МАРШРУТКА

Мурчала девочка в маршрутке,
стучала ножкой песне в такт,
в ушах наушники-малютки,
и улыбалась, это факт.

Сидела скромно у окошка,
сияя в солнечных лучах,
ладошкой хлопала по ножке...
И что ж играло там, в ушах?

"Смерть и разрушения!
Прячься, стар и млад!
Месть за прегрешения!
Кровь, страданья, ад!!!"

В такт песенке своей кивала,
качались волосы в пучке,
и что-то красное стекало
по тесаку в её руке.

Вы бы зашли - вам стало б жутко,
и вряд ли кто-то был бы рад.
Куда же едет та маршрутка?
Вы ж догадались... Прямо в ад!

"Смерть и разрушения!
Прячься, стар и млад!
Месть за прегрешения!
Кровь, страданья, ад!!!"

Корабли плывут
В Константинополь.
Поезда уходят на Москву.
От людского шума ль
Иль от скопа ль
Каждый день я чувствую
Тоску.

Далеко я,
Далеко заброшен,
Даже ближе
Кажется луна.
Пригоршнями водяных горошин
Плещет черноморская
Волна.

Каждый день
Я прихожу на пристань,
Провожаю всех,
Кого не жаль,
И гляжу все тягостней
И пристальней
В очарованную даль.

Может быть, из Гавра
Иль Марселя
Приплывет
Луиза иль Жаннет,
О которых помню я
Доселе,
Но которых
Вовсе - нет.

Запах моря в привкус
Дымно-горький,
Может быть,
Мисс Митчел
Или Клод
Обо мне вспомянут
В Нью-Йорке,
Прочитав сей вещи перевод.

Все мы ищем
В этом мире буром
Нас зовущие
Незримые следы.
Не с того ль,
Как лампы с абажуром,
Светятся медузы из воды?

Оттого
При встрече иностранки
Я под скрипы
Шхун и кораблей
Слышу голос
Плачущей шарманки
Иль далёкий
Окрик журавлей.

Не она ли это?
Не она ли?
Ну да разве в жизни
Разберёшь?
Если вот сейчас её
Догнали
И умчали
Брюки клёш.

Каждый день
Я прихожу на пристань,
Провожаю всех,
Кого не жаль,
И гляжу все тягостней
И пристальней
В очарованную даль.

А другие здесь
Живут иначе.
И недаром ночью
Слышен свист, -
Это значит,
С ловкостью собачьей
Пробирается контрабандист.

Пограничник не боится
Быстри.
Не уйдёт подмеченный им
Враг,
Оттого так часто
Слышен выстрел
На морских, солёных
Берегах.

Но живуч враг,
Как ни вздынь его,
Потому синеет
Весь Батум.
Даже море кажется мне
Индиго
Под бульварный
Смех и шум.

А смеяться есть чему
Причина.
Ведь не так уж много
В мире див.
Ходит полоумный
Старичина,
Петуха на темень посадив.

Сам смеясь,
Я вновь иду на пристань,
Провожаю всех,
Кого не жаль,
И гляжу все тягостней
И пристальней
В очарованную даль.

1924 г.

Индия, Индия!..

Был бы я индийским раджой,
слон возил меня бы большой.
Только я совсем не раджа
и хожу пешком не жужжа.

Был бы я какой-нибудь йог,
по гвоздям ходить бы я мог.
Только я не йог никакой
и хожу с дырявой ногой.

Индия, Индия, то есть Бхарат,
два миллиарда индусов.
Я не индус, и поэтому рад,
ведь на Руси много плюсов.

Был бы я актёр, как Бачан,
был бы у меня денег чан.
Но у нас тут не Боллливуд,
но и на мосфильме зер гут.

Был бы я индийский брахман,
не полез за словом в карман,
чёрт их разберёт басурман,
мне милей родная РязанЪ.

Индия, Индия, то есть Бхарат,
два миллиарда индусов.
Я не индус, и поэтому рад,
ведь на Руси много плюсов.

Джимми, Джимми, а-ча, а-ча!..

Воспаряя над полями,
Жизнь стоп-кадрами продляем.
Этот мир непотопляем
во вращениях юлы.

Мы жонглируем нолями,
и угрюмость обнуляем.
Наш стиль жизни невменяем,
оттого мы веселы.

Не спешите, каскадёры!
Уж мы лучше как-то сами сиганём.
Отдохните, репортёры!
Мы пойдём по полю ноченькой с конём.
Разлюбите пианиста!
Абсолютно бесполезен он в быту!
Полюбите гитариста!
Увезёт он вас на маленьком плоту!

Не замёрзнем, так оттаем -
протанцуем по над краем,
смерть в орлянку обыграем,
правда, это тщетный труд.

Ничего не отбираем -
каждый будет гол пред раем.
Рай пока необитаем,
правда, скоро будет суд.

Не тревожь мне душу, скрипка!
Мы у случая прекрасного в гостях!
Начинаемся с улыбки,
дальше просто ищем рифму в словарях:
орхидеи, батареи,
ложь, чертёж, галдёж и молодёжь...
Пусть мы просто дуралеи,
но зато не носим постных рож!

Жить не можем иначе...