...Капель, как дождь, шумела с крыши - тебе казалось, в полумрак.
А небо пряталось, как мыши в часах, идущих просто так.
Входили дождь или зарница, местами внятный листопад -
Капель, как звонкая столица, гранила стрельчатый закат.
Ей не сиделось в полумраке - к самой себе, что не в себе.
За дятлом бегали собаки, как будто сторож был в гульбе.
Деревьев стулья гнутой спинкой вносили хаос проводов
На расходившихся тропинках кошмар сходящихся следов.
Капели шпоры были впору - скакать как дятел от собак,
Чтоб обскакать всю эту свору за дятлом лающих собак,
Чтоб в игры сумерек несмело прокрался колкий полумрак,
И сердце билось, как умело, и разбивалось просто так...
Так, утонув свинцовой грустью, ты погребен был навсегда
В угрюмой толще захолустья, как мамонт в вечном слое льда.
Так, в одиночестве лютуя, сходили от любви с ума
В капель - дрожащий звон впустую, в пустую грязь, где скоро тьма.
И простирали руки горю, и била звонкая вода...
Дороги выводили к морю - и забывали навсегда.
Живое покидало берег, в просторе обретая цель.
Льда разбивались колыбели, услышав вечную капель.
И перед ширью невозможной, обняв гудящие виски,
Ты плакал - мертвый и ничтожный, как фотография тоски!
Душило крыльями печали, столетий настигала мгла
И погребала крики чаек в дубовом ящике стола.