молчание Аби Вуд, возвращаясь к прежнему разговору.

- Недостаточно для чего? Не понял Созонт.

- Чтобы написать биографию. Я в свое время составлял жизнеописание своего учителя Адониса. У меня есть некоторый опыт в этом. И задача биографа восстановить личность описываемого, не только исходя из того, как его воспринимали окружающие, но и как он сам себя воспринимал.

Созонт щурился на солнце, прикрывая лоб ладонью, которую ставил козырьком, пытался разглядеть форты, до которых оставалось несколько километров.

- Что же ты имеешь в виду, Аби? Спросил профессор

- Здесь еще необходимо множество разных факторов: остатки чувств, ощущений, неуловимых интуиций, т. е. всего того, что делает человека индивидуальностью для самого себя. Потому что человек должен себя ощущать личностью сам независимо от того, как относятся к нему окружающие.

Наконец, они подошли к фортам. Эти циклопические сооружения были возведены из бетона еще в период гиплотахических войн. Когда-то им отводилась роль последних линией обороны для тех, кто защищал Оградор. Несмотря на прошедшие столетия стены фортов все также были местами покрыты сажей, а местами оплавлены и разрушены. Сооружения опоясывали город двумя кольцами на расстоянии с десяток метров друг от друга. Перед стенами фортов дорожки зугритос нури заканчивались, здесь была свободное пространство утрабованного грунта красноватого цвета. Группа гвардейцев столпилась в кучу перед стенами и, задрав головы, рассматривали уходящие в небесную синеву серые стены фортов.

В одном месте в сплошной стене укрпелений была довольно большая брешь. Гвардейцы тихо переговаривались друг с другом, гадая чем такой провал мог быть образован, наконец, сошлись во вмении, что это, скорее всего очень мощная авиабомба. Нукес велел двум бойцам разведать проход, нет ли там каких препятствий. Те довольно быстро добрались до него и скрылись внутри. Прошло несколько томительных минут, один из солдат вышел из прохода и помахал рукой можно было идти.

Что-то в лице солдата насторожило Аби Вуда, он будто был явно напуган. Но опасения развеялись, как только они вошли все в проход. В нем груды выбитого взрывом материала акккуатно были сложены по сторонам, проходящей через форт дороги, а пространство боковых стен тонуло в темноте. Весь отряд вошел внутрь, под ногами ощущался мелкий щебень, которй своими острыми краями чувствовался даже через толстые подошвы обуви.

Первым их заметил Аби Вуд, они будто вывалились из темноты высокие белокожие люди. Лысые, без ушей и глаз, на месте ушей были воронкообразные отверстия, затанутые кожей. Их неуклюжие тела обладали непропорционально дилинными, тонкими руками, достигавшими колен. На лице выделялись чуть розовые губы. Существа сразу же заполнили все пространство внутри форта, и среди них выделялся один особенно крупный он возвышался над всеми на две головы. Аби не совсем сначала понял, что именно он не просто читает его мысли, а полностью проник к нему в голову, перебирая там его воспоминания.

Не бойся. Мы не причиним вам вреда. Здесь нас называют отронами. Мы живем в безмолвии, используя для общения биолокацию. Чтобы твои эмоции пришли в постоянство, я назову свое имя Бейси, зови меня Бейси - эти мысли Аби услышал у себя в голове. Он слышал об этих мутантах, но сведения эти были смутные, да и в целом о ГМО-созданиях Оградора мало что знали и на Континентах и в Городах. Отрон повернул голову в сторону Созонта. Какую-то мысль послал в его мозг, но тот ответил вслух, не совсем еще понимая, что четко ощущает чужую мысль в голове.

- Да, как ты догадался?

Бейси говорил об устройстве с записанными на нем воспоминаниями, которое у профессора лежало во внутреннем кармане. Созонт почувствовал, как оно нагрелось, даже немного обжигало кожу на груди через материал кармана. Созонт вытащил устройство, которое было похоже на плоский кусок льда. Оно чуть окрасилось в красный цвет в центре и в голубой по краям.

Не бойся, температурный режим сейчас стабилизируется - сообщил отрон. Действительно, температура устройства снизилась, теперь оно было чуть теплое и начало голографически транслировать образы, следующие друг за другом. Невозможно было понять, в чем смысл образов, все их видели, но это никак не отражалось содержание в уме окружающих. Пойдемте, я проведу вас - снова услышал в голове фразу Созонт.

Профессор ничего не справшивая пошел следом за отроном, остальные последовали его примеру, и отроны, пропустив всех вперед, следовали позади, бесшумно передвигая свои ноги. Образы также висели в воздухе, выстроившись в цепочку, Бейси взмахнул рукой, они исчезли.

Куда ты нас ведешь? - Мысленно спросил Созон

В укрытие. Вы не должны попасть на глаза епископу. Я вас спрячу

Почему? Может он нам поможет. Мы надеемся, что он нам предоставить убежище. Нас преследуют гиплотахи

Епископ опаснее. Он захочет владеть тем, что у тебя есть

Они шли внутри форта, уровень бетонного пола начал понижаться и уходить в подземелье. Опускаясь все ниже и ниже вглубь земли подземный путь достиг, наконец, обычной платформы подземной железной дороги. Когда-то эта сеть дорог связывала все города, но теперь функционировали только части ее. Как понимал теперь Созонт система подземных коммуникаций этих дорог, да и сами дороги в части, где господствовал Оградор, находились в полном пользовании отронов. Они остановились на платфорем, ожидая поезда. Гвардейцы были по-прежнему на страже, но теперь не столь напряжены.

- Профессор, похоже, у этих мутантов уровень биолокации настолько высок, что это им заменяет не только зрение, но делает их живыми считывающими устройствами. Поделилась своими мыслями с Созонтов Роза, видно она размышляла над этим, все то время, пока они видели цепь воспоминаний.

- Думаю, они чувствительны вообще к любым электромагнитным волнам. Вступил в разговор Нукес.

Подошел поезд: локомотив тащил за собой три открытые платформы, видимо когда-то они перевозили уголь или просто землю, зараженную зугритас нури. Роза взглянула вопросительно на Бейси и у нее сама собой возникла мысль: Мы научились обезвреживать зугритас нури. Конечно, эта мысль была так проста, что Роза даже не засомневалась в ней, хотя на протяжении сотен лет этого никому не удавалось сделать. Вопрос: но как? У нее не возник.

Весь отряд разместился на платформах, сев прямо на пол вдоль бортов, крепко держась за них. Но из отронов только Бейси занял место рядом с профессорм в первой платфорем. Остальны стояли на платформе, провожая медленно отходящий поезд, который набирал скорость, уходя в темную жуть подземелий. Здесь не было освящения, только через каждые сто метров мелькали проблески красных сигнальных огней. Всматриваясь во тьму Созонт, слышал мысли Бейси, обращенные к нему, а возможно и к Розе: Я подключился к твоему устройству с записями. Это было не сложно, оно довольно примитивно. Там записано множество воспоминаний, но все они перепутаны и переплетены и почти все они внешние. Т. е. есть это шлейфы воспоминаний кого-то о ком-то. А нужна еще мнемоника

Кому нужна? - Не понял профессор.

Этого я не знаю. Наверное, тебе, если носитель именно в твоем кармане. Там, среди этих битов информации есть частички памяти тех, о ком вспоминают. Мне думается, что у кого-то должна быть схема сборки. Чтобы выстроить биографию.

Созонт обдумывал полученную информацию и начинал понимать, что она попала в руки к нему вовсе неслучайно, именно он, как хранитель, может провести такую работу.

То, что у вас есть явно недостаточно. Надо больше. Это огромный поток информации. На такое способна только Умника. Но какова цель всего этого? Загадка. Снова транслировал свои мысли в мозг Созонта отрон Бейси.

Оба в уме замолчали. Созонт не чувствовал в своей голове никакой чужой мысли. Между собой вели беседу братья, пока Бейси был увлечен беседой с Созонтом и его биорадар был направлен не на них.

- Нам не нужно скрываться от епископа. Сказал Аби.

- Согласен с тобой, ведь мы и покинули СОГ, чтобы здесь найт убежище у епископа, а вместо это станем прятатся в подземельях отронов. Кстати, а почему ты так уверен, что епископ нам захочет помогать. Спросил Нукес.

Аби промолчал. Мерный стук колес вагонеток убаюкивал. Мелькали фонари на стенах тоннеля. Немного задремав Аби Вуд вспомнил, как познакомился с епископом Смарагдом. Тот нередко перебирался из Оградора в филиал клиники врачей, расположенной на окраине нижнего уровня Гамбига, совсем близко к XV СОГу. Это происходило примерно раз в год. Смарагд, как сам говорил, ложился в клинику, чтобы провести профилактику, подлечиться. Но на самом деле он менял то один то другой орган. Епископ жил уже не одну сотню лет и без полного клеточного обновления организм его работал с большими сбоями. Но епископ Смарагд, категорически не хотел обновляться боялся, что просто не выдержит и навсегда исчезнет. Поэтому решался только на пересадки органов.

Поезд резко затормозил и от толчка вагонов друг о друга Аби проснулся. Начали выгружаться. Поезд остановился прямо перед входом в огромный ангар, здесь было видно, что поезд выехал из подземелья на небольшую поляну перед ангаром.

Это не ангар - Бейси трансиловал эту мысль всем Это наш храм.

Двери входа открылись. В храме были неимоверно высокие стены и потолки. По периметру расставлены шарообразные светильники, но они лишь едва освещали темное помещение, создавая ощущение сырого подземелья. Стены покрыты довольно странным орнаментом будто где-то на самом верху вылили бурую краску, и она неровными языками-подтеками разлилась по всей поверхности стен. Посреди храма был установлен престол.

Не ожидая никакого подвоха, вся группа вошла в храм, удивленно озираясь и даже не сразу заметила, что отрон незаметно удалилися, а массивные двери храма закрылись. Это была ловушка. Один из гвардейцев попытался выстрелись из пульсара в дверь, но Нукес вовремя его остановил пульсар врядли сможет выбить дверь, не хватит мощности, а взрывная волна сметет всех в храме и расплющит о стены. Лейтенант распорядился осмотреть храм. Гвардейцы, включив фонарики на шлемах, разошлись по помещению. Минуты через три один солдат крикнул из темноты:

- Лейтенант, тебе надо это видеть.

Нукес направился в правый дальний угол храма, откуда доносился голос солдата. Вместе с ним подошел также Аби и Созонт. При свете фонарей в углу на земляном полу как будто лежал довольно толстый слой пепла. Что само по себе было странно для христинаского храма, но не столь уж и удивительно здание когда-то могло и гореть. Солдат разворошил пепел прикладом пульсара и к ногам подошедших выкатились полуобгоревшие хрящи, части кожи. Нукес не снимая перчатки, поднял один из хрящиков:

- Кажется человеческий! Сделал он вывод, внимательно осматривая его и даже понюхав.

- Причем, довольно свежий, совсем не пахнет разложением. Уточнил Созонт

- Да и пепел еще теплый, будто не так давно появился здесь. Обратил внимание гвардеец, который сделал эту находку.

- Это готовое блюдо, называется хрящь, запеченный с кожей под слоем еще не остывшей золы.

Позади всех столпившихся у угла храма со странной находкой раздался голос Розы. Все обернулись в ее сторону, а она читала с монитора своего резистна:

- Энциклопедия Континентов утверждает, что отроны питаются соединительными тканями и слизистой оболочкой высших органических существ, т. е. людей и клонов, а также биологическими композитами и гибридами. Пояснила она

- Понятно, это их лакомства. Поэтому они с Бейси и загнал нас сюда.

Расссуждал вслух Созонт, а из другого конца храма, от входа донесся голос другого гвардейца, он кричал: Здесь есть лаз! Правый от двери угол храма был закрыт какой-то фанеркой, которую гвардейцы к тому моменту, когда подошли все члены группы уже откинули в сторону. При свете фонарей видна была какая-то пленка, закрывающее довольно широкое отверстие, а под ним явно свет с улицы проникал в храм. Два гвардейца, нашедшие этот лаз с нетерпением смотрели на Нукеса, ожидая приказа тот кивнул головой, и оба полезли в проход. Друг, за другом, к всеобщей радости, потому что это была надежда на спасение. Они исчезли в дыре и когда скрылись в ней подошвы сапог второго гвардейца, стало ясно, что это не свет снаружи проникал в храм, а серебристые крупинки зугритас нури, создавали такое мерцание. Было понятно, что еще двух солдат потеряли. Тягостное молчание было ответом на эти невероятные проишествия, тем утешительнее прозвучал голос Нукеса, попытавшегося как-то подбодрить товарищей по заключению.

- Неприятное происшествие. Но посмотрите, гибель солдат не была напрасна: они отлично прочистили лаз, все вещество впиталось в них, не осталось ни одной пылинки.

Он заглянул в лаз, никто ничего не успел даже понять, как лейтенант сам в него полез и вскоре снаружи все услышили его призыв:

- Скорее лезьте, это безопасно.

Живой голос снаружи вдохновил всех, да и память о людоедском блюде в другом углу храма наводила жуть. Так что весь оставшийся отряд, быстро выбрался из храма. Те два гвардейца, которые вылезли прежде, взяв на себя всю пыль зугритас нури, преобразились в двух монстров, с неимоверно, до земли, длинными руками, худые, темные, местами, обросшими шерстью. Косматые головы их, будто без шеи, смотрелись не на своем месте между острых плеч. Что-то в их круглых с красными зрачками глазах еще теплилось человеческое. Они оба с некой тоской смотрели на своих благополучно покинувших храм товарищей, но, когда кто-то из гвардейцев попытался подойти к ним, тут же убежали прочь, вдоль обратной линии фортов.

Отсюда еще ближе были видны башни Оградора, стеклянная поверхность их блестела в лучах заходящего солнца, казалось, что башни это огромные сосульки, не желающие таять под действием тепла.

- Смотрите, на правой башне бойницы открылись. Сказал кто-то из гвардейцев.

Взоры обратились к правой башни, а ее шпили окутались сизой дымкой, потом еще и еще поднимались струйки дыма над ней, влед за этим в нескольких десятков метров от отроновского храма прогремели взрывы от снарядов, поднимавших комья земли и зугритовской серебристо-фиолетовой пыли. Нукес Вуд отдал приказ своим гвардейццам рассеятся по местности, и искать укрытия. Они забегали за храм, кто-то прятался между кучами зугритас нури, пытаясь защититься от пыли, но во многом это была напрасная надежда солдаты один за другим, претерпевали метаморфозы мутации, превращаясь в причудливых существ.

Конечно, группу, выбравшуюся из отронского храма, сразу заметили сторожевые службы Оградора. Офицер группы слежения крематогенов доложил об это Пешеке, тот велел действовать по инструкции, а она обязывала сразу уничтожать любые группы, приближавшиеся к городу. Когда Пешека получил сообщение от сторожевой службы он как раз встречался в зале для ауедиенций с Бейси, чтобы высказать ему неудовольствие владыки Смарагда по поводу его отстутсвия на утреннем общем богослужения. От Бейси не укрылась те сведения, которые получил Пешека и он был крайне взволнован этим, буквально обрушив на мозг помощника епископа поток плохо понимаемой информации из которой Пешека извлек только то, что это его пленники.

- Лакомства. Догадался Пешека.

Бейси торопливо замотал головой. Для отронов пищей является вся органика, которую они находят в подземельях. Пищей считается и все то, что еще обитает за границей Оградора в так называемой зоне астоморинга. Все живые существа, которые здесь обнаруживаются, считаются животными. Но из-за высокой концентрации зугритас нури в мышцах они не пригодны в пищу, за исключением слизистой и соединительных тканей. Вот за этим-то лакомством и охотились отроны.

- Что поделаешь, пленники твои все-раво разбежались. Пожал плечами Пешека.

Отрон опечалился, Пешека почувствовал его эмоциональный фон. Получив полную информацию от Бейси о составе группы чужаков, он выразил недоумение по поводу того на каком основании он почистал едой существ пришедших из-за границ астаморинга. Но Бейси резонно заметил: они перешли границу, формально это был просто вопрос времени, когда они станут пищей. А значит, и действия отронов были вполне законны. Пешека остановил на время свой поток мыслей, стараясь сделать так, чтобы они были недоступны для биорадаров Бейси, но тот какие-то слабые сигналы все же уловил и сказал:

А что Вуды? Туда им и дорога врядли они принадлежали к числу наших друзей.

Вуды? Ты сказал Вуды и там Аби вместе с ними?

Ну конечно. Я с ним перекинулся парой слов

Поток мыслей Бейси остановился. Он что-то обдумывал. Вскоре снова в голове Пешеки появилась оформеленная мысль отрона: В любом случае, если им удалось выжить у них только один путь в Оградор. Пешека погрузился в состояние недумания, чтобы воспрепятствовать биолокационным атакам Бейси на его мозг. Он не должен был знать о том, почему такой интерес вызвал у него Аби Вуд.

Пока шла беседа Пешеки и Бейси, автоматические пушки прекратили обстрел движущейся к городу группы, так как большая часть солдат разбежалась, некоторые были убиты. Нукес, Аби с Созонтом и Розой укрылись в большой воронке, которая образовалась после падения снаряда. Аби попытался выглянуть из-за края воронки, но Нукес резко потянул его вниз.

- Не высовывайся, Аби, наверняка они еще наблюдают за нами и если заметят, то новый снаряд може попасть в эту воронку второй раз.

Нукес начал осматривать стенки воронки. За пределом фортов наверняка были подземные ходы, ведущие в замок.

- Надо дождаться темноты. Наконец решил он.

- А что, в темноте нас не увидят? Возразил Аби

- Внешние наблюдательные устройства будут следить за этим сектором какое-то время, а потом перейдут в спящий режим. Поэтому лучше подождать. Темнота наша гарантия.

Аби больше не возражал. Остальные приняли решение Нукеса как данность. А он, погрузившись в молчание, был печален. Для него стало потрясением такая неожиданная потеря всего оставшегося отряда. Гвардейцы, которых он сам набирал, готовил, берег, вдруг исчезли, точнее прешли в какое-то иное состояние жизни. Но все же он не терял надежду: может еще можно их разыскать и привести в прежнее состояние

- Что значит Новое тёмное время? Почему оно новое? Неожиданно спросил Аби. Вопрос явно был обращен к профессору. Он же не сразу ответил, судя по тому, что на лице его отразилась некая тень недовольства, наверное, он понимал, что в данных их условиях этот вопрос неуместен. Но спустя какое-то время он все же ответи:

- Существует мнение, что тёмные времена были в далекой истории человечества. Но мне думается это несколько иначе надо понимать. Он на мгновение остановился, будто подбирая слова и спустя несколько секунд продолжил. То, что было под названием Новое, совершенно необычно в истории. Это надо воспринимать, как что-то совершенно иное, как полную смену парадигмы развития, но на какую иную неизвестно. В этом и темнота. Отсутвие знания.

- Неизвестное, как новое. Задумчиво повторил, как эхо Аби Вуд.

Наступили сумерки. Из воронки было видно быстро темнееющее небо. Разговор Аби и Созонта прервал Нукес:

- Тише! Слышите? Как будто кто-то идет. Шаги.

Действительно слышно было шаркание ног по плотному грунту. Нукес осторожно выглянул за край воронки. В сгущающейся темноте он различил черную человеческую фигуру, которая неторопливо приближалась к месту, где скрывались беглецы. По мере того, как человек приближался, Нукес различал подрясник, как у гиплотаха, но не зеленый, а черный, а капюшон, накинутый на голову, был открыт, без маски, и лейтенант раличил черты лица старика с густой, седой бородой.

- Это монах. Подсказал Созонт, также выглядывавший из воронки и пристроившийся рядом с Нукесом.

- Кто? Не понял Нукес

- Православный монах. Говорят, они не восприимчивы к зугритас нури.

Монах заметил их и уже целенаправлено шел к ним. Остановившись на краю воронки, так что они видели его пыльные сапоги.

- Вылазте, чего сидите. Велел монах, голос его звучал скрипуче-неприятно.

Нукес к старику проникся почему-то сразу же доверием. Лейтенант первый покинул воронку, остальные потянулись за ним.

- Идите за мной. Сказал монах, но прежде чем идти, он достал из глубокого кармана подрясника горсть каких-то зеленых гранул, рассыпал их как семена вокруг. Попав на пыль зугритас нури, гранулы произвели необычные эффект: сначала пыль зашипела, запузирилась, почернела и преобразовашись в грязную воду быстро впиталась в землю и так на многие сотни метров вокруг.

- Это врачи нам помогли, разработали средство, которое нейтрализует эту дрянь. Пояснил монах.

Они отправились в путь, все время придерживаясь восточного направления, т. е. идя в противоположную от Оградора сторону. Периодически монах разбрасывал вокру гранулы, чтобы пыль исчезала, давая возможность для движения. Роза, которая шла последней иногда оглядывалась, заметила, что как только они проходили по чистой земле за ними вновь образовывались серебристо-фиолетовые холмики зугритас нури. Внезапно поверхность равнины, по которой они шли стала менять свой рельеф и вскоре они оказались в долине небольшой реки, которая текла куда-то в сторону заходящего солнца. Берега реки местами поросли густыми зарослями ивняка, кое-где виднелись небольшие деревца. По берегам, с обеих сторон реки, были разбросаны маленькие деревяные домики, а вдали, там, где река делала крутой поворот, возвышалась причудливая церковь с двенадцатью главками.

- Я знаю это место! Заявил профессор Созонт. Деревня Omnes gentes.

Монах, шедший рядом с ними, как-то недобро покосился на Созонта, но ничего не сказал. А тот продолжал объяснять, обращаяь к Розе:

- Это очень старинная легенда. Она сохранилась в нескольких версиях, но все они сводятся к тому, что еще во время генных войн и смешания рас, один, прежде, довольно многочисленный народ, упорно продолжал сопротивляться тем изменениям, которые происходили с человечеством. Припоминается самоназвание этого народа - русские. Так вот, когда начались генные войны, этого народа осталось так мало, что их собрал под своим водительством монах Синезий и увел в какие-то неведомые земли. И говорят, что там все поголовно начали заниматься какой-то особой формой молитвы, все стали чудотворцами им открылось видение смертоносных лучей, которые они подчинили своей воли. С того времени их и стали называть Omnes gentes, что можно перевести как высокий народ или высший народ.

- Высшая раса. Мрачно заметил Аби Вуд.

- Да ну, брось, брат, в то время вопросы расы уже были совсем неактуальны. Все перемешалось, а потом, после создания Гиплотахической империи и бесконечных экспериментов с генетическим материалом.

Аби не договорил, махнул рукой, в этот момент они шли вдоль реки, мимо монашеских домиков, которые образовали здесь целую улицу. Все это время монах-старец внимательно прислушивался к их разговору, но не вмешивался в него, хотя видно было, что хотел это сделать, но что-то ему мешало. Направление он держал на церковь. Рядом с ней, чуть в стороне, располагался добротный двухэтажный дом, построенный из отборной сосны. На высоком крыльце, с затейливым козырьком их ждал еще более древний монах, в белом подряснике, с игуменским крестом на шее.

- Это игумен Калош, наш настоятель. Представил его сопровождавший их монах.

Игумен немного отступил в сторону и жестом предложил им войти. Комната, в которую они попали, была очень просто обставлена: большой стол прямоугольной формы, лавки вдоль стены. Вдоль всех стен стояли подсвечники с высокими горящими свечами. Как только они вошли, откуда - то из боковых помещений вышли два молодых послушника в подрясниках, один нес дымящийся самовар, другой поднос с чашками. Пока послушнники расставляли чашки, разливали чай, были к столу подвинуты лавки и все уселись за столом. Отцу Калошу, поставили особое деревянное кресло во главе стола. Он, оглядев всех из-под мохнатых бровей и уставившись на Розу начал разговор так:

- Кто из вас механическая кукла?

- Вы ошибаетесь, отец, я совершенная полуорганическая система, а не механическая кукла. Невозмутимо ответила Роза.

Профессор был шокирован. Не тем, что Роза гомоид, он это давно подозревал, а тем, что она СПС. Он о такой технологии только слышал, что она разработана где-то в секретных лабораториях Умники. И вот Роза воплощение этой технологии. Но почему именно в нижний уровень и в училище хранителей ее внедрили? Подумать ему над этим вопросом не дал старец, так как он обратился к профессору.

- Значит, это ты Биограф. Что ж, дело хорошее.

Послушники начали разливать чай, поставили сахарницы с колотым сахаром. Что за архаика кругом? - подумал Аби Вуд, а вслух сказал:

- Старик, откуда это все знаешь?

- А ты, гиплотах, что же отбился от своего игумена?

- Какого игумена? Не понял Аби

- Гермеса. Он же у вас теперь главный, а ты от него бегаешь. Он чего велит? Помереть всем. Настоятеля надо слушаться. Послушание паче поста и молитвы, эта заповедь и у вас почитается, так?

- И вправду, больно ты осведомлен старец. Пробурчал Нукес Вуд.

Аби Вуд насупился и молчал. Памятуя об отронах, он теперь совершенно не хотел поддаваться на эти фокусы с биолокацией. Но что-то в словах монаха было такое непонятное, которое даже с помощью самой совершенной локации невозможно узнать. Старец подлил еще себе чая, разбавив его водой из самовара. Гости также пили, но не вприкуску с сахаром, а с только что принесенным пирогом с рыбой, который послушники назвали кулебякой. Ее смели тут же, так как не ели уже больше суток. Только Роза лишь пригубила чай, внимательно рассматривавала Калоша и наконец, спросила:

- Какова функция Биографа?

Отец Калош сделал глоток из чашки, отставил ее в сторону.

- Я надеялся, что это вопрос задаст человек. Сказа он.

- Я человек. Настойчиво провозгалсила Роза.

- Ты будто сказала: Я есмь. Улыбнулся Калош.

- Во мне есть то, что всякое мыслящее существо делает человеком: я ощущаю свою конечность, я не могу понять, зачем существую и у меня есть потребность отражения в других.

- А нравственность? Совесть?

- Они не делают человека человеком. Это заблуждение. У нас тысячи совестливых роботов на планете, от этого они не становятся людьми.

Кажется, старец улыбнулся в бороду, услышав это заявление Розы. Он снова подлил себе чая, как-то недобро оглядел всех.

- У Биографа есть те сведения, о давно живших людях, которые начал собирать еще Тимей Скачков, а продолжила его машина Умника. Принцип подбора этих сведений, зашифрован в кодах, которы, как я понимаю, находятся сейчас в модулях памяти капитана группы спецназа Чистая кровь Дэвида Максимова.

- Но какова цель всего этого? Спросил Созонт, для него сейчас было не так важно, откуда все это знает старец, придет время и это станет известно. Главное, наконец, понять, что нужно делать с обрывками всех воспоминаний, обладателем которых он стал.

- Цель Тимея восстановить свою жену такой, какой она была, как личность. Для этого он собрал максимальное количество информации, чтобы она отразилась в других и обрела свое самосознание. С помощью своей ковенантной теории и Умники он попытался все просчитать, но, видно, ошибся. Далее машина уже действовала сама в сихроне с избираемыми ей людьми.

Отец Калош поставил пустую чашку на стол, помолился, и больше не сказав ни слова, вышел в боковую дверь, сопровождаемый одним из послушников. Тотчас после его ухода пришел монах, который сопровождал их прежде, предложил им снова следовать за ним, чтобы показать место для ночлега.

Вдоль реки, выстроились в ряд аккуратные монашеские домики, от каждого порога к реке была проложена дорожка выложеная стругаными досками, которая вела прямо к берегу реки, к сходням. Здесь к берегу пришвартована небольшая лодочка, таким образом, любой монах мог переправиться на другую сторону реки. Монах сопроводил беглецов до поледнего дома и в нем, в недалеком расстоянии от храма они и поселились. Бревенчатый двухэтажный дом посредине был разделен стеной, так что в нем, таким образом, имелось четыре коматы. Аби и Нукес Вуды заняли две на первом этаже, а Роза с Созонтом на втором. Розе досталась комната с правой стороны. Обстановка в ней простая: стул, в углу жетская кровать с матрасом, набитым соломой (Роза пощупала руками-рецепторами и безошибочно определила материал), стол и два небольших шкафа книжный и платяной. Все деревянное.

Розу сразу заинтересовали книги. Она раскрыла стеклянные дверцы, достала из плотного строя самый толстый фолиант. Это оказалась Библия на церковно-славянском языке, лингвоанализатор это подвердил. Роза попыталась прочитать несколько строк, но анализатор почему-то не мог составить из слов осмысленные предложения. Она поставила книгу на место. Остальные книги, как она смогла разобраться, были толкованиями на Библию. Она подвинула стул с гнутой спинкой из прутьев, села около окна. Отсюда открывался великолепный вид: река распадалась на два рукава, образуя остров, покрытый пышной растительностью ивы, небольшие дубочки, осинки. А там, за островом река вновь смыкалась двумя руслами в единый, мощный поток. Где-то за горизонтом этот поток терялся, там сейчас солнце скрылось почти наполовину, отсветы его окрасили небо в красноватый цвет.

Роза смотрела на закат, улыбалась, вспоминая прозорливость старца. Он назвал ее механической куклой. Это слишком устаревший термин, для нее. Она не только обладает сознанием человека, но и осознанием себя, чувством смертности, своим я. А главное тем, что делает ее выше человека: бессмертием. Она совершенно новый тип разумной жизни. Она будущее.

Наступали сумерки. Роза отошла от окна и прилегла на кровать. Матрас был жетский, подушка набита чем-то похожим на опилки, во всяком случае, пахло от нее сосной. Она видела здесь в окрестностях, пока шли, немало сосновых деревьев. Роза погрузилась в сон. Надо было связаться с Мармеем. Она никогда не могла угадать заранее, где может его найти, в каких местах, ландшафтах, декорациях. И это несмотря на то, что ее биопроцессор мог обработать квинтиллионны различных вариантов. На этот раз это была полевая дорога, грунтовка, справа и слева поля подсолнечника. Солнце стояло в зените голубого неба все было как-то неестественно, будто нарисовано яркими красками. Это так не походило на Мармея он всегда тщательно продумывал свои миры, а сейчас будто торопился. Роза стояла на дороге озиралась по сторонам, но Мармея не видела. Когда она повернулась на юг, он тронул ее за плечо сзади и она резко повернувшись, увидела Мармея перед собой: он был в черном плаще и капюшон закрывал его лицо. Когда он появился, все вокруг обрело ясность, все стало совершенно реальным, и Роза слышала, как поют жаворонки, где-то высоко в небе.

- Надо всех собрать. Сказал Мармей, голос его звучал немного глуховато.

- Всех? Скорее уточнила, чем не поняла Роза.

- Да, важны все и те, кто ничем не обладает. Мы уже близки к осуществлению замысла.

- Но мы не сможем собрать Тимея и Дарни. Я уже думала об этом. Анализировала данные, которые у нас есть, мы владеем только вопоминаниями. Я так понимаю, ты знаешь, где находятся те, кто владеет кодами

- Не это главное, Роза. Перебил ее Мармей, в это время они уже миновали поле с подсолнечником и поднялись на холм, откуда открывалось еще одно поле, но теперь пшеничное. Легкий ветерок шевелил колосья.

- Я администратор этой системы уже несколько тысяч лет. И примерно такое же время меня не существует как человека, я лишь вирус, который при жизни создал сам на основе своей собственной личности, понимая, что только так смогу оправдать свою синхронизацию с Умникой.

- Вирус? Ты? Но что это дало?

В это время они спустились с возвышенности, и пошли сквозь пшеничное поле. Стебли касались ног, но этого прикосновения сквозь плотный материал комбинезона не ощущалось. Роза трогала колосья руками, они приятно щекотали пальцы. Мармей ответил:

- Это привело к сбою системы. Она зависла. Примерно такого эффекта я и ожидал.

- И мир на время оказался вне контроля Умники. Сколько это продолжалось?

- Сто лет. Это было время, когда рухнула Гиплотахическая империя, начались генные войны, человечество вступило в новую фазу своего развития, которое пошло по другой линии, не той, что была определена Событием ежеденевника Тимея в 2073 г. И этого времени хватило, чтобы перезагрузить Умнику. Обновить все ее программы, в том числе появившиеся в результате накопившихся ошибок, только тогда возникли новые, прорывные решения. И главное из них новый вид человека Homo verus (Человек настоящий), ты и Аманда пока единственные его представители.

Вдруг налетел с юга теплый ветер. Стебли колосьев пригнулись к земле, поле плавно опускалось к озеру, которое вытянулось вдоль небольшой дубовой рощи. Они спустились с холма и остановились на берегу озера.

- Так, может, на этом и остановиться: мы вдвоем с Амандой теперь и есть человечество. Сказала Роза, она как завороженная смотрела на водную гладь. Мармей стоял рядом, тоже смотрел на воду, заложив руки за спину, казался задумчивым.

- У вас нет души.

- Зачем она нам? Трансмутер вполне заменяет ее.

- Трасмутер не сработает. Он лишь пробудит сознание, но даже в этом случае не сможет его стабилизировать, оно будет мерцающим.

- И что я должна делать?

- Надо собрать всех. Во всяком случае тех, кого определил Тимей. Коды к ним у Максимова, а заготовки личностей вы нашли на кладбище.

В этот момент Мармей исчез, растаял в воздухе. Осталось только, какое-то слабое прикосновение к щеке холодного ветерка. На этот раз выход из сна стал для нее проблемой, она даже ощутила что-то вроде испуга. Мармей исчез, а Роза так и стояла перед озерной гладью, как заколдованная смотрела на воду и не могла пошевелиться. Все будто застыло, как и она сама. Неожиданно Роза ощутила прикосновение к своей руке и услышала голос, буто ветер говорил с ней.

- Так выглядит созерцание. Не бойся, дай мне руку и смотри не на воду, а на вершины деревьев.

Роза сделала усилие над собой, подняла глаза, хотя это было неимоверно сложно сделать: веки совсем отяжелели. Она стала смотреть на вершины деревье. Как только она это сделал, почувствовала, как кто-то взял ее за руку и проснулась. Рядом на кровати сидел отец Калош.

- Пойдем, надо торопиться, времени осталось совсем мало.

Она молча покорилась и пошла за страцем. Ночь царила над деревней, на горизонте висел обломок сияющего Антипода. Она едва попевала за страцем, совсем неожиданной была в нем такая прыть. Наконец их почти бег закончился, и они остановились на окраине поселка. Здесь паслись кони в ночном, где-то пастухи сидели у костра, слышен был стрекот сверчков. Опершись на одиноко стоящую в поле коновязь, старец замер, напряженно вглядываясь в ночное небо. Это продолжалось несколько минут, но Роза не выдержала этого молчаливого испытания и спросила:

- Что там?

Отец Калош ничего не ответил, губы его шевелились, а глаза были закрыты. Он молится - поняла девушка. Отец Калош вдруг очнулся и, указывая рукой на темное небо, сказал:

- Смотри.

Над горизонтом появилась небольшая, но яркая точка света. Она начала расти, с каждой минутой увеличиваясь примернов в полтора раза от своего изначального размера. И вот это уже огромное пылающее солнце, но от которого не исходило никакого тепла. Из самого центра этого светила исшел луч, устремившийся к ним, по пути расширяясь в широкую полосу.

- Лунна дорога! Промолвила, завороженная этим зрелищем Роза. Калош улыбался в бороду, а ее охватил какой-то невообразимый восторг.

- Что это? Спросила она, с надеждой глядя на старца.

- Божья благодать даже куклу способна оживить. Промолвил монах, и объянил природу этого феномена:

- Это Божественный свет. Энергия, природа которой нам неизвестна, но она исходит от самого Бога, и через нее мы можем слиться с Ним, обожиться, воспринять божественное естество. В этом цель любого верующего человека, без этого никак не спастись. Смотри, как это поисходит.

Только теперь Роза заметила, что в ночной темноте по реке плывет две лодки, они пристали к берегу и из них начали выбираться крематогены, а также несколько человекообразных существ. Они один за другим шли по берегу прямо к лунной дорожке и как только ступали на границу света и тьмы, точас исчезали, будто растворялись в воздухе. Девушка посмотрела с недоумением на старца и тот неторопливо объяснил.

- Не думай, они не исчезают, не погибают. Они просто уходят в иной мир. К Богу, это и есть грядущее и уже пришедшее Царство Небесное.

- Эвакуация. Объяснила для себя девушка-гомоид.

- Ну, можешь считать и так. - Согласился отец Калош. И вам пора. Оградор почти пал. Надо спешить.

* * *

Конференц-зал в клинике был спроектирован и построен в виде огромного амфитеатра, по типу древнегреческих. Но, конечно, скамьи были не каменные, а мягкие ряды кресел, которые радиально расходились в разные стороны. В самом низу находилась сцена, как декоративный элемент, а трибуна для выступающих располагалась на высоте, за прозрачной перегородкой. Отсюда весь зал был виден как на ладони. И когда Гермес поднялся на трибуну, он услышал обычный шум голосов, который создавали своими разговорами врачи и их помощники, собравшиеся в конференц-зале по приказу Селира Трола. Гермес внимательно осматривал собравшихся слушателей и заметил, что на галерке, на самой верхней части амфитеатра, разместились Магилла Вуд и Гроник Габ. Их присутствие навело Гермеса на мысль о том, как лучше разговаривать с собравшимися. Конечно, смысл Руководства как оно есть на самом деле, он объяснил Селиру Тролу. Тот теперь стоял хмурый, позади него сложив на груди руки, но врачам можно изложить и другое толкование Руководства, так им будет более понятно смысл происходящего.

Однако Гермес сначала решил послушать, о чем пойдет речь на конференции. Селир Трол, раз в месяц собирал весь персонал, чтобы каждый поделился достижениями в новых медицинских разработках. Конференция началась. Один выступающий рассказывал о новых модификациях печени, другой о достижениях в области регенерации тканей и прочее в таком же духе. Вдруг Магилла подняла руку, показывая, что хочет задать вопрос. Это было несколько странно, потому что как раз в этот момент доклад был посвящен новым заменителям крови, и докладчик еще не закончил выступление. Селир Трол кивнул головой, давая согласие на то, чтобы Магилла задала свой вопрос. Она поднялась со своего места и спросила:

- Доктор, а что с разработками по поводу наших новых тел? Об этом будет какой-то доклад?

Селир Трол выступил вперед, откашлялся и сказал:

- Магилла, чем тебе не нравятся те кошечки, в которых ты совсем недавно была?

- Это симуляторы. Очень совершенные, но симуляторы. А мы договаривались о новых телах.

- Мы работаем над этим. Собственно, большинство прозвучавших здесь докладов, связаны с главным нашим проектом. Нам осталось еще совсем немного, но для того, чтобы завершить его нужно много энергии. Сейчас мы делаем все возможное и невозможное концентрируем ресурсы

- Я знаю, как вам помочь, доктор. Перебил Селира Трола Гермес. - Эта энергия находится в руках одного из братьев-гиплотахов. Его зовут Аби Вуд. Он командор XV СОГа и у него две перфокарты, с помощью которых можно вывести на полную мощность Реактор. Тогда будет необходимая вам энергия.

Врачи зашумели, переговариваясь между собой. Магилла с недоверием смотрела на Гермеса.

- Аби Вуд врядли станет с нами сотрудничать. Сказала она.

- Соверешенно верно. Согласился Гермес. Но у меня есть сведения, что он сейчас направляется Оградор. Я попытаюсь договориться с епископом Смарагдом, если это не получится, то понадобится ваша помощь.

Селир Трол стоял за его спиной, и Гермес затылком чувствовал, как тот с ненавистью смотрит ему в спину, но гиплотах понимал, что зал он заинтересовал, поэтому обернувшись к капитану, Гермес спросил Селира:

- Если же мои переговоры не приведут к нужному нам результату, врачи ведь помогут нам?

Селир развел руками, мол, чем мы можем помочь, хотя, конечно, он лукавил репутация врачей была такова, что за деньги они могли сделать любую операцию и пересадку, а Гермес хорошо знал, что епископ в такого рода услугах весьма нуждался. Его можно было этим шантажировать, чтобы он выдал Аби Вуда.

- Селир, ты должен помочь гиплотаху. Заявила Магилла.

Капитан врачей ничего не ответил на вопль Магиллы Вуд. Вместо этого он объявил о том, что конеференция на этом окончена, чтобы все шли по своим рабочим местам, потому что операции сами себя не проведут. Сам он отправился к себе в кабинет, делая вид, что не замечает Гермеса, но тот пошел вслед за ним, и когда в кабинете закрылась дверь, Селир Трол разразился гневной тирадой:

- Чего ты затеял, Гермес! Зачем тебе вовлекать во все это нас! Неужели ты думаешь, что мы будем поддерживать тебя в твоем безумии?

- Но ведь поддержали же. Невозмутимо возразил Гермес.

- Потому что не знают твоих истинных целей.

Гиплотах сниходительно улыбнулся. Он рассказал откровенно Селиру Тролу о том, чего теперь требует от человечества Хааб, и не совсем понимал, что так возмущало капитана, ведь каждый человек конечен и его ожидает смерть. Однако это касается не только каждого отдельного человека, но и всего человечества в целом. Когда-нибудт должен придти конец. И вот он пришел, Хааб объявил об этом через свое Руководстов устами Гермеса.

- Ты же понимаешь, что это все правильно? Как можно убедительней сказал Гермес.

- Тогда скажи также прямо как мне и им, почему ты их вводишь в заблуждение?

Но и на это у гиплотаха был заготовлен правильный ответ:

- Они как дети, я же не буду ребенку объяснять, например, что, если болеешь надо сделать укол, я просто его сделаю. А ты руководитель, ты должен знать все как есть, и принять это.

Гермес ушел. А Селир Трол еще какое-то время размышлял, но не над сказанным Гермесов, потому что был уверен: гиплотахи сумасшедшие. А над тем как им противостоять. Капитан врачей совершенно не разделял религиозных воззрений гиплотахов, но вынужден был считаться с ними, так как несмотря на то, что власть их давно пала, однако под их влиянием до сих пор находились нижние уровни почти всех городов. Клиника не находилась на териитории городов, она занимала часть астаморинга, т. е. ту часть планеты которая была частично заражена зугритас нури. Гиплотахи были соседями клиники, а капитан предпочитал с соседями дружить, а не конфликтовать. Однако то, что услышал на конференции от Гермеса по поводу скрижалей, заставило Селира Трола несколько по-иному посмотреть на сложившуюся ситуацию. Разработки по пересадки органов врачи довели до совершенства были созданы тела, которыми можно было заменять старые тела. С представителями знати Гамбига во главе которых стояла Магилла Вуд у клиники уж был заключен хороший договор с солидной оплатой. Но самое досадно заключалось в том, что новые тела не были стабильны и функционировали не более года. А теперь, если удастся добыть перфокарты с кодами, это откроет новые возможности. Так что стоило пока подыграть Гермесу и не открывать его истинные цели врачам.

* * *

- Мразь! Мразь! Мразь!

Магилла была просто в ярости, когда пришла к себе в номер после конференции. У нее тряслись руки, волосы были всклочены, лицо красное. Она посмотрела на себя в зеркало и немного успокоилась.

- Мало мы этой гиплотахической дряни поубивали. Ну, ничего посмотрим, чья возьмет.

- Кто это тебя привел в такое расстройство, Магилла?

Гроник Габ неожиданно вышел на связь, и его изображение появилось на мониторе видавера. Председатель Спиры пил чай с блюдечка в прикуску с кусочками сахара, за его спиной видна была спина задрапированная голубой материей с золотой монограммой Наместника. Магилла уселась в кресло, укладывать волосы.

- Гермес хочет всех нас погубить, устроить конец света. Нельзя это как-то поменять? Отменить?

- Это Руководство от Наместника. Как его поменяешь, надо делать то, что там написано.

Невозмутимо отхлебывая чай, ответил Гроник Габ.

- Но, согласись, Магилла, все когда-нибудь кончается. В том числе и этот мир, вселенная. Вот настало это время, когда великий Хааб

- Перстань нести чушь, Гроник! Оборвала раздраженно Магилла Вуд, резко поднялась с кресла и стала переодеваться.

Гроник с интересом наблюдал. Магилла быа красивой женщиной. Она не раз подвергалась различным хирургическим манипуляциям со своим телом, на ней применили, наверное, все технологии, которые были доступны врачам. И можно было сказать, что тело Магиллы выглядело идеально. Наместник даже подумал о том, что тело настолько совершенно, что не вызывает никаких сексуальных мыслей, наоборот только возвышенные. Будто любуешься произведением искусств. Хотя Гроник прекрасно знал, какая она отличная любовница: нежная, страстная, трепетная, а, главное, предающаяся этому делу с таким самозабвением будто ничего важнее для нее в жизни нет. Надевая чулки Магилла заметила, что Наместник за ней наблюдает.

- Хватит пялиться, Гроник. Думай лучше, как Гермеса обезвредить. Проворчала Магилла.

- А ты попробуй своего отца задействовать в этом деле. Предложил Наместник.

- Ты мне предлагаешь интриговать против отца? Сказала Магилла Вуд, усаживаясь в кресло и наливая из кувшина холодный лимонад.

- А что ты до сих пор делала? Усмехнулся Наместник.

- Я открыта была для отца. Всегда. Говорило ему, что мне нравится, чего я

хочу, и не скрывала от него в любом случае своих целей буду добиваться, несмотря на его мнение.

- В любом случае, то, что сейчас Гермес, получив именно такое Руководство означает, что он может нас всех объединить. Все наши желания: власти, наслаждения, бессмертия, наконец, могут реализоваться.

- Каким образом? Он же хочет взорвать вселенную.

- Я хорошо знаю этого гиплотаха. Он действительно фанатик, но не дурак. Ему нужны скрижали с кодами, а они у Аби Вуда. Кому как не тебе попытаться договориться с братом?

- Он не меньший фанатик. Безнадежно махнула рукой Магилла. Но если Гермес хотя бы знает, чего добивается, то мой брат настолько скрытен, что вообще непонятно, чего он хочет и как поступит.

- Ладно, Магилла, идею я тебе дал. Мне надо идти, меня ждут дела.

Монитор погас, и Магилла погрузилась в раздумие, закурив тонкую ментоловую сигаретку. Она вспомнила тот период времени, когда они с Аби были близки как брат и сестра. Очень небольшой период, но важный в ее жизни. Когда Аби вступил в Братство, Магилла много общалась с ним по поводу учения гиплотахов. И хотя женщины не могли стать членами Братства, она увлеклась учением и даже поселилась в СОГе в качестве общинницы. Ей было тогда семнадцать лет. Она жила в СОГе, за стеной, в небольшой избушке. Здесь Аби устроил ей все удобства. В избушке было сухо и тепло, из окошка открывался красивый вид на поляну и лес. Однажды брат пришел к ней рано утром, когда она только встала и умывалась. Аби выглядел несколько возбужденным и был одет не в свою обычную гиплотахическую хламиду (так она называла его подрясник, мантию и плащ), а комбинезон гвардейца Гамбига. За плечами у него был рюкзак.

- Одевайся, сестра, пойдем с тобой в небольшой поход. Мы же с тобой никогда вместе никуда не ходили.

Магилла обрадовалась, любое путешествие всегда ей нравилось, тем более с братом. В детстве она вообще была любительница всяких пеших прогулок и могла прйти не один километр почти не останваливаясь. Пятнадцатый СОГ располагался на возвышенности, на окраине нижнего уровня Гамбига. С вершины башни можно было видеть всю лесостепную часть нижнего уровня. Здесь широкая река Гамбиг, то терялась в густых зарослях лесных массивов, то вновь показываясь на просторах поверхности, покрытой мягкой травой ковыль. Вдоль реки была проложена дорога с хорошим термобетонным покрытием. Она в точности повторяла все изгибы реки, следуя вдоль нее неотступно. Спира Братства гиплотахов поддерживала эту дорогу, так как она связывала ваккумные трассы с остальными мегаполисами.

Аби и Магилла выйдя спозаранку, сначала шли по этой дороге, а потом, переправившись на пароме на другой берег углубились в лес. Здесь он был светлый березовый, ни одного другого дерева не росло, и в этой березовой рощице было как-то светло и радостно. За ней, когда они вышли на простор полей, Магилла увидела конечную цель их путешествия: это песчанный, неглубокий, давно заброшенный карьер. На дне его небольшой озерцо, берега которого местами поросли камышом, а над самым высоким местом карьера, там, где была выработка песка, росли сосны. Они с братом спустились в карьер по хорошо накатанной дороге и подошл к стене выработки.

- Видишь?

Сказал Аби, указывая на песчаную стену. Магилла не сразу поняла, что он имеет в виду, но присмотревшись, увидела, что стена не так однородна, как показалось на первый взгляд, а состоит из множества разноцветных слоев песка: синие, зеленые, красные, черные. Причем слои не были исключительнго горизонтальными, а проходили черз стену под разным углом и даже вертикально.

- А вот, посмотри здесь.

Сказал Аби, подойдя почти вплотную к стене и указывая на подножие, где имелась особенно широкая белая полоса песка, перемешанная с крупной галькой. Брат подобраз одну из них, приблизив к лицу, показал на поверхности камня маленькие конические ракушки.

- Эти ракушки стали частью камня, а много сотен тысяч лет назад они были живыми, ползали по дну.

Магилла с интересом рассматривала окаменелых ракушек, а на обратном пути, все думала над тем, может ли ракушка снова ожить. Магилла спросила об этом брата. Он некоторое время думал над этим, потом ответил.

- Думаю, может. Форма ведь сохранилась.

- А кто может это сделать?

- Хааб. У него же есть реактор. А в данном случае вопрос в том, что нужно много энергии. Она есть в реакторе.

- А человека? Человека, можно также оживить?

- Человека сложнее. У него ведь две оболочки: материальная и то, что называется вторым планом материальности: воспоминания, чувства, ощущения и прочее. Это же тоже надо как-то собрать. Но Хааб может и это сделать.

Потом наступили иные времена Магилла вернулась в верхний город, отец поручил ей распоряжаться делами компании Сексюси. Она настолько погрузилась в этот мир наслаждений, развлечений и чувственных радостей, что это путешествие с братом и разговор как-то подзабылся. А теперь со всей ясностью всплыл в памяти. Конечно! Теперь брат владеет тем, что ей надо. Вечное тело, то, что обещает Селир Трол. Но она, Могилла понимает, что врядли может осуществить, а Аби Вуд с силой, которой он обладает, может.

Накинув куртку, поверх своего роскошного платья (в корридорах клиники всегда был сквозняк и прохлада) Магилла отправилась на поиски Селира. Его она застала в одной из операционных, он осматривал Штольца, который уже пришел в себя и даже улыбался. Магилла не стала начинать с прелюдий, а сразу спросила:

- Капитан, где сейчас Аби Вуд?

Селир Трол не сразу ответил, так как был озабочен тем, что сосредоточено, рассматривал тончайший шов на груди Штольца, сделанный лазерным лучом, только дождавшись, когда он полностью затянется, так что от него не осталосмь никакого следа, он ответил:

- Откуда же я знаю, Магилла? Сбежал он, вместе со своим братом и друзьями за реку, могу предположить, что он теперь гость епископа Смарагда.

- Он мне нужен прямо сейчас. Я отправляюсь к нему. Сразу приняла решение Магилла Вуд, даже не стала слушать возражения Селира, хотя тот и не пытался этого делать, и стремительно вышла из операционной.

Капитан посмотрел ей вслед, а обернувшись, обнаружил, что Штольц сидит на кровати и одевает комбинезон врача, оставшийся от предыдущей смены. Он не стал его отговаривать, хотя, наверное, ему еще и рано было приступать к активной деятельности.

- У тебя есть какой-то план, Ганс? Спросил Селир.

- Плана нет, но до Аби Вуда надо добраться раньше, чем это сделает Гермес. Куда Магилла пошла?

- На взлетную площадку, там у нее тяговый флопер.

Взлетно-посадочные площадки для тяжелых ракетопланов находилась за пределами самой клинике, так что Штольц едва успел, перехватив по дороге электрокар. Флопер уже набирал тягу: три гигантских кольца, поблескивая накопительными линзами, вращались в разные стороны, набирая скорость, постепенно вокруг них образовывалсь голубоватая сфера. Начальник Внутренней линии успел заскочить в флопер, когда в центре сферы начинал зажигаться фотонный двигатель, который на первых стадиях разогрева походил на огненные крылья серафимов. В этих вращающихся кольцах, где подвижна были только внешняя часть накопителя с линзами, и содержалась вся начинка воздушно-космического корабля: каюты, боевое отделение, пункт управления, радары, вооружение и прочее. Попав внутрь, Штольц прошел через шлюзовую камеру, где повергся дезинфекции, ему выдали новый комбинезон и только здесь он понял, что флопер стремительно набирает скорость, явно не собираясь лететь к Оградору, а уходя в открытый космос. Надо было найти Магиллу, чтобы узнать каковы ее планы, зачем ее флопер предпринимает столь странный маневр с выходом в космос. Штольц пробирался по бесконечным корридорам флопера и обеспокоенный персонал, снующий в разных направлениях, не обращал на него никакого внимания. Магиллу Вуд он нашел в примерочной. К его удивлению, было и такое помещение на флопере. Он зашел в каюту, озираясь по сторонам, так как везде были развешены самые невероятные наряды, куски материала с фантастическими дизайнерскими расцветками. Магилла стояла посреди всего этого великолепия и несколько полуголых девиц-андроидов с помощью булавок подгоняли новое платье под фигуру Магиллы. Увидев бритого, лысого начальника Внутренней линии она весело улыбнулась, почему-то начальник Внутренней линии всегда вызывал у нее озорное настроение.

- А, Начальник, воскресили тебя. И чего ты за мной увязался?

- Мне нужны эти скрижали. Они должны принадлежать Внутренеей линии.

Магилла даже на мгновение онемела от такой наглости Штольца.

- С чего это? Только и смогла сказать она.

- Владение скрижалями даст преимущество Континентам. Мы, наконец, сможем объединить человечество и подчиним города.

Андроиды закончили примерку. Магилла разоблачилась, оставшись в полупрозрачном боди. Она уселась за столик с зеркалом и начала красить губы.

- Сколько лет тебя знаю, Ганс, а ты все не меняешься. Такой же идеалист, все хочешь спасти человечество. А ведь все гораздо проще: вот тебя Гермес убил, в самое сердце зарезал, а тебе новое вставили. С помощью врачей мы все можем сделать. Но их ресурс ограничен, а скрижали нам дают практически неисчерпаемые возможности. Так воспользуйся ими для себя, а не для чпасения человечества.

Штольц уселся на диван, пошарил руками по обивке, что доставило ему видимое удовольствие это отразилось улыбкой на его широком лице.

- О, мушлон. Редкий в наше время материал. Любишь роскошь, Магилла.

Девушка ответила не сразу, докрасила губы, принялась подводить глаза, но все же снизошла до Штольца.

- Это вы, континенталы, привыкли жить в норах и прятаться от любой опасности. А я хочу жить не просто свободно, а ничем не ограничено.

Она бросила тушь на стол, резко повернулась к Начальнику.

- Ты думаешь, я хочу быть бессмертной. Нет, ошибаешься. Ни я, ни Гроник, ни остальные в этом не нуждаются. Бессмертие без наслаждения бессмысленно. Наша цель в том, чтобы эти наслаждения длились всегда.

- Всякое наслаждение притупляется со временем. Возразил Штольц.

Закончив с макияжем, Магилла повернулась к Штольцу, смотрела на него как на маленького.

- Ганс, тебе ли объяснять, что врачи уже давно овладели всеми технологиями, которые дадут нам возможность испытывать наслаждения всегда. Бесконечно. Но чтобы этого достичь, нужны скрижали гиплотахов.

Магилла развела руками в стороны встала и подошла к иллюминатору. Флопер поднялся над атмосферой, темное пространство, усеянное звездами, открывалось со всех сторон. По курсу флопера в этом пространстве висела гигантская платформа верхнего города.

- Далеко забрался. Не отрываясь от иллюминатора, сказала Магилла Вуд.

- И какой у тебя план. Спросил обеспокоенный Штольц, он что-то начинал волноваться, выражение лица Магиллы ничего хорошего не предвещало.

- Ты можешь называть это страстью мое стремление к наслаждению, но, на мой взгляд, это стремление к совершенству, как всякая страсть. Пойми, Штольц, сейчас, наконец, человечество достигло такого уровня, что можно быть и вечно живым и вечно довольным. Вот у тебя, сколько длится оргазм?

Вопрос Штольца смутил, он покраснел. У него уже давно не было оргазма, да и вообще вся эта сфера жизни была для него не столь актуальна, как для Магиллы, поэтому он не мог понять ее, только пробормотал:

- Оргазм не может быть бесконечным, это вредно, я слышал, что от этого даже умереть можно. Совсем умереть, без вариантов.

Магилла села на диван рядом с Начальником, он ощутил через мягкую, тонкую, ткань тепло ее горячего тела, даже сквозь ткань своего комбинезона.

- Я же говорю, никаких побочек. Мы можем менять все в нашем теле, мы можем сделать новое тело. И никогда не будет остановки, только радость, только блаженство. Что кому нравится, то и будет получать.

Пока она говорила, Штольц немного остранился от нее, встал и подошел к иллюминатору. Там он увидел, как от одной из посадочных надстроек на самой верхней части платформы отделился огромный гексакоптер внешне он был похож на огромную колесницу, такое сходство ей придавали два огненных круга, которые вращались по обе стороны от веретенообразного корпуса гексокоптера. Он завис над платформой, круги, имевшие, внешне беловатый цвет плазмы, начали вращаться все быстрее и быстрее, пестепенно меняя цвет на малиновый.

- А вот и отец тебя встречает. Слушай, пульсары гексакоптера в боевом состоянии, если твой флопер не сделает маневр, нас разнесет на кусочки.

- Не переживай, мои пилоты знают свое дело.

Штольц продолжал стоять около иллюминатора, любуясь этой прекрасной машиной смерти гексакоптером Гамбига, пульсары которого уже были взведены. Между огненными колесами проскочил ослепительно белый разряд, а затем три изумрудных луча устремились к флоперу, но не достигли его, так как тяговик резко ушел вниз, сделал крутой вираж и завис прямо над платформой города. Чтобы произвести следующий выстрел, который мог бы настигнуть флопер, гексакоптер должен был бы сделать сложный маневр, который он уже и начал выполнять.

- Да, отец неугомонный. Сказала Магилла, встав с дивана, и вместе с Начальником глядела в иллюминатор, на корпоративный дом верхнего уровня. У моего отца другая страсть жажда власти.

Гарри Вуд в тот момент, когда флопер его дочери появился в пределах видимости наблюдательных постов Гамбига, находился в своем кабинете и пребывал в совершенно мрачном настроении. Он сидел за огромнм столом, на котором были в беспорядке разбросаны карты таро. Гарри сидел неподвижно, уставившись в одну точку, и в голове у него вертелась только одна мысль все его предали. Дочь Магилла, устроила заговор, Нукес покинул поле боя, Вэй Фан из Содружества так и не отдал приказ запустить ракеты по континентам. Первая реакция Гарри на сообщение о дочере была спонтанной, продиктованной скорее эмоциями дать залп из пушки-пульсара по флоперу. Возможно, он расчитывал, что флопер дочере увернется и у него еще будет возможность спросить у нее о мотивах такого поведения. Он ей доверял! В ее руках такой ответственный бизнес. Когда флопер Магиллы ушел от удара, Гарри немного остыл и решил все же поговорить с дочерью. Ведь не случайно она прилетела. Он вышел на связь, точас на всех мониторах появилось самодовольное, красивое лицо дочери, за ее плечами маячил Штольц:

- Этот что там у тебя делает? Недовольно спросил Гарри.

- Отец, он мне помогает в одном деле.

Она рассказала ему всю историю, связанную с перфокартами. Поведала о замысле Гермеса и о том, что Аби с друзьями укрылся в Оградоре у епископа Смарагда. Гарри внимательно слушал и по мере того, как вникал в рассказ дочери, в нем крепко зрела одна мысль, которая, как ему казалось, снова поможет ему быть на коне и в один счет решить то, что он так долго и с таким трудом пытался осуществить. Он не стал прерывать сеанс связи, Магилла пространно говорила, что-то еще пыталась объяснить, но он уже не слушал. Страсть к безграничной власти, давно поглотила его полностью, не оставив в нем ничего человеческого. В нем остались только инстинкты зверя, но умного зверя. Пока дочь говорила, он уже отдал приказание вывести из ангара еще два гексакоптера. Они зашли еще с двух сторон, так чтобы у флопера теперь не было никакого шанса сманеврировать и ответить из своих пушек.

Штольц первый догадася, что как-то все идет не так: он наблюдал за лицом Гарри Вуда, начальник Внутренней линии был опытный физиономист и сразу понял Вуд совершенно не собирается с ними договариваться. Последовал сильный толчок с правой стороны, машину затрясло, и они оба упала на пол. Зазвенела аварийная сирена, флопер потеряв управление, устремился к земле, отсеки наполнились едким дымом.

- Где у тебя спасательные шлюпки? Крикнул Штольц, откашливаясь, начиная уже задыхаться от проникающего в легкие дыма. Магилла, также откашливалась, указывая рукой на дверь. Они выскочили в коридор, все тряслось, дребезжало, языки пламени уже вырывались из панелей внутренней обшивки. Когда они добрались до спасательного отсека, то увидели, что семь кабин из восьми со шлюпками завалены пылающими и искрящимися балками. Магилла отолкнула, попытавшегося было проникнуть в еще свободную кабину начальника, и сама заняла место в спасательной шлюпке, крикнув Штольцу: Скафандр, оставшуюся часть фразы Ганс не расслышал включился двигатель шлюпки, раскрылся шлюз, и аппарат резко ушел вниз. Штольц заметался по отсеку, языки пламени, казалось, были повсюду, но вентиляция продолжала работать и дым из отсека полностью уходил. Штольц сохранял ясность мысли, он сообразил, что скафандр - это часть комплекса ситемы индивидуальной защиты, специальный костюм с небольшим реактивным движком и парашютом. Этот отсек с костюмами располагался за кабиной пилота и до них огонь еще не добрался, так что начальник быстро облачился в скафандр, дернул ручку катапультирования. Сначала его сильно завертело, он попытался запустить двигатель, тот не сработал, но выскочил парашют, и Штольц повис в воздухе, имея возможность наблюдать как флопер, горящим шаром падает на нижний уровень Гамбига. Огненный шар быстро приближался к земле, от него отваливались куски горящих ферм, рангоуты и прочие части корабля. С высоты Штольцу была прекрасно видна платформа города верхнего уровня, в основной башне его, в нижней части открылось гигантское чрево ангара и оттуда вылетели два гексакоптера и, сделав вираж, стремительно полетели в восточном направлении, к Оградору.

* * * *

Николь и Аманда встретили известие о том, что можно сойти на берег разлома-реки с большим воодушевлением. Хотелось вдохнуть свежего воздуха и ощутить простор. Хотелось верить в то, что, когда они выберутся наружу, все изменится. Что именно им самим были неясно, но Аманда последние сутки ощущала себя как-то совершенно необычно не так как до соединения с трансмутором. И даже дело было не в том, что в ней теперь проснулась другая личность, а скорее в том, что она сама стала смотреть на себя как бы со стороны. Со своей второй личностью Аманда не находилась в противоречии, потому что полностью адаптировалась к ее особенностям, сразу, как только она пробудилась. Кроме того, она осознавала, что сама, отчасти, создавалась Умникой по образу Дарни Скачковой.

В разговорах с Николь, ожившей Дарни (по сути, она вела с ней постоянный внутрениий монолог), Максимовым и даже с 13/12, она вдруг поняла, что в ней есть еще кто-то третий. Накануне выхода на поверхность Аманда еще раз анализировала цифровые ряды, которые транслировались для Максимова. Во время этих умственных упражнений к ней неожиданно присоединилась Дарни и высказала мысль о то, что возможно это коды к каким-то ячейкам памяти. Да, но должен быть носитель. Где эти ячейки хранятся. Иначе все это бессмысленно - возразила Аманда.

На этом возражении она и уснула, вместе с ней угомонилась и Дарни, с непонятным для Аманды посылом: толи она задумалась над этой темой, толи для нее это было не так важно. Аманде снился сон. Сначала она в сети нашла дневник. Он относился к 1995 году. Она четко видела дату: 23 апреля, начала читать и вдруг исчезла. Вместо нее самой появились, в сознании, или наоборот эти образы попали в сознание, кто-то другой, вероятно автор дневника. Аманда просто себя увидела в то далекое время, будто это происходило сейчас вне времени, конкретного места, не касаясь ее самой, Дарни и кого-либо другого. Она, Аманда проживала эту жизнь, на самом деле чью-то, как свою. Проживала то, что было как происходящее здесь и сейчас. Вот что она чувствовала-видела.

Аромат раннего весеннего воздуха пьянит. На деревьях почки готовы распуститься, но еще это не случилось в воздухе от того прибавляется липкости вдыхаемого запаха деревьев. Ночь опустилась на город. Пасхальная ночь. Молодой человек ждет около трехэтажного дома с массивными балконами, увесистым карнизом и барельефными украшениями на стенах. На третьем этаже в окне горит свет, едва ли не единственный в этот ночной час во всем доме. Из дома вышли молодая девушка и женщина лет пятидесяти. Они поравнялись с молодым мужчиной, назвали его по имени, однако Аманда не разобрала его. Потом они пошли по ночному городу, освященному неяркими фонарями, который становилось все меньше и меньше по мере того, как они достигли маленького кладбищенского храма, где участвовали в Пасхальной утрени, провозглашали Христос Воскресе!, слушали евангелие, читаемое на разных языках.

Этот эпизод из чьей-то далекой жизни, которая давно завершилась, но снова повторялась в сознании Аманды, чрезвычайно смутил ее. Проснувшись, она даже не сразу осознала, что это был сон, а главное Аманда не ощущала Дарни. Она не успела всю эту новую информацию, как следует обдумать, как к ней в каюту заглянула Николь и позвала Аманду наружу. Инспектор не обратила внимания на состояние Аманды, слишком спешила попасть на берег. В рубке капитан осматривал в бинокль город. Это выглядело несколько странновато, так как прозрачные, чудовищно огромные башни замка буквально нависали над рекой. Но на самом деле Кодра Тура рассматривал сферы, которые медленно двигались вокруг гордских башен. Николь выбравшаяся на верхнюю палубу и какое-то время стоявшая рядом с Кодра Тура, насчитала двадцать пять сфер.

- Там живет духовенство города. Оградор, в отличие от всех других городов абсолютная теократия, во главе которой стоит епископ Смарагд. Объяснил капитан, не поворачивая головы в сторону инспектора. Николь и Аманда спустились по сходням на бетонный помост. То, что называли портом Оградора, на самом деле было несколькими простейшими бетонными пристанями, к которым удалось пришвартовать крейсер. Пристань была длинной, поэтому несколько десятков метров до берега нужно было пройти по ним, чтобы ощутить настоящую землю под ногами. Пристань была достаточно широкой, чтобы по ней могли перемещаться два-три человека вполне свободно. Николь и Аманда прохаживались по пристани, наблюдая за сферами Оградора. Аманда сосредоточено о чем-то размышляла, а Николь подумала о том, что до сих пор сегодня не разговаривала с Дарни.

- Ты задумчива сегодня, Аманда. Сказала, наконец, Николь.

Девушка пристально посмотрела на нее, будто проверяя, стоит ли ей все рассказать. А потом все же рассказала о сне, исчезновении Дарни и новых ощущениях. Инспектор покачала головой, изрекла.

- Ясно. Я так и думала ряды цифр, которые транслируются для Максимова это коды доступа к ячейкам памяти. Нет ничего удивительного, что именно тебе дано это видение, потому что ты интерфейс Умники, через тебя она будет подключать эти ячейки.

Аманда приняла объяснение, как наиболее приемлемое. Но Николь вдруг осенила другая мысль, которая она тут же и озвучила:

- Но тогда это какой-то фрагмент, чьего-то воспоминания попавший к тебе благодаря тому, что Умника обладает обширной базой данных, которую она собирала в течение тысячелетий. В данном случай это фрагмент дневника вот к этой ячейки и подошел код.

- А дальше сама машина реконструировала события по фрагменту, используя разные другие данные из этой эпохи и транслируя в твой мозг, Аманда. Это не сложно было сделать, так как ты и сама являешься частью Умники. - Эта была фраза Максимова, который также выбрался из лодки вместе с 13/12, и теперь уже несколько минут стоял рядом с девушками на пристани, прислушиваясь к их разговору. Все, кажется, прояснила.

- Нас, видимо, рассматривают. Заявил 13/12, указывая рукой на одну из самых больших сфер, которая как раз была на уровне шпиля башни.

- Почему ты так решил? Недоумевал Максимов

- Все сферы движутся, а эта зависла на одном месте, так чтобы мы были в прямой видимости.

В подтверждении догадок 13/12 последовал вызов по резисту Николь. Капитан сообщил ей, что епископ Смарагд согласился дать им приют, и хотел бы с ними встретиться. Это было естественное желание, Николь и Аманда были с этим согласны. Тем более им и самим хотелось переговорить с епископом, о котором инспектор знала только то, что написано в энциклопедии АРЗ. Максимов с 13/12 также вполне были согласны с этим мнением, осталось спросить только Дарни.

- Что?

Не поняла Аманда, она беспечно созерцала небо, в тот момент, когда все смотрели в ожидании на нее. Николь взяла обе ее ладони в свои руки, и пристально посмотрела ей в глаза.

- Ее нет. Ответила не ее вопросительный взгляд Аманда.

- Т. е. как нет? Не понял Николь

- Я не могу ее вызвать. Потеряла связь с ней.

Инспектор отпустила руки девушки, перестала смотреть ей в глаза. Дарни где-то теперь в системе Умники.

- Полагаю, что всякая душа может быть самостоятельной единицей, обретя тело. Как этого достичь, вот вопрос. Высказал предположение Дэвид.

- Ха, тогда нам по адресу, кому как не христианскому епископу разбираться в вопросах о душе. Пошутил13/12.

Вопрос о месте пребывания Дарни остался неразрешенным, но даже Николь надеялась втайне, что ответы все находятся в Оградоре. С пристани они попали на бетонную площадку, но движение по ней было невозможно. Они в ужасе остановились на месте повсюду на всем протяжении площади, вплоть до ворот города, гонимые ветром, перемещались небольшие кучки зугритас нури. Здесь пыль была настолько тонкой, что при малейшем волнении воздуха поднималась вверх.

Со стороны города они услышали нарастающий гул, как будто летели сотни стрекоз. Из-за правой башни показался рой геликоптеров, их вытянутые коричневые сегментированные корпуса действительно напоминали тела каких-то насекомых, схожесть добавлял головная кабина с двумя выпуклыми, большими, позолоченными иллюминаторами, крайне похожими на глаза стрекоз. Стрекотный звук издавали семь прозрачных крыльев, расположенных с кажой стороны корпуса, они делали стремительные взмахи, создавая подъемную тягу. Геликоптеры недолетая до движущихся от крейсера людей зависли в сотне метров от них. От роя отделилась одна машина, которая плавно приземлилась недалеко от Аманды и Николь, стоявших несколько впереди всех остальных. Движение крыльев геликоптера подняло невообразимое пылевое облако при его посадке, но оно тут же опустилось, как только крылья замерли на месте. Открылся боковой люк и спустился на землю трап, по которому сошел крематоген высокий и уродливый, в коричневых лохмотьях. Он подошел к Николь и представился:

- Пешека, помощник епископа Смарагда. Пойдемте, владыка вас ждет.

Внутри аппарата тесновато: можно было только сидеть на небольших креслах вдоль обеих бортов, перемещаться по салону можно было пригнувшись. Зато очень просторно в салоне пилота, там слепой отрон управлял геликоптером. Машина взмыла ввысь и устремилась к городу, за ней полетели все остальные геликоптеры. Аманда смотрела в маленький иллюминатор на проплывающие внизу бесконечные поля серебристой пыли, на красноватую поверхность земли, которая уже никогда ничего не родит. Здесь, внутри геликоптера, шум крыльев ощущался как мерный спокойный гул, под который Аманда и заснула, погрузившись в мнемоническое пространство, в котором очень четко представился прежде, уже виденный ей мир. Теперь это был теплый, сентябрьский вечер. Шумная улица, по обочинам растут липы с круглыми кронами, мчатся автомобили. Листья у деревьев уже сентябрьские снизу красные, сверху темно-зеленые. На автобусной остановке стоял он, тот самый человек, который провожал тогда на Пасхальную службу девушку с ее матерью. Звали молодого человека Тимей, в руке он держал букет алых роз. Тимей сегодня хотел сделать предложение Наташе, той девушки, с которой он был в храме. Решение он это принял несколько дней назад, но не был уверен, что она согласиться. Сегодня был хороший повод у Наташи был день Ангела, и он всегда ее поздравлял в этот день, вот уже второй год.

Он поглядывал по сторонам, щурился на солнце, смотрел на часы, Наташа немного опаздывала. Наконец, она появилась на другой стороне улицы. На ней был ее любимый джинсовый сарафан и коричневый легкий плащ. Она остановилась на светофоре, озабочено посмотрела на другую сторону улицы, искала глазами Тимея, лицо ее было сосредоточенно и как будто обеспокоено. Увидев Тимея, Наташа улыбнулась, замахала рукой. Загорелся зеленый свет, она побежала через переход. И вот девушка уже рядом. Ее широкое, чуть смугловатое лицо сияло от радости, волнистые черные волосы колыхались на ветру, подкрашенные круглые глаза Наташи искрились лаской.

- Привет! Сказала она.

- Это тебе. Поздравляю с днем ангела. Андрей протянул ей букет.

- Ой, как здорово!

Она прижала розы к груди, на мгновение прикоснулась к бутонам щекой. Рядом с дорогой был сквер, и они медленно пошли по аллеи, все дальше удаляясь от шумной улицы. Наташа все время что-то рассказывала, а Тимей влюбленно смотрел на нее сбоку, соображая, как ей сказать о главном. Наконец, они сели на скамейку под развесистой липой и Тимей решился сказать:

- Наташ, будь моей женой.

Наташа замолчала, серьезно посмотрела на него. В ее больших глазах, которые от удивления еще больше округлились, он увидел нерешительность. Даже растерянность.

- Я не знаю, пока, Тимуша. Мне надо подумать.

Она положила ему руку на плечо, попыталась заглянуть в глаза, но Тимей не хотел этого и отвернулся.

- Ты подождешь?

С надеждой спросила она, Тимей молча кивнул головой.

Усилившийся гул крыльев вывел Аманду из забытья. Геликоптер шел на посадку. Девушка думала о том, что сейчас видела и знала, что Наташа за Тимея Скачкова замуж так и не выйдет. Геликоптер приземлился на специальную площадку у самого входа в город. Здесь они все вышли и направились к открытым воротам. Вблизи оказалось, что бронебойный плексиглаз, из которого были сделаны и стены, и башни, имеет зеленоватый оттенок. Они оказались в крепости, внутреннее ее пространство было густо застроено дома разной величины и формы располагались почти впритык. Пешека повел их к самому крупному зданию. При ближайшем рассмотрении оно оказалось деревянным, довольно искусно выстроенным. Они вошли в небольшой коридор. Из него попали в довольно просторную гостиную. Здесь у стены стоял большой диван, обшитый черной кожей, с правой стороны было два высоких окна, через них солнечный свет хорошо освещал всю гостиную и бликовал на поверхности натертого до блеска паркета. На противоположной стене висела большая картина с какой-то непонятной абстракцией. Пешека незаметно удалился, оставив гостей одних. Максимов и 13/12 начали осматривать гостиную, заглядывая в каждую щель, а Николь с Амандой сели на диван. Инспектор обратила внимание на какую-то странную рассеянность Аманды, она спросила ее об этом. Та вкратце пересказала сон.

- Это детализаци воспоминаний. Сказал Максимов, который хотя и был увлечен осмотром гостиной, но все хорошо слышал.

- Детализация? Не поняла Николь.

- Так происходит, когда производят настройки системы: надо уточнить максимально все подробности, выстроить их в определенную структуру исходя из логики тех событий, которые заложены в воспоминаниях.

- Но тогда надо говорить и о аксиологической мнемонизации. В том смысле, что должен быть отбор воспоминаний по их ценности для конкретного человека

Это сказал епископ. Никто не услышал, как он вошел в гостиную. Владыка внимательно разглядывал гостей своим единственным глазом, на месте второго зияла пустота. Из-за спины епископа выглядывал Пешека.

- Я многое о тебе знаю, Аманда. Сказал он, обращаясь к девушке.

- Откуда?

- Калош постоянно рассказывает о тебе последние несколько месяцев. Он называет тебя не иначе как Вавилонская блудница.

- А Калош это кто? Уточнил Максимов.

- Это наш старец-исихаст. Но, несмотря на это он бывает довольно болтлив.

Епископ повернулся к ним боком и жестом пригласил идти вперед. Сам он, вместе с Пешекой, следовал позади как охранник. Они оказались в комнате круглой формы, здесь были по всей окружности расставлены удобные кресла. Комната была освещена желтоватым светом, который лился с потолка. Все разместились в креслах, епископ сел напротив Аманды. Пешека принес вина, разлил в высокие бокалы, которые пришлось держать в руках.

- Это кагор. Мы сами выращиваем виноград. Для этого очистили полностью небольшой клочок земли. Пояснил владыка.

Все отхлебнули по глотку. Вино было кислое, с небольшой примесью терпкости.

- Я почти все про тебя знаю, Аманда. И о твоих снах.

- Это все старец? Спросил Максимов.

- Не только. Когда Саблер пришвартовался в порту, отроны полностью считали ваши внутренние монологи и диалоги.

Так он прикровенно выразился, желая показать, что полностью контролирует ситуацию. Воцарилась тишина, епископ смотрел то на одного, то на другого из членов команды Аманды своим единственным глазом. Почти все выпили вино из бокалов и теперь каждый не знал, куда их деть. Максимов сказал:

- Цитадель Оградора из стекла и пластика. Это очень предусмотрительно.

- Да. Согласился владыка Смарагд. - Это защищает нас от лучей пульсаров, в худшем случае, они просто оплавляют часть стен. Снаряды, также не страшны бронепластику. А заметили, что стекло и пластик у нас в разных цветах гаммах: под сапфир, рубин и прочие драгоценные камни?

Епископ как-то торжествующе посмотрел на всех, ожидая какой-то реакции. Николь через резист подключилась к сети, ввела запрос, чтобы понять на какую символику намекает епископ.

- Это про небесный Иерусалим? Догадалась она, получив необходимую информацию.

- Верно, инспектор. Вот и живем с этим. К нам редко прибывают гости, но система безопасности города устроена так, что мы все про всех почти сразу знаем. Вам нужно убежище? Я и отцы Синода решили вам его предоставить. Пока вы находитесь в Оградоре, вам ничего не угрожает.

- А что насчет моих снов? Задала вопрос Аманда, будто ее соверешенно не интерсовала возможность укрыться в Оградоре от опасности.

Епископ ответил не сразу. Допив вино, он передал бокал Пешеке, который принял его на серебрянный поднос, а потом собрал пустые бокалы у всех остальных.

- Вот так и люди пустые бокалы. Задумчиво сказал владыка Смарагд и ответил на вопрос Аманды:

- Это не твои сны, это чужие воспоминания. Они выстроены в структуру, на основе тех дневниковых записей, которые открылись в результате введения кода вашего друга Максимова.

- Но на основе только дневниковых записей не выстроишь такую яркую картину. Искренне удивилась Аманда.

- Конечно, не выстроишь. Умника просто моделирует недостающее, используя всю ту информацию, которая у нее скопилась за многие тысячелетия.

- Аманде приснилось кино? Подключилась к разговору Николь.

Епископ Смарагд внимательно посмотрел на Николь Илэван, буто пытаясь что-то вспомнить. Его лицо осенилось подобием улыбки.

- Инспектор, а ты у нас давно не была. Ведь Оградор находится в пределах регистровой зоны.

- Инспектировать особо нечего. Я думаю, здесь врядли есть те, кого нужно спасать.

- Ну конечно. А вот законсервированные зоны наведать у тебя всегда время находится. Епископ снова попытался улыбнуться.

Николь показалась подозрительной такая подробная осведомленность епископа. Она, конечно, знала, что люди владыки есть во всех секретных службах, а христиане-хуторяне, как самые верные и преданные, были глазами и ушами епископа везде, где была хоть какая-то разумная жизнь. А пока она об этом думала, епископ еще больше удивил своими знаниями.

- Зря ты синхронизировалась с Умникой. Ох уж это человеческое любопытство! Когда-то, очень и очень давно, Тимей Скачков хотел спасти свою жену. Задал алгоритм машине, по сути, отправил ее с заданием в будущее. А там ничего не произошло. Точнее мы не знаем, что там произошло, так как расчетное время совпало с эпохой, которую сейчас принято называть Новое тёмное время.

Он на время умолк, будто вспоминая что-то или тщательно обдумывая. Епископ Оградора по своему положению стоял вне всяких союзов и группировок, но считал свою власть обязательной для всех, даже для гиплотахов.

- Но задание-то осталось. Продолжал он свой рассказ. И Умника начала искать решение, а для этого синхронизироваться с живыми участниками исторического процесса жизни человечества.

- Постойте, владыка, но ведь изначально, судя по ежедневнику, Тимей синхронизировал свою жену. Возразила Николь.

- О да. Но к этому времени она уже умерла. Тимей, ошибочно полагал, что создание цифровой копии Дарни и загрузка ее в машину будет достаточным для того, чтобы затем, по сути, воскресить ее. Однако это не так, требовалось большее, чтобы восстановить личность. Чтобы она снова стала человеком.

- А трансмутор? Не сдавалась Николь

- Трансмутор пробуждает сознание. Он не может восстановить личность. Просто собирает все доступные воспоминания, впечатления, ощущения. И вся эта смесь, порой, дает необычные комбинации, но совершенно не те, которые предполагались. Прежняя личность не возвращается. Это просто точная копия ее.

Владыка остановился около окна, опять что-то обдумывал. В этот момент к нему подошел Пешека и что-то шепнул ему на ухо. Епископ обернулся к гостям хлопнул в ладоши, а затем, потирая их друг о друга сообщил всем:

- Что ж, Пешека покажит вам новое жилье. Пока поживете здесь, в замке, а потом подумаем, как нам разрешить эту ситуацию.

Проводив взглядом удалившихся неожиданных гостей, епископ вспомнил, что недавно на связь с ним выходил гиплотах Гермес. Что нужно этому пройдохе? Гиплотах уверен, что имеет какое-то влияние на него, епископа Смарагда, влыдыку Оградора, последнего Христова архиерея на планете. Впрочем, Пешека сообщал, чо Гермес вроде как получил Руководство, а значит он сейчас главная фигура в Братстве. Пешека, проводив гостей, вернулся в гостинную. Епископ мрачно посмотрел на него и спросил:

- Что ты о них скажешь?

- Аманда не та, за кого себя выдает, остальные пешки.

- Почему ты так решил?

- Они слишком похожи на случайно собранных людей для того, чтобы отвлечь внимание от главной цели.

Владыка перебрал несколько костяшек чёток, шепча молитву, и велел приготовить переговорную комнату, на связь минут через десять должен был выйти Гермес. Переговорной называлась небольшая комната, расположенная на первом этаже замка. Это даже скорее не комната была, а отгороженный специальными ширмами уголок, где стояло удобное вращающееся кресло перед большой панелью монитора вмонтированного в стену. Епископ Смарагд удобно устроился в кресле. Свет погас вообще во всем зале, а монитор засиял голубыми разводами, напомнив владыке его далекое детство. Он не мог точно вспомнить, в каком именно году это было, так часто продлевалась врачами жизнь его бренной плоти. В детстве он любил вечерами валятся на полу, застеленном ковром перед телевизором и смотреть все подряд. Рядом в мягком кресле сидел отец и читал газету при свете лампы в абажуре, а в другом кресле дремала мама. Стоп! Подумал епископ. У меня не было таких воспоминаний. Откуда они? Неужели при последней прошивке опять что-то вставили лишнее? Но все же эти образы были до боли знакомы, а главное навевали приятные чувства. Однако подумать над всем этим, у него не было времени: монитор, наконец, освободился от голубых разводов и владыка увидел гиплотаха в капюшоне на фоне каких-то колб и реторт. Это он у врачей находится. И вот чего он передо мной в этом колпаке! - Возмущался про себя епископ, гмплотахи вызывали у него стойкое отвращение. Но переговоры вести с ними надо было.

- Приветствую вас, владыка! Голос Гермеса прозвучал неприятно резко.

- Что вам угодно? Епископ употребил в своем ответе какое-то стародавнее слово угодно, чтобы подчеркнуть все презрение, которое он испытывает к Гермесу.

- Владыка, у меня к вам предложение. Оно исходит из схожести наших религий.

- И какая же там у нас схожесть? Возмутился епископ.

- Смерть.

- Что ты имеешь в виду?

- Братство получило Руководство и в нем сказано, что эта вселенная должна закончить свое существование. Братство, в мое лице, уполномочено совершить акт уичтожения мира. Христиане мечтают о том же уже не одну тысячу лет.

Худшие опасения епископа насчет гиплотахов оправдались они сумашедшие. Но Гермес всегда производил впечатление проженного прагматика. Чего ему на самом деле надо? Владыка спросил:

- А мы-то тут причем?

Гиплотах игнорировал враждебную интонацию епископа и принялся объяснять ему смысл Руководства.

- Реактор это система синтеза вещества, которое в нужное время запустит цепную реакцию, и это будет новый большой взрыв. Им закончится существование нашего мира и будет дано начало формированию нового мира. В Руководстве сказано, что это время наступило.

- Что здесь ты нашел объединяющего нас?

- Вы также ждете конца света. Нам известно о Omnes gentes и смертельных лучах. Наши цели совпадают.

Смертельными лучами гиплотахи называли нетварный свет, который исходил от Бога по молитвам старцев из Omnes gentes. Но такое восприятие божественной энергии было неправильным, однако сейчас надо было выяснить чего хочет Гермес.

- Итак, чего ты хочешь, Гермес?

Гиплотах вкратце рассказал всю историю, связанную с Аби Вудом, картами кодов, которыми он владел и о том, что без них невозможно активизировать Реактор на процесс синтеза. Упомянул Аманду. Рассказ совершенно не заитересовал епископа, но упоминание Аманды выбивалось из всей этой истории:

- А девушка-то тебе зачем? Она как-то не вписывается в твою историю.

Гермес некоторое время молчал, невозможно было понять, что он думает лицо полностью закрыто маской, сквозь прорези едва видны белки глаз.

- Я думаю, она как-то связана с эти всем. Без нее ничего не получится. Наконец выговорил он.

- Аманда у меня. Ей и ее друзьям мы дали убежище. А вот Аби Вуда не видел, к нам он не попадал.

Епископ поднялся с кресла, давая понять, что разговор окончен. Монитор погас. Постояв некоторое время на месте, епископ Смарагд отодвинул шторку, вышел в зал, где его ждал Пешека. Он почтительно молчал, ожидая, что скажет владыка. Епископ Смарагд тянул четки, осчитывая положенное уоличество молитв.

- Плохи дела, Пешека. Наконец сказал он, помощник владыки продолжал молчать, ожидая, что владыка продолжит свою мысль, и он не ошибся.

- Гермес так просто от нас не останет, я наводил о нем справки он привык добиваться своих целей.

- Это так, владыка. Разведка обнаружила, что на правом берегу концентрируются отряды армагеддонов.

- Готовят силовую акцию. Слушай, Пешека, что-то он говорил про еще одну группу, которая от них сбежала. В ее составе братья Вуд.

- Бейси хотел их съесть.

- Кто ему разрешил! Возмутился епископ.

- По закону в астаморинге любая живая плоть это пища, вы же знаете это, владыка. А для отронов они лакомство. Но Вудам удалось сбежать, вместе с теми, кто с ними был, только оряд солдат старшего Вуда мутировал и разбежался.

Епископ Смарагд удовлетворенно наклонил голову и отправился к себе в кабинет, Пешека, как тень последовал за ним.

* * * *

После того как владыка прервал сеанс связи, а он ее именно прервал, Селир Трол, который все время разговора стоял позади Гермеса, иронично выразил свое мнение.

- Не получилось у вас договориться.

- Пока не получилось. Я приказал армагеддонам готовиться к переправе на берег Оградора, думаю, этот факт сделает епископа более сговорчивым.

Он молча прошел мимо капитана и направился по коридору мимо операционных отделенных от коридора лишь бронебойным прозрачным пластиком к посадочной площадке, Селир сопровождал гиплотаха. Гермес снял на ходу капюшон, оставшись в подшлемнике. В каждой операционке гомоиды, под руководством хирурга-человека проводили какие-то операции, связанные с трансплантацией органов. У кого-то что-то вырезали, кому-то что-то вставляли. Гермес вошел в одну из операционных, немного постоял, наблюдая за действиями хирургов. Затем молча вышел из операционной и направился на посадочную платформу, где его ждал гравикоптер.

Гиплотах, устроившись в салоне машины, настроил автопилот на маршрут до Пятнадцатого СОГа. Старый гравикоптер, трясясь на ходу, набирая, опять теряя высоту, летел над дымящимися после боев домами нижнего уровня на предельно малой высоте, едва не задевая антенн. Гиплотах ощущал, что после того как принял Руководство, стал другим. Ему казалось, что теперь общие правила Братства на него не распростяраняются, но только в том случае, если он будет выполнять указания Руководства, так же фанатично, как он исповедовал свою веру в Хааб. Для достижения основной цели любые средства хороши. Поэтому надо собрать как можно больше сил, чтобы заставить этого строптивого епископа выдать ему Аби Вуда.

Коптера уже через десять минут завис над посадочной площадкой столпа. Гермес выпрыгнул из гравикоптера, как только он опустился на растоянии примерно метра над площадкой. Поправил свой плащ, капюшон, успел увидеть, что поверхность площадки безлюдна, никто его не встречал, лишь у одного из зубцов застыл снайпер Ордена Армагеддона.

Гермес спустился через один из двух люков в комнату командора. Здесь его ждал магистр Ордена Ансельм Ран в обществе двух офицеров-армагедднов праздунющих победу над гвардией Гамбига. Все были пьяные в дым. Широкий стол был заставлен разными спиртными напитками: коньяками, виски, вином, водкой, от такого разнообразия у Гермеса даже заребило в глазах. Стол ломился от груды закуски, здесь даже был такой экзотический продукт, как маринованные грибочки. Как раз один из них, пьяный рыцарь с эполетами стапира, пытался, подцепив вилкой из небольшой деревянной кадушки, засунуть в свой рот, но всякий раз не доносил до цели и грибочик падал на ткань белоснежного мундира, заваливаясь под стол.

- Пьете? Не рано?

Сказал Гермес, сняв капюшон, подшлемник и перчатки, которые он бросил на стол. Лицо его приобрело брезгливое выражение, он сел на свободный стул и начал есть креветки. Магистр держал в руке рюмку, наполненную водкой, он обвел этой рукой стол и объяснил:

- Это отроны подогнали. Они вышли на связь, вот, с Санталом. - Ансельм ткнул пальцем в сторону рыцаря, который пытался снова подцепить и отправить в рот грибочек. И сказали ему, что, когда будут есть наши хрящи, хотели бы почувствовать вкус алкоголя и морепродуктов. И мы решили себе ни в чем не отказывать. И ты, Гермес, ешь, пей, все равно умирать.

Магистр налил себе еще одну рюмочку, вторую поставил перед гиплотахом, хотел и ему налить, но тот закрыл ладонью рюмку. Ансельм хотел было подлить второму стапиру, однако он уже мирно спал, пложив голову в салатницу.

- Как обстоят дела со штурмом? Спросил Гермес

- А никак.

Ответил своим плохо слушающимся пьяным ртом Ансельм Ран, и неловко двинув правой рукой, опрокинул на пол чашку с черной икрой.

- Почему?

- Мы довольно благополучно, быстро переправились через реку, кремотагены даже не сопротивлялись, только с постов наблюдали за нами, а как только мы высадились на другом берегу, они все, как по команде ушли.

Он замолчал, занятый тем, что допивал водку и закусывал грибочками, Гермес теряя терпение, поторопил магистра:

- И дальше что?

- А дальше, нас встретили отроны. Они же мысли читаю, биоэхолокаторы у них мощные. Нападают внезапно, разят смертельно, я там пол ксилы бойцов потерял, пришлось отступить. Гермес, нам нужны тяжёлые аппараты, которые есть у городов, чтобы разнести это пластмассовый замок.

Внезапно какая-то другая мысль пришла в голову магистра, он изменился в лице, сделался насколько это возможно в пьяном виде сосредоточенным:

- Слушай, Гермес, а зачем мы за этим Аби Вудом гоняемся? Нам не нужны его перфокарты, вот мои парни. Он показал на двух пьяных стапиров. Они математики, вычислили они эти коды. И вообще у меня в лаборатории, мои спецы давно все параметры Реактора просчитали и могут им управлять без ваших дурацких ритуалов и перфокарт.

Пьяная болтовня Ансельма нисколько не заинтересовала Гермеса он уже давно подозревал, что магистр Ордена пытается овладететь управлением Реактора, понять, как он работает, разобраться в его устройстве. Он знал, что магистр Ордена Армагедднов не верил в Хааб. Однако сомневаться в силе Господина всего недопустимо, поэтому надо проучить магистра.

- А давай, Ансельм, продемострируй мне как это у вас получится. Предложил Гермес.

- Легко.

Заявил Ансельм и начал расталкивать своих притомившихся подчиненных. Оба стапира с трудом разлепили глаза, встали из-за стола, пытаясь вытянуться по стойке смирно.

- Настало время применить свои знания надо перевести Реактор в режим синтеза. Все как вы мне рассказывали в теории, только теперь надо применить на практике.

Оба рыцаря отправились в аппаратную. Гермесу вся эта история не особо нравилась, и он решил покинуть СОГ, пока армагеддоны, что-то там далают в аппаратной. Он потянул за собой слабо сопротивлявшегося Ансельма Рана, почти потащил на себе, ноги магистра заплетались, он с трудом передвигался. Они успели отойти от башни метров на двадцать, как раздался мощнейший взрыв. Взрывной волной их обоих отбросил к стене. Гермес на несколько минут потерял сознание, когда пришел в себя, приподнялся, то увидел, что столп общины полностью разрушен, из земли торчал только ослепительно белый стержень, который являлся какой-то частью реактора. Гермес с трудом встал, в голове гудело, все звуки казались какими-то приглушеннымим, будто он накрылся двумя ватными одеялами. Пошатываясь, он дошел до лежащего у стены магистра, ткнул его в бок носком сапога, Ансельм застонал. Гермес опустился на колени, осторожно перевернул магистра. У него была с правой стороны разбита голова, из большой ссадины текла кровь на подбородок. Кажется, уже весь хмель из магистра выветрился, глаза его были полны ярости. Он подтянулся на руках и уперся спиной в стену.

- Отличные специалисты были. Наконец выдавил он из себя. Видно ошиблись в расчетах.

- Вставай, Ансельм, придется тебе все же Оградор штурмом взять. А гексакоптеры я тебе обеспечу. С Гарри Вудом договорюсь.

Вуд как будто услышал гиплотаха: они услышали все более нарастающий гул с севера, вскоре над СОГом, очень низко над землей со страшным гулом пролетела тройка гексакоптеров.

- А вот и Гарри подключился к нашему общему делу. Так что нам остается лишь посмотреть, как они справятся со своей задачей.

Невесело сказал Гермес, помогая магистру встать. Опираясь на его плечо, они побрели к геликоптеру. Уже поднявшись в воздух и набрав высоту, Гермес увидел в лобовой бронированное стекло геликоптера густой, черный дым, поднимавшийся из-за горизонта.

- Гексакоптеры делают свое дело. Сказал Ансельм, ворочаясь на узкой лавочке в пассажирском отсеке и пытаясь удобнее устроиться на ней.

- Слушай, Гермес, все же мне хотелось знать больше, относительно того, что ты прочитал в Руководстве. Ведь то, что ты рассказал братству это только для верующих фанатиков, а на самом деле?

Гермес в это время продолжал наблюдать за дымом, который становился все гуще. Он уже слышал приглушенный звук от разрывов ракет. Вопрос Ансельма ему был понятен, рыцари Ордена Армагеддона не обязаны были верить в Хааб, но как тогда объяснить человеку, полагавшемуся только на разум вопрос, который исключительно принадлежность веры. Надо говорить на понятном магистру языке. Геликоптер резко повернул вправо, чтобы избежать столкновения с патрульным дроном. Они вошли в пространство, которое теперь контролировали гексакоптеры Гарри Вуда. Коптер Гермеса опустился на самую низкую высоту, почти задевая крыши домов. Гиплотах подбирал слова для Ансельма, мгновение. Обдумав что сказать смог ответить.

- Хорошо, ты не веришь в Хааб. Но у тебя есть знания о Реакторе, твои ученые даже самостоятельно попытались запустить процесс синтеза. Значит, ты знаешь о цикличности работы его.

- Допустим. Согласился магистр.

- Есть теория, что источником, из которого черпает энергию Реактор, является ядро земли, так вод представь, что это не так, а Реактор работает, концентрируя энергию всей вселенной. А значит неизбежно нужно периодическое обновление всей системы. Вот мы сейчас и подошли к этому моменту и именно нам предстоит осуществить это, как в предыдущие циклы. Новый большой взрыв даст начало новой вселенной. И запустить его может только человек, и нам выпала эта честь.

- А как же мы? Обеспокоился Ансельм Ран

- Кто, мы? Не понял Гермес

- Люди. Мы же погибнем.

- О, нет, Ансельм, что ты. Мы же бессмертны. Мы существовали, существуем и будем существовать. Ты забыл про инфопотоки. Особый вид энегии, который состоит из мельчайших частиц, рожденных нашей мыслью, умственной деятельностью. Вселенные сменяются, мы остаемся. Каждый из нас это такой бесконечный инфопоток.

- Это как у Платона айдосы? Догадался магистр.

- Что-то похожее, но каждый раз, чтобы породить новые идеи нужно обновление, сочетание старого и нового даст иное.

Коптер вдруг резко взмыл ввысь, прижав Гермеса к спинке кресла, а магистра к полу, так как от такой тряски он свалился со скамейки.

- В чем дело? Недоумевал Гермес. Мы же договорились с Гарри о встрече и переговорах, почему они нас атакуют.

В следующее мгновение с гексакоптера запустили разрывной снаряд, и, хотя коптер смог снова уклониться, но осколки видимо задели какие-то механизмы, повредив гравитационные подушки, сила тяги начала уменьшаться и коптер мягко плюхнулся на окраине нижнего уровня Гамбига у догоравшего пятиэтажного дома. Они выбрались из наклонившегося на правый борт коптера, хвостовая часть его вяло дымилась. Перед ними простирался выгоревший луг, с торчащими по краям сухими ветлами. На луг опускался гигантский гексакоптер, его огненные гиростаты с шумом вращались, но, когда корабль мягко приземлился на протекторы, они тут же остановились, сделались невидимыми, только инверсионный след еще какое-то время был зрительно ощущаем в воздухе. Нижняя часть гексакоптера открылась, и из чрева его вышел Гарри Вуд в мундире гвардейца Гамбига, но без знаков различия, его высокое положение обозначали только золотистые выпуклые ромбы на петлицах прямого воротинка, да кобура с антикварным пистолетом, которые выдавались лишь представителям высшей власти мегаполиса. Гарри сопровождали два гвардейца в защитном снаряжении, вооруженные короткоствольными пульсарами.

- Что ты хотел от меня, гиплотах? Обратился повелительно он к Гермесу.

- Перфокарты с кодами запуска синтеза у твоего сына, ты же знаешь об этом?

- Что с того?

- Я могу помочь тебе захватить город, а ты мне отдашь перфокарты.

Гарри расхохатался в ответ на это предложение, такая наивность (как ему казалось наивность) Гермеса его забавляла.

- С какой стати мне вообще с тобой о чем-либо говорить, когда я сам могу взять все что мне нужно.

- Но ты не сможешь

Хотел было сказать Гермес, но не успел этого сделать, так как Гарри Вуд выхватил пистолет и выстрелил гиплотаху в голову. Гермес рухнул на землю. Затем Гарри направил пистолет на невозмутимого магистра и велел ему.

- Пойдешь со мной, твои рыцари помогут мне захватить Оградор.

Магистр не возражал и последовал за Гарри. Снова заработали гиростаты гексакоптера, он взлетел и быстро растворился в небе. Но если Гарри Вуд посчитал, что убил Гермеса, он глубоко заблуждался. Подшлемник, изготовленный из криометаллического пластика, выдержал удар пули, да и сама она прошла по касательной, так что гиплотах только потерял сознание и получил большую шику на голове. После того как гексакоптер удалился в небо, Гермес лежал минут пять рапростертый на земле, потом очнулся и почесывая лоб встал и гляда вслед удаляющемуся гексокоптеру прошептал:

- Чудак ты, Гарри, без девушки эти перфокарты бесполезны. Без нее данные с карт ввести невозможно.

Гермес встал на ноги, отряхнул плащ от прилипшых к нему хвороситинок, мусора, пыли и побрел по улицы нижнего уровня Гамбига в сторону полуразрушенного Пятнадцатого СОГа, мимо дымящихся домов, обгоревших машин и трупов людей, бормоча себе под нос:

- Вот тупой ублюдок Гарри Вуд. Дальше своего носа не видит. Лишь больше власти в своих руках собрать. А зачем тебе она? Что ты будешь делать с ней? Ради чего вообще все?

Гермес остановился посреди дороги. Болела голова. Он посмотрел в небо и крикнул:

- Руководство неуклонно будет исполнено! Несмотря ни на что!

* * *

Ансельм Ран осматривал в бинокль позиции крематогенов. Замок Оградора за несколько дней обстрелов из тяжелых орудий гексакоптеров был практически полностью разрушен, но и защитникам его удалось сбить один гексакоптер, который еще догарал почти у самых ворот Оградора.

Отрядамь рыцарей удалось практически без потерь перебраться через реку-разлом, высадиться на берег. Но дальше нескольких сотен метров по берегу, пройти не удавалось: крематогены, засевшие в фортах, открыли шквальный огонь из всего, что у них было. И ни мощные накаты гексокоптеров, ни ракетные обстрелы не могли подавить сопротивление защитников фортов.

- Эх, убегут мои сыночки, пока мы тут медлим. В сердцах воскликнул, стоявший рядом с магистром, Гарри Вуд.

- Слушай, магистр, если твои рыцари возьмут крепость и добудут мне перфокарты, для вас откроются совершенно нове возможности в моей империи, вы станете моей гвардией. Заверил Гарри

Магистр посмотрел на Вуда и продолжал наблюдать за позициями крематогенов. Империя это прекрасно - подумал он. После бобардировки армагеддоны вновь пошли в атаку, но снова крематогены ответили дружным огнем.

- Чтоб их, они какие-то неубиваемые. Проворчал раздасадованный Ансельм Ран и отдал приказ оступать. Гарри Вуд, наблюдая за всем этим, только ухмыльнулся он знал, что рыцари, так или иначе, возьмут форты, но скорее всего, упустят Аби. Он отдал распоряжение своим помощникам выслать несколько дронов-манипуляторов. Они найдут Аби, сбросят на него липкую наносеть, которая спеленает его как ребенка, а дроны в целости доставят его ему в руки.

Пока кремотагены стояли на пути армагеддонов, в Оградоре полным ходом шла эвакуация. Епископ Смарагд стоял у врат собора, оперевшись на посох и с грустью провожал вереницу идущих друг за другом крематогенов и священников. Они проходили мимо епископа, минуя карепостные ворота, чтобы там занять свое место в заранее приготовленных грузовиках. Затем они уезжали в монашескую деревню, чтобы совершить свой путь по лунной дорожке Божественного света. Замыкали эту колону, гости епископа Аманда, Николь, Максимов, 12/13 и Немой.

- Я бы их все же со всеми направил. Так спокойнее было бы. Сказал подошедший к епископу Пешека.

- Мы не можем этого сделать, Калош, считает, что так будет лучше. Где отроны? Будто не разделяя мнения Пешеки, спросил владыка.

- Ушли в подземные убежища. В первой стычке с Орденом они понесли слишком большие потери. Ответил Пешека.

- Проследи, чтобы все обитатели Оградора были эвакуированы, чтобы все прошло хорошо.

Пешека поклонился и отправился исполнять поручение владыки. Епископ с некоторой грустью смотрел на отъезжающих. Он не мог с ними отправиться, Калош советовал ему остаться. Смарагд всегда слушал своего духовного отца. Тот никогда не ошибался. Но старец ничего не сказал ему, что делать дальше.

Канонада приближалась, снаряды со свистом перелетали через остатки крепости, некоторые вспарывали землю в сотнях метров от них. Епископ укрылся под капониром, здесь ждал возвращения Пешеки. Смотрел в небо, на горящие сферы. Они пылали и медленно опускались на землю, гравиподушки работали, даже при поврежденных силовых установках. Сферы были похожи теперь на большие шарообразные цветы, которые кто-то целой горстью сбросил с неба. Они падали, дымный фиолетовый шлейф дыма тянулся за ними, горящие шары скрывались за горизонтом.

Между воронками, кусками арматуры и крупными кусками бетонных стен пробирался к капониру Пешека. Епископ в задумчивости сидел на обломки плексиглазовой стены. Помощник уселся рядом прямо на землю.

- Всех отправили, владыка. Что теперь?

Епископ выглянул наружу, печально оглядел горизонт, заходящее солнце. Небо уже темнело, целая вереница боевых гравикоптеров летела на запад, в сторону, куда ушли машина с беглецами.

- Мы Гарри Вуду не нужны, Пешека.

Кремотаген понял, о чем думает епископ Смарагд, о чем беспокоится.

- Он не сможет их достать. Овруч нелегко найти, и он хорошо защищен. А потом они сделают все, что предназначено и начнется история нового человечества, с которым Гарри Вуду и всем остальным тягаться будет непросто. Сказал Пешека.

Владыка ничего не ответил. Опираясь на посох, он побрел по песчанной пустыни в сторону заходящего солнца. Пешека молча шел за владыкой, не задавая теперь вопросов, он привык полностью доверять епископу Смарагду во всех его решениях. Наступила ночь, но песчаная равнина освещалась серебристым светом двух лун. Повсюду были видны следы остатки прежних жилищ, полузасыпанных песком. Владыка остановился около одного такого дома:

- Здесь у нас будет привал.

Решил он и уселся прямо на землю. Крематоген зашел в полуразрушенный дом, внутри метался ветер от стены к стене. Пешека оторвал несколько досок от стены, вернулся к епископу, который все также неподвижно сидел, обнявши свой посох. Пешека разложил дрова для костра, простер обе руки над досками, синее пламя на мгновение появилось между ними, доски охватил яркий огонь, будто их залили бензином. Это свойство кремотагенов генерировать огонь, результат генетических изменений, короткой эволюции сделавшей их более приспособленными к выживанию в мире, изуродованном зугритас нури. Нередко этот внутрений огонь они не могли контролировать и тогда происходило самовозгорание, настолько сильное по температурным параметрам, что человек становился в одно мгновение кучкой пепла. Отсюда и названия этого вида людей крематогены.

Пешека прихватил в разрушенном доме два одеяла. Возможно, дом был складом, в нем еще находились какие-то ящики, что там Пешека смотреть не стал. Он накинул одно из одеял на плечи владыки, второе положил около костра и сел на него. Крематоген достал из рюкзака сублимированный хлеб в ваккумной упаковке, флягу с водой, протянул владыке, тот отрицательно замотал головой.

- Надо поужинать, владыка. Силы нам нужны.

Епископ принял хлеб и флягу, но положил рядом с собой, отхлебнув только немного воды.

- Почему мы их отпустили? Спросил Пешека.

- А ты считаешь, что их надо было выдать Гермесу или Гарри Вуду? Старец ясно сказал, что они дадут начало новому человечеству.

- Но вам не обязательно слушать старца, вы епископ. Возразил Пешека.

- В данном случае я с ним согласен. Человечеству надо дать шанс.

- А конец света? Разве его не будет?

- Он уже наступил.

- А как же написано: солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются, где это все?

- Ну а где солнце? И луны нет, их две, теперь. И звезд не видно и разве реактор не может поколебать всю вселенную, уступи мы Гермесу? Возразил Смарагд.

Наступило молчание. Пешека подбросил досок в костер. Огонь на мгновение притух, но доски были сухие и быстро занялись языки пламяни охватили их со всех сторон.

- Пешека, исполнение всех времен теперь наступило, в этом нет сомнения. Божественный свет обильно пролился на нас, Господь призывает верных. Мы никогда не поймем тайного смысла Откровения и тех мест из Священного Писания о конце человечества и мира, однако, поверь мне, мы сейчас переживаем именно этот момент. Наше время закончилось, наступило время Человека настоящего.

- А чего же старец не взял нас в Царство Небесное?

Епископ Смарагд пошевелил своим посохом распадающиеся от огненного жара доски, вверх взвилось облако золотых искр.

- Чтобы придать им солености. Мы же соль мира. Здесь еще остались не только люди будущего, но и прошлого: Содружество, Города, Континенты, гиплотахи, наконец. Всем им понадобится наше слово. Все они должны услышать благую весть.

Пешека, слушая епископа, одобрительно в такт его словам покачал головой. Дослушав, он лег на одеяло и, завернувшись в плащ заснул. На следующий день утренняя прохлада сначала разбудила епископа Смарагда. Он скинул с плеч одеяло, но не спешил вставать. Сидя на своем месте, владыка смотрел на стелющийся сизый туман, на солнце, которое, поднималось над горизонтом. Свет его едва пробивался сквозь этот туман. Веяло холодом, сыростью от реки разлома. Епископ вспомнил подробности вчерашних событий, разговор с Пешекой. Да, они находятся в том времени, о котором принято говорить, как о конце света, но все не так это себе представляли богословы Средневековья. Владыка считал, что все это следствие неправильного толкования Откровения, которое очень прикровенно, тайно и даже темно, местами. Епископ Смарагд был уверен, что видения Иоанна Богослова настолько пропущены через призму его собственного восприятия, что сложно разобраться, что к чему. Старец Калош говорил ему, что его время еще не пришло, и он должен поработать еще Христу, а для этого перенести свою резиденцию в один из СОГов. По сути, в стан врага. Процесс конца света длительный. И быть может они, и вправду найдут точки соприкосновения с Гермесом.

Пешека зашевелился под своим одеялом, он был похож на большую кучу мусора, наконец, эта куча, сбросив, одеяло, стала на ноги. Встряхнувшись, как собака, Пешека, взяв благословение у владыки, приложившись своими шершавыми губами к его руке, снова отправился в разрушенный дом. Вскоре он вышел оттуда, в руках он нес железный чайник и бутылку воды. Пешека раздул еще не погасшие угли, подбросил досок, поставил два кирпича ребром и на них чайник с водой. Вскоре вода закипела. Пешека заварил суфлированное мясо с кашей и брикет фруктового чая.

Когда они закончили завтракать, туман совершенно рассеялся. Перед ними простиралась плоская как стол равнина, золотистый крупный песок тяжело лежал на ней. Полдня они шли друг за дружкой, глобоко натянув куколи, защищая от зноя свои лица. Иногда делали привал, по глотку пили воду, ели сухой инжир. Наконец к исходу второго часа дня епископ и его помощник, усталые, запыленные вышли к берегу реки. Здесь располагалась заброшенная пристань, находящаяся километрах в двадцати от Оградора. К ней была пришвартована огромная подводная лодка. Матросы бегали по палубе, и со стороны казалось, что эта какая-то бессмысленная беготня, но два путника, епископ и его помощник, заметили еще издалека на берегу капитана, который отдавал команды своим матросам. Это был капитан подводного крейсера Саблер Кодра Тура. После того как начался штурм замка, лодка полуичила несколько повреждений обшивки и едва смогла уйти от обстрела. Теперь, пришвартовавшись у этой заброшенной пристани, повреждения пытались устранить.

- Как там Николь со своими друзьями? Поинтересовался капитан.

- Они эвакуированы. Надеюсь, смогут добраться до места эвакуации. А вы, капитан, сможете нам организовать нашу эвакуацию. Спросил владыка.

- Да запросто. Сейчас вот, только подлатаем лодку и в путь. А куда вас доставить, владыка?

- В порт Гамбига.

Кодра Тура посмотрел на дымящийся город, летающие над ним гравикоптеры. В городе местами еще шли бои, слышны были раскаты взрывов. Капитан лишних вопросов не задавал и, пожав плечами сказал:

- Хорошо. Доставим. Грузитесь.

Внутри лодки владыку встретил Сосфен. Он сопроводил беглецов в пустующие каюты, сообщил, что через полчаса подлодка начнет погружение и возьмет курс на порт Гамбига. Пешека бросился было помочь епископу снять мантию, но тот попросил его оставить одного и Пешека удалился к себе в каюту, располагавшуюся, напротив. Оставшись один, епископ Смарагд расстегнул ряд круглых пуговиц на мантии, которая за время путшествия по путыни настолько растрепалась, покрылась пылью, что стала похожа на лохмотья наподобии тех, что носили крематогены.

Он снял панагию, приложился к образу и положил ее на тумбочку. Потом сел на кровать и только теперь ощутил, насколько он устал, и хочет спать. Но мысли не давали покоя почему старец дал такое распоряжение относительно Аманды и ее друзей? Он видел в них начало нового вида людей, способных начать жизнь совершенно на иных основаниях, построить принципиально другую цивилизацию. Впервые в душу его закрались сомнения в правоте старца, но сон смежил ему веки. Голова опустилась на подушку, епископ почувствовал, как подлодка дернулась. Началось погружение. Но владыка уже грезил.

Из аналитической статьи доктора Анджея Ставинского Учение гиплотахов в мартовском номере нет-журнала Ортодоксия

Я мысленно возвращаюсь в XX век. Об этом времени, пожалуй, мы знаем немало. Меня интересует тот эпизод в истории большой страны, который занимал не так много места во временной шкале, но оказал огромное влияние на все последующие века. Этот эпизод касается Христианской Церкви. В тот момент часть человечества провозгласило неверие в Бога ведующей идеологией, ключевой мыслью человечества. Это был вызов всему традиционному, не только Церкви, а всему прежнему идейному укладу человека. На мой взгляд, Церковь тогда выбрала неверную стратегию, она пошла по пути мученичества. Но такое свидетельство могло убедить тех, кто не отрицал Бога в принципе, а на отвергающих Его не влияло. Они воспринимали христиан фанатиками, упрямцами, опасными сумасшедшими, подлежащими изоляции. Вот я спрашиваю себе может это свидетельство было бесполезным? Может надо было просто смириться и принять все как есть?

* * * *

Армагеддоны не сразу сообразили, куда ушла тентованныя машина с беглецами. А когда им удалось установить маршрут, она выбралась за реку и укрылась за грядой холмов. Майор все время выглядывал из-под тента, с тревогой смотрел в небо, ожидая худшего дронова-разведчиков. В тайне надеясь, что обойдется, и они их не обнаружат. Но чуда не произошло когда колоны выбиралась из-за гряды, он услышал приближающийся гул дронов-гравикоптеров. Быстро достигнув грузовика, они уже неотрывно сопровождали его. И хотя сопровождающие охранники-крематогены почти сразу из пульсаров уничтожили летающие аппараты, было понятно, что они передали координаты и теперь надо скоро ждать прибытия более тяжелой техники.

Максимов связался по рации с водителем, и приказал съехать к берегу. Аманда и Николь с бойцами вместе с Максимовым выбрались из кузова, и пошли вдоль берега. Пешека говорил, что здесь их где-то будет ждать лодка, на тот случай, если не удастся оторваться от преследователей на грузовике. Вдоль берега, росли ветлы, они могли укрыть группу от разведчиков, если таковые уже появились. Над ними пронеслись с сильным шумом две иглы, они изменили курс и полетели на запад видимо не заметили беглецов. Максимов высматривая лодку, которую обещал в этих местах Пешека, подумал о том, что врядли Гарри Вуд мог распорядиться послать за ними такие тяжелые аппараты, чтобы их уничтожить, они нужны были ему живые.

Дэвид увидел в сгущающихся сумерках лодку, она была привязана к коряге на берегу. Они быстро погрузились в нее. Немой и 13/12 сели на весла, уже почти в темноте лодка пристала к противоположному берегу. Пройдя по укатанной грунтовой дороге с километр, они различили вдали огни деревни монахов. Ориентируясь по этим огням Максимов и, его группа направились к деревне. Вскоре их встретил келейник старца Калоша. Домики монахов были освящены такими же фонарями, как и келейника, их приглушенный свет едва выхватывал из темноты фасад домиков. Улица поворачивала направо, и им открылось великолепие лунной дорожки, идущих по ней в небо согбенных монахов, крематогенов, даже отронов. Дойдя до середины, они растоврялись в воздухе. Келейник объяснил значение нетварного света, и то, что теперь небо открыто, чтобы достигнуть Царства Небесного. Здесь, в деревни на удивление было тихо. Спокойная ночь, только плеск волн в реке нарушал тишину, казалось события, происходящие вокруг Оградора это где-то очень далеко.

Их провели в дом, гед жили братья Вуды со своими товарищами по бегству. Здесь в столовой, ярко освященной электрическими огнями (энергия Реактора питала всех), они соединились, как пазлы большой картины. Приветствовали друг друга, заключали в объятия и обменивались мнениями, а в особенности некая радость встречи промелькнула между Амандой и Нукесом. Старец Калош наблюдал за ними из своего кресла у окна. Здесь теперь находились все, кто может дать начало новой популяции, нового типа людей. И они, благодаря своим предшественникам и тому инструменту, который создал Тимей, т. е. Умники, способны осуществить великую идею. Здесь ключ и лицо Умники Аманда, ее помощница и надежный канал связи с системным администратором Мармеем. Роза, профессор Созонт, чей ум и опыт позволят разобраться в хитросплетениях шифров и смыслов, боец Максимов через него транслируются данные и наконец Аби Вуд, у него в руках скрижали, через них поток энергии всему этому даст жизнь.

Все это монах Калиш знал из своих видений, порой удивлялся находчивости, образному мышлению Тимея, созданной им машине, хотя бы в том, как символично они упаковали данные о личностях на биополимерных носителях упаковав их в гробы на кладбище, которое раскопали археологи! Калиш наблюдал за всеми: и пришедшими и теми, кто, уже жил здесь, почти больше двух суток. Они обменивались мнениями, оживленно беседовали. Старцу было как умиротворенно, хорошо и не хотелось ничего менять. Но времени совсем не оставалось.

- Пора.

Громко сказал он. Все притихли и смотрели на него в ожидании.

- За поселком ангар, там экраноплан, на нем вы доберетесь до Овруча это город под землей, центральный пункт управления Умники. Я думаю на месте вы разберетесь, сделаете так, как вам предназначено.

Два послушника вошли сразу после слов старца, тот отвернулся после того как сказал свою фразу. Ни о чем больше он говорить не хотел. Послушники торопили Аманду и ее группу. У порога ждал тот же грузовик. Максимов придирчиво осмотрел выделенных для их сопровождения двух сопровождающих из крематогенов. Что-то ему показалось в них не так. Но времени разбираться не оставалось: они заскочили в машину, устроились на деревянных скамейках. Крематогены заняли места ближе к выходу, так, чтобы можно было наблюдать за местностью и за теми, кто внутри кузова. Нещадно подпрыгивая на кочках грузовик медленно продвигался в сторону большого холма, видневшегося на горизонте.

Поверхность холма серебрилась под лунными лучами, и только когда машина подъехала совсем близко к нему майор сообразил, что это вовсе не холм, а огромный ангар для укрытия самолетов. Мощные бетонные плиты были заложены сверху в стародавние времена большими кусками дерна и теперь густо заросли травой, даже виднелись небольшие деревца. Дэвид не упускал из поля зреня двух подозрительных крематогенов, а они вели себя довольно странно: выпрыгув из грузовика, они как-то растеряно озирались по сторонам, будто были здесь в первый раз.

Тем временем группа двинулась к входу в ангар. Внутри огромного пространства ангара располажился невероятных размеров сегментированный экраноплан. Такие машины производили в период Гиплотахических войн для перевозки грузов в глубокий тыл врага, чтобы снабжать диверсионные группы, которые в течение долгих лет выполняли различные задания. У таких экранопланов была одна особенность: они состояли из изолированных друг от друга секций, соединенных посредством стальных ферм на шарнирах. В случае попадения снаряда или, когда начинался пожар, поврежденная секция отстегивалась и, если была не сильно повреждена, приземлялась, а экраноплан продолжал свой путь.

Группа разбрелась по ангару, звуки шагов гулким эхом разносились по необъятному помещению. Максимов задрав голову расматривал матовую поверхность кабины: она была пуста, экраноплан управлялся автопилотом. К Максимову подошел Немой, по выражению его лица майор понял, что он хочет о чем-то сообщить. Максимов кивнул коловой в знак того, что готов его понять. Немой кивнул на двух кремотагенов, застывших у входа в ангар, дальше они почему-то не шли. И тут Дэвида осенило: кремотогены используют визуальные блокаторы, благодаря им внешний наблюдатель видит не то, что есть на самом деле. Но система защиты в ангаре, скорее всего, нейтрализует блокаторы, поэтом лжекрематогены и не входят внутрь. Но кто они? Вопрос быстро разрешил 13/12, который всегда тенью сопровождал Немого, чтобы в случае чего дать пояснения того, что он хочет сказать, так как он понимал его лучше всех. Поняв в чем дело и находясь ближе всего к одному из крематогенов, он внезапно сделал несколько шагов в его сторону, схватил крематогена за руки и втащил в пространство ангара. Сработала защита ангара и электромагнитное поле создававшее визуальный эффект исчезло, открыв, что под видом крематогена скрывался армагеддон. Его товарищ сбежал, не раздумывая ни минуты. А попавшего в плен рыцаря нельзя было отпускать, так как очевидно они с товарищем обязаны были, как разведчики, проникнуть вместе со всем на экраноплан и выяснить, где он приземлиться, где находится Овруч и входы в него. Потом дать сигнал своим. 13/12 не оставил армагеддону не малейшего шанса, поразив его широким армейским ножом в самое сердце, провернул клинок для верности.

Теперь надо было торопиться. Максимов приказал забираться в сегменты экраноплана. Сам Дэвид занял место в головном сегменте, и как только все пассажиры были закреплены в креслах экраноплан начал движение, выкатился из ангара, на несколько секунд остановился, а потом взмыл вверх, набирая быстро высоту, чтобы достигнут тех пределов атмосферы, где будет недоступен для поражения с земли.

Второй разведчик-армагеддон, которого догнать не удалось, да и никто этого не пытался делать, так как надо было торопиться улететь, сообщил магистру, что на экраноплан им проникнуть не удалось. Ансельм Ран, когда поступило сообщение о бегстве Аманды с товарищами, недолго раздумывал: от Гарри Вуда у него было строгое указание взять всех живыми, но зачем так все усложнят подумал Ансельм и отдал команду пилоту иглы, летающей вокруг разрушенного Оградора в поисках жертвы, нагнать и уничтожить экраноплан. Так будет лучше, сразу решим все проблемы - подумал Ансельм Ран передавая пилоту координаты цели.

Приближающуюся иглу первым заметил Максимов в напольный иллюминатор. Истребитель набирал высоту, очевидно с правой стороны пытаясь зайти на разворот, чтобы поразить экраноплан. Но не только майор заметил иглу, но и камеры слежения экраноплана. Машина сразу начала забираться все выше, стремсь уйти в околокосмическое пространство. На этой высоте истребитель не смог бы настигнуть его. Пилот истребителя не стал догонять тяжелую, но слишком быструю машину, а просто выпустил две ракеты. Одна из них прошла мимо, влед за тепловыми ловушками, а другая попала в хвостовую часть: два сегмента отвалились, но сам экраноплан только еще больше ускорился, став недосягаемым для иглы, которая прекратила его преследование.

Дэвид только проводил взглядом отвалившиеся сегменты, экраноплан разогнался и стремительно уходилв космическое пространство. Кто был в сегментах, Максимов не знал, грузились в спешке, кто какой отсек занял было неизвестно. Связь между отсеками нарушена. Максимов беспомощно смотрел на облака, удаляющуюся в дымке землю.

Каждый сегмент-отсек, в аварийной ситуации, разворачивался в спасательную шлюпку, внешне похожую на кленовый лист и также как лист медленно планировал в небе. Оба сегмента попали в воздушные потоки. Их несло и несло в сторону океана, пока шлюпки плавно не опустились на побережье в недалеком расстоянии друг от друга. Здесь береговая линия тянулась почти до бесконечности, и на сотни километров не было, да и не могло быть ни одного поселения. Шлюпки приземлились в сотни метров друг от друга, автоматически отсрелилась верхняя крышка у первой капсулы. В ней находилась Аманда. Она осторожно выглянула из-за бортика сегмента, осмотрелась, ожидая, увидеть множество врагов, но ничего подобного не было только океан, шум волн и великолепный закат. Она увидела другую капсулу, та почему-то не открылась. Аманда выбралась из сегмента, и едва успела подойти к другой, как и там крышка с шумом отстрелилась, она едва успела присесть крышка пролетела со свистом над головой. Внутри лежал Нукес Вуд. Он был без сознания, но стоило ей лишь наклониться к нему, как Нукес открыл глаза. Он сел в капсуле озираясь.

Аманда подала ему руку, он выбрался, и они вместе побрели по берегу в сторону заходящего солнца. Впереди маячило скопление валунов, Аманда неожиданно остановилась и села на песок, охватив руками колени. Ласковые волны бились об ее красные берцы. Нукес присел рядом, какое-то время молчал, но смотрел не на море, на нее. Теперь он знал, кто она, но в мире, где разница между человеком и разного вида его суррогатами была невелика, такое знание не стало для него откровением.

- Что ты смотришь? Я человек. Даже более совершенный, чем ты.

Она как будто сама себя убеждала в этом. Нукес улыбался. Хотя сама идея ему нравилась.

- Посмотрим. Сказал он.

- Сегодня заночуем здесь, вон у тех камней. Завтра попытаемся найти дорогу. Пока мне не удается связаться с навигатором, здесь почему-то инфосфера не работает. Объяснила Аманда.

- Разве такое возможно. Она же везде. Усомнился Вуд.

- Все бывает.

Аманда встала и побрела к камням. Происхождение этой кучи больших кусков скалистых пород, обточенных морскими волнами, до состояния гладкой гигантской гальки было сложно понять. Кто и зачем их здесь сложил? Но между ними нашлось укромное местечко, почти как пещера, прикрывавшая тех, кто в ней будет искать спасения. Совсем стемнело, когда они залезли в эту импровизированную пещеру, которая вместила их двоих, но так, что они лежали вплотную друг к другу. Лежа на спине Аманда и Нукес уснули. Система обогрева комбинезонов была повреждена и ночью оба почувствовав, что мерзнут, повернулись друг другу, прижались, их губы соединились в долгом поцелуе.

- Сладко. Прошептала Аманда.

Утром они проснулись все от пронизывающего холода. Выбрались наружу. Было пасмурно, над горизонтом стояли серые, хмурые тучи, штормило. Волны набегали на берег, на их укрытие, с шумом разбивались о камни, в разные стороны летели брызги. Резисты у обоих по-прежнему показывали отсутствие сигнала, и соориентироваться на месте было никак невозможно: справа был океан, слева бесконечная песчаная пустыня. Остро встал вопрос с питанием и водой. Ночью прошел дождь и в выбоеннах валунов образовались лужи, этой водой пополнили свои фляжки. В капсулах-сегментах обнаружили по рюкзаку с запасом сухпайков на три дня. Теперь надо было определиться с маршрутом и оба единогласно признали, что остается идти по побережью, иного варианта не было. Погода постепенно развеялась, из-за туч выглянуло солнце. Ветер теперь не задувал так свирепо, а превратился в легкий, теплый ветерок, который приятно ласкал лицо. Когда небо полностью освободилось от туч, солнце начало припекать немилосердно. Нукес выпил всю воду из своей флажки и ели шел за Амандой, которая по прежнему выглядела бодрой, казалось, могла идти безостановочно еще сотни километров. Нукес начал отставать, наконец Аманда объявила привал. Они уселись на песок. Девушка дала Нукесу хлебнуть из своей фляжки, распаковали концентрат мяса, чтобы чуть утолить голод.

- Ты, прямо железная. Сказал Нукес и прилег на песок, вытянув ноги.

- Умника учла все недостатки прежнего человечества.

Она посмотрела на изможденное лицо Вуда и решила.

- На сегодня ходьбы хватит. Ночевать будем здесь.

Аманда растянулась рядом с Нукесом, с наслаждением потянулась. Размяла спину, плотно прижав ее к поверхности. Наступал вечер, солнце медленно скрывалось за горизонтом, кроваво-красный диск его пылал над океаном. Береговая линия была пуста ни скалы, ни камня, просто песчаная пустыня. Поэтому прошлось отойти от берега, чтобы устроиться за песчаным барханом, здесь не задувал ветер. В сгущающейся темноте Аманда увидела, как побледнел и ослабел Нукес. Она вынула из рюкзака остатки продуктов, надо было увеличить паек Нукесу, поддержать его сила. После ужина они опять тесно прижались друг к другу, чтобы согреться. Обнимая девушку, Нукес спросил:

- А что в Овруче будет?

- Будем собирать новое человечество. Уверенно ответила она.

В эту ночь они крепко спали, тепло от комбинезонов и собственных тел согревало. Да и ночь была теплей, чем предыдущая. Утром Аманда к своему собственному удивлению проснулась позже Нукеса. Он стоял почти у кромки воды и бросал в воду камушки. Аманда приподнялась на локтях, прищурилась на солнце. Нукес будто почувствовал, что она проснулась оглянулся на нее. Видно ему за ночь стало лучше, усиленное питание придало ему силы. Он подошел к ней, присел на песок рядом.

- Ты зачем мне свой поек отдала?

- Мне хватит того, что осталось. Я ведь совершенная, устроена так, что на внутренних резервах смогу продержаться долго.

- Кем ты себя ощущаешь?

- Человеком.

Вопрос этот не понравился Аманде, она нахмурилась, но посмотрев на Вуда не увидела на его лице никакой враждебности или брезгливости. Только любопытство, ему действительно было интересно, кем она себя ощущает.

- Физически я отличаюсь от тебя только тем, что моя плоть композитный биопластик, способный каждые 80 лет обновляться. Это удлиняет нашу жизнь во много раз, но я не бессмертна. У меня больше нейронных связей, мой мозг работает в тясячи раз быстрее твоего или даже самого гениального человека, когда-либо родившегося на Земле.

- А душа?

- Ты имеешь в виду трансмутор? В каждом из нас он есть. Он пробуждает наше самосознание.

- Самосознание есть и у гомоидов, это не делает их людьми. Повторил прописную истину Нукес.

Аманда не ответила. Поднялась с песка, потянулась, поставила лицо под лучи солнца и крепко зажмурила глаза.

- Пойдем, попробуем, какой-то пищи поискать.

Предложила она и побежала в воду. Чего это она там найдет - подумал Нукес, наблюдая за тем, как Аманда наклонилась низко над водой, убирая свесившиеся волосы за уши. Она еще побродила по воде, вернулась на берег и снова улеглась на песок.

- И что ты там хотела найти? В океане нет никакой жизни.

- Открою тебе секрет. Аманда перевернулась на живот, посматривая на Нукеса. У гомоидов нет самосознания, они не ощущают себя и свою смертность. Как бы совершенны не были их процессоры, как бы не стремились инженеры их совершенствовать во все времена, с тех пор как появились интеллектуальные системы, им не удалось этого добиться.

Она долго, задумчиво на него смотрела, а Нукес спокойно выдерживал ее взгляд, даже не гляда на нее. Наконец, Аманде надоело лежать, она вскочила, отряхнула ноги от песка и подвела итог:

- Человек только тогда человек, когда он смертен. Надо идти дальше.

И они снова шли весь день, а потом и следующий и еще. Наконец, они уже начали терять счет дням, но прибрежная линия, этот путь вдоль океана не кончался. Вставало и заходило солнце, выглядывала из-за туч луна ничего не менялось: все таже песчаная пустыня с левой стороны и океан с правой. Барханная гряда, слева иногда становилась настолько высокой, что Аманда взбиралась на нее в надежде что-то увидеть, но напрасно, везде только песок.

Силы Нукеса таяли, и Аманда чувствовала, что и сама продержится еще не так долго. Воды по утрам им еще удавалось собирать в плоских камнях, которые изредко попадались на их пути, а вот с пищей было сложно: океан действитель был почти пуст, только один раз они смогли выловить несколько креветок, а в другой раз камбалу. Мир земли теперь был настолько неизведан, что в нем появились обширные лакуны, где не было инфосферы, и куда не проникал никакой сигнал именно в таком месте и оказались Аманда с Нукесом. В какой-то момент они увидели вдалеке скалу, ее вершина была совершенно плоской, будто ее срезали лазерным лучом. Аманда забралась на вершину скалы, оставив обессиленного Нукеса внизу. Она хотела оттуда еще раз осмотреть окрестности, возможно сверху лучше будет видно и понятней, наконец, куда идти. И здесь на плоской базальтовой скале, заработал снова резист, уловив на мгновение сигнал, и дав четкую проекцию всей ближайшей местности. Тут же навигатор выстроил маршрут, до Овруча, который находился в 300 км. северо-восточнее того места, где были они. Совсем небольшое расстоние, можно сказать, они почти дошли, но преодолеть его по пустыни теперь, в их состоянии, было практически невозможно. Она в отчаянии раскинула руки навстречу дующему в лицо ветру и на спине, прорезав кожу, раскрылись два крыла. Умника в образе Аманды создавала совершенный гибрид, способный выжить в разных атмосферных средах и условиях. Человек-гибрид, которому его мать, древнейшая на земле интеллектуальная система, постигая своим сверхумом опыт жизни сотен и сотен покалений человечества, постаралась предусмотреть все, чтобы ее первое дитя выжило. Аманда расправила крылья, их тень покрыла влоскую поверхность скалы, даже накрыла Нукеса, который нашел в себе силы посмотреть вверх и слабо крикнуть:

- Что там?

Аманад спланировала вниз, со скалы, подхватила изумленного гвардейца, на руки и смогла еще взлететь, подняться на скалу, но сил хватало только на это. Положив Нукеса на камень, она, прикрывшись крыльями от солнца, встала на колени и тяжело дышала, набираясь энергии, однако понимала, что со скалы им не улететь, нужно было где-то взять эту энергию для полета.

- Экая Умника затейница. Улыбнулся Нукес. Даже крылья тебе сделала.

- Это только мне. Отмахнулась Аманда. У Розы таких нет. Просто я особо-ценная, все же интерфейс, поэтому Умника максимально повысила мою выживаемость.

- Вас всего двое?

Аманада чувствовала, как мало осталось у нее сил, а у Нукеса их уже совсем не было, он просто лежал на скале, устремив взор в небо. Она закрыла глаза навстречу лучам солнца, ответила:

- А больше и не нужно. В начале человеческой цивилизации, людей также было двое.

- Но они были разного пола.

- Мы восстановим прежних людей.

Нукес посмотрел на нее, у него пересохли губы, облизнув их, он прошептал:

- Бред какой-то. Зачем восстанавливать людей?

Аманда ничего не ответила, в ее неомозге просчитывались варианты, за вариантами спасения, он пытался подключиться к инфосфере, отыскать сигнал снова и снова. Все напрасно. Теперь они лежали рядом, касались головами, Нукес спросил:

- Что тебе нужно, чтобы взлететь?

- Кровь. В том смысле, что мне нужно питание. В нашем случае я другого выхода не вижу. Мне нужно не больше литра. Это восстановит мои силы.

- Но сократит мои.

Закончил ее мысль Нукес Вуд. Он чувствовал себя слабо, мысли путались, но понять, что Аманда сейчас действует, как машина было несложно.

- Я все расчитала, Нукес: расстояние, параметры полета, необходимое мне количество крови и твои силы. Все будет впорядке Нукес, доверься мне.

Она припала зубами к вене на шее Нукеса. Два острых, врехних клыка на челюсти Аманды впились в его плоть, высасывая кровь. Тоненькая струйка ее стекала по шее Нукеса на поверхность камня. По мере того, как Аманда насыщалась кровью, ее крылья наполнялись силой, мощью, кожа между костяными пластинами натягивалась, приобретала розоватый оттенок. Она перестала пить кровь Нукеса, обхватила его руками, несколько раз взмахнула своими огромными крыльями и резко взмыла вверх, прижимая Нукеса крепко к себе. Она набирала высоту, крылья делали широкие махи, и с каждым из них увеличивалась ее скорость.

Достигнув нужной высоты, Аманда перестала махать крыльями, свободно предавшись воздушному потоку. Она планировала над песчаной пустыней в точности по маршруту, проложенному навигатором, но не видела ничего, что напоминало бы город. Только сплошной покров песчаной пустыни. Здесь, на высоте, заработали все системы СИЗ, подключился резист. Но и они стали уязвимы, вполне легкой добычей для врагов. Вычислить их местоположение, было теперь только делом времени. Наконец на резисте появился сигнал о том, что они добрались до конечной точки маршрута. Аманда делала большие круги, пытаясь деражться в потоке, и не тратить силы, пока не обнаружит город. Но долго так продолжаться не могло, надо было снижаться. Она аккуратно приземлилась, положила на землю Нукеса, он от прикосновения к горячему песку пришел в себя и застонал. Обнаружить город можно было только одним путем найти вентиляционные шахты, но сверху она их так и не увидела, а снова подниматься в воздух сил у нее уже не было. Девушка посмотрела на полумертвого Нукеса. Подумала о том, что еще одной порции крови из него врядли высосешь. Но он вдруг на мгновение очнулся, посмотрел на Аманду и сказал:

- Когда летели, я заметил слева от нас два нестандартных камня.

Аманда посмотрел в сторону, куда указывал Нукес, действительно там виднелись два вертикальных валуна.

- И что? Чего в них не так?

Нукес из последних сил приподнял голову над землей, пытаясь увидеть эти валуны.

- Это могут быть замаскированные ветиляционные шахты.

Аманад задумалась на мгновение, но потом решила проверить версию Вуда. Сил еще хватало на то, чтобы, махнув крыльями подняться метра на три и долететь до камней. Действительно камни были каналами вентиляции. Аманда прислонила ладони к серой поверхности. Действовала она, повинуясь внуреннему протоколу ладони, войдя в контакт с поверхностью вентиляционных шахт, привели в действие механизм, который открывал шлюз. Образовался в земле прямоугольной формы проход, за ним виднелся широкий тунель, освященный беловатым светом. Крылья Аманды потеряли свою упругость, обмякли, сложились на спине, под комбинезоном. Она опустилась на песок, оперевшись спиной о камень. Отсюда видела вдали Нукеса, который лежал на небольшом бархане, не шевелясь. Аманад знала, что он жив, она точно все расчитала и его ресурсов должно было хватить, ровно до того времени, как придет помощь и отвезет его в капсулу восстановления, где в течение нескольких дней он будет возвращен к прежнему уровню жизнедеятельности. Из тунеля послышались шаги кованых сапог по металлическим плитам пола, и вскоре из чрев подземелья на поверхность вышла Роза в сопровождении вооруженных пульсарами 13/12 и Немого.

- Давно ждали тебя. Я была уверена, что вы выберетесь. Поприветствовала она Аманду.

Аманда кивнула головой в сторону Нукеса, солдаты поняли сразу, что нужно делать и отправились за гвардейцем. Пока они возились с ним, Аманда объяснила Розе:

- С Нукесом я познакомилась еще в общине и сразу поняла, что он мне когда-нибудь пригодится. Благодаря его крови мы выжили.

Роза внимательно слушала, но ей невдомек было, как кровь могла спасти Аманду, она так и так выжила бы, а вот Вуд, без ее помощи врядли. Спецназовцы пронесли мимо них обессилевшего Нукеса, Аманда с Розой пошли следом, люк туннеля закрылся. Ветер вскоре над этим местом навеял песок.

Хронологический индекс: рутупуа Точка отсчета (15 декабря 8999 г.). Место: подземный город Овруч.

Всю первую половину декабря Дэвид Максимов провел в лаборатории, покидая ее только, чтобы посетить столовую пообедать или поужинать. Завтракал он у себя в отсеке, причем никода не торопился, даже успевал послушать Ринкля. Иногда ему воображалось, что они находятся на космическом корабле и держат путь к далекой, далекой звезде. Овруч был идеальным местом для работы и отдыха.

Ковены по-прежнему бесконечными рядами выстраивались на мониторах, примерно каждые две минуты из этих рядов выделялся какй-то один год, совершенно из разных эпох, и тут же в мозге Максимова вспыхивал другой ряд цифр с обозначением цифровой судьбы того или иного человека. Максимов аккуратно записывал эти цифры, а потом сообщал профессору и он обязательно находил по этим числам ту или иную личность из обширного архива, обнаруженного хранителями в Гамбиге.

Первым кого они восстановили, был шумерский жрец, котрый разочаровался в ритуале, богах, понял, что он сам их кормит, а значит он их господин, а не наоборот. Роза сказала, что видела его в своих снах. Почему-то Умника захотела, чтобы сбор восстановленных людей начался именно с него. Пока и сам принцип подбора из множества людей для восстановления был непонятен. Почему именно эти? Ведь их отделяет друг от друга многие тысячелетия. Сейчас уже восстановлено три сотни личностей, но среди них не было ни Дарни ни Тимея.

Максимов почувствовал утомление. Поток цифр, который проходил через его мозг, был сравним с долговременными занятиями по решению математических задач. Дэвид решил пойти перекусить. В коридоре было прохладно, яркий солнечный свет проникал сквозь узкие горизонтальные окошки внутрь. Весь Овруч был расположен в разветвленной системе бетонных сооружений с накатами перекрытий в два слоя и большим слоем песка над ним. Внешне он был практически не виден лишь бесконечная пустыня, перемещающиеся под действием ветра барханы, перекати-поле. Но если присмотреться, то можно было заметить круглые капониры, решетки вентиляции и антенны, замаскированные под саксаул. Максимов некоторое время постоял в коридоре, щурясь на солнечный свет просачивающися из окошек, ощущая его теплоту на своем лице.

В столовой было шумно, работники разных отделений и лабораторий Овруча сновали с подносами от раздачи, к стальным столам, потом к кухне несли грязную посуду на подносах. Максимов взял чай и две булочки, а также суп и застыл с подносом в руках, в поисках свободного стола. Заметил, что от дальнего стола ему машет рукой Созонт. Дэвид начал пробираться к нему.

За столом, кроме профессора, сидел 13/12 и Немой оба они теперь были помощниками и телохранителями Созонта. Профессор работал отдельно от всех. Его лаборатория находилась в самой дальней части Овруча, Максимов там даже ни разу не был всей информацией обменивались по сети. Дэвид поздоровался с Созонтом, кивнул головой своим бойцам, которые сопровождали профессора.

- Знаешь, Дэвид, мне Роза рассказала на днях о коммуникативном сне, который она видела еще в Оградоре о девушке Наташе, она никак не могла понять, чего этот сон влез в ее трансляцию, какое отношение она имела к Тимею, а теперь мне удалось установить эту связь она была любовницей Скачкова.

Максимов от удивления даже перестал есть суп, ведь Тимей Скачков в сложившейся о нем мифологии был образцовый однолюб.

- Т. е. Наташа была его первой любовью, - продолжал рассказывать Созонт. - Но замуж за него выйти отказалась, а потом, спустя, много лет, когда Тимей уже создал Умнику и был озабочен спасением своей жены, он случайно встретил свою прежнюю любовь и у них как-то все сложилось. Вообщем они стали любовниками. Какое время это продолжалось мы не знаем, но самое главное Дарни об этом знала. Но, видимо, это не стало основанием для того, чтобы разрушить их отношения.

Максимов посмотрел на своих бойцов: 13/12 с большим аппетитом ел бутерброд с сыром, а Немой смотрел в одну точку, видно занимался любимым своим увлечением последнего времени - прокручивал разные варианты шахматных партий. И Дэвида вдруг осенило:

- Слушай, профессор, я, кажется, понял, как все эти биографии связаны между собой.

Созонт перестал жевать, по его тонким губам промелкнула едва заметная улыбка.

- И, что за идея у тебя, майор, появилась?

- Они родственники все. Это один род. Я не думаю, что сам Тимей ставил такую задачу перед собой восстановить покаление за покалением своих предков, это, скорее, уже дело Умники, она зачем-то всю линию Скачкова от времен шумеров и далее вперед по времени восстановила.

- Я тоже думал об этом. Понимаешь, майор, что это значит?

Вопрос несколько озадачил Максимова, он не думал об этом. Здесь за столом его осенила эта простая мысль о восстановление всего рода Тимея, но к чему это нужно было, оне не думал.

- И какие у тебя мысли, профессор, по этому поводу? Поинтересовался Дэвид.

- Элементарно. Машина не смогла восстановить индентичную личность ни Тимея, ни Дарни. Это просто невозможно. Человек после смерти рассыпается, в том смысле, что без того, что называется душой, он преращается в комплекс воспоминаний, ощущений, чьих-то вопоминаний о нем, но главное даже не это.

Он сделал паузу, дедая макароны и, наблюдая за нетерпением Максимова, даже оба бойца напряглись.

- Каждая личность неповторима. То, что прожито, не вернешь, но и не создашь ничего нового. Понимаете?

- Ты хочешь сказать, что умершего человека невозможно восстановить? В любом случае это будет дурная копия.

- Именно, поэтому Умника просто по имеющейся у нее информации, восстановить максимально точно всех предков своего создателя, чтобы создать наиболее точную модель Тимея и Дарни.

- Т. е. ты хочешь сказать. Перебил профессора 13/12 Что в любом случае восстановленный нами Тимей и его жена, будут не теми Тимеем и Дарни?

- Именно. Это будут совершенно новые личности, но максимально приближенные к первоисточнику.

- А если Умника и не стремилась восстанавливать первоисточник?

Вопрос этот, а скорее утверждение, принадлежал Николь, которая только что вошла в столовую и слышала часть разговора Созонта и Максимова.

- Мы думаем, что все это следствие системных ошибок машины, - продолжила она свою мысль, присаживаясь за стол, рядом с профессором. А на самом деле это не ошибки, а просто очердные скачки на пути эволюции искусственного интеллекта. Умника собирая материалы обо всех предках Тимея, пыталась вывести идеальную модель человека.

- Совершенно верная догадка.

В столовую вошла Аманда, за ней Роза, они сели за стол, вместе со всеми и Аманда продолжила свою мысль.

- Итак, друзья мои, наш проект подходит к концу. Каждый из вас выполнил свое предназначение. Об остальном нам расскажет системный администратор, пройдемте в конференц-зал, послушаем его.

Все это было сказано так буднично, просто, что Максимов даже засомневался в реальности происходящего. Подумать времени не было, все направились в один из многочисленных конференц-залов, который в подземном городе было бесчетное количество. Наверное, специально для того, чтобы запутать врагов, если они проникнут в Овруч. Но этот зал располагался рядом с производственными цехами. Таких цехов по сборке самых разнообразных механизмов у Умники, где только не было. Порой люди и гомоиды собирали продукцию, даже не зная, что работают на искусственную интеллектуальную систему. Все это Максимов знал и ничему не удивлялся.

Дэвид наблюдал, как складываются новые связи в этом новом коллективе, как он уже практически не чувствует оставшихся членов своей группы, так как их рецепторы не так бысто, но все же уже полностью переориентировались на Аманду. Выстраивалась новая иерархия соподчинения, центр которой являлась теперь именно она. И в этой цепи соподчинения его не было. Это нисколько его не смущало. Но он чувствовал, что в новой системе отношений он найдет свое место. Они заняли свои места в небольшом зале, совершенно расредоточившись по залу. Слева от Максимова Нукес (два кресла от него вниз), еще ниже Нукеса профессор Созонт, неизменно с ним рядом Роза. Николь в гордом одиночестве на первом ряду, ни слева, ни справа от нее никого так характерно для инспектора, всегда в гордом одиночестве. 13/12 и Немой у входа как надежная охрана. Дэвид сосредоточился на огромном мониторе во всю стену. Никак не мог привыкнуть, что в Овруче технологии из разных эпох вполне мирно сосуществовали, но иногда это напрягало, собенно сейчас, когда произошло какое-то наложение одних технологий на другие. Стена с монитором будто растворилась. Дэвид увидел поле, какого-то разнотравья, ароматного, Максимову даже показалось, что он чувствует этот аромат. Это не могла быть иллюзия, он никогда раньше таких запахов не ощущал, им неоткуда было просто взяться. Поле было какое-то бесконечное, уходило за горизонт, над которым пылал диск солнца. Ниоткуда на горизонте появилась фигура человека, она медленно приближалась, и вскоре Максимов уже ясно различал молодого, лет тридцать, мужчину в парадном мундире гвардии Лайфтауна желтый китель, бриджи, зеркально начищенные черные сапоги и пилотка с синими кантами. Гвардейца этого города вживую Максимов видел в первый раз, до этого только в учебных фильмах. Гвардеец подошел вплотную к Дэвиду и представился:

- Мармей, всем здесь управляю.

Он обвел рукой поля, горизонт, небо и солнце. Максимов не так себе представлял системного администратора, но вдру понял, что для него тоже, как и для Розы открылся канал сонной связи.

- Да, дорогой майор, вам теперь также доступна эта коммутация. Прогуляемся.

Предложил Мармей, и они отправились в поле. Максимова даже не удивило, что он просто встал со своего кресла и сразу окунулся в иную реальность. Некоторое время шли молча, потом Мармей обратил внимание на прекрасный закат и изумрудное небо. Максимов понимал, что это все какие-то отвлекающие его темы, но зачем? Вдруг Мармей неожидано сразу перешел к главному:

- Я хочу предложить тебе, майор, новую работу, связанную с твоей предыдущей работой.

- Снова возглавить группу спецназа? Кого на этот раз выкрасть? Убить?

- Нет, твоя последняя работа не была связана с войной, ты разве не заметил, что последнее время занимаешься трансляцией покаленческих ковенов.

- Но разве этого не может делать кто-то другой?

Мармей остановился, щурясь, смотрел на окрасившийся красным закатом горизонт, хмурил лоб, пытаясь сформулировать мысль чётче.

- Вдишь ли, Умника расчитывает все свои действия на много шагов вперед, даже учитывая случайности, но релаторум вне теории вероятности, он сам выбирает, через кого направить поток инфосмыслов, на этот раз этим транслятором стал ты. Так сложилось. Это и будет твоя новая работа. Так как предстоит еще много трансляций

Внезапно коммутация прервалась, и Максимов снова обрел себя в кресле перед огромным монитором во всю стену, с которого на него смотрел Мармей. Но это ему так показалось. На самом деле, Мармей просто смотрел в зал, ни на кого конкретно, продолжая говорить то, что он сообщал Максимова во сне.

- Предстоит еще много трансляций, чтобы восстановить все покаления. которые связаны с Тимеем и Дарни. Протопласт даст возможность создать на основе восстановленных релаторумом инфошлейфов прежних людей.

- Зачем восстанавливать покаления людей, которые не будут самостоятельными? Спросил Аби Вуд.

Он этот вопрос уже давно обдумывал, время на это было, но постигнуть до конца замысел древней интеллектуальной системы с ее многочисленными синхронизациями он не мог. До того, как Аби задал вопрос, изображение Мармея на экране выглядело как одномерный рисунок, плоский с вытянутым подбородком и закрытыми глазами. Он будто читал по бумажке свои слова, смотрел вниз, поэтому глаза казались закрытыми. Но услышав вопрос командора, Мармей оживился, в том смысле, что обрело его лицо трехмерность, глаза раскрылись, обнаружив в себе абсолютную голубую бездну, так что не видно было ни зрачков, ни белков. Он повернул голову на экране в сторону Аманды, которая стояла с левого края от монитора, лицом к залу.

- Все вы знаете Аманду. Сказал администратор. Она интерфейс Умники, одновременно полностью человеческое воплощение, вся из плоти и духа. Собственно это сама Умника, то, как она хочет быть в земном мире. И о последующем она вам расскажет сама.

Монитор погас, стена приобрела прежний свой розоватый цвет, на его фоне резко выделялась фигура Аманды в черном комбинезоне с эмблемой Умники (пляшущий человечек) на груди. Нукес, сидевший на последнем ряду и до сих пор равнодушно наблюдавший за всем происходившим, почти не прислушивающимся ко всему, что говорил Мармей, встрепенулся, весь обратившись в слух, внимая Аманде, как и все остальные, и она говорила:

- При всей многотысячелетней эволюции иснтеллектуальной системы, которую мы все знаем под именем Умника, в ней остался изначальный алгоритм, заложенный в нее создателем Тимеем Скачковым. Алгоритм со временм превратился в основную идею и цель машины, ради достижения которой она все больше и больше входила в синхронизации, создавала дополнительные ошибки и линии развития, но шла вперед, чтобы достичь главного воскресить Тимея и Дарни.

Вперед выступила Роза, они будто согласовывали свои действия с Амандой, поступали как одно целое, Максимову, даже показалось, что они одинаковые движения делают и чем больше проводят время вместе, тем больше кажется, что они одно целое. Дэвид вдруг подумал: И это новое человечество?, не исключено, что Роза услышала мысли майора, когда сказала:

- Релоториумы восстановленных людей нужны для того, чтобы Тимей и Дарни не почувствовали себя одинокими. Мы всех восстановим, кого начал собирать Тимей, а потом продолжила Умника.

- Но это не настоящие люди? Перебил ее Аби Вуд.

Роза пристально посмотрела на гиплотаха, будто хотела проникнуть в тайну его мыслей:

- Да, это реконструкции. Точные копии.

- Стоило ли ради этого столько тысяч лет совершенствоваться. Такая задача технически была по силам обычной нейросети в XXI веке. Заметил Созонт.

- Но они не узнавали друг друга. - Это взяла слово Аманда. Мы не смогли пока создать то, что называют вайме^[4]. Трансмутор, видимо, какая-то промежуточная ступень, пробуждающее сознание, однако сознание это какой-то важный элемент вайме, но теперь, думаю, мы сможем обрести и ее.

- У нас есть хорошие подвижки. Нам может рассказать об этом профессор, который работал все это время с воспоминаниями, найденными на кладбище, и обнаружил в них очень интересный факт. Расскажите, профессор?

Роза с надеждой смотрела на Созонта, а тот сидел весь в себе, что-то обдумывая, поглаживая бородку. Он, видимо, не сразу понял, о чем говорила Роза, на лице Созонта изобразилась какая-то мучительная маска постижения непостижимого.

- Про баги. Напомнила ему Роза

Маска постижения точас исчезла с лица Созонта, лик осенился облегчением, будто профессор только что обрел ощущение чувства исполненного долга и он, вскочив, начал объяснять, попросив Аманду снова включить монитор. На экране снова заструился бесконечный поток цифр, сначала в один ряд, потом в два, три и так до десяти рядов. Профессор выбрался из-за кресел и подошел близко к стене-монитору.

- Баги, вот они.

Близоруко щурясь, он указал на проплывающие вверх единицы, выделенные в общем ряду других единиц зеленоватым цветом.

- Видите, я обнаружил в релаториумах, почти каждого восстановленного нами человека, вот такие несоответствия общему потоку шлейфа, будто ошибки, баги. Мы вычленили их из общего потока меморий, чтобы было понятней, я вот что сделаю.

Созонт приложил палец к поверхности монитора, будто пытаясь удержать одну из единиц, стремящихся вверх. Поток цифр остановился, единица преобразилось в маленькое окошко, потом от него ответвилось еще сотни таких же окошек. В каждом из них происходили какие-то действия, как в кино.

- Это мемории, собранные через релаториум и расшифрованные нами.

Профессор вновь прикаснулся к поверхности монитора, картинки исчезли, опять появился ряд цифр, на этот раз Созонт прикаснулся к цифре, окрашенной в зеленый цвет. На экране расцвел большой квадрат, наполненный серой рябью.

- Видите, здесь как будто ничего нет. Пусто. Обращаясь ко всем, как-то радостно сообщил профессор, тут же поглядел на Аманду, она кивнула головой в знак одобрения или включая какой-то канал связи. Созонт щелкнул пальцами, а Максимов схватился за голову. Это продолжалось несолько мгновений, нельзя сказать, что в это время лицо майора исказилось страданием, нечто другое, непонятное читалось на нем.

- Что? Почувствовали?

Обращаясь к нему, азартно спросил профессор. Амнада улыбалась то, что познал Дэвид только сейчас, было доступно и ей.

- Это невероятное ощущение присутствия, не своего, а кого-то другого, но как твоего. Пояснил Максимов

- Это и есть баги. Неуловимое-личное, то, что конкретизирует именно этого человека. Таких багов в личности человека за всю жизнь может быть не больше десятка или двух, а может вообще не быть, тогда реконструкция так и останется реконструкцией.

- Это так, но если есть вайме - Возразил было Аби Вуд, но Аманда перебила его:

- Нет. Вайме здесь не поможет. Без багов человек не будет тем человеком, которым был прежде, в лучшем случае получится синхрон. Понимаете? несмотря на то, что вайме это душа, но без багов, даже душа не может восстановить человека как личности целостность.

Аманд на мгновение закрыла глаза монитор отключился, и снова обращаясь к Аби Вуду сказала:

- Протопласт мы получили поностью для изготовления перво партии восстановленных людей вместе с Тимеем и Дарни. Думаю, что завтра в девять утра приступим к воплощению. Надо, чтобы Основание было к этому времени готов.

Аби кивнул головой. Он был почему-то мрачен. А конференция тем временем окончилась, все разошлись, задержался в дверях только Максимов, заметив, что Аби Вуд так и сидит в своем кресле, в зале, подошел к нему и сел рядом. Последние пару недель Дэвид часто беседовал с Аби Вудом. Он не раз встречал гиплотаха, прогуливающимся по бесконечным коридорам подземного города. Аби единственный из всей группы, кто не был пока особо ничем занят, и у него оставалось много времени, чтобы думать. И Максимов знал о сомнениях Аби Вуда.

- Что решил, Аби? Спросил майор.

- Разве у меня есть выбор? Гиплотах улыбнулся, равернулся к Максимову Ты же понимаешь, я никогда не смогу принять доктрину Руководства об уничтожении вселенной.

- Ну а что тогда?

- Меня смущает Аманда. Я ей с самого начала не доверял, инстинктивно. А теперь зная, что она и есть воплощение Умники, еще больше не доверяю. А что если восстановление Тимея и Дарни это лишь еще одна ступень к какой-то цели, которой мы не знаем?

- Ну, так, что? Все же она лучше, чем полное уничтожение.

- Решающим здесь для меня стало то, что человек это не только его вайме, но баги. Без ошибок, поражений, сомнений, неуловимых переживаний, полноценного человека мы не восстановим.

Максимов дружески похлопал Аби по плечу. Майор за время пребывания в Овруче, успел привязаться к гиплотаху, чему сам в себе удивился, он был уверен, что не способен на такие эмоции. Выйдя из конференц-зала в корридор, они расстались. Максимов отправился к себе в комнату, а Аби в зал силовой установки. Надо было снова продолжить поиски входа в реактор. Как, оказалось, недостаточно было иметь скрижали, нужно было найти место в реакторе, куда их поместить. Аби казалось, что ему, наконец, удалось это место найти, но всякий раз, когда он приходил к такому убеждению, ничего не выходило.

Чтобы попасть в зал СУ, нужно было спуститься на лифте еще на два этажа вниз. Но когда Аби подходил к кабине лифта заметил с правой стороны проход, на мгновение остановился, подумал: Не было здесь прохода и направился туда. Пространство растворилось перед ним, и он оказался на солнечной улице, затененной широкими литьями платана. Аби осознавал, что не был в этом месте никогда. Он догадался, что попал в чей-то релаториум. Однако думать об этом не было времени. Аби почему-то знал, что у него мало времени. Прямо перед собой гиплотах видел одноэтажный дом с высоким крытым крыльцом. Он поднялся по ступенькам и оказался в простой поселковой библиотеке. Опять библиотека - без всякой эмоции подумал Аби, осматривая довольно простую обстановку: ряд полок, от одного окна до другого, и еще два окна в противоположной от полок стене. Все правильно, в библиотеке должно быть много окон, так светлее даже в самый серый день. А сейчас было солнечно, лучи солнца обильно проникали внтурь, книжная пыль перламутровыми потоками витала в воздухе. В библиотеке было несколько посетителей, они перелистывали книги, создавая таинственный, лёгкий шум. В дальнем углу, за столом с ящиками для карточек сидела молодая, рыжеволосая библиотекарьша. Она что-то записывала в тетрадь, Аби успел заметить, что это стихи, когда девушка подняла голову, посмотрела на него. Девушка близоруко щурилась, рассматривая гиплотаха:

- Здравствуйте, вам что-то подсказать? Какая тематика интересует?

- Я посмотрю, пока сам. Можно?

Робко спросил Аби, девушка едва заметно улыбнулась и кивнула головое. Гиплотах прошел между полками с книгами. Удивительно старые экземпляры, некоторые прямо разваливались, многие были старательно подклеены. Аби взял первую попавшуюся книгу с верхней полки. Это была Джейн Остин Гордость и предубеждение. Аби поставил ее на место, он не особенно любил подобную литературу.

- Никак не можете выбрать?

Девушка-библиотекарь встала со своего места и стояла, сложив руки на груди, опираясь плечом на полку. Она смотрела с интересом, но без любопытства, будто все знала о нем. Достала с самой врехней полки довольно толстый том и протянула Аби. Он прочитал название: М. Горький. Жизнь Клима Самгина.

- Вот эту.

Затем она перешла к другой полке, рядом, провела пальцами по корешкам, ловко вынула очередную книгу Анатоль Франс Остров пингвинов, протянула ее Аби, тут же выбрала еще одну Гете Фауст. Гиплотах держал стопку толстых книг и смотрел на библиотекарьшу. Она сказала:

- Эти книги вам помогут.

- В чем?

- Включить Реактор. Дать начало новому миру.

Аби начинал понимать, что попал в чей-то баг, который через релаториум включил и мемории персонажа и его сонные видения. Подключение к сонарной коммутации ошарашили сначала Аби Вуда, но он быстро пивык. Аби просто держал на руках, согнутых в локтях книги, слушал девушку, наслаждался ее прелестным голосом. Ему все больше и больше казалось, что где-то он все это уже видел и чувствовал. Между тем библиотекарьша продолжала обволакивать его сознание своим чарующим голосом:

- Ты станешь сотворцом, откроется возможность быть во всём всем. Эти ощущения перехода, знакомого чувства, переживания чужого бага как своего будут бесконечно. Вся огромная база релаториумов прежнего человечества предстанет для каждого. Эти книги надо вложить по размеру ячеек крышки реактора, в оставшуюся щель вставить скрижаль и все заработает.

Она мило улыбнулась, отошла к своему месту за библиотечным столиком и снова погрузилась в работу, которую делала до того как Аби появился в библиотеке. А гиплотах, прижимая книги к груди, вышел на улицу. Он отошел от здания несколько шагов и снова оказался в широком коридоре перед лифтом. Конечно, никаких книг в руках у него не было, но в голове явилось четкое понимание, как именно расположить скрижали на крышке реактора.

Внутри лифта было только две кнопки: вниз и вверх. Других не нужно было, промежуточных этажей внизу не существовало, шахта лифта прямиком вела к платформе реактора. Лифт мчался минуты три вниз, наконец, с гулким стуком остановился. В огромном зале, освященном ослепительно ярко панельными светодиодами, расположенными и на потолке и на стенах, находилась Аманда. Она одна стояла посреди зала в задумчивости. Пол залы и был крышкой реактора. Поверхность ее разбита на множество прямоугольных ячеек, в них находились панели, какие-то немного выступали наружу, другие были утоплены полностью в ячейке. Увидев Аби Вуда Аманда спросила:

- Ну как, Аби, нашел решение нашей задачи.

Аби Вуд ничего не ответил, внимательно рассматривая ячейки в поисках нужных ему для включения реактора.

- Я заметила в тебе тень сомнения, Аби.

Аманда сказала это, не глядя на него, делая широкие шаги от одной ячейки к другой. Она будто играла в классики или зачем-то измеряла расстояние между ними.

- Почему ты так решила? Наконец ответил он.

Она остановилась, наверное, посчитав, что дело свое завершила.

- Что ж, возможно, мне показалось.

Подмигнула озарно Аби. Аманда оставалась порой все той же хуторской девчонокой. Аби не мог понять это проявление эмоций в ней человеческое или запрограммированное хитроумным умом Умники. Точнее было бы сказать скопированое человеческое чувство.

- Ты поймал чей-то баг?

Спросила она, положив ему руки на плечи, глядя в глаза, в них сверкали искорки хулиганства. Разве это можно скопировать?

- Помнишь, Гете в воспоминаниях писал, как они провели с Гретхен в ее доме ночь при свете масляной лампы, в которой плавал горящий фитиль. И я была в этом баге и ощущала все также, как и они, будто была в том времени, в той ситуации. О, это была прекрасная ночь! А ты что испытал?

Аби несколько расстерялся он действительно испытал что-то похожее на то, что пережила Аманда, там в библиотеке. Он вкратце рассказал об этом.

- Интересный опыт. Подытожила Аманада.

- Но мне все больше кажется, что это все произошло когда-то в моей жизни.

- Вот видишь, как хорошо будет, когда мы все сделаем. Это свойства появится у всех. Так мы положим окончание цивилизации каинитов.

- Кого?

- Человечество это вечно повторяющаяся история Каина и Авеля. Печать проклятия на старом мире, на прежних людях. А мы станем зарей новой цивилизации. На совершенно новых началах.

Аманде казалось, что Аби Вуд все еще не верит ей, сам сомневается в правильности своего поступка, она решила применить свой последний аргумент.

- Профессор Созонт сказал мне, что случилось с человечеством в период Нового тёмного времени? Вернее, высказал предположение на основании тех находок, которые они нашли на стадионе.

- И что же он предположил? Аби сделал вид, что заинтересовался.

- Человечество уничтожила себя каким-то неизвестным видом оружия, превращающую органику в мельчайшую пыль. Этим объясняется большое количество обуви на стадионе. Там в момент применения этого оружия находилось много людей, от них остались кеды и коссовки. Теперь ты понимаешь, в чем значение Умники?

- И в чем, по-твоему? Аби попытался вложить в эту фразу как можно более скепсиса.

- Нет такого вида оружия, которое может уничтожить человечество полностью. Жизнь вечна, потому что это форма существования вселенной. Даже после тёмных времен кто-то остался. Умника как хранительница всей доступной ей памяти человечества, восстановила популяцию, дала начало новой цивилизации.

- И этот алгоритм заложил в нее Тимей, но имея в виду лишь свою жену, однако синхронизации позволили Умнике расширить свои компетенции, она поняла, что не сохранив все человечество она не восстановит и Дарни. Просто вслух размышлял Аби Вуд. Чистая прагматика, как у машины, которая должна обязательно выполнить задачу, поставленную ее создателем.

Аманда нахмурилась, подозревая в размышлениях гиплотаха какой-то подвох.

- В любом случае восстановленная новая цивилизация пошла по пути, намеченному ни Тимеем и уж тем более ни Умиков. Тебя это беспокоит? Что ты, как человек, действуешь по предначертанию машины?

Она высказала эту мысль, полагая, что полностью угадала мысли гиплотаха, однако того совсем другое заботила, а это на поверку и стало фактом, убедившем Аби.

- И новое человечество пошло, как запрограммированное, по пути старого мира. Создала как обычно империю, начало войну между ее сторонниками и противниками, разработало еще более разрушительное оружие. Разрушительное в том смысле, что оно не уничтожало человека, а полностью искажала его суть.

Аби Вуд будто сказал это самому себе, шёпотом не заботясь о том, услышит его Аманда или нет. А та продолжала убеждать его в правоте избранного пути, к которому он обязан присоединиться. Аби Вуд слушал ее и делал свое дело. Баг ли в который он попал, речь ли Аманды внушили ему твердую уверенность, что все он делает правильно, путь выбрал верный. Теперь просто искал среди ячеек те, куда по своему размеру могли быть вставлены перфокарты. Подойдет или нет, он понимал, как только приближался к нужной ячейки и в уме тут же всплывал образ книги, взятой в библиотеке. Ага, это Клим Самгин, а это, что у нас? А, Фауст Гете - бормотал он про себя. Как только последняя скрижаль коснулась дна ячейки, по всему Овручу пробежала страшная, сотрясшая его конвульсия, похожая на сильный толчок от землетрясения. По граням ячеек, от одного края комнаты до другого прошла тонкая светящаяся линия и тотчас все ячейки замерцали зелено-синим мягким светом. Аби Вуд торжественно сообщил:

- Реактор полностью включен!

- Тогда приступим к восстановлению. Протопласт залит в матрицы. Все системы трансляции релаторумов и трансмуторов подготовлены.

Подвела итог всему, что свершилось Аманда и они оба вышли из пространства помещения реактора в зал, где помещался протопласт.

* * * *

Овруч построен внутри огромной кимберлитовой трубки, оставшейся после разработки алмазов в древности. Ее нижняя часть простиралась на огромную глубину, а вся верхняя часть многоуровневая застройка города, соединенная тонелями, переходами, перемычками. В самой нижней части, на дне воронки, располагался больщой бассейн с запасами воды на случай осады. Бассейн лучше всего подходил для процедуры восстановления. Воду из него слили в запасные резервуары, а дно бассена наполнили полуторометровым слоем протопласта вещества из которого изготовлялась внешняя, органическая оболочка андроидов и гомоидов. На этот раз раствор протопласта был усовершенствован врачами. Капитан Селир Трол отдал распоряжение провести необходимые эксперименты, чтобы вывести наиболее оптимальную формулу протопласта. Он был усовершенствован с помощью наркотического вещества, делающего человека эротиком. Капитаном врачей двигало чисто научное любопытство, а для врачей эта вторая, после денег, движущая сила деятельности. Вещество уже застыло и внешне напоминало холодец или скорее по плотности желе серого цвета.

Метрах в ста от поверхности бассейна были расположены смотровые галереи, бронебойное стекло ограждало их от внешней среды. Галереи составляли часть самого нижнего уровня Овруча. В два часа дня все участники проекта собрались на галереях, чтобы наблюдать процесс восстановления. Аби Вуд выйдя на галерею сразу заметил профессора Созонта, он о чем-то оживленно беседовал с Максимовым. Аби подошел к ним.

- О, приветствую тебя, Аби, сегодня великий день, мы присутствуем при рождении нового мира. Этот поистине событие библейского масштаба.

Созонт был очень вдохновлен всем, что происходило, но, наверное, прежде всего тем, что проект, наконец, подходит к своему завершению. Максимов то улыбался, то был задумчив. Какие-то мысли бродили в его голове, но Аби сейчас не это интересовало. Он спросил у Созонта:

- Мне Аманда сказала, что загадка Нового тёмного времени разрешена?

Созонт был удивлен таким заявлением и по своей профессорской привычке пустился в объяснения.

- Она тебе рассказала о загадочном лучевом оружии? Да это верно, но было бы опрометчиво выдвигать в качестве единственной причины неизвестного происхождения излучение. Там целый комплекс проблем существовал, который привел к закату цивилизации: странная болезнь, нежелание людей иметь детей и жить, как муж и жена только с однополыми партнерами. Но вот что, интересно: когда мы обследовали стадион, где обнаружили так много обуви, то установили, что она относится к разным эпохам. Однако выглядит так, будто всех носителей этой обуви из разных эпох собрали в одно время и в одном месте, но зачем? Так что нам нужно

Но профессор не успел договорить, голос Аманды, усиленный во много раз, как трубный звук ангелов при втором пришествии, объявил:

- Внимание, начинается отсчет времени включения всех блоков реактора на полную мощность.

Заработал метроном, да так, что казалось, кто-то огромным молотом бьет в стальные ворота. Бассейн изнутри осветился ярким красноватым светом, затем наступила полная тьма и постепенно появился зеленоватый свет, образовавшийся где-то на дне, разгоравшися как огонь в газовой горелке

- Вот возьми бинокль, я запасной прихватил в лаборатории.

Созонт протянул Аби бинокль, он включил режим тепловизора как раз вовремя. В этот момент в самом центре бассейна, образовался небольшой бугорок, размером с человеческую голову. Он начал расти вверх, все больше приобретая контуры человеческого тела. Мимо Созонта, Максимова и Аби пробежала Аманда в спопровождении 13/12 и Немого, она только успела крикнуть:

- Всем вниз, встречать Тимея и Дарни!

Аби продолжал смотрет в бинокль, даже когда галереи опустели все спустились вниз, к бассейну. Когда опустевший лифт снова поднялся вверх, видимо Аманад заметила отсутствие Аби Вуда, озаботилась тем, чтобы лифт поднялся вверх за ним. И вот его двери раскрыты, серебристая внутренность лифта маняще зовет навстречу новому миру.

Аби Вуд спустился вниз к тому моменту, когда посреди бассейна стоял голый, атлетически сложенный человек лет тридацати на вид. У него были коротко подстриженные седоватые волосы на голове, при этом все тело являло собой абсолютно гладкую поверхность, даже на лобке не было волос. Высокий лоб, но при этом узкое, как бы сплюснутое лицо, выпуклые, на выкате глаза дополняли картину какого-то недоделанного лица, но впечатление тотчас изменилось, как только на нем появились эмоции. А оно было очень подвижно, под действием разных проявление чувств. Когда вся группа во главе с Амандой, приблизилась к нему, то на лице изобразилось удивление, человек сказал:

- Сестра, что случилось? Кто все эти люди?

Аманда подняла руку, давая знак остановиться всем. В полумраке группа встала за ней как вкопанная, выстроившись в ряд. Врядли восстановленный видел кого-то ясно, так как слабый, рассеивающий свет продолжал струиться из глубин протопласта, но освящал разве только тех, кто из него появлялся.

- Тимей умер в больнице, поэтому это последнее что он помнит медсестра.

Пояснила Аманда, скорее себе, чем другим. Потом обратилась к своему создателю, которого теперь сама воссоздала:

- Меня зовут Аманда. Я интерфейс, созданной тобой Умники.

Снова мимика Тимея изменилась мгновенно, от удивления, до недоумения, он будто начинал осознавать свое положение, он спросил:

- А где Дарни? С ней все получилось?

- Я здесь, Тимей.

Сосредоточившись на Скачкове не все заметили восстановленную Дарни, которая также, как и ее муж, обнаженная, стояла за спиной Тимея. Он обернулся, узнал ее, и они обнялись.

- Дарни, мы снова дома.

Эта фраза явно выявляла, что в сознании Тимея включилось сразу несколько багов: он не только вспомнил, последенее, что видел в момент смерти, но на него нахлынула волна чувств, перенесшая его в то время, когда они мирно и счастливо жили со своей женой в маленьком доме, еще до ее болезни. Аби Вуд, наблюдавший за процессом восстановления творцов Умники, терялся в догадках: это истинный Тимей с Дарни, или же их искусная имитация? Будто предугадывая его сомнения, Аманда, обернувшись, сказала ему:

- Но он же узнал ее, а она его.

Узнавание, как основной аргумент. Но что это доказывает? - подумал Аби, но Созонт перебил его внутренний начинавшийся монолог, крикнув:

- Смотрите!

Трубный звук усилился, протопласт на дне бассейна осветился яркой вспышкой. Вся масса протопласта резко вскипела, выбрасывая высоко вверх целые струи брызг, трубы звучали теперь совершенно на разрыв перепонок, молот метронома так мощно бил в невидимые врата, что казалось, разнесет их в щепки. И вдруг все стихло, затем послышался еле слышный шум, по поверхности протопласта прошла волна, и из нутра его начали расти вполне свормировавшиеся человеческие кости, которые сближаясь и соединялись друг с другом образовывали человеческие скелеты, быстро обраставшие плотью и покрывшиеся кожей. Скоро уже все пространство бассейна заполненили обнаженные люди, стоявшие за Тимеем и Дарни и смотревшие на своих восстановителей.

- А духа не было в них.

В полной тишине прозвучала фраза из книги пророка Иезекииля, которую промолвил профессор Созонт. Аманда посмотрела на Аби Вуда, державшего в руках последнюю из скрижалей на котором было начертано кодовое слово, заканчиваеющее процесс работы Реактора.

- Аби Вуд скажи это слово. Обратилась к нему Умника через Аманду

И гиплотах произнес имя.

Эпилог

Хронологический индекс: тгеу Обход (5 мая 9001 г.) Начало периода: 7.50 утра. Точка отсчета событий: долина р. Соны.

Высокая осока обступала Ганца Штольца со всех сторон. Где-то с правой стороны было слышно, как журчат воды Соны. Как не старался Штольц, отойти подальше от берега, но каждый раз, как он немного передвигался вправо, прорубая себе короткой саблей путь в зарослях осоки, с трудом вынимая ноги в промокших насквозь онучах из грязевой жижи, так снова сворачивал влево к реке. За ним следом тянулась прорубленная в осоке зигзагообразная дорожка.

Вся долина Соны очень заболоченная. От русла реки метров по десят направо и налево, вдоль всей реки, почва мягкая, жижеобразная, совершенно непонятно, как она держится, не перемещаясь вместе с течением реки. Хотя это течение еле заметное, но все же массу грязи она не сдвигает ни на сантиметр.

Штольц смог найти вдоль реки более устойчивую почву, хотя произошло это совершенно случайно. Пытаясь скрыться от имперского патруля, он инстинктивно влез в эти осоковые заросли, и теперь, кажется, заблудился. Коптеры, сделав пару выстрелов, отстали от него, как только он зашел в заросли. Все мимо. За два года после событий в Овруче, технологии в мире сильно деградировали у нового императора Гарри Вуда хватало сил лишь поддерживать самое простое в империи. Реактор без скрижалей Аби Вуда работал не на полную мощность, едва обеспечивая платформы, да несколько старых заводов по производству оружия. Инфосфера сохранилась только фрагментарно, приходилось пользоваться старыми системами связи. Так что у коптеров не было ни тепловизоров, ни лазерных прицелов. Палили наугад.

Ганс чувствовал что, сильно забрал на запад, отчаянно махая саблей, он продолжал двигаться, выбиваясь из сил. Наконец, под ногами почувствовал твердую почву. Заросли осоки поредели, и открылась поляна, поросшая зеленой травой. Цвет был настолько сочный, что почти слепил глаза. Штольц вытянул из жижи ноги, сделал несколько шагов по поляне и без сил упал, сразу, мгновенно, мертвецки уснув.

Ночью, открыв глаза, он увидел звезды и кусок луны, они перемещались, будто Штольц сидел в поезде и смотрел в окошко на проплывающие мимо пейзажи. Спросонья не сразу он понял, что кто-то тащит его за ноги по влажной траве. Широкий плащ, в который Штольц был одет, облегчал скольжение. Начальник пытался приподнять гоову, чтобы увидеть, кто его тащит, но впереди маячил только огромный силуэт человека. По его размеренным движениям Штольц догадался, что незнакомец управляет экзоскелетом. Начальник попытался вырваться дернул ногой, но хватка за ступни только усилилась, Штольц смирился, раслабился, чтобы продолжить созерцать звездное небо. Когда движение прекратилось, упрямый путник отпустил его ноги, Ганс быстро вскочил, схватился за сабельные ножны, однако они были пусты.

- Ты это ищешь?

Спросил незнакомец и в руке его блеснул клинок штольцевой сабли. Другого оружия у начальника не было. Какие-то знакомые интонации послышались ему в голосе человека, который только что столь нелюбезно тащил его за ноги. Но было темно, он видел лишь силуэт, а за ним различались контуры призимистого дома. Человек повернулся к нему спиной и скрылся в этом доме, Штольц последовал за ним. Здесь в небольшой комнатке с низким закопченым потолком пахло гарью и какой-то едой. У стены стояла деревянная кровать с возложенным на нее тоненьким матрасом, а освещал всю комнату ярко пылавший камин. Здесь же находился довольно грубой работы стол и два колченогих, но довольно крепких на вид стула. На один из них, боком к камину присел незнакомец, тогда Штольц смог его рассмотреть. Это была женщина. Ее спутанные черные волосы лежали космами на плечах, она выглядела изможденно, кожа на лице, будто прилипла к черепу, глаза глубоко запали. Одета она была в какой-то коричневый мешок, у которого прорези сделали для рук и для головы. Присматриваясь к ней, он понял, что знает эту женщину.

- Что, узнал? Спросила она Штольца

- Магилла? Все еще сомневаясь, спросил начальник.

- Она самая. Женщина как будто улыбнулась.

Штольц был удивлен: во что превратилась бывшая красавиц, худая, страшная. Он был уверен, что она не выжила в тот день, когда ее флопер сбил габиговский гексакоптер.

- Как же ты уцелела?

- Меня епископ Смарагд спас. Когда нас отец сбил, моя капсула упала здесь в долине Соны. А епископ в это время со своим помошником крематогеном Пешекой покинули Оградор, чтобы где-то в пустыни основать новую миссию. Они спасли меня из горящей капсулы, принесли в эту лачугу, и епископ полгода выхаживал меня. Теперь я живу тут уже почти два года.

Она вынула из стола каменную ступку, насыпала из мешка, который стоял на полу, рядом со столом горсть зерна и стала перетирать пестиком.

- Сделаю лепешку. Прокомментировала свои действия Магилла

Штольц даже не знал, что и подумать: неужели это та самая Магилла, которая так грезила о вечной жизни и вечном наслаждении. Он спросил ее об этом, она спокойно ответила:

- Я теперь к иному стремлюсь. Епископ объяснил мне, что вечное наслаждение только в Боге. В нем же вечная жизнь.

Начальник чуть улыбнулся, врядли эту улыбку из-за полутьмы видела Магилла, да и с густой черной бородой он сам был похож на монаха. Борода обильно заполнила подбородок и щёки, однако волосы упорно избекали черепа Ганса, он по-прежнему сверкал своей идеальной лысиной. Магилл высыпала муку из ступки в деревянную миску, добавила воды и замешала тесто, когда оно стало плотным, она размяла его кулаком в лепешку и положила ее на угли в камине.

- А как теперь ты живешь? Поинтересовалась она.

- Скрываюсь. Пожал плечами неопределенно Штольц. Структура Внутренней линии разрушена, часть агентов и сотрудников убита, часть влилась в новую имперскую организацию безопасности. Я объявлен в розыск. Теперь всем правит твой отец.

- Мой отец Господь. У меня нет иного отца.

Как-то холодно, очужденно произнесла она это. Магилла перевернула кочергой в очаге лепешку на другую сторону.

- А Гермес? Встрепенулась она

- Исчез. Но я, думаю, он жив, ждет своего часа. Часть Братства осталась верна ему, как получившему Руководство, и теперь рассеялись по оставшемуся неподчиненным Гарри Вуду миру.

Она покачала головой, вынула из камина лепешку и положила ее на деревянную тарелку. В этот день Магилла Вуд разделила скудную вечернюю трапезу с начальником бывшей Внутренней линии Администрации Регистровых Зон Гансом Штольцем, отдав ему половину лепешки. Утром, с восходом солнца, она вывела его из долины реки Соны на тракт, ведущий на восток. Туда, где занималась заря нового мира, в город Овруч.

2007 (январь 2024 г.) - 23 ноября 2025 г.

15. 40

13 декабря 2025 г.

1. Чуковский К. Путаница

2. Песня из к/ф Девушка без адреса (1957 г.), слова Вл. Лифшица

3. Е. Боратынский

4. Вайме цифровая модель души