Тоэн Аояма.

Сахалинское племя айнов.

Особый мир Севера.

Рассказы (изложение).

Издательство Хобунся.

Центральная каллиграфия: Иной мир на краю земли ().

ПЕРЕВОД И ФОТОГРАФИИ: AI GOOGLE

ПОД РЕДАКЦИЕЙ А.Е. ОСТАШЕВА

Старейшина айнов Бафунке и автор книги

Король айнов Бафунке.

Когда воображаешь холодный Сахалин, даже если найдутся те, кто не знает имени Садатаро Хираока, то вряд ли найдется хоть один человек, кому не было бы известно громкое имя айнского короля Бафунке. Его внешность чрезвычайно внушительна: лицо кажется непропорционально большим по сравнению с его огромным ростом в 6尺5寸 (около 197 см). Голова и лицо, полностью покрытые густыми растрепанными волосами и бородой, в лучшем случае напоминают портрет почтенного русского старца, а в худшем точь-в-точь льва из зоопарка. В своем доме в деревне Аихама (совр. Стародубское) он содержит постоялый двор. Его дочь когда-то вышла замуж за русского натуралиста по фамилии Пилсудский и родила двоих детей смешанной крови, но теперь они в разводе, и она повторно вышла замуж за представителя своего племени. Этот снимок был сделан совершенно внезапно, из-за чего почтенный старец очень сожалел, что у него не было времени облачиться в парадные одежды вождя.

Подпись к рисунку: Танец айнских женщин (Меноко-одори).

Заметки о нравах и обычаях сахалинских айнов

Доктор антропологии Токийского императорского университета Сюдзо Исида

Узнав, что господин Тоэн Аояма выпускает в свет свой труд под названием Особый мир Севера и попросил меня написать предисловие, я с радостью согласился. В последнее время я сам увлекся изучением айнов. Разделяя стремление автора исследовать характер этого племени, пока оно окончательно не исчезло, я решил вместо обычного предисловия поделиться воспоминаниями о своей былой поездке на Сахалин, добавив к ним краткие наблюдения за айнскими обычаями.

1. Моя инспекция Сахалина

Я бывал на Сахалине в общей сложности четыре раза, но путешествие в 40-м году эпохи Мэйдзи (1907 год) оказалось самым насыщенным и полным ярких впечатлений.

Помню, как 13 июля 1907 года, ощущая пронизывающий до костей утренний холод, мы оставили позади почтовое судно Такамацу-мару, бросившее якорь в заливе Корсакова (ныне город Отомари, район Нанкэйтё), и после девяти часов утра сошли на берег. Устроившись в одной из гостиниц, мы смогли немного перевести дух и снять усталость от качки. Наша скромная группа состояла из исследователя айнского языка Кёсукэ Киндаичи, господина Нонокавы, командированного для осмотра Сахалина от выставочного зала Когэйкан, меня самого и одного слуги, сопровождавшего меня из родных мест. С удивлением обнаружив себя в этих краях, мы потеряли счет времени, и под крики петухов и шум ветра первая неделя пролетела словно во сне. Однако мы спешили, зная, что один день праздного отдыха может обернуться десятью днями задержки в будущем, поэтому взяли себя в руки и двинулись из Корсакова прямо на север.

Раковина кургана в Соловьёвке.

Чуть не доходя до Соловьёвки, на правом склоне холма белеют разбросанные остатки кургана это и есть Соловьёвский раковинный курган. Высота холма над уровнем моря составляет едва ли три дзё (около 9 метров). К западу, примерно в двух тё (около 220 метров), открывается вид на море. На вершине холма мы обнаружили множество осколков древней глиняной посуды, а также немало следов древних землянок. Хотя контуры этих жилищ со временем были нарушены из-за распашки под поля, круглые очертания былых построек до сих пор отчетливо различимы. То, как среди колышущихся листьев ячменя то тут, то там проглядывали осколки каменных орудий и крупные фрагменты костяных изделий, показалось моему привычному к раскопкам глазу невероятно увлекательным. Благодаря любезности руководителя племенного питомника господина Тадзимы, нам удалось провести здесь раскопки и собрать подъемный материал.

После этого мы переместились ближе к реке Сусуя (Синъя) и приступили к исследованию тамошнего раковинного кургана.

Это место находилось на безлюдном побережье, примерно в половине ри (около 2 км) к северо-западу от Соловьёвки. До нас этот курган еще никто не исследовал. Его площадь оказалась довольно обширной, но средняя высота составляла всего 34 тяку (около 1 метра), поэтому слой ракушек был тонким. Отличительной чертой этого места было малое разнообразие видов раковин при огромном содержании земли и песка, из-за чего слои имели выраженный черный цвет. Тем не менее, скрытые внутри артефакты оказались многочисленными: здесь присутствовали все виды изделий из глины, камня, кости, рога и клыков. Обилие каменных орудий превосходило всё, что мне доводилось видеть в курганах метрополии. Проведя в этих окрестностях еще несколько дней, мы обнаружили множество каменных топоров и каменных серпов. Тот факт, что каменные орудия открывались нам на совершенно нетронутых землях, позволил хотя бы краем глаза заглянуть вглубь веков и понять, насколько широко были расселены люди каменного века и как красиво складывалась история их расцвета.

Получив результаты, превзошедшие все ожидания, ранним утром 25 июля мы наспех собрали багаж и на Корсаковском вокзале сели в довольно странный поезд, направлявшийся в Владимировку (ныне Тоёхара / Южно-Сахалинск).

Самое южное айнское поселение на Сахалине

Пройдя в тот день около 8 ри (примерно 31 км), к моменту, когда солнце уже стояло высоко, мы добрались до русской деревни Большое Такое. Примерно в трех тё (около 330 метров) от нее находилось маленькое айнское стойбище это самое южное поселение коренных жителей на Сахалине. При виде этих убогих жилищ, крытых древесной корой, и при звуках лая целой своры собак, скопившихся у домов, у меня буквально волосы встали дыбом. С наступлением сумерек мы вернулись на главную дорогу и устроились на ночлег в русской деревне. Проведя ночь в одной из комнат, на следующий день под проливным дождем мы, укутавшись в плащи, снова отправились в айнскую деревню.

Старейшина деревни по имени Охаипэка лежал у мрачного очага, а его молодая дочь расчесывала ему волосы. Старик пробормотал, что без спиртного его жизнь угасает, и с самого утра уже успел пригубить хмельного. Рядом на циновке сидела его жена, бездумно погруженная в свои мысли. Глядя на детей, которые были одеты в одежды из луба вяза и проводили дни в полном безделье, я думал о том, что всё это прекрасный материал для размышлений о подлинном смысле человеческой жизни.

28 июля мы заночевали в селе Галкино-Врасское . Местный представитель гражданской администрации, господин Сирамидзу, и хозяин постоялого двора вызвались проводить нас до айнского стойбища Николаевское. Оно располагалось всего в нескольких тё к северо-западу от Галкино, в месте слияния рек Найбучи (Найба) и Такои. На возвышенном берегу реки стояло пять-шесть хижин коренных жителей, крытых корой. Как раз начался сезон хода лосося, и все жители, независимо от пола и возраста, были полностью поглощены рыбным промыслом. Рыбу ловили с деревянных лодок-долбленок при помощи закидных неводов, которые они выменивали у японцев. Было видно, как искусно они управляются с лодками на глубокой воде с медленным течением, закидывая сети. Лосось заходит в реки для нереста огромными косяками в июле и августе, и это время для айнов главный период сбора урожая. В этот период, отложив все споры, здесь собираются целые семьи и родственники из дальних и ближних мест. Поскольку речное рыболовство разрешено только коренным жителям, они промышляют в свое удовольствие, а добытую рыбу делят между собой и сушат, делая запасы на зиму.

Примерно в двух с половиной ри (около 10 км) к северу от Галкино, там, где заканчивалась главная дорога, находилось село Дубки. Мы остановились там на несколько дней и оттуда предприняли осмотр айнского селения Найбучи, расположенного примерно в одном ри к северо-западу.

Айнское селение Найбучи

Это поселение айнов находилось на восточном побережье Сахалина и насчитывало около пяти дворов. Река Найбучи плавно несет свои воды к западу от него, и именно здесь местные жители получают свой главный годовой улов. Они мастерски перехватывают косяки лосося, идущие против течения, и их ловкие, живые движения при вытягивании сетей вызывают искреннее восхищение. Женщины в основном занимаются разделкой и засолкой рыбы, хотя летом некоторые из них наравне с мужчинами тянут невода. Несмотря на жару, они носят на головах платки, а тела укутывают в длинные одежды. Стоя по пояс в воде, они трудятся ничуть не хуже мужчин. Не заботясь о том, чтобы подобрать подол, они в мокрой одежде принимаются за обработку рыбы на берегу; иные же, присев прямо на песок, окровавленными от разделки руками прикладывают к груди плачущих младенцев, чтобы ненадолго перевести дух. Для непривычного взгляда все эти картины казались удивительным зрелищем. Часть улова, заготовленного за сезон, айны выменивают у японцев на одежду и другие продукты питания.

Из Дубков мы на русской конной повозке направились дальше на север и прибыли в следующее айнское селение.

Резиденция вождя Бафунке

Это место было местом жительства вождя Бафунке. Вождю было около пятидесяти лет, это был настоящий великан. Его могучее телосложение и властный, внушительный вид выделяли его среди всех остальных, а его авторитет на острове был поразительным имя Бафунке гремело по всему Сахалину. Он прекрасно говорил по-японски и понимал по-русски, а благодаря своей дипломатической гибкости пользовался безграничным доверием среди коренных жителей. Мы заночевали у него, а на следующий день двинулись дальше на север, к айнскому стойбищу Отасан (Отасани). Там мы провели две ночи и как раз застали ритуал проводов медведя (медвежий праздник), став свидетелями этого действа, что послужило прекрасным материалом для путевых заметок. Психологическое состояние участников праздника и сопутствующие ему религиозные действия в общих чертах известны миру, и описывать их заново вроде бы нет нужды, однако, полагая, что мои личные наблюдения могут стать ценным справочным материалом для исследователей, я решил последовательно изложить то, чему был свидетелем.

В день нашего прибытия в Отасан по деревне разнесся слух, что один местный житель ушел глубоко в горы и застрелил огромного медведя. Это было накануне ритуала проводов медведя. Возле дома на высоком помосте сушилась большая медвежья шкура, а рядом в чане кипели мясо и кости. Внутри дома у священного окна были развешаны сокровища, и хозяин собственноручно срезал остатки мяса с медвежьей головы.

День проводов медведя

На следующий день, в районе двух часов дня, я направился к дому по приглашению. Проскользнув через крошечный вход, я увидел, что комната уже забита гостями. В центре у большого очага клубился едкий дым, а помещение заполнял странный, непередаваемо неприятный запах. Гости уставились на меня с удивлением и настороженностью, пока я пробирался к указанному месту.

Убранство комнаты в этот день

Слева от священного окна (небольшого проема в восточной стене напротив входа) висел красивый меч в бумажной обертке, а на его рукояти была закреплена пара ритуальных стружек-инао. Рядом с окном висели язык, лапы и мозг медведя. Главный объект почитания череп медведя покоился под ритуальным мечом. Под его нижней челюстью лежала деревянная фигурка медвежонка длиной около 15 см. Еще три такие же фигурки стояли сверху и по бокам черепа. Перед ними были расставлены поминальные подношения со специальными палочками для питья (хигэбэра).

Праздничное угощение

На возвышении с северной стороны комнаты места заняли старшие мужчины. Вокруг очага расположились мужчины средних лет и дети. Хозяин дома встал и поднес к черепу три чаши с вареным мясом и одну чашу с луковицами лилий, сваренными в тюленьем жиру. После этого он раздал гостям огромные порции мяса, которых хватило бы на три-четыре приема пищи. Гости выхватили свои охотничьи ножи и мгновенно всё съели. Хозяин снова встал и раздал еду сидящим ниже гостям. Когда с этим было покончено, он разложил по чашам кашу из лилий.

После трапезы мужчины покинули дом, и через некоторое время вошла группа женщин. Они сели у южной стены и возле входа. Хозяйка раздала им кашу из лилий в тех же чашах, которые никто не помыл и даже не вытер после предыдущих гостей. Женщины не обратили на это внимания и ловко съели всё дочиста лопаточками, перепачканными в жиру. Затем хозяин раздал им мясо. Они молитвенно подняли обе руки, достали ножи и принялись за еду точно так же, как и мужчины. Закончив, они вытерли руки и ножи травой. Старшие мужчины в это время отдыхали и весело беседовали.

Затем хозяйка вынесла домашнее мутное пиво (саке). Когда его выпили, хозяин смешал в огромном котле равные доли вареных лилий и риса, залил всё тюленьим жиром, перемешал, поднес часть черепу медведя, а остаток раздал гостям, начиная со старших. Дети радостно улыбались, получая свою долю лакомства. На этом пиршество завершилось.

Последующий ритуал

Хозяин опустился на колени перед черепом медведя и налил немного священного вина из стоящей рядом кадки в чашу. Один из почтенных старцев вышел вперед, сел, взял чашу правой рукой, повернул ее один раз и медленно осушил.

Вслед за ним вино испили еще несколько человек, и на этом церемония завершилась. Из-за нехватки алкоголя у нас не получилось устроить по-настоящему пышное застолье.

Продолжая исследования, 3 августа мы прибыли в Сирарака (Сирароку) одну из самых известных древних стоянок на восточном побережье. После ужина мы посетили местную айнскую деревню, но начавшийся дождь заставил нас поспешить обратно. На следующий день, 4 августа, мы разделились. Я взял с собой одного верного слугу и отправился в айнское стойбище в двух ри (около 8 км) от Сирарака для сбора этнографического материала и фотосъемки.

Затем мы провели более десяти дней в Сиска (ныне Поронайск), где я сосредоточился на изучении северных народов нивхов (гиляков) и ороков. Мы посетили коренных жителей у озера Тарайка (Невское), где обнаружили памятники каменного века. Затем на пароходе Косэ-мару мы отправились на остров Тюлений (Кайхёто), чтобы изучить лежбища морских котиков и сивучей, а также провели раскопки землянок вдоль реки Поронай. Проведя так еще около десяти дней, мы оставили позади гостеприимную Сиску и двинулись в обратный путь.

Если посчитать, с момента нашей высадки в Корсакове прошло уже более 50 дней. Этот срок нельзя назвать коротким, но теперь всё это кажется сном одной ночи.

2. Общий очерк айнов Южного Сахалина

Первые жители Сахалина

Число коренных народностей, проживающих ныне на Сахалине, не ограничивается двумя или тремя, но наиболее четко среди них выделяются три племени:

Это айны, нивхи (гиляки) и ороки. Выяснить, в какую эпоху эти три племени переселились на Сахалин и какие исторические отношения связывали их между собой задача крайне сложная. Однако исторические хроники свидетельствуют: когда нивхи более двух веков назад впервые переправились сюда из устья реки Амур, весь остров уже был заселен айнами.

При этом сами сахалинские айны хранят предания о еще более ранних жителях острова. Они указывают на многочисленные землянки, заявляя, что это следы их предшественников, и без тени сомнения называют находимые каменные орудия и глиняную посуду их вещами. Если это действительно так, то нам приходится признать существование древнего доайнского населения, которое когда-то процветало на острове. Однако устные предания не всегда отражают историческую правду, и без сбора надежных археологических доказательств нельзя делать поспешных выводов. Оставив этот глубокий вопрос для будущих исследований, я ограничусь лишь несколькими заметками о нынешних коренных жителях.

Непрерывное угасание айнского населения

Нет сомнений, что именно айны были первыми хозяевами Сахалина. В прежние времена, до вторжения других племен, они жили в полной гармонии с природой по всему острову, добывая рыбу и зверя в этом неисчерпаемом природном источнике. Однако со временем они столкнулись с давлением нивхов, шедших с севера, и жестокостью русских на юге. В итоге айны оказались зажаты в пределах восточного, западного и южного побережий.

Но и здесь с каждым годом растет приток японского населения, из-за чего условия жизни коренных жителей становятся всё тяжелее. Численность этого племени неуклонно сокращается. Столкнувшись с сильными пришлыми культурами, айны переняли такие пагубные привычки, как пьянство и курение, что подорвало их здоровье и дух. Из-за изменения привычного рациона, разрушения уклада и полного отсутствия гигиены при уходе за детьми смертность среди них сегодня пугающе высока.

Влияние внешнего мира на айнов восточного и западного побережий

Их образ жизни, нравы и обычаи в целом очень близки к айнам Хоккайдо. Однако со времени моего прибытия на Сахалин меня больше всего поразило то, насколько сильно они изменились под внешним влиянием. При этом степень этих изменений на восточном и западном побережьях заметно различается.

Айны западного побережья в массе своей переняли японский уклад жизни. Они настолько сильно подражают японцам, что некоторых из них с первого взгляда практически невозможно отличить от наших соотечественников. На восточном побережье в отдельных местах они также сильно изменились, но в целом там всё еще сохраняется их исконный, традиционный облик. Тем не менее, поскольку айны восточного побережья тоже постоянно контактируют с японцами, их молодежь сегодня одевается точно так же, как японцы, и бегло говорит по-японски, обнаруживая при этом удивительное незнание обычаев собственных предков.

Кроме того, среди женщин практически полностью исчез уникальный обычай татуирования рук; сейчас они лишь наносят небольшую кайму вокруг губ, отдавая дань традиции предков. Но и этот обычай постепенно угасает сегодня полноценную татуировку на губах можно встретить лишь у старых женщин. Сахалинская татуировка имеет овальную форму и не отличается ярким цветом, поэтому её легко отличить от татуировок айнов Хоккайдо.

Другие особенности, такие как прически мужчин, головные уборы женщин, методы воспитания детей и погребальные обряды, имеют на Сахалине свою специфику, но поскольку далее в тексте книги они будут подробно описаны, я опущу их здесь. На этом я завершаю свое краткое предисловие.

25 февраля 7-го года эпохи Тайсё (1918 год) Сюдзо Исида

(Стихотворения)

На льдине, что плывет волной,

Сивучи под зимнею луной...

Оскалив клыки, морские львы

Под светом Медведицы во тьме живы.

(Автор книги)

Введение

Современный цивилизованный человек, ослепленный блеском материальной культуры и погрязший в сложнейших человеческих интригах, начинает забывать истинную человеческую природу. Мир стремительно погружается в роскошь и притворство. Политики превратили власть в кормушку, ученые торгуют своими знаниями ради наживы, а религиозные деятели без стыда превратили веру в товар.

Чтобы исправить эти легкомысленные веяния эпохи, нет ничего лучше, как обратиться к истокам культуры и осознать истинное предназначение человеческой жизни через изучение быта первобытных, диких народов, ведущих естественный образ жизни в гармонии с природой. В последнее время появилось немало описаний нравов и обычаев дикарей из теплых стран, однако книг, исследующих жизнь первобытных людей северных окраин, крайне мало. Это связано с естественным стремлением человека к теплу и неприязнью к холоду большинство людей отправлялось колонизировать регионы Южных морей, и возможностей для контакта с теми народами было значительно больше.

Что касается изучения наших айнов, то при обилии древних легенд, дошедших до нас, количество точных и достоверных наблюдений за их реальной сегодняшней жизнью ничтожно мало. Под влиянием искусственных факторов и естественного отбора численность айнов стремительно сокращается, и тенденция такова, что полное исчезновение этой расы вопрос не столь отдаленного будущего. Именно поэтому мы ощутили глубокую внутреннюю потребность зафиксировать их уклад. Несмотря на скромность своего таланта, я взялся за этот труд с единственным стремлением оставить справочный материал для будущих исследователей сахалинских айнов.

В истории человечества немало примеров, когда расы и народы полностью исчезали в результате межэтнической борьбы и закона выживания наиболее приспособленных. Яркий тому пример из недавней истории тасманийцы. После прибытия европейцев на их остров численность коренного населения стала стремительно падать, и со смертью последней женщины по имени Труганини (в тексте записано как Ракуруми) эта раса навсегда исчезла с лица земли, о чем хорошо известно всему миру.

Наши сахалинские айны, когда-то широко расселявшиеся по богатым землям Карафуто и демонстрировавшие былую силу, не смогли противостоять непреложному закону борьбы за существование. Они были постепенно вытеснены на север и обосновались на этом изолированном полярном острове, где под холодным сиянием луны воют медведи. Какое-то время они наслаждались благами этих неисчерпаемых охотничьих угодий ели, когда были голодны, пили, когда испытывали жажду, и жили в довольстве. Однако безжалостные волны расовой конкуренции докатились и сюда, делая их выживание всё более трудным. Очевидно, что в скором времени это племя тоже полностью исчезнет, оставив после себя лишь следы.

Я уже давно испытывал глубокий интерес к исследованию этого достойного жалости племени, которое, находясь под нашей опекой и защитой, влачит жалкое существование, не зная, что ждет его впереди. Я хотел изучить их с антропологической и социальной точек зрения, а также в контексте возможного улучшения японской расы. К счастью, весной прошлого года мне представилась возможность лично отправиться на Сахалин и близко познакомиться с этим народом.

Результатом моей поездки и стала эта книга. Все рассказы и предания коренных жителей приведены здесь с максимальной строгостью, с уважением к словам рассказчиков я не упустил ни единого слова и ни единой фразы. Разумеется, здесь нет и капли авторского произвола, я ничего не добавлял и не убавлял от себя ради улучшения слога. Поскольку в обществе айнов изначально не существовало письменности, все их древние обычаи и нравы опираются исключительно на устные предания и легенды, сохранившиеся в их памяти. Именно поэтому я счел необходимым с уважением отнестись к их простому мышлению при составлении этой книги.

В заключение хочу выразить глубокую благодарность главному прокурору Окружного суда Карафуто, а также начальнику полицейского отдела господину Хасидзумэ за содействие и предоставление ценных материалов при подготовке этой книги.

Таблица наличного населения Карафуто по национальностям и племенам

(По состоянию на конец июня и конец февраля 5-го года эпохи Тайсё / 1916 год)

Рассказы о древних обычаях и нравах сахалинских айнов

Рассказчик со стороны восточного побережья:

Проживающий в деревне Аихама округа Сакаэхама на восточном побережье Сахалина. Вождь сахалинских коренных жителей (айнов). Прежнее имя: Бафунке. Японское имя: Айкити Кимура (63 года). Записано: 21 марта 6-го года эпохи Тайсё (1917 год).

Рассказчик со стороны западного побережья (1): Проживающий в местности Тамондомари деревни Хироти округа Маока на западном побережье Сахалина. Сахалинский коренной житель (айн). Прежнее имя: Атоисарандэ. Японское имя: Кансукэ Омура (66 лет). Записано: 21 апреля 6-го года эпохи Тайсё (1917 год).

Рассказчик со стороны западного побережья (2): Проживающий в местности Тобуцу деревни Нодасаму на западном побережье Сахалина. Сахалинский коренной житель, старейшина поселения. Прежнее имя: Сипэкэнниси. Японское имя: Анносукэ Нода (49 лет).

Записано: 22 апреля 6-го года эпохи Тайсё (1917 год).

Редактор-составитель: Тоэн Аояма

Глава 1. Предки и численность населения

Бафунке: Я принадлежу к племени айнов. Мы точно не знаем, откуда именно пришли наши предки. Сейчас на нашем острове проживает около 1500 наших соплеменников. Из них примерно 800 человек живут на западном побережье, а около 700 человек на восточном побережье, разбившись на множество небольших поселений. Со времени, предшествовавшего переходу острова под управление Японии, и до сегодняшнего дня общая численность нашего народа остается примерно на одном уровне, без резких изменений.

(Справочно) Современный реестр айнов (на основе Сахалинской временной переписи 5-го года Тайсё (1916 г.))

(Примечание: В некоторых японских итоговых строках оригинала присутствуют незначительные арифметические погрешности, допущенные составителями в 1916 году. Перевод выполнен строго по тексту оригинала).

(Справочно) Распределение современных айнов по возрасту (на конец декабря 5-го года Тайсё (1916 г.))

Общий итог по возрастной таблице: Мужчины 739 | Женщины 780 | Всего 1519 человек.

Атоисаранде: Я понятия не имею, кем были наши предки и всё такое прочее, но на восточном и западном побережьях Сахалина жило довольно много айнов. Сколько именно их было, я не знаю. До эпохи Мэйдзи я работал рыбаком на самом южном краю западного побережья, в местечке Кусункотан, где японец по фамилии Сухара управлял промыслом по заготовке кеты, горбуши и сельди. Наша группа насчитывала около трехсот человек. Над нами стоял один самурай, представитель официальных властей, который носил большой и малый мечи и руководил нашей работой. В 8-м году Мэйдзи (1875 г.), когда господин Сухара вернулся на Хоккайдо, все мы тоже переехали в Исикари на Хоккайдо, где занимались рыболовством. Однако из-за постоянных неурожаев рыбы жизнь стала крайне тяжелой, и в 31-м году Мэйдзи (1898 г.) мы снова вернулись на этот остров.

Сибэкенниси: Мы не знаем, откуда и в какую эпоху пришли наши предки. Однако в устных преданиях сохранилось свидетельство: когда самые первые предки прибыли на Сахалин, здесь уже жили люди другого племени, похожие на нас. Наши предки воевали с ними и победили, благодаря чему наша группа смогла навсегда остаться на Сахалине. Говорят, что длинная гранёная дубинка из рога под названием "ситу", которую они использовали в той войне, сохранилась до сих пор.

От автора: Оружие ситу, применявшееся в войне, о котором упоминает Сибэкенниси, автору еще не доводилось видеть лично. Вероятно, оно соответствует тому, что преподобный Джон Бачелор называл "боевой палицей" (War-club). Согласно его описанию, эта палица изготавливается из прочной древесины тиса (онко), её длина составляет около 2 сяку (около 60 см), а вес менее 1 фунта. При этом обхват рукояти равен 3 дюймам, головная часть 7,5 дюймам. Спереди на ней вырезаны шесть выемок, а сзади проделано отверстие длиной 7 дюймов и глубиной 1,75 дюйма, куда заливали свинец или вкладывали другой тяжелый предмет для увеличения веса палицы. Использование этого оружия в руках опытного воина представляло собой поистине ужасающее зрелище.

(1) Различные теории о предках айнов (Часть 1)

Исторические факты свидетельствуют о том, что изначально айны обитали на самом Японском архипелаге (Хонсю) и имели теснейшие связи с народом Ямато. Из-за этого американский исследователь Уильям Гриффис утверждал, что японцы изначально произошли от расы айнов, а расовые различия возникли позже под влиянием географических факторов.

Профессор Ёкояма Ёсикиго заявлял, что айны это коренные жители Японии, принадлежащие к маньчжурской расе, которые переселились в Японию в глубокой древности и получили в летописях имена "цутигумо", "кумасо" и "хаято". Он считал айнов теми же самыми людьми, но под другими именами.

Англичанин Генри фон Сибольд выдвинул теорию, что эдзо (айны) жили на территории Японии со времен эпохи богов, использовали каменные орудия и обитали в земляных пещерах. Однако существуют и совершенно иные мнения.

Доктор литературы Курокава Маёри, опираясь на лингвистический анализ, утверждал, что слово Эдзо это вовсе не название расы, а собирательное имя для тех, кто не подчинялся императорским указам, притеснял мирных жителей, опирался на военную силу, презирал императорский двор и не платил ежегодную дань.

Доктор Цубои заявлял, что с точки зрения современной антропологии происхождение айнов остается абсолютно неизвестным. Если и пытаться найти схожие с ними расы, то они обнаруживают сходство с племенем тода в Индии и с австралоидами Южных морей.

Мияке Ёнекити в своем труде Краткая история Японии писал, что, хотя обыватели часто принимают айнов за европеоидов из-за черт лица, эдзо (айны) не имеют прямых аналогов среди ныне существующих рас мира. Свои исследования об эдзо также оставили иностранцы: Бачелор, Грэм, Сэвидж-Ландор, Лэтам, Санива, Милн, Хичкок и другие, из-за чего теории крайне запутаны и противоречивы.

Тем не менее, если обобщить эти разнообразные мнения, в главном они сходятся: раса айнов с глубокой древности проживала на японской земле. Но возникли ли их предки изначально на этой земле, или же они мигрировали из других регионов?

(2) Различные теории о предках айнов (Часть 2)

Англичанин Генри фон Сибольд полагал, что в древности Япония соединялась с материком как на юге, так и на севере. На севере она тянулась через Сахалин и Курильские острова до Камчатки, а Цусима связывала Японию с Кореей. Поэтому он считал бесспорным, что раса айнов мигрировала с материка.

Однако, поскольку современная антропология не может обнаружить родственных айнам расовых групп на самом материке, эту теорию материкового моста нельзя принять безоговорочно. С другой стороны, если отталкиваться от авторитетного мнения доктора Цубои который утверждал, что хоть происхождение айнов совершенно неизвестно, если и искать схожие расы, то это индийские тода и австралоиды Южных морей, можно предположить следующее: в глубокой древности айны могли заселять единый ареал, тянувшийся от Индии и Южных морей вплоть до Японии.

Существует также мнение, что айны жили в Японии уже в каменном веке. Коганэи Ёсикиё свидетельствовал, что расой, оставившей памятники каменного века на территории нашей страны, были именно эдзо, то есть айны. Тории Рюдзо, который лично исследовал курильских айнов и опубликовал результаты своих изысканий, обнаружил на Курильских островах землянки и каменные орудия, заявив, что это следы предков современных айнов.

Однако есть и сильные контраргументы. Сторонники теории о том, что люди каменного века не были айнами, указывают на то, что современные айны вообще не используют каменные орудия, и у них нет даже преданий об их использовании. В качестве доказательства они приводят текст доклада губернатора провинции Дэва из летописи Сёку Нихон Коки, заявляя, что обитавшие внутри страны айны каменными орудиями не пользовались.

Летопись Сёку Нихон Коки, запись от июля 6-го года Сёва (839 г.), доклад губернатора провинции Дэва:

29-го числа прошлого августа управляющий уезда Кантагава доложил: Западное побережье этого уезда находится более чем в 50 ри (около 200 км) от административного центра. Изначально здесь совсем не было камней. Однако с 3-го числа этого месяца непрерывно шли проливные дожди, гремел гром и сверкали молнии. Спустя более чем тысячу дней небо наконец прояснилось. Когда люди вышли на морской берег, они увидели, что там естественным образом рассыпано множество упавших камней. Они похожи на железо, похожи на медь, одни белые, другие черные, третьи зеленые...

Данный текст говорит о том, что из-за сильнейших ливней потоки грязи и песка размыли землю, обнажив древние артефакты каменного века. 6-й год Сёва это эпоха, когда айны всё еще обладали большим влиянием в тех краях. Однако, поскольку у них не было никакого понимания этих каменных предметов и не осталось следов их использования, критики заключают, что айны не были народом, использовавшим каменные орудия.

(3) Продвижение расы айнов на север

Предоставим детальное изучение и критику изложенных выше мнений специалистам; на сегодняшний день все они остаются лишь разнообразными гипотезами. События глубокой древности скрыты от нас, и узнать их доподлинно невозможно.

Однако доподлинно известно, что в эпоху императора Саймэй доблестный полководец Абэ-но Хирафу возглавил флот из двухсот кораблей и отправился в карательный поход против государства Сушэнь (Мисихасэ). Данная военная хроника отчетливо зафиксирована в Нихон Сёки (Анналах Японии). Что касается этого государства Сушэнь, то большинство историков, начиная с авторов Дай Нихон Си (Истории Великой Японии), традиционно отождествляли его с нынешним Приморьем, подконтрольным России.

Однако само название государства Сушэнь исчезло из китайских хроник после эпохи династии Хань. Вместо него последовательно возникали такие наименования, как Илоу, Уцзи и Мохэ. Поскольку Хирафу совершил свой поход в эпоху династии Тан, то в случае, если бы он действительно напал на нынешнее российское Приморье, в хрониках следовало бы прямо указать, что он покорил Мохэ. Тот факт, что авторы использовали древнее имя государства Сушэнь, прекратившее существование за сотни лет до этого, выглядит крайне загадочно.

Очевидно, составители Нихон Сёки просто заимствовали красивый старинный иероглифический термин. На самом деле под Сушэнь (которое также читалось как Тюкути) понималось наименование расы, рассредоточенной на Сахалине, Камчатке или в Приморье, и относившейся к тому же племенному древу, что и нужэни (чжурчжэни). В труде Эдзо Сюи (Дополнения к сведениям об Эдзо) также упоминается, что к северо-востоку от Капитяна находится государство Тёукити. Это, без сомнения, является искаженным произношением слова Чукчи. Таким образом, когда Хирафу совершал свой завоевательный поход против Сушэнь, этот термин указывал именно на земли, где обитало данное племя.

Однако авторы Нихон Сёки, применив к ним иероглифы Сушэнь, заставили последующие поколения историков ошибочно связать это с государством Сушэнь из китайских хроник и единодушно ограничить эту территорию исключительно границами Маньчжурии. Это глубокое заблуждение.

Внимательно изучая военные хроники походов против Сушэнь в Нихон Сёки, мы видим, что основные сражения разворачивались в районе Хоккайдо, а войска Сушэнь прибывали туда на кораблях. Из этого следует, что опорная база противника находилась на островах вблизи Хоккайдо. Рассматривая географическое распределение чукотско-камчатских народов, ряд историков твердо настаивает на том, что государство Сушэнь, которое покорил Хирафу, это не что иное, как нынешний остров Сахалин. С этим выводом трудно не согласиться.

Опираясь на подобные сведения, мы можем отчетливо видеть, что между Сахалином и Хоккайдо с древнейших времен существовали тесные человеческие связи. На этом основании можно предположить, что предки сахалинских айнов изначально перекочевали с Хонсю на Хоккайдо, а затем переправились на Сахалин.

(4) Распределение сахалинских айнов

Изначально разграничительная линия расселения айнского народа на Сахалине была окончательно зафиксирована еще около 120130 лет назад. Самое северное айнское кочевье (селение) на западном побережье располагалось в районе Эсутору (ныне Углегорск), примерно на 49 градусах северной широты. На восточном побережье северной границей служили Тарайка (озеро Невское) и Найро (Гастелло).

К северу от линии, соединяющей эти три точки, айнские поселения полностью отсутствовали. В то же время к югу от этой линии не встречались следы иных коренных сахалинских народностей (таких как ороки, нивхи/гиляки, тунгусы).

Судя по этому этнографическому распределению, становится ясно, что сахалинские айны не были пришельцами из Северного Сахалина. Кроме того, несмотря на то, что Сахалин разделен пополам центральным горным хребтом, исключающим сухопутное сообщение между востоком и западом, айнские селения в районах Найро и Тарайка существовали с древности. Это доказывает, что они не были случайными мигрантами, которых прибило течением со стороны материкового Приморья.

Иными словами, сахалинские айны пришли с юга, однако они не были коренным этносом, зародившимся на самом этом острове. Как сохранилось в памяти старейшины селения Тофуцу на западном побережье по имени Сибэкенниси (Сибэкенни), их предки переправились сюда из других мест, завоевали обитавшие на острове иные племена и в итоге полновластно заняли эту землю. И это не просто личное умозаключение автора. Мнения исследователей в целом сходятся в том, что айны, следуя за морскими течениями, постепенно переправлялись с Хоккайдо на Сахалин, оседая как на восточном, так и на западном побережьях острова.

(5) Сообщение между Хоккайдо и Сахалином

Благодаря ли морским течениям, связывавшим их, но с древнейших времен Сахалин и Хоккайдо не были изолированы друг от друга между жителями обоих островов существовал активный обмен.

Об этом свидетельствуют старинные предания. По словам известного айнского исследователя и полярного путешественника Ямадзи Ясуносукэ (Ямабэ Ясуносукэ), старики рассказывали, что в прежние времена вожди селений Сирэтоко, Найту, Котэфу и Сирануси собирали различные драгоценные камни, маньчжурскую парчу (шелк), медвежьи шкуры и медвежью желчь. Они переправлялись через пролив в Соя (мыс Крильон / мыс Соя), направлялись в Мацумаэ на Хоккайдо и обменивали там свои товары.

Драгоценные камни и маньчжурский шелк привозились к ним сантанами (ульчами/нивхами с Амура), которые выменивали их у айнов на добытые теми шкуры медведей, лисиц и выдр. Вожди грузили эти товары на большие лодки-долбленки (марукибунэ), сделанные айнами, выходили в море от мыса Ноторо (мыс Слепиковского / Крильон), выжидали благоприятную погоду в Соя, а затем двигались вдоль побережья Хоккайдо к Томамаэ, Румои и далее на юг.

Останавливаясь в удобных для стоянки бухтах, они проделывали огромный путь по морю и наконец прибывали в Мацумаэ, где обменивали свои меха и шелка на японские мечи, лакированную посуду (синроку), одежду и другие припасы, после чего возвращались на родной остров Сахалин. Вожди действительно питали страсть к дальним путешествиям. О том, что они были искусными мореходами, говорит и существование особого торжественного обряда под названием Ниоэн (или Кэуэмусиу).

Этот ритуал исполнялся в тот момент, когда вождь возвращался из далекого путешествия по морю или суше. Как только на горизонте показывалась его лодка, все местные жители от мала до велика, мужчины и женщины обнажали свои мечи и длинные ножи, выстраивались на берегу и начинали ходить взад и вперед. Чтобы придать сил возвращающемуся судну, мужчины громко и зычно кричали Хо-о-й!, а женщины подхватывали их возгласы ритуальным пением (хапэутаки). Этот многоголосый шум разносился над морем на целую ри (около 4 км) вокруг.

Видя это с воды, гребцы на лодке делали два-три почетных круга, пока люди на берегу точно так же кружились в танце. После этого судно причаливало, вождь занимал специально подготовленное для него почетное место, и начинался строгий традиционный обряд, во время которого путешественники и встречающие делились рассказами о том, что всё прошло благополучно.

Не только вожди, но и все айны в целом, судя по всему, находили подлинную радость в морской жизни. Это подтверждает не только то, что в былые времена они вели активную торговлю с народами Восточной Сибири, Курильских островов, Алеутских островов и Камчатки, но и то, что они по самой своей природе, будучи народом пришельцев, изначально имели кровную, врожденную связь с водной стихией.

В трудах англичанина Джона Бачелора также отмечается: Согласно представлениям айнов, весь мир это один бескрайний океан, внутри которого расположено множество островов, являющихся отдельными землями или государствами. Каждое из этих мест управляется своими особыми божествами. Если обратиться к лингвистическим фактам, то в айнском языке вообще не существует абстрактного понятия "вселенная" или "космос". И крошечный островок на реке или озере, и огромный остров в открытом океане, и даже великие континентальные державы всё это называется у них одним и тем же общим словом Мосири, что буквально означает плавающая земля.

Кроме того, вопреки представлениям некоторых японцев, айны вовсе не думают, будто мир покоится на спине гигантской рыбы, при движении которой происходят землетрясения. Всё это убедительно доказывает, что айны представляют собой не континентальную расу, а островной, морской народ, обладающий врожденными мореходными качествами.

Теперь обратимся к их устным рассказам, чтобы понять, как было устроено политическое управление в айнском обществе. Прежде всего, излишне говорить, что у айнского народа никогда не существовало единого верховного правителя или монарха. В каждой отдельной области правил свой окружной вождь (сотяо / котан-сабанекуру), а в каждом конкретном селении (стойбище) под его началом стоял местный староста (ико-сабанэку / икота-сабанэкуру). Структура их управления напоминала союз независимых штатов в республике.

Поскольку у айнов полностью отсутствовали писаные законы (писаное право), вся политическая и общественная жизнь регулировалась исключительно древними обычаями и преданиями. В обязанности вождей входило: строгое определение границ родовых земель, назначение мест для промысла рыбы и охоты, организация религиозных праздников и почитания богов, вынесение смертных приговоров преступникам, а также руководство людьми во время охотничьих экспедиций или военных столкновений.

Судебная система айнов

(1) Уголовные дела

Бафунке: В нашем обществе за совершение дурных поступков предусмотрены строгие и справедливые наказания. Среди нашего народа испокон веков преступлениями признаются: убийство, нанесение телесных повреждений (ран), кража (домуро), мошенничество, присвоение чужого имущества (растрата), прелюбодеяние (ганцу), умышленный поджог, неосторожный поджог (случайный пожар), похищение людей (юкаи) и некоторые другие деяния. Если кто-то украдет чужую вещь, мы иногда заставляем виновного просто вернуть украденное имущество законному владельцу, улаживая дело миром между собой. Однако в случае совершения тяжких и особо опасных преступлений вожди и старейшины селений собираются на совет и выносят суровый приговор.

Атоисаранде:Поскольку среди нашего народа за совершение дурных поступков предусмотрены строгие кары, люди у нас редко совершают по-настоящему злые деяния. Из того, что я слышал от своих отцов, наказания за преступления выглядят следующим образом (примечание: рассказы об этом подробно изложены в следующих главах). Преступными деяниями у нас признаются убийство, нанесение увечий, кража, мошенничество, присвоение чужого имущества, прелюбодеяние, умышленный и случайный поджог, похищение людей и тому подобное.

Сибэкенниси: Если в нашем племени кто-то совершает преступление, за этим следует соразмерное наказание. Прежде всего, это касается таких деяний, как убийство, нанесение ранений, воровство, обман, грабеж, поджог, похищение людей и многое другое. В большинстве случаев между сторонами встает посредник (сват/судья), который разбирает дело, отделяет добро от зла и улаживает конфликт. Если же миром дело решить не удается, тогда собирается совет вождей и старейшин, который и выносит окончательный приговор.

От автора: Несмотря на то, что этих людей принято считать дикими и первобытными, их представления о преступлении и законе мало чем отличаются от понятий цивилизованных народов в главных вопросах их моральный ориентир не ошибается. Видя, с каким восторгом и ликованием айны созерцают жестокие обряды (вроде медвежьего праздника), можно поначалу решить, что они обладают свирепым и беспощадным нравом. Однако в глубине души это совсем не так. Им свойственна преданная, глубокая дружба и подлинная, прекрасная чистота первозданной натуры, которую едва ли встретишь среди изнеженных и легкомысленных обитателей цивилизованного мира.

Как-то раз, осмотрев целлюлозно-бумажный завод в Отиаи (ныне Долинск), я сел на поезд на местной станции. Высунувшись из окна вагона, чтобы проводить взглядом встречный состав, я увидел в окне соседнего поезда обросшего волосами айна. У него была густая черная борода, а растрепанные волосы походили на дикую траву.

Его глубокие, тоскливые глаза пристально смотрели в небо весь его облик являл собой классический пример первобытного человека, каким его создала природа. К окну вагона, тяжело дыша от быстрого бега, подбежал его соплеменник статный великан ростом более шести сяку (около 180 см), увешанный боевым оружием, которое вполне могло поспорить с легендарным арсеналом Бэнкея. В одной hand (руке) он сжимал бутылку пива, а в другой держал чашу, протягивая её пожилому айну в окне, чтобы выпить на прощание. Едва раздался гудок поезда, великан высоко поднял чашу и громогласно, словно желая разорвать оковы этого суетного мира, издал мощный крик. Это было проявление чистой и искренней дружбы человека, который пришел проводить своего близкого товарища, отправляющегося в далекое охотничье путешествие. Какая прекрасная картина дитя природы!

Когда поезд тронулся, оставшийся на платформе айн опустил пустую пивную бутылку. Он застыл на перроне подобно высохшему вековому дереву, растерянно глядя в пустоту и молча глотая слезы. Созерцая этот резкий контраст между пивом напитком современной цивилизации и айном, этим живым реликтом ушедших веков, я на какое-то время погрузился в глубокие, неизгладимые думы. Вот он, подлинный памятник прошлой эпохи, которого стоило бы показать упадническим эстетам нашей столицы, думал я под шепот обывателей, привыкших хоронить этот народ с насмешкой. Однако душевный склад айнов имеет сторону, заслуживающую искренней любви. Почему же цивилизованный человек порой испытывает к ним тайную зависть? Да потому, что они без всякой фальши и прикрас резонируют с истинной, обнаженной человеческой природой, чистой, как утреннее солнце.

Тем не менее, в нынешние дни далеко не все сахалинские айны сохраняют свою первозданную честность. С тех пор как остров перешел под управление Японии, многие из них, общаясь с коварными приезжими торговцами, переняли у них уловки и хитрости. Более того, некоторые начали злоупотреблять законами о защите коренного населения, ведя себя высокомерно и нарушая общественный порядок. Сегодня на острове уже созданы школы для туземцев, и уровень их знаний разительно отличается от прежних времен. Учитывая, что поток переселенцев из метрополии растет с каждым днем, не принесет ли чрезмерная, крайняя опека над коренным населением лишь вред нашему обществу в будущем?

Действующие правовые особенности защиты коренного населения

Если мы обратимся к действующим правилам, то в статье 2 Императорского указа 94 от 31 марта 40-го года Мэйдзи (1907 г.) сказано следующее:

Гражданские споры на Сахалине, в которых не замешаны иные лица, кроме коренного населения, а также уголовные дела, касающиеся исключительно туземцев, подлежат разрешению на основании их исконных традиций и обычаев. Судебные процедуры по вышеуказанным делам могут быть адаптированы судами исходя из соображений практического удобства.

Иными словами, Императорский указ постановил, что в гражданских и уголовных делах, возникающих строго внутри айнской среды, наше государственное законодательство не применяется, а правосудие полностью доверяется их собственным вековым обычаям. В период установления нашей власти это решение виделось вполне разумным, поскольку нравы, быт и уклады коренных жителей разительно отличались от порядков в метрополии, и немедленное введение современного японского права могло стать для них непосильным и губительным бременем.

Однако сегодня, когда с момента перехода Сахалина под наше крыло пролетело уже более десяти лет, ветры цивилизации заметно изменили сознание местных жителей. Некоторые наиболее развитые айны, прикрываясь этими защитными привилегиями, стали умышленно идти на преступления.

Недавно господин Инаи, главный прокурор Окружного суда Сахалина, поделился со мной примечательным случаем. Один айн совершил покушение на жизнь японского чиновника. В суде он и его защитники дерзко заявили, что подсудимый невиновен, поскольку в традиционном праве айнов якобы полностью отсутствуют такие понятия, как "препятствование исполнению служебных обязанностей должностного лица" или "покушение на убийство". В настоящее время это скандальное дело находится на стадии апелляционного рассмотрения. Подобные опасные прецеденты бьют уже не по внутренней жизни туземного общества они напрямую угрожают общественной безопасности всего региона. Прокурор подчеркнул, что статью 2 упомянутого Императорского указа необходимо как можно скорее пересмотреть и исправить. Если этого не сделать, преступность среди коренного населения начнет расти повсеместно, что заставит содрогнуться любого, кто печется о порядке на нашей земле.

(2) Гражданские дела

Бафунке: Как я уже говорил, в прежние времена у нас не существовало денег, равно как не было и письменности. Поэтому никаких судебных споров, касающихся денежных займов или долгов, среди нашего народа никогда не возникало. Если кто-то из соплеменников оказывался в крайней нужде из-за неурожая рыбы или тяжелой болезни, соседи по стойбищу всегда делились с ним одеждой и едой из чистой взаимовыручки. Когда дела у человека шли на лад и у него снова появлялись излишки, он возвращал взятые вещи обратно. Разумеется, никто не брал и не давал вещей под проценты или с какими-то условиями всё строилось на взаимном доверии и благодарности. Поскольку письменности у нас не было, никаких долговых расписок или документов мы не составляли. По сей день среди нас не бывает тяжб о возврате денежных долгов. Все возникающие мелкие споры и раздоры обычно улаживаются старейшинами селений, которые выступают в роли третейских судей и примиряют повздоривших соплеменников.

Сибэкенниси: Среди нашего народа споров о золотых или серебряных монетах никогда не велось. Однако у нас существуют гражданские тяжбы, связанные с обменом и передачей материальных вещей. Эти дела разбираются вождём или старейшинами селения на общем совете. Если один человек одолжил другому какую-то ценную вещь, а тот не вернул её в назначенный срок, совет обязывает должника возвратить имущество. В случае, если у виновного не оказывается точно такой же вещи для возврата, его близкие родственники, руководствуясь чувством родственного долга, обязаны отдать взамен свои ценности, чтобы полностью рассчитаться с пострадавшим.

От автора: Когда коренные жители маленького Сахалина впервые увидели меха и шкуры в руках русских людей, они стали принимать от них металлические монеты в качестве платы за работу. Однако айны долгое время совершенно не понимали истинного назначения и ценности этих денег. Они бережно хранили их в сундуках как красивые диковинки, а их жены порой делали из монет украшения или подвешивали их к одежде. Для этих первобытных людей, привыкших к прямому обмену вещами, монеты оставались лишь блестящими безделушками. Таким образом, у них долгое время не было четкого понятия о деньгах, и айны никогда не попадали в зависимость от них.

Из-за того, что у этих людей не было ни денег, ни письменности, гражданские иски и судебные тяжбы среди них практически не имели почвы для возникновения, что не может не вызывать удивления. Будучи совершенно незнакомы с правилами займов и кредитов, айны Сахалина в прежние времена постоянно становились жертвами обмана со стороны хитрых и расчетливых торговцев из племени Сантан (народы Нижнего Амура).

Стоит отметить, что торговля между сантанами и айнами уходит корнями в глубокую древность, однако точное её начало неизвестно. Во времена правления клана Мацумаэ между амурскими торговцами и сахалинскими айнами то и дело вспыхивали жестокие споры из-за долгов. Поскольку айны из окрестностей Соя (Хоккайдо) каждый год отправлялись на Сахалин для обмена товарами с сантанами, клан Мацумаэ со временем взял эту торговлю под свой строгий надзор. Вначале, когда влияние японских властей еще не простиралось на весь Сахалин, коварные торговцы-сантаны при помощи сладких речей и обмана выманивали у доверчивых айнов пушнину, забирая себе всю выгоду. Они давали айнам товары в долг, а когда те не могли расплатиться в срок, сантаны прибегали к насилию и грабежу. Не в силах терпеть эти бесчинства, айны в итоге добрались до Соя и слезно умоляли японские власти о защите.

Тщательно расследовав это дело, клан Мацумаэ в 1-й год Кансэй (1789 г.) учредил специальную Сахалинскую торговую факторию (Гёдзисё) для контроля и управления всеми сделками. Однако старые привычки искоренить в один миг было невозможно, и долговые конфликты продолжали вспыхивать вновь и вновь. В 4-й год Бунка (1807 г.), когда правительство бакуфу (документ/указ центрального сёгуната) взяло весь остров Эдзо под свое прямое управление, надзор за торговцами-сантанами стал чрезвычайно строгим. Видя, что айны по-прежнему пребывают в глубокой нищете и не способны своими силами вернуть накопленные долги, наместники и чиновники провели совет и направили прошение в правительство бакуфу. В результате, в период с 6-го по 8-й год Бунка (18091811 гг.), правительство полностью взяло на себя выплату всех долгов сахалинских айнов. Сантанам было передано в общей сложности 1466 соболиных шкурок, а также 1174 шкурки из Соя были переданы сантанам в качестве уплаты долга. Одновременно с этим было выпущено строгое официальное предписание, навсегда запрещающее любые частные долговые обязательства и займы между ними, и с торговцев были взяты письменные расписки с личными печатями.

Позже, в 9-й год Тэмпо (1838 г.), в западной части Сахалина снова разгорелся застарелый долговой спор между главным старейшиной (со-нанудо) по имени Найна и торговцами-сантанами. Окружные чиновники, опираясь на прежние прецеденты, провели разбирательство и успешно уладили конфликт, выдав сантанам 60 соболиных шкурок.

Торговля с сантанами велась преимущественно в местечке Сирануси на Сахалине, где прямо на побережье строились бревенчатые хижины, служившие торговыми лавками. Все операции проводились в строгом соответствии с правилами, установленными княжеством Мацумаэ. В годы Ансэй (18541860 гг.) порядок работы был следующим: как только корабли сантанов причаливали к берегу, для них на побережье возводились временные деревянные жилища. После этого японские чиновники собирали местных айнов и строго наказывали им не брать товары в долг.

Для обеспечения честного обмена в 3-й год Ансэй (1856 г.) чиновники сопоставили многолетние рыночные цены и составили официальный Реестр торговых расценок, которым руководствовались при сделках. При этом все товары, предназначавшиеся для передачи сантанам, казна предварительно выкупала у айнов, собирала воедино и централизованно передавала иностранным купцам.

Официальные закупочные цены на пушнину были следующими:

• За 1 выдровую шкуру 2 сё и 5 го очищенного сакэ (~4.5 литра)
• За 1 лисью шкуру 1 сё сакэ (~1.8 литра)
• За 1 соболиную шкуру 5 го сакэ (~0.9 литра)

(Данные приведены согласно Краткому описанию нравов и обычаев айнов)

После открытия портов для международной торговли эта жесткая система регулирования естественным образом упразднилась. В наши дни старинные товары сантанов можно встретить лишь в виде редких реликвий среди личных вещей некоторых айнов. Тем не менее, сегодня, когда ветры современной цивилизации долетели и до этих суровых окраин, подобные гражданские иски и судебные споры постепенно начинают вспыхивать вновь.

Наказания за преступления

(1) Убийство

Бафунке: Если один человек убил другого, самым суровым и тяжелым наказанием среди нашего народа является погребение убийцы заживо. Виновного крепко связывают, укладывают лицом вниз и живым помещают в большой деревянный ящик квадратной формы. Этот ящик опускают на дно глубокой ямы, а прямо поверх него ставят точно такой же квадратный гроб, в котором находится тело убитого им человека, после чего яму засыпают землей. Исполнение этого смертного приговора происходит публично, в присутствии всех без исключения жителей стойбища, созванных к месту казни.

Следующим по строгости, но более мягким наказанием является приказ совершить самоубийство. Преступнику вручают большой ритуальный нож макири и заставляют его вспороть себе живот. Если же виновный трусит и отказывается добровольно лишить себя жизни, его без промедления подвергают первому наказанию то есть заживо зарывают в землю.

Если же совершено непреднамеренное убийство, или в случае, когда в случившемся есть явная вина или оплошность со стороны самой жертвы, наказание смягчается. Совет вождей обязывает убийцу передать семье убитого ценные родовые сокровища, чтобы тем самым утешить и материально поддержать его осиротевших родственников. Если у самого виновного нет достаточного количества ценных вещей, эту обязанность принимают на себя его близкие сородичи и выплачивают компенсацию вместо него. (Примечание автора: у сахалинских айнов эта передача имущества в качестве искупления вины называется словом асинбэ, что фактически соответствует нашему юридическому понятию денежного штрафа).

Покушение на убийство, когда умысел не был доведен до конца, наказывается точно так же выплатой штрафа асинбэ. Недавно мне лично пришлось разбирать именно такое дело.

Примерно в январе 5-го года Тайсё (1916 г.) житель восточного стойбища Найбути по имени Кагэяма Тюмокори во время бурной семейной ссоры схватил нож-макири и попытался зарезать свою жену. Он успел нанести ей удар в плечо, но в этот момент в дом ворвались родственники, которые скрутили его и помешали довести задуманное до конца. Вскоре после этого происшествия сам Тюмокори скоропостижно скончался прямо на местном кладбище. Из-за его внезапной смерти я оказался в затруднительном положении, и это дело до сих пор остается юридически не завершенным. Поскольку сам преступник мертв, покарать его невозможно. Однако, принимая во внимание, что в той ссоре была немалая доля вины и со стороны самой жены, я полагаю справедливым передать оставшиеся ценные вещи покойного Тюмокори в дом родителей его супруги. Тем не менее, среди родственников сейчас возникли споры и недовольства из-за чего окончательное решение до сих пор не принято. В районе июня этого года я планирую собрать совет старейшин селения, чтобы окончательно закрыть этот вопрос. По нашим вековым обычаям, пока преступник жив, за такое деяние полагается исключительно взыскание штрафа асинбэ.

Атоисаранде: Если один человек убьет другого, преступника намертво связывают, после чего полностью ослепляют, вонзая в оба его глаза острые иглы. Затем его живым закапывают в землю, помещая на самое дно могилы, а сверху на него опускают гроб с телом его жертвы. Исполнение этой страшной казни происходит при обязательном участии абсолютно всех жителей стойбища.

Сибэкенниси: Самой суровой карой за убийство у нас считается ослепление виновного при помощи игл, после чего его заживо запирают в квадратный деревянный короб и хоронят в земле, ставя сверху гроб с телом убитого соплеменника. Вторым, более легким наказанием является принуждение к харакири (вскрытию живота) при помощи ножа-макири. Если же преступление совершено при смягчающих обстоятельствах, виновного приговаривают к выплате компенсации асинбэ.

От автора: Принято считать, что у хоккайдских айнов в прежние времена вообще не существовало смертной казни как таковой. Причина этого кроется в их религиозных воззрениях: они верили, что физическая смерть это лишь естественное завершение земного пути человека, а вовсе не наказание или мука. Для них истинной карой служили физическая боль и общественный позор. Чем сильнее были мучения и стыд, тем тяжелее считалось наказание. Жестокая кара сахалинских айнов, которые сшивали или прокалывали преступнику веки иглой перед погребением заживо, преследовала цель заставить убийцу испытать максимальные физические страдания еще при жизни. Тот факт, что предоставление ножа-макири для самоубийства считалось у них актом милосердия и легким наказанием, подтверждает это осужденный радовался возможности избежать страшных прижизненных мук. Стоит добавить, что у хоккайдских айнов за убийство существовал обычай подрезать виновному сухожилия на ногах. Это обрекало человека на пожизненное ползание и невыносимый стыд, превращая его в калеку. Тот, кому подрезали сухожилия, больше не мог заниматься никаким трудом и влачил жалкое существование, полностью завися от милости и подачек окружающих. Поэтому данный вид кары страшил их сильнее всего. На Сахалине подобных калечащих наказаний не существовало.

Следует подчеркнуть, что исполнение всех этих приговоров всегда происходило публично, на глазах у большого скопления народа. Точно так же, как на эшафотах в эпоху феодализма в нашей стране, это делалось в назидание остальным и ради торжества справедливости.

Приговор, обязывающий преступника отдать свои ценные вещи, среди местных жителей зовется Асинбэ, что полностью соответствует нашему понятию денежного штрафа. Однако сокровища, которыми владеют айны, это вовсе не золото, серебро или драгоценные камни. Их главными ценностями являются: старинная лакированная посуда, японские мечи, металлические котлы, луки со стрелами, серьги, резные табакерки и парадные одежды. Большинство этих вещей в далеком прошлом были получены айнами от маньчжурских торговцев в обмен на рыбу и шкуры диких зверей. Среди них попадаются и бесценные образцы древней японской лаковой утвари и клинков. В прежние времена, когда японцы привозили на Сахалин рис и ткани, они вручали эти мечи и посуду местным вождям в качестве даров или наград, а те затем передавали их по наследству из поколения в поколение. Для каждого айна эти родовые сокровища являются самой дорогой вещью в мире после его собственной жизни.

(2) Нанесение телесных повреждений (Увечья)

Бафунке: За нанесение ранений и увечий виновного точно так же приговаривают к выплате штрафа асинбэ. В зависимости от тяжести раны этот штраф может быть как очень большим, так и совсем незначительным.

Атоисаранде: Если один человек ранил другого, и это произошло случайно (по неосторожности), дело закрывается выплатой штрафа асинбэ. Однако если было совершено умышленное, жестокое нападение, то преступника казнят его либо заживо зарывают в землю, либо намертво прибивают гвоздями к деревянному кресту, даже если сам пострадавший остался жив. При этом имущество виновного все равно передается для утешения жертвы или её семьи. Впрочем, о таких суровых казнях за увечья мы только слышали от стариков, но лично мне видеть подобное своими глазами не доводилось.

Сибэкенниси: За нанесение телесных повреждений у нас неизменно назначается штраф асинбэ. Размер этого штрафа напрямую зависит от того, насколько тяжелую рану нанесли человеку. Если совершено тяжкое преступление, а у виновного нет никаких ценных вещей для выплаты крупного штрафа, тогда эти вещи в обязательном порядке изымаются у его близких родственников. Если же сокровищ не оказывается и у родни, тогда совет старейшин оказывается в крайне затруднительном положении.

(3) Кража (Воровство)

Бафунке: Если человек попался на воровстве впервые, его наказывают штрафом асинбэ. Если же он совершает кражу повторно (рецидив), ему отрубают мизинец на правой руке. При совершении третьей или четвертой кражи преступнику последовательно один за другим отрубают остальные пальцы как на правой, так и на левой руке. Это делается для того, чтобы физически лишить вора возможности воровать чужие вещи.

Я сам был свидетелем реального случая, произошедшего около 43 лет назад (тогда мне было 20 лет, а сейчас мне 63). В наше стойбище Оотани как раз впервые прибыли японские военные. Одна местная девушка стащила чужую одежду, которая сушилась на улице. За эту первую кражу ей отрубили средний палец. Однако эта девушка не исправилась, совершила еще несколько краж, и в итоге ей последовательно отрубили четыре пальца. У неё остался всего один-единственный указательный палец на руке.

Сибэкенниси: За первую кражу вора наказывают обычным штрафом. За второй раз совет старейшин может ограничиться назначением более тяжелого и крупного штрафа. Но если человек идет на преступление в третий или четвертый раз, то с каждым новым разом ему отрубают пальцы: сначала большой палец на правой руке, а затем соседний безымянный палец. Не так давно на восточном побережье Сахалина произошел именно такой случай с одной местной женщиной, которой отрубили пальцы за регулярные кражи.

(4) Мошенничество и присвоение имущества

Бафунке: Поскольку среди нашего народа испокон веков не существовало практики денежных займов или кредитования под проценты, мне не известны случаи, когда кого-то судили бы именно за растрату или присвоение чужих денег. Однако если один человек сознательно обманул другого, забрал его вещи или растратил то, что ему доверили на хранение, это признается очень скверным и дурным поступком. В подобных ситуациях справедливым и правильным решением считается назначение стандартного штрафа асинбэ.

Сибэкенниси: За мошенничество и присвоение чужого имущества у нас также полагается выплата штрафа. Однако мне лично не известны конкретные примеры из жизни, когда кого-то из наших соплеменников реально подвергли бы такому наказанию.

От автора: Телесные наказания и истязания у айнов отличаются крайним разнообразием, и от одного лишь их описания по коже пробегает мороз. У хоккайдских айнов в прежние времена существовал обычай: если кто-то тайно проникал в чужую кладовую или жилище, его нещадно избивали тяжелыми деревянными дубинами. За незаконное вторжение в дом виновному могли докрасна выжечь волосы на голове или начисто отрезать уши. На Сахалине в прежние времена преступникам точно так же практиковали отрубание носа или ушей. Таким образом, человек на всю оставшуюся жизнь получал несмываемое клеймо позора, по которому каждый встречный сразу видел в нем преступника.

(5) Прелюбодеяние (Супружеская измена)

Бафунке: Если случается супружеская измена, виновный любовник (сожитель) обязан передать законному мужу ценные родовые сокровища, после чего он имеет право навсегда забрать неверную жену к себе. Если же у любовника нет никаких ценностей, которые могли бы удовлетворить обманутого мужа, тогда неверная супруга со всеми своими личными вещами возвращается в дом своих родителей. После этого уже родительский дом обязан выплатить мужу компенсацию или отдать ценные сокровища из своего семейного фонда.

Атоисаранде: Виновный в измене мужчина обязан передать законному супругу столько ценных вещей, сколько потребуется для его полного удовлетворения, или отдать все, что у него есть. В некоторых ситуациях неверную жену с позором прогоняют обратно к её родителям и тогда совет старейшин взыскивает компенсацию со шкурами и сокровищами уже с её родного дома. Для разбора таких деликатных дел вождь и старейшины селения собираются на специальный совет вместе с близкими родственниками обеих сторон.

Сибэкенниси: Проще говоря, виновный любовник обязан выплатить крупный штраф законному мужу. Если он не способен этого сделать, тогда родители неверной жены обязаны передать оскорбленному супругу свои семейные сокровища, чтобы восстановить мир и вернуть всё на прежние места. В противном случае родители забирают опозоренную дочь обратно в свой дом.

От автора: На Сахалине главным наказанием за супружескую измену у айнов всегда являлась выплата материального штрафа асинбэ. Совсем иначе к этому вопросу подходили на Хоккайдо. Там виновного в прелюбодеянии мужчину связывали по рукам за спиной и подвешивали к потолочной балке за собственные длинные волосы так, чтобы он едва мог коснуться земли кончиками пальцев ног, после чего жестоко избивали плетьми.

В то же время стоит обратить внимание на то, с каким поразительным снисхождением и мягкостью айнский суд относится к вине самой неверной женщины. Дело в том, что в их традиционном обществе многоженство (содержание наложниц) является укоренившимся древним обычаем, против которого не возражают и сами женщины. В этом патриархальном социуме, где мужчина занимает главенствующее положение, а женщина рассматривается лишь как покорная исполнительница его воли, за подобные грехи слабую сторону практически никогда строго не наказывают и не преследуют.

(6) Умышленный поджог

Бафунке: До сегодняшнего дня среди нашего народа не бывало случаев, чтобы кто-то умышленно поджег и пустил по ветру чужой дом. Если бы такое случилось, это посчитали бы величайшим злодеянием, и виновного покарали бы самым тяжелым и разорительным штрафом асинбэ.

Если же человек устроил пожар случайно, по неосторожности, и от этого сгорел чей-то дом или вспыхнул лесной пожар в горах, его также обязывают выплатить соразмерный штраф. Я помню один реальный случай, когда женщина из-за своей оплошности упустила огонь и сожгла чужое жилище. Она так сильно горевала и изводила себя страхом, что, несмотря на уговоры и утешения близких, несколько дней наотрез отказывалась от еды и в итоге умерла от истощения. Если бы она осталась жива, совет старейшин обязательно приговорил бы её к выплате штрафа асинбэ.

Атоисаранде: ...Поэтому случаи умышленного или случайного поджога крайне редки. Что касается сахалинских айнов, то мне не доводилось слышать о существовании у них культа богини огня, однако, судя по тому, с какой чрезвычайной осторожностью и почтением они обращаются с огнем, можно предположить, что наши соплеменники также подвержены подобным суевериям.

(7) Похищение людей (И увоз невест)

Бафунке: В нашем племени мужчины могут вступать в брак примерно в возрасте двадцати лет, а девушки в возрасте восемнадцати лет. Однако если до достижения этого возраста молодые люди тайно вступят в любовную связь и мужчина самовольно увезет девушку в другие места, то, поскольку он увёл незрелого человека, он обязан передать её родителям ценные родовые сокровища. Это деяние также неизменно карается штрафом асинбэ.

Атоисаранде: Похищение человека признается у нас очень скверным и дурным делом. Поэтому родители того, кто совершил похищение, обязаны передать ценные сокровища родителям похищенного человека.

Сибэкенниси: За похищение человека также налагается материальный штраф.

От автора: Период физиологического созревания человека наступает тем раньше, чем теплее климат региона. Говорят, что в районе Индии люди становятся взрослыми уже в возрасте шести-семи лет. У айнов же зрелость наступает примерно на два-три года позже, чем у жителей нашей метрополии. Тот факт, что увоз лиц моложе этого возраста признается преступлением, свидетельствует о том, что даже эти первобытные люди отчетливо осознают всю пагубность таких деяний. Слова старейшины Бафунке поскольку он увёл незрелого человека как раз и указывают на недопустимость похищения лиц, еще не способных к здравомыслию.

(8) Сопротивление властям (Властное неповиновение)

Бафунке: Если говорить о тех временах, когда Сахалин находился под управлением Российской империи, то среди наших соплеменников не было случаев открытого неповиновения или сопротивления русским чиновникам. Если возникали какие-либо распоряжения или приказы властей, вожди собирали людей и послушно исполняли их. Однако с тех пор, как остров перешел под управление Японии, ситуация изменилась. Как я уже упоминал ранее, некоторые молодые айны, получив образование и научившись японской грамоте, стали использовать законы о защите коренного населения в корыстных целях. Они начали проявлять дерзость и пренебрежение по отношению к японским чиновникам, заявляя, что по нашим исконным обычаям приказы иностранных чиновников не имеют над нами силы. Подобное поведение является недопустимым, и мы, старейшины, стараемся строго пресекать такие проявления среди молодежи.

Атоисаранде: В прежние времена мы беспрекословно подчинялись приказам чиновников, будь то русские или японцы. Если чиновник требовал предоставить людей для работы или выдать припасы, вождь стойбища немедленно организовывал исполнение этого требования. Никакого сопротивления властям у нас никогда не практиковалось.

Сибэкенниси: За сопротивление законным требованиям властей или оскорбление чиновников совет вождей также может наложить штраф асинбэ, если это деяние привело к нарушению порядка в стойбище.

От автора: Как уже подробно разбиралось в главе, посвященной юридическому статусу коренного населения, Императорский указ 94, даровавший айнам судебную автономию на основе их древних обычаев, в последние годы стал приводить к нежелательным последствиям. Пользуясь тем, что в традиционном айнском праве отсутствуют статьи за государственные преступления или неповиновение должностным лицам, некоторые безответственные элементы пытаются полностью уйти от ответственности за свои правонарушения перед японской администрацией. Это подчеркивает острую необходимость скорейшего реформирования правовой системы на Сахалине для поддержания абсолютного порядка и общественной безопасности.

Судебная практика и реальные прецеденты

(1) Разбирательство дел об убийствах

Бафунке: Если совершено преднамеренное убийство соплеменника, и вина человека полностью доказана советом, самым суровым приговором является погребение заживо. Как я уже описывал, преступника намертво связывают, укладывают лицом вниз на дно глубокой квадратной ямы, а поверх него опускают гроб с телом убитого им человека.

Я помню один реальный случай из своей молодости, когда этот суровый закон был приведен в исполнение. В одном из соседних стойбищ мужчина из-за сильной ревности жестоко убил своего товарища во время охоты. Совет вождей, собравшись на экстренное заседание, единодушно приговорил убийцу к погребению заживо. На окраине селения была вырыта огромная яма. Преступника связали кожаными ремнями так прочно, что он не мог пошевелить ни единым суставом, и опустили на дно ямы лицом вниз. Он громко кричал и молил о пощаде, но закон предков был непреклонен. Прямо на его спину слуги вождя опустили тяжелый деревянный гроб с телом его жертвы. После этого все присутствующие мужчины стойбища начали поочередно бросать в яму землю и камни, пока над могилой не вырос ровный холм. Этот обряд погребения заживо производился публично, чтобы каждый житель от мала до велика воочию видел, какая страшная кара ждет того, кто посмеет пролить кровь своего соплеменника.

Если же виновному предоставляется право на самоубийство (харакири), то ему вручают парадный нож "макири". Если преступник проявляет малодушие и не может сам вонзить клинок в свой живот, старейшины стойбища без промедления приводят в исполнение первый приговор то есть закапывают его живым в землю вместе с гробом убитого.

Атоисаранде: В случае совершения убийства, по решению вождя, убийцу связывают по рукам и ногам, после чего палачи стойбища берут длинные костяные или металлические иглы и полностью выкалывают преступнику оба глаза. Ослепленного и истекающего кровью человека опускают на самое дно могильной ямы, а затем прямо на него сверху опускают гроб с телом убитого соплеменника, после чего яму засыпают. Этот страшный приговор приводится в исполнение при обязательном присутствии всех жителей, чтобы страх перед мучениями удерживал людей от злодеяний.

Сибэкенниси: Наш закон гласит: за самое тяжкое убийство виновному протыкают веки и глаза иглами, живым заколачивают в квадратный деревянный ящик и хоронят в земле под гробом жертвы. Если же преступление было совершено в состоянии помрачения ума или имела место вина самого убитого, совет вождей обязывает виновного выплатить штраф асинбэ. Если у самого убийцы нет достаточного количества лакированной посуды или мечей, эти ценности изымаются у его близких родственников.

От автора: Рассматривая эти леденящие душу прецеденты, можно заметить существенное различие между судебными традициями сахалинских и хоккайдских айнов. На Хоккайдо, как отмечал преподобный Бачелор, смертная казнь не применялась, поскольку физическая смерть считалась лишь переходом духа в иной мир. Сахалинские же айны, напротив, разработали систему изощренных физических истязаний (ослепление, погребение заживо), направленных на причинение максимальной боли преступнику перед смертью. Это доказывает, что их правосознание связывало тяжесть наказания именно с объемом перенесенных страданий и публичного позора.

На Сахалине в прежние времена преступникам точно так же практиковали отрубание носа или ушей. Таким образом, человек на всю оставшуюся жизнь получал несмываемое клеймо позора, по которому каждый встречный сразу видел в нем преступника.

(5) Прелюбодеяние (Супружеская измена)

Бафунке: Если случается супружеская измена, виновный любовник (сожитель) обязан передать законному мужу ценные родовые сокровища, после чего он имеет право навсегда забрать неверную жену к себе. Если же у любовника нет никаких ценностей, которые могли бы удовлетворить обманутого мужа, тогда неверная супруга со всеми своими личными вещами возвращается в дом своих родителей. После этого уже родительский дом обязан выплатить мужу компенсацию или отдать ценные сокровища из своего семейного фонда.

Атоисаранде: Виновный в измене мужчина обязан передать законному супругу столько ценных вещей, сколько потребуется для его полного удовлетворения, или отдать все, что у него есть. В некоторых ситуациях неверную жену с позором прогоняют обратно к её родителям и тогда совет старейшин взыскивает компенсацию со шкурами и сокровищами уже с её родного дома. Для разбора таких деликатных дел вождь и старейшины селения собираются на специальный совет вместе с близкими родственниками обеих сторон.

Сибэкенниси: Проще говоря, виновный любовник обязан выплатить крупный штраф законному мужу. Если он не способен этого сделать, тогда родители неверной жены обязаны передать оскорбленному супругу свои семейные сокровища, чтобы восстановить мир и вернуть всё на прежние места. В противном случае родители забирают опозоренную дочь обратно в свой дом.

От автора: На Сахалине главным наказанием за супружескую измену у айнов всегда являлась выплата материального штрафа асинбэ. Совсем иначе к этому вопросу подходили на Хоккайдо. Там виновного в прелюбодеянии мужчину связывали по рукам за спиной и подвешивали к потолочной балке за собственные длинные волосы так, чтобы он едва мог коснуться земли кончиками пальцев ног, после чего жестоко избивали плетьми.

В то же время стоит обратить внимание на то, с каким поразительным снисхождением и мягкостью айнский суд относится к вине самой неверной женщины. Дело в том, что в их традиционном обществе многоженство (содержание наложниц) является укоренившимся древним обычаем, против которого не возражают и сами женщины. В этом патриархальном социуме, где мужчина занимает главенствующее положение, а женщина рассматривается лишь как покорная исполнительница его воли, за подобные грехи слабую сторону практически никогда строго не наказывают и не преследуют.

(6) Умышленный поджог

Бафунке: До сегодняшнего дня среди нашего народа не бывало случаев, чтобы кто-то умышленно поджег и пустил по ветру чужой дом. Если бы такое случилось, это посчитали бы величайшим злодеянием, и виновного покарали бы самым тяжелым и разорительным штрафом асинбэ.

Если же человек устроил пожар случайно, по неосторожности, и от этого сгорел чей-то дом или вспыхнул лесной пожар в горах, его также обязывают выплатить соразмерный штраф. Я помню один реальный случай, когда женщина из-за своей оплошности упустила огонь и сожгла чужое жилище. Она так сильно горевала и изводила себя страхом, что, несмотря на уговоры и утешения близких, несколько дней наотрез отказывалась от еды и в итоге умерла от истощения. Если бы она осталась жива, совет старейшин обязательно приговорил бы её к выплате штрафа асинбэ.

Атоисаранде: В нашей практике случаев умышленного поджога или неосторожного обращения с огнем, приведших к пожару, никогда не происходило, поэтому я ничего не могу об этом рассказать.

Сибэкенниси: Если кто-то совершит поджог и сожжет чужой дом или лес в горах, его точно так же наказывают штрафом. За обычную же неосторожность с огнем (если не произошло крупного бедствия) строгого наказания у нас нет.

От автора: Хоккайдские айны испытывают глубокий, священный страх перед пожарами. Это связано с тем, что они почитают Богиню Огня, видя в ней главную хранительницу домашнего очага. О сотворении этой богини и её происхождении существует старинное устное предание. Согласно ему, Богиня Огня спустилась с небес вместе с самым первым домом, каркас которого был сделан из дерева, а стены из камыша. Вместе с ней сошла и сама душа дома.

Именно поэтому айны верят, что дом и Богиня Огня неразрывно связаны и вместе оберегают людей от любых невзгод. Когда строится новое жилище и возводится его деревянный остов, хозяева первым делом совершают ритуальное поклонение Богине Огня и священным деревянным палочкам инао (подробное описание которых будет дано в следующих главах), после чего устраивают праздничное пиршество с употреблением хмельного напитка. Из-за такого исключительного и глубокого почитания огня как божества, айны относятся к нему с величайшей бережностью. Как следствие, неосторожные пожары или...

умышленные поджоги встречаются у них чрезвычайно редко. Что касается сахалинских айнов, то мне не доводилось слышать о существовании у них культа богини огня, однако, судя по тому, с какой чрезвычайной осторожностью и почтением они обращаются с огнем, можно предположить, что наши соплеменники также подвержены подобным суевериям.

(7) Похищение людей (И умыкание невест)

Бафунке: В нашем племени мужчины могут вступать в брак примерно в возрасте двадцати лет, а девушки в возрасте xviii лет. Однако если до достижения этого возраста молодые люди тайно вступят в любовную связь и мужчина самовольно увезет девушку в другие места, то, поскольку он увёл незрелого человека, он обязан передать её родителям ценные родовые сокровища. Это деяние также неизменно карается штрафом асинбэ.

Атоисаранде: Похищение человека признается у нас очень скверным и дурным делом. По этой причине родители того, кто совершил похищение, обязаны передать ценные сокровища родителям похищенного человека.

Сибэкенниси: За похищение человека также налагается материальный штраф.

От автора: Период физиологического созревания человека наступает тем раньше, чем теплее климат региона. Говорят, что в районе Индии люди становятся взрослыми уже в возрасте шести-семи лет. У айнов же зрелость наступает примерно на два-три года позже, чем у жителей нашей метрополии. Тот факт, что увоз лиц моложе этого возраста признается преступлением, свидетельствует о том, что даже эти первобытные люди отчетливо осознают всю пагубность таких деяний. Слова старейшины Бафунке поскольку он увёл незрелого человека как раз и указывают на недопустимость похищения лиц, еще не способных к здравомыслию.

(8) Сопротивление властям (Властное неповиновение)

Бафунке: Разумеется, традиционно среди наших соплеменников не было чиновников, поэтому и примеров наказания за сопротивление властям нет. Однако с давних времен приказам вождей, глав общин и глав семей (отцов и старших братьев) требовалось абсолютно повиноваться, поэтому противодействие старшим считалось тяжелейшим проступком. Если кто-то оказывал насильственное сопротивление нашему вождю, в прежние времена его можно было убить без всяких препятствий. Не только сам пострадавший вождь, но и любой другой человек имел право убить его. Если степень сопротивления была незначительной, то в зависимости от ситуации накладывалось наказание "асимпе". Распространение слухов, порочащих вождя или других руководителей, а также их оскорбление также наказывались по обычаю "асимпе". Оскорбителей и бунтовщиков в некоторых случаях могли изгнать из общины.

Сибэкэнниси: Я с давних пор не слышал, чтобы кто-то сопротивлялся чиновникам. Кроме того, в прежние времена тех, кто шел против вождей или глав, убивали, поэтому никто никогда так не поступал.

От редактора: Согласно императорскому указу, в гражданских и уголовных делах среди айнов действует милость защиты и покровительства, основанная на их старых обычаях. Эта привилегия является мерой поддержки, обусловленной тем, что на момент установления суверенитета их общественная жизнь находилась на крайне отсталом уровне. Наша страна не является подчиненным государством для айнской расы, и мы не являемся рабами айнов, поэтому ни у кого нет необходимости или обязанности предоставлять им блага вопреки финансовым потерям и затратам усилий. Однако исключительно с точки зрения всеобщего человеколюбия и равенства мы стремимся избавить их от несчастий, а также верим, что существуют причины для сохранения этой народности в тех пределах, пока они не утратят своих исконных качеств, поскольку они издревле имели глубокие связи с нашей нацией.

(9) Преступления и наказания

Бафунке: Помимо упомянутого, среди наших соплеменников нет азартных игр, мы вообще не играем на деньги. Однако я слышал, что с недавних пор, когда сюда пришли айнские переселенцы из Исикари, появились те, кто занимается азартными играми. Что касается других преступлений, которые происходили на самом деле, то их виды до сих пор были крайне редки. По обычаям нашего племени, так же как и у жителей Японии, поступки, которые приносят вред народу общины, или дела, совершать которые стыдно, либо то, что все считают плохим, признаются злодеяниями. Если совершается новый вид преступления, вожди и главы общин собираются вместе и определяют соразмерное наказание. Относительно однажды вынесенного решения виновный не может заявлять протест. Члены общины совместно и неукоснительно приводят это наказание в исполнение.

Атоисарандэ: Среди нас с давних времен не происходило почти ничего плохого, поэтому никто не подвергался наказаниям. Также я слышал, что если решение о наказании уже принято, его невозможно отменить по причине несогласия или по иным поводам.

Страница 3

Сибэкэнниси: В общине мы стараемся улаживать большинство дел без судебных разбирательств, да и самих преступлений на самом деле мало. Приведение наказаний в исполнение осуществляется совместными усилиями жителей общины. Однако сейчас во всех делах мы получаем поддержку от японских органов власти, поэтому понимаем, что обязаны подчиняться всем японским правилам.

От редактора: Живя на богатых охотничьих и рыболовных угодьях праздной и простой жизнью, число преступлений у них естественным образом невелико. Те виды преступлений, которые совершают цивилизованные люди, используя изощренный ум в сложных человеческих отношениях или злоупотребляя развитыми научными знаниями, совершенно не укладываются в воображении темных и невежественных туземцев. Например, такие преступления, как описанные в главах с 16 по 19 Уголовного кодекса, преступления, связанные с подделкой документов, или преступления против чести и репутации из глав 34 и 35, подделка печатей и документов, или же посягательства на честь и репутацию для подобных деяний у них до сих пор не было определено ни названий преступлений, ни видов наказаний. Поэтому, если в будущем такие правонарушения возникнут, вожди и главы общин будут устанавливать подходящие наказания по своему усмотрению в зависимости от обстоятельств. Поскольку приказы вождя являются абсолютно непререкаемыми и высшими, туземцы не могут жаловаться и безропотно подчиняются им.

Кроме того, если человека подозревают в преступлении или если улики неопровержимы, но он не сознается, существуют ли методы испытания для выяснения вины? Автору из-за своей малоосведомленности неизвестно, есть ли такое у сахалинских айнов, но доводилось слышать, что у хоккайдских айнов это практикуется. Существует обычай истязания кипятком: большой котел наполняют водой, помещают туда подозреваемого и разводят под ним огонь. Или же заставляют опустить руки в кипяток, чтобы определить виновность или невиновность. Также существует пытка водой, когда человека заставляют выпить огромный сосуд, наполненный до краев. Кроме того, есть табачное истязание для женщин и девушек, при котором их заставляют курить табак для проверки. Из-за того, что сахалинские айны по своей природе более простодушны и кротки, чем хоккайдские, о существовании у них подобных жестоких способов наказания слышать не приходилось.

Религия

(1) Божества

Бафунке: Божеств бывает множество, например, бог гор или бог моря. Солнце это божество, освещающее весь мир, поэтому оно является самым главным богом. Луна это божество, освещающее ночь, а звезды это сопровождающие ее божества.

Атоисарандэ: Божеств существует много разных, но у наших соплеменников главными являются бог Луны, бог гор и бог моря.

Сибэкэнниси: Божества есть в самых разных местах: в горах бог гор, в море бог моря, на земле бог земли, у солнца бог солнца, у луны бог луны. Мы верим, что божества есть у всего.

От редактора: Пробуждение религиозного чувства начинается с осознания великих сил природы, которые невозможно измерить человеческим разумом. Сезонные изменения солнца, луны, звезд, океанов и земли, а также стихийные бедствия вызывают у них трепет и почтение, побуждая поклоняться им. Однако при более тщательном исследовании оказывается, что сами по себе солнце и луна, равно как горы или море, не являются богами: айны верят, что внутри них существуют божества, дарующие свет.

Как же айны смотрят на вселенную? Они мыслят так: вселенная это единый океан, а мир покоится на рыбе. Это очень похоже на старинное японское суеверие о том, что землетрясения происходят, когда шевелится огромный сом, находящийся под землей. Впрочем, более четких концепций относительно устройства мира у них, по-видимому, нет.

(2) Почитание божеств (Празднества)

Бафунке: Мы не молимся богам каждый день, но в конце года, в ноябре, и в начале, в январе, мы делаем инао (прим.: айнское слово, обозначающее обструганную палочку, похожую на священную стружку гохэй) и устраиваем празднества.

Атоисарандэ: Каким именно богам посвящено празднество, я совершенно не знаю. Однако перед почитанием богов мы обязательно подносим обструганное дерево инао, похожее на священную стружку. Способ изготовления этого инао отличается в зависимости от божества.

Сибэкэнниси: Мы чествуем богов трижды в год в январе, июне и декабре, а каждый день праздников не устраиваем. Кроме того, в самом начале почитания любых богов мы обязательно совершаем подношение богу очага (огня). По какой причине это делается, мы не знаем. Самым главным среди богов называют бога Солнца.

От редактора: Инао это уникальный культовый предмет айнов для почитания богов. Он выполняет ту же роль, что обереги омамори или стружка гохэй в нашем синтоизме, и айны верят, что внутри него заключена жизнь. Даже если его не считают живым существом, его рассматривают как посланника к богам. Инао изготавливают всегда во время празднеств, при строительстве нового дома, а также во время медвежьего праздника. Для его изготовления обстругивают ветки таких деревьев, как ива, дуб или тополь. Его форма, размер и вид бывают самыми разнообразными, но, по сути, так называют любую обструганную палочку. На одних стружку снимают сверху вниз, на других снизу вверх; на одних оставляют кору, на других ветки отсутствуют; однако в большинстве случаев завитую стружку оставляют свисать в форме различных узоров. (См. рисунок инао).

(3) Злые духи

Бафунке: Злым божеством у нас считается лиса, которая обманывает людей. Жители метрополии (японцы) зовут лису Инари-сан и считают добрым богом, но у нас она является злым духом.

Сибэкэнниси: Считается, что самое злое божество среди всех это лиса, обманывающая людей. Среди тех, кого я лично знал, было три человека, которые, будучи обманутыми лисой, либо умерли, либо ушли неизвестно куда и пропали.

От редактора: Почему лису считают злым духом? По-видимому, из-за того, что лиса чрезвычайно быстра и ловко избегает людей, а также мастерски запутывает свои следы. Айны считают, что обычное животное не способно на такие трюки, а её морда к тому же выглядит довольно хитрой, из-за чего её и превратили в злого духа. Женатые айны на Хоккайдо обязательно владеют черепом лисы, украшают его деревянной стружкой и хранят среди священных фамильных ценностей. Если ценности пропадают или у человека есть заветное желание, череп достают и используют для гадания. Верят, что если этот лисий дух сжалится над ними, то обязательно явится во сне и укажет верный путь. В настоящее время на Сахалине, благодаря усердному руководству начальника отдела колонизации г-на Дзюнъитиро Кавагути, всё больше процветает звероводство. Уже открылись одна-две лисьи фермы, и даже обычные крестьяне в качестве подработки выращивают по две-три лисы в месяц. Теперь этот некогда девятихвостый злой дух сидит в клетке и с изумлением смотрит на прогресс человеческого разума. Видя это своими глазами, суеверие о том, что лиса является злым божеством, постепенно сходит на нет.

(4) Представления о смерти

Бафунке: У нас нет буддизма, однако, подобно буддийскому учению, исстари передается, что праведные люди после смерти уходят в хорошее место и весело живут там вместе со своими родителями, братьями и сестрами. Грешники же попадают в плохое место: их тела бросают в болото, а кости варят в котле.

Сибэкэнниси: Среди нас нет того, что называют религией, но так же издавна говорят, что добрые люди после смерти отправляются в прекрасное место и счастливо живут с родными, а злые люди после смерти попадают в ад (джигоку).

Атоисарандэ: Буддизма среди наших соплеменников нет, но когда кто-то умирает, собираются все соседи, и те в общине, кто умеет искусно причитать, становятся плакальщиками и совершают поминальный обряд у тела усопшего. Этот плач имеет строгий ритуал: во время него необходимо одновременно источать слезы, насморк и слюну.

От редактора: В их обществе нет четких религиозных доктрин. Разумеется, у них нет ни христианства, ни буддизма, однако существуют концепции ада и рая. Их сокрушение перед телом покойного напоминает буддийские поминальные службы. Можно предположить, что эти идеи были принесены маньчжурскими племенами сантань, с которыми они издревле вели торговлю, однако у автора пока нет твердой уверенности в том, не является ли это их собственным исконным верованием. Пришли ли подобные буддизму идеи из Японии или из Китая и Маньчжурии этот вопрос автору хотелось бы оставить на усмотрение глубоких исторических изысканий.

(5) Медвежий праздник (Кума-мацури)

Бафунке: Что касается медвежьего праздника, то медведь это существо, присланное к нам богом гор. Во время празднества в честь бога гор собирается много знакомых, и, чтобы угостить их, мы убиваем выращенного медведя, делим его мясо и вместе веселимся. Голову медведя отсекают и подносят богу гор. Мы не почитаем самого медведя как божество.

Атоисарандэ: О медвежьем празднике говорят разное, но мои предки передавали следующее: медведь приходит в общину как посланник бога гор, поэтому мы растим его в течение года. В январе следующего года, в день праздника бога гор, мы делаем множество инао, подносим различные ценности и дары и провожаем его со словами: "Возвращайся поскорее со всеми этими вещами к своим родителям, а в следующем году отправь нам другого медведя вместо себя". Слова, с которыми обращаются к медведю во время ритуала, звучат так:

Инао сута офпо (Взвали на плечи этот инао, о, дорогой), Икороканси (Возьми это с собой и отправляйся к своим родителям. Вот, возьми и эти сокровища, отнеси их родителям. Мы даем тебе и эту теплую пищу, взвали её на спину и хорошенько неси. Если пойдешь по этой горной тропе, там будут твои родители. Твои мать, отец и их предки все ходили этой дорогой. Иди по ней не сворачивая. О, унеси всё это бережно, поскорее доставь своим родителям. С такими словами мы совершаем ритуальное убиение медведя.

Сибэкэнниси: Медвежий праздник устраивается просто потому, что медведь пришел из гор, и, поскольку там обитает бог гор, мы возвращаем его назад в горы. При этом мы отсекаем голову медведя и подносим её, рассказывая духу о том, как мы здесь почитаем богов, и прося его даровать нам удачу в охоте.

От редактора: Медвежий праздник это величайшее торжество айнов, и его ритуал крайне строг. По сути, это поклонение богу гор, а не самому медведю; медведь служит лишь жертвой для бога гор. Айны верят, что дух убитого медведя отправляется к богу гор, унося с собой подношения и ценности, и сообщает ему о том, что люди чтут его. Хоккайдские айны проводят этот праздник обычно в октябре или ноябре, однако на Сахалине его устраивают в январе. Описание ритуала в общих чертах следующее: сначала ловят медвежонка, помещают его в деревянную клетку, построенную наподобие колодезного сруба, и женщины (мэноко) выкармливают его своим грудным молоком. В январе, когда медведю исполняется два года и наступает день праздника бога гор, собираются все от мала до велика, а семейные сокровища выставляются в назначенном месте, на циновках обустраивают священное место, раскладывают традиционные украшения и выставляют заранее сваренное мутное пиво (добуроку), начиная неистово пить. В это время мужчины и женщины подражают повадкам медведя, хлопают в ладоши, выкрикивают "хо-хо" и несколько раз обходят вокруг клетки в танце. Затем крышку клетки открывают, вождь или глава семьи лично набрасывает петлю на шею медведя, выводит его наружу и привязывает к украшенному центральному столбу, после чего все снова пускаются в пляс. По сигналу мальчики начинают стрелять в медведя из игрушечных луков. Когда наступает подходящий момент, один из мужчин пускает настоящую стрелу; раненый медведь мечется и ревет в ярости. В этот миг выкормившая его женщина, содрогаясь от горя, пытается выдернуть стрелу из его тела это поистине душераздирающее зрелище. Когда силы покидают медведя, ему отрубают голову под всеобщие праздничные возгласы. Голову устанавливают на алтарь мордой вниз и подносят ей алкоголь. После завершения этой части начинается безудержное пьянство, продолжающееся день и ночь, пока не иссякнут все запасы хмельного. Поскольку это главный праздник, мужчины поверх расшитых традиционных рубах аттуси надевают парадные накидки дзинбаори, а женщины облачаются в узорчатые халаты косодэ, предаваясь безудержному веселью.

(7) Этика

Бафунке: В нашем обществе приказам вождя или родителей необходимо подчиняться абсолютно. Если вождь или родители попадают в беду, пожертвовать ради их спасения собственной жизнью считается правым делом, и такого человека все прославляют. В семье отец самый главный, ему подчиняются беспрекословно. Если жена не ладит со свекром или свекровью, её отсылают обратно в родительский дом. В редчайших случаях, когда слова жены справедливы, а отец требует чего-то совершенно неправедного, и при этом у супругов есть дети, они могут съехать и жить отдельно (но такое едва ли случается). Даже если требования родителей несправедливы, дети и невестки покорно следуют их словам.

От редактора: Хотя у айнов нет четких сословных понятий о долге суверена и подданного, отца и сына, в их сознании укоренилось правило абсолютно подчиняться приказам вождя или родителей. Поэтому, несмотря на глубокую привязанность между супругами, они уступят мнению родителей, даже если ради этого придется признать правое неправым. Как правило, у них принято единобрачие (одна жена), однако в случае бездетности или если мужчина очень богат, они часто берут несколько жен. Хотя жены живут в отдельных жилищах, каждую из них называют супругой. Отношения между женами на редкость мирные, и они не знают ревности. По своей природе женщины отличаются верностью, усердно служат мужу и считают своей главной гордостью обеспечивать и кормить его.

() Образование

Бафунке: Среди наших соплеменников нет письменности, а язык чрезвычайно прост и состоит из малого числа слов. Однако, став взрослым, человек может заниматься рыболовством и без труда зарабатывать на жизнь. Поэтому школ или иных заведений для обучения детей у нас с давних времен не существовало. И только после установления японского суверенитета открылись школы, где туземцев обучают японской грамоте. По этой причине среди нашего коренного населения никто не понимает письменности, за исключением жителей Найбути. Впрочем, был один человек, который переправился на Хоккайдо и получил там образование.

Атоисарандэ: У наших соплеменников понятия о письменности не существует, да и язык, как я уже говорил, крайне простой. В настоящее время детей обучают в образовательных пунктах, поэтому дети теперь ничем не отличаются от японцев, но люди старшего поколения остаются неграмотными.

Сибэкэнниси: Поскольку у нашего народа нет письменности, школ для обучения детей у нас раньше не было. Однако в семьях нас всегда учили делать доброе и предостерегали от дурных поступков.

От редактора: Как отмечает почтенный Бафунке, у айнов действительно нет письменности, и они не знали способов запечатлеть свои мысли. Тот единственный человек, который, по словам Бафунке, переправился на Хоккайдо и получил образование, это, по-видимому, Сэнтоку Тародзи (Тирондэ). Он является редким ученым для сахалинских айнов: пишет как японскими иероглифами, так и русскими буквами, а простые книги читает бегло и без запинки. Во время Русско-японской войны он служил переводчиком при нашей армии. Этот человек дал своей дочери японское имя Хару (Весна) и сам во всем старается походить на японца. Началом же образования для айнов на Сахалине послужило то, что Ямабэ Ясуносукэ (айн по происхождению) из деревни Томинай отдал свой собственный дом под школьное здание.

Что такое айн?! Я не позволю бросать это слово как насмешку! Среди айнов есть и я! эти слова Ямабэ Ясуносукэ показывают его как горячего патриота, радеющего за просвещение своего народа. По его воспоминаниям, во время занятия острова японскими войсками он сокрушался о невежестве соплеменников. Сначала он работал приказчиком в лавке Канадзавы в Отару, а затем прибыл на Сахалин, где стал доказывать одному влиятельному лицу необходимость открытия школы. Тот проникся его идеей и передал прошение командиру Сахалинского гарнизона генерал-майору Ямаде. Получив разрешение, в феврале 39-го года Мэйдзи (1906 г.) Ясуносукэ превратил свой дом в деревне Томинай в школу, а в качестве учителя пригласил одного из работников лавки Канадзавы.

Позже учебные принадлежности стали выменивать на рыбу. Однако из-за того, что школа единолично заняла общие общинные рыболовные угодья, начались жалобы, и школу закрыли. В феврале 42-го года Мэйдзи (1909 г.) было подано новое прошение о восстановлении школы. Начальник полиции Кусэ разрешил начать заготовку леса для строительства здания. В это же время начальник полиции Кусэ вместе с г-ном Тэкити Сато, младшим братом местного владельца рыбопромыслового участка Хэйдзиро Сасаки, обсудили сбор средств. Г-н Сато первым пожертвовал 300 иен, затем из других источников собрали еще 300 иен. На эти 600 иен в декабре 42-го года Мэйдзи было успешно завершено строительство Томинайского туземного образовательного пункта. Так айны, которые со времен сотворения мира не знали грамоты, наконец открыли для себя знания и ступили на ступень счастья. Это благодеяние дошло до самых северных окраин нашей империи благодаря императорской милости, и айны воистину пребывают в лучах этой безграничной благодати.

() Имущество (Собственность)

Бафунке: В прежние времена среди наших соплеменников вообще не было денег или монет. Единственным нашим имуществом и богатством были фамильные сокровища. Под сокровищами понимаются передаваемые из поколения в поколение мечи, копья, луки, стрелы, гарды (цуба), бусины, а также посуда и ткани, которые мы выменивали у маньчжур за добытые на охоте меха. Кроме того, ездовые собаки для нарт (на местном наречии носо) составляют важнейшую часть нашего имущества. В настоящее время у нас появились и небольшие заработанные деньги. По этой причине как в прежние времена, так и сейчас у нас не бывает долговых споров или займов денег и вещей.

Атоисарандэ: Ни раньше, ни теперь у нас почти нет денег. Всё наше богатство заключается в фамильных сокровищах. Но и этих сокровищ к сегодняшнему дню едва ли осталось три десятка во всем роду. Среди сокровищ бывают мечи, копья, стрелы, зеркала. Бусины в основном пришли к нам из маньчжурских земель.

От редактора: Сахалинские лайки, составляющие богатство айнов, имеют черную лоснящуюся шерсть с густым подшерстком, что делает их шкуры идеальными для защиты от холода. В метрополии (Японии) говорят: цена как за дохлую собаку, намекая на полное отсутствие ценности, однако шкура чистокровной сахалинской лайки стоит от 20 до 30 иен. По размеру она может укрыть пяти-шестилетнего спящего ребенка, и туземцы часто шьют из нее одежду. На Сахалине едва ли найдется семья, которая не держала бы одну или две собаки. И нужны они не для охраны ворот, а служат зимним средством сообщения. Когда весь Сахалин превращается в серебряный заснеженный мир, эти собаки тянут нарты. В нарту запрягают по десять и более собак в один или два ряда. Вожак это великолепно обученный пес, который подает пример остальным собакам и ведет упряжку строго по порядку. Такую дисциплинированность редко встретишь у других животных. Стоит собакам тронуться с места, и они, невзирая на голод и усталость, будут упорно и терпеливо бежать до самого места назначения; нрав у них на редкость кроткий. Если собаки из метрополии при встрече обязательно затевают яростную драку, то эти лайки, даже живя огромными стаями, кусают друг друга крайне редко.

Что касается права собственности, то у айнов почти никто не заявляет исключительных индивидуальных прав на земельные участки или вещи. Причиной тому, вероятно, служит их смутное представление о том, что пища это общий дар небес. В диких краях, изобилующих едой, подобные обычаи не редкость. К примеру, на Маршалловых островах в Южных морях туземцы, проголодавшись, идут в леса или горы, едят плоды хлебного дерева и других растений, а насытившись, сидят сложа руки или ложатся спать. Они трудятся лишь ради того, чтобы прокормиться в этот конкретный день, и у них нет стремления к накоплению богатств. Они верят, что изобильные плоды всегда будут ждать их. Поэтому еду они считают общим небесным даром. Если кто-то из-за болезни страдает от голода или жажды, они без колебаний делятся своим куском пищи, даже если сами испытывают нужду. Это естественное проявление характера, рожденное отсутствием постоянной тревоги за пропитание, то самое, что цивилизованные люди, возводя в доктрину, называют социализмом или коммунизмом. Айны, живущие на богатых рыбой и дичью угодьях, также не цепляются за право собственности, и то, что у них почти нет гражданских судебных тяжб, обусловлено именно этим укладом жизни

() Брак (Сватовство)

Бафунке: Чтобы взять жену, сначала договариваются родители с обеих сторон, а затем получают согласие самого молодого человека. Бывают и сваты (посредники), которые ведут переговоры. Когда дело слажено, со стороны жениха в дом невесты сначала приносят одну-две ценные вещи.

() Свадебный ритуал (Свадьба)

Бафунке: Особого свадебного ритуала у нас нет, однако в день свадьбы родственники, знакомые или соседи могут подарить еду или какие-нибудь редкие вещи, если они у них есть. Какого-то обязательного обмена подарками не существует.

Атоисарандэ: Свадебного ритуала как такового нет. Просто собираются соседи и родственники, варят мутное пиво и пьют его вот и всё.

Сибэкэнниси: Никакого специального свадебного обряда у нас нет, родственники и знакомые подарков не дарят. Мы просто собираемся с парой-тройкой знакомых и выпиваем немного алкоголя.

() Регистрация брака

Бафунке: Поскольку семейных реестров (посемейных записей косэки) у нас нет, мы не подавали никаких извещений ни вождю, ни главе общины.

Атоисарандэ: Семейных реестров у нас не было, поэтому в прежние времена мы никаких извещений не подавали, однако сейчас мы подаем извещения в государственные учреждения (управу). Мы, переселившиеся в свое время в Исикари, теперь подаем документы точно так же, как и японцы.

(Примечание редактора: Говорит с таким видом, будто подражает цивилизованным людям, словно поездка в Исикари для него была сродни путешествию в Европу).

От редактора: Согласно описанию брачных обычаев хоккайдских айнов, сделанному англичанином г-ном Бачелором: Весь этот процесс полностью предоставлен воле самого сватающегося, и посторонние люди в него не вмешиваются. Если юноша или девушка не желают вступать в брак, родители никогда не принуждают их к этому. Тем не менее, хотя окончательное решение зависит от воли самих молодых людей, до тех пор, пока они не достигли зрелого возраста, обещания родителей имеют большой вес. В конечном счете, достигшие брачного возраста юноша и девушка напрямую объясняются друг с другом, и никто не может им помешать. Если молодые люди желают пожениться, и инициатором выступает юноша, он сначала сообщает об этом своим отцу и матери, чтобы они передали его намерение родителям девушки. Если же инициатором выступает девушка, она сначала сообщает матери и отцу, чтобы они передали её волю родителям юноши. Если с обеих сторон нет препятствий, они сразу же заключают брак.

В отличие от этого, у сахалинских айнов люди, имеющие хоть какое-то состояние, посылают сватов и придают большое значение воле родителей. Поскольку у хоккайдских айнов во главу угла ставится желание самих молодых, их обычай гораздо ближе к современному.

Говорят, что когда помолвка сопряжена с соглашением, из дома жениха приносят одну-две ценные вещи. Это служит залогом помолвки; еще десять лет назад в качестве выкупа за невесту (юино) отправляли мечи и копья, но в настоящее время перешли на практичные вещи и чаще всего отправляют пару-тройку отрезов хлопковой ткани. На Хоккайдо же сначала отец юноши передает нож отцу девушки. По словам почтенного Бафунке, юноши вступают в брак в возрасте 20 лет, а девушки в 18 лет. Среди туземцев Маршалловых островов в Южных морях девушки вступают в брак в 1213 лет, а юноши в 1617. Они полагают брак божественной волей, устраивают празднества с обильной едой, и случаев внебрачного сожительства у них крайне мало. Как видим, в зависимости от холодного или жаркого климата период зрелости наступает с разной скоростью.

На Хоккайдо существуют свадебные пиры, где подают сладости и алкоголь, а мать и сваха улаживают дела, однако у сахалинских айнов особого свадебного обряда нет. Когда мужчина и женщина решают стать мужем и женой, обычно тот, от чьего имени была подана заявка на брак (инициатор), забирает супруга в свой дом.

() Развод

Бафунке: Если после заключения брака обе стороны согласны на развод, жена уходит из дома мужа и возвращается в родительский дом. При этом ценные вещи, полученные во время свадьбы, назад не возвращаются. После возвращения в родительский дом обе стороны вольны вступать в брак с другими мужчинами или женщинами по своему усмотрению.

Если же при возникновении разговора о разводе один из супругов выступает против, то ни вождь, ни глава общины не могут вынести судебное решение, принуждающее к разводу.

Атоисарандэ: Если развод происходит по причине неподобающего поведения со стороны жены, то семья жены возвращает мужу ценные вещи и забирает дочь обратно.

Сибэкэнниси: После того как супруги по обоюдному согласию разошлись и жена вернулась в родительский дом, обеим сторонам не возбраняется сочетаться браком с другими людьми. Но если одна из сторон отказывается от развода, принудительно расторгнуть брак невозможно. В таком случае муж может взять вторую жену, но жена не имеет права вступать в отношения с другим мужчиной.

От редактора: Развод происходит в любое время по взаимному согласию. Расторжение брака с женой они считают делом совершенно будничным. Они полагают, что раз брак это союз мужчины и женщины ради обоюдного удобства, то и развод должен происходить тогда, когда это удобно. Поэтому при расставании с женщиной мужчина не испытывает никаких терзаний. Даже у туземцев Южных морей (например, на Маршалловых островах), находящихся на крайне низкой ступени морального и общественного развития, брак считается божественной волей, и они верят, что люди своими силами не могут расторгнуть его здесь видна разница между белым и черным. Легкость разводов и отсутствие стыда за многоженство совершенно неудивительны для айнского общества, обделенного строгими понятиями о морали.

() Рождение детей (Вывод)

Бафунке: При рождении ребенка у нас нет тех, кого называют повивальными бабками (акушерками), поэтому члены семьи сами справляются со всеми заботами. Посемейных реестров нет, так что извещений о рождении мы никуда не подавали. Каких-то особых очистительных подарков тоже не делают; разве что, если есть редкая еда, её могут прислать. Имя ребенку дают родители.

Сибэкэнниси: Смысл тот же. Только сейчас мы подаем извещение о рождении в местное отделение Сахалинского губернаторства...

От редактора: Можно перечислить множество ближайших причин сокращения численности айнского населения это и пристрастие к крепким спиртным напиткам, и близкородственные браки, и изменения в характере питания, однако главным образом следует назвать нехватку знаний в области санитарии и медицины. Они не ведают о ценности чистоты; айнские жилища представляют собой убогие лачуги, где нет условий для выхаживания больных. Подхватив болезнь, они в большинстве случаев умирают, из-за чего население неуклонно убывает. Особо примечательно то, что при высокой рождаемости смертность среди младенцев и детей младшего возраста у них несопоставимо выше. Если взглянуть на статистическую Таблицу возрастного состава ныне живущих айнов, то можно заметить, что детей в возрасте до пяти лет больше всего, но к десяти годам их число резко и стремительно сокращается. Слова почтенного Бафунке подтверждают, что дело не только в отсутствии повивальных бабок, но и в том, что в последнее время родам мешают различные недуги, а айнские матери совершенно не обучены правильному уходу за детьми.

Обычаи родовспоможения у хоккайдских айнов описывал англичанин г-н Бачелор. По его словам: Когда у жены наступают сроки и она чувствует схватки, муж, плотно укрывшись одеждами, сидит без движения или уходит из дома к своим близким друзьям, где пребывает в полном молчании в течение шести дней, уподобляясь тяжелобольному. Утром седьмого дня он возвращается домой, что символизирует "смену постели", и продолжает соблюдать строгие ограничения еще шесть дней. При этом первые шесть дней он совершенно не пьет алкоголя, но в последующие шесть дней ему дозволяется пригубить немного спиртного и заняться легкими играми. По прошествии двенадцати дней с момента родов родители, дедушки и бабушки устраивают небольшое пиршество. Сама же роженица утром седьмого дня обязательно покидает место родов, отправляется к реке или источнику, омывает свое тело и, как только возвращаются силы, приступает к работе, поскольку считается, что её организм полностью восстановился. У сахалинских айнов о подобных жестких обычаях слышать не приходилось, однако у них принято, чтобы после родов члены семьи набирали в рот воду и окропляли ею тело новорожденного.

() Смерть (Погребальные обряды)

Бафунке: Когда кто-то умирает, жители общины, родственники или соседи по обычаю посылают в дом покойного пищу. Это не какие-то изысканные или дорогие продукты. Тела умерших мы всегда предаем земле. Похороны не представляют собой пышной церемонии. Тело покойного укладывают в простой деревянный гроб или заворачивают в рогожу и уносят на кладбище; домочадцы, родственники и соседи собираются вместе, провожают его до самой могилы, выкапывают яму и засыпают её землей. Сверху устанавливают деревянный надгробный столб. Поскольку письменности у нас нет, на нем вырезают знаки, обозначавшие вещи, которыми покойный пользовался при жизни. Чужой человек ничего не поймет, но мы, глядя на эти знаки, сразу определяем, чья это могила. Во время похорон мы не используем ни цветов, ни иных украшений; у нас нет ни молитв, ни чтения священных текстов. Мы лишь примерно дважды в год приносим и оставляем на могилах различную еду.

От редактора: В случае смерти плакальщики, умеющие искусно причитать, становятся во главе процессии, собираются перед телом усопшего и все вместе начинают громко рыдать. В этом заключается их смысл поминовения усопших. Туземцы Южных морей в случае кончины также заворачивают покойного в циновки, предают земле, а родственники собираются вместе, садятся перед телом и, закрывая лица руками, подражают плачу; как видим, несмотря на разницу климата, у дикарей Юга и Севера взгляды на смерть во многом сходятся. Вдоволь наплакавшись, они шумно пьют алкоголь, укладывают тело в гроб вместе с одеждами, которые покойный носил при жизни, украшают его различными предметами и хоронят в земле.

() Фамилии и имена

Бафунке: Среди наших соплеменников отродясь не было фамилий (родовых имен). Есть только имя, которое родители дают человеку при рождении.

Сибэкэнниси: То же самое, однако с тех пор, как наши земли перешли под власть Японии, у нас появились фамилии.

Атоисарандэ: Сейчас у нас точно такие же имена и фамилии, как у японцев.

От редактора: В прежние времена у айнов не было фамилий, а использовались лишь прозвища, однако после перехода под японское управление и введения нашего Закона о семейных реестрах (косэки) в этой сфере произошел огромный переворот. В большинстве своем айны получили японские имена и фамилии, под которыми их зарегистрировали в посемейных книгах, а свои прежние, исконные имена они стали использовать в качестве обиходных. К примеру, почтенный Бафунке записан как Айкичи Кимура, Атоисарандэ как Кансуке Омура, а Сибэкэнниси как Ясуносукэ Нода. Японцы, обращаясь к ним, не используют их прежние имена, а зовут по-японски. На Сахалине все японцы называют почтенного Бафунке г-н Кимура, поэтому и автор называл его этим именем. Имя же Бафунке, напротив, стало для него непривычным на слух. То, что муж и жена теперь носят одну фамилию, а не разные имена, как раньше, это прямое следствие применения японского семейного права.

Среди примечательных обычаев, связанных с именами, стоит назвать строжайшее табу на упоминание имен отцов, братьев, родственников и особенно имен усопших. Айны верят, что имя напрямую управляет судьбой и удачей человека; если дать живому имя другого живого, это пошатнет его удачу, а если назвать младенца именем умершего, это опечалит дух покойного и навлечет его проклятие. Поэтому, если исследовать их исконные имена, среди них практически невозможно встретить тезок людей с одинаковыми именами. Их убеждение в том, что имя довлеет над участью человека, удивительно перекликается с выводами современной науки об именах (ономастики).

() Наследование

Бафунке: Когда хозяин дома умирает, всё его имущество наследует самый старший из его сыновей. Если сыновей нет, наследницей становится дочь, принимающая дом, усадьбу, фамильные сокровища и прочее богатство. Те, у кого нет детей, иногда берут ребенка из другой семьи, чтобы сделать его своим преемником. Также бывает, что для дочери берут приемного зятя (мукоёси, который входит в семью и принимает её фамилию).

Атоисарандэ: Когда хозяин дома умирает или достигает преклонного возраста, главенство в семье переходит к старшему сыну в этом у нас нет никакого отличия от японцев. Если же в семье только девочки, то, как и принято, берут приемного зятя из другого рода.

Сибэкэнниси: Когда хозяин дома умирает, его дело наследует самый старший из сыновей. Наследование означает, что он принимает на себя заботу о доме и перенимает право на ведение всех промыслов этой семьи.

От редактора: Что касается наследования, то здесь принципы первородства и передачи главенства в семье полностью совпадают с нашими японскими обычаями. Четкого понятия наследование семейного главенства (катоку-содзоку) у них, пожалуй, нет, и, возможно, на расспросы автора они дали лишь смутный ответ.

Питание

Бафунке: В настоящее время нашей обычной пищей стал рис, но в прежние времена, когда риса не было, мы постоянно питались рыбой и мясом. Горбушу и кету, пойманных в сезон рыболовства, мы сушили. Затем эту сушеную рыбу варили вместе с корнями трав и лесными орехами, добавляя тюлений жир. Соли, соевого соуса или мисо в старину у нас не было, поэтому абсолютно всю пищу мы готовили на морской воде. В прежние времена алкогольных напитков у нас тоже не водилось, так что пить их мы не могли.

От редактора: Во время трапезы у них нет обычая сервировать стол. Даже если рыба имеет неприятный запах или испортилась, её варят вместе с другими продуктами, затем раскладывают еду из общего котла по деревянным чашам и раздают каждому. Их повседневную пищу составляют такие виды рыбы, как кета, горбуша, треска и китовое мясо. Чаще всего они варят её, но также любят насаживать на шампуры и жарить на древесных углях. Из мясной пищи они едят мясо медведя, собаки, оленя, морских зверей, коров и лошадей. Жир они собирают и хранят в специальных мешках, при этом съедают всё без остатка, вплоть до сухожилий и кишок. Из растений они очень любят употреблять в пищу луковицы лилии-саранки, морскую капусту, речные водоросли, дикий лук, черемшу и другие травы. Зимой их постоянной едой служит строганина из сушеной горбуши, заготовленной в рыболовный сезон.

() Занятия (Промыслы)

Бафунке: Нашими главными занятиями являются ловля кеты и горбуши, а также охота. Рыба служит нам повседневной пищей, но в зимнее время мы употребляем в пищу и собак. Мясо добытых на охоте соболей, выдр, лисиц и других зверей мы используем в пищу, а их шкуры вымениваем у японцев на самые разные нужные нам товары. Для рыбной ловли мы используем сети, а в прежние времена, когда для охоты еще не было ружей, мы применяли луки и самострелы. Женщины сдирают кору с деревьев и стебли трав, чтобы своими руками ткать одежду.

От редактора: Мужчины у хоккайдских айнов в большинстве своем ленивы и не работают. В противоположность им женщины от мала до велика, с утра до вечера, круглый год непрестанно трудятся ради своих мужей. Среди сахалинских айнов тоже встречаются такие, кто усердно и прилежно трудится, однако, если говорить в целом, работящих мужчин среди них мало, и большинство ленивы. Женщины ходят в горы, собирают древесную кору, делают из нее нити и ткут материю для пошива одежды.

Мужчина и женщина в традиционных одеждах

Помимо того что плетение нитей и скручивание веревок составляют их повседневные обязанности, женщины вместе с мужьями ловят лосося, собирают в горах дикоросы, толкут зерно и убирают бобы. Разумеется, дома на них лежит приготовление пищи, поэтому женщины заняты круглые сутки и не знают отдыха. Традиционная одежда аттуси, которую шьют женщины, ткется из волокон луба вяза; некоторые делают её из хлопчатобумажных тканей. Женщины очень любят украшать одежду вышивкой. Они весьма искусны в этой работе и выводят очень изящные узоры. Вышивка на мужской одежде выглядит гораздо богаче и величественнее, чем на женской. Во время медвежьего праздника или в другие торжественные дни айнские супруги своим видом напоминают пару павлинов. Эта одежда шьется без рукавов и воротника. Узоры бывают самыми разными от арабесок до клетки, но они обязательно симметричны с левой и правой стороны.

Медицина и лекарства

Бафунке: Врачей у нас нет. Когда кто-то заболевает, у нас есть люди, которые совершают молитвы богам, поэтому мы обращаемся к ним и просим провести обряд. Чтобы совершить молитву, бьют в бубен и взывают к божествам. Эти молитвы имеют силу если болезнь отступает, целителю дают небольшое вознаграждение из вещей. Лекарства мы получаем, собирая корни горных трав или прибрежные растения, и принимаем их. Среди корней трав бывают и ядовитые, но у нас не было случаев, чтобы этим ядом намеренно отравили и убили человека.

От редактора: Поскольку в случае болезни врачей нет, они заваривают и принимают любые подвернувшиеся под руку целебные травы. Медвежья желчь считается у них панацеей от всех болезней и ценится как благородное лекарство. На Хоккайдо же в качестве универсального средства от недугов очень бережно хранят и используют сердце выдры.

От редактора (продолжение): Айны объясняют болезни по-разному: одни считают их происками божества эпидемий, другие наваждением злых духов, третьи воздействием птиц или скота. Поэтому они обязательно совершают молитвенные обряды, чтобы провести так называемое изгнание злых духов. Туземцы свято верят, что эти ритуалы обязательно принесут пользу.

Приложение

Рассуждения об устройстве судьбы айнов (Трактат об обращении с айнами)

Трактат об обращении с айнами Модернизация расы

От редактора: В прежние времена наша страна (Япония) прилагала огромные усилия для импорта культурных и государственных институтов из-за рубежа. Сначала к нам пришла цивилизация Индии, затем цивилизации Китая и Кореи, которые со временем укоренились на нашей земле и сформировали нашу собственную уникальную культуру. В недавнее же время мы увлеклись западной цивилизацией и без малейших колебаний стали перенимать из неё абсолютно всё подряд. Сегодня дело дошло до того, что этот чужеродный запах сливочного масла уже буквально бьет в нос, из-за чего цивилизация нашей страны меняется изо дня в день, превращаясь в подобие музея культурных и государственных систем Востока и Запада. То, что наша страна ранее одержала великие победы в японо-китайской и русско-японской войнах и ныне вошла в число первоклассных держав мира, является результатом перенятия европейской и американской цивилизации. Ввиду этого как в высших, так и в низших слоях общества распространилась мысль, что причиной существования государства и достижения им богатства и могущества служит совершенствование его культурных и государственных институтов.

Если задуматься, то Первое обновление (реставрация Мэйдзи) в нашей стране заключалось в реформировании именно этих институтов. Однако в последнее время все громче звучат голоса сторонников теории модернизации японской расы, утверждающих, что внешняя форма это лишь половина причин, управляющих расцветом и упадком человечества, и носит скорее вспомогательный характер, а Второе обновление должно заключаться в улучшении физических и ментальных качеств народа.

Безусловно, в цивилизованном обществе принято гордиться полнотой институтов, придавая важное значение внешнему облику развитию путей сообщения, величию образования и другим сооружениям и учреждениям, видя в них квинтэссенцию цивилизации. С другой стороны, преобразование духа и тела является важнейшим фактором, определяющим выживание государства в борьбе за существование среди других держав мира. Обращаясь к изучению будущих взаимоотношений японской нации с айнами этим невежественным народом, причиной чему послужило то, что было оставлено нам в наследство.

Теория невмешательства в дела айнов (политика невмешательства приведет к их исчезновению)

Среди тех, кто хотя и не желает гибели айнов, но не заботится об их полном исчезновении, существует два взгляда.

Первый взгляд заключается в том, что так называемые международный мир или гуманность это лишь предлоги, прикрывающие амбиции и слабости государств, и надеяться на них не стоит. В политическом, экономическом или культурном плане те государства, которые обладают достаточной военной силой для проведения своей внешней воли, процветают, а не имеющие её приходят в упадок. Мир это арена, где слабый становится добычей сильного (закон джунглей). Разве безудержный милитаризм не демонстрирует эту возможность в самом обнаженном виде? Таким образом, гибель слабых это непреложный закон природы и неоспоримый факт. Межэтническая конкуренция строится точно так же, и искусственный, а также естественный отбор заставляют слабых увядать все сильнее. Идея Чарльза Дарвина о так называемом выживании наиболее приспособленных стала аксиомой, управляющей всем миром живых существ. И сами слова выживание приспособленных означают, что угнетение неприспособленных является естественным порядком вещей. Айны это неприспособленные элементы в расовом мире. То, что они подвергаются угнетению в соответствии с этим общим правилом, есть закон самой природы. К тому же современные айны никак не способствуют благу человечества. Поэтому их выживание или исчезновение следует предоставить естественному ходу вещей; нет необходимости в неестественном сохранении их с помощью человеческого вмешательства, да и сама попытка сохранить их относится к разряду невозможного.

Другой взгляд высказывается с позиции японцев (нации Ямато). Наша страна с древних времен гордится чистотой своего племени, и долгосрочное сохранение этой расовой чистоты является основой нашего национализма (принципа сохранения основ государства). Если же защищать айнов и поддерживать с ними контакты, то ассимиляции и смешения крови не избежать. Смешение с айнами означает привнесение айнской крови в японцев, что противоречит принципу сохранения нашей национальной самобытности. Если бы раса айнов была более высшей расой по сравнению с японской, то смешение послужило бы поводом к возвышению нашей расы, и тогда не стоило бы упрямо размахивать лозунгами национализма и выступать против смешения. Однако поскольку смешение с низшей расой ведет к некоторому ухудшению нашей нации, следует ограничить территорию обитания айнов внутри государственных границ определенными районами, не иметь с ними сношений и предоставить их естественному течению природы. Вот в чем заключается данное мнение.

Теория сохранения айнов

Среди тех, кто желает сохранить айнскую расу, существуют самые разные точки зрения.

Бывший глава администрации Карафуто г-н Садатаро Хираока

Некоторые, исходя из христианской позиции всеобщего братства, считают, что айны такие же люди, как и мы, но оказались в несчастном положении из-за искусственных и природных обстоятельств. Поэтому исправление их положения, повышение уровня их жизни, удовлетворение их человеческой природы и предоставление им возможности приобщиться к благам цивилизации является долгом нас как людей, стремящихся к их защите и развитию.

Другие указывают, что айны это совершенно уникальное племя среди всех рас мира, и если предоставить их самим себе, они постепенно исчезнут. Поскольку этот народ обладает уникальными обычаями и собственным языком, существует необходимость сохранить его для антропологических и иных исследований, относясь к айнам как к объекту научных изысканий и обращаясь с ними подобно музейным экспонатам.

Третьи смотрят на вопрос с позиции японской нации, утверждая, что японский народ с древнейших времен имел с этим этносом различные связи. Если мы утратим материальные свидетельства этого народа, это не только нарушит исторические узы, но и принесет огромный ущерб изучению древней истории Японии.

Айны были лицами без гражданства

Хотя с древних времен они поддерживали контакты с маньчжурскими народами (сантаньцами), они не были подданными Цинской империи, равно как и в эпоху российского присутствия, они не имели российского гражданства. Кроме того, некоторые историки утверждают, что само слово эмиси ( древнее название жителей севера и айнов) означает людей, которые не подчинялись императорским приказам и не платили оброк. С самого начала они не принимали власть нашей императорской цивилизации и, напротив, поднимали оружие против народа Ямато, изначально не входя в категорию подданных нашего государства. Подобно современным евреям, это племя никогда не образовывало единого государства, оставаясь лишь объединением кочующих общин.

Хотя древнейшие исторические известия об острове Сахалин невозможно установить со всей точностью, географические связи и исторические факты Нового времени не оставляют сомнений: первыми поселенцами (первопоселенцами) острова были айны, переправившиеся сюда из Хоккайдо.

Задавались ли эти первопоселенцы вопросом, являются ли они подданными нашего государства, когда после 4-го года периода Кэйо (1868 г.) Сахалин был прочно утвержден перед соседними державами как территория нашей страны благодаря исследовательской деятельности клана Мацумаэ? Не существует никаких заявлений о том, что этот народ, населяя земли Сахалина, добровольно признал себя нашими вассалами. Поскольку их политическое устройство ограничивалось делением на отдельные деревни (родовые общины) и у этого этноса не существовало единого верховного представителя, они физически не имели возможности сделать подобное заявление.

Клан Мацумаэ, руководствуясь простым подходом земля закрепляется за людьми, лишь формально рассматривал их как зависимое население, разбирая, судя и вынося приказы исключительно по гражданским и уголовным спорам между айнами и маньчжурскими торговцами (сантаньцами).

Позже, когда Российская империя начала продвижение на юг и стала угрожать нашим северным рубежам, возникла необходимость проведения демаркационной линии по 50-й параллели. В октябре 2-го года Кэйо (1866 г.) в Россию были направлены специальные посланники Коиде Ямато-но-ками и Исикава Суруга-но-ками, однако всё ограничилось заключением временного соглашения, по которому остров условно оставался в совместном владении Японии и России. Затем, в 7-м году Мэйдзи (1874 г.), был направлен Эномото Такэаки, и в результате переговоров в следующем году Курильские острова перешли в наше владение, а весь Сахалин был уступлен России.

После завершения русско-японской войны и заключения Портсмутского мирного договора южная половина острова ниже 50 градусов полностью вернулась в наше владение. Естественно, что из-за такой исторической неопределенности прав на эти земли, у айнов не могло сформироваться твердой приверженности к какому-либо конкретному государству-суверену.

Политика в отношении айнов

Согласно общепринятым нормам международного права, цессия (передача) территории не всегда может принудительно изменить государственную принадлежность её жителей.

Однако в настоящее время айны зарегистрированы в нашем Сахалинском губернаторстве (Карафуто-тё). Они подают заявления о рождении, смерти и браке. Кроме того, в самом айнском обществе большинство людей в своих высказываниях и поведении демонстрируют молчаливое согласие с тем, что они являются подданными нашей империи, и выражают желание обладать нашим гражданством. Следовательно, нет никаких препятствий к тому, чтобы считать айнов гражданами нашей страны. Нашему правительству наиболее справедливо относиться к ним так же, как к обычным натурализованным гражданам.

Мы должны смотреть на айнов исключительно со своей собственной позиции. Мы не являемся соплеменниками айнов и не являемся их рабами, поэтому мы должны заботиться только о собственной выгоде. У нас нет ни необходимости, ни обязанности совершать действия во благо айнской расы. Поэтому, прежде чем говорить о смешении айнов с нашим народом, необходимо изучить, принесет ли это смешение какую-либо пользу для улучшения физических и ментальных качеств японцев.

Внимательно исследовав физическое состояние и способности айнов, мы заявляем: смешение с айнами не принесет ровным счетом никакого улучшения японской расе. Хотя айны доброжелательны в дружбе, это отсталый народ: у них практически отсутствуют математические представления, крайне слаба способность к логическому умозаключению, и они, безусловно, занимают низшее положение. Единственное достоинство, которое можно у них перенять, это их крепкий скелет.

Однако из-за вреда алкоголизма они утратили силу духа, а из-за нехватки гигиенических и медицинских знаний, сопряженной с ухудшением структуры питания, их физическое состояние становится все более дегенеративным. По этой причине они не могут послужить материалом для физического улучшения нашего народа.

Даже если предположить, что путем смешения можно изменить рост, физическое состояние и скелет, модернизация расы в современную эпоху это не изменение тела, а ментальная модернизация, направленная на адаптацию к внешнему миру. Для животных физическая способность к выживанию является определяющей. Но для высших существ с развитой нервной системой тело не имеет первостепенного значения; даже если комплекция человека невелика, достаточно того, чтобы тело было здоровым. Рост и вес не являются признаками превосходящей и сильной расы, равно как не служат фактором победы в борьбе за существование в цивилизованном обществе. В мире среди людей с самым гигантским телосложением встречается множество глупцов и идиотов, и в то же время существуют малорослые, но самые стойкие в мире солдаты.

Утверждение в здоровом теле здоровый дух часто воспринимается превратно. Если понимать его буквально, оно превращается в заблуждение. Крайнее превознесение физических качеств в обществе, по всей видимости, проистекает именно из этой ошибки.

Чрезмерное развитие тела приводит к увяданию духа. Те, кто рассуждает о важности физической комплекции человека и настаивает на её преобразовании, приравнивают улучшение человеческой расы к селекции лошадей и крупного рогатого скота. Поэтому, хотя наши соотечественники по своему телосложению во многом уступают европейцам и американцам, мы не являемся лошадьми, коровами или овцами, и подобные опасения следует считать абсолютно бесполезными.

Необходимо избегать смешения с айнами

На основании вышеизложенных причин мы, японцы, должны избегать вступления в браки с айнами. С другой стороны, учитывая наши глубокие исторические связи с этим несчастным народом, защита и воспитание его в определенной степени является долгом не только наших граждан, но и общечеловеческой обязанностью.

Для того чтобы гармонизировать эти два противоречивых обязательства, мы разработали следующий проект политики в отношении айнов:

1. Позволить айнским общинам сформировать автономию (подобие государства), которая станет нашим протекторатом, и предоставить им свободу действий в рамках законов и приказов Японской империи. Если это окажется невозможным, расселить айнов в пределах определенных охраняемых зон, сделав основой их жизни сельское хозяйство и животноводство, и тем самым защитить их уклад.
2. Не призывать представителей айнской расы на военную службу.
3. Запретить установление трудовых отношений (найма) между японцами и айнами.
4. Запретить усыновление и заключение браков между айнами и японцами.
5. Для того чтобы приобщить айнов к благам просвещения и цивилизации, организовать обучение сельскому хозяйству и другим практическим навыкам на айнском или японском языках.

Приложение: Труд и заработная плата на Сахалине

Когда жители метрополии (внутренних земель Японии), никогда не ступавшие на сахалинскую землю, пытаются представить себе далекий северный Сахалин, ранее именовавшийся островом Эдзо, в их сознании в первую очередь возникают первобытные айны, живущие среди бескрайних снегов, бурые медведи, ревущие под зимней луной, и дремучие леса, где темно даже днем. Мало кто может вообразить, что здесь существуют современные цивилизованные учреждения, однако стоит лишь приехать в этот край и вы увидите, что здешние места ничем не отличаются от малонаселенных провинций внутри страны.

Бывшая официальная резиденция командующего Карафуто / Нынешняя официальная резиденция главы администрации Карафуто

Безусловно, на Сахалине суровый климат, и жизнь зимой здесь труднее, чем в теплых регионах. Однако это мнение основано лишь на простом сравнении показаний термометра на Сахалине и в умеренных зонах, что не отражает сути дела. Когда человек привыкает к жизни в холодном климате, его кожа естественным образом вырабатывает сопротивляемость, и человеческое тело перестает ощущать страдания от разницы температур так остро.

Более того, если сравнить этот край с землями на тех же широтах в Европе и Америке, он окажется на одной линии с Северной Германией, Данией, Швецией, Норвегией или Канадой. В южном полушарии на схожих широтах расположены остров Тасмания и Новая Зеландия, широко известные как процветающие британские колонии. В этих местах люди смогли силой своего труда укротить суровую природу, а развитие сельского хозяйства и промышленности, например в Скандинавии, превратило эти малые страны в государства, способные состязаться с великими державами. В то же время промышленность Германии сделала гигантский шаг вперед, а в такой некогда пустынной земле, как Канада, Великобритания непрерывно расширяет свои предприятия и управление. Если среди японцев найдутся те, кто будет избегать Сахалина из страха перед холодом, нам останется лишь устыдиться малодушия нашего народа по сравнению с той упорной борьбой, которую ведут европейцы в подобных регионах.

Освоение богатств Сахалина

Однако Сахалин знаменит не только своим холодом. Морские промыслы сельдь, горбуша, кета, треска, крабы, морская капуста (комбу) широко развиты в Охотском море, являющемся одним из трех крупнейших рыбопромысловых районов мира. Общее число лицензированных рыболовных участков превышает 350.

В 5-й год Тайсё (1916 г.) объемы и стоимость добычи составили:

• Сельдь: 149 000 коку (стоимость 21,75 млн иен, что ниже среднегодового уровня из-за неурожайного года);
• Горбуша/лосось: 62 000 коку (стоимость 9,78 млн иен);
• Кета: 5 000 коку (123 тыс. иен);
• Треска: 760 000 связок (970 тыс. иен);
• Навага: 11 000 коку (97 тыс. иен);
• Производство консервированного краба: 110 000 ящиков (2,32 млн иен);
• Морская капуста: 53 000 коку (433 тыс. иен).

Общая стоимость продукции морских промыслов превышает 34,47 млн иен. На суше простираются дремучие леса, запасы древесины в которых оцениваются в 1,9 миллиарда кубических футов, на базе чего бурно развивается целлюлозно-бумажное производство. В недрах земли залегают богатейшие минеральные жилы, еще не тронутые киркой рабочего. Люди справедливо называют этот край неисчерпаемой сокровищницей. Неудивительно, что сменявшие друг друга губернаторы прилагали все усилия для освоения этого богатства. Например, бывший губернатор Хираока в стремлении поскорее достичь целей развития и увеличить доходы казны пошел на распродажу гербовых марок внутри страны, за что был признан виновным и временно принес себя в жертву, о чем можно лишь искренне сожалеть.

Нынешний губернатор Сабая, несмотря на то, что вступил в должность недавно, без устали трудится день и ночь во благо развития промышленности, транспорта, здравоохранения, гражданского строительства и образования. Тем не менее, поскольку это дикий край с редким населением, его развитие не может происходить стремительно. Если задаться вопросом, каким должен быть курс управления Сахалином в будущем, ответ крайне прост: он заключается в освоении природных богатств. А для этого необходима концентрация капитала и рабочей силы. При этом нельзя забывать, что как привлечение капитала, так и последующее переселение рабочих являются важнейшими задачами колонизации и освоения земель.

Существуют различные способы привлечения иммигрантов, однако ни один метод не имеет столь сильного эффекта, как ознакомление широкой общественности с внутренним положением дел в крае. В связи с этим мы исследовали, какие профессии востребованы на Сахалине и какова заработная плата, чтобы предоставить эти сведения переселенцам. Поскольку условия в разных частях Сахалина неодинаковы, для удобства мы провели исследование по каждому административному округу в следующем порядке: Одомари, Тоёхара, Маока, Сикука, Кусуннай.

Окружное управление Одомари (Одомари)

Одомари является главными воротами Сахалина. Если условно сравнить Тоёхару с Токио, то Одомари выполняет роль его Иокогамы. Расположенный на берегу залива Анива, он держит под контролем всю прибрежную рыбопромысловую зону и принимает морские пути с северного направления. Позади него простирается великая центральная равнина Сахалина, благодаря чему все поступающие и отправляющиеся грузы сходятся в Одомари как на главном распределительном рынке. Иными словами, Одомари занимает ключевое, стратегически выгодное географическое и экономическое положение на острове.

И это вполне естественно: среди всей прибрежной линии острова, протяженность которой составляет без малого триста ри (около 1200 км), ни одно место не развивалось столь быстро и не сформировало столь оживленных городских кварталов, как Одомари. Хотя администрация Сахалина разработала план строительства порта в Хонто на западном побережье, чтобы сделать его еще одними воротами острова, это не подорвет процветание Одомари. Напротив, завершение строительства поперечной железной дороги еще сильнее укрепит торгово-промышленное лидерство этого центра.

Поскольку Одомари развивался преимущественно как коммерческий город, весь его облик проникнут торговым духом. Однако в сравнении с другими торговыми центрами, такими как Маока и Тоёхара, состав клиентуры здесь иной. В Маоке клиентами в основном являются рыбаки, поэтому торговля там напрямую зависит от удачи на промыслах. В Тоёхаре же покупателями выступают государственные чиновники и жители близлежащих деревень, поэтому торговля там не испытывает резких скачков, но и не страдает от внезапных кризисов в зимний период. Одомари, будучи портом, ориентирован в основном на проезжих путешественников. Поскольку купцы из Хоккайдо и внутренних земель Японии не остаются здесь на зиму, в зимний период торговая активность в городе затихает. Почти все товары, выставленные в лавках Одомари, привозятся из Токио, поэтому цены здесь самые высокие на всем Сахалине.

Путешественник, едва сойдя на берег в Одомари и остановившись в гостинице, решает отправить весточку на родину о благополучном прибытии, но при покупке конверта и бумаги его лицо кривится от того, что цена оказывается на 2030% выше обычной. Затем в парикмахерской с него требуют целых 30 сэн, отчего у него округляются глаза. Вернувшись из бани, он дает служанке 20 сэн и заказывает фрукты, но когда та приносит на подносе два крошечных, подпорченных плода груши, он застывает в немом изумлении от сахалинской дороговизны. Тем не менее, если сопоставить это с уровнем доходов на Сахалине эти траты перестают быть болезненными. На Сахалине часто говорят, что суммы менее 1 сэн вообще не берутся в расчет (округляются), и обе стороны обычно легко уступают мелкую сдачу друг другу. Тот факт, что денежное обращение здесь идет исключительно бойко, является неоспоримой реальностью. Заработная плата рабочих здесь более чем в два раза выше, чем в метрополии, поэтому жизнь в этой колонии сравнительно легка и благополучна.

Согласно данным переписи 5-го года периода Тайсё (1916 г.), население округа на конец июня составляло 21 181 человек, а на конец декабря 17 593 человека. Ниже приведены сведения по профессиональному составу рабочих и их заработным платам (дневным ставкам в иенах).

Статистика рабочих мест и заработных плат в округе Одомари (1916 г.)

(Цены и ставки указаны в японских иенах)

Высокий уровень заработных плат в Одомари, безусловно, радует трудящихся. Однако не только в Одомари, но и по всему Сахалину каждый, кто зарабатывает здесь на жизнь физическим трудом, должен быть готов к тяжелому четырехмесячному зимнему периоду застоя, когда приходится буквально проедать накопленное.

Окружное управление Тоёхара ()

Если проехать на север от Одомари около 20 миль вдоль реки Сусуя, то прямо посреди обширной равнины раскинется город под названием Тоёхара. В августе 41-го года Мэйдзи (1908 г.), вместе с упразднением военного управления, сюда было перенесено Сахалинское губернаторство (Карафуто-тё) центральный орган власти острова. Одновременно здесь сосредоточились Охранные войска, почтово-телеграфное управление, Центральная больница Сахалина, а также судебные, административные и финансово-образовательные учреждения.

Таким образом, Тоёхара стала главным ядром и центром всех институтов управления на острове. По сути, Тоёхара развивалась как город, ориентированный на чиновничество, и в то же время как торгово-распределительный центр для прилегающих сельскохозяйственных районов. Как новый строящийся город он полон энергии, однако в сравнении с Одомари и Маокой характер местных жителей отличается большей умеренностью, солидностью и надежностью.

Тоёхара не является торгово-ремесленным или купеческим центром с бурной коммерческой жизнью, какими выступают Одомари и Маока. Будучи респектабельным чиновничьим городком, он, на первый взгляд, имеет относительно небольшую долю промышленных рабочих. Однако в последнее время в районе Тоёхары начался бум целлюлозно-бумажного производства, что резко увеличило спрос на фабричных рабочих. Кроме того, окрестности Тоёхары активно осваиваются и представляют собой плодородные земли, чрезвычайно перспективные для сельского хозяйства и животноводства. Как следствие, спрос на рабочую силу в аграрном секторе вокруг города также стремительно растет.

Ниже приведены данные за 5-й год периода Тайсё (1916 г.) по профессиям и заработным платам в округе Тоёхара, где на тот момент насчитывалось 6 200 дворов и около 28 000 человек населения.

Статистика рабочих мест и заработных плат в округе Тоёхара (1916 г.)

Кроме перечисленных, здесь также трудятся домашние слуги и служанки. Хотя точное их число установить не удалось, среднее жалование составляет: для слуги 10 иен в месяц (с обеспечением жильем и питанием), для служанки 5 иен в месяц.

Попутно приведем основные цены на товары широкого потребления, которые на местном рынке удерживают стабильно доступный уровень:

• Рис среднего качества: 15 иен за 1 коку (около 150 кг);
• Дрова для отопления: 31 иен за 1 коку (местного производства);
• Соевый соус (сёю): 37 иен за 1 коку;
• Соевая паста (мисо): 3 иены 80 сэн за 10 кан (около 37,5 кг).

В округе Тоёхара очень много тех, кто сумел сколотить состояние и добиться успеха буквально со ста иен в кармане. Согласно данным переписи за 4-й год Тайсё (1915 г.), общее число занятых в сельском хозяйстве на всем острове составляло 4 493 двора (16 827 человек). Из них на долю округа Тоёхара приходилось 1 746 дворов (6 717 человек), что выводило округ на абсолютное первое место по развитию аграрного сектора среди всех остальных управлений. Если задаться вопросом, какие именно культуры возделывают здешние переселенцы, то это: овёс, ячмень голозёрный, пшеница, рожь, просо, гречиха, горох, бобы, картофель, прочие злаки, овощи и т.д. Общая стоимость сельскохозяйственной продукции достигает 247 505 иен.

Сельское хозяйство на вновь осваиваемых землях это труд, который начинается буквально с одной мотыги и требует вложения сил. Хотя на начальном этапе переселенцев ждет немало трудностей, проявив терпение в течение 35 лет, в дальнейшем можно обеспечить себе благополучную, комфортную и безбедную жизнь.

Объемы сбора сельскохозяйственных культур по округам ()

Данные за 5-й год Тайсё (1916 г.)

*Примечание к мерам объема и площади:

• 1 коку (для зерна) - 180,3 литра (прибл. 150 кг).
• 1 кан - 3,75 кг.
• 1 тан - 0,1 гектара (991 кв. м).

Рыночная стоимость сельскохозяйственных культур ()

Данные за 5-й год Тайсё (1916 г.)

(Все денежные показатели указаны в японских иенах)

Динамика общей стоимости сельскохозяйственной продукции по годам:

• Итого за 5-й год Тайсё (1916 г.): 448,787.000 иен
• Общая стоимость за 4-й год Тайсё (1915 г.): 370,177.000 иен
• Общая стоимость за 3-й год Тайсё (1914 г.): 361,989.000 иен
• Общая стоимость за 2-й год Тайсё (1913 г.): 252,192.000 иен
• Общая стоимость за 1-й год Тайсё (1912 г.): 194,498.000 иен
• Общая стоимость за 44-й год Мэйдзи (1911 г.): 136,360.000 иен
• Общая стоимость за 43-й год Мэйдзи (1910 г.): 87,300.000 иен

Окружное управление Маока ()

Маока является самым оживленным и процветающим портом на западном побережье Сахалина. Число дворов составляет 867 и около 4000 человек населения. Хотя по этим показателям Маока уступает Тоёхаре и Одомари, в последнее время благодаря бурному развитию морских промыслов и промышленности город переживает стремительный подъем. Дальнейшее расширение Маоки имеет блестящие и многообещающие перспективы, неразрывно связанные с ростом её производства и добычи морепродуктов.

Поскольку Маока изначально росла вокруг рыболовства, местным жителям присущ особый рыбацкий дух и неукротимая энергия. Пожалуй, во всем Сахалине Маока это самый оживленный и динамичный город. Здесь царят нравы в духе настоящих эдосцев (жителей старого Токио), которые не привыкли хранить деньги до утра. В сезоны больших уловов рыбаки устремляются в увеселительные заведения под предлогом отдыха от тяжелого труда, поэтому местные рестораны и чайные дома процветают. Рестораны и гейши играют здесь роль важных социальных и деловых институтов, отвечая насущным потребностям местной торговли.

Впрочем, не только в Маоке, но и во всех колониях увеселительные заведения быстро разрастаются, умело пользуясь этой слабостью рабочих. Каждому, кто намерен переехать в Маоку или обосноваться здесь для ведения хозяйства, необходимо проявить твердость духа. Лучший способ для отдыха и восстановления сил это создание гармонии и уюта в собственном доме, а главным правилом должно стать упорство и бережливость, позволяющие постепенно сколотить из малого крупный капитал.

Общее население округа Маока демонстрирует сильные сезонные колебания: 9 750 человек на конец июня и всего 8 023 человека на конец декабря. Это связано с тем, что в зимний период многие рыбаки временно возвращаются на Хоккайдо или в метрополию. По профессиональному составу и уровню оплаты труда округ практически не отличается от Одомари. Основную рабочую силу составляют плотники, штукатуры, пильщики древесины, повседневные разнорабочие и докеры всего около 13001400 человек.

Если подытожить, заработная плата рабочих на Сахалине более чем в два раза превышает ставки внутри страны, что наглядно свидетельствует о сильной нехватке рабочих рук. В настоящее время в метрополии из-за текущих военных условий (Первой мировой войны) проблемы избытка рабочей силы не ощущается. Однако, как только наступит мир, финансовый спад неизбежно приведет к безработице среди рабочих. Правительство, стремясь обеспечить надежное управление в послевоенный период, не жалеет казенных средств и активно проводит всевозможные исследования. К сожалению, большинство этих мер направлено на внешнюю политику.

Разумеется, внешняя политика чрезвычайно важна, но уже сейчас необходимо тщательно изучить меры по защите и поддержке трудящихся, которые неизбежно пострадают от послевоенного избытка рабочей силы. Хотя Сахалин это наша крайняя северная, холодная и малонаселенная окраина, это территория нашей империи. Нашему предприимчивому народу, который сейчас сталкивается с притеснениями и ограничениями в колониях Северной и Южной Америки, а также в Южных морях, следует в первую очередь направить свои силы на освоение этих близких и доступных собственных земель. Теплый юг далеко не единственное пространство для нашей деятельности.

В настоящее время к богатствам Севера к его минеральным и морским ресурсам уже начинают проявлять активный интерес предприниматели из Германии, Великобритании и США. Более того, в следующем году истекает срок действия российско-японской рыболовной конвенции, а значит, наступает переломный момент, когда наша страна должна твердо и решительно заявить о своих правах на северных промыслах. Вопросы суверенитета и национальных интересов в этом регионе ни в коем случае нельзя упускать из виду.

Послесловие автора

У меня есть друг детства по фамилии Мории. В те времена, когда мы ещё ходили с задорными чубами, мы были ровесниками, вместе учились в деревенской школе и считались самыми отчаянными заводилами среди сорванцов. Позже, когда я поступил в среднюю школу и затем в специальное училище, он отправился в Киото изучать шелководство, а после работал в префектурах Миэ и Синано. Случайно узнав, что я готовлю к печати эту книгу, он не забыл старую дружбу и вызвался быть моим помощником. Он ежедневно навещал мою скромную обитель, отдавая все силы подготовке рукописи к изданию.

Теперь, когда книга завершена, я хочу выразить ему свою глубокую благодарность. Из-за моей сильной занятости на основной службе текст писался урывками, а корректура была поспешной, из-за чего читатель может столкнуться со сложностями при чтении. Я признаю свою немалую вину за эти недостатки и обещаю исправить их при подготовке последующих переизданий.

8 марта 7-го года Тайсё (1918 г.)

На далеком северном краю, в Одао

Тоэнкан (Псевдоним автора)