В предгорьях было мало поселений, между деревнями пеший путь мог составить день, иногда полтора. "Людей мало, работы мало, денег мало, еды тоже мало, кроме фруктов", - подумал Билл, срывая крупное спелое яблоко. Надкусил, пожевал и выплюнул: у яблока оказался неприятный привкус, как у заплесневелого. Странно, раньше яблоки попадались вкусные.
- Ночевать опять под небом будем? - кисло спросил Том.
Билл посмотрел вниз, в долину. Деревня была видна, как праздничный пирог на столе, но спуститься туда до темноты братья не успевали.
- Придется, - вздохнул Билл. - Воды бы только набрать.
- Вон колодец, - ткнул пальцем Том в каменное кольцо поодаль каких-то древних развалин.
Надеясь, что длины веревки, которую братья всегда носили в дорожном мешке, хватит, чтобы достать до воды, Билл подошел к колодцу, заглянул в него и отпрянул: внутри была плотная непроглядная тьма. Дневной свет позволял разглядеть часть внутренней кладки сверху, но ниже сгущалась чернота.
Подошел Том, посмотрел в колодец.
- Эй, - негромко сказал он.
Эха не было.
- Во черт, - проговорил Том и, прежде чем брат успел его остановить, подобрал камешек и бросил в колодец.
- Идиот, - прошептал Билл, но из любопытства снова глянул в темноту.
Пару раз слабо стукнувшись о стенки колодца, камешек исчез, словно его поглотила тьма. Билл еще с минуту всматривался в пустоту, пока ему не показалось, что внизу промелькнула багровая вспышка. Сделалось жутко.
- Пошли, - Билл забросил снятый было дорожный мешок за плечи. - В этом колодце воды не набрать.
Том заторопился за братом, часто оглядываясь: колодец пугал и его тоже. Он первый услышал странный звук, напоминающий посвистывание ветра на высоте.
- Билли! - шепотом окликнул он брата.
Тоже услышав звук, Билл остановился, огляделся и нырнул за огромный камень, дернув за собой брата. Распластавшись на камнях, как разведчики, братья осторожно выглянули: черный силуэт колодца отчетливо виднелся неподалеку. "Это крылья!" - думал до полусмерти перепуганный Билл, гадая, какая же тварь вырвется из тьмы.
Два больших темных крыла вынесли на свет божий... кошку.
Билл протер глаза.
Том перекрестился.
Кошка мяукнула.
- Кис-кис, - позвал Том, заворожено глядя на парящую животину.
Ругнувшись, Билл толкнул брата ногой, но было поздно. Неловко развернувшись, кошка полетела в их направлении, растопырив лапы и истошно мяукая. Билл рванул с плеч мешок и вскочил, надеясь отбить кошку в полете, если она рискнет напасть.
Не долетев, животное сложило крылья, шмякнулось на землю и побежало, теряя перья. С полетами у кошки явно не ладилось, а когда она бежала, наполовину сложенные крылья волочились по бокам, как у подбитой вороны.
Горестно мяукнув, она подбежала к людям. Махонькая такая серенькая кошечка с орлиными крыльями.
Наклонившись, Том осторожно поправил и сложил ей крылья.
Кошка мяукнула.
Том вынул из мешка кусок сушеного мяса.
Кошка с урчанием вцепилась в него и проглотила не жуя.
Билл осторожно погладил животину. Та потерлась о его сапог и мурлыкнула.
Кошка, черт возьми, как кошка! Если б не крылья.
Покормив крылатую тварь, братья заспешили в долину: смеркалось и холодало. Кошка летела следом на низкой высоте, ее раскачивало. Когда братья ушли довольно далеко, кошка требовательно заорала. Пришлось подождать.
В итоге Том взял животину на руки и понес. Шедший рядом Билл слышал ее мурлыканье.
- Вроде обычная кошка, - заметил Том.
- Зато колодец не слишком обычный, - сказал Билл. - Выкинь ее, вдруг она во что-нибудь превратится ночью.
- Эта дура даже летать толком не умеет, не то что превращаться, - возразил Том с такой уверенностью, словно всю жизнь имел дело с крылатыми кошками, и почесал мурлыке шейку. - Опаньки, что тут у нас?
Билл встревожился, но Том всего лишь снял с кошки тонкий кожаный ошейник, почти незаметный в густой шерсти.
- Оно домашнее?! - в один голос изумились братья.
Сгущающаяся темнота не позволяла разглядеть ошейник, хотя Билл нащупал суровые нитки, которыми что-то было вышито.
Стало совершенно темно, и Билл нехотя скомандовал остановиться. Ночью спалось плохо: Биллу снились кошмары, в которых из колодца сотнями вылетали жуткие твари на огромных крыльях, а Том, ворочаясь с боку на бок, придавил кошку. Заорав, она разбудила братьев.
Последние часы до рассвета братья сидели, молча жуя сухари.
Кошка спала на коленях у Тома.
- Ну, - поднялся Билл, когда воздух посветлел, - пошли.
- Я придумал, - сказал Том, - возьмем животину с собой, а? На ярмарках показывать.
Светлой мечтой Тома было обзавестись неведомой зверюшкой, возить ее по ярмаркам и не работать.
Ничего не ответив, Билл зашагал дальше по дороге. Том шел рядом, кошка мурлыкала у него на руках.
Скоро Билл смог прочесть имя на ошейнике. Пушинка, прости господи. Билл надел ошейник на кошку и, позевывая, добавил шаг, чтобы согреться.
Нормальную такую Пушинку выплюнул жуткий колодец.
К полудню уставшие и невыспавшиеся братья спустились в долину.
Отпущенная погулять кошка осваивала искусство полета, погналась за птицей и врезалась на повороте в тутовое дерево. Упала, долго орала. Осмотрев ее, Том заключил, что глупая животина отделалась ушибами.
- Она точно не родилась с крыльями, - заключил Билл, оценивая расстояние до деревни и гадая, не попрут ли их оттуда с таким домашним любимцем.
Погладив кошку, Том подбросил ее вверх. Та расправила крылья и взлетела.
- Привыкает, - кивнул старший брат.
- Не бери ее на руки, пусть летает, - посоветовал Билл.
Он надеялся, что кошка куда-нибудь улетит или, на худой конец, ветром снесет, но нет: кошка летела следом, отчаянно хлопая крыльями и стараясь не отставать. Отставая, она мяукала так жалобно, что Том не выдерживал и останавливался.
Их вход в деревню получился, можно сказать, триумфальным: два грязных небритых бродяги и порхающая над ними на широких крыльях кошка. Первый встреченный заорал благим матом и начал креститься, через пять минут орало уже человек десять. Том пытался позвать кошку, но она, напуганная воплями, отлетела в сторону.
Внезапно крики стихли. Навстречу братьям вышел представительный мужчина, глянул на кошку, на пришельцев и строго спросил:
- По верхней дороге шли? Мимо колодца?
Билл кивнул.
- Кис-кис-кис, - обратился мужчина к кошке.
Та не отреагировала.
Билл покосился влево-вправо: похоже, их окружило полдеревни.
- Кис-кис, Пушинка, - нежно подозвал котейку Том, и та почти упала в его руки.
- Да это кошка моей дочки! - ахнул вдруг кто-то в толпе. - Ее вчера орел утащил.
...Представительный мужчина, оказавшийся старостой, угощал братьев жареным мясом. Уплетая невероятно вкусную баранину, Билл поглядывал на девочку, обнимавшую крылатую кошку. Кошка тыкалась розовым носом ей в губы, мурлыча все сильнее.
Староста рассказывал:
- Колодец этот мерзкий, гад. Рядом с ним яблони растут, так те яблоки есть нельзя: плесенью несет. Он еще, бывает, разное в себя затягивает, потом выплевывает. Пастуха с бараном всосал и выхаркнул другим днем получеловека-полубарана. Где-то полузаяц-полуконь по горам скачет, не можем поймать. У соседа телка со свиной головой пасется, думаем по осени зарезать.
- Пакость, - сказал Том.
- Пакость, - кивнул староста, - а что делать? Пробовали закрывать - доски втягивает, пробовали заваливать - камни забирает. Вам повезло, что не затянуло, видать, вчерашним орлом с кошкой натешился.
- Кошку-то хоть не прибьете? - осведомился Билл, отодвигая тарелку: наелся.
- Пусть живет, - добродушно отозвался староста. - Будем ее на летучих мышей натаскивать, тварь колодезную.