- Алё! Это невский хлеб?! - это в пять то утра. Мой организм разбит и стонет. Морфей хмуриться.
- Нет, - хрипло отвечаю и валюсь в постель.
Часов в двенадцать утра (для меня раннее) вновь звонок.
- Невский хлеб?
- Невский морг, - в сердцах кричу и слышу, как человек сползает.
- Ой, извините...
С нашей старой АТС случилась беда. Все звонки перемешались. Беру тут трубку и слышу:
- ...Ах ты мразь! Положи трубку! Вот гадюка какая!
Молчу.
- Я тебе говорю, положь трубку. Шпиндель не докрученный!
- Ну и старушка, - думаю, аккуратно кладу трубку. Потом резко прикладываю к уху, слышу:
- Ты опять?!!! Сейчас зенки то повыкалываю!
Я лихорадочно жму на сброс. После некоторого кряхтения гудок восстанавливается....
А сегодня поднимаю, слышу недовольный скрипучий женский голос:
- ...Нет, это не дело! Нам как аон поставили, так и пошло поехало. Надо к Зинке сходить, она на АТС работает..., - и вдруг неожиданно грустно: - Ну, Барсик, Барсик... Барсик то... его назвали...то. А вот второго как назвать, не знаем...
- Ну... Баксик. Баксик назовите, - послышался другой женский голос. Я, не выдержав, засмеялся. Женщины затихли...
Звоню знакомому:
- Здравствуйте, а Костю можно?
- А Костя умер, - слышу мужской довольный голос.
И возмущённый женский рядом:
- "Ты как про сына говоришь?"
- Нечего шляться, где ни попадя...
Кладу трубку.
В четверг я случайно уронил телефон с пятого этажа. Нехотя спустился вниз и грустно собрал осколочки своего больного аппарата. Принёс своему брату и требовательно попросил:
- Почини!
- Что? - брат удивленно прищурился, с презрением посмотрел на мои уши: - Может тебе водки ещё налить?!
- Налей, - говорю.
Брат от возмущения фыркнул. Но я вовремя, властным жестом остановил его нецензурный монолог и произнёс сакраментальную фразу:
- Я тебе в компьютер дам поиграть!
Не знаю, почему у многих неладные отношения. У нас с братом всё отлично...
Хотел доступно выяснить очевидные вещи. Потянулся, конечно, к электрическому нашему ушку. И, как всегда, вместо благополучного гудка слышу голоса. Скрипучая, взволнованная старушка в захлёб объясняет другой помоложе:
- Бедный он бедный...
- Бедный...
- Представляешь и в тюрьму пошёл...
- Пошёл...
- А отец то его подлый какой!!
- Да, отец...
- Просто, как в жизни складывается. Нежданно не гадано.
- Да, да.
- А жена то его стерва!
- Ох, жена, жена...
- Редкостный мужчина, какой мужчина.... - (восхищённо).
- Да, мужчина...
- А Марианна?!!
- Родила!
- Хороший сериал!
- Да, да! Отличный!
Три дня восстановленный аппаратик без эксцессов пролежал. Звонок, долгий, надоедливый. Поднимаю, склеенную синей изолентой, трубку, слышу горячий, южный голос:
- Аллё....
- Да.
- Чемды.
- Чемды, - отвечаю.
- А салам, хаскуднда чекосмнеа.
- Уат? - (обычно на иноземный я отвечаю иноземным).
- А ета что за теле-ефон?
- Мм, - задумчиво мычу.
- Ето - 267 12 05?
- Нет!! - разъярённо рычу в трубку. Голос дефектно извинился и испуганно провалился в небытие...
"Да....", - думаю. Был случай, когда такому вот чемдыстанцу, на его совершенное нежелание говорить по русски, я выдал долгий монотонный текст на немецком я зыке, который удалось выучить ещё в школе, наизусть... Учительница была страшно удивлена, когда я его слово в слово довольный, как котяра, протараторил. Ещё спросила, понял я хоть сам-то, что говорил. Я ответил почти честно. Многие слова так и остались для меня неопознанными. Как сейчас помню:... Их глаубэ дас ист хойте...
Теперь и не знаю верить ли. Он как снова заверещал, я недоверчиво посмотрел на разбитую жизнью поверхность. Всё-таки поднял. Послышался хитрый детский голос "Алле..."
- Да, - отвечаю. Голос, как появился, так и исчез. Что-то скрипнуло. Нежным сексапильным голосом заговорили: - Здравствуйте, вы позвонили в милицию. Сейчас все операторы заняты, подождите..... вечность! Я очумело бросил трубку. Я позвонил?!! Да у меня и циклодола то нет! Врут твари! Телефон если повесить на окно будет, как ушастый стекольщик..... да, смешно... Пора спать, чемды.