Опера.
(Фаталистическая трагедия в одном действии)
Пустая грязная сцена, с потолка свисает тусклая лампочка, налево шкап, в шкапу открыта дверь, из двери свисает покойник.
Покойник:
Здрыга внулкуда мече
Доменике собаче.
Выходит Антон Карлович. (Андрей Карлович видит покойника, охает, картинно прижимая руки к груди): О Господи! Матерь пресвятая дева Богородица! Пресвятые Господние угодники! Марфуша, Марфуша!
Выбегает Марфуша, дебелая румяная прислуга неопределённого возраста.
Марфуша (вбегая): Что-что-что? Где-где-где?! (замечает Антона Карловича) Антон Карлович! Батюшка, что с вами, что такое? (замечает покойника) Покоцник!!!
Покоцник: Мыфуфа! (оттопыривает уши)
У Марфуши подкашиваются ноги, она с грохотом валится навзничь, увлекая за собой в конец расстроенного Антона Карловича.
Лежат.
Покойник недоумённо чешет затылок. Из под полу появляется милиционер Володя в загаженной форме и испачканной птицами фуражке.
Мил.Вол. ходит вокруг покойника бесстыдно разглядывая его, как какой-нибудь стул, вытаскивает из кармана кисет с махоркой садится, нескромно развалив ноги.
Мил.Вол. (гнусавя): Ну что, брат, документики-то у тебя есть?
Покойник: Покорнейше прошу меня простить, я человек бедный (достаёт ушанку и мнёт её в руках)
Мил. Володя: Так и чтож, ты что, леший, думаешь, раз инострамнец, так теперь и можно всё?
Покойник:
Я долго ждал
считал мгновенья
Гнилой душе без сожаленья
Расплату адскую принёс
Твой пробил час, о злата жалкий раб.
Достаёт из шкапа примус и котёл, разводит в примусе огонь и ставит кипитить воду.
Милиционер Володя: Непоэл?!
Покойник сбрасывает своё рубище, обнаруживая рога и копыта, хватает хныкающего милиционера и прыгает в кипиток,
Милиционер: Бабушкаа-аа!!
Вспышка, тишина.
Антон Карлович, медленно поднимает голову, тихо встаёт, подходит и садится за стол. С другой стороны подходит точно такой же Антон Карлович неизвестно откуда взявшийся. Два Антона Карловича тихо сидят и смотрят друг на друга.