Аннотация: Рассказ на конкурс квайданов - японских ужастиков.
- Как, ты не знаешь, что такое дневные звёзды? - Судзуко мелко хихикала и беспрестанно теребила поясок на косодэ. Эти её странные, лишние жесты будили в Касуми брезгливость не меньше, чем непочтительные манеры. К тому же, у девочки был низкий и слишком выпуклый лоб, из-за чего говорили, что её мать понесла не от мужа-дровосека, а от горного духа, с которым сошлась из-за своего ведьмовства.
- Не знаю, Судзу-тян, - но всё равно Касуми старалась обращаться с девочкой доброжелательно. Вдруг та устыдится и станет вести себя, как все. - Это название цветов?
- Причём тут цветы! - нетерпеливо отмахнулась Судзуко. - Это звёзды, самые настоящие звёзды, но только их можно увидеть днём.
- Но как так может быть? - вежливо удивилась её собеседница.
Девочка с заговорщицким видом подалась к ней, и Касуми невольно наклонилась поближе.
- Может, - свистящим шёпотом произнесла Судзуко. И ещё более зловеще добавила: - Если ты в чём-то очень виноват.
И тут же, едва договорив, отпрыгнула и залилась смехом.
Неприятно поражённая её выходкой, Касуми выпрямилась и повернулась к воротам, в которые собиралась зайти, когда её отвлёк вопрос Судзуко.
Там, внутри, стоял господский дом. Касуми в нём служила - вернее будет сказать, служила раньше. Её наняли присматривать за первым сыном семьи, но несколько дней назад мальчик умер, упав в колодец. Это не было виной Касуми: она в это время ходила на гору к отшельнику, за травами от болезни хозяйки, а Хикару заперли в его комнате. Однако же он выбрался и, вот, заигрался во дворе.
Касуми не покидала тревога. Ей не нравилось ходить в дом, чтобы ухаживать за всё хворавшей Оити-доно, матерью Хикару. Та не вызывала в ней симпатии, как её сын, поскольку была чужачкой, привезённой хозяином из его путешествий.
Хикару в долине тоже не все любили. Он родился до возвращения сюда семьи и, хотя незадолго до смерти ему исполнилось пять лет, так и не заговорил. Деревня решила, что вряд ли дело в том же, что и с Судзуко. Нет, скорее всего, духи прокляли ребёнка за то, что его отец не женился на ком-то из родных мест.
Двое странных детей тянулись друг к другу: Судзуко и раньше приходила к воротам и просила разрешить повидаться с Хикару, но её не пускали. Касуми думала, что теперь-то она приходить не станет, но вот, снова...
Впрочем, не только из-за этого тревожилась девушка. В доме теперь было всегда тихо, словно все и вся замерли в ожидании чего-то. Гибель сына - это тяжкий удар, но всё равно было слишком жутко.
Деревянные гэта Касуми звонко простучали по двору: войдя в ворота, она стремилась попасть ко входу в дом как можно быстрее.
Странно, обычно рядом с домом лежал пёс. Он признавал Касуми и не лаял на неё, но всегда был там. Сегодня его не было.
Отодвинув створки сёдзи, девушка оповестила о своём прибытии:
- Извините, я захожу!
- Касуми-сан! - хозяин дома откликнулся мгновенно, словно поджидал её. - Здравствуйте, здравствуйте.
- Добрый день, Акаги-доно, - Касуми опустила ресницы и постаралась не покраснеть. Последнее время, с началом болезни жены, хозяин дома оказывал ей слишком много внимания.
Акаги, как обычно, выглядел благодушно и спокойно. Не продетые в рукава руки он удобно устроил за полами косодэ и, словно медитируя, наблюдал, как Касуми разувается.
- А у нас собака умерла, - вдруг сказал он.
Девушка замерла. От того, каким обыденным тоном была сообщена новость, тревожное ощущение навалилось ещё сильней.
- Как?..
- Непонятно, - пожал плечами Акаги. - Нашли мордой в миске с водой. Наверное, съела где-то яд от крыс. Ну, вы идите, а то Оити вас заждалась.
Касуми захотелось убежать домой, а если Акаги попытается её задержать - вырваться. Но она послушно отправилась к хозяйке.
Идя по галерее к комнатам, девушка думала о Хикару. С ним часто случались странные, но не опасные вещи, например, вокруг собирались бабочки или светлячки. И он при этом так искренне улыбался...
Повернув голову, она увидела, что в саду у пруда стоит Судзуко: видно, пробралась как-то в обход слуг. Их совсем не видно было сегодня.
Девочка вдруг оскалилась.
- Хикару был дитя духов, - мрачно сказала она. - Как его посмели убить!
Касуми втянула голову в плечи и поспешила дальше. Было жарко. Пели цикады.
Звук её шагов привлёк внимание хозяйки ещё до того, как девушка сообщила о себе.
- Это ты, Касуми?
- Да. - Та опустилась на колени и отодвинула створку сёдзи. - Могу я чем-то помочь, Оити-доно?
Было видно, что женщина сегодня ещё не вставала.
- Наш пёс умер, - невпопад ответила она. - А чёртов Акаги взял тебя в свою постель? Принеси мне влажную ткань - умыться.
- Быть может, лучше воды? - тихо переспросила Касуми, побоявшись отвечать на первые две фразы.
- Какой ещё воды?! - сорвалась на визг Оити. - Ты что, не знаешь, что пёс утонул?! В своей же миске! Утонул, как Хикару! Вот бы Хикару обрадовался!
Бормоча извинения, Касуми закрыла створку, спасаясь от хозяйки на галерею. Из-за сёдзи неслось:
- Принеси тряпицу, чистую тряпицу! И позови Акаги, будь он неладен!
Торопясь прочь от комнаты, девушка с болью в душе думала о словах Оити, что Хикару-де утонул. Касуми своими глазами видела тело мальчика после того, как его вытаращили из колодца. Если бы просто утонул! Бедняжка при падении ударился о стенку колодца, и голова у него была размозжена, а на лице застыло выражение такой муки...
Оставшись одна в своей комнате, Оити не смогла замолчать и теперь брюзжала, как старуха:
- Хикару бы обрадовался, да... Пёс его всегда ненавидел, этого мальчишку. Да только всё равно тот умер раньше, а пёс только сейчас. Пережил-таки гадёныша. Но ненадолго, как ненадолго...
На раму сёдзи упала тень, и женщина насторожилась.
- Кто это? - она приподнялась на футоне, силясь разглядеть, кто стоит с той стороны. - Акаги, ты? Касуми, негодная девка, ты вернулась?
Створка бесшумно отъехала в сторону, и глазам Оити предстала фигура в чёрном. Бьющий с галереи солнечный свет мешал рассмотреть её как следует.
- Что за шутки? - лицо женщины некрасиво сморщилось. Перепуганная, она всё же пыталась повелевать: - Да вы знаете, кто я!?
Человек в чёрном медленно вытянул вперёд руки. В них, незамеченное ранее, было глубокое блюдо с водой.
Оити застыла.
- Нет, только не вода... - властный глас превратился в едва слышимый шёпот. - Не подходите...
Но человек приближался - медленно, торжественно, словно при храмовом обряде. Оити никак не могла пошевелиться, и только когда блюдо уже оказалось у её лица, попыталась отползти в сторону.
- Нет... - с ужасом глядя на воду, в последний раз воспротивилась она. - Звёзды... Звёзды!
Идя за хозяином, Касуми снова думала о Хикару. И совсем неудивительно было ей увидеть в саду Судзуко: раз слуг не было, и девочку некому было выгнать.
Замедлив шаги, Касуми подошла к перилам.
- Судзу-тян, - окликнула она. - Что же такое дневные звёзды?
- А ты не догадалась? - фыркнула та.
- Нет, - покачала девушка головой. - Объяснишь мне?
Но Судзуко заупрямилась:
- Нет, ты сама пойми. Это несложно!
- Хорошо. - Касуми решила быть терпеливой. - Тогда объясни мне, почему ты назвала Хикару дитя духов? Разве не ты?..
На этот раз девочка рассмеялась.
- Я? Я человек. Просто я и мать не так слепы, как остальные. Мы хотим видеть, и мы видим. А вот ты слепая, слепая!
Поджав губы, Касуми продолжила свой путь. Смех позади неё скоро смолк.
Акаги она нашла, обойдя дом почти на две трети. Он стоял на галерее и смотрел на сад камней.
- Акаги-доно, - позвала девушка. - Оити-доно хотела вас видеть.
- М-м? А, Касуми-сан, - улыбнулся он. - Хорошо, пойдёмте. Через двор. Что там неймётся этой полоумной?
- Не стоит вам так говорить о собственной жене, - тихо заметила Касуми, спускаясь вслед за ним с галереи.
- Жене, говорите... - протянул Акаги. - Знаете, а я ведь думаю отослать её обратно к родным.
- Но у вас могут ещё быть дети...
- Но после Хикару у нас не было ни одного. Нет, - махнул он рукой. - Правы были те, кто говорил, что жену надо выбирать в своих краях. Согласны, Касуми-сан?
Она вспыхнула и потупилась. Акаги рассмеялся.
- Я ведь пока всего-то спросил, согласны ли вы с моим мнением, - мягко заметил он.
К счастью для Касуми, они уже почти пришли.
- Вы подождите здесь, - попросила она. - Я узнаю у Оити-доно, заходить ли вам.
- Что за порядки - в моём же доме для меня нужно что-то спрашивать... - беззлобно проворчал он. - Ну что же, я подожду её решения здесь, у пруда.
И он действительно присел на камень у пруда.
"Акаги-доно не боится воды", - отметила Касуми и пошла по направлению к комнате хозяйки.
Акаги действительно не проявлял никакого страха перед водой. Он спокойно смотрел на своё отражение на гладкой поверхности пруда и наслаждался полуденным теплом. Атмосфера, царившая в доме, словно не затронула его хозяина; он казался совершенно довольным жизнью.
На глади воды вдруг мелькнула тень. Акаги было хотел наклониться, чтобы рассмотреть получше, но потом хлопнул себя по лбу и обернулся.
- Это ты, Оити? - спросил он фигуру в чёрном. - Решила ради игры в лазутчика испортить свой свадебный наряд?
Человек подошёл на два шага ближе, и Акаги озадаченно нахмурился.
- Ты не Оити. Она двигается по-другому. Кто ты?
Они подались вперёд одновременно: хозяин дома сдёрнул полосу ткани, прикрывавшей лицо гостя, а гость поднял и опустил руки, в которых крепко был зажат камень, до этого почему-то не замеченный хозяином.
От удара Акаги пошатнулся, но не упал. Не двигаясь с места, он продолжал с изумлением смотреть в лицо напавшему.
- Касуми... сан?
Касуми ударила его второй раз, и он упал в пруд.
Но и это не убило Акаги. Он ещё силился встать, когда что-то словно притянуло его к воде, и он наконец-то с суеверным ужасом произнёс:
- Звёзды...
У Касуми болели руки. Она бы никогда не подумала, что сможет поднять такой тяжёлый камень, но, видно, когда действуешь по справедливости, всё становится легче. А сегодня всё было по справедливости.
Касуми вытерла пот со лба и поняла, что испачкалась: руки были в крови. Это огорчило девушку. Она посмотрела на пруд, но там от головы Акаги расплывалось красное пятно, загрязняя воду.
Из-под дома на четвереньках вылезла Судзуко.
- Молодец, - с одобрением в голосе сказала она. - Я тебе показала, что делать, и ты сделала.
- Зачем они так? - спросила Касуми, глядя на руки.
- Они нашли Хикару на горе, когда возвращались сюда. - Судзуко села на камень, где раньше сидел Акаги. - Но жена стала бояться. А муж решил, что так будет удобно разойтись. Ты так и не поняла, что такое дневные звёзды?
- Нет...
Девочка фыркнула.
- Глупая. Звёзды днём можно увидеть со дна колодца. Особенно когда тебя ударили камнем и туда сбросили. Жена уговорила мужа, и он это сделал.
- Мне нужно умыться, - сказала Касуми. - Я грязная.
- Хикару был прекрасное дитя духов. - Судзуко была мрачной. - А теперь вот... теперь...
- Мне нужно умыться, - повторила Касуми.
Чистая вода была ещё в колодце - том, куда сбросили Хикару. Девушка пошла туда, опустила ведро и села на корточки, закрыв лицо руками.
- Прости меня, Хикару, - тихо произнесла она. - Я знала, что тебе хотят причинить вред. Я знала, что не просто так меня отослали. Не надо мне было уходить.
Она встала, подняла ведро и наклонилась, чтобы смыть кровь с рук и лица.
И увидела дневные звёзды.