И чего только человек так поспать любит? Ведь во сне он только и делает, что лежит с закрытыми глазами. Ничего не ест из деликатесов, не плавает в теплом море, не выигрывает в лотерею миллионы. А если и выигрывает, то проснется - нет их, расстройство одно. А меж тем, некоторые умудряются провести во сне треть своей биографии. И хорошо еще, если вам снится, что ваш начальник делает влажную уборку в вашей квартире, а его жена в это время готовит вам завтрак в постель. Но есть и такие, что всю свою лучшую треть своей биографии во сне горе мыкают: им кошмары по ночам являются.
Мой сосед, Валентин, именно из таких. Вечно дерганый, как будто постоянно слышит сигнал воздушной тревоги. Я на это сразу внимание обратил.
- Сплю неспокойно, - пожаловался он мне как-то. - Который уж год один и тот же кошмар снится. Прыгаю с парашютом, а за кольцо дергаю - тут же и просыпаюсь. Глаза закрою, засну - опять все по-новой.
Он с этим острым случаем даже к психиатру обращался. Я, помню, поинтересовался еще:
- И как же этот психиатр тебя лечит? Молоточком по коленкам, небось, стучит?
- Зачем молоточком? - даже обиделся Валентин на такие глупости. - Он ищет основную причину кошмара.
- И как он ее ищет? - заинтересовался я.
- Он говорит, что корни всех кошмаров у человека кроются в его счастливом детстве. Я ему уже третий сеанс рассказываю про свою жизнь, начиная с пеленок. Мы с ним пока еще только до школы дошли.
- И много он берет за такое? - спрашиваю.
- Да уж, прилично... - вздыхает Валентин.
- Сосед, ты как-нибудь зайди и ко мне, - едва не рассмеялся я. - Возьмем водочки, посидим как люди, и я про твое детство совершенно бесплатно выслушаю, хоть с пеленок, хоть с утробы.
Однако мне Валентин про свое счастливое детство рассказывать почему-то не захотел. Зато через неделю встретил меня во дворе счастливый:
- Вылечусь я скоро, сосед! Возможно, прямо сегодня.
- Ну да?
- Повезло мне, - принялся он взахлеб делиться своей радостью. - К нам в город светило из Москвы приехал. Профессор по самым выдающимся психам. Голова, что мяч футбольный. Он как выслушал меня, сразу сообразил, какое лечение требуется.
- Операция, что ли?
- Зачем операция? Он же не ветеринар. Психиатрия - наука тонкая: тут никаких скальпелей не допускается.
- И что же тогда за лечение?
- Он говорит, что случай у меня, оказывается, довольно распространенный, и многократно описан в популярной медицинской литературе. Говорит, мне следует принять на ночь две таблетки снотворного, или даже три, тогда, говорит, я уж точно не проснусь.
- В каком смысле? - не понял я.
- Ну, не проснусь, когда буду во сне за кольцо дергать. Говорит, приземлишься, и больше тебя ДОСААФ беспокоить не будет.
Встречаю его через неделю - что-то совсем плохой сосед стал. Лицо, как вареная сыроежка. Идет, и даже без ветра шатается.
- Ну, как дела? - спрашиваю.
- Разбился я... - тяжело выдохнул сосед. - Присоветовал, профессор чертов.
- Как разбился?
- Во сне разбился. Дернул за кольцо, а парашют не раскрылся. Теперь каждую ночь это вижу. Просыпаюсь в холодном поту, а как только засну - снова бьюсь. За ночь раз пять-шесть успеваю разбиться.
- А профессор что говорит?
- Да ну его... Говорит: "Вы, наверно, батенька, помещение перед сном не проветрили, так что не удивительно, что в спертом воздухе вы и разбились. Случай, говорит, довольно распространенный, и многократно описан в литературе". А я, между прочим, для безопасности полетов уже третий день на балконе сплю, а все равно бьюсь.
Я уж говорю соседу:
- Валентин, ты б, ей-богу, за женщиной, что ли, во сне приударил, на рыбалку бы съездил, пельменей бы, на худой конец, под водочку навернул. Какого лешего тебя все время в небо тянет?
А он на это только руками разводит.
И неизвестно, чем бы это все закончилось, - может, затяжные прыжки совсем бы соседа моего в гроб свели, если бы однажды я не излечил его от этой напасти. Зашел к нему, помню, как-то вечером. Посидели, выпили. Он, конечно, снова про свои кошмары завелся. И тут до меня дошло - взял я губную помаду жены его, и написал над диваном крупно, прямо на обоях:
"Занятия парашютистов сегодня отменяются из-за нелетной погоды.
Администрация аэроклуба".
Он теперь каждый день это объявление перед сном раза два вслух читает, и с тех пор ничего страшней пельменей и женщин ему уже не снится.