- Мне снова снился тот сон. - мой голос спросони всегда звучит на пару тонов ниже чем обычно, даже для меня не привычно его слышать.
- Скиби? - проговорила потягиваясь Мисса.
Ее голос звучал еще нежнее и ласковее, чем обычно. Она была одета в привычный черный топик, а ноги покрывало легкая простыня, под которой мы спали.
- Да. - ответил я заложив руки под голову.
Изо рта у меня пахло утром, (у нее наверное тоже, по этому было все равно), и это нам не мешало.
Я посмотрел на Миссу, поднялся перед ней, сел на ее бедра, с скромной (я от природы, скорее всего, скромный), но уверенной улыбкой, вел руками от нижней части живота, минуя пупок, затем настала моя любимая часть - мягкие ребрышки, - (и именно не сами ребра, а плавный переход от боковых частей живота к ребрам); стягивал с её груди этот черный топик. Она стала покрываться гусиной кожей, которая снизу вверх окатила ее грудь. Соски Миссы приподнялись и по-твердели. Её выражение лица выказывало довольство с отдаленными нотками гордости.
Если на кануне вечером, я занимался любовью с её лицом; всматриваясь в её взгляд, где каждый мускул лица вибрировал волнами вожделения, застывшие губы вздрагивали в порыве страсти и каждый раз ожидания подвоха, а не поцелуя; где движение от щеки по виску за ухо в разы превосходили оргазм; где прикосновение губ вожделеннее холодной воды обезвоженному организму, словно иллюзия умирающего в пустыне; то сейчас я занялся любовью с её телом.
Мы с Миссой опоздали на завтрак.
- Сегодня еще жарче. - недовольно проговорил Арти поглядывая то на меня, то на Миссу.
- Я помню, - начал я, чтоб перевести внимание от "нас", отдельно, на "меня" лично, - когда удирал от Сати и всего его стада баранов, (создавалось впечатление, что за мной гонится целый город), аж там, за трущобами и железной дорогой, за железной стеной, я очутился в Мандрагоровом саду. - отправив теплую ложку фасоли и запив водой с оранжевым оттенком, я продолжал. - Таких фруктов и овощей я в своей жизни ни разу не видел! Там была вся цветовая палитра со всевозможными оттенками. Я постоянно падал. Ноги вязли в этой густой и красивейшей поросли. Пока они перелазили через забор, который я за секунду перепрыгнул...
- Ну да, - вник в рассказ один из нашей коммуны, на недоверчивое закатывание глаз другого рядом сидящего, - в состоянии аффекта, можно и прыгнуть выше головы! Я слышал о таком и не раз.
- Так вот, - продолжал я вытерев рот рукой, - не дай Бог никому такого! Не знаю откуда я в такой хорошей физической форме, но даже это тело, (я до сих пор себя ощущаю, не в своем теле), еле выдерживала всей нагрузки. Буквально задыхаясь, у меня темнело в глазах и не понимая, зачем бежать, мне тут же виделась та самая картина, о которой я уже рассказывал, из моего сна. И тут, я влез в одну небольшую теплицу и там, будто провалился и не мог встать. Я ничего не ел уже, не знаю сколько дней и по-этому принялся есть все до чего дотягивались руки. Фиолетовые, синие, красные; круглые, овальные, словно резные, ромбовидные и ; на вкус все было восхитительно! - повертев банку из под фасоли, я поставил ее на стол. - Естественно я уснул и никто из людей Сати меня не нашел. Правда, выбираться из этих зарослей было тяжело. Не знаю, сколько времени я там пролежал бес сознания, но меня успели уже обвить мягкие плети растений и даже распустились цветы на них.
- Да уж, - сказал кто-то сглатывая слюну, - я б пол жизни отдал, чтоб почувствовать снова вкус Мандрагоры!
- Ну так, а все таки, - Арти не унимался с расспросами, - ты хоть что-нибудь вспомнил?
Я вставал из-за стола, поблагодарив за завтрак дежурных и предложил выйти Арти и другим на улицу, подышать свежим воздухом, потому что в здании было невыносимо душно.
- Я не знаю, - отвечал я Арти. - Я абсолютно не ощущаю себя.
Мы вышли во двор.
Это место выживших было бывшим учебным учреждением и здания были сооружены буквой "П". По кругу шла тропинка и еще были два тротуара пересекающие друг друга в середине этого комплекса. В центре находился небольшой фонтан вокруг которого стояло четыре лавки, на которых мы расположились.
- Понимаешь, - пытался объяснить я Арти, - я не воин и на боец, и ни с кем сражаться я не буду!
- Как по твоему мы собираемся выжить, если не сражаться?
- Почему ты спрашиваешь у меня?
- Потому что не у кого больше! Мы как крысы в подвале, прячемся, убегаем...
- Ты хочешь сдохнуть? Сам посуди, мы не сможем ничего изменить! Здесь, Сати держит всех под собой.
- Ты прав, - он облегчено откинулся на спинку лавки, - я просто устал и хочу нормально поесть.
- Думаешь они едят хорошо?
- У них Мандрагоровый сад есть.
- Там каждому будет на один зуб. Попробуй прокормить их всех! Думаю, они уж сами в отчаянном положении.
- А что то за место? - Снова спрашивал Арти, - которое ты видишь во снах? Я понимаю, что ты не помнишь, но попробуй описать его мне, может я вспомню и смогу тебе помочь найти, что ты там ищешь.
- Это похоже на большой зал аэропорта, если убрать от туда все лишние перегородки, с высокими-высокими потолками. Там огромное количество людей, но места есть для всех. То есть, никому не тесно. Мы сидим за столами, нам что-то объясняют как на семинаре. Свод темно-синего цвет и прожектора расположенные на нем светят тускловато. Стен я не видел. Она... Я знаю ее, но мы не близки. Скиби. Она словно другая и как-будто не должна со мной разговаривать, но ей это не запрещено. Это мне напоминает какое-то расслоение общественное. Она садится рядом. До этого я что-то записывал в свою тетрадь и комментировал вслух, что и привлекло ее внимание. Она тоже меня знает, но, так же знает то, что не ко мне ей стоит подходить и не со мной ей нужно вести беседу. Она хихикает с меня, а я изо всех старюсь делать непринужденный вид и стараюсь не замечать её, но вижу. Она не отрывает взгляда. Я не знаю что ей надо, но наслаждаюсь этим. Она продолжает молча смотреть, а я продолжаю смешно комментировать то, что говорят.
- А что говорят-то?
- Что-то вроде инструкции. Тут также переводят на другие языки, несколько человек у мегафона.
- Аэропорт... другие языки...
- Мы, как будто друг друга знаем давно. Она говорит что-то, но я слышу лишь: "Как жаль..." А что жаль? У неё есть щечки, но она стройная, у нее интересный разрез глаз и расположены так, что ассоциация приходит лишь одна на ее счет "лиса". Не знаю, может странное описание, но она очень красивая!
- А что-нибудь еще, не связанное со Скиби?
- Как раз, все связано с ней, остальное выглядит так несвязно, что я даже сомневаюсь в описании всего, только не в ней.
Вроде бы, наша утренняя неловкость с Арти, по поводу нашего опоздания вместе с Миссой развеялась.
- Чертовски жарко! - сказал Арти и встал с лавки. - Ненавижу это место!
- Чертовски? Я бы даже сказал дьявольски. А почему ненавидишь? По мне, так это одно из лучших место, что я видел, не считая Мандрагорового сада.
- Фонтан. - видя что я не понимаю, он пояснил. - Сидеть в такую жару на против фонтана, это убийственно иронично. Издевательство просто!
- Боишься похудеть? - подшутил я, ведь Арти был толстоват.
- Боюсь. - безобидно усмехнулся он и ушел.
Я запрокинул голову и закрыл глаза, чтоб падающий, словно снег, пепел, не попал в глаза.
"Снег, - подумал я, - а ведь я знаю что это такое"! И на миг, показалось, что я ощутил на своем лице, вместо обжигающих хлопьев пепла - снег.
Солнце стояло в зените. Я пошел к себе в комнату, которую выделили мне в этой коммуне выживших.