После веселых проводов участников конференции, мы собрались в кают-компании. На Таити спустилась тишина, только на пляже сновали чистильщики, уничтожающие останки Ктулху. Гости института разъехались, включая наших музыкантов и отца Клода: кардинал Ришелье напомнил ему, что через неделю Рождество, а следовательно, напряженная работа в соборе. В соборе, понятно?! Не на острове Таити.
  Сотрудники института, получившие, как и было обещано, большие премии и отгулы, отдыхали. Прося цвел и пах: Аввакум оставил ему крест, скуфью, диплом "Почетный старообрядец" и свое житие с длинной дарственной надписью на хорошем старославянском. Рубльдвадцать поставил ящик пива с денег, выплаченных теми же старообрядцами за проект несгораемого скита, поэтому время от времени в кают-компании раздавались хлопки открываемых банок и удовлетворенное: "Хорошо-о-о-о".
  Отсутствовали Крюгер и Джейсон. Последний наводил порядок в актовом зале, а Фредди никому не попадался на глаза последние двое суток; впрочем, об этом никто не печалился.
  Вечером, проходя мимо подсобки, я услышал всхлипывания, и, поколебавшись немного, вошел. Завхоз разбирал кипу бумаг изрядной толщины и откровенно рыдал. Честно говоря, я не отличаюсь особым человеколюбием, но тут мне стало его жалко.
  В подсобке пахло валерьянкой.
  - Что у тебя? - спросил я.
  Крюгер поднял страдальческую физиономию.
  - Скоро Новый год, - сообщил он.
  - Спасибо, Капитан Очевидность, - поблагодарил я. - Мы уже купили вино и закуску.
  - У меня инвентаризация, - Фредди снова всплакнул. - После праздников надо сдать отчет. А это - опись! - он потряс пачкой бумаг. - И еще я холодильник потерял.
  Немудрено, в таком-то бардаке.
  - Шмотки, которые на мне числятся, все в наличии, - немного утешил я завхоза. - Даже инвентаризационные номера на них есть.
  Крюгер утер слезы рукавом своего неизменного свитера и зашуршал листами описи.
  Я ушел, оставив его в делах и трудах, а с утра следующего дня Фредди тоскливо мыкался по институту с частью описи и бормотал:
  - Трансформатор материи "TMU-13", одна штука. Есть. Антигравитатор переносной "Acer", одна штука. Есть. Макет двигателя для межпланетного корабля, стандартный, одна штука. Есть. Перегонный куб, одна штука, списано в 2976 году... ЕСТЬ? Не можете на помойку выкинуть, что ли? Вам не мешает, а мне мешает! Сами пошли!.. Так, дальше. Компьютер "ИИ-715", пять штук. Есть. Ну почему сразу "пошел вон"? Я работаю!.. Вейдер, ПОЛОЖИ ВИНТОВКУ НА МЕСТО, я все понял: ухожу!
  С другой частью описи по зданию бродил граф Дракула.
  Когда Крюгер ушел из кают-компании, все вздохнули, я повесил обратно на стену штурмовую винтовку и сказал, что если Крюгер еще раз к нам заглянет, то так отделаю его прикладом, что завхоз остаток дней проведет в реанимации. Фредди, все это слышавший, приоткрыл дверь и сказал:
  - Злые вы, злые. Уеду я от вас.
  - Свали отсюда! - заорал Валькар,  второй час тщетно пытающийся списать остаток материальных средств.
  Перцептронное существо на сервере бухгалтерии ООП не пропускало акты, придираясь к чему только можно.
  Через полчасика в кают-компанию вошел сияющий Дракула с Носферату в руках и сообщил:
  - А у меня по ведомости все сошлось! - и погладил своего хомяка. - Директор сказал, что оформит меня помощником завхоза.
  - Мало нам двух идиотов, - проворчал Валькар.
  Фредди пришел снова. Прежде чем войти в дверь, он помахал ведомостью, как белым флагом, и сообщил, что почти все из списка он обнаружил, но по-прежнему не хватает одного холодильника.
  - Чего? - не въехал Франкенштейн.
  - Холодильник "Криоген", белый, высота два с половиной метра, инвентарный номер Х-234509, - наизусть процитировал ведомость Крюгер и добавил: - его нигде нет.
  Все уставились на него.
  - Потерять двухметровый холодильник! - восхищенно сказал Франкенштейн.
  - Это вам институт Космонавтики! - угрюмо произнес Валькар и обругал перцептронную тварь матом. В ответ виртуальный гад выкинул его с сервера. - Ах ты ж, сука! - крикнул ему вслед Кайл и в бешенстве вырубил комп.
  Тем временем допивающий пиво Рубльдвадцать подумал и вспомнил, что в химической лаборатории вроде бы стоял такой холодильник, но куда он делся - неизвестно.
  - Предлагаю пойти поискать, - сказал граф Дракула, поглаживая хомячка.
  - В институте без малого полсотни этажей, - безнадежно ответил Крюгер. - Где его найдешь?
  Он не учел энтузиазма работников института. Мы поговорили и пришли к выводу, что холодильник может стоять везде, кроме подвала - туда его не втащить даже при помощи антигравитатора. Затем мы вооружились ручными сканерами для считывания инвентарных номеров и разбрелись по институту. Голова профессора Доуэля пообещала отвечать на видеофонные звонки в наше отсутствие.
  Поскольку сканеров было мало, то нам пришлось, как в памятном случае с поисками человека-невидимки, разделиться на поисковые группы. Крюгер и Дракула пошли на второй этаж, Панург и Рубльдвадцать полетели осматривать верхние этажи и обсерваторию, Валькар и Прося пошли в ангары, а мне с Франкенштейном достался цокольный этаж, что нас, конечно же, не обрадовало. Для начала мы осмотрели испытательный стенд Рубльдвадцать и обитель Проси, ничего там не нашли и отправились в библиотеку. Библиотечный компьютер, наследие Матюговии, пользуясь исключительно нецензурной бранью, объяснил, что в библиотеку последние 10 лет ничего, кроме книг, не поступало.
  Мы изучили все подсобки, кабинеты непонятного назначения и мало-мальски подозрительные закоулки, ничего не нашли, устали и решили вернуться в кают-компанию.
  Там почему-то хихикала голова профессора Доуэля. Оказалось, что камеры внутреннего наблюдения института были подключены к локальной сети, а, уходя, мы забыли выключить компьютеры, и профессор наблюдал, что творится в обсерватории и на 11-м этаже. Панург и Рубльдвадцать были в отключке от свалившихся на них в обсерватории экзотических кактусов, астроном Галактион Молоко пытался привести их в чувство, обмахивая атласом Млечного Пути. В химической лаборатории инопланетные сотрудники, воровато оглядываясь, делали хитрый коктейль из забродившего кокосового молока. На 11-й этаж вместо второго (видимо, опять что-то произошло с лифтом, который нам отлаживали умельцы из НИИЧАВО) занесло Крюгера и Дракулу, а там от них сбежал Носферату. Забыв о своей цели, эти двое гонялись за хомяком.
  Я плюнул, включил компьютер и загрузил игру, а Франкенштейн сел на диванчик и как-то задумчиво посмотрел на наш посудный шкаф. Эта достопримечательность стояла в углу и была вся оклеена постерами, портретами самых красивых голкондрин отца Орибазия, рекламой пива "Хейнекен", для которой позировал папа Паша, и поверх всего этого магнитиками так, что живого места не осталось. Я тоже посмотрел на шкаф и подумал, что он высокий, метра два с половиной в нем точно есть. Потом мы с Франкенштейном посмотрели друг на друга и снова уставились на шкаф. Затем я встал, взял сканер, начал просвечивать поверхность шкафа, и в верхнем правом углу нашел надпись. На экране сканера высветилось: "Х-234509".
  - Нашли, - удивленно сказал я.
  - Пусть Крюгер поставит нам ящик вина, - решил Франкенштейн. - Кстати, какого черта вы переделали холодильник под шкаф?
  - Мы? - переспросил я. - А кто туда полки вставлял?
  - Я вставлял, - сознался Виктор. - Но я не знал, что это холодильник.
  - Слушай, - меня осенило, - вдруг он еще работает?
  Отыскав кабель питания, мы включили в холодильник в сеть, и это, скажу вам, был самый опрометчивый поступок после поступления на работу в институт Космонавтики.
  Агрегат загудел, защелкал и неожиданно выдал электронным голосом:
  - Windows-3000 загружается... ждите обновлений...
  И я вспомнил! Я вспомнил, как пять лет назад мы с Пироговым выпили, спустились ночью в химическую лабораторию, где стоял раньше этот холодильник, и установили "Windows-3000" на морозильную камеру (процессор там давно был - он регулировал температуру, подачу воздуха, влажность и тому подобное).
  - Ети мать... - пробормотал я.
  По лексике и интонации Франкенштейн понял, что грядет что-то ужасное, и это ужасное началось примерно через минуту.
  - Обнаружено новое устройство, - сказал холодильник и открыл дверцу. - Драйверы не установлены, - из недр машины со свистом вылетела чайная чашка.
  Точно Виктору в голову.
  Сраженный прямым попаданием, доктор упал без чувств.
  - Установка невозможна, - добил дьявольский агрегат.
  Хана нашей посуде, успел подумать я и спрятался за стол прежде, чем холодильник выбросил из своих недр очередной столовый прибор.
  Морозилка бубнила замогильным голосом:
  - Системная ошибка... Системная ошибка... - и, по-моему, пыталась произвести перезагрузку.
  С каждым новым сбоем холодильник с порядочной скоростью выкидывал не поддающиеся инсталляции чашки, блюдца, тарелки. Апофеозом стала кастрюля, пролетевшая через все помещение и ударившаяся в стену с грохотом, достойным разрыва снаряда. Часть посуды была небьющаяся, но фарфоровый сервиз Кристины погиб.
  Следовало выключить холодильник из сети, однако пройти зону обстрела без последствий мне не удавалось. К счастью, блюдцем мне попало по касательной. Я снова спрятался за стол и вдруг вспомнил про мобильный.
  - Гриффин! - набрав номер электрика, заорал я. - Срочно обесточь кают-компанию.
  - Так это у вас пальба и взрывы? - понял человек-невидимка. - Сейчас!
  Спустя несколько минут холодильник изрек потухающим голосом:
  - Некорректное выключение, - и, булькнув, затих.
  Я осторожно выпрямился. Среди осколков лежал доктор Франкенштейн; в двух метрах от него, перекосив открытую дверцу, застыл адский холодильник.
  С трудом приведя Виктора в чувство, я позвонил Крюгеру.
  - Иди в кают-компанию, - хмуро пригласил я. - Прихвати пару роботов-уборщиков и зайди в медицинский кабинет, возьми бинты и йод.
  - Почему? - тихо спросил, поднимаясь, Франкенштейн. - Почему в этом месте всегда случаются либо жуткие, либо необъяснимые вещи? Институт построен на проклятой земле? Здесь есть барабашка? В чем дело, Дарт? - он потрогал окровавленный лоб - столкновение с чашкой было нешуточным.
  - Дело в том, что у нас карма херовая, - вздохнул я и протянул ему носовой платок. - На, приложи пока, - я оглядел разгромленную кают-компанию. - Но зато у Крюгера инвентаризация прошла удачно.
  Легкий на помине Фредди входил в помещение, окруженный роботами-уборщиками. Он застрял на пороге, оглядел поле боя и, четкими шагами подойдя к Виктору, сунул ему пакет с медикаментами и произнес:
  - С меня причитается, только вы это... профессора, - он кивнул на голову Доуэля, - реанимируйте. Он у меня по ведомости проходит как лабораторное имущество.
  Мы с Виктором одновременно посмотрели в сторону головы: она была в ауте, потому как ей прилетело тарелкой, а мы и не заметили.

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"