Переверзев Юрий Викторович
Суждено судьбой...

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Стихи разных лет


 

О себе, любимом...


 
  Деды
 

 
  Один мой дед был крестьянин,
  Попавший "в люди" в город.
  Прошёл он с детства до седин
  Сквозь войны, труд, сквозь голод.
 
  Евреем был другой мой дед,
  Он - нэпман, парикмахер.
  Имел он тоже много бед,
  И жизнь была не сахар.
 
  И каждый поучал, как мог,
  Единственного внука.
  Я в памяти своей сберёг
  Их важную науку.
 
  Достались гены мне от них
  В какой-то, видно, мере.
  Но разных вер их не постиг
  Я, не пришёл я к вере.
 
  Живу безбожником уже
  Так долго, что - навечно.
  Но что-то мучает в душе,
  Тревожит бесконечно.
 
  Ну что же, я таков как есть.
  Дана мне свыше милость
  В том, что не уронил я честь
  Дедов, их совестливость.
 
  Да упокоится их прах!
  Пройдёт, однако, время,
  И, может быть, в иных мирах
  Им встречусь я, их семя....
 
  В раннем детстве
 
  Ташкент. Каморка в восемь метров.
  Здесь жили мы почти три года,
  Занесены военным ветром -
  Несчастьем целого народа.
  С утра меня - голодным, сонным -
  В детсад вели, так было надо.
  Его я помню плохо. Помню
  Лишь суп из листьев винограда.
  А вечером варила мама
  Из риса тоже вроде супа.
  Жиров в нём не было ни грамма,
  Но как же ждал его я, глупый!
  Ташкент, считалось, - "хлебный город",
  Но это враки. В жизни нашей
  Был - не скажу, что полный - голод,
  И мне всегда хотелось каши,
  И супа с хлебом, и урюка,
  И прочего, что можно кушать.
  А всё же не тянулись руки
  К еде без спросу. Я послушным
  Ребёнком был. И не проказлив.
  Единственной проблемой было,
  Что приходил я очень грязным
  Из садика, и много мыла -
  В войну такого дефицита! -
  Расходовалось ежедневно.
  Но никогда я не был битым -
  Из-за любви ко мне, наверно...
  Рассматривал картинки в книжках,
  О буквах спрашивал и вскоре
  Прочёл я плюшевому мишке
  Из книжек несколько историй:
  О Бармалее, о лягушке,
  Которая царевной стала,
  Об удивительной избушке,
  Что разной стороной вставала...
  Шло время. Наконец, обратно
  Поехали, оставив место
  Эвакуации. Был март. Но
  Не это важно. Длилось - детство...
 
 
  Ребята
 
  Всё чаще вспоминается мне детство.
  С годами стали явственнее лица
  Ребят, с которыми жил по соседству,
  И кое-кто из них мне даже снится.
  ...Вот Ника. Жил в огромном сером доме
  Напротив - через двор с землёй неровной.
  Мы были с ним, наверное, знакомы
  С семи или восьми лет, уж не помню.
  В футбол играли мы мячом тряпичным,
  Подбрасывали "жосточку" ногою,
  Катались на коньках, к ногам привычно
  Верёвками приладив их, зимою.
  ...В подъезде рядом - Алик. Шахматистом
  Он слыл хорошим, но ребячью славу
  Своим пронзительным внезапным свистом
  Он заслужил, конечно же, по праву.
  ...А в доме через улицу Виталик
  Показывал мне марки стран различных.
  Потом мы марки вместе собирали -
  Коллекция была весьма приличной.
  ...И в том же доме жил худющий Витя,
  Он бегал всех быстрее, прыгал дальше.
  Его потрёпанный, весь в штопках свитер
  Мелькал во всех дворовых играх наших.
  ...Их лица - всех - всплывают предо мною,
  Хорошие ребячьи лица эти.
  Не видел никого из них давно я
  И не увижу. Нет уж их на свете.
  ...А я живу и вспоминаю детство -
  Далёкое, беспечное такое.
  Его вернуть не существует средства.
  И нет, увы, в душе моей покоя.
 
  Давний вальс
 
  Мелодия вальса уводит назад,
  В далёкие годы, связавшие нас.
  Меня вдруг твои поразили глаза,
  Когда приглашать стал тебя я на вальс.
  Был мартовский вечер, шумел школьный бал,
  Звучал с придыханьями старый баян,
  Тогда я, конечно, не предполагал,
  Что мне в этот вечер судьбою шанс дан.
  Свой шанс я использовал, мне помог вальс -
  С далёкой поры той мы вместе с тобой.
  Ничто не могло разлучить уже нас,
  Поскольку мы стали друг другу судьбой.
  И годы прошли - пробежали, как миг.
  В них много и радостей было, и бед.
  Но понял за годы, душою постиг,
  Как я благодарен судьбе и тебе.
  Вот старость подходит - неспешна она,
  Но всё убыстряет с годами свой путь.
  Мы выпили жизни сосуд не до дна,
  Ещё не до дна, но с пути не свернуть.
  "Не хочется старости", - это клише.
  Но всё ж отвергать его повода нет,
  Ведь надо признаться: находят в душе
  Слова те свой отклик уж несколько лет.
  Что ж делать? С тобой вместе прожита жизнь,
  И жизнь эта - наша, какая ни есть.
  Любимая, чтоб ни случилось, держись,
  А я всегда рядом с тобою, я здесь.
  Я здесь, я с тобой с той поры, когда вальс
  На школьном балу дал нам в счастье билет,
  Когда так внезапно зажёгся для нас
  Любви нашей тёплый и ласковый свет.
  Давно это было - ох, очень давно!
  Но чувство смогли мы с тобой сохранить -
  То чувство, которое было дано,
  Связало нас в жизни, как крепкая нить.
  Её, эту нить, не могло разорвать
  Ничто, что случается в жизни подчас.
  Мы помним с тобой - жена, бабушка, мать! -
  Тот давний, счастливый для нас школьный вальс...
 
 

 
 
  Тёплый дом
 

 

 
  Небесная лазурь
  опять закрыта тучей,
  Но знаю я, что вновь -
  с тех пор, как мы вдвоём -
  Нас от житейских бурь
  убережёт не случай,
  А верность и любовь,
  наш тёплый-тёплый дом.
 
  Наш дом стал для меня
  спасеньем от напастей,
  От вздора, что вокруг,
  от всякой суеты.
  В нём постигаю я,
  в чём суть простого счастья,
  В нём самый близкий друг,
  которым стала ты.
 
  Мой друг, моя жена!
  Нам хорошо друг с другом.
  Но коль придут друзья,
  то встретишь их теплом -
  Как можешь ты одна,
  и лишь твоя заслуга,
  Что дорог для меня
  друзьям открытый дом.
 
  Небесную лазурь
  мы ощущаем дома -
  В безбрежности любви,
  пронизанной теплом.
  От волн житейских бурь,
  всем нам таких знакомых,
  Спасает жар в крови
  и милый сердцу дом.
 
 

 
 
  ***
  Как шлейф королевы внимательный паж,
  Проносим мы в жизненной круговерти
  Раздумий и чувств драгоценный багаж,
  Совсем исчезающий только со смертью.
  В счастливое время багаж тот растёт,
  Скудеет в ненастье и в передрягах,
  Однако его всё ж упорно везёт
  Судьбы моей латаная колымага...
 
 
 
 

 
  ***
  Среди громад домов, в той муравьиной куче,
  Которой крупный город становится сейчас,
  Не может в спешке дел уже звезды падучей
  Заметить человечий, уставший за день глаз.
  Куда ни кинешь взгляд, повсюду серый камень,
  И сер, как одиночество, безжизненный асфальт...
  Заполонили жизнь (а как - не знаем сами!),
  Отгородили сердце бетон, стекло и сталь.
  Отгородили сердце от радости и гнева,
  От жгучего стыда за явный катаклизм:
  Взамен страстей живых - другие в нём посевы,
  Размеренный и нужный взрос рационализм...
 
  ***
 
 

  Рот в постоянной зевоте.
  Падают веки на веки.
  Ты - в марширующей роте.
  Надолго ль? Видно, навеки.
  Жизнь - будто шнек мясорубки:
  Вроде - вперёд, а - всё тут же
  Крутится и, как из губки,
  Что-то да выжмет наружу.
  "Что-то" - аморфно настолько,
  Что не подыщешь названья, -
  Как незаметная ролька
  В пьесе ненужного знанья.
  Всё остаётся за кадром:
  Труд, и талант, и сметливость,
  Даже способность быть бардом -
  Всё перекрутит на силос.
 
 

  Обида
 

 
  Иду подальше в лес - и быстро,
  Чтоб отогнать свою печаль.
  Она вошла в меня, как выстрел,
  Меня пронзила, словно сталь.
 
  Я не хочу искать причину
  Того, что сталось, обожгло.
  Но вижу мысленно картину,
  Когда мне так не повезло.
 
  Конечно, я не подал виду,
  Что мне несбывшегося жаль,
  Но в сердце затаил обиду,
  Обволокла его печаль.
 
  Давно, давно хожу я лесом,
  Чтоб сердце стало, как скала.
  И вдруг обида мелким бесом
  Отпрыгнула и в лес ушла.
 

 
  ***
  Приходит срок - нежданные болезни
  Ломают плоть, как ярый инквизитор,
  Но пишет жизнь незавершённой песни
  Мелодию ещё - как композитор.
  Её тональность стала проще, глуше,
  Разноголосых всплесков меньше стало,
  Безмолвною арктическою стужей
  Прерваться песня может... Но начало
  Звучания её ведь было ярким,
  Цветастым и по форме, и по смыслу!
  Вокруг бросала щедрые подарки,
  Казалось мне, высоких чувств и мыслей
  Та песня - жизнь моя, за середину
  Которая давно перевалила...
  Я обольщался - может, только сыну
  Они нужны, но.... иссякает сила
  Моя уже. А сын лишь входит в возраст,
  Когда и чувств, и мыслей океаны
  Бушуют в естестве, и жадно ноздри
  Дух впечатлений новых ловят пряный,
  Когда вокруг всё и светло, и просто,
  Ещё на душу накипь не осела -
  Она (душа) не стянута коростой
  Усталости, неправды... Прямо, смело
  Глядят глаза - им надо разобраться
  В разнообразье жизни, в этом мире,
  Что видится венком протуберанцев -
  Он так же ярок, необъятен... Шире,
  Всё шире мир распахивает двери,
  И с каждым днём вокруг всё интересней,
  И жизнь бурлит, и сын мой свято верит,
  Что нет конца и краю новой песне.
  ...Я б жизнь свою, чтоб это так и было,
  Отдал сейчас - пусть только сына песня
  Сверкала б мыслью, делом, чувством, силой
  Хотя б сто лет!
  Эх, был бы я кудесник...
 
  Светофор
 
 

 
  Зелёный свет - и путь сейчас открыт.
  Ещё бы знать, куда ведёт дорога...
  Дорогами давно по горло сыт -
  Исхожено, изъезжено так много!
  Оказывалось часто на беду,
  Что семафор зелёный - лишь обманка,
  Как гриб, растущий прямо на виду
  В лесу у тропки, а сорвал - поганка.
  Хотелось мне зелёный светофор
  Воспринимать всегда - теперь и прежде
  (Так повелось и длится до сих пор) -
  Как знак удачи будущей, надежды.
  Но, видимо, глаза мои давно
  Уже не согласуются со мною:
  Мне кажется, что вижу я одно,
  На самом деле тут совсем иное.
  Мечтал я, чтоб всегда зелёный свет
  Был дан мне в жизни. Но я ждал напрасно,
  Забыв, что вечного в природе нет.
  Мой светофор включал всё чаще красный...
 

  ***
  Зелёный листок средь увядших собратьев -
  Берёзовый лист, и он всё ещё жив,
  Он зелен, никак он не хочет убраться,
  Чтоб красок осенних пополнить разлив.
  Вот так же и мне, несмотря на невзгоды,
  На то, что гнетёт меня часто недуг,
  На то, что нежданная старость приходит, -
  Мне смерть ожидать всё ещё недосуг.
  А годы летят, как рысистая лошадь,
  Что словно идёт на какой-то рекорд.
  Остынь, не гони! Для меня будь хорошей,
  Ведь дел ещё столько, что невпроворот.
  С другой стороны, в чём же важность такая
  Того, что успеть бы я сделать хотел?
  Мне важно, лишь мне! Это я понимаю,
  Но в жизни всему наступает предел...
  ***
  Не хочется болеть и умирать.
  Однако все мы смертны, к сожаленью.
  Болели, уходя, отец и мать,
  И я уйду, и в этом нет сомненья.
  Свой путь пройдя ещё не до конца,
  Я думаю, что вряд ли - видит небо! -
  Достоин я тернового венца,
  Поскольку мучеником всё же не был.
  Накатан был другими жизни путь,
  Я лишь старался, чтобы он был гладким.
  Когда б назад мог время развернуть,
  Иначе жил бы я, жил без оглядки.
  Тогда бы был совсем другой исход
  В пути по этой жизни странной, сложной,
  Тогда б, возможно, ожидал почёт,
  Но и тюрьма вполне была возможна.
  Но всё равно: терновый ли венец,
  Лавровый ли венок, коль всё иначе, -
  Один неотвратимый ждёт конец,
  А остальное ничего не значит.
  И сохранились в памяти людской
  Лишь гении и, может быть, злодеи -
  Не дотянул до славы я такой,
  Талантов, равных им, я не имею.
  Обычный человек в людском ряду,
  В людской разнохарактерной стихии,
  Тем отличаюсь лишь, что на виду:
  Лишь тем, что иногда пишу стихи я.
 
  Интеллигент
 
  Ну, что же сказать вам, друзья и коллеги?
  Я - интеллигент, как толстовский Телегин,
  И чем-то похож на него (уж, простите!) -
  Хотя бы тем, что совестлив и не нытик.
  Возможно, ещё в чём-то мы с ним похожи:
  К примеру, он был инженером, я тоже.
  На этом, пожалуй, кончается сходство,
  И мне продолжать в том же духе - юродство.
  Себя причисляю я к интеллигентам,
  Поскольку нельзя ни к каким элементам -
  Другим из общественной жизни - причислить
  Меня никому никогда даже в мыслях.
  А интеллигенты в моей родословной
  Отсутствуют вовсе. Явился я, словно
  Из мира другого, пришелец как будто,
  Ошибка природы, праматери мудрой.
  И всё же имею почтение к предкам,
  Душевной они красоты были редкой,
  Неведома дедушкам, бабушкам скука
  Была, приучали трудиться и внука.
  Учёба - мой труд. Был их праздник: узнали,
  Что внук золотой удостоен медали.
  Я много читал. Но душевные свойства -
  От предков. И нет ни заслуг, ни геройства
  Моих в этом деле - ни капли, нисколько.
  Вот интеллигентом с годами стал только...
 
 

 

 
  Странные мысли
 
 

  Рассвет над городом. Весна.
  Проснулись на деревьях птицы.
  Из-за тумана не видна
  река. А мне давно не спится.
  И мысли странные во мне
  всё колобродят, колобродят -
  и о себе, и о жене,
  как будто изменить я вроде
  могу хоть что-то... Но, увы,
  я не могу вернуть здоровье
  (как прыгнуть выше головы),
  не стану энергичным вновь я -
  таким, как прежде. Я понять
  умом могу, конечно, это -
  то, что нельзя направить вспять
  мне время... Крутится планета,
  и вот опять пришла весна,
  опять очередной день начат,
  ещё спит в комнате жена -
  всё так, не может быть иначе.
  Но всё же жаль, что в мире так:
  не хочет воспринять сознанье,
  что наша жизнь - лишь миг, пустяк
  во времени и в мирозданье.
  Поэтому не спится мне
  в дни пробуждения природы.
  Забыться бы в глубоком сне,
  проснуться снова через годы,
  когда наука, наконец,
  откроет эликсир бессмертья -
  усилий длительных венец,
  к нему идут уже столетья.
  Но это чушь, конечно. Лишь
  с отчаянья такие мысли
  меня колышут - как камыш
  от ветра. Но когда зависнут
  такие мысли там, в мозгу,
  то им убраться очень трудно -
  их уничтожить не могу,
  они во мне всегда подспудно.
  И вот стою я у окна,
  смотрю, как входит день весенний.
  Прекрасно, что опять весна,
  но плохо, что в душе - смятенье...
 
 
 

  ***
 
 

  Садится солнце за рекою,
  И, как вчера, позавчера
  Замолкли птицы, успокоясь
  Опять до нового утра.
  Так каждый раз весной и летом.
  И новое явленье дня,
  Наполненного солнцем, светом,
  Всё так же радует меня.
  А это странно, очень странно!
  Впал в детство, видимо... Беда!
  Какая может быть нирвана,
  Когда идут, бегут года,
  Когда всё меньше раз осталось
  Мне впереди встречать рассвет -
  Совсем уж, к сожаленью, малость?..
  И нет альтернативы, нет.
  Когда смотрю вокруг, и в радость
  Мне и мороз, и дождь, и зной,
  То кажется, что слово "старость"
  Ещё не связано со мной.
  Такое в чувствах раздвоенье...
  Но коль болит то там, то тут,
  То понимаю, что к старенью,
  К финалу дни мои идут -
  Закон природы. Но и после
  Вариться в жизненном котле
  Здесь будут люди - только гости
  На нашей матушке-Земле.
  Всё так же солнце за рекою
  Садиться будет, и восход,
  Нарушив таинство покоя
  Ночного, заново придёт.
  Меня, надеюсь, помнить будут
  Короткое пусть время, пусть! -
  Хотя бы близкие мне люди,
  Которым вдруг навеет грусть -
  Недолгую - воспоминанье
  О том, что делал всё, что мог,
  Для них я, и того сознанье,
  Что свой исполнен мною долг...
 
 

 
  Автопортрет к 65-летию
 
 

 
  То, что не умею, - не умею.
  То, что не дано мне, - не дано.
  Не умел я в детстве клеить змеев,
  Не умею я снимать кино.
  Прыгать с парашютом, делать мебель,
  Экстрасенсом стать я не сумел.
  Многого не знаю. И я не был
  Мастером десятков нужных дел.
  Нет ни петь, ни танцевать таланта,
  Живописцем быть не суждено,
  Полностью похожим на атланта
  Тоже не дано мне, не дано...
  Благодарным быть дано и верным.
  Чувство долга есть во мне всю жизнь.
  С детских лет усвоено, наверно:
  Что бы ни случилось, ты - держись...
  В жизни неплохой имел я старт, но
  Не всегда использовал свой шанс.
  Был и хладнокровным, и азартным:
  В шахматы играл и в преферанс.
  Мне даны терпение и совесть,
  Пить коньяк и водку - не вино.
  Написать о нашей жизни повесть
  Мне хотелось бы, но - не дано.
  Не умею покорять стихии,
  Бить рекорды в спорте и труде,
  Но могу подчас писать стихи я
  И всегда держать себя в узде.
  В меру я общителен, но светским
  Львом меня никак не назовёшь.
  Не дано мне овладеть немецким
  В возрасте моём. Ну, так и что ж?
  Свыше мне дано быть фаталистом,
  И ещё, однако, есть беда:
  Полностью изжить идеалиста
  Я не смог в себе за все года.
  Я старался быть рациональным,
  Но заметил за собой давно:
  Становлюсь я вдруг сентиментальным -
  Значит, так Всевышним мне дано.
  Я умею оставлять кроссворды,
  С юмором достаточно в ладах.
  Я не скептик, не позёр, не гордый...
  Кто же я в немолодых годах?
  Я не знаю, прост я или сложен.
  Впрочем, в мире так заведено
  (И согласен с таковым я тоже),
  Что судить себя нам не дано.
  Мне дана любовь, и это чувство
  Пронести сумел я сквозь года -
  Это труд, но это и искусство:
  Ведь жена - одна и навсегда.
  Коль я Водолей - рождён зимою,
  А жены знак - Рыба, то везде
  Чувствует она себя со мною,
  Я уверен, рыбою в воде.
  Мне дано быть оптимистом, даже
  Если нет условий для того.
  Мне дано всегда стоять на страже
  Интересов дома моего.
  И, хотя дано мне от природы
  Жить, ценя покой и лень любя,
  Я, превозмогая все невзгоды,
  В жизни не умел жалеть себя.
  Не хотел машины я и дачи -
  Мне в земле копаться не дано.
  Выпадала не всегда удача,
  Но я к ней стремился всё равно.
  В прошлом зарабатывать умея,
  Не хочу, дав многому пропасть,
  Ни сперва кропить себя елеем,
  Ни потом в падучей биться всласть.
  Это нынче несколько я хилый,
  Иногда противен сам себе,
  Но пока какие-то есть силы,
  Будет так, как мне дано в судьбе.
  Мне дожить до встречи с новым веком
  Довелось - судьбою так дано.
  И остаться в жизни Человеком
  Также мне предопределено.
  Юбилея полного мне должно,
  Ждать ещё, как водится, пять лет.
  Я хотел бы нынче, было б можно,
  На него достать входной билет.
  Буду я теперь в душе лелеять,
  Вехой отмечать судьбе своей
  Как того предвестник юбилея
  Этот малый, полу-юбилей.
 

  Мне - семьдесят...
 

 
  Мне - семьдесят. Да неужели?
  Не верится мне - ну, совсем.
  И обращаюсь: "В самом деле?" -
  с таким вопросом я ко всем.
  Да, наша жизнь - почти коррида:
  когда - восторг, когда - беда,
  но основная в ней обида,
  что быстро так бегут года.
  Казалось бы, совсем недавно
  ходил я в школу по утрам.
  Что это было самым главным,
  в конце концов, я понял сам.
  Читал я много, очень много:
  и дома, и в читальный зал
  ходил проторенной дорогой -
  и в книгах мир я познавал.
  Когда я думаю о прошлом,
  то в удивленье морщу лоб:
  хотелось мне скорей стать взрослым,
  самостоятельным быть чтоб.
  Студенческие годы... Сказка!
  Прекрасные во всём года.
  Их в памяти моей окраска
  светла и празднична всегда.
  Любимая жена. Работа,
  познания её пора,
  когда стремишься сделать что-то
  немного лучше, чем вчера.
  Рожденье сына. Восхищенье!
  Пелёнки, детская кровать...
  Необходимость и стремленье
  в зарплату больше получать.
  Включилось всё: ум и характер.
  Карьерный рост, наука и
  добился я тем самым старта
  благополучия семьи.
  А для души писал стихи я -
  жене, друзьям, себе, и вот
  взяла меня в плен та стихия,
  что длится уж который год.
  Страна качнулась: перестройка...
  А вскоре и стране "капут".
  Настало время дерзких, бойких -
  где смогут, там и украдут.
  И как же жить интеллигенту,
  когда зарплата стала - "пшик"?
  Так кандидату и доценту
  пришлось столкнуться с рынком встык.
  Предприниматель поневоле
  и в рыночных делах простак,
  я для себя подобной роли
  не мог предполагать никак.
  А жизнь подвигла на такое...
  Случалось рисковать, но Бог,
  коль существует он, покоя
  меня лишив, мне всё ж помог
  Семья в материальном смысле
  жила нормально, но, увы,
  всё чаще приходили мысли,
  что не сносить мне головы
  в стране, в которой нет порядка,
  где неопределённо всё...
  Здесь внучке жить? Нет! Если кратко:
  нет будущего у неё.
  И десять лет назад я город
  покинул, где родился, жил,
  а я ведь был уже не молод,
  пропал тот молодости пыл,
  который сохранялся долго
  во всех моих делах, во мне...
  Осталось только чувство долга -
  заботы о своей семье.
  И вот мне - семьдесят... И хвори
  одолевают там и тут.
  В своём немыслимом наборе
  они подчас меня гнетут.
  И только мозг мой, слава Богу,
  не подводил меня пока -
  торит в чужой стране дорогу
  дальнейшей жизни, но слегка
  и он устал. Что ж, годы, годы...
  Не деться никуда от них.
  Но мозг, мне данный от природы,
  ещё создать способен стих -
  вот этот. К юбилею, значит...
  А праздновать ли юбилей?
  Мне скажут: "Ну а как иначе?
  Чтоб жизнь казалась веселей!"
  Не знаю. Семьдесят! Мне верить
  не хочется своим годам,
  поскольку приоткрылись двери
  куда-то... Не хочу быть там!..
  Поэтому - да неужели?
  Мне - семьдесят? Какая чушь!
  Я мыслю, я ещё при деле,
  я сделать многое хочу...
 
 

 
  ***
 

 
  Уже и семьдесят... Не думал,
  Что доживу до стольких лет.
  Помог мне, видно, в этом юмор,
  Ему предела в сроках нет.
  И то, конечно, что мозгам я
  Даю работу каждый день.
  Иначе б получилась драма -
  Заволокла бы душу лень.
  "Мозги обязаны трудиться" -
  Мне ближе перефраз такой.
  Летит пусть дальше жизни птица,
  А с ней несовместим покой...
 
 

 
  ***
 

 
  Хоть до восьмидесяти нам
  Тянуть бы жизненную нить -
  До той поры, пока ты сам
  Способен за собой следить,
 
  Пока ты не впадёшь в маразм,
  Не поглупеет голова,
  Пока ещё - в который раз! -
  Найдутся для стихов слова...
 

 
  ***
 

 
  Я живу и очень мало знаю,
  Но понять желаю жизни суть.
  Понял лишь: не может жизнь быть раем,
  К счастью не проложен верный путь.
 
  Впрочем, что такое счастье, каждый
  Сам определяет для себя,
  Если утолить он хочет жажду
  Сущности познанья бытия.
 
  Сущность ту познать дано немногим:
  Нужно думать, нужно много знать,
  Нужно быть к себе предельно строгим,
  Нужно никогда себе не лгать.
 
  Я читаю, я сопоставляю
  То, что в книгах, с жизнью, с бытом, но
  Пролетают годы птичьей стаей,
  Дни мелькают кадрами кино.
 
  Не успею, видимо, понять я:
  В философском смысле это что -
  То, что называют люди счастьем?
  Счастье может быть ведь лишь мечтой...
 
 
 
  ***
 

 
  Не внял я своему предназначенью.
  А жаль. Была б, возможно, жизнь иной,
  пошла бы по другому направленью
  и по-другому обошлась со мной.
  Претензии я предъявлять себе лишь
  могу, но толку никакого нет,
  коль смуту ты в своей душе поселишь,
  виня себя, других, весь белый свет.
  Как вышло - так и вышло... Ну и что же?
  Жизнь прожита почти, какая есть.
  И изменить её ничто не может:
  ни сожаленья глупые, ни лесть
  себе - мол, ведь способен был иначе
  жизнь повернуть, и было б - ого-го!
  Возможно, так... Но вряд ли это значит,
  что я добился б счастья своего.
  Ведь счастье - что? В согласье быть с собою
  и ощущать тепло семьи своей.
  Хотя б одно из этого судьбою
  когда дано, ты благодарен ей.
  Доволен был я жизнью? Да, хотя я
  с собой согласья даже и на миг
  в путях судьбы, которая, виляя,
  вела по жизни, так и не достиг...
 
 

 
  В Германии
 
 
 

На рубеже тысячелетий



  Пришло к концу тысячелетье,
  И завершающийся век -
  Пример того, как в лихолетья
  Способен выжить человек.
 
  Как будто этот век итожа,
  Давно, за тысячи колен,
  Сказал мудрец: "Не дай нам, Боже,
  Жить всем в эпоху перемен!"
 
  За всё, что было, кто в ответе?
  Всевышнего винить ли вновь?
  Но он нам дал на этом свете
  Надежду, веру и любовь.
 
  И в этом веке сквозь ненастья,
  Сквозь будни, труд, через года
  Несли в душе мы жажду счастья -
  Оно случалось иногда.
 
  Любовь, и дети, и успехи
  На нашем "фронте трудовом",
  Друзья - всё это в судьбах вехи,
  Значительнейшие притом.
 
  В Германии мы поневоле:
  Ведь, что греха таить, сюда,
  Искать хоть в чём-то лучшей доли
  Мы прибыли - и навсегда.
 
  На нас пусть ниспошлёт Европа
  Здоровье, радость - благодать:
  Нам нужно свой немалый опыт
  Успеть бы внукам передать...
 
  А новый век - не за горами.
  В нём детям, внукам жить и жить.
  И нам жить тоже, ведь мы с вами -
  Веков связующая нить.
 
  Так пусть же в том тысячелетье,
  Что брезжит за окном уже,
  Не будет войн, вражды на свете
  И воцарится мир в душе.
 
  Пусть новая придёт эпоха,
  В которой станет жизнь светлей,
  В которой даже слово "плохо"
  Исчезнет вдруг из словарей.

  Пусть принесёт эпоха эта
  Успех и счастье в каждый дом.
  Всем - радости, здоровья, света!
  Удачи на пути своём!
 
  Немецкий "орднунг"
 

 
  Жизнь немцев вся прописана в инструкциях.
  Бюрократия здесь - высокий класс!
  Её задача главная и функция -
  Сильней прижать пришельцев, то есть нас.
  Гуманность - на словах, в речах политиков.
  В инструкциях же чётко дан предел
  Того, что можно выделить тем нытикам,
  Которые остались не у дел -
  Которые нахлебниками в старости
  Вдруг оказались здесь, в чужой стране.
  И не понять им то, что мало радости
  В остатке жизни быть "не на коне".
  Но самое смешное, что брюзжание
  Таких, как я, по поводу властей
  Совсем не исключает понимания
  Их действий в глубине души своей.
  Мы ропщем потому, что так устроены.
  Не помним, что фактически для нас
  Бесплатно всё здесь, и страна, по-моему,
  Напрасно всеми нами занялась.
  Пришельцы мы, не нужные Германии,
  Но нас содержат, и отличье есть
  С тем, что на родине мы б жили не в изгнании,
  Но нечего бы было пить и есть.
  Нет, прокормиться можно там, наверное,
  Но как платить за медицину там?
  А ведь у нас здоровье явно скверное,
  И вряд ли кто-то там поможет нам.
  Поэтому приходит осознание:
  Немецкий "орднунг" - наш удел и жизнь.
  Добиться ничего нельзя ворчанием,
  Так что себе я говорю: держись,
  Не нервничай, ведь всё равно инструкции,
  Как ни ругался б, возмущаясь, я,
  Подвергнуть переделке ни на унцию,
  Как и их отменить совсем, нельзя...
 
 
 
  ***
 

 
  Пойду я в лес и там увижу:
  деревьев ветви - будто кистью
  исчерчены гуашью; ниже -
  мозаику опавших листьев.
  Пройду тропой, покрытой ими,
  любуясь тем, как лес обряжен.
  Всё так, как дома. Но о "дыме
  отечества" не вспомню даже.
  Уехал - как отрезал. Баста.
  Прочь всякие воспоминанья.
  Чтоб внукам улыбнулось счастье,
  я прилагал свои старанья.
  А я - что? Понимал, что мне-то
  как раз успех уже не светит -
  прошли мои весна и лето,
  мчит осень жизни, как в ракете.
  Всё правильно, по сути - верно:
  дорогу - молодым. И внуки
  которых я люблю безмерно,
  постигнув разные науки,
  успешнее, надеюсь, будут
  и в новой жизни постепенно,
  как говорится, "выйдут в люди",
  придя таким, как я, на смену.
  ...А лес - такой же, как и дома.
  И осень так же многоцветна.
  И будто по тропе знакомой
  Пройду я, человек неместный...
 
 

 

Зима в Аугсбурге



  Пришла зима... И тропки узкие
  Прошились в снежной целине...
  Так редок в зимы аугсбургские
  Такой обильный, долгий снег!
 
  За городом - просторы белые.
  Над чёрным поясом реки
  Висят мосты заиндевелые:
  На тёмном - белые мазки.
 
  Подёрнутый белесой дымкою
  Высок и нежен небосвод.
  И вот в наш город невидимкою
  Вошёл с морозом Новый год.
 
  В душе надеясь на грядущие
  Безбедно-солнечные дни,
  Мы поднимали тост за лучшее,
  Что обещают нам они.
 

 
  Секреты стихотворчества
 

***


 
  Крылатый Пегас приголубил меня
  Когда-то - когда я был юный, наивный,
  И с той поры время от времени я,
  Подвластен ему, как земля в осень ливням.
  Дожди затяжными быть могут, и мне
  Неделями тоже и рифмы, и строчки
  Приходят навалом - и даже во сне -
  И никакой не приемлют отсрочки,
  А требуют, чтоб на бумажный листок
  Записаны были, а то пропадут ведь,
  И мощный рифмованных строчек поток
  Тревожить всю ночь меня заново будет.
  Вот так и живу: постоянно слова
  Толкутся во мне, не давая покоя,
  Заполнена ими моя голова,
  Ей сложно выдерживать долго такое.
  Потом, наконец, отпускает меня,
  Могу я заняться другим любым делом,
  Однако по-прежнему думаю я
  Стихами подчас, и тому нет предела...
 
  "Рифмованная проза"
 
 

  Слагать стихи - такое ж ремесло,
  Как складывать из бисера картину.
  Нет вдохновенья? Что ж, ему назло
  Я нечто напишу жене и сыну,
  Друзьям, в конце концов, себе - о том,
  Что будоражит мысли, давит сердце,
  Что может взволновать семью - мой дом,
  Что вспомнилось из юности и детства.
  Найду я рифмы, подгоню под ритм
  Слова, которые подходят к теме,
  И получу я, что тут говорить,
  Те строчки, что, конечно же, не всеми
  Поэзией считаются. Но я
  Спокойно отношусь к чужому мненью,
  Оно не очень трогает меня,
  Поскольку я своё стихотворенье
  Пишу, вот именно - своё, своё!
  Изысков в нём художественных нету,
  Но сам процесс писания даёт
  Мне радость. Это мой ответ поэтам,
  Которые подобные моим
  Стихи зовут рифмованною прозой.
  Пускай глаголят! Те слова - как дым,
  Они меня не жгут и не морозят.
  "Рифмованная проза"? Хорошо!
  Пусть будет так. И не поэт я, значит.
  Но новый жанр, который я нашёл -
  Не первым, это знаю, но тем паче -
  Имеет право жить в кругу родных,
  В кругу друзей, которым сложно заумь
  Стихов подчас постичь, а я для них
  Свои простые строчки набросаю.
 
  ***
 

 
  Мне авторов иных не жаль,
  Хоть в их стихах бушуют страсти:
  Присутствуют надрыв, печаль -
  Ну, чуть ли не пиковой масти.
  Тоска сквозит, такая боль,
  Что сердце разрывает просто.
  А если разобраться - ноль,
  На жизни мерзкая короста.
  Надумано, конечно, всё:
  Чтоб их жалеть - задача в этом.
  К ним отношение моё -
  Как к слизнякам, не как к поэтам.
  У них наигранная роль,
  Что часто выглядит прилично.
  Но коль действительно есть боль,
  Она видна в стихах отлично.
 

 
 
  ***
 
 

 
  Тропа ведёт в лесную чащу.
  Она в корягах, прелых листьях.
  Бродить по лесу мне бы чаще -
  Здесь разные приходят мысли.
  Другие даже ощущенья,
  Иные возникают чувства,
  И исчезает вдруг стремленье
  Пытаться послужить искусству.
  Искусству? Сказано так пышно
  Лишь потому, что непонятен
  Мне самому (увы, так вышло)
  Род нынешних моих занятий.
  Стихи рождаю постоянно.
  А может быть, они - от скуки?
  Отсутствуют ведь, как ни странно,
  Любые творческие муки.
  Метафор нет в стихах, гипербол -
  Надёжных признаков искусства.
  И это только лишь - во-первых,
  А во- вторых - в них мало чувства.
  Нанизываю строчки, строчки,
  Как на шампур шашлычный мясо.
  Стихи, когда дойду до точки,
  Не высшего выходят класса.
  Я это понимаю. Что же,
  Такой удел мне дан судьбою,
  Но не могу их уничтожить,
  Хоть недоволен я собою.
  Я недоволен тем, что мысли
  Мои вокруг стихосложенья
  Всё крутятся, и в этом смысле
  Ущербен я, в том нет сомненья.
  Нет, впрочем, я корить за что-то
  Себя не должен. Так случилось,
  Что жизнь прошла в трудах, заботах,
  А нынче на чужую милость
  Живу и, видимо, от скуки -
  От скуки всё ж! - пишу стихи я,
  Занять чтоб голову и руки.
  А стихотворчество - стихия,
  В которую я окунаюсь,
  Поскольку должен мозг работать,
  И, жив пока - я это знаю, -
  Мне должно в жизни делать что-то...
  Однако умиротворенье
  Охватывает душу только,
  Когда проходит вдруг стремленье
  Писать стихи - совсем, настолько,
  Что вызывают отвращенье
  Написанные мною строчки,
  И наполняюсь я сомненьем:
  А не пора ли ставить точку -
  А не пора ль закончить это
  Всё графоманство, коль считаю,
  Что настоящего поэта
  Не вышло из меня? Не знаю...
  Такие думы постоянно
  Во мне присутствуют, когда я
  Хожу по лесу. Вот ведь странно,
  Что именно в лесу, гуляя,
  Я ощущаю недовольство
  Собой и тем, чем нынче занят.
  Здесь дышится легко и вольно,
  Шуршит листва, тропинка манит
  Идти всё дальше в лес, покамест
  Я не устану от хождений,
  Пока с души не сброшу камень
  Своих блужданий и сомнений...
  Ходить бы в лес как можно чаще.
  Когда в душе смятенье бродит,
  Нет лучше, чем лесная чаща,
  Тропинка в ней - путь к правде вроде...
 

  ***
 
 

  Вновь по утрам сырое, в тучах небо,
  И вновь туман клубится над рекой.
  Такое чувство, что пора молебен
  Заказывать за лета упокой.
  И лето жизни тоже стало прошлым.
  Увы, всё в прошлом. Беспредметен спор.
  И кажется смешным и даже пошлым
  На эту тему всякий разговор.
  Как ни бодрись, как ни желай иного,
  Как ни старайся лето возвратить,
  Нельзя свой путь пройти по жизни снова -
  Не протянуть вновь жизненную нить.
  А что поделать? Никуда не деться...
  Пусть осень длится, даже пусть дожди...
  А в памяти вся жизнь, включая детство,
  И ты, мой смертный холод, подожди...
  Когда придёшь, исчезнет, как ракета,
  Пропавшая в космической дали,
  Всё, что в мозгу копилось долго где-то
  И что стереть в нём годы не смогли.
  Вот это - страшно... Потому пишу я,
  Чтоб след оставить - слабый! - на Земле.
  Я прожил жизнь, быть может, не большую,
  Но растворится и она во мгле...
  Печаль во мне, поскольку небо в тучах,
  Поскольку осень набирает вес,
  Поскольку жизнь явилась в мир как случай,
  Была дана мне чудом из чудес.
  Но чудо не бывает вечным тоже,
  Оно слабеет и сойдёт на нет -
  Таков закон. Но не хочу - до дрожи! -
  Терять я в этот мир входной билет...
  Весна и лето позади, а осень
  Должна природа завершить зимой.
  Заказывать я не желаю - очень! -
  Молебен и себе за упокой...
 
 

  ***
  В коротких строчках мне - в стихах -
  Хотелось отразить эпоху.
  Мечта моя разбилась в прах -
  Всё получается так плохо!
 
 
  Времена года
 
  О природе и погоде
 

 
  "У природы нет плохой погоды", -
  Так придумал режиссёр киношный,
  Сразу же раскрыв всему народу
  Истину своим талантом мощным.
  Значит, смерчи, ветер ураганный,
  Слякоть, зной, цунами, наводненья
  Принимать должны все люди рьяно,
  Радостно, без всякого волненья.
  Так должно влиять на нас искусство,
  Даже управлять, возможно, нами.
  Но, однако, возникает чувство,
  Что всех нас считают дураками.
  Катаклизмы не беря в расчеты -
  Те, чем награждает нас природа, -
  Если холод или жарко что-то,
  Ведь не скажешь: чудная погода.
  Впрочем, всё равно - мороз ли, дождь, но,
  Если на душе твоей спокойно,
  То погоду всякую не сложно
  Принимать как явь весьма достойно.
  А природа по своим законам
  Пусть живёт. Её мы тоже части.
  В мире, за столетья изменённом,
  Лишь прогнозы строить в нашей власти.
 

  Зимняя рябина
 
  Зимней рябины бордовые ягоды
  Снегом осыпаны. Дерево - будто,
  Зернью граната украшена, пагода -
  Там, где была рождена "Камасутра".
 
  Словно с рябиной любовной утехою
  Занят снежок, проникая меж веток.
  Ветер - помощник, не станет помехою,
  Знает своё дело снег, быстр и меток.
 
  Гроздья, как будто в экстазе дрожащие,
  Снег принимают с любовью, в охотку.
  Вот и любуются все настоящею -
  Не на картинке - рябиной-красоткой.
 
 
 

  Зимние стихи
 

 

 
  Опять обильный снегопад,
  Опять зима с морозом, вьюгой.
  В квартире - холод, но я рад,
  Что прекратился ветер с юга.
  Он нёс дожди, он нёс туман,
  Он просто действовал на нервы,
  Поскольку это был обман
  Природы, далеко не первый.
  Январь и на носу - февраль,
  А на дворе - сплошная слякоть.
  Сосулек стаял весь хрусталь,
  И небо продолжало плакать.
  Конечно, я люблю тепло,
  Но сырость разжижает мысли,
  Они в ту пору, как назло,
  В мозгу - компьютере - "зависли".
  Продумать что-либо не мог -
  Не получалось, хоть ты тресни!
  Как будто мой надёжный мозг
  Не оказался вдруг на месте.
  Я снега ждал, мороза ждал,
  Чтоб снова вызвать к жизни мысли.
  Они пришли - за валом вал -
  И, слава Богу, не прокисли.
  Они пришли, как только снег
  Упал на лужи на дороге,
  Когда мороз - подарок мне -
  Прихватывать стал нос и ноги.
  Тогда-то вместо чепухи,
  Что в голову пустую лезла,
  Я эти написал стихи -
  Зима для творчества полезна...
 

 
  Весна
 
 
 
 
 

  Пришла, наконец-то, весна,
  Повсюду капель зазвенела.
  Весна - это праздник, она
  Согреет и душу и тело.
  Кругом побежали ручьи,
  А вскоре набухнут и почки.
  Уж марту конец, уж почти
  Апрель, он придёт без отсрочки.
  Апрель - это праздник души
  В венке из побегов зелёных.
  А запахи как хороши!
  А небо всё чаще бездонно...
  Прохладно ещё по ночам,
  Но больше тепла, больше света.
  Апрель - как начало начал,
  Зародыш грядущего лета.
  А вот к нам приходит и май -
  Прекрасно весны завершенье!
  Цветы, длинный день, птичий грай
  И к новым свершеньям стремленье.
  Земля пробудилась от сна,
  Она заиграла, запела...
  Пришла, наконец-то, весна -
  Душа молодеет и тело.
 

 
 

 
  День в апреле
 
  Посмотри, как выпускают свечи
  Во дворе настойчиво каштаны,
  Как спускается прохладный вечер
  И под утро стелются туманы;
  Сохранить в душе попробуй на год
  Этот от земли идущий запах,
  Абрис ёлок - будто крыши пагод -
  С бисером дождя на хвойных лапах
  Записать не медли, как в блокноте,
  Нет, скорее - на магнитной ленте,
  В памяти, к какой любовной ноте
  Птичьи голоса восходят эти, -
  Охвати прекрасный мир весенний
  Взором, слухом, осязаньем чутким...
  В годовой цикличной перемене
  Сбереги в себе вот эти сутки.
  Это время - словно миг, в который
  Силы накопившая незримо
  В качество иное тропы торит
  Вся природа непреоборимо.
  Дальше будет больше солнца, света,
  Запестрит всё красок разнобоем,
  А потом - потом наступит лето,
  Тоже - прелесть, но с другим настроем.
  Нынче же - сумей и ты усталость
  От зимы, от мрака мыслей вялых
  Растворить в весне, чтоб не осталось
  Зла в душе - хотя бы в дозах малых.
  Выпусти ростки стремлений новых,
  Как каштаны в этот день в апреле, -
  Торопись, коль ждёшь от жизни снова,
  Чтоб плоды души созреть успели.
 
  Жаркое лето
 
  Жаркое лето! Ох, жаркое лето!
  Что-то в стихах оно слабо воспето.
  Что воспевать, впрочем? Потные лица
  И духоту? Никуда не годится.
  Мух, комаров? Чтобы вслед за Поэтом
  Миру поведать о том, что есть лето?
  Мы - как в Сахаре. Увядшие травы.
  Солнце горит раскалённою лавой.
  Листья деревьев, покрытые пылью.
  Воздух такой, что, как через давильню,
  Пройден, и стал он тягучим и вязким,
  Так что нельзя выходить без опаски
  Из дому - можно волной тепловою
  Быть опрокинутым, и с головою
  Будет твориться неладное что-то,
  Слабость наступит и чуть ли не рвота.
  Все ждут дождя и в надежде на случай
  Смотрят на небо: а вдруг придёт туча,
  Чтобы пролиться живительной влагой -
  Вот это будет, действительно, благо!
  Тщетны надежды! И знойно, и душно...
  Мы, к сожаленью, погоде послушны,
  Ведь ничего никто сделать не может,
  И нам, увы, остаётся всё то же:
  Ждать и терпеть катаклизмы природы,
  Жить в ожиданье приятной погоды...
 
  ***
 
  Длинный трамвай ярко-красного цвета
  Катит по рельсам, усыпанным листьями -
  Рыжими, мокрыми... Кончилось лето,
  Но ещё в нём я - и сердцем, и мыслями.
 
  И почему же всё грезится лето?
  Как объяснить мне такое, не знаю я.
  Может, пойму я со временем это -
  Правильней видится на расстоянии.
 
  Что-то в душе моей было задето,
  Что-то случилось, а что - и не помнится.
  Верю я, что, хоть и кончилось лето,
  Что-то хорошее всё же исполнится.
 
  Это хорошее - новое лето.
  Нету причин ждать другого хорошего.
  Будет опять оно, полное света,
  Снимет вновь мыслей мучительных крошево.
 
  Буду ждать лета. Как коротко лето!
  В нём я по-прежнему сердцем и мыслями.
  ...Летний трамвай ярко-красного цвета
  В осень уходит, осыпанный листьями.
 
 

 
  Осень
 

  Осень, осень... Осенние дали...
  С тёплым воздухом днём наряду -
  Солнце бледное, словно в печали,
  Чуть поникшие клёны в саду.
 
  Осень, осень... Холодные ночи...
  Дни проходят своей чередой,
  И чем дальше, тем день всё короче,
  И под утро туман над водой.
 
  Осень, осень... И хочется снова
  Взять - и время к весне развернуть...
  Осень, осень... Как жаль, что лишь словом
  Вновь могу я пройти этот путь.
 
  Осень, осень... Осенний цвет листьев -
  Как у радуги взят напрокат...
  Осень, осень... Какою же кистью
  Набросать твой последний закат?..
 
  Осень, осень... Но осень едва ли
  Место в сердце находит уже.
  Осень, осень... Осенние дали...
  А покоя всё нет на душе.
 
 

 
  Осенние мысли
 
  Пожухлая трава на берегу.
  Застыла речка, словно под гипнозом.
  И скоро будет это всё в снегу -
  В покровах речке, берегу, берёзам.
  Надеюсь, что я всё-таки смогу
  Дождаться дней, подвластных летним грозам.
 
  Надеждой и живу - в осенней мгле,
  В тумане мыслей, вялых и неспешных.
  Пока живёт живое на Земле -
  Весь сонм творений грешных и безгрешных, -
  От сотворенья всем зимы милей
  Её конец и вод кипенье вешних.
 
  Сейчас же - осень. Дождик моросит,
  Не слышно птиц, лишь каркают вороны.
  Конечно же, по-своему красив
  Печальный облик ясеней и клёнов -
  Ещё цветистый, кружевной курсив
  На поредевших, полуголых кронах.
 
  Испить бы чашу жизни не до дна
  Мне в осень, в зиму, мне б дождаться лета,
  Которое придёт, когда весна,
  Вся в молодую зелень приодета,
  Закончится, но сможет дать она
  Мне новый стимул в жизни, полной света.
 
 

 
  ***
 

  Весеннее буйство, осеннее буйство -
  Природы расцвет и закат.
  Они вызывают такое же чувство
  Сегодня, как годы назад.
 
  Мелькают века, растворяясь как будто
  Туманом в космической мгле, -
  Весеннее чудо, осеннее чудо
  Являлось всегда на Земле...
 

 
 
 

  В осенний вечер
 

 
  Ветер несёт пыль и палые листья.
  Небо затянуто тёмною тучей -
  Нужно дождю грозовому пролиться,
  Может быть, даже и с градом колючим.
  Ветви деревьев как будто бы в коме,
  Гнутся, трещат и сломаться готовы.
  Птицы - и то пробудились от дрёмы,
  Словно не вечер, а день настал новый.
  Что ж, ничего необычного нету -
  Осень как осень: и холод, и ветер.
  Зависть лишь вдруг возникает, что где-то -
  Где-то на юге - сейчас ещё лето.
  Солнце - теперь редкий гость в мрачном небе.
  Зонтик всегда, коль вне дома, со мною.
  Как долго ждать, когда снова на вербе
  Почки пушистыми станут весною!
  Вот и пошёл ливень - правда, без града.
  Молнией рвётся вечерняя темень.
  Надо принять, приспособиться надо
  К осени вновь, пережить это время.
 
 

 
  ***
 
 

  Опавших листьев радужный узор
  Покрыл тропинки в ближней роще...
  Увы, я не умею до сих пор
  Воспринимать жизнь легче, проще:
  Ну, просто наблюдать, как листопад
  Вновь кружится метелью жёлтой,
  А после белый замечать наряд
  На клёнах, на кустах, на ёлках,
  Смотреть, как медленно течёт река,
  Забыть о всех своих заботах
  Хотя б на время, отдохнуть слегка,
  Пока вновь не случится что-то.
  Случается же часто, это - жизнь
  С непредсказуемостью вечной,
  Такое вдруг закрутит, что - держись!
  Нет жизни лёгкой и беспечной...
  Возможности нет просто наблюдать
  Неторопливый ход природы,
  Который в вечность двигает года.
  Так у меня проходят годы...
  Осталось - сколько? Надо б знать уже...
  Но лишнее такое знанье:
  Пока живу, теплеет на душе
  От светлых красок мирозданья.
 
 

"Любовь зла..."


 
 
  ***
 
 

 
  О, Женщина! Любви послушна,
  В которой - молнии и гром,
  На тех взирает равнодушно,
  Кто стелется у ног ковром.
  Поэтому, когда загложет
  Тебя, взрывая сердце, страсть -
  К одной-единственной! - ты должен,
  Мужчина, устоять, не пасть.
  Будь независим. Горд и весел.
  В глаза покорно не смотри.
  Ты не дари своих ей песен
  И слов любви не говори -
  Оставил ведь навечно людям
  Свой опыт русский чародей:
  "Чем меньше женщину мы любим,
  Тем легче нравимся мы ей".
  Тебя она полюбит тоже,
  Свершиться в яви трепет снов -
  Поэт был прав.... Так отчего ж я
  К её ногам упасть готов?..
 
 

 
 
  Тост - за женщин!
 
 

  Как солнца луч в густом тумане,
  В безбрежье волн - морской компас,
  По жизни нас ведёт - и манит -
  Мерцанье ваших чудных глаз.
  Мы ценим вас не потому ли,
  Что бережёте дом, очаг?
  Ведь мы давно бы потонули
  Без вас в житейских мелочах.
  Вы с нами - счастью нету меры!
  И нет унынья оттого,
  Что вы - Любви, Надежды, Веры
  Искрящееся торжество!
  За силу жизни, за улыбку
  Мы ценим вас, мы любим вас.
  Наш тост - за золотую рыбку
  Сердец, всегда прощавших нас.
  За ваше счастье, за здоровье
  Тост поднимают муж и сын,
  Брат и любимый - все с любовью!
  А это тысячи мужчин!..
 
 
 

  Люби меня!
  (восточные мотивы)
 

  Люби меня,
  Люби всегда!
  Пусть крепнет страсть день ото дня,
  Пускай проносятся года -
  Люби меня!
 
  Дай сердце мне!
  Дай руку мне!
  И под дождём, и при луне,
  И наяву, и в сладком сне -
  Дай сердце мне!
  Ты мне дари свои уста
  И ласку каждый день.
  Всего земного красота,
  Ты алые свои уста
  В мои уста одень.
 
  Отдай мне свет своих очей
  И свежесть щёк отдай!
  В сиянье дня, во тьму ночей
  Ты принесла рукой своей
  Цветущий май.

  Я рядом - ты люби меня.
  Средь ночи тьмы, в сиянье дня
  Дай счастье мне.
  Но коль в разлуке будем мы -
  Люби вдвойне!
 
  ***

  Разлетелась моя печаль,
  Как от солнца тумана муть...
  С той поры, как тебя повстречал -
  Снегу падать, и ветру дуть,
  И дождю разливаться рекой, -
  Мне не страшно. Идут года.
  Но в тот день ты своею рукой
  Моё сердце взяла - навсегда.
  Разлетелась моя печаль,
  Как в жару тополиный пух...
  Нет, в тот вечер я не молчал -
  Не молчал, говорил за двух.
  Я не помню, что говорил,
  Чем блистал в красноречье своём...
  Я не знаю, когда полюбил -
  Может, это пришло потом?
  ...День за днём потекли года,
  В вихре жизни и я кружусь,
  Но теперь - во весь голос: "Да!
  Я люблю, и этим горжусь!"
  Разлетелась моя печаль -
  Только радость бурлит в крови.
  Ты поставила счастья печать
  На путёвке моей любви.
  Разлетелась моя печаль,
  Как весною цветенья дым...
  Ты к любимому сердцу причаль -
  И ты будешь всегда молодым!
 
 
 
  ТРИ ПОСЛАНИЯ
 
  1. Поздравление
 
 

  В этот день, обычный вроде,
  Должен я сказать тебе:
  Ты одна, одна в природе,
  Светишь мне в моей судьбе.
  Как случилось? Непонятно.
  Среди будней, бури дел
  Просто я невероятно
  Сразу сердцем прикипел.
  А сегодня - поздравляю...
  Слов других почти что нет...
  Будь душою молодая,
  Будто вновь семнадцать лет.
  Сохрани свою повадку;
  Глаз чудесных быстрый взгляд
  В жизни нашей - ох! - несладкой
  Я ловить всегда бы рад.
  Подарю тебе улыбку,
  Что-то тёплое скажу...
  На душе тревожно, зыбко -
  Как над пропастью хожу.
  Пропасть - ты. Влечёшь и манишь,
  Но пропасть всё ж не даёшь -
  Доведёт до крайней грани
  Лишь неискренность и ложь...
 
 

  2. Размышления
 
  Так случилось, что жизнь нас внезапно столкнула,
  И, как в омут бросаются вниз головой,
  Так меня без раздумий быть там потянуло,
  Где следы твоих ног стынут на мостовой.
  Скоро год (целый год! - это мало и много),
  Как узлами сплелись наших судеб пути.
  А куда приведёт нас шальная дорога,
  Был бы Бог - он бы знал; я не знаю, прости.
  Тех узлов слишком много; не знаю я, право,
  То ль рубить мне сплеча, то ль распутывать их.
  Если правду сказать и продумать всё здраво -
  Ложь и в том, что касается только двоих.
  Ложь - с твоей стороны, и меня это гложет:
  Сердцем чувствую лжи даже тонкую нить.
  Я писал уж тебе, что неискренность может
  Всё в прошедшем и будущем похоронить...
 
 
 
  3. Прощание
 
 

  Поздороваться - и мимо,
  Даже не взглянув в глаза,
  Только моментальный снимок
  Глаз, в которых не слеза -
  Нет! - а только ожиданье
  Нового в судьбе своей...
  Коль мелькнёт воспоминанье,
  Пусть забудется скорей.
  А я помню, помню чётко
  Этот всплеск внезапный душ,
  Чувств взлохмаченных чечётку,
  А потом ... холодный душ
  Рассудительности. Что же,
  Сам я жизнь свою верчу:
  Делать только то, что должен,
  И не делать, что хочу? -
  Не приемлю... Сердце бьётся,
  Жаждет радости оно,
  Колымагой жизнь несётся,
  Спотыкаясь в буднях. Но
  Помню тот недлинный вечер,
  Мягких губ чуть терпкий вкус,
  И податливые плечи,
  И перрон, дождлив и пуст.
  Помню глаз твоих смятенье,
  Их печальный, влажный свет
  И мучительность решенья -
  Оставаться или нет.
  Ты уехала... Так пусто...
  Описать я не берусь
  То пронзительное чувство,
  Что зовётся словом "грусть".
  Всё проходит. Марью зыбкой
  Всё окутает туман,
  Сгинет в нём твоя улыбка
  И недолгий наш роман.
  А пока, тебя встречая,
  Слова не могу сказать,
  Только "здравствуй" отвечаю,
  Даже не взглянув в глаза...
 
 

 
 
  ***
  Увидеть женщину б живую,
  Волос почуять аромат,
  Услышать речь (пускай пустую -
  И голосу ты был бы рад),
  И даже не мечтать о грешном -
  Коснуться лишь запястий рук,
  И ощутить бы в пульсе нежном
  Чуть учащённый сердца стук,
  Поверить, что тому причиной,
  Как поворот в судьбе её -
  Предвестник счастья жизни длинной, -
  Само присутствие твоё.
  И больше ничего не надо:
  На миг заполнить пустоту,
  Считаешь ты, - уже награда
  Тебе бы на твоём посту.
  ...Всё будет. Верь. Вернёшься к людям,
  Как кончится контракта срок,
  И то, что в снах, что тяжко будит, -
  Свершится. Нынешний поток
  Ночей и дней, в котором смыслом
  Является работа лишь,
  Изменит русло, станет быстрым,
  Как дробь дождя по скатам крыш.
  Ты встретишь женщину - в ней сразу
  Узнаешь ту, о ком мечтал:
  Скромна, нежна, приятна глазу -
  Так представлял ты идеал.
  Пока терпи. На жизнь не сетуй -
  Мужчина ты! В кулак сожмись...
  Сорви над койкою портреты
  Заласканных киноактрис...
 
  В парке
 
 

  Деревьев зелёные кроны
  Дают благодатную тень.
  Так жарко, что даже воронам
  Искать пропитание лень.
 
  Аллея тенистая парка
  Пуста. Полдень августа. Зной.
  Нет лучшего в мире подарка,
  Чем ты. Ты сегодня со мной.
 
  Сидим на скамейке под дубом,
  Листвой ветерок шелестит.
  Меня твои пухлые губы
  Притягивают, как магнит.
 
  Как к ним подступиться, не знаю -
  Обидишься вдруг и уйдёшь.
  Не видишь ты, что, дорогая,
  Меня от волненья бьёт дрожь.
 
  Беседуем тихо с тобою,
  Мне кажется, о пустяках.
  И то, что дана мне судьбою,
  В моих ты не слышишь речах.
 
  Ни словом, ни даже намёком
  Об этом боюсь я сказать,
  Лишь взглядываю ненароком
  В твои голубые глаза.
 
  Мне надо бы быть посмелее.
  Ты мне лишь любой знак подай -
  И сразу с тенистой аллеи
  Начнётся наш путь с тобой в рай.
 
  ***
 

  Что хочет женщина? Любви.
  Любить и тоже быть любимой.
  Хранит в душе мечты свои,
  Любовь чтоб не мелькнула мимо.
  Что нужно женщине? Семья
  (как ни звучит сие банально),
  хороший муж-любовник (я
  об этом знаю досконально),
  ребёнок - ну, хотя б один,
  ласкать его, лелеять чтобы
  и чтоб, доживши до седин,
  знать: кто-то встанет всё ж у гроба.
  Но это знание - потом.
  Пока же женщина довольна
  и счастлива, что есть свой дом,
  ей дышится легко и вольно,
  когда в заботах о родных
  проходят годы жизни целой,
  а благодарности от них
  ждать даже в мыслях не сумела б.
  А мысли - разные... Одной
  страшась, желает исступлённо,
  несчастья чтобы стороной
  прошли, её семьи не тронув.
  Так жизнь проходит. Повезёт,
  коль сложится всё, как мечтала.
  Беда, коль всё наоборот...
  А случаев таких немало.
 

 

  Монах
 

 

  Что ночью чувствует монах?
  Молитву сотворив, он спать
  идёт, испытывая страх,
  что будет тот же сон опять.
  Сегодня снова прежний сон
  его измучит естество.
  Не знает, что же делать, он
  с желаньем тела своего.
  К монаху женщина одна
  и та же в каждый входит сон -
  с картины Рубенса она
  спускается. Он поражён
  бывает сразу: нагота
  и формы пышные... И в нём -
  мгновенно - взрыв, и маета,
  и напряженье в теле всём.
  Потом - пятно на простыне,
  и надобно её стирать...
  То дьявол, видимо, во сне
  приходит, превратив кровать
  в ристалище земных утех.
  Он снова молится, монах,
  ретиво, втайне ото всех,
  боясь, что наступает крах
  смирения в его душе,
  коль мысли заняты другим
  (совсем другим - и днём уже!),
  коль похоть овладела им.
  А это грех, великий грех.
  Здесь дьявола видна рука,
  он часто искушает тех,
  кто усмирить не смог пока
  несдержанную плоть свою,
  бунтующее естество.
  Но почему-то не дают
  ещё молитвы ничего:
  не укрощают плоть они,
  как ни старается монах.
  В молитвах он проводит дни,
  а к ночи - тот же прежний страх...

 
  Сердолик
 

 

  Не обижайся на меня.
  Коль в чём-то я и виноват,
  Так в том лишь, что был должен я
  Придти ещё три дня назад.
  Всё это время занят был,
  Прихватывать пришлось и ночь -
  Старался, сколько было сил,
  В семейном бизнесе помочь.
  Работал как бы на износ,
  Хотя доход и невелик.
  И всё же нынче я принёс
  Тебе в подарок сердолик.
  О силе камня я узнал,
  Могу сказать тебе теперь:
  Пусть невелик он, даже мал,
  Откроет нам он в счастье дверь.
  Всё будет хорошо у нас.
  Любимая, поверь мне ты.
  Уверен я уже сейчас,
  Что наши сбудутся мечты.
  Тому залогом - сердолик,
  Он будет нам как талисман.
  Ещё не полностью постиг
  Я знак, который камнем дан,
  Но я почувствовал душой,
  Его лишь только в руки взял,
  Что этот камень небольшой
  Нам будто создаёт канал,
  Которым сквозь нелёгкий быт,
  Сквозь время, полное тревог
  (Всем этим я по горло сыт,
  Хоть делал всё, что только мог)
  Мы понесём свою любовь
  В мир, что велик и многолик...
  И в каждый час, всё вновь и вновь
  Хранить нас будет сердолик.
 
 

  Приходи
 
 

  Под ногами на улице снег,
  И мороз ближе к ночи всё злее...
  Приходи же скорее ко мне,
  Обниму я тебя, обогрею.
 
  Разве плохо тебе у меня,
  И не радуют наши свиданья?
  А меня мучит день ото дня
  Эта тягостность ожиданья.
 
 
  Приходи и останься со мной,
  Пусть мой дом твоим станет тоже.
  Наша жизнь будет вечной весной,
  И ничто разлучить нас не сможет.
 
  Приходи, приходи поскорей!
  Жду тебя я в любую минуту,
  И уже я стою у дверей,
  Подавляя душевную смуту.
 
  Приходи, приходи, приходи...
  Я тебе своё сердце открою.
  Пусть мороз, и жара, и дожди -
  Приходи и останься со мною!
 
  Окно
 
 

  Погасло твоё окно,
  Но знаю: стоишь за шторой.
  И знаю, что всё равно
  Женой моей станешь скоро.
 
  Уверен я в этом, но
  Быстрей бы сладилось дело,
  Когда бы ты не в окно,
  А мне в глаза посмотрела.
 
  Прочла бы ты в них, что я
  Тобою пленён навечно,
  Что вдруг стала жизнь моя
  Уже не такой беспечной.
 
  Теперь хочу каждый миг
  Тебя и видеть, и слушать.
  Любовь я сердцем постиг -
  В мою ты запала душу.
 
  Прошу: уйди от окна
  И выйди ко мне скорее,
  Ведь ты у меня одна
  И станешь женой моею!
 
  Быть вместе нам суждено.
  Я должен быть терпеливым,
  Чтоб засветилось окно
  Теплом семейным счастливым.
 
 

 
 
 

  Свадебная пора
 
 

  Опавших листьев лёгкий шелест,
  Предзимья тихая пора...
  Тебе в любви признаться смелость
  Нашёл я только лишь вчера.
 
  Как буйно в парке разноцветье!
  Как шёпот гулок в тишине!
  Лишь ты одна на целом свете -
  Лишь ты необходима мне!
 
  Нам листья падали на плечи,
  Когда ты мне шепнула "да"...
  Вчера такой был чудный вечер!
  И будет так у нас всегда!
 
  Шуршало тихо под ногами
  В безлюдье парковых аллей...
  Расправит крылья пусть над нами
  Любовь - мы растворимся в ней!
 
  Пусть жизнь пылает многоцветьем,
  Пускай сбываются мечты,
  Ведь у меня теперь на свете
  Есть ты, любимая, есть ты!
 
  У нас с тобою свадьба скоро,
  Коль ты сказала "да" вчера...
  Опавших листьев слабый шорох,
  И свадеб дивная пора...
 
 

 
 
  У костра
 
  В костре ещё потрескивают сучья.
  Вокруг него стена безлунной ночи.
  Друзья все спят. Представился мне случай
  Сказать слова, что ты услышать хочешь.
  Но я колеблюсь. Нет во мне той страсти,
  Которая меня бросала б в пламя
  Твоей любви. Ты ожидаешь счастья,
  Но вряд ли счастье долго будет с нами.
  Мы разные настолько, что не сможем
  Друг к другу притереться, нет сомненья.
  У нас, конечно, радость будет тоже,
  Но лишь вначале. После - отчужденье.
  Поэтому молчу. Костёр погашен,
  С той стороны доносит запах сажи.
  Нет перспективы в отношеньях наших,
  Но как же мне сказать об этом, как же?
  И ты молчишь. Спасибо хоть за это.
  Слова лишь снова разбередят душу.
  Прости. Пока что у меня их нету -
  Тех слов, что ты готова нынче слушать.
 
  Молчаливый монолог
 
  Сидим на веранде в ночной тишине,
  Лишь слышится шелест негромкий листвы.
  Мы всё обсудили, но кажется мне,
  Что главного всё же не поняли вы.
  Давно уж в посёлке погасли огни,
  И жители спят после трудного дня.
  Как будто бы в мире сейчас мы одни,
  Но вы понимать не хотите меня.
  Сказать не могу, что уже вам пора -
  Пора отправляться отсюда домой.
  А я провожу вас, как было вчера
  И позавчера. И как прошлой зимой.
  Сказать не могу. Воспитанье моё
  Мне не позволяет об этом сказать,
  Иначе такой бы случился курьёз,
  Что я бы не смог посмотреть вам в глаза.
  А прошлой зимою встречались мы здесь,
  Когда навещали родителей вы,
  Ходили на лыжах в заснеженный лес...
  Но я и тогда не терял головы.
  Простите, коль подал надежду я вам
  На то, чего женщина хочет всегда.
  Свободу свою я пока не отдам -
  Отдам, может быть, но не знаю, когда.
  Не встретилась мне ещё та, что меня
  Захватит, с собой унесёт, словно смерч,
  Единственная, чтоб почувствовал я,
  Что может нас с ней разлучить только смерть.
  Я знаю, что вы не боитесь молвы,
  Того, что в посёлке судачат про нас.
  Прекрасно! Однако же, лучше, чтоб вы
  Расстались со мной уже прямо сейчас.
  ...Вы встали, как будто бы мой монолог,
  Что молча держу я так долго в себе,
  Услышан был. В жизни так много дорог!
  Одна из них - главная в каждой судьбе.
  Вам надо найти её - так же, как мне.
  - Я вас провожу, - наконец, я сказал.
  Спустились с крыльца мы. При полной луне
  Увидел вдруг слёзы я в ваших глазах...
 
  Ссора
 

 
  Короткий дождь покапал по стеклу,
  Покапал и прошёл, как будто не был.
  Сюда случайно тучку занесло,
  И вновь очистилось от тучки небо.
 
  Смотрю в окно на небо, на кусты,
  Которые под домом встали строем.
  Хочу понять, что чувствовала ты,
  Когда ушла, с каким ушла настроем.
 
 
  Досада, раздраженье или злость -
  Что именно в твоей душе звучало?
  Увы, но нам с тобою довелось
  Таких моментов пережить немало.
 
  Непониманье частое у нас
  Случалось, стало вроде бы привычным,
  Но чтоб ушла ты, как ушла сейчас, -
  Такое всё же было необычно.
 
  Что бродит там, в душе твоей, всегда -
  Неудовлетворённость чем-то, злоба?
  Неведомо мне, это - как беда,
  Хотя, конечно, хороши мы оба.
 
  И у меня свой комплекс, видно, есть,
  Его лишь трудно точно обозначить,
  И как к тому приводит он - Бог весть! -
  Что я тебя не понимаю, значит...
 
  Но что-то держит нас, всему назло,
  Друг с другом вместе. И я знаю: скоро
  Как дождь, который капал на стекло,
  Закончится очередная ссора.
 
  Смотрю в окно на небо, на кусты,
  И мысли в голове моей всё те же:
  Как сделать так, чтоб мы - и я, и ты -
  Вернули наших чувств былую свежесть.
 
 

 
 
 
 
  Всё прошло
 
 

 
  Брызги водопада жемчугами
  Засверкали в солнечных лучах.
  Здесь у нас и пропасть под ногами,
  И бездонность пустоты в речах.
 
  Не о чем нам говорить с тобою -
  Пронеслось немало долгих лет,
  Всё прошло, нас развело судьбою,
  Всё прошло, назад возврата нет.
 
  Удивлён я этой нашей встрече -
  Я же мог пойти другой тропой.
  И твои заполнят вряд ли речи
  Пропасть между мною и тобой.
 
  А тогда как будто водопадом
  Вдруг любовь обрушилась на нас.
  Всё прошло, и ворошить не надо,
  Вспоминать нам прошлое сейчас.
 
  Всё, что было прежде между нами, -
  Всё иссякло, как вода в ключе.
  Лишь сверкают брызги жемчугами
  Там, под нами, в солнечном луче...
 
 
 
  Давняя любовь
 
 

  Ты шла с мужчиной мне навстречу
  И не заметила меня.
  Был тёплый тихий летний вечер
  В заботах прожитого дня.
  Я издали твою походку
  Узнал при свете фонарей,
  И как-то сразу наш короткий
  Роман всплыл в памяти моей.
  Короткий - потому, что вскоре
  Уехал я, окончив вуз.
  Хоть не было меж нами ссоры,
  На сердце затаился груз -
  Какой-то груз непониманья,
  Груз недосказанности, что ль...
  Я тщетно прилагал старанья
  Унять в душе такую боль.
  Я предлагал тебе поехать
  Со мною вместе. Твой ответ,
  Боялся, будет только смехом,
  Но взглядом ты сказала: нет.
  Смотрела несколько мгновений
  Ты мне в глаза. Молчала ты.
  И чтобы не было сомнений,
  Что рушатся мои мечты
  Наивные, ты отвернулась,
  Решившись, наконец, уйти,
  И среди уличного гула
  Услышал я твоё: "Прости".
  Ни слова больше. И ушла ты
  Походкой лёгкой, как полёт.
  С той самой памятной мне даты
  Пошёл уже который год.
  И я вернулся без надежды,
  Что встречу давнюю любовь.
  Она владела мною прежде
  И вспыхнула, как факел, вновь,
  Когда прошла своей походкой
  Ты мимо. И вдруг понял я,
  Что не поможет даже водка
  Убрать в душе боль у меня.
  Но всё-таки зашёл в кафе я
  И "принял" двести коньяка.
  Не помогло. Я не сумею
  Забыть тебя. Наверняка...
 
 

 
 
  Воспоминание
 

 

 
  Полоска берега у речки,
  К которой подступает лес.
  Давно когда-то я колечко
  Дарил тебе с любовью здесь.
  Сыграть хотели свадьбу пышно,
  Жить, наконец, семьёй своей...
  И я уехал - так уж вышло -
  На несколько, я думал, дней.
  Но человек предполагает,
  Судьба же знает, как и что.
  Летели годы птичьей стаей,
  Унесшейся с моей мечтой.
  Прошло полжизни. Вот опять я
  На том же самом берегу.
  И та же речка. Но узнать я
  С трудом приметы мест могу.
  Лес вырублен. Бутылки, банки
  Кругом. Один лишь старый пень
  Знаком мне. Здесь мы спозаранку
  Сидели в тот последний день.
  Где ты теперь, не знаю. Впрочем,
  И поздно выяснять уже.
  Что было - нынче просто прочерк
  В судьбе, лишь след ещё в душе...
 
 

  Запах сирени
 
  Белые кисти махровой сирени
  Нежной рукой ты поставила в вазу.
  Я преклоню пред тобою колени -
  Этого в жизни не делал ни разу.
  Что происходит, не знаю, со мною.
  Просто какое-то здесь наважденье -
  Так я хочу, чтоб моею женою
  Стала ты, но наплывают сомненья:
  Вдруг засмеёшься ты или же даже
  Только посмотришь сурово и строго,
  И промолчишь, и тем самым откажешь -
  Может сказать мне твой взгляд очень много.
  ...Помню тот день я. И запах сирени.
  Сколько напрасных дней прожито мною!
  Так и не стал я тогда на колени.
  Так и не стала моей ты женою.
  Видел тебя я недавно случайно -
  В воздухе будто запахло сиренью.
  Время прошло, но по-прежнему тайна:
  Правильны ль были мои те сомненья...
 
 
  Нежданная встреча
 

 
  Видите, вдали сверкнула молния?
  Скоро мы услышим рокот грома.
  Я хотел бы, чтобы вы всё ж вспомнили,
  Что когда-то были мы знакомы.
  Пронеслись, как молния, когда-то вы
  И не помните той краткой встречи.
  Я же взгляда вашего бесстрастного
  Не забыл, как не забыл тот вечер.
  Я увидел вас в одной компании,
  Где я был тогда случайно тоже.
  Если б мне об этом знать заранее,
  Как-то приготовился б, быть может.
  Обратили б на меня внимание,
  Может, с интересом посмотрели
  На меня, назначил я б свидание -
  Всё ведь быть могло, на самом деле...
  Нет, не вышло ничего тем вечером.
  Вскоре вы ушли с каким-то парнем.
  Я тогда смирился - делать нечего,
  Но ваш образ сохранила память.
  Годы промелькнули, и нежданная
  Эта наша встреча нынче - праздник.
  Да, бывают в жизни вещи странные:
  Превосходные, плохие - разные.
  Наша встреча - превосходна. Сделана
  Запись в судьбах нам про это, значит.
  Так сбылись мои мечты несмелые.
  Знал я всё ж: быть не могло иначе.
  Слышите, уже гремит на севере?
  Сердце у меня грохочет тоже.
  Встретились мы, наконец, и верю я,
  Что ничто нас разлучить не сможет.
  Не страшны нам молнии житейские
  Будут, коль пойдём по жизни вместе.
  ...Не молчите, ну хотя б посмейтесь вы
  Над моей безмолвной этой песней.

Баллады

Беда


 
  Стоит в большой квартире тишина.
  Лишь слышатся порой сквозь стены глухо
  Мелодии Бетховена и Глюка,
  Да шум листвы доносит из окна.
 
  В большой квартире я теперь один.
  А раньше жизнь кипела здесь, и внуки
  Мне не давали умереть от скуки,
  А добавляли только лишь седин.
 
  Но время было чудное! Тогда
  Не понимал я: это было счастье,
  Когда бурлило всё с моим участьем,
  Когда ещё в дом не пришла беда.
 
  Такой же летний был в разгаре день,
  И так же ветер шелестел листвою...
  За что же так наказан я судьбою,
  Что жизнь моя ушла в глухую тень?
 
  Беда настигла! У меня теперь
  Нет никого из близких в этом мире,
  И тишина стоит в пустой квартире -
  Один в неё я открываю дверь.
 
  В душе, как и в квартире, пустота.
  Не знаю я, зачем живу на свете:
  Ни за кого не нужно быть в ответе,
  И жизнь моя до ужаса проста.
 
  Чем мозг занять и как его отвлечь
  От мыслей беспрерывных мрачной стаи?
  Мне тяжело, но даже избегаю
  Со старыми семьи друзьями встреч.
 
  Я видеть не могу людей! Когда
  Приходится мне выйти в магазины,
  Вновь чую чад металла и резины,
  Сгорающих... Пришла вот так беда...
 
  Двумя машинами мы собрались
  В соседний город (километров двести),
  Чтоб навестить сватов и с ними вместе
  С утра пойти на выставку Дали.
 
  Моя машина - старая, "жигуль".
  Семья тогда решила ехать с зятем
  На новом "форде". Мне хоть внуков взять бы!
  Но я один в машину сел за руль.
 
  Я ехал сзади и чуть-чуть отстал.
  За городом была развилка трассы.
  Вдруг сбоку - бензовоз. Своей он массой
  Смял "форд". И жизни наступил обвал...
 
  Огонь и взрыв... Ничем не мог помочь
  Своим родным... Я встал остолбенело.
  Тяжёлым чем-то и меня задело,
  И я свалился, погрузившись в ночь.
 
  Очнулся я в больнице. Осознать
  Случившееся долго был не в силах.
  Я верить не хотел! Лишь на могилах
  Семьи я смог всё, наконец, понять.
 
  И вот один на свете я, как перст,
  В квартире, где слышны сквозь стены глухо
  Мелодии Бетховена и Глюка -
  Как реквием. Да, жизнь - не благовест...
 
 

Друзья детства



 

 
  Огромный двор. Дома вокруг
  Постройки первых пятилеток.
  Там жил в одном из них мой друг,
  Мой однокашник, однолеток.
  Один мы посещали класс,
  В футбол играли вместе летом,
  И жизнь тогда была у нас
  Наполнена теплом и светом.
  Зимой ходили на каток,
  Из книжек набирались знаний.
  Не избежали мы в свой срок
  И школьных дружеских компаний.
  Нас девочки под патефон
  Усердно танцевать учили,
  И обеспечивал нам он
  Познанье танцевальных стилей.
  Прижаться к девичьим телам
  Невольно в вальсах и фокстротах
  Так было сверхприятно нам
  Во всех круженьях, разворотах!
  Движение природы в нас
  Охватывало, как стихия,
  И привели фокстрот и вальс
  К тому, что стал писать стихи я.
  Мы поступили с другом в вуз,
  Чтоб познавать наук начала,
  И наших крепких с другом уз
  Порвать ничто не предвещало.
  Но вдруг нагрянула беда:
  Влюбились мы в одну девицу.
  Не думалось мне никогда,
  Что так всё может получиться.
  Тогда и в нашей дружбе вдруг
  Возникла трещина большая.
  "Ты друг мне или же не друг?" -
  В сердцах друг друга вопрошали.
  Вконец рассорились потом
  Мы, каждый затаив обиду,
  Но при студентке той вдвоём
  Не подавали вовсе виду.
  А оказалось, что из нас
  Никто совсем ей был не нужен:
  При деньгах старый ловелас
  Девицы стал законным мужем.
  Ах, вдребезги разбита жизнь! -
  Сначала так мне показалось.
  Потом сказал себе: "Держись,
  К себе глупа, никчемна жалость.
  Она тебя почти дотла
  Уже разъела, будто плесень.
  Так закуси же удила
  И стань опять ты бодр и весел!".
  С трудом, но всё ж я сделал так.
  И я пошёл мириться с другом.
  Но тут опять попал впросак,
  Поскольку встретил только ругань.
  И разошлись мы на года.
  Разъехались потом работать.
  Но не хватало мне всегда,
  Везде, где б ни был я, чего-то.
  Бывал я в городе родном
  Не часто, к сожаленью, мало,
  Ходил в тот двор, смотрел на дом,
  И в памяти моей всплывало:
  И детство, и мой прежний друг,
  Студенческие годы, ссора...
  Давно я осознал - не вдруг -
  Всю глупость нашего с ним спора.
  ...Шли годы. Стало жить в стране
  Сложнее как-то, неуютно.
  Тогда и мысль пришла ко мне -
  Сначала походя и мутно -
  Уехать - к чёрту, хоть куда, -
  Чтоб жить спокойно, чтоб за внуков
  Мне не бояться, чтоб беда
  Вдруг не схватила их за руки.
  Потом окрепла мысль, и я
  Уехал, взяв семью, на Запад.
  Всё непривычно для меня
  Здесь было: люди, даже запах...
  Но сердцем я остался там,
  Где жизнь моя бурлила, била.
  Хоть уезжать решал я сам,
  Но многое там было мило.
  Опять шло время. Я узнал
  Случайно от своих знакомых -
  Такой есть новостей канал, -
  Что друг мой тоже уж не дома.
  Сказали мне: давно на Юг
  Уехал - точно, без сомненья.
  Как оказался прежний друг
  В Израиле, нет объясненья.
  Да Бог ты мой! Бежать куда
  И как - техническое дело.
  Ведь эмиграция всегда -
  Удел решительных и смелых.
  Как пережил он перелом
  Всей жизни на далёком Юге?
  Всё время думаю о нём,
  Мной не забытом прежнем друге.
  Я вспоминаю двор и дом,
  Стоит перед глазами детство,
  Футбол, каток... И мы вдвоём...
  От этого куда мне деться?
  Мой друг, прости, коль что не так,
  Коль виноват я пред тобою.
  Всё, что случилось, всё - пустяк,
  Принесен был он нам судьбою.
  Судьба не справедлива к нам
  Была, порушив нашу дружбу.
  Ты понимаешь это сам,
  Мне объяснять тебе не нужно.
  Осталось лишь желать добра
  Друг другу нам - теперь уместно:
  Вся наша жизнь - уже "вчера",
  А наше "завтра" неизвестно...
 

 
 
 
 
 
 

Романсы

Мне трудно без тебя


 

 

  Вновь под твоим окном
  стою я, замирая,
  Принёс в который раз
  охапку орхидей.
  Когда войду в твой дом,
  по-прежнему не знаю.
  Что разлучило нас
  на много-много дней?
 
  Что разлучило нас
  не смог понять тогда я.
  Что сделал, что сказал,
  возможно, невпопад?
  Хотел бы я сейчас,
  любимая, родная,
  Смотреть тебе в глаза,
  как много дней назад.
 
  Как мне вернуть назад
  счастливых дней теченье?
  Подай какой-то знак,
  хоть что-то подскажи...
  Любимые глаза
  и рук прикосновенья -
  Без них мне трудно так,
  без них мне не прожить.
 
  Мне трудно без тебя!
  Стою часами снова
  Я под твоим окном
  с охапкой орхидей.
  Страдая и любя,
  заветного жду слова,
  Чтоб вновь войти в твой дом
  и в радость прежних дней.
 
  Верни меня в свой дом
  и в радость прежних дней!
 

Не начатый роман


 
 

  Сиренев дымок сигарет
  В лучах заходящего солнца.
  Прохладен слабеющий свет,
  Но жгут обручальные кольца.
 
  Глазами сказала ты "нет",
  Хоть я не промолвил ни слова.
  Нам выпал счастливый билет,
  Но нет, не начать нам всё снова.
 
  Нам трудно забыть, что давно
  Мы связаны семьями каждый.
  Любви молодое вино
  Напрасно быть выпитым жаждет.
 
  Нам всё отравляет обман,
  Колец беспрестанное жженье...
  Не начатый этот роман
  Не будет иметь продолженья.
 
  Порвали мы в счастье билет,
  Но в сердце навек остаётся
  Дымок от твоих сигарет
  В лучах заходящего солнца.
 
 

  Любимый фокстрот
 

 
  Вот дождь отстучал по крышам.
  Чуть высох асфальт - и вот
  Вновь в парке осеннем слышен
  Любимый наш фокстрот.
  Пойдём, подойдём поближе -
  Приятен нам этот путь:
  Знакомый фокстрот, любимый фокстрот -
  Нас в юность он смог вернуть.
  Нас в юность он смог хоть на час вернуть.
 
  В тот давний ветреный вечер,
  Ты помнишь, наверно, как
  Тебе на зябкие плечи
  Накинул я пиджак.
  И в первую нашу встречу
  Мы танцевали с тобой.
  Фокстрот сделал так, сумел сделать так,
  Что нашей он стал судьбой.
  Фокстрот для нас счастливой стал судьбой.
 
  Пусть годы прошли, но в душах
  Мелодия та живёт.
  Давай, дорогая, слушать
  Любимый наш фокстрот.
  Для нас, дорогая, лучше
  Нет музыки, и вдвоём
  Не первый уж год, который уж год
  На праздник сюда идём.
  На праздник наших душ мы вновь идём.
 
 

  Твои глаза
 
 

  К утру рисует свой узор
  На окнах наших иней.
  Но твой меня ласкает взор -
  Взор глаз небесно-синих.
  Твои прекрасные глаза!
  Твои глаза - любви свершенье.
  Лазурь в них, небо, бирюза,
  Моё в них отраженье.
  Вселенной я могу сказать:
  В твоих глазах - её безбрежность.
  Прелестнейшим твоим глазам -
  Моя любовь и нежность.
  А дни проходят чередой,
  Мелькают, как мгновенья.
  Не в силах я, когда с тобой,
  Следить за их теченьем.
  А на дворе уже зима
  Покровом замела всё снежным.
  Но сводишь ты меня с ума
  Одним лишь взглядом нежным.
  О, этот твой лукавый взгляд!
  На свете нет его чудесней.
  Его вбирать в себя я рад,
  Звучит во мне он песней.
  Пускай морозно за окном,
  Пусть там бушует вьюга,
  Мы наслаждаемся теплом -
  Тепло нам друг от друга.
  Твои глаза навечно пусть
  Теплом наполнятся и лаской.
  Забудем, что такое грусть,
  И жизнь представим сказкой.
  Попробуем не второпях
  Читать с тобою сказку эту.
  А я тону в твоих глазах,
  И лучше сказки нету!
 
 
 

 
  Розовый цвет
 
  Сегодня ты в розовом платье
  Пришла на свиданье ко мне.
  Сегодня решился сказать я,
  Что вижу тебя я во сне,
  Что сны эти - как наводненье:
  Тону с головою в тебе.
  Ты можешь развеять сомненья
  О нашей дальнейшей судьбе.
 
  Припев.
  Розовый цвет,
  Весенний цвет вишен.
  Я твой ответ
  Хотел бы услышать.
  Да или нет?
  Дай мне ответ.
  Дай мне ответ!
 
  Хоть знаем друг друга давно мы
  И общего много у нас,
  Что скажет в ответ мне знакомый
  Взгляд ясных твоих серых глаз?
  Дорожки весеннего сада
  Куда приведут нас, куда?
  Сегодня решиться мне надо.
  Надеюсь, что скажешь ты "да".
 
  Припев.
 
 
 
 
 
 
 
 

 
 
 

 
 
 
 
 
 
  Крылья любви
  Любимый мой, я так тебя ждала,
  Тебя увидеть я хотела страстно.
  Когда мы вместе, мы - как два крыла
  Большой любви, которой всё подвластно.
  Как птица не живёт с одним крылом,
  Так и любовь не может быть бескрылой.
  Когда я без тебя, то пуст наш дом,
  И всё вокруг уныло и постыло.
 
  Как трудно быть одним любви крылом,
  Когда другое где-то в отдаленье!
  Как крылья хрупки, коль мы не вдвоём,
  Как крылья крепнут вдруг в одно мгновенье,
  Когда объединятся два крыла
  Одной любви, большой любви меж нами!
  Да, не напрасно я тебя ждала -
  Ждала тебя бессонными ночами.
 
  Мы вместе редко, но тогда любовь -
  Взрывная страсть, полёт и вдохновенье...
  Мне остаётся ждать тебя, чтоб вновь
  Нам радоваться каждому мгновенью.
  Любимый мой, тебя я жду всегда.
  С тобой моё крыло любви упруго.
  Но дни идут. Бегут, летят года...
  Нам трудно жить, нельзя нам друг без друга!
 
 
 
 
 
 
 
 
  Ты уходишь...
  Пускай морозно за окном,
  Пусть там бушуют ветер, вьюга,
  Сегодня мы с тобой вдвоём,
  Я счастлива, как никогда.
  От всяких жизненных невзгод
  Могли б мы уберечь друг друга,
  Но дней таких - наперечёт,
  А ведь идут, бегут года...
  Мы от житейских всех невзгод
  Сегодня бережём друг друга,
  Но дней таких - наперечёт,
  А ведь бегут года.
 
  Приходишь и уходишь вновь -
  В мороз, в жару, под дождь и в слякоть.
  Мерцает свечкою любовь,
  И с нею в жизни мне светлей.
  Когда опять пустеет дом,
  Мне хочется кричать и плакать.
  Но улыбаюсь я с трудом,
  С тобой прощаясь у дверей.
  Уходишь ты, пустеет дом,
  Ну, как при этом мне не плакать?
  Но улыбаюсь я с трудом,
  Прощаясь у дверей.
 
  Когда же снова ты придёшь -
  Придёшь, не уходя в безвестность?
  Мне недосказанность и ложь
  Уже не вынести подчас.
  И так щемит, щемит в груди -
  Становится там сердцу тесно...
  Как долго будет впереди
  Свеча любви гореть у нас?
  О, как щемит давно в груди!
  О, как уже там сердцу тесно!
  Как долго будет впереди
  Гореть любовь у нас?

Юмористические строки


 

 
  Хочу стать Робинзоном

(песенка)


 

  Во многих странах я бывал,
  И там любовь я познавал
  Гречанок, финок, немок,
  Бесхитростных туземок.
 
  Но вдруг я, бравый капитан,
  Женился - и попал в капкан!
  Жену люблю, лелею,
  Но ох как трудно с нею!
 
  Припев.
  Один был Пятница - слуга
  У Робинзона-моряка.
  А здесь же, в самом деле,
  Семь пятниц на неделе.
  То ей в кино, то на балет,
  То скажет "да", то скажет "нет".
  Все эти "нет" и "да" -
  Ну, просто для меня беда.
  От этих "нет" и "да"
  Не скрыться никуда.
 
  Проходят дни, бегут года,
  И хочется мне иногда
  Найти пустынный остров,
  Чтоб жить легко и просто.
 
  Я жил бы там, как Робинзон,
  Нашёл бы Пятницу, как он...
  Увы, так не сумею -
  Мне не расстаться с нею!
 
  Припев.
 
  Всё лишь мечты, всё только сны...
  Куда я денусь от жены?
  Выдерживаю еле
  Семь пятниц на неделе...
 

 
  Гардины
 
 

  "Пора бы постирать гардины, -
  Сказала мне жена однажды. -
  Твои ведь скоро именины,
  Чтоб было чисто - очень важно".
  Стоит стиральная машина,
  И постирать весьма несложно.
  Чтоб были чистыми гардины,
  Её включить сейчас же можно.
  Но лезть под потолок за ними
  Не хочется - ну, хоть ты тресни!
  Вот сын придёт, гардины снимет -
  Совсем другая это песня.
  Так и сказал жене тогда я.
  Но ждать ей не хотелось сына,
  И сразу же, меня ругая,
  Сама решила снять гардины.
  Но тут во мне проснулась совесть:
  Под потолок влез без отсрочки.
  Создать хотел об этом повесть,
  Но написал вот эти строчки...
 

  Отец и сын

(дополнение к биографии Евгения Сазонова,

придуманного авторами "Клуба "Двенадцати стульев"

"Литературной газеты",

и написанное размером "Евгения Онегина")


 
 

 
  Пора! Пора через газету
  Нам тайну давнюю раскрыть...
  С рождения бродил по свету,
  Его стараясь - может быть,
  Не сознавая сложность дела -
  Постигнуть и довольно смело
  Исследуя людей и быт,
  Мужая, некий эрудит.
  Что - некий? Нет! Он наш знакомый.
  Сейчас он спутник наш и друг.
  Он входит в наш семейный круг:
  Он в каждом доме - просто дома,
  Всегда по средам - тут как тут.
  Евгением его зовут.
 
  Конечно, милый наш читатель,
  Понятно без дальнейших слов,
  Что это - автор (нет, создатель!)
  Романа века; что готов
  Любой из нас быть верным пажем
  Мудрейшего всю жизнь; что даже
  И нет иных желаний - ведь
  Он душелюб и людовед.
  Парадоксален он, но точен.
  Умён. Язвителен. Глубок.
  Широк. Неординарен. Строг.
  А стиль? Ну, прямо - очень-очень!..
  И всё ж носитель тайны он.
  В чём тайна? От кого рождён!
 
  Да, не Сазонов наш Евгений:
  Из скромности взят псевдоним.
  Но чьи ж заложены в нём гены,
  Что мощно управляют им?
  Эх, недогадливый читатель!
  Твоей души завоеватель
  Был назван для широких масс
  По отчеству хотя бы раз? -
  Скажи. Вот в этом суть вопроса!
  Скрывая правду от тебя,
  Старались мы, его любя,
  Чтоб не взглянул кто-либо косо
  И не излил холодный душ
  На чародея наших душ.
 
  Но время шло, стекая в Лету,
  И мэтр любезно разрешил
  Открыть ту тайну белу свету,
  Что он - Остапович; что был
  Рождён он вследствие той страсти,
  Хотел которой, как напасти,
  Великий Бендер избежать,
  Когда пытался он сбежать
  От Грицацуевой навеки,
  Но был (того в романе нет)
  Настигнут и... оставил след.
  Что делать - все мы человеки...
  Случился вот такой пассаж -
  И в мир вошёл кудесник наш.
 
  Он сам пробил себе дорогу
  В сегодня. Именем отца
  Не прикрываясь, понемногу
  Стал тем, кто своего лица
  Не общим выраженьем ныне
  Нас поражает. Что-то в сыне,
  Конечно, и отцово есть.
  Не ясно только, это - честь
  Отцу ли? Сыну ли? Евгений
  Остапович гордится всё ж,
  Что на отца одним похож:
  Любой из них - почти что гений.
  ...Читатель!
  Больше тайны нет.
  Цени обоих - наш совет.
 

 
 
 
 
 
  Автоэпиграмма пародиста
 
  Чужими мыслями питаясь,
  Используя чужой словарь,
  Я пародировать пытаюсь,
  Как пародировали встарь.
 
  Но время настаёт иное -
  Достаточно ль "хи-хи", "ха-ха"?
  И всё написанное мною -
  Не более чем чепуха?
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"