-- Вы можете рассказать, какие меры воздействия вы принимали к допрашиваемым?
-- Мы задавали вопросы?
-- А физическое воздействие?
-- Мне не хотелось бы отвечать на этот вопрос?
-- А когда допрашиваемые вами не хотели отвечать на вопрос, что в таком случае делали вы?
-- Хорошо, я отвечу: мы применяли к ним силу.
-- Били?
-- Есть много методов. Поверьте, что все спецслужбы мира что-нибудь да применяют.
-- Можете хотя бы намекнуть?
-- Химия, психология, подручные средства.
-- Задавая вам вопрос, я хочу понять вот что: если у человека есть тайна, то для того чтобы он её раскрыл нужны одни методы; а если человека обвиняют в том, что он не совершал,-- как принудить его дать показания против себя, какие здесь нужны методы.
-- У человека есть близкие, есть страхи и прошлое, и, возможно, есть будущее. Но самое главное - есть короткое настоящее.
У каждого следователя были свои методы.
А если что-то идёт не так, то старшие товарищи всегда помогут и подскажут.
-- Вам не кажется, что это страшный юмор, эти ваши последние слова.
-- Всегда можно было уволиться или...застрелиться, и такие случаи нередки.
-- Да, я изучал статистику. Но вернёмся к моему вопросу о пытках -- они были, их поощряли?
-- Всё зависело от ответов...
-- То есть, сначала просто беседа?
-- Поймите, не всё было, как показано в кино.
Не всем ломали пальцы, насиловали. Крайности, это излишки нашей профессии. Были садисты, но их всегда одёргивали.
-- Были проверки?
-- Никто ничего не делал просто так. Были установки, согласования. Были инструкции с пометками высоких инстанций.
-- А вы сами применяли силу?
-- Я руководил отделом и в допросах почти не участвовал.
-- Почти?
-- В начале службы, да! Но меня быстро повысили, я стал начальником.
-- Можете вспомнить свой первый допрос?
-- Если только один из первых.
-- Хорошо.
-- Священник местной церкви скрыл от национализации часть церковной утвари. Мы знали, что было спрятано, но не знали где? Был план по сдаче вскрытых ценностей и выбора у нас не было. Мы привезли двоих детей этого священника и при нём начали оформление в детский дом. Это не дало результата. Пришлось привести жену...
--- Что сделали с ней?
-- Я не присутствовал, но ценности были получены.
-- Вы помните все допросы, в которых участвовали?
-- Нет, не все. Люди в основном понимали, куда попадают. Соглашались быстро.
-- Соглашались подписать любой приговор, даже не оспаривая его?
-- Я уже говорил вам, что все в основном, за редким исключением, живут настоящим, и мало кто думает о будущем.
-- Последний вопрос: как вы спите?
-- Если меня и мучают угрызения совести, то это вовсе не связано с моей работой.
-- А с чем тогда?
-- Личная жизнь: родители, дети.
-- Они знали, что вы работаете палачом?
-- Я не буду отвечать на этот вопрос. Всё что мог, я вам рассказал. Прощайте.