Баба Яга раскатывала тесто, когда зазвонил телефон.
- Мотя, включи громкую связь, у меня руки в муке, - сказала старуха коту.
Нехотя оторвавшись от компьютера, кот выполнил просьбу и снова вернулся к установке совершенно необходимого фотошопа.
- Милочка, доброго тебе дня, - раздался по громкой связи голос Кикиморы. - Маринованные огурцы есть? У меня закончились.
- Есть, - отозвалась Яга. - Еще есть кабачковая икра и компот из молодильных яблок.
- А лечо? - заинтересовалась Кикимора.
- У тебя намечается пир на весь мир? - подозрительно осведомилась Яга.
- Гостья намечается, - сказала Кикимора. - Родственница. Завтра приедет.
- Ундина? - догадалась Яга.
- И вы - наш финалист! Браво! Вы ответили на все вопросы без звонка друга и помощи зала, - воскликнула Кикимора.
Кот Бегемот заржал.
- Мотя, угомонись, - буркнула старуха, укладывая раскатанное тесто на противень. - Через туннель изволит прибыть?
- Естественно, - сказала Кикимора. - В общем, мне нужны маринованные огурцы. И кабачковая икра. И лечо. И от квашеной капусты не откажусь. Варенья навалом, а закусок ноль.
- Приезжай, - вздохнула Яга.
Она вытерла передником руки и выключила телефон.
- Ундина, говорят, красивая, - из часов вылетела кукушка Тамара Георгиевна и села на телевизор. Старый "Славутич" мигнул экраном.
- Ничего такая, - проговорила старуха, - но пиво хлещет, как истинная арийка, и если речь идет о закуске, значит, культурная программа не запланирована.
Вечером Кикимора приехала за заготовками на гусеничном избушонке Майбахе. Несмотря на громкое имя, избушонок более всего походил на трелевочный трактор, но там, где у тракторов такого типа находится платформа, Леший установил кузов от небольшого пикапа. В кузов и погрузили корзины с банками, щедро пересыпав их опилками, чтобы не разбились в дороге.
- Теперь ждем развития событий, - прокомментировала Яга, глядя, как удаляются габаритные огни избушонка.
События развивались медленно. На следующий день заглянул Леший, который встретил интуристку у выхода из туннеля и привез на мамонтенке Ваське к дому Кикиморы.
Перекусив, Леший на мамонтенке двинулись в сторону дома по тихому летнему лесу.
- Чего мы, собственно, ждем? - спросила кукушка.
- Пьяных выходок, - честно ответила Яга. - В прошлый раз была драка с пожарной командой, гонки на угнанных рысаках и пальба в небо из револьвера.
- Когда был прошлый раз? - Тамара Георгиевна слегка обалдела от услышанного.
- В 1882 году, - хмыкнула старуха.
Встревоженная кукушка посмотрела в окно. Оттуда повеяло теплым ветерком. Мирно покачивали ветками деревья, жужжали насекомые и перекликивались дрозды. Изредка каркал ворон Артемий Петрович.
Вечер тоже был мирным, теплым и расслабляющим. Ничто не предвещало.
Но едва над верхушками деревьев показался молодой месяц, как что-то бухнуло, и небо взорвалось фейерверком. Среди огненных звезд заметались перепуганные и ничего не соображающие птицы. Вдалеке заревел медведь.
БУ-БУХ! В небе разлетелся настоящий салют.
Мимо избы пронесся лось Кубышкин с вытаращенными глазами.
- Во, начинается, - резюмировала Яга.
Когда салюты погасли, залязгали гусеницы как аккомпанемент к двум пьяным и счастливым женским голосам, которые исполняли старый хит Сальваторе Адамо. Один голос пел по-французски с русским акцентом, второй - с немецким. Лязг и песня то приближались, то удалялись, из чего Яга заключила, что успевших нажраться Кикимору с Ундиной Майбах возит между оврагом и заповедным озером. Время от времени раздавался хлопок, и в небо взлетала очередная ракета.
- Не так страшно, - сказала кукушка.
- Ну не зна-а-аю, - разбуженный кот зевал во всю пасть. - Нам это караоке долго слушать?
- Как минимум до утра, если не уедут, - сказала Яга.
Они не уехали. Старые хиты исполнялись с душой, к утру дуэт потрясающе спелся, хотя голоса становились все пьянее и пьянее.
- Устроили тут Сан-Ремо, - прокомментировала из часов кукушка.
- Угу, - Яга оторвалась от просмотра какого-то аниме. - И чует мое сердце, что одним пивом наши кумушки не обошлись. - Тамара, который час?
- Восемь часов одиннадцать минут! - отчеканила кукушка.
Старуха взялась за телефон.
- Леший? Привет, солнце мое незакатное, - вкрадчиво сказала Яга. - Признавайся, Кикимора у тебя самогон просила?.. Просила. Ты, конечно, не отказал... Сколько?!! Спятил, ирод лесной?
- Мы имеем ёрш, - все понял кот и выглянул из-за монитора.
Яга слушала откровения Лешего и поднимала брови.
Вдруг она вскочила.
- Что? Где?! Серьезно? Нет, я такое не пропущу, - Яга выключила телефон и бросилась к метле. - У них фотосессия на озере, Серега с зеркалкой туда пошел.
Фотоаппарат, в который джинн-мастеровой Серега вставил осколки волшебного зеркала, единственный мог запечатлеть лики нечисти.
Метла доставила Ягу к берегу заповедного озера точно к моменту начала фотосессии, Серега как раз закончил настраивать установленную на штативе зеркалку, мавки с водяным отплыли в сторону, Кикимора с Майбахом стояли подальше, за осыпью, чтобы не попасть в кадр. На любимом плоском камне водяного симпатичная стройная женщина с длинными светлыми волосами, одетая в некое подобие просторной ночной сорочки с золотыми рюшками, пыталась поймать равновесие.
- Встань как-нибудь эротично, - не выдержал Серега.
Яга ухмыльнулась.
Ундина протянула руки к восходящему солнцу, сделала неверный шаг и с воплем "Шайзе!" обрушилась в воду. Мавки, водяной и изрядно выросший озерный змей бросились ее спасать. Не понявшая их намерений Ундина отбивалась, как могла, и успокоилась только когда Кикимора, подбежав, объяснила, что опасности нет, змей хороший, а мавки спасают по привычке, они не в курсе, что Ундина прекрасно плавает.
Устроившись на камне в сидячей позе и подобрав под себя ноги, Ундина наконец-то начала выглядеть эротично, чему способствовала мокрая сорочка, облепившая отличную фигуру. Мавка Синклитикия посоветовала фотомодели расчесывать волосы и протянула гребень. Серега успел два раза щелкнуть интуристку, но тут озерный змей заинтересовался процессом, всплыл с дифферентом на нос, и испортил кадр. Обернувшись, Ундина замахала на него руками, радостный змей решил, что с ним играют, и дал хвостом по воде.
Фотоаппарат Серега спас, прикрыв его своим телом, а берега озера второй раз услышали "Шайзе!", когда волной Ундину смыло с камня.
Напуганный руганью водяного змей ушел на глубину. Мавки загомонили, что они тоже хотят фотографироваться, Серега проверил зеркалку и облегченно вздохнул. Яга тихо хохотала за деревьями.
Пока Ундина фотографировалась с мавками, водяным и Кикиморой, солнце поднялось высоко, стало жарко, и мокрая одежда высохла. Далее Серега без устали щелкал кнопкой затвора, снимая Ундину, расчесывающую волосы, Ундину, простирающую руки то к дальним берегам, то к солнцу, икающую Ундину (но это получилось случайно), Ундину с жемчужным ожерельем, с коралловым ожерельем, с бутылкой пива (это тоже получилось случайно), Ундину на фоне камышей, на фоне маленького водопада, который образовывала впадающая в озеро лесная речушка, на фоне глупой морды озерного змея (случайно же!).
Наконец Серега распрощался и ушел, а Ундина с Кикиморой, расстелив на камне клеенку, вытащили из кузова Майбаха корзины с закуской и выпивкой, угостили мавок, и Яга поняла, что 1882-й год повторяется.
Дружный коллектив мавок помог с уничтожением запасов спиртного. Обнаружив нехватку пива, Кикимора с Ундиной переглянулись, велели мавкам дождаться их возвращения и полезли в кабину Майбаха. Избушонок повернулся и повез пьяных кумушек в магазин.
Из кабины донеслось:
- К жене пришел молодой любовник, когда муж пошел за пивом...
- Ца-ца!
- Тра-ля-ля-ля!
- Когда муж пошел за пиво-о-о-ом!..
Оседлав метлу, Яга вернулась в избу. Кот спал. Кукушка шепотом спросила:
- Как там дела?
- Рискну предположить дальнейшее, - успевшая проголодаться старуха полезла в холодильник. - Вначале они затарятся пивом, попутно нарвутся на скандал с дракой, потом вернутся и продолжат банкет на озере с мавками.
- А потом? - кукушка Тамара Георгиевна явно не ожидала таких похождений от интеллигентной Кикиморы.
- Не знаю, - Яга вытащила кастрюлю с борщом. - Один раз за полтора века можно и оторваться.
Вечером взревели гусли-самогуды, давным-давно подключенные к мощному усилителю, а следом очень пьяный женский голос закричал в зафонивший микрофон:
- Дамен унд хэррен! Не спите? Ща будет караоке в честь встречи двух родственниц! И-и-и-и-и-и-и-и... Феличита! Э тенерси пер мано, андаре лонтано...
- Я пошел играть, - сказал кот и утвердился за компьютером.
После песни над озером загрохотал фейерверк. После салюта снова запели.
- Вроде выдыхаются, - заметила Яга после третьего часа караоке.
- Я читала, что Ундина милая и кроткая, - продемонстрировала эрудицию кукушка.
- Зато тут отрывается, - буркнул Бегемот. - На Брокене слабо, что ли?
- На Брокене все цивильно, толерантно и скучно, - сказала Яга и прислушалась. - О! Точно, выдыхаются.
Женский дуэт хрипел "Любо, братцы, любо".
- Тэнгу к Лешему тоже приезжает повеселиться, - заметила Тамара Георгиевна.
- Угу, - кивнула Яга, ковыряясь в папках на рабочем столе ноутбука.
- И Йоулупукки с Дедом Морозом тоже отрываются, - вспомнил кот.
- Угу, - снова кивнула Яга. - И мы с Кощеем тоже время от времени хулиганим. Жизнь полна стрессов.
- Вы с Кощеем? - опасливо уточнил Бегемот.
Яга подняла палец.
- Если б не такие маленькие праздники, мы бы опять взялись за старое - добрых молодцев изводить, красных девиц в уе... в чудовищ превращать, делать гадости, сглаз и порчу.
Хлопнула последняя ракета, и воцарилась тишина.
- Вот и пьянству конец, - подытожила старуха. - Марш спать. Утром, чую, придется опохмелять наших кумушек.