Ульянка сидела у кровати больной бабушки. Они второй год жили вдвоём - мама девочки ушла на небушко, куда её забрали ангелы, а папа не мог взять девочку с собой в поездку в далёкую Африку. Он писал письма, и бабушка всегда читала их вслух, утирая слёзы. А недавно Ульянке исполнилось пять лет, папа прислал ей фотографию с огромным котом, которого назвал львом. Львов Ульянка раньше никогда не видела и испугалась за папу. Домашний кот Поташик был намного меньше. Лев был лохматый и очень строгий со смешной кисточкой на хвосте.
В субботу бабушка убиралась в избе, ставила квашню и стряпала вкусные шанежки с картошкой, а в воскресенье слегла, так сильно у нее кружилась голова, что бабушка не могла даже сидеть и только молча плакала.
С утра Ульянка не отходила от бабушки. Поправляла подушку и сползающее одеяло, прикладывала холодный компресс к горячей голове, заваривала чай на травах.
- Внученька, осталось ли молочко? В чай бы добавить,- попросила бабушка.
Молока не было. Утром большую кружку молока выпила Ульянка, позавтракав шанежкой, и сейчас очень жалела, что не оставила немного бабушке.
Бабушка, выпив кружку чая, задремала.
Девочка отошла в угол, где висела икона, посмотрела сквозь слёзы на Богородицу, хотела попросить о помощи, да побоялась. Богородица смотрела на неё ласково, но строго, словно говоря: "Потерпи".
"Надо где-то взять молока",- подумалось девочек, и тут она вспомнила по Зойку! Взяла подойник и вышла во двор. Но бодливая коза девочку не подпустила, как та ни уговаривала. В печи ещё оставались в чугунке сваренные бабушкой щи, Ульянка немного поела, чтобы не огорчать бабушку. И спать легла рядышком на лавке, постелив старую пальтушку.
Утром покормила кур, нашла у них несколько яиц и напоила бабушку чаем, смешав с яичной болтушкой. Сама тоже съела шанежку, макая в болтушку.
На третий день Ульянку разбудило солнышко. Она вскочила, радуясь его лучам, но тут же поникла - бабушка всё так же болела да ещё и дышать стала тяжело и шумно.
Каждый день девочка подходила к Богородице, но так и не отважилась обратиться с просьбой. "Потерпи",- по-прежнему шептали глаза с иконы.
"Я больше не смогу, я не справлюсь",- думая так, Ульянка сидела рядом с бабушкой и плакала. От окна шло солнечное тепло, и тут девочка повернулась, посмотрела в небо и шёпотом попросила:
- Мамочка, ты там, на небушке, попроси Богородицу помочь бабушке,- слёзы катились из Ульянкиных глаз, и, боясь, разбудить бабушку, девочка убежала в чулан и там вдоволь наревелась.
К вечеру солнышко закрыли тучи, резко похолодало, и пошел сильный дождь.
Всю ночь и с утра ливень лил как из ведра. К вечеру стало темно и зябко. Ульянка подбросила два полешка в печку, встав на лавку, приоткрыла вьюшку, чиркнув спичкой, зажгла лучину.
А назавтра бабушке было совсем плохо, она кашляла и пила теплый чай маленькими
глотками. Ульянка постелила себе на лавке и попыталась устроиться поудобнее, прикрыла глаза.
Вдруг в дверь постучали. Укутавшись в пальтушку, Ульянка открыла задвижку и попятилась. На пороге стоял Ангел. Огромные белые крылья были сложены за спиной, а сам он будто светился.
- Вы за бабушкой?- испугалась, прижала к лицу кулачки Ульянка.
- Не бойся, я просто побуду рядом, пока бабушка не поправится,- Ангел прислушался к дыханию спящей женщины:
- Я помогу, не время ей уходить...
Пройдя неслышными шагами, он поставил на стол кринку с молоком.
- Бабушка чай с молоком просила, напои её, когда проснется. А я к печке присяду, крылья намокли.
Ульянка обрадовалась кринке с молоком.
- Я кисель заварю, молочный, он сытнее чая и бабушка его любит.
- Кисель на молоке и я отведаю, - молвил Ангел, протягивая к печке босые ноги.
- Ой, что ж вы в такую погоду и босиком?
Ульянка достала и подала Ангелу шерстяные отцовские носки.
- Вот наденьте, ноги сразу согреются.
- Спасибо, доброе дитя. Ты отдохни, я за тебя сегодня подежурю.
- Вы, правда, не заберёте бабушку?
Ангел молча кивнул, улыбнувшись, погладил девочку по голове.
Выпив кружку молочного киселя, Ульянка забралась на печку и крепко уснула.
Проснулась утром. В избе пахло выпечкой, бабушка хлопотала у печи.
- Бабушка, ты зачем поднялась?
- Так, здорова уже. А ты молодец. И Зойку подоила и меня выходила, - тут бабушка взяла Ульянкины руки, поглядела, погладила ладонями,- вижу, как руки-то натрудила... Ну ничего, попарим, отойдут руки-то.
- Бабушка...
Девочка спрыгнула с печи, сдержалась, не ойкнула - рукам-то и правда тяжеловато было, оглядела избу и, не найдя вчерашнего гостя, спросила:
- Бабушка, а ты Ангела видела?
- Да Бог с тобой, родная. Ангелы, они на небесах живут. Для нас, смертных, невидимы. А ты чего отцовские носки достала, они ж тебе велики, там маленькие есть.
В углу на лавке лежали аккуратно сложенные шерстяные носки и полевая ромашка.
Ульянка взяла цветок, вышла на крыльцо и, устремив взгляд в небо, прошептала: "Спасибо".