- Мадам, спускайтесь. Познакомишься с соседями...нечего прятаться! - Это голос Алины.
Она знает, что я вернулась - утром виделись.
- Привет!
- Когда приехала?! - Алик с чайником в руке остановился на дорожке между
крыльцом и крыльцом.
- Да, сегодня утром.
- Сколько можно пялиться! Здесь нет голых мужчин! - Алина отчитывает кого-то
невидимого за занавеской в окне второго этажа.
(Окна женского общежития прямо над кровлей сараев - в полуметре.
Стена общежития и стена сарая - одна на два строения.)
- Ты посмотри на эту дуру!.. Алику в сортир пройти нельзя,- обращается Алина ко мне.
- Над сортиром кто-то живет?
- Нет, там кладовка коменданта.
- Да заколебала, записки в меня из окна кидает, - объяснил муж Алины, переШАГивая
через клумбу "с петрушкой".
- А где петрушка?! - я наивно поинтересовалась.
Не сговариваясь, мы начали хохотать, и едва ли не ползали от смеха по дорожкам.
Дохохотались до того, что Алина от смеха заплела ноги и скрылась в сортире.
Я осталась прыгать у дверей в очереди.
На втором этаже две девчонки высунулись в окно и открыто смеялись над нами:
"Не у-пи-сий- тесь!". Алик в три погибели сложился от этого лозунга.
- Может, включить им "Пляски смерти"?.. Давно не слушали Шостаковича?!-
Алина не сдавалась никогда.
- Да! ну, их! - Алик не выдержал и первым скрылся в сарае.
Мы решили попить чаю и перекурить в спокойной обстановке - вспоминая о бизнесе .
Все дело в том, что план был реальным. Но Алине подсунули негожие семена.
Петрушка не взошла. Планы Алины продать ЗЕЛЕНЬ и разбогатеть - рухнули.
Мы не поедим в ту Грецию, где все есть. И не купим дом в два этажа на отдельном острове.
На первом этаже не будут жить Алина с мужем, а на втором - гости. Я не приеду на тот остров, чтобы поспать "в гамаке под пальмой".
Одна печаль, что нет крокодилового чемодана - упаковать вещи сейчас же!
-Мадам, потеряли Вы что-то.
-Пустяки! Это сердце мое.