Нежная головка дрожит на зелёной полупрозрачной ножке.Tонкие пальцы раздвигают лепестки, оголяя рыжую сердцевину. Аккуратный веснушчатый носик тянется к пурпурным тычинкам, которые бесстыдно топорщатся мохнатым горошком пыльцы. Приторно-липкий запах спрутом вползает в комнату, и становится трудно дышать. Она просыпается и тут же отодвигает вазу с цветами на край тумбочки. Вчера еще полные жизни, сегодня фрезии уже утратили тот терпкий, присущий весенним цветам, запах молодости, а потяжелевшие соцветия, поменяв цвета с пастельных на более густые и сочные, изогнулись в предсмертном поклоне. Но выбрасывать их было жалко: Грэг так редко дарит ей цветы! Алисия встала с кровати и, обхватив вазу обеими руками, перенесла ее на подоконник. За окном туманом покачивался город. 

С делами Алисия закончила к обеду: сходила к зубному, подала документы на обмен водительских прав и с чистой совестью отправилась на ланч со своей школьной подругой. Лина работала в университете помощником профессора и готовилась к защите докторской. За обедом в студенческой столовой они обменялись новостями о работе и личной жизни и, конечно же, посплетничали о школьных подругах. Напоследок Лина подарила ей холщовую сумку с вышитыми цветами. Алисия бросила свой рюкзачок в новую сумку и, повесив ее на плечо, направилась к ближайшей станции метро.

Она решила пройти дворами и с пыльной магистрали свернула на тихую улочку, где в палисадниках распускались тюльпаны. Алисия даже достала телефон, и присев на корточки, начала фотографировать.

А фрезии ваши любимые цветы? голубоглазый брюнет лет тридцати пяти смотрел на нее сверху вниз.

А вы откуда а, сумка! улыбнулась она, подруга сегодня подарила.

Точно! Я вас сегодня видел с Линой! Хорошего вам весеннего дня! и он энергично зашагал вниз по улице.

Через минуту он ее снова окликнул, на это раз мужчина стоял наверху лестницы, у двери дома, палисадник которого утопал в красных тюльпанах:

Милая подруга Лины, я могу вас попросить об одолжении? Я забыл ключи, и телефон, как назло, разрядился! Жена болеет, а я не хочу беспокоить ее звонком: она сразу побежит открывать. Я могу попросить ваш телефон? Я позвоню, и она откроет дверь пультом.

Алисия поднялась на две ступеньки и с улыбкой протянула телефон. Мужчина набрал номер, что-то ответил, и, толкнув дверь, вошёл. Дверь осталась полуоткрытой.

Алисия ещё минуты три топталась внизу, потом поднялась по ступенькам и заглянула внутрь. Телефон лежал на столике под зеркалом. Она прошла внутрь и взяла телефон. Сзади громко хлопнула дверь.

Грэг не спал уже неделю. Ему было страшно. Страшно было проснуться и снова узнать, что его привычный мир разорвало в клочья.. Официально пропажей его девушки занимался коллега полицейский детектив первого класса Джэй Стрингер, но и Грэг получил доступ к документам. Он читал и перечитывал показания, проверял распечатки звонков, сравнивал отчёты патологоанатомов. Все сходилось к тому, что Алисия попала в лапы Весеннего монстра. В течение шести лет в апреле в полицию поступали заявления о пропавших девушках, а спустя три недели их обнажённые тела находили в мусорных баках в разных концах города.

 Грэг уже много раз просмотрел фотографии погибших, перечитал заключения патологоанатомов ни одной зацепки! Все они были убиты, вернее, задушены весной, и тела их обнаруживали плюс-минус три недели после пропажи. Весна, три недели, удушье! И это все!

В сотый раз он начал перечитывать каталог личных вещей убитых, хотя, какие личные вещи, если все они сводились к большому черному пакету, в котором их находили. Хотя, вот, у одной в волосах была найдена часть сухого листа гиацинта. Она вполне могла попасть туда из мусорного бака. А если нет? Кстати, это что за цветок? Такгиацинт это весенний цветок с плотной, цилиндрической кистью мелких звездчатых цветков. Аромат гиацинта насыщенный и сладкий. Ага, вот ещё: Гиацинт пахнет почти оглушающе сладко, густо, как сама весна Грэга как будто током ударило: сладко, густовот именно так пахло в квартире Алисии, куда он зашел вечером в день пропажи, но на это он тогда внимания не обратил..

Лифт он вызывать не стал взлетел на третий этаж и открыл дверь. Запаха уже не было. Грэг пробежался по кухне, обошел гостиную, заглянул в мусорный бак. Затем заглянул в спальню. На подоконнике стояла ваза с засохшими фрезиями: он подарил их Алисии две недели назад! Как это было давно! Видимо, они в тот злосчастный вечер и наполняли квартиру тяжелым ароматом. Грэг взял вазу в руки: воды там оставалось совсем немного: дня два-три и она испаритсяСТОП! Почти три недели! Это же весна, гиацинты, три недели, удушье. Он схватил телефон и набрал номер:

Джэй? он кратко изложил свою версию детективу. Да, я понимаю, что это звучит почти безумно, но, пока я не приеду, может, кто-то связаться с родственниками убитой Эммы Райт и выяснить, какие у неё были любимые цветы?

Гиацинты! первое, что выпалил Стринг, когда Грэг влетел в кабинет, я уже отправил ребят прочёсывать все цветочные магазины в радиусе 20 миль от университета! Ищем тех, кто покупал фрезии в течение последней недели!

У них оставалось чуть меньше чуть больше двух недель, чтобы найти Алисию живой!

Алисия медленно пробуждалась. Открывать глаза было лень: хотелось  подольше понежиться в бархатном полусне. Бархатом было пропитано все вокруг: запахом пыльной портьеры он щекотал ноздри, изгибом теплой волны струился под рукой, чувственным и глубоким  голосом выводил оперную арию:

Отчего это прежде не знала

Ни тоски я, ни горя, ни слез,

И все дни протекали, бывало,

Среди звуков небесных и роз.

Оперу она терпеть не могла. Неожиданная вспышка памяти стремительно вынесла ее из забытья, и Алисия широко распахнула глаза. Она вспомнила, как шагнула через порог, взяла свой телефон, и как страшно хлопнула за ее спиной дверь! Потом ее толкнули к стене, и кто-то навалился на нее всем телом. Еще что-то больно кольнуло в плечо, и после этого погас свет. А теперь, одетая в длинный, искусно расшитый золотом бархатный кафтан, она полулежала на кресле-шезлонге, обтянутоым зеленым шелком. Кисти рук и щиколотки были плотно прибинтованы к креслу.

Мысли Алисии неслись так быстро, что слились в один горячий поток, и отделить одну от другой не было никакой возможности. Стаккато дробило виски: Пропала! Пропала! Пропала! Неимоверным усилием Алисия заставила себя несколько раз глубоко вздохнуть. Страх никуда не делся, но она снова приобрела способность слышать и видеть. Оперная музыка, под которую Алисия проснулась, становилась все громче: кричать и звать на помощь не имело смысла. Она с опаской стала оглядываться по сторонам. В комнате с высокими потолками больше никого не было. Напротив три больших окна, наглухо закрытых тяжелыми портьерами. Справа, у стены, рояль, а над ним, в дорогих рамах, три большие фотографии какой-то женщины в театральных костюмах. Один из костюмов Алисия сразу узнала: длинный синий кафтан с золотым узором. Слева, рядом с дверью, стояли кресла и журнальный столик. Неожиданно в дверь тихо постучали, и недавний брюнет вкатил тележку с серебряным подносом, на котором дымился кофейник, стояли чашка с блюдцем, сахарница и тарелка с сыром и фруктами. Спокойное выражение лица похитителя, его мягкая поступь вкупе с дымящимся кофе все это настолько не увязывалось с недавними событиями, что ей начало казаться, что все это сон.

Грэг вышел из очередного цветочного магазина совершенно опустошенным: уже пятый по счету, а толку - чуть: все торговали орхидеями, розами, гиацинтами и тюльпанами, но фрезии в этом году не закупали. Из кафе напротив доносилась румба. 

Маком тонким гнешься  на ветру:

Вся дрожишь. Я молчу

Ты танцуешь - я схожу с ума 

Только ты, ты одна!

Кто-то лучше танцует, чем ты

Но я вижу лишь только тебя,

Только ты правишь магией дня

Танец твой - вихрь любви!

Одна из ее любимых песен! Алисия обожает танцевать, а его сложно вытащить. 
Теперь же он готов был пойти брать уроки танцев, только бы увидеть ее смеющиеся глаза, услышать переливы ее голоса..!

В кармане завибрировал телефон

Слушаю!

Грэг, ты где сейчас? звонил Джей

На перекрестке Вако стрит и седьмой. Господи! Я признался ей в любви прямо на этом перекрестке! Шел немного сзади, любовался ее танцующей походкой и слова сами вылетели! голос его дрожал.

Грэг! Мы найдем ее, слышишь? Найдем! Только что прислал сообщение Малик, они раскопали адрес мужика, который два дня назад купил огромный букет фрезий. Я сейчас сброшу.

Понял! Выезжаю!

На звонки в дверь таунхауса никто не отвечал, Грэг и Малик спустились на пару ступенек и позвонили соседям. Дверь открыла старушка лет восьмидесяти. 

Мы из полиции! Грэг протянул ей документ. Вы случайно не знаете, где мы можем найти мистера Бауэра? У нас к нему пара вопросов.

Как не знаю? Конечно, знаю! На кладбище поехал! Жену он недавно схоронил! Каждый день, сердечный, на могилку ездит!

А кладбище где, не подскажете?

А как же, подскажу, конечно! Пишите! По нашей улице прямо три квартала. потом повернете направо, проедете еще пять кварталов, там будет католическая церковь и кладбище при ней, оно небольшое, там Фрэнка и найдете, он недавно уехал!

Понял! Церковь Святого Иоанна, Грэг, поехали! 

Кладбище, действительно, оказалось небольшим, и в будний день народу там почти не было. Они подошли к мраморной скамейке, на которой сидел седовласый мужчина. На могильной плите была выбита надпись: 

Мария Бауэр

6/29/1940 - 4/16/2023

Рядом стоял круглый аквариум, набитый разноцветными фрезиями. Мария Бауэр умерла в тот же день, когда пропала Алисия. Полицейские не проронили ни слова. Грэг махнул Малику рукой, и они вернулись к машине.

У Фрэнка Бауэра, наверняка, железное алиби. Не хотелось его беспокоить на кладбище: всего неделя прошла со смерти жены, вслух рассуждал Грэг.

Что, даже не поговорим? Малик удивлённо смотрел на Грэга.

Ну почему же? Просто проследим за ним, пока он вернётся домой, там и поговорим.

Полицейские сели в машину и стали ждать.

Увы, это не было сном. Алисия была пленницей уже целую неделю. По утрам её похититель приносил завтрак, вечером ужин, поил из кружки с носиком и кормил с ложки. Но у неё создалось впечатление, что кормил он вовсе не её, а этот расползающийся спрутом по комнате голос. Им дрожали оконные стёкла за тяжёлыми портьерами, в такт с ним колыхался пар, поднимающийся от кофейника. А ещё голос отмерял время: с рассветом Алисию неизменно будили его звуки, в сумерках он триумфально оповещал её о возвращении хозяина дома с работы, а когда голос смолкал, наступала ночь.

Брюнет ежедневно желал ей доброго утра и спокойной ночи, но на её вопросы почти ничего не отвечал, а если что-то и говорил, то куда-то в сторону и невпопад. Алисия старалась быть осторожной: она начала догадываться, что попала в руки маньяка. По рассказам Грэга она помнила, что похитителя необходимо вызвать на разговор, попытаться превратиться из объекта в живого человека, но пока у неё мало что получалось.

Всё изменилось, когда на пороге комнаты без привычного музыкального сопровождения возник брюнет с огромным букетом начавших распускаться фрезий. Он смотрел прямо на неё и улыбался!

Если не ошибаюсь, это твои любимые цветы?

Дааа... почти прошептала она, даже не пытаясь скрыть удивление.

Сейчас я принесу вазу, поставлю их в воду, и мы начнём праздновать!

Праздновать? У тебя день рождения? Бонус на работе дали? выпалила она, забыв, что должна сохранять спокойствие и обдумывать каждое своё слово.

Нет, мы будем праздновать первый день на пути к твоему спасению!

Спасению? Ты меня... отпустишь? она с надеждой взглянула ему в глаза.

Отпустить? Позволить тебе медленно увядать в этом безумном мире? Нет! Ни за что!

Он выбрал из букета несколько распустившихся цветов и бережно вплёл ей в волосы.

Оглушённая происходящим, Алисия сидела, не шелохнувшись.

Пожилой мужчина просидел у могилы жены ещё около получаса. По дороге домой он сначала остановился купить продукты, а потом зашёл в лавку, где продавали сигары. Полицейские следовали за ним на машине.

Мистер Бауэр?

Да, а что такое? он раздражённо посмотрел на них.

У нас к вам пара вопросов. Нужно кое-что уточнить по поводу смерти вашей супруги...

Странно, какие могут быть вопросы? Она умерла в госпитале после долгой болезни... Ну, что делать? Проходите.

Он пригласил полицейских в гостиную. Малик сел в кресло, а Грэг стал рассматривать фотографии на камине и на полках книжного шкафа.

Это всё ваша жена? Вы познакомились уже в зрелом возрасте? задал вопрос Грэг.

А вы наблюдательны, с лёгкой иронией Бауэр взглянул на полицейского.

Работа обязывает, вежливо ответил Грэг.

Мы познакомились, когда ей исполнилось сорок пять, а мне пятьдесят два. Я только-только развелся с первой женой и отправился в круиз, чтобы сменить обстановку. Вот на палубе корабля мы и встретились. Мария в то время тяжело переживала окончание карьеры оперной певицы: она после болезни потеряла голос, и врачи не смогли ей помочь.. Вот так судьба и свела вместе двух несчастных под созвездием Южного Креста. Спустя два года мы поженились и прожили в полном согласии почти двадцать лет.

Алисия продолжала сидеть без движения, устремив взгляд в пустоту. За несколько дней, проведённых в доме брюнета, она так и не смогла понять, что же произошло, совершенно не знала, как с ним себя вести. Вежливое, иногда бережное отношение к ней тюремщика оставляло какую-то надежду. Но сегодняшние его слова И как потемнели его глаза, а каким резким тоном он это сказал! Альтернативой медленному увяданию могла быть только быстрая смерть! где-то глубоко внутри слабо пульсировала мысль, что необходимо было что-то предпринять, но сил не было. 

Сквозь пелену навалившегося свинцового страха Алисия почти ничего не чувствовала. К реальности вернулась, когда чьи-то руки коснулись ее груди. Длинными тонкими пальцами, будто перебирая четки, он застегивал на ее груди пуговицы. Обтянутые красным бархатом, они вереницей спускались до самого низа. Его черные волнистые волосы, спадающие на бледный лоб, почти касались ее губ. Алисии очень хотелось закричать и сбросить с себя и эти пальцы, и это платье, и, самое главное, страх. Но этого делать было нельзя: если верить криминальным сериалам, бессчетное количество которых они с Грэгом пересмотрели, вести себя нужно спокойно. Она отвернулась. Женщина на фотографии, облаченная в красное бархатное платье с высоким воротником, высокомерно вздернув подбородок, смотрела прямо перед собой. Ей не было никакого дела до того, что происходит вокруг. Тонкие длинные пальцы переплелись в замок, а темные волосы волнами спадали с плеч. А они похожи! Очень похожи! удивилась Алисия и, шумно выдохнув, произнесла: Красный мой любимый цвет! 

Брюнет на мгновение оставил пуговицы и поднял на нее глаза. Голубые, с черными колючками зрачков, они смотрели сквозь нее.

Отведи меня к зеркалу! в голосе Алисии слышалась уверенность и даже надменность.

Совсем неплохая идея! брюнет вышел ненадолго из комнаты и вернулся с наручниками.

Они шагнули в длинный тёмный коридор и двинулись вдоль стены. Щёлкнул выключатель, и Алисия увидела свое отражение. Распрямив плечи, она стала поворачиваться из стороны в сторону, скрестив пальцы рук в замок, пока не нашла ту самую позу, в которой была запечатлена дама на фотографии. Так и застыла, глядя прямо перед собой и чуть вздернув подбородок.

Прямо как тогда! брюнет взял ее за плечи, и они какое-то время вместе смотрели в зазеркалье. 

А туалет здесь есть? Очень неудобно с этой пластмассовой уткой! Алисия решила раздвинуть границы возможного как можно шире.

Сейчас отведу. Только, пожалуйста, не кури, иначе твой голос уже никогда не вернётся!

Алисия уже хотела выразить удивление по поводу своего голоса и не кури, но тут же сообразила: в полумраке и в этом платье он видит ту, другую: не даром же ей казалось, что он всегда смотрит как будто мимо неё.

Когда они вернулись, он помог ей сесть и начал привязывать к креслу. Алисия наклонилась и прошептала, касаясь губами его волос:

Какой хороший мальчик! 

Брюнет сначала замер, потом обхватил ее колени и крепко прижался к ним щекой.

Завари мне завтра чай! Что-то я не хочу уже кофе пить!

Да, конечно, как ты захочешь.

И еще Давай завтра посмотрим старые фотографии, те, где ты ещё маленький?

Да? Ты правда этого хочешь? Ты же всегда говорила, что я был очень беспокойным и нервным ребенком

Все так говорят, когда дети себя плохо ведут. А сегодня ты вел себя очень хорошо!

Правда? Завтра я принесу альбом!

Грэг и Джей сидели за столом напротив друг друга и подводили итоги последних двух недель. 

Версия с цветами нам пока мало что принесла Кроме старичка с покойной оперной певицей, только свадьба и небольшие букеты в подарок. Мы проверили все версии пока ничего подозрительного. Джей перевел взгляд на Грэга.

Да, мы даже проверили, куда цветы после этой свадьбы делись. Каждый стол в ресторане украшала ваза с фрезиями, которую разыграли между гостями: у кого день рождения был ближе всех ко дню свадьбы, тот и унес домой букет Грэг так сильно сжал зубами карандаш, что тот треснул.

Слушай, может, ты ко мне сегодня ночевать? На тебя уже смотреть страшно: худой и черные круги вместо глаз! Тебе нужно отдохнуть!

Нет, я сегодня поеду на квартиру к Алисии: мне кажется, я что-то там упустил, не могу понять, что!

Хорошо! Джэй выключил компьютер и распрощался с Грэгом.

Грэг проснулся от света. Белая, почти полная луна зависла напротив спальни Алисии, окончательно пробудив его от и без того беспокойного сна. В этой  молочной тишине он вдруг вспомнил их поездку в Латинскую Америку два года назад. В небольшом уругвайском городке Алисия затащила его посмотреть дом-музей Карлоса Паэс Виларо. Строение было похоже на дворец, сложенный из окаменевших перевернутых сосулек. Почти на всех картинах художника было изображено солнце c разноцветными лучами. И только на нескольких - солнце и луна. 

Сын художника попал в авиакатастрофу высоко в Андах. Поиски разбившегося самолета были прекращены никто не верил, что есть выжившие. А художник не сдавался: на свои деньги нанимал вертолет и продолжал поиски. По ночам выходил из палатки, подолгу смотрел на луну, повторяя: Сынок, я верю, что мы скоро встретимся, держись, Карлитос, держись! И они выжили, 16 из 45. Карлитос вернулся домой.

Алисия, я тебя найду, слышишь, найду! Я верю, что мы скоро встретимся, держись, любимая! Грэг встал с кровати. Часы показывали два часа ночи. Он быстро оделся и вышел из квартиры.

Это случится сегодня!! Утром он облачил ее в белое шелковое платье. Платье, в котором его мать была запечатлена на третьей, последней фотографии. Да, Мария Вентрелони, известная оперная певица, оказалась его матерью! Алисия это поняла два дня назад, когда они рассматривали старые семейные фотографии. Это ради нее он убил уже шестерых девушек: их посмертные снимки были аккуратно вклеены в альбом на последних страницах. Вернее, по его словам, не убил, а спас их красоту от увядания: У матери сначала появились небольшие морщины вокруг глаз, седые волосы, потом она стала болеть и, наконец, потеряла голос! Хороший садовник срезает цветы, пока они способны радовать глаз, наполнять воздух нежным ароматом! 

Алисия не отказалась от последнего ужина, наоборот, она попросила его купить побольше деликатесов, чтобы отпраздновать свое избавление. 

Мы должны устроить ужин при свечах! Я обожаю свечи! А еще я люблю пирожные из кафе Сладкая Греция. Ты не можешь мне отказать в такой важный день! Алисия знала, что это кафе находится на другом конце города, и старалась тянуть время. Пока жив, ты можешь еще все изменить! Эту поговорку так любила повторять ее бабушка.

Перед началом последней трапезы Алисии брюнет торжественно провозгласил:

Сегодня мы будем слушать оперу Дворжака Русалка.

Алисия, которая весь вечер была напряжена, как струна, вдруг рассмеялась. Она хохотала все громче и громче, пока брюнет не закричал на нее:

Как ты можешь? Это же такая трагичная история! Прекрати немедленно!

Прости, но это звучит как плохая шутка! Я не люблю оперу, и всё из-за Русалки. Моя бабушка родилась и выросла в Праге. Она учила меня чешскому языку. И почему-то считала, что лучше всего я запомню слова, слушая оперу! Она меня мучила каждые выходные, когда я приходила к ней в гости И вот теперь, в день, когда я я ухожу, снова звучит эта музыка!

Мне кажется, эта опера как нельзя лучше соответствует торжественности момента. Героиня теряет голос из-за любви брюнет в нерешительности теребил в руках длинную шелковую ленту.

Еще раз прости, ты, конечно, прав, опомнившись пробормотала Алисия. Она поняла, что ее нервный срыв может ускорить ее смерть. 

 Горели свечи, тюремщик предлагал ей вино, фрукты, кормил любимыми пирожными. Алисия пыталась не обращать внимания на музыку: с каждым тактом приближалась трагическая развязка. Но знакомые с детства слова находили дорогу к ее сознанию: 

Msku na nebi hlubokm,
svtlo tv daleko vidm.
Po svt bloud irokm,
dv se v pbytky lid.

Msku, postj chvli,
ekni mi,
kde je mj mil.

Скажи ему, серебряный месяц, что обнимают его руки мои, чтобы хотя бы на миг он вспомнил обо мне во сне, вполголоса продолжила она по-английски. В глазах ее забрезжила надежда. 

Останови музыку! Алисия властно взглянула на своего мучителя. Я должна умереть именно под эту арию! Но я должна увидеть это глубокое темное небо и месяц, к которому она так неистово взывает! Так должно быть! Я это чувствую!

Тюремщик смотрел на свою жертву в восхищении: глаза светятся, щеки пылают! В своем предсмертном порыве ее красота была воистину царственной! Он встал на колени и начал отвязывать ее руки от кресла. 

Алисия стояла прямо, руки ее были крепко примотаны к телу, ноги - по-прежнему привязаны к креслу. Но через раздвинутые портьеры она могла видеть луну, которая висела над глухой стеной дома напротив, и еще небольшой кусок пустынной улицы.

Я жива, Грэг, слышишь, я еще жива! одними губами прошептала Алисия, устремив взгляд на луну. 

Но тут снова зазвучала музыка, и ее палач накинул Алисии ленту на шею. Она вдохнула и изо всех сил рванулась вперед. Шансов у нее не было: слишком уж далеко находилось окно. Лента впилась ей в горло. Она только успела увидеть, как луна взорвалась фонтаном нестерпимо ярких брызг, после чего потеряла сознание.

Уже целый час Грэг кружил вокруг университета. Что он искал? Его коллеги не раз прочесали все улицы, ведущие к станции. Они стучали в двери, задавали жителям района вопросы об Алисии, заглядывали в окна подвалов: все тщетно. Никто ничего подозрительного не видел. 

На улицах не было ни души, но Грэг не был одинок в своих поисках: в эту ночь луна стала его безмолвным спутником. В переулках без фонарей она щедро серебрила дорогу, подбадривающе моргала между крыш домов, отвлекая от страшных мыслей, а когда он задумался на перекрестке, куда поворачивать, она бросила горстью бликов в лужу, указав направление.

  Вот уже в третий раз Грэг свернул на улицу, которую про себя успел прозвать тюльпановой.

 Все те же дома, те же окна: все спят. Только что-то поменялось в доме с высоким крыльцом: там шторы до этого были плотно задернуты, а теперь - слегка раздвинуты и из глубины пробивался какой-то мерцающий свет. Свечи? В три часа ночи?

Черт! только и успел выругаться Грэг и резко крутанул руль в сторону дома: прямо под колеса машины бросилась белка. Машина взлетела на высокий бордюр и на мгновение фары высветили окно. У него не было времени остановиться и подумать: на самом деле он что-то увидел или лунный свет сыграл с ним злую шутку, и ему привиделось перекошенное от боли лицо Алисии, мелькнувшее в глубине комнаты. Он смял машиной невысокую ограду палисадника и резко затормозил в паре сантиметров от стены дома. Грэг выскочил из машины, прыгнул на капот и, разбив стекло рукояткой пистолета, влетел в комнату.

Как вам это платье, по-моему, вы в нем будете великолепно смотреться? хозяйка свадебного салона протянула Алисии платье из белого шелка.

Та в страхе прижалась к стене.  Лина мгновенно загородила подругу спиной и, взяв хозяйку под руку, отвела за угол, где проговорила очень тихо, но чеканя каждое слово:

Спасибо большое за беспокойство. Когда я разговаривала с вашим консультантами, я о специально объяснила, что нам нужны только кремовые оттенки. Нам также совершенно не интересны ткани  даже отдаленно напоминающие шелк

Когда хозяйка с платьем поспешно ретировалась, рассыпаясь в извинениях, Лина поспешно вернулась к Алисии:

Как ты?!? 

Слушай, Лин, давай отложим поход за платьями до следующих выходных? Что-то у меня голова разболелась, Алисия виновато улыбнулась.

Пойдем кофе выпьем? предложила Лина.

Давай что-то покрепче! выдохнула Алисия.

Что вы с Алисией делаете в субботу? Не хотите вместе с нами махнуть в горы? Девочки искупаются в озере, мы порыбачим. Отец с матерью едут в круиз, и коттедж будет в полном нашем распоряжении Джей вопросительно посмотрел на Грэга.

Я бы с удовольствием! Но мы в эти выходные идем в оперу: психолог Алисии посоветовал, по лицу Грэга пробежала тень. 

Они какое-то время молчали.

Даадело закрыто, маньяк получил свои 60 лет без права на досрочное освобождение, а меня все еще мучает вопрос.. Мы несколько раз беседовали с Фрэнком Бауэром И никто и не подумал спросить, были ли у его жены дети А Фрэнку было что нам рассказать. И ведь не прыгни тебе эта сумасшедшая белка под колеса Джей Стингер захлопнул папку и поднял глаза на Грэга.

Помнишь, я тебе рассказывал о Карлосе Виларо? спросил Грэг 

Это тот, который сына в горах искал?

Да! Так вот, это же не он их нашел! Пара ребят из тех, что остались в живых, отправились искать помощь и встретили пастухов. Вот я и думаю Карлос продолжал верить, что они живы! Он потратил кучу денег и энергии на их поиски, когда все остальные уже отчаялись и прекратили спасательную операцию.Его сумасшедшая энергия их и поддерживала все эти 72 дня в заснеженных горах!

Не знаю, может, ты и прав, но одно могу сказать точно: Алисии крупно повезло с женихом! Джей улыбнулся и подмигнул Грэгу.