Breanie
A Second Chance. Часть 1

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:

    МакГонагалл освобождает Сириуса из тюрьмы на четвертом курсе его заключения в Азкабане. Сириус берет Гарри под свою опеку. Дошкольные годы Гарри. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЭТОТ ФАНФИК СОДЕРЖИТ СЕКСУАЛЬНЫЕ СЦЕНЫ И НАСИЛИЕ. ПОДХОДИТ ДЛЯ ДЕТЕЙ ОТ 18 ЛЕТ. Некоторые сцены насилия и интимного содержания были обезврежены или опущены

  https://archiveofourown.org/works/16237082/chapters/37957664
  
  
  ASecondChance
  Breanie
  
  Что, если бы Сириус не провел двенадцать лет в тюрьме, а предстал перед судом через четыре года? Следите за историей Сириуса Блэка, когда он узнает, что значит быть отцом/братом/опекуном своего юного крестника, а также за историей Гарри Поттера, маленького мальчика с любящей семьей, который узнает о Мародёрах от двух мужчин, которые должны были поднять его. М на потом. Возможный Хинни.
   'Внимание! При переводе данного фанфика и всей серии в целом вырезаны отдельные сцены откровенного сексуального характера и эпизоды повышенной жестокости. Основной сюжет, развитие отношений и мотивация персонажей сохранены без искажений. Правки сделаны для соответствия возрастным ограничениям и доступности более широкой аудитории'
  Глава 1: Эпизод, где они были мертвы
  Это просто кое-что, что я начала (еще в феврале 2018 года) из-за того, что в последнее время я видела много постов на Tumblr в своей ленте о том, насколько лучше была бы жизнь Гарри, если бы он вырос Сириусом и/или Римусом, каким он должен был быть. Кто-то выложил этот очаровательный фан-арт, на котором Сириус едет на своем мотоцикле с малышом Гарри на детском мотоцикле, и я просто подумала: о Боже, я так этого хочу! Очевидно, что это во многом альтернативная вселенная, поскольку Гарри не был воспитан Сириусом, но это начало истории, и я стараюсь придерживаться канона настолько, насколько могу, а также нет; так что это альтернативная вселенная, но также соответствующая полуканонам, если это имеет смысл?
  Он имеет рейтинг M из-за языка, насилия и сексуальных сцен, которые будут присутствовать в истории позже.
  Это будет история Сириуса Блэка и Гарри Поттера, которую я считаю важным упомянуть. Речь идет о том, как они находят друг друга; как Гарри узнает о Мародёрах; и чем отличается его жизнь. Эта история о Сириусе и Гарри, а также о Римусе Люпине. В конце концов, это будет фик о Хинни, поскольку это то, о чем я люблю писать, и это моя любимая пара во вселенной Гарри Поттера, не считая Джили и Ремадоры. Он строится медленно и долго, и я думаю, стоит подождать (по крайней мере, я на это надеюсь).
  текст:
  Они были мертвы.
  Они оба были мертвы, и это была его вина.
  Он не плакал. В нем не осталось слез, чтобы плакать. Он не рассердился; именно этим он и занимался неделями, ударяя кулаками по камням до тех пор, пока костяшки пальцев не покрылись кровью; пока его пальцы не были сломаны, но боль никогда не беспокоила его. Он машинально ел, пока целитель чинил ему руки, и на следующий день снова ударил по камню стен. И снова попытка почувствовать что-нибудь... что угодно.
  Он закричал. Он кричал, что невиновен. Он угрожал убить своего бывшего лучшего друга, своего брата. Но это было зря.
  Все это было зря.
  Он был тем, кого предали; шпионом, которым не был. Он был виновен в глазах всего мира, и ничто из того, что он мог сказать, не могло это изменить.
  И все равно никто не слушал.
  Сначала он думал, что он хотя бы придет. Его лучший друг; тот, кому он доверял больше всего, кроме того, кто был его кровным братом. Тот, для кого он хранил секреты. Тот, кто был так благодарен и сбит с толку тем, почему они вообще называли его другом и, в первую очередь, братом.
  Но он так и не пришел.
  Он тоже считал себя виновным; что он был таким же, как семья, от которой он так старался сбежать.
  Дни превратились в недели, которые превратились в месяцы. Он шагал; он побежал на месте; он часами отжимался и приседал; думал сделать петлю из своей тонкой потрепанной простыни и просто покончить с ней, пока ярость не поглотит его снова. Он не собирался покончить с собой; не в то время как он был там, действительно виновная сторона. Шпион. Того, кого он когда-то называл другом и братом.
  Он был виновен.
  Он был невиновен.
  Он был виновен.
  Он ходил по камере взад и вперед, насколько позволяли решетки; туда и обратно, каждое утро отмечая дни, когда он просыпался. Он спал как собака; проснулся, чтобы съесть кашу, которую они называли овсянкой; один час отжиманий; один час приседаний... "держи тело в дисциплине, держи разум в здравом уме", повторял он себе. Он спал в виде собаки; просыпался, чтобы съесть кашу, которую они называли тушеным мясом, и когда первая волна несчастных воспоминаний охватила его тело, он трансформировался и скулил в углу.
  К третьему году его распорядок превратился в науку. Никто не говорил с ним. Раз в месяц к нему приезжал целитель; давал ему помыться миской с теплой водой и вытереться чистой тканью. Целитель не говорил ни слова, и высасывающие душу существа парили вокруг, пока целитель дрожал, ожидая, когда он закончит, чтобы он мог уйти. В тот момент, когда целитель ушел, он снова становился собакой.
  Когда он начал отсчет до четвертого года, он знал, что умрет в одиночестве в этой самой камере. Никто никогда не узнает, что его старый друг был настоящим предателем; настоящим, чтобы обмануть тех, кто заботился о нем.
  Никто никогда не узнает его историю.
  Месяцы тянулись в тот первый год, и его слабое влияние на собственное здравомыслие начало ускользать от него, когда он считал дни, вонзая камень в каменые стены, чтобы подсчитать дни своего приговора.
  В свой двадцать третий день рождения он провел день в кошмарах; воспоминания о женщине, которую он называл матерью, держащей над ним свою палочку и говорящей ему, какой он никчемный; каким бесхребетным и недостойным он должен был быть в Древнейшем и Благороднейшем ДомеБлэков. Он заново пережил ощущение проклятия пыток, увидев, как его мать держит палочку; снова пережил боль от ремня, которым его отец ударил его по спине, и когда он услышал собственные крики, эхом отдающиеся в каменной камере, он царапал камень до крови.
  Ко второму году он заставил себя трансформироваться в тот момент, когда воспоминания всплывали на поверхность. Он заставил себя думать о счастливых мыслях, но не мог вспомнить ни одной. Был ли он когда-нибудь по-настоящему счастлив? Он был невиновен. Это не было радостной мыслью, но и не несчастной, поэтому они не могли отнять ее у него. Он не убивал тех людей, правда. Но можно ли считать его невиновным?
  Это его вина, что они погибли. Его решение. Его глупая ошибка.
  Он был невиновен.
  - Сириус?
  Голос звучал чуждо, почти слишком далеко. Он узнал шотландский акцент, но не мог определить его местонахождение. Никто не разговаривал с ним четыре года, шесть месяцев и семнадцать дней. Это его имя? В голове у него гудело, но впервые за день было ясно, что существа, высасывающие души, дистанцировались, по крайней мере частично, от его камеры.
  - Сириус Блэк?
  Теперь его внимание привлекла нерешительность в голосе, и он понял, что это не воспоминание; кто-то действительно разговаривал с ним.
  Кто-то был вне его камеры.
  Он двинулся к решетке, длинные тонкие пальцы сжимали железо, и его серые глаза с синяками по краям встретились с карими глазами-бусинками за квадратными очками, которые он так хорошо знал, и его сердце остановилось при виде их.
  - Минни? - хрипло прошептал он, и старое прозвище выскользнуло из его памяти прежде, чем он осознал это.
  Карие глаза преувеличенно посмотрели на него, и впервые за четыре года, шесть месяцев и семнадцать дней он почувствовал, как к горлу подступает смех.
  - Сириус, - тихо сказала она, беря его ледяные руки, крепко сжимавшие железные прутья.
  - Ты помнишь меня? Я беспокоилась, что могла опоздать. Целитель сказал... неважно. Ты меня знаешь.
  Он покачал головой, расчищая паутину, которая там задержалась.
  - Да, - грубо сказал он. - Почему вы здесь, профессор?
  Ее глаза выглядели грустными, когда она крепко сжала его руки там, где они были сжаты вокруг прутьев.
  - Мне жаль, что это заняло так много времени, Сириус. Мне очень жаль, но ты наконец-то предстанешь перед судом. Судом, чтобы доказать твою невиновность.
  Его темно-серые глаза в шоке встретились с ее.
  - Что?
  - Я ни на секунду не верю, что ты предал Джеймса и Лили, Сириус. Я никогда не верила. Джеймс был тебе как брат, а ты... ты любил этого маленького мальчика...
  Сириус фыркнул, его пальцы сжали ее, когда он понял, что она говорит.
  - Ты веришь, что я убил тринадцать человек на многолюдной улице, но я не предавал своих лучших друзей. Интересное у тебя мнение обо мне, Минни, моя дорогая.
  - Сириус, - повторила она тихим и строгим голосом.
  - Я считаю, что ты невиновен, и я вела кампанию за твое освобождение с того момента, как ты был арестован. Наконец, министр прислушался к моим словам и согласился устроитьтебе суд, который тебе должны были дать годы назад. Это будет через три дня.
  Сириус нежно сжал ее пальцы.
  - Я невиновен, Минни. Я бы никогда не предал их, никогда!
  МакГонагалл кивнула, улыбаясь ему.
  - Я знаю. Увидимся через три дня, Сириус. Я болею за тебя.
  Глядя, как она уходит, он снова почувствовал, как тьма сжимает его, и отошел от решетки, прислонившись спиной к прохладному камню.
  Четыре года, шесть месяцев, семнадцать дней - но его ждал суд.
  Глава 2: Эпизод, в котором крыса вылезла из мешка
  Там не было никаких упоминаний о палочке Сириуса Блэка (насколько я знаю по состоянию на 2018 год), поэтому я придумала свою собственную. Примите это. Я проголосовала за волосы из хвоста единорога, потому что волосы единорога производят самую последовательную магию, наименее подверженную колебаниям и блокировкам, труднее всего обратиться к Темным искусствам и самую верную из всех палочек. И мне очень понравилось описание кизила: "Кизиловые палочки причудливы и озорны; они имеют игривый характер и настаивают на партнерах, которые могут предоставить им простор для волнения и веселья. Однако было бы совершенно неправильно делать из этого вывод, что кизиловыепалочки не способны к серьезному волшебству, когда для этого требуется; известно, что они способны выполнять выдающиеся заклинания в сложных условиях, а в сочетании с достаточно умной и изобретательной ведьмой или волшебником могут создавать ослепительные чары. -вербальные заклинания, и они часто бывают довольно шумными".
  
   Для меня это было так похоже на Сириуса Блэка.
  Суд начинается.
  Я всегда считала Крауча в своем уме плохим парнем - как можно арестовать кого-то, не предав его суду? У него, конечно, были благие намерения, он пытался остановить Пожирателей Смерти и пытался спасти мир, но иногда вам нужно услышать всю историю целиком, а иногда вы должны признать, что вы неправы.
  Кроме того, у меня есть главный канон, согласно которому МакГонагалл всегда была рядом с Сириусом, как вторая мать (Юфимия Поттер, очевидно, была самой важной матерью в его жизни), но я всегда чувствовала, что МакГонагалл любила его как сына. Она была рядом, когда он нуждался в ней; она уважала его, а он ее. Она знала, из какого ужасного дома он появился, и дала ему понять, что всегда была рядом, если ему нужно было о чем-то поговорить, поэтому она так опустошена в Узнике Азкабана, когда рассказывает историю о Сириусе в Три метлы.
  Итак, в моей истории - она его Единственный Истинный Защитник.
  Кроме того, я знаю, что Крауч был переведен в Департамент магического сотрудничества в 1982 году из-за суда над его собственным сыном, но я чувствовала, что в этом случае (и поскольку он был тем аврором, который посадил Сириуса), он сможет вести суд с полномочиями - просто не с ПОЛНЫМИ полномочиями.
  Для меня большая честь, что вам понравилась моя серия "Начало", и я надеюсь, что вам очень понравится эта новая, так как я обещаю, что она будет интересной! Я загружаю так быстро только потому, что у меня уже написаны первые пятнадцать глав! Я планирую представить Невилла, хотя не совсем уверен, когда, и да, Гарри встретится с МакГонагалл. Для меня большая честь, что вы уже зацепились после одной главы, и я надеюсь, что она вам понравится и дальше! Они двигаются медленно, но справедливость восторжествует для нашего дорогого Сириуса. Обещаю, мы встретимся с Джинни раньше! Я не знаю, пройду ли я через Хогвартс, потому что у меня есть идея остановиться и сделать прыжок во времени или продолжение... посмотрим, куда это меня приведет. Благодарю вас!
  текст
  22 апреля 1986 года...
  К нему в камеру пришел аврор, известный как Аластор "Грозный Глаз" Грюм, который прибыл через три дня. Палочка аврора разблокировала его решетку только для того, чтобы снова запереть его в цепи вместе с дементором, который должен был следовать за ними в Министерство магии для своего суда. Ему стало плохо, когда дементор коснулся его, и в тот момент, когда они вошли в круглый зал суда, где должен был состояться суд, его вырвало. Он даже не знал, что в его организме было чем блевать, но его все равно вырвало.
  Грюм, обмякший из-за своей деревянной ноги, потянулся, чтобы щелкнуть цепями на запястьях и лодыжках Сириуса, заперев его в железной подвесной клетке посреди комнаты. Сириус вздохнул с облегчением, когда дементор отступил назад. Его глаза бегали по комнате, глядя на полное собрание Визенгамота перед ним. Он чувствовал, как темные глаза его тети Друэллы впиваются в него с общественной галереи, и отказывался смотреть ей в глаза. Но он действительно задавался вопросом, почему она потащилась на его суд и почему его дорогая мать не была здесь, чтобы попросить их бросить его обратно и выбросить ключ. Но он был благодарен, что не видел ее все равно. Она будет последним, кто поддержит его в этой борьбе за очищение его имени.
  Дамблдор сидел перед ним, как Верховный чародей, и МакГонагалл сидела на общественной галерее, что немного его подбодрило. Его взгляд упал на золотые глаза Римуса Люпина, и его желудок скрутило при виде отвращения в глазах, которым он когда-то так доверял.
  Болтовня стихла, и он схватился за железные прутья перед собой, немного замедлив тряску железной клетки, когда аврор Бартемиус Крауч шагнул вперед, направив палочку на клетку. Его тонкие, как карандаш, усы начали седеть, а на идеально разделенных на прямой пробор коротких волосах между темными локонами виднелись пряди соли. Когда он говорил, его яркие глаза с яростью смотрели на Сириуса.
  - Этот человек, Сириус Орион Блэк, приговорен к пожизненному заключению в тюрьме Азкабан вашим покорным слугой 1 ноября 1981 года за утечку данных о тайном местонахождении Джеймса Поттера и Лили Поттер, урожденной Эванс, что привело к их смерти, поскольку затем они были убиты Тем, Кто Должен Не быть названным; в результате покушения на убийство их сына Гарри Джеймса Поттера, также известного как Мальчик-Который-Выжил; за убийство тринадцати человек, одного волшебника по имени Питер Петтигрю и двенадцати магглов, перечисленных ниже: Альфред Берн, Мэдисон Дэниэлс, Лилиан Фокс, Джастин Финч, Логан Мэтьюз, Линда Мортон, Дэвид Мортон, Питер О'Ши, Полин Престон, Грегори Сэмпсон, Винсент Симпсон и Кендрик Уэссекс - все, кто попал во взрыв, вызванный использованием взрывного проклятия. - заявил Крауч, его глаза были холодны, когда они смотрели на Сириуса сквозь железную клетку. - Один пожизненный срок в сто лет за каждую жизнь волшебника, которую вы отняли, означает, что вы умрете в тюрьме Азкабан до того, как ваш срок в триста триста лет будет отбыт. О чем вы умоляете?
  - Я невиновен, - сказал Сириус хриплым голосом.
  Его глаза были прикованы к Римусу, который смотрел на него с таким презрением, что ему снова захотелось блевать. Его лучший друг считал его виновным в таких гнусных преступлениях; в предательстве своей настоящей семьи. Знание этого было худшим чувством, хуже любых пыток, которые они могли ему причинить.
  - Как мы, суд и присяжные, должны верить, что вы, Сириус Орион Блэк, невиновны в таких обвинениях, когда улики так подавляюще против вас? - спросил Крауч.
  Мужчина, стоявший рядом с Краучем, с темными локонами на смуглой коже жестом приказал Краучу отступить. Сириус вздрогнул, узнав Кингсли Шеклболта.
  - Мистер Крауч, мы пригласили вас сюда из любезности, чтобы наблюдать за судом, в котором вы отказали этому человеку, но помните, вы больше не глава аврората.
  Крауч, казалось, вскипел в ответ, но его лицо сохраняло суровое выражение отвращения, когда он смотрел на Сириуса.
  - Повторяю: как мы, суд и присяжные, должны верить, что вы, Сириус Орион Блэк, не виновны в таких обвинениях, когда улики так подавляюще настраивают против вас?
  Сириус осторожно сглотнул, его горло пересохло так, что было больно говорить, но МакГонагалл устроила ему этот суд, и он не собирался ничего делать, чтобы уменьшить свои шансы на то, чтобы его история была услышана; независимо от последствий. Он не собирался подводить ее после всего, что она для него сделала.
  - Меня решили назначить Хранителем Тайны Поттеров, это правда. Они скрывались, потому что ходили слухи, что Пожиратели Смерти разыскивают Поттеров, но мы верили, что среди нас, Джеймса и меня был шпион... Слезы навернулись на его глаза впервые за многие годы, когда он говорил. - Мы решили сменить Хранителей Тайны в последнюю минуту, чтобы обезопасить их. Мы согласились, что я - естественный выбор, а Вол-де-Морт...
  - НЕ НАЗЫВАЙТЕ ЕГО ИМЯ!- заорал Крауч, прерывая его речь.
  Сириус облизал губы.
  - Что ОН знал, что они выберут меня, поэтому мы спросили Питера, Питера Петтигрю, и он согласился. Лили почти сразу же применила заклинаниеФиделиус, и сразу после этого они скрылись.
  - Ты хочешь сказать, что не был Хранителем Тайны Поттеров? - потребовал Крауч, его глаза все еще были холодны, когда они смотрели на него свысока.
  Слезы ослепили его зрение, но он сдерживал их, не позволяя им стечь по его щекам из страха, что он не сможет остановить их, когда они упадут.
  - Верно, сэр. Питер Петтигрю был Хранителем Тайны. Я... моя работа заключалась в том, чтобы проверять его, обеспечивать его безопасность. Но на Хэллоуин, когда я пошел за ним, его там не было. Джеймс и Лили пригласили нас на канун Дня Всех Святых, и когда я приехал, чтобы привести его, его там не было. Я ждал около тридцати минут, а потом я действительно начал волноваться, поэтому я направился к дому. Джеймс и Лили... дом... вся сторона, где была детская Гарри... она была разрушена, и они оба были мертвы.
  Холодные глаза Крауча моргнули, прежде чем он повернулся, чтобы что-то прошептать невысокой женщине, сидящей рядом с ним. У нее были жабьи черты лица, когда она кивала и записывала то, что он только что велел ей написать.
  - Что вы сделали, когда нашли Поттеров мертвыми?
  Сириус снова осторожно сглотнул, на этот раз его взгляд переместился на МакГонагалл, чьи карие глаза призывали его продолжать.
  - Я держал Гарри. Я не мог поверить, что он вообще жив, после того, как я увидел разрушенный дом, а потом пришел Хагрид, Рубеус Хагрид. Он сказал мне, что Дамблдор послал его, что он будет охранять Гарри. Я понял, что это произошло из-за Питера - что он был шпионом - и я не собирался позволять ему уйти безнаказанным. Поэтому я отдал Гарри Хагриду и пошел за Питером, чтобы узнать, что произошло.
  - Ты нашел его? - спросил Крауч.
  Сириус кивнул.
  - Я сделал это. Мне потребовался почти день, но я нашел его. Я спросил его, как он мог предать нас таким образом, предать свою семью, своих друзей, которые любили и защищали его, а он съежился от меня, использовал Сонорус. Наложил на себя чары и проревел на всю улицу, что я предал Джеймса и Лили Поттер и что я был причиной их смерти. Затем он взорвал улицу одним взрывным проклятием и исчез у меня на глазах.
  - Он исчез? - с ухмылкой сказал Крауч. - Как совершенно удобно для вас.
  - Он анимаг.
  Глаза Крауча расширились, и теперь он смотрел на лицо Сириуса.
  - Он что?
  Сириус медленно сглотнул. Он знал, что рассказать об этом сейчас было почти равносильно нарушению обещания, данного его лучшему другу, но после всего, что сделал Питер, Сириус не собирался рисковать, позволяя ему уйти.
  - Он анимаг. Крыса. Он трансформировался и исчез среди хаоса от проклятия, оставив меня там, в окружении мертвых тел.
  Крауч повернулся к женщине рядом с ним, чтобы посовещаться, и они горячо перешептывались между собой. Шеклболт смотрел на Сириуса, и его лицо не выражало ничего из его мыслей.
  Глаза Сириуса снова нашли Римуса в толпе публики на галерее. Теперь Римус смотрел на него с удивлением. Презрение в его глазах немного уменьшилось, и Сириус мог видеть, как вертятся колеса в голове его друга, когда он пытался осмыслить историю, которую Сириус только что рассказал всему залу.
  - Сириус Орион Блэк, где сейчас Питер Петтигрю?
  Сириус фыркнул.
  - Я думаю, что он где-то прячется. Он проклятый трус, вот кто он. Но если вы его найдете, убейте его для меня.
  - Если вы не можете указать местонахождение мистера Петтигрю, то я не могу с чистой совестью отпустить на свободу такого осужденного убийцу, как вы, без доказательств.
  МакГонагалл встала, ее глаза сверкнули гневом.
  - Крауч! Это нелепо, и вы это знаете! Вы слышали историю мальчика, но до сих пор не дали ему справедливого суда! Вы хотя бы слышали, что он говорил о Петтигрю?
  - Он не мальчик, МакГонагалл! - крикнул Крауч. - Блэк - двадцатишестилетний мужчина, которого судили и признали виновным в отвратительных преступлениях! Использование им взрывного проклятия не только убило двенадцать маглов, но и не оставило от Петтигрю ничего, кроме пальца! Сказочка о том, как Петтигрю превратился в крысу! Невиновен - не то слово, которое я бы употребил по отношению к такому преступнику!
  МакГонагалл сердито фыркнула.
  - Его никогда не судили, Крауч! Я верю каждому слову, слетевшему с уст этого молодого человека! Он невиновен! Если нужно, используй Веритасерум! Просмотри его воспоминания! Почему ты не проверил его палочку? Я думала, что это должен был быть справедливый суд!
  - Должно быть дано Разрешение, чтобы использовать зелье правды, как Вы прекрасно знаете! - воскликнул Крауч, и вена на его голове чуть вздулась над кожей. Тот факт, что министр вынудил его дать человеку перед ним суд для начала, достаточно раздражал его, и он не собирался выставлять себя дураком в собственном зале суда.
  - Не говоря уже о том, что воспоминания можно изменить, подделать!
  - Я даю разрешение! - закричал Сириус, не сводя серых глаз с МакГонагалл.
  Пузырь надежды, возникший в его груди, когда она так яростно защищала его, застал его врасплох. Минерва МакГонагалл всегда была рядом с ним, и видеть, как она теперь так страстно защищает его, было больше, чем он когда-либо мог желать.
  - Используйте на мне зелье правды. Ты увидишь, что я говорю правду! Возьми мои воспоминания! Делай что хочешь! Авроры забрали мою палочку; взгляни на мои заклинания, если хочешь - я этого не делал!
  Крауч снова повернулся к женщине, но на этот раз заговорил Дамблдор.
  - Бартемиус, я думаю, что использование сыворотки правды - отличный план, - спокойно сказал он. - Аврор Доулиш, - сказал он, повернувшись к молодому стажеру аврору у двери.
  - Почему бы тебе не взять склянку из отдела авроров? Я полагаю, Аластор, что ты прихватил с собой палочку Сириуса из Азкабана?
  Доулиш кивнул и выбежал из комнаты, когда Аластор Грюм выступил вперед.
  - Да, Альбус, она здесь, - сказал он, доставая палочку из кармана.
  - Двенадцать и три четверти дюйма, кизил, шерсть единорога, изготовлено Олливандером и принадлежит Сириусу Ориону Блэку с августа 1971 года.*
  
  * (Там не было никаких упоминаний о палочке Сириуса Блэка (насколько я знаю по состоянию на 2018 год), поэтому я придумала свою собственную. Примите это. Я проголосовала за волосы из хвоста единорога, потому что волосы единорога производят самую последовательную магию, наименее подверженную колебаниям и блокировкам, труднее всего обратиться к Темным искусствам и самую верную из всех палочек. И мне очень понравилось описание кизила: "Кизиловые палочки причудливы и озорны; они имеют игривый характер и настаивают на партнерах, которые могут предоставить им простор для волнения и веселья. Однако было бы совершенно неправильно делать из этого вывод, что кизиловые палочки не способны к серьезному волшебству, когда для этого требуется; известно, что они способны выполнять выдающиеся заклинания в сложных условиях, а в сочетании с достаточно умной и изобретательной ведьмой или волшебником могут создавать ослепительные чары. -вербальные заклинания, и они часто бывают довольно шумными".)
  
  Адвокат, подошедший к его клетке, кивнул, прежде чем перейти к объяснению процесса осмотра его палочки. Сириус уже забыл его имя. Он выглядел ненамного старше его и задавался вопросом, как волшебник вообще встрял так, защищая его.
  Крауч выглядел взбешенным. Его глаза "метали кинжалы"в Дамблдора, когда он отдавал приказы своим сотрудникам в зале суда. Но он видел, как присяжные заинтересованно переминаются между собой, поэтому сел на свое место, молча злясь. Он держал рот на замке, пока через пятнадцать минут Доулиш не вернулся в зал суда с флаконом сыворотки правды в руках.
  - Ты разрешаешь, Сириус Орион Блэк, дать тебе это зелье Веритасерум? - напряженно спросил Крауч.
  - Я разрешаю. - четко объявил Сириус.
  Адвокат вручил ему пузырек, и Сириус принял его, выплеснув жидкость в рот и поморщившись от ее сладости, поскольку она прожигала путь в его горле.
  - Сириус Орион Блэк, теперь ты готов говорить правду?
  - Да. - спокойно ответил Сириус. Он чувствовал, как действие зелья уже спутало его язык, требуя, чтобы он говорил только правду.
  - Вы были хранителем тайны Джеймса и Лили Поттеров?
  - Нет.
  Шум в комнате усилился, и Крауч поднял руку, чтобы заставить их замолчать.
  - Сириус Орион Блэк, кто был хранителем тайны Джеймса и Лили Поттер?
  - Питер Петтигрю.
  - Вы убили Питера Петтигрю?
  - Нет, я его не убивал.
  Зал суда погрузился в тишину, все взгляды были устремлены на него.
  - Что случилось с Питером Петтигрю, если вы на самом деле не убивали его? - спросил Крауч.
  - Он взорвал улицу одним взрывным проклятием и превратился в крысу.
  - Откуда вы знаете, что Питер Петтигрю - анимаг?
  - Он стал им на пятом курсе. Я видел, как он учился. Он был моим другом, моим соседом по общежитию, - спокойно сказал Сириус, сдерживая себя от того, чтобы продолжать говорить в зале, что он сам тоже был анимагом. Ему не задавали этот вопрос, так что он не был обязан ни чувством предательства, ни зельем признаваться в этом.
  Холодные глаза Крауча сверлили Сириуса.
  - Ты, Сириус Орион Блэк, убил кого-нибудь из двенадцати маглов на улице в тот день, когда пошел за Петтигрю?
  - Нет. Я никого не убивал.
  Болтовня снова наполнила комнату, и на этот раз Крауч не стал ее останавливать.
  Теперь заговорил Дамблдор, не сводя глаз с Крауча.
  - Кажется, мистер Блэк был здесь честен, Барти. Возможно, вы также хотели бы, чтобы его воспоминания были еще более убедительными, что мы осудили невиновного человека?
  Глаза Крауча ожесточились, а лицо покраснело.
  - Вообще-то, я бы сделал это Дамблдор. Принеси мне Омут Памяти из Департамента магического правопорядка, - потребовал он от Доулиша, который только кивнул и снова выбежал из комнаты.
  Грюм шагнул вперед и вручил Краучу палочку Сириуса.
  - Давай посмотрим на последние заклинания, которые он использовал, пока мы ждем, Крауч.
  Крауч явно разозлился, но взял палочку и применил раскрывающее заклинание. Зал суда наблюдал, как перед ними предстали отголоски последних заклинаний, исполненных палочкой: Люмос, патронус в виде пса, ошеломляющее заклинание, патронус в виде псаи заклинание призыва.
  - Это поворачивается в вашу пользу, мистер Блэк, - прошептал адвокат, заставив Сириуса посмотреть на него, прежде чем снова обратить внимание на разгневанное лицо Крауча.
  - Ну, Бартемиус, если Сириус действительно применил взрывное заклинание, он явно не использовал для этого свою палочку, - заявил Дамблдор, когда Крауч сунул палочку обратно в руки Грюму, его глаза сверкнули гневом.
  - Ты здесь не главный, Альбус! - сердито воскликнул Крауч. Он повернулся к женщине, делавшей записи, и что-то прошептал ей. Она кивнула и быстро записала.
  - Теперь пришло время извлечь эти воспоминания для просмотра.
  - На данный момент это кажется излишеством, Барти, - сказал Грюм, пряча палочку Сириуса под пальто. - Его палочка и сыворотка правды доказали его невиновность в преступлениях, в которых его обвиняют. Мы вообще не должны были отправлять его в Азкабан. Минерва права, он невиновен.
  По комнате пронесся одобрительный ропот, и лицо Крауча снова покраснело.
  - Ты ставишь под сомнение мой авторитет, Аластор? Ты ставишь под сомнение авторитет того самого отдела, на который ты работаешь? Визенгамота? Те, кто следовал за Тем, Кого Нельзя Называть, должны быть наказаны! Разве я не посадил своего сына в тюрьму Азкабан за его преступления против Лонгботтомов?
  Грозный глаз какое-то время смотрел на него.
  - Ты был великим аврором, Барти, но этот человек заслуживал суда, а мы его так и не дали. А теперь похоже, что он все время был невиновен. Это была ошибка. Наша ошибка. И ты больше не аврор.
  Крауч только смотрел на него, сердито раздувая ноздри.
  - Нам нужны эти воспоминания.
  
  Глава 3: Эпизод, где умирают Джеймс и Лили
  - Я сделаю это, - сказала МакГонагалл, вставая и направляясь к центру комнаты, где в клетке висел Сириус. -Он доверяет мне, что, как мы все знаем, делает извлечение воспоминаний более безопасным для всех вовлеченных сторон.
  Она остановилась перед Сириусом и ободряюще улыбнулась ему.
  -Конечно, если вы не возражаете, мистер Блэк?
  Сириус кивнул, его серые глаза с благодарностью смотрели на нее. Он был слишком напуган, чтобы думать о том, что они фактически освободили его, и он мог видеть, что это было явно последнее, чего хотел Крауч: быть вынужденным признать, что он был неправ. Однако он был заинтригован идеей, что Крауч больше не аврор, он задавался вопросом, почему это так, но выбросил это из головы. В данный момент у него были более важные вещи, о которых нужно было беспокоиться.
  -Это так. У вас есть мое полное разрешение.
  Его адвокат (имя которого он, честно говоря, не мог вспомнить) вручил ей три фиала, кивнув, что соглашается взять на себя эту задачу.
  -Блэк, мне нужно три воспоминания: то, где Хранителя Тайны сменили, ночь Хэллоуина 1981 года и день, когда вы выследили Петтигрю и были арестованы.
  Сириус кивнул и сосредоточился, когда палочка МакГонагалл коснулась его виска. Пять минут спустя все три фиала были полны, и аврор по имени Доулиш вернулся с Омутом памяти.
  Крауч осторожно открыл первый фиал и налил воспоминание внутрь. Он пробормотал усиливающее заклинание, и Омут памяти вспыхнул над комнатой на потолке, так что весь Визенгамот и присяжные могли увидеть воспоминание.
  Сириус смотрел, как оно разворачивается, слезы затуманивали его зрение, когда воспоминания о его друзьях, его настоящей семье играли перед ним и заставляли его чувствовать, что они снова были в одной комнате с ним.
  ***
  -Я просто говорю, Эванс, я помню, как сильно Сохатый сводил тебя с ума, только логично, что он все еще тебя раздражал. - сказал Сириус, вытирая лицо Гарри тряпочкой, пытаясь смыть всю морковную кашу с подбородка племянника.
  -Теперь я Поттер, Блэк, и ох, я на него злюсь, но только потому, что он продолжает приглашать тебя к себе.
  - Ой, да ладно, Лили, ты же знаешь, что любишь меня, - сказал Сириус, целуя ее в щеку. -Я твой любимый Мародер, мы все знаем, что ты недавно вышла замуж за Джеймса в качестве прикрытия.
  Лили закатила глаза, заправив длинные рыжие волосы за ухо.
  -О, ты поймал меня, Блэк. Я безумно люблю тебя.
  Она повернулась, чтобы поднять Гарри со стульчика. - Не обращай внимания на своего сумасшедшего дядю Бродягу, Гарри. Он придурок.
  - Эй! Я обижаюсь на это!
  Лили рассмеялась и передала ему своего сына.
  - Иди поиграй со своим крестником, пока я здесь убираюсь.
  Сириус подбросил Гаррина руках, который радостно заворковал.
  - Давай, Сохатик, у нас есть мужские дела.
  Он оставил Лили на кухне, смеющейся над ним, пока нес Гарри на руках. Он поприветствовал Джеймса и Питера, сидевших в гостиной.
  -Вот твой сын, Сохатый, весь накормлен и вычищен твоим покорным слугой.
  Джеймс взял Гарри, счастливо улыбаясь, и поцеловал сына в макушку.
  - Эй, Гарри, дядя Бродяга напортачил, накормив тебя обедом?
  Гарри только махал руками и бормотал:
  -Бодяга!
  Джеймс усмехнулся и снова поцеловал сына, соскользнув на пол, чтобы позволить Гарри бродить, пока он ковылял, почти бегая, хотя ходил он всего три месяца.
  - Опять флиртуешь с моей женой?
  Сириус лишь ухмыльнулся.
  -Я сказал ей, что мы должны бежать вместе. Она только закатила глаза. Я ее утомил.
  -Ты знаешь, что Лили любит меня. И что ты последний человек, которого я могу себе представить, когда-либо связывающий себя браком, не говоря уже о том, что Лили действительно сбежит.
  -Верно. Но, может быть, если бы это было для кого-то столь же удивительного, как Лили, я бы подумал о страшных обязательствах.
  Джеймс ухмыльнулся своему другу, хлопнув его по плечу.
  - Я самый счастливый парень на свете, я знаю.
  Он использовал свою палочку, чтобы крошечные игрушечные машинки и грузовики носились по комнате, чтобы развлечь Гарри, прежде чем он повернулся к своим друзьям.
  - Я пригласил вас, ребята, сегодня вечером по важной причине. Муни занят в подполье, иначе я бы попросил его тоже быть здесь, но Дамблдор думает, что среди нас есть шпион.
  - Что?- Питер пискнул, его глаза расширились. - О-о-он знает, кто это?
  Джеймс покачал головой, посылая пожарную машину прямо на его смеющегося сына.
  - Я так не думаю. Он предупредил нас с Лили, чтобы мы были начеку. После нашего последнего побега от Волдеморта... ну, теперь он преследует Гарри. Мы это точно знаем.
  - Ты знаешь почему? - спросил Сириус, с удовольствием наблюдая за хихикающим крестником. - Я имею в виду, я уверен, что он умный ребенок, Сохатый, но Гарри точно не собирается сражаться с Волдемортом до смерти в ближайшее время. Зачем ему заботиться о ребенке?
  - Волдеморт хочет его смерти... мы не знаем почему; может быть, из-за того, что Лили и я, похоже, всегда ускользаем от его хватки. Я не знаю. - Он улыбнулся, когда Гарри плюхнулся к нему на колени и прижался ближе, зевая. - Но пока проблема в шпионе. Дамблдор обеспокоен тем, что мы с Лили будем скомпрометированы, и он хочет, чтобы мы спустились глубже в подполье.
  - Ты уже перестал делать почти все, Джейми, и теперь он хочет, чтобы ты был еще большимзатворником? Вы с Лили и так скрывались месяцами! - воскликнул Сириус, широко раскрыв глаза.
  Джеймс провел пальцами по растрёпаннымволосам.
  - Это последнее, что я хочу делать, Сириус. Все, что я делаю в последнее время, это сижу и ничего не делаю, чтобы помочь с этой войной, в то время как мои друзья там каждый день рискуют своей жизнью.Но если это спасет жизнь моей жены и моегоребенка - я не буду колебаться. И я знаю, что мы говорили об этом раньше с Римусом здесь на прошлой неделе, официально уходя в подполье и имея Хранителя Тайны, чтобы скрыть наше местонахождение. Но это то, что нужно сделать. Сегодня. Нам нужно выяснить, кто шпион, иначе никто из нас не будет в безопасности.
  Питер неловко поерзал, и его друзья повернулись, чтобы посмотреть на него.
  - Что случилось, Пит? - спросил Джеймс, когда Гарри подполз к Питеру и протянул ему свою пожарную машинку.
  Питер глубоко вздохнул, прежде чем заговорить, принимая машинку от Гарри и ударяя её своей палочкой, чтобы Гарри мог преследовать её на полу.
  - Я-я не хотел ничего говорить.
  - Чего-чего? - спросил Сириус, глядя на Питера.
  - Я думаю... я имею в виду... у меня самого были некоторые подозрения насчет шпиона. То, что я узнал во время своих миссий, которые... о которых я рассказал только одному человеку, которые нашли свой путь к Сами-знаете-кому и его Пожирателям Смерти. - тихо сказал Питер, его глаза метались между двумя друзьями. - Я думал, что, может быть, я просто становлюсь параноиком, но, услышав это от вас, ребята, может быть, я не такой уж параноик.
  Руки Джеймса потянулись, чтобы поддержать Гарри, когда он споткнулся о его ноги, пытаясь поймать пожарную машину, летящую по полу.
  - Продолжай, Пит.
  Питер вздохнул.
  - Я думаю, это Римус.
  - ЧТО?!- взорвалсяСириус, заставив Гарри расплакаться.
  - Ш-ш, Гарри, все в порядке, - успокаивал Джеймс, глядя на друга, когда брал сына на руки. - Не пугай ребенка, Сириус!
  Сириус проигнорировал Джеймса и посмотрел на Питера.
  - Как ты смеешь обвинять Римуса в шпионаже, Червехвост? Римус никогда бы этого не сделал!
  Питер покачал головой, его глаза были широко раскрыты и полны страха.
  - Я не хочу в это верить, Сириус! Но я рассказал ему кое-что о своих заданиях! О том, что Сивый тесно сотрудничает с некоторыми Пожирателями Смерти, и о том, как убили твоего брата, и... Пожиратели Смерти использовали это против нас! Как они узнали, Сириус? Как они узнали, что мы будем в Глазго несколько месяцев назад или на Пикадилли?
  Сириус покачал головой, в его серых глазах сверкнуло отрицание.
  - Блядь,Римус ни за что бы нас не предал, Питер!
  - Сири! - прошипел Джеймс, склонив голову к Гарри. - ребенок рядом!
  - Питер пытается сказать, что Римус - шпион, Джейми! Мат меня сейчас не волнует, - сказал Сириус, глядя на Питера. - Римус ни за что бы не предал никого из нас, и тебе должно быть очень стыдно даже за то, что ты думаешь об этом!
  - Блядь! - воскликнул Гарри, широко ухмыляясь, когда Джеймс посмотрел на своего друга.
  - Отлично, дядя Бродяга, - пробормотал Джеймс. - Это очень плохое слово, Гарри, и дядя Сириус не должен был его произносить.
  - Блядь! - снова сказал Гарри, и Джеймс закрыл лицо руками.
  - Я скажу Лили, что это все твоя вина.
  - Что сейчас сделал Сириус? - спросила Лили, входя в гостиную.
  - Бодяга бля! - сказал Гарри, и глаза Лили расширились, прежде чем она ударила Сириуса по затылку.
  - Сириус!
  - Извини, оно просто выскользнуло! - сказал Сириус, пытаясь не рассмеяться. - Но Пит пытается убедить Джейми и меня, что Римус - шпион, и это меня разозлило!
  - Я не хочу, чтобы это был Римус, - мягко сказал Питер. - А как же Марлен?
  Джеймс мрачно посмотрел на друга.
  - Не называй ее имени, Пит. Лили... она не хочет слышать это имя.
  - Все в порядке, Джейми, - сказала Лили, садясь на пол рядом с мужем и обнимая сына, который тут же подполз к ней. - Мне больно, когда я слышу ее имя. Не думаю, что когда-нибудь смогу оправиться от потери одной из моих лучших подруг. А как насчет Марли, Пит?
  Питер колебался, прежде чем заговорить.
  - Я сказал Римусу, что Марлен и Мэри скрывались в Глазго после того, как Сами-Знаете-Кто напал на их семьи. Два дня спустя Маккиннон была убита Пожирателями Смерти.
  - Это просто совпадение, Пит, - мягко сказал Джеймс. - Это чистая догадка. Римус никогда бы не обидел Марлен.
  - Я сказал ему, где я спрятал Мэри, чтобы обезопасить ее, и три дня спустя Мэри была убита Пожирателями Смерти, - мягко сказал им Питер. - Я не хочу в это верить. Пожалуйста, скажи мне, что я ошибаюсь, но... Римус - единственный человек, которому я сказал.
  Сириус скрестил руки перед собой.
  - Это совпадение, не более того. Я поговорю с Римусом, когда он вернется завтра.
  Питер кивнул, подняв руки в знак капитуляции.
  - Ладно, я доверяю вам, ребята. Если вы думаете, что я ошибаюсь, значит, я ошибаюсь. Я просто подумал, что с миссиями Луни среди стаи Сивого... то, как он привязался к тому парню Робертсу и его ученикам... что, может быть, что-то в нем сорвалось. Но я надеюсь, Мерлин, что я ошибаюсь.
  Лили потянулась, чтобы сжать руку Питера в своей.
  - Это не Римус, Питер, этого просто не может быть.
  Питер уставился туда, где рука Лили держала его руку.
  - Надеюсь, ты права, Лили.
  Лили отпустила его, прежде чем повернуться к Сириусу.
  - Джейми сказал тебе, что Дамблдор хочет, чтобы мы спрятались поглубже?
  Сириус кивнул, все еще глядя на Питера. Мысль о том, что Римус был шпионом, была нелепа, но слова Питера эхом отдавались в его голове таким образом, что ему было очень не по себе. Марлен Маккиннон мертва; Мертвая Мэри Макдональд - Римус НЕ виноват. Он не мог быть шпионом. Он отогнал эти мысли и улыбнулся Лили.
  - Да, он это сделал.
  - Он хочет, чтобы мы использовали чары Фиделиуса, чтобы оставаться полностью скрытыми на виду под защитой нашего избранного Хранителя Тайны. Мы говорили об этом на прошлой неделе и о том, как относимся к тебе, Сириус, - объяснила Лили, улыбаясь, когда Джеймс заворачивал его руку вокруг нее. - Помнишь, как Римус согласился и сказал, что это отличная идея?
  - Дамблдор предложил быть нашим Хранителем Тайны, когда мы сказали ему, что обсудили это с вами тремя, - сказал им Джеймс, когда Сириус и Питер удивленно уставились на них. - Но я сказал ему нет. Я хотел,чтобы это был Сириус.
  - Что? Почему? Дамблдор - самый сильный из ныне живущих волшебников, Джеймс! Он победил Гриндевальда, ради Мерлина! - воскликнул Сириус, все еще удивленный тем, что друзья выбрали его. Даже после недели размышлений об этом, это все еще шокировало его.
  - Я знаю, - сказал Джеймс. - И я доверяю ему, но своим друзьям я доверяю больше. Рем согласился со мной, что ты лучший выбор, Сириус.
  Питер кивнул, когда Гарри снова подошел к нему, заполз ему на колени и потянувшись к игрушечной машинке, с которой возился Питер.
  - Моя, Червивый, моя! - сказал Гарри, улыбаясь, когда Питер вручил ему машину.
  Питер улыбнулся и показал Гарри, как заставить машину двигаться.
  - Вот так, Гарри, видишь - врум!
  - Вум! - сказал Гарри, широко улыбаясь и устраиваясь поудобнее на коленях Питера с машиной в руке.
  Джеймс кивнул, улыбаясь сыну.
  - Мы бы хотели, чтобы это сделал Сириус. В конце концов, он крестный отец Гарри... и я бы доверил ему жизнь моего сына.
  - Как и я. - сказала Лили, улыбаясь Сириусу. - Ты сделаешь это, Сириус?
  Сириус удивленно посмотрел на них.
  - Для меня это будет честью.
  Он улыбнулся, когда Гарри переполз с колен Питера на его колени, обнимая ребенка.
  - Ты действительно хочешь меня в хранители?
  - Сириус, я доверяю своим Мародерам больше всего на свете, но ты был мне как брат, мой брат во всех смыслах, особенно после того, как мои родители взяли тебя к себе. Ты лучший из моих лучших друзей, и я хочу, чтобы ты был Хранителем Тайны.
  Сириус кивнул, а затем нахмурился.
  - Нет.
  - Что? - удивленно спросила Лили, ее пальцы переплелись с пальцами Джеймса.
  Сириус покачал головой, когда Гарри забрался ему на грудь и потянул за волосы. Сириус осторожно убрал крошечные пальчики со своих блестящих локонов и палочкой заставил машины снова лететь по полу.
  - Для меня большая честь, даже больше, чем честь, но Джеймс только что сказал, почему это не должен быть я.
  - Я не понимаю, - сказал Питер, удивленно глядя на Сириуса. - Он сказал, что доверяет тебе.
  - Как и должно быть, - спокойно сказал Сириус. - Но Волдеморт узнает. Подумай об этом, Джейми - мы братья. Мы всегда и во всем были бок о бок. Ты сделал меня шафером на своей свадьбе; да блин, я даже проводил Лили по проходу, потому что ее собственный отец не мог быть там. Ты сделал меня крестным отцом своего сына. Конечно, он узнает, что это я! Я, блин, самый очевидный выбор!
  - Не понимаю, почему это плохо, Сириус, - сказала ему Лили, и ее глаза расширились, когда она поняла, о чем он говорит. - Он пойдет за тобой.
  Сириус кивнул.
  - Пусть! Я не боюсь Волдеморта, я боюсь, что с вами троими что-то случится... Пит!
  Питер подпрыгнул от неожиданного восклицания своего имени и потер рукой правое предплечье.
  - Ага?
  - Ты должен выбрать, Питера. - предположил Сириус, теперь его глаза загорелись. - Волдеморт никогда бы не подумал о Питере.
  Питер пожал плечами, нервно улыбаясь своим друзьям.
  - Я наименее грозный противник, это правда.
  - Нет, - со смехом сказал Сириус. - Не то, Пит, а то, что Вол-де-Морт явно подумает, что это я, а не ты. Это отправит его в погоню за дикими гусями.
  Джеймс понимающе кивнул.
  - У тебя есть такая точка зрения. - Он посмотрел на жену, нежно убирая ее волосы с лица. - Но не только мне приходится делать этот выбор.
  Лили посмотрела на мужа.
  - Пит -мародер.Конечно, мы ему доверяем.
  Питер удивленно уставился на них, его глаза светились счастьем.
  - Для меня это было бы честью.
  Сириус хлопнул себя по бедрам.
  - Можешь даже остаться здесь, в Годриковой Впадине, Волдеморт никогда об этом не узнает. На следующей неделе Хэллоуин. Мы все придем и оденем Гарри.
  Лили рассмеялась.
  - Я купила ему костюм тыквы, он такой очаровательный.
  Джеймс ухмыльнулся и поцеловал жену в щеку.
  - Хорошо, Пит, давай сделаем это. Лили сейчас произведет заклинание. Сириус, ты защитишь его?
  Сириус ухмыльнулся Питеру, похлопав его по плечу.
  - Своей жизнью. Давай сделаем это.
  ***
  Воспоминание исчезло из поля зрения, и весь зал суда погрузился в тишину. Сириус смотрел, как МакГонагалл вытащила воспоминание из Омута памяти и осторожно вложила его обратно в его разум, теплое давление воспоминаний на его виске лишь напомнило ему о слезах, беззастенчиво катившихся по его щекам.
  - Ну, мистер Блэк действительно не был Хранителем Тайны. Значит, в ночь на Хэллоуин 1981 года. - сказал Крауч, изливая следующее воспоминание и усиливая его так же, как и первое, на всеобщее обозрение.
  ***
  - Джеймс, Лили действительно наряжает его тыквой? - спросил Сириус у зеркала в руке, снял шлем, чтобы повесить его на мотоцикл, и направился по улице.
  Лицо Джеймса было отражено в связном зеркале в его руке, и он широко ухмыльнулся.
  - Да ты посмотри на него!
  Он поднес Гарри к зеркалу в костюме тыквы, и Гарри усмехнулся.
  - Сири! Бодяга!
  Сириус усмехнулся, проведя пальцами по волосам, чтобы убедиться, что они не слишком спутаны из-за шлема.
  - Он выглядит крайне очаровательно.
  - Блядь! - повторил Гарри, и Сириус вздрогнул.
  Джеймс рассмеялся.
  - Я знаю, да? Дина Кейн прислала его из своего путешествия по пруду. И перестань ругаться в его присутствии - он копирует тебя!
  - У Лунатика язык хуже, чем у меня! Это он заставил его сказать дерьмо! - воскликнул Сириус, когда Гарри начал выкрикивать эти два слова, и он вздрогнул.
  - Извини, Сохатый.
  - Лили забьет вас обоих до смерти, если вы не будете контролировать свою речь рядом с ним! В любом случае, слушай, мы снова его оденем, когда ты придешь сюда. Мы можем накормить его обедом. Парень делает слишком много беспорядка, - сказал ему Джеймс с ухмылкой.
  Сириус усмехнулся на это.
  - Должен быть там скоро. Я направляюсь в квартиру Пита.
  - Попался, увидимся, ребята, когда приедете - и перестань ругаться, придурок!
  Сириус рассмеялся, когда зеркало в его руке погасло, и он остался смотреть на собственное лицо. Он уменьшил его, прежде чем спрятать в карман, и поторопился спуститься к концу квартала и подняться по ступенькам на третий этаж. В квартире Питера было тихо, и Сириус был рад видеть, что все защитные чары все еще на месте.
  Он вошел внутрь, ослабляя шарф в жаре комнаты.
  - Пит!
  Ответа не последовало, поэтому он прошел на кухню и налил себе стакан воды, жадно выпив его. Через несколько мгновений, все еще не слыша движения, он начал бродить по квартире в поисках своего друга. Не найдя его, он нахмурился, взглянув на часы.
  Было десять минут пятого, Питер должен был вернуться с работы на час раньше, и он знал, что Сириус придет к пяти. Он подождал еще немного, выглядывая в окно в поисках каких-либо признаков своего друга, но внизу он увидел только обычную улицу.
  Он постучал пальцами по ноге, снова взглянув на часы. Может быть, что-то случилось с матерью Питера, так как в последнее время она не очень хорошо себя чувствовала. Он взглянул на камин и подумал о том, чтобы позвонить ей, чтобы проверить, но затем передумал, когда часы пробили половину первого. Он не хотел напрасно беспокоить ее.
  Но что-то было не так.
  Он запер за собой квартиру и запрыгнул на свой мотоцикл, используя новый летающий механизм, который он установил, когда летел прямо в Годрикову Впадину. Он ускорил свою скорость, когда приземлился и двинулся по улице, и вид Темной Метки, сияющей зеленым и высоко в небе, пронзил его. Он спрыгнул с мопеда, когда тот упал на бок, и побежал.
  Вид коттеджа заставил его прижать руки к сердцу. Парадные ворота были взорваны, и вся левая сторона дома, второй этаж, где располагалась детская Гарри, была взорвана. Сириус, задыхаясь, поспешил в дом.
  - ДЖЕЙМС! ЛИЛИ!
  Его глаза расширились, когда он увидел Джеймса, растянувшегося у подножия лестницы, его очки были сдвинуты набок, его ореховые глаза, всегда полные света, смотрели вперед безучастно. Всхлип разорвал его грудь, и он рухнул на землю у ног своего друга.
  - Джеймс! Ты никогда не проигрывал дуэли, что, блядь, случилось?
  Он схватил руку своего друга, прижав ее к сердцу, и тогда он заметил, что палочки нет. Он вскочил на ноги, слезы навернулись на его глаза, когда он обнаружил палочки Джеймса и Лили, лежащие на диване в гостиной рядом с тыквенным костюмом на Хэллоуин и камерой.
  - твою мать, - пробормотал он, сжимая палочки в руках. - Джейми, ты идиот! Почему у тебя не было палочки?
  Он яростно вытер слезы, а потом подумал о палочке Лили... неужели ей все же удалось аппарировать?
  Он взбежал по лестнице и подавил очередное рыдание, когда увидел Лили, лежащую перед кроваткой Гарри, ее рыжие волосы были полны крови, а зеленые глаза смотрели прямо перед собой. Но его внимание привлекло тело бледного темноволосого волшебника, лежащего рядом с ней.
  Волдеморт был мертв.
  - Сири! Бодяга!
  Сердце Сириуса буквально остановилось, когда он увидел Гарри, стоящего в своей кроватке с протянутыми к нему руками. Его маленькие пухлые щечки были покрыты слезами и кровью.
  Он перешагнул через Лили, поднял ее сына и прижал к себе.
  - Гарри, малыш, все в порядке. Дядя Сириус здесь.
  Он воспользовался своей палочкой, чтобы стереть кровь с лица Гарри, и нахмурился, глядя на порез в виде молнии, появившийся у него на лбу. Он попытался исцелить его, но это не сработало, поэтому он нежно поцеловал его и прижал к себе ребенка.
  Его глаза упали на фигуру Волдеморта и потемнели. Он направил свою палочку на тело и швырнул его из отверстия в стене детской, наблюдая, как оно разбрызгивается на землю внизу. Он не позволит этому монстру отдыхать рядом с Лили Поттер.
  Он целовал щеки Гарри, когда спускался вниз, пытаясь защитить глаза Гарри от вида его мертвых родителей, в то время как слезы катились по его собственным щекам.
  - У меня есть ты, Гарри, не волнуйся. У дяди Бродяги есть ты.
  - Мама! Папа!
  Сириус только покачал головой и поцеловал Гарри в щеки.
  - Я знаю, Сохатик, я знаю.
  Он шагнул на крыльцо, а затем, наконец, рухнул на колени, прижав Гарри к себе, и заплакал.
  Там его и нашел Хагрид десять минут спустя.
  - Сириус.
  Заплаканное лицо Сириуса посмотрело на него.
  - Хагрид. Джеймс и Лили... они мертвы!
  Хагрид кивнул, помогая молодому человеку подняться на ноги.
  - Тебе нужно дать мне 'Арри, Сириус.
  - Что нет! - воскликнул Сириус, крепче прижимая Гарри к себе. - Я его крестный отец, он останется со мной!
  Хагрид потянулся к Гарри, и Сириус отпрыгнул назад, держа ребенка ближе и подальше от досягаемости Хагрида.
  - Он принадлежит мне, Хагрид!
  - Сириус, Дамблдор попросил меня прийти и забрать его. Сейчас ему нужно быть со своей семьей.
  - Я ЕГО ГРЯБАЯ СЕМЬЯ!
  Хагрид выглядел грустным, его большая рука ободряюще сжимала плечо Сириуса.
  - Сириус, ему нужна защита кровью. Ты неего кровь.
  Сириус покачал головой, по его щекам покатились слезы.
  - Я его семья, Хагрид.
  - Сириус, отдай его мне. Он будет в безопасности, обещаю. Сестра Лили позаботится о нем.
  Сириус долго смотрел на него.
  - Петуния? Она ненавидела Лили!
  Хагрид сочувственно улыбнулся.
  - Она позаботится об "Арри.
  Руки Сириуса дрожали, когда он, наконец, передал ребенка Хагриду, и Гарри взывал к нему. Он наклонился, чтобы поцеловать Гарри в щеку.
  - Я люблю тебя, Гарри. Я скоро приду к тебе, хорошо?
  - Бодяга! Нет!
  Сириус улыбнулся своему крестнику, а затем обратил внимание на Хагрида.
  - Я должен кое-что сделать. Возьми мой мотоцикл, Хагрид.
  Он бросил ему ключи.
  - Мне это не понадобится.
  ***
  Воспоминание на этом закончилось, и Крауч кивнул Сириусу, когда МакГонагалл снова извлекла воспоминание и поместила его обратно в его разум. Крауч влил последнее воспоминание в Омут памяти и в последний раз усилил его через потолок.
  ***
  Сириус прошел через квартал, следуя по следу Питера, откуда тот преследовал его из дома его матери. Он не аппарировал, а вместо этого побежал, удивив Сириуса больше всего на свете, когда последовал за ним в конец переполненного квартала.
  - Думаешь, толпа маглов спасет тебя, Червехвост? - воскликнул Сириус, схватив Питера за плечо и ударив его по лицу.
  Питер упал на землю, его нос истекал кровью.
  - С-С-Сириус!
  - Даже не начинай с меня, Пит! Ты пытался настроить нас друг против друга! Ты пытался убедить Джейми и меня, что Рем был шпионом! Ты сделал то же самое с Римусом? Что он не мог мне доверять? Ты сказал ему, что я был проклятым шпионом?
  Он пнул Питера по ребрам, и тот захныкал.
  - И все это время это был ты! Бесхребетный червяк! МЫ ВЕРИЛИ В ТЕБЯ!
  Он поднял палочку, но впервые в жизни Питер оказался быстрее. Взрыв отбросил Сириуса назад, в ушах у него зазвенело.
  - КАК ТЫ ПОСМЕЛ ПРЕДАТЬ ДЖЕЙМСА И ЛИЛИ, СИРИУС? КАК ТЫ ПОСМЕЛ?!
  Питер заревел в толпу, с его правой руки капала кровь.
  Сириус вскочил на ноги, в ушах у него зазвенело. Затем его глаза расширились, когда он увидел, как Питер превратился в крысу и направился прямиком в канализацию. Сириус поскользнулся в крови тел рядом с ним, пытаясь преследовать его, когда вокруг него аппарировали шестеро авроров и волшебников-ударников.
  - Сириус Блэк, вы арестованы! Бросайте палочку!
  Смех вырвался из него в отчаянии, когда он уронил палочку на землю.
  Питер проклятый Петтигрю обманул их всех, и он даже не ожидал, что это произойдет.
  ***
  Последнее воспоминание закончилось, и Сириус ничего не сказал, когда МакГонагалл снова вернула его ему в голову. Адвокат шепнул ему, что это будет решение в его пользу. Сириус не сводил глаз с Крауча, который почти десять минут совещался с окружающими его людьми, а затем, наконец, кивнул и встал.
  - Сириус Орион Блэк, выслушав ваши утверждения до и после получения сыворотки правды, после использования раскрывающего заклинания на вашей палочке и после просмотра ваших воспоминаний, я с сожалением признаю, что мы были неправы и что вы невиновны во всех обвинениях, выдвинутых против вас в это время. - Он поднял руку, призывая зал к тишине.- Суд компенсирует вам одну тысячу шестьсот тридцать галеонов, по одному за каждый день, когда вы неправомерно содержались в заключении в тюрьме Азкабан.
  Сириус фыркнул на это, но вздохнул с облегчением, когда клетка открылась и Грюм взмахнул палочкой, сбросив цепи, и нежно потер свои ободранные и ушибленные запястья. Доулиш подошел к нему и вручил ему палочку, которая была отобрана у него в тот момент, когда он уронил ее по команде; она содержалась в офисах Азкабана до его смерти (где она затем была бы сломана) или в редком случае, когда он должен был быть освобожден.
  Его глаза переместились туда, где сидел Римус, и с удивлением обнаружил, что его старый друг вообще покинул зал суда, и при этом он почувствовал прилив грусти.
  Он оставался здесь все это время?
  Почему он ушел?
  Он все еще считал его виновным?
  Он обнаружил, что МакГонагал обняла его прежде, чем он успел подумать об этом, и яростно обнял ее в ответ. Она всегда была рядом с ним, и теперь он был обязан ей жизнью.
  - Минни, спасибо! Спасибо, что поверила в меня!- сказал он ей, целуя ее в щеку, когда она отстранилась.
  МакГонагалл улыбнулась ему.
  - Всегда.
  Она снова обняла его, когда Дамблдор подошел к ним.
  - Сириус, я рад узнать, что с тебя сняты все обвинения. Минерва очень настаивала на твоей невиновности, и мне только жаль, что Департаменту магического правопорядка и Визенгамоту потребовалось так много времени, чтобы увидеть причину, позволяющую тебе предстать перед справедливым судом за ваши преступления. - сказал ему Дамблдор, пожимая ему руку. - Теперь ты свободный человек.
  Сириус кивнул. Эти слова все еще казались ему неожиданностью. Он попрощался с ними обоими и оказался лицом к лицу со своей тетей Друэллой.
  - Приветствую, тетя.
  Друэлла Блэк усмехнулась над ним.
  - Я думала, что когда тебя посадили в тюрьму, ты на самом деле собрался и сделал что-то в первый раз в своей жалкой жизни, но теперь я вижу, что даже это было слишком трусливо для тебя. Ты даже не смог убить старого школьного друга... Твои родители были правы, разочаровавшись в тебе. Ты хуже, чем моя дочь предательница крови.
  - Всегда приятно поговорить с вами, тетя, - крикнул Сириус ей вдогонку, когда она выбежала, и Сириус обнаружил, что стоит почти один посреди зала суда, не зная, куда идти и что делать дальше.
  Он был свободен.
  Но что это значило для него?
  Глава 4: Эпизод, где Лунатик и Бродяга помирились
  Примечание автора:
  Я сохраняю главный канон из моей текущей истории WIP "Пропавшие моменты" - где Римус однажды посетил Гарри, и Петуния поставила ему ультиматум: взять Гарри с собой или попрощаться - никакого волшебства, а обычное детство. Причина этого в том, что я написал оба этих момента и фактически взял этот момент Римуса и добавил его в свою историю "Недостающие моменты" только потому, что он так хорошо подходил в качестве хорошего "недостающего момента", но он принадлежит здесь, или он будет через несколько главы, но сцена упоминается ниже.
  Кроме того, я видел так много замечательных художников-фанатов, которые рисовали Сириуса с татуировками. Я хотел рассказать историю о татуировках, которые я выбрал для его тела, и я попытался сделать это здесь. Я надеюсь, что отдал им должное.
  текст:
  Он был свободен. Но что это значило для него?
  Он принял сменую одежду от Доулиша и снял свою ветхую тюремную форму, чувствуя себя лучше только от смены одежды. Он поблагодарил своего адвоката (Франклина Смита), когда тот вернул ему его палочку вместе с сумкой галеонов с извинениями, а затем покинул Министерство магии, не желая проводить там ни минуты дольше, чем это было абсолютно необходимо. Не зная, куда еще идти, он направился к Косому переулку.
  Одежда была той же, в которой он был арестован, а джинсы были немного мешковатыми, подчеркивая вес, который он потерял, пока был заперт. Он направился в Гринготтс и обменял часть денег на маггловскую валюту, прежде чем отправиться в аптеку Слага и Джиггерса за лечебными зельями, прежде чем отправиться в магловский Лондон. Он купил чистую одежду и свежие туалетные принадлежности, прежде чем арендовать себе на ночь большой гостиничный номер, отчаянно пытаясь хоть на несколько минут побыть в одиночестве и вдали от волшебного мира.
  Ему нужно было проветрить голову.
  Он разделся в ванной, глядя на себя в зеркало. Его гладкие черные волосы, всегда такие гладкие и чистые, теперь были взлохмачены, покрыты грязью и свисали до середины спины. У него была густая неряшливая борода, свисавшая с подбородка, и он почесал ее, чувствуя грязь и наросты от того, что так долго был заперт в камере без надлежащего мытья. Он понял, что у него определенно есть вши, и яростно почесался. Он воспользовался предоставленной бритвой и сбрил чудовище с лица, решив оставить легкую щетину. Затем он подстриг волосы, подровняв их так, что они едва касались верхней части ключицы, а затем включил душ. Горячая вода хлестала по его израненному и покрытому синяками телу, и он позволил слезам течь, пока счищал многолетнюю грязь со своей кожи. Он тер волосы и кожу головы, пока вода не начала остывать. Он начисто вымылся, а затем, наконец, выключил душ только для того, чтобы наполнить ванну горячей дымящейся водой и пузырьками.
  Пока ванна наполнялась, он вытер пар с зеркала, чтобы еще раз взглянуть на свое отражение. Он расчесал волосы, разделив их набок и улыбнувшись знакомому взгляду. Он снова начал чувствовать себя самим собой, несмотря на затравленные скулы и темные круги под глазами. Он использовал зелье, которое купил в Косом переулке, чтобы вылечить свои десны и зубы после многих лет неправильного питания, и проглотил его, пытаясь побороть позывы к рвоте. Затем он волшебным образом почистил зубы и заполз в ванну, вздыхая от удовольствия, когда его окутала горячая чистая вода.
  Четыре года, шесть месяцев и двадцать дней он провел в тюрьме.
  Это было похоже на всю жизнь.
  Ему было двадцать шесть лет, в ноябре исполнится двадцать семь, а он чувствовал себя на пятьдесят. Он откинулся в воде, расслабляясь в пузырьках, пока вода не остыла, а затем вылез из ванны и вытерся. Он обвязал полотенце вокруг талии и повернулся к зеркалу.
  Он почти мог сосчитать свои ребра, подумал он, коснувшись своего бока. Его руки все еще были мускулистыми, но он был тощим. Отжимания и приседания, которые он делал каждый день часами в своей камере просто для того, чтобы скоротать время, помогали ему оставаться в отличной форме, но отсутствие правильного питания также повлияло на него. Он посмотрел на татуировки на своем теле и впервые за весь день слегка улыбнулся.
  Первую татуировку он сделал, когда ему было шестнадцать. Питер шел с ним, вспомнил он. Они пошли в тату-салон в Лютном переулке, и Сириус попросил парня написать круговые фазы лунной карты. Так он считал дни в Азкабане. Луна была очарована тем, что менялась у него на груди так же, как и снаружи, всегда сообщая ему, какой сегодня день. Месяц спустя он вытатуировал герб факультета Гриффиндор ярко-красным и золотым цветом на правой лопатке со словами: "Где обитают храбрые сердцем".
  Татуировки приводили в ярость его родителей, и он любил их еще больше за это, и, будучи мятежным человеком, он продолжал покрывать свое тело великолепным искусством, которое злило его мать, а его делало таким гордым. Гребень мародеров над левой лопаткой с подробным описанием друзей, которые так много для него значили; настоящая семья, к которой он принадлежал, с их девизом: "я торжественно клянусь, что я не замышляю ничего хорошего." Все четверо сделали татуировку до седьмого года в Хогвартсе.
  Его взгляд упал на портрет крысы, и его наполнила ярость.
  Он до сих пор не мог понять, как Питер мог так его предать; предать Лили и Джеймса.
  На мгновение он поднял палочку, готовый сбросить крысу с герба, но остановился. Герб олицетворял их дружбу и хорошие воспоминания, которые все четверо разделили вместе все эти годы назад. Он не собирался изменить это, взорвав себе спину. Ему нравилась эта татуировка, и он не собирался ее менять.
  Он не собирался позволить Питеру забрать у него что-то еще, что он любил.
  Сириус уронил палочку и начертил на левом предплечье рунические символы, обозначающие дружбу, семью и Мародеров, которые были обведены крошечным следом на карте, которую они создали в школе. Следы вели к изображению Гремучей Ивы, покрывавшей его плечо. На внутренней стороне левого запястья у него были очертания красно-золотого силуэта феникса, очерченные пламенем, которое описывало полукруг. Свежие синяки от его цепей слегка врезались в татуировку, и он вздрогнул от боли. По крайней мере, они исцелятся, подумал он и знал, что это не повредит фениксу. Он вспомнил, как получил его как символ надежды. Всегда можно было бы использовать больше надежды в их жизни.
  Его правая рука, полный рукав, выполненный в разных оттенках черного, серого и синего - волк, воющий на луну, белый олень, собака и крыса кружили вокруг него, защищая его на фоне Хогвартса. Кельтский узел замыкал сцену внизу, опоясывая его руку чуть выше запястья. Над сценой была звездная карта Сириуса и Ориона, заключенная в круг и закрывающая все его правое плечо. На его ключице было написано: "Шалость удалась" - запутанным курсивом. На правом боку, над ребрами, его мотоцикл был отмечен тремя звездами. И, наконец, он проследил готическую надпись, которая была именем его крестника, последнюю татуировку, которую он сделал на себе, на левом боку, вертикально вниз по ребрам, она гласила: Сохатик, ГДП, 31 июля 1980 года. Когда он провел по буквам, он вспомнил то, как Гарри позвал его из объятий Хагрида той ночью, и он закрыл лицо руками.
  Гарри.
  Ему нужно было увидеть своего крестника. Ему нужно было убедиться, что с ним все в порядке. Его желудок громко заурчал, удивив его, и он откинул волосы с лица.
  Шаг за шагом, Сириус, сказал он себе. Шаг за шагом.
  Два часа спустя Сириус побаловал себя ужином со стейком и большой пинтой пива в ресторане отеля, а затем забрался на большую кровать в своем гостиничном номере и заснул беспокойно, прежде чем заснуть на полу, обнаружив, что это больше, чем то, чем он был раньше привык за последние четыре года. Кровать была слишком мягкой, и он почти чувствовал, что не заслуживает ее комфорта.
  Проснувшись утром, он почувствовал себя на удивление отдохнувшим. Он заказал себе полный завтрак из бекона и яиц и съел все до последнего кусочка, прежде чем принять душ и привести себя в порядок, прежде чем выписаться и аппарировать на площадь Гриммо номер двенадцать.
  Он смотрел на дом на Клермонт-сквер, в котором вырос, засунув руки в карманы джинсов, купленных накануне. Он ненавидел все в этом месте. Теперь его отец был мертв, а его брата убили Пожиратели Смерти за два года до того, как он попал в тюрьму. Он глубоко вздохнул и направился в дом, шагнув через парадную дверь и вздрогнув, когда портрет его матери в натуральную величину начал кричать на него.
  - ПОЗОР! ПРЕДАТЕЛЬ СВОЕЙ КРОВИ И СВОЕЙ СЕМЬИ!
  Сириус проигнорировал портрет и направился прямо вверх по лестнице в свою бывшую спальню. Он уже наполовину собирал вещи, когда в дверях появился старый домовой эльф его матери.
  - Что ты здесь делаешь, изменник? Ты разбил сердце моей бедной госпожи!
  - Я собираю свои вещи - и мы оба знаем, что у моей матери нет сердца, Кричер.
  Кричер уставился на него.
  - Поторопитесь. Хозяйка не хочет, чтобы вы были здесь.
  - И мне действительно не нравится быть здесь. Я почти закончил.
  Кричер остался на месте, наблюдая, как он собирает последние свои вещи, не сводя глаз с знамени Гриффиндора и маггловских плакатов на стенах.
  - Когда ты вернулся сюда, чтобы быть ближе к своему другу Петтигрю, Хозяйка разрешила. Сказала, что вы, наконец, делаете то, что должен делать черный маг, и то, что вас посадили в тюрьму за такое темное преступление, заслуживает аплодисментов.
  - За преступление, которого я даже не совершал, - плюнул на него Сириус, закинув сумку на плечо. - И это было последнее место, куда я хотел приехать. Фиа и Монти были моими настоящими родителями во всех смыслах. Я не хотел возвращаться сюда и не хочу возвращаться сюда сейчас. Я здесь за моей одеждой. Не волнуйся, моей дорогой мамочке больше никогда не придется меня видеть. Где она вообще? Прячется, пока я не уйду, чтобы ей не пришлось смотреть мне в лицо?
  Кричер усмехнулся.
  - Хозяйка никогда не хотела, чтобы ты был здесь!
  Сириус закатил глаза, глядя на расстроенного домового эльфа, пронесся мимо него и поспешил вниз по лестнице.
  - ПОЗОР! Грязный предатель крови! ТЫ НЕ МОЙ СЫН!
  Портрет Вальбурги Блэк закричал, когда он закрыл за собой входную дверь, вздохнув с облегчением.
  Он был более доволен, чем хотел признать, что ему нужно было только увидеть Кричера и не быть вынужденным иметь дело с его матерью даже на мгновение.
  Когда он вышел на улицу и дом скрылся за ним под охранными чарами, он облегченно вздохнул и пошел. Он прошел почти три квартала, прежде чем понял, что понятия не имеет, куда идет.
  Его дядя Альфард оставил ему его старую холостяцкую квартиру в Лондоне, а также большой коттедж в Сидмуте в Девоне. Он жил в этой квартире после окончания Хогвартса, но через несколько лет продал ее. Он планировал переехать к Муни после смерти отца, но потом... они перестали доверять друг другу, насколько он помнил. Эти семена обмана посеял Питер. Он остался без дома.
  Как только Джеймс и Лили скрылись, Сириус вернулся на Гриммо-плейс, потому что это было близко к Питеру, и ему было легко следить за своим другом - по крайней мере, он так думал.
  Он вспомнил, как Джеймс пытался отговорить его от этого.
  ***
  - Бродяга, ты не можешь вернуться туда! Это место отравлено!
  - Теперь там только моя мать, Сохатый, и этот сумасшедший старый домовой эльф. Со мной все будет в порядке. Это только до тех пор, пока я не найду что-нибудь еще. В любом случае, я никогда не собирался оставаться в старой квартире дяди Альфарда. Она была слишком мала для меня. Только на несколько недель, пока я не узнаю, что вы, ребята, все в безопасности. У меня есть тот коттедж в Девоне, может быть, я поеду туда. Но мне нужно быть рядом. Пока вы не будете в безопасности. До тех пор я могу мириться с Вальбургой.
  Джеймс только посмотрел на него.
  - Если бы ты просто поговорил с Римусом...
  - Мы поговорили, Джеймс, со мной все будет в порядке. Я больше не ребенок, и я могу провести несколько недель под крышей моей матери.
  ***
  Но две недели, которые он провел с матерью, были ужасны. Воспоминания об этом доме преследовали его, и он провел больше времени, катаясь на мотоцикле, ища улики, выполняя задания Ордена Феникса и пытаясь сделать мир безопасным для своего лучшего друга и его семьи.
  Лунатик, подумал он. Его сундук и его вещи были перемещены в коттедж Люпина. Они планировали жить вместе в доме, который отец Римуса оставил ему после своей смерти. Римус не хотел быть один, и Сириус ухватился за возможность снова жить со своим лучшим другом.
  Но потом Питер разрушил его планы.
  Он понял, что Сириус сам позволил ему разрушить их.
  ***
  - Ты действительно думаешь, что я шпион, Сириус? - спросил Римус, запустив руки в волосы. - После десяти лет знакомства со мной, и вдруг ты не можешь мне доверять?
  - Не знаю, Лунатик! Как Волдеморт узнал о Маккиннон и Макдональдсе? Пит говорит, что говорил только тебе!
  Рот Римуса открылся и снова закрылся.
  - Мэри Макдональд была моей первой любовью, Сириус. Я обожал ее! А Марли... Мерлин, как ты вообще можешь такое обо мне думать?
  - Я не... я имею в виду, я не верю, что ты причинишь им вред, Римус. Я просто больше ничего не знаю! Кто-то из нас шпионит за Орденом.
  - А откуда мне знать, что это не ты? - спросил Римус.
  Сириус выглядел возмущенным.
  - Ты думаешь, что я шпион? Ты что, дурак? Я делаю все, что могу, чтобы защитить Джеймса и Лили! Проклятье,они попросили меня быть их Хранителем секретов.
  Римус весело фыркнул.
  - Конечно, они выбрали тебя! Нельзя доверять оборотню, верно?
  - О, не смей использовать на мне оборотня, Рем! - крикнул Сириус.- Я знаю тебя десять лет и знаю, что ты не монстр! Но те миссии, на которые ты идешь, чтобы получить информацию о Сивом и его стае; они настоящие монстры, и находиться рядом с ними небезопасно ни для кого!Меня не волнует, каким другим кажется Адриан, он опасный оборотень, который хочет, чтобы ты был в его стае!
  Нижняя губа Римуса дрожала, когда он говорил.
  - Я не думаю, что тебе лучше переезжать сюда.
  - Что?
  - Ты меня слышал. Я сам придумаю, как обустроить себе это место. Но я не могу допустить тебя здесь, если ты мне не доверяешь, а я не доверяю... Я больше не знаю, Сири. Я уже не знаю, чему верить и кому доверять. - сказал Римус, падая на стул. - Я думаю, тебе нужно идти.
  Сириус только смотрел на него.
  - Лунатик, я продал свою квартиру, чтобы переехать сюда к тебе.
  Янтарные глаза Римуса посмотрели на него.
  - Ты не можешь оставаться здесь, Сириус.
  Сириус схватил палочку со стола.
  - Я вернусь за своими вещами.
  Потом он захлопнул за собой дверь.
  ***
  Римус уехал на задание на следующий день, вспомнил он, и это был последний раз, когда они разговаривали. Сириус поправил сумку на спине.
  Это было время, когда они это сделали.
  Он аппарировал к англо-валлийской границе и медленно пробирался через Рексхэм, пока не наткнулся на знакомую тропу, ведущую к дому семьи Люпинов. Запах деревьев и гор заставил его вздохнуть от удовольствия. Он скучал по выходу на улицу и по ощущению прохладного воздуха на коже.
  Сириус брел через лес, направляясь к маленькому коттеджу, который, как он знал, был спрятан там. Когда в поле зрения появился коттедж, на его лице появилась легкая улыбка при знакомом виде, и он постучал в дверь.
  Внутри что-то шаркнуло, прежде чем дверь открылась, и Римус стоял там с чашкой чая в руках.
  - Сириус.
  Сириус улыбнулся ему; облегчение от того, что его старый друг проходило сквозь него.
  - Привет, Лунатик, можно войти?
  Римус просто уставился на него, а затем кивнул и, пройдя внутрь, сел за кухонный стол с чаем в руках.
  - Хочешь чашку чая?
  - Это было бы прекрасно.
  Римус налил ему чашку, добавив три ложки сахара, которые, как он знал, ему нравились, и наконец заговорил, передавая ему кружку.
  - Ты выглядишь лучше, чем вчера.
  Сириус кивнул, потягивая горячий чай и наслаждаясь его вкусом; как все было вкусно последние два дня. Вкус свободы, подумал он.
  - Душ сделает это с тобой. Просто сейчас нужно немного потолстеть.
  Когда Римус не ответил, он вздохнул.
  - Я понимаю, почему ты думал, что это я предал их. Я понимаю, Лунатик. Я не злюсь на тебя.
  Римус выдохнул, хотя и не осознавал, что задерживает дыхание.
  - Я не хотел в это верить, Сириус, но... Питер... он убедил меня, что ты шпион, используя те же отговорки, что и тебе, и Джеймсу, и Лили, что только ты знаешь местонахождение Марлен и Мэри и... потом, когда я вернулся с миссии, ты был в тюрьме за убийство Питера, а Джеймс и Лили были мертвы... Гарри был... я не знал, что и думать!
  - Я знаю, и мне так жаль, что я даже на секунду подумал, что ты был шпионом! Мы собирались сказать тебе, что мы поменяли Хранителей Тайны, но ты ушел на другую миссию со стаей Адриана, и что ж... ты точно не вернулся вовремя. - тихо сказал Сириус, держа в руках кружку с чаем.
  - Пока я не увидел эти воспоминания, Бродяга, я... я ненавидел тебя; верил, что ты стал причиной смерти всех моих друзей, а теперь... Питер все еще жив, а ты освобожден. - признал Римус, его золотые глаза смотрели в серые глаза друга. - Я сожалею о том, что сказал тебе в последний раз, когда мы разговаривали.
  Сириус кивнул.
  - Я знаю. Мне тоже жаль. Вот почему я пришел сюда, чтобы увидеть тебя, чтобы извиниться за все. Прости, Лунатик.
  Римус кивнул, его янтарные глаза смотрели на старого друга.
  - Я тоже. Я должен был доверять тебе.
  - Нам следовало доверять друг другу, - просто сказал Сириус.
  Римус сделал глоток чая.
  - Итак... что ты собираешься делать теперь?
  Сириус на мгновение замолчал.
  - Я чувствую себя немного потерянным, понимаешь? Мне нужно сначала исцелить себя, я это знаю. Я принял несколько зелий прошлой ночью... но я собираюсь поговорить с Дамблдором о встрече с Гарри, и я думаю, что попрошу Поппи осмотреть меня еще раз. Я не хочу идти в больницу Святого Мунго, если я могу этого избежать. Мне нужна правильная стрижка. Я просто... я хочу снова быть собой, понимаешь?
  - Тебе определенно нужно подстричься - хотя я вижу, что ты состриг большую часть лохматого беспорядка, который был на тебе вчера.
  Сириус усмехнулся.
  - Я хочу, чтобы это было так, как было раньше, то есть с моими волосами.
  - Твои волосы всегда были настоящей занозой в заднице. Они должны были быть идеальными.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Ты всегда завидовал моим сияющим совершенным локонам.
  Римус фыркнул, встал и открыл коробку с печеньем, чтобы поставить на стол, и улыбнулся, когда Сириус тут же взял одно.
  - Как только ты поправишь прическу, ты снова почувствуешь себя нормально, не так ли?
  Сириус теребил серебряное кольцо над левым ухом.
  - Я не знаю, но я думаю, что это будет началом. Я хочу выглядеть как я, а не как... не как я провел более четырех лет в тюрьме. Я не хочу пугать Гарри, когда увижу его.
  - Гарри живет с сестрой Лили, Петунией, и ее семьей в Суррее, - сказал ему Римус, потянувшись за печеньем. - Я пошел навестить его сразу после похорон, и... она сказала, что позаботится о нем.
  - Как он поживает? Ему, должно быть, уже столько лет, пять лет, - с ухмылкой сказал Сириус, вспомнив очаровательного пухлощекого малыша, которого он любил безоговорочно. - Я не могу дождаться, чтобы увидеть его! Он знает, что я был в тюрьме? Конечно, он не знает! Я надеюсь, что он хочет меня видеть.
  Римус грустно улыбнулся, постукивая длинными пальцами по краю чашки.
  - Я не знаю, как он себя чувствует, Сириус. Я не видел его после похорон.
  Глаза Сириуса ожесточились.
  - Почему, мать твою, нет? Ты его дядя Лунатик? Он ХОЧЕТ тебя видеть!
  Римус откинулся на спинку стула и вздохнул. Это тоже разозлило его, но ему нужно было, чтобы Сириус понял, почему он остался в стороне.
  - Я пошел к нему, как я и сказал. Петуния впустила меня и дала попрощаться с ним. Она сказала мне, что обещала Дамблдору принять его, позаботиться о нем, но только в том случае, если он совершенно не будет подозревать о волшебный мире.Она хочет, чтобы он рос нормальным.Она сказала мне, что он не должен был контактировать ни с кем из нашего мира и что, если я не заберу его у нее, это будет мой единственный визит. Итак, я поцеловал его прощаясь, и я оставил его с его двоюродным братом, его тетей и дядей.
  - Почему ты не взял его, Лунатик? - недоуменно спросил Сириус. - Никакого контакта ни с кем из нашего мира? Почему ты не взял его с собой?
  - И что, Сириус? - спросил Римус, теперь его глаза сердито сверкнули. - У меня нет на него прав! Я был другом семьи. Оборотнем! Министерство никогда бы не дало чудовищу разрешение воспитывать ребенка, если бы они узнали! И как я мог его воспитать? У меня никого нет! Мои родители были мертвы. Мои друзья мертвы! Что я буду делать, когда преображусь? Как я позабочусь о нем?
  Сириус покачал головой, гнев вибрировал в его теле, когда он говорил сквозь стиснутые зубы.
  - Ты!Не!Чудовище!
  - Министерство магии никогда бы не предоставило мне опеку, если бы они когда-либо узнали! Ты знаешь, что мне пришлось бы зарегистрироваться как оборотню, чтобы получить опеку над ним, что, в конце концов, было бы ловушкой-22, не так ли? У меня нет прав на этого ребенка, Сириус. Я не его семья.Его кровная родственницаПетуния Дурсль.
  - Ну, да, - сказал Сириус, вставая. - Он мой крестник. Джеймс и Лили сделали меня его законным опекуном. У меня есть документы в моем хранилище в Гринготтсе, подтверждающие это.
  - Ты готов стать отцом-одиночкой, Сириус? - тихо спросил Римус, его янтарные глаза пристально смотрели на старого друга. - Ты действительно хочешь забрать его из семьи, с которой он живет уже четыре года, где у него есть кузен его возраста, с которым он играет, и тетя и дядя, которые заботятся о нем?
  Сириус пожал плечами, заправив волосы за уши.
  - Возможно, нет. Но после того, как я увижу Гарри, если Петуния не позволит мне быть частью его жизни, я буду бороться за опеку над ним. Я не хочу пугать его, когда он увидит меня снова, если он даже помнит меня вообще. Но я буду частью его жизни. Петуния не остановит меня. Мне просто нужно некоторое время, чтобы сначала освоиться; найти место для жизни для начала.
  - У меня все еще есть свободная комната, - с улыбкой сказал Римус.
  Сириус ухмыльнулся своему другу.
  - Помню. Я надеялся, что у тебя все еще могут быть все мои вещи?
  Римус улыбнулся.
  - Это все еще там, от постеров The Ramones до двух коробок, полных мотоциклетных журналов, и коробки с твоимипластинками. Я ничего не трогал. Я думал о... Я не мог заставить себя прикоснуться ни к чему из этого.
  Сириус потянулся, чтобы коснуться руки своего друга.
  - Спасибо, Муни.
  Римус улыбнулся и встал, поднося пустую чашку к раковине.
  - Конечно, ты можешь остаться здесь, но если ты решишь забрать Гарри, тебе понадобится помещение побольше, а у меня здесь нет места. Ты же знаешь, что я сижу в подвале в полнолуние - это ставило бы его под угрозу, когда онздесь находиться.
  - Дядя Альфард оставил мне тот коттедж в Девоне. Помнишь, в Сидмуте? Я не был там много лет, с тех пор, как мы с Джейми работали там тем летом. Я думаю, что перееду туда, я помню, что он был довольно приличного размера, - сказал ему Сириус. - Думаю, мне бы хотелось держаться подальше от города, снова наслаждаться прогулками. Но пока я не приведу себя в порядок, я благодарен тебе за то, что ты предоставил мне мою старую комнату.
  Сириус улыбнулся, встал и притянул друга к себе, крепко обнимая.
  - Я скучал по тебе, Муни.
  Римус крепко обнял его, улыбаясь тому в плечо.
  - Я тоже скучал по тебе, Бродяга.
  Когда Сириус отступил назад, Римус улыбнулся и прислонился к стойке.
  - Конечно, ты можешь ночевать здесь столько, сколько нужно. И я сделаю тебе еще лучше, мы отправимся в город и пойдем в салон. Мерлин знает, что это, должно быть, убивает тебя, когда ты смотришься в зеркало с такими волосами.
  Сириус рассмеялся и потянулся на ноги.
  - Звучит здорово.
  ***
  Два часа спустя Сириус последовал за Римусом обратно в коттедж. Парикмахер поправил его волосы, обрезав концы и уложив их вокруг лица так, чтобы передние части были на подбородке, с пробором слева, а волосы едва касались ключиц. Ему всегда нравились его волосы, которые были немного длиннее; достаточно длинными, чтобы при необходимости связать их коротким хвостом. Он провел пальцами по новым блестящим черным локонам и ухмыльнулся своему другу, когда тот прислонился к стене, приподняв ногу, прислонившись к ней, и драматично позируя.
  - Я снова сексуален?
  Римус закатил глаза.
  - Допустим, твои волосы выглядят великолепно, и остановимся на этом.
  Он прошел на кухню и открыл коробку со льдом.
  - Я не очень много покупаю продуктов, но, наверное, могу потушить мясо.
  Сириус кивнул, сунув руки в карманы.
  - Все в порядке, Лунатик. Я собираюсь отнести свои вещи в свою старую комнату, найти свою старую куртку и отправиться в Хогвартс. Я хочу получить немного зелий от Поппи и поговорить с Дамблдором о Гарри. Я вернусь сегодня вечером.
  Римус кивнул и смотрел, как Сириус направляется в запасную спальню и через несколько минут выходит из нее в своей черной кожаной куртке. Он наблюдал, как он аппарировал со двора, и впервые почти за пять лет на его сердце стало немного легче.
  Глава 5: Эпизод, где Гарри встречает Бродягу
  Мне всегда нравилась сцена в "Гарри Поттере и узнике Азкабана", когда Сириус неловко поднимает тему о том, что Гарри, возможно, будет жить с ним после того, как его имя будет очищено - как он не уверен, захочет ли Гарри покинуть дом своих тети и дяди - как, может быть, он ему там нравится, и он весь из-за этого нервничает, а Гарри такой, что, конечно же, я хочу уйти, LOL! Итак, я хотела произвести такое впечатление здесь. Сириус не хочет нарушать жизнь Гарри, но он хочет быть ее частью, независимо от того, большая она или маленькая. Но он не знает, как подойти к Гарри по этому поводу.
  текст:
  Сириус приземлился в Хогсмиде, идя по знакомой дорожке к воротам Хогвартса и улыбаясь знакомому,скривишимуся в гримасе, лицу Аргуса Филча, смотрителя школы. Он хотел поговорить с Дамблдором, но сначала направился в больничное крыло, чтобы мадам Помфри проверила его.
  - Спасибо, что сделала это снова, Поппи, - сказал он ей, когда она проверила его пульс и осмотрела его ребра на наличие признаков недоедания.
  Мадам Помфри улыбнулась ему, исследуя его палочкой.
  - Конечно, Сириус.
  Он пил зелья, которые она ему предлагала, лишь частично слушая, как она объясняла, как это поможет его зубам, это - его силе, а одно полно белковых антител. Он хотел сделать все возможное, чтобы снова стать здоровым, так как пребывание в тюрьме было не лучшим местом, чтобы загореть и набраться сил, когда ты был заперт в темной сырой камере без окон и жил на диете из каши и тушенки. Когда она накачала его еще на несколько дней зельями, чтобы решить его проблемы, вылечила свежие синяки и порезы на его запястьях и лодыжках и сказала ему, что он скоро вернется к нормальной жизни, он направился к Дамблдору в кабинет чувствуя себя намного лучше.
  Он улыбнулся МакГонагалл, когда винтовая лестница открылась, и она сошла по ней.
  - Минни!
  МакГонагалл закатила глаза, но позволила ему обнять себя.
  - Сириус, ты снова начинаешь выглядеть, как прежде! Мне нравятся твои волосы, - сказала она ему с улыбкой.
  Сириус усмехнулся и провел пальцами по шевелюре, его волосы упали волнами.
  - Спасибо. Это был мой первый шаг к тому, чтобы снова почувствовать себя прежним. Еще раз спасибо за все.
  МакГонагалл улыбнулась и нежно сжала его руку.
  - Конечно. Дамблдор ждет тебя.
  - Он всегда все знает, а?
  МакГонагалл улыбнулась.
  - Я думаю, у нас обоих было предчувствие, что ты скоро приедешь.
  Сириус улыбнулся и направился вверх по лестнице в кабинет Дамблдора, засунув руки в карманы.
  - Профессор, - сказал он, войдя внутрь и закрыв за собой дверь.
  - Альбус сейчас в достаточно, Сириус. Я уже говорил это раньше, я не был твоим профессором много лет, - с улыбкой сказал ему Дамблдор. Его голубые глаза блестели на него из-под очков-полумесяцев.
  - Верно, - сказал Сириус с улыбкой. - Я здесь по поводу моего крестника.
  Пальцы Дамблдора танцевали вместе, когда он говорил.
  - Я подумал, что ты мог бы прийти по этому поводу.
  - Я хочу увидеть его.
  - Он в безопасности, Сириус. Он живет с сестрой Лили и ее семьей в Суррее.
  - Я это знаю, - сказал ему Сириус, садясь напротив Дамблдора. - Римус сказал мне, и я помню, как Хагрид сказал мне, что именно туда вы планировали отправить его. Но, насколько я помню о Петунии Эванс, она не была полна обаяния и ненавидела Лили. Последнее, чего она, должно быть, хотела, это чтобы ей навязали сына ее отчужденной сестры, особенно после смерти их родителей.
  Дамблдор кивнул, наклонившись вперед, его очки-полумесяцы сидели на кончике его носа.
  - Лили Поттер пожертвовала собой ради своего сына, Сириус. Ты был там, ты видел, как она умерла перед кроваткой Гарри.
  Когда Сириус лишь кивнул, Дамблдор продолжил.
  - Это старая магия, забытая магия. Ее кровь защитила его от вреда, и я думаю, что именно так он победил Волдеморта. Мир зовет его Мальчиком-Который-Выжил. Они утверждают, что он герой. Единственный живой человек, который разделяет кровь его матери - Петуния Дурсль.
  - Но Волдеморт мертв! Я сам выбросил его тело из детской! - воскликнул Сириус, скрестив руки на груди.
  - Его тело, да, но... я не думаю, что он действительно ушел, Сириус. Ты был в Азкабане, его последователи верят, что он действительно умер? - спросил Дамблдор, продолжая постукивать пальцами. - Никто так и не нашел тело, Сириус.
  Сириус колебался. В те первые несколько месяцев, когда он надеялся выбраться, что кто-нибудь узнает правду о Питере, он внимательно слушал. Другие заключенные, те, что были последователями Волдеморта, кричали всякое. Он даже помнил, как слышал голос своей кузины Беллатрикс, кричавшей, что когда Вол-де-Морт снова воскреснет, мир увидит тьму, как никогда раньше.
  - Говорили о том, что... некоторые говорили, что он ушел в смерти дальше всех. Я не знал, что они имели в виду, но большинство было убеждено, что он на самом деле не умер. По крайней мере, так они кричали, когда прибыли первыми, - сказал он. - Прежде чем они замолчали, как и все остальные.
  - Вот именно, - осторожно сказал Дамблдор. - Волдеморт ушел в темные искусства дальше, чем кто-либо, кого я когда-либо встречал, и я не думаю, что он действительно ушел, но как долго он вернется, или вернется ли он, неизвестно. Я хочу, чтобы Гарри был в безопасности и жил с Петуньей Дурсль что защищает его кровью, как никто другой. Я знаю, что ты хочешь этого и для него.
  Сириус кивнул, пересаживаясь на свое место.
  - Да, я хочу, чтобы он был в безопасности, но я его крестный отец, и Джеймс и Лили сделали меня законным опекуном Гарри, если с ними что-нибудь случится. У меня есть документы, подтверждающие это. Он должен быть со мной.
  Дамблдор улыбнулся.
  - Сириус, честно говоря, ты действительно готов взять на себя ответственность по воспитанию пятилетнего ребенка?
  - Я буду готов, если придется, Альбус, - искренне сказал ему Сириус. - Я работаю над тем, чтобы снова привести свою жизнь в порядок, но я хотел, чтобы вы знали, что я хочу увидеть Гарри. Я не говорю, что собираюсь нырнуть туда и забрать его у его тети и дяди. Я просто хочу видеть его, быть частью его жизни. Если он счастлив и в безопасности с ними, кто я такой, чтобы забрать его от всего этого? Я не хочу разрушать его жизнь, я просто... я хочу дать ему узнать меня.
  Дамблдор кивнул.
  - А пока давайте вернемся в мир. Тебе еще нужно найти место для жизни, может быть, устроиться на работу или наладить свою жизнь после стольких лет заключения. Но я уверен, что ты найдешь место в жизни Гарри, Сириус, не беспокойся об этом.
  - Все, что я планирую сделать, - сказал ему Сириус. - Но я хотел, чтобы вы знали, что я планирую увидеть Гарри. Я знал, что вы поставили его под защиту, и я не знал, что это значит с точки зрения приглашения посетителей или защиты.
  - Я никогда не говорил, что ты не можешь его видеть, - сказал ему Дамблдор. - Всего один шаг за раз, хорошо?
  Сириус согласно кивнул. Он покинул Хогвартс, чувствуя себя намного лучше. Последнее, чего он хотел, это забрать Гарри из дома, который он любил. Он не хотел портить ребенку жизнь, но он не собирался позволять Петунии Эванс Дурсль держать его подальше от крестника, как и Дамблдору. Не то чтобы Дамблдор пытался удержать его, подумал Сириус, он заботился о интересах мальчика и уважал это. Дамблдор был хорошим человеком. Но он хотел получить шанс узнать Гарри поближе, рассказать ему о своих родителях, научить его, как быть Мародером, и, прежде всего, показать этому маленькому мальчику, как его все еще любила семья, которую выбрали его родители для него.
  Сириус вернулся в Гринготтс после того, как покинул Хогсмид. Дамблдор был прав, ему нужно было решить, где он будет жить. Если он хотел, чтобы Гарри проводил с ним время, он хотел, чтобы у его крестника было свое личное пространство, может быть, даже собственная спальня, чтобы он мог приходить и оставаться с ним, может быть, по выходным какое-то время. Римус был прав, он не смог бы этого сделать, если бы остался в крошечном коттедже Люпина с двумя спальнями. Он знал, что Римус тоже не хотел бы, чтобы он видел подвал, где его друг запирался в полнолуние; по крайней мере не сразу. Чтобы понять это, ему нужно было отправиться в Гринготтс и привести в порядок свое поместье.
  Его дядя Альфард умер, когда ему было семнадцать, и оставил ему небольшое состояние и все его активы, что привело в ярость его мать, которая отрезала его от богатства семьи Блэк более года до этого. Ему потребовался час, чтобы привести в порядок все свои документы у гоблинов. Затем он направился в дом, в котором жил его дядя Альфард, чтобы проверить, действительно ли он пригоден для жизни.
  Альфард Блэк всю жизнь был холостяком, но в молодости он блистал с Сириусом и был одним из немногих членов семьи, которые продолжали разговаривать с ним после того, как его распределили на Гриффиндор, а несколько лет спустя, когда его собственная мать отреклась от него и вычеркнула его имя из генеалогического древа - дядя Альфард все еще был там. Он всегда был добр к нему, но Сириус все еще не ожидал, что старый чудак оставит ему все.
  Он воспользовался ключами от двухэтажного коттеджа в Сидмуте, графтсвоДевон, недалеко от побережья. Скалы, возвышающиеся над пляжем Ла-Манша, находились всего в десяти минутах ходьбы, а пышный лес, окружавший коттедж, был достаточно уединенным, чтобы никто не узнал, что дом там, если только не искал его. Ему стало интересно, живут ли еще Моррисоны в желтом коттедже справа. Он помнил пожилую пару, когда был подростком; они всегда были добрыми.
  Только снаружи, свежий воздух и красивые пейзажи заставили Сириуса решить, что именно здесь он хочет жить. После почти пяти лет в темной сырой камере без окон, он хотел иметь любую возможность насладиться внешним миром, и жизнь в деревне определенно предоставит ему это, думал он, вдыхая свежий воздух.
  Сириус шагнул внутрь, кашляя от пыли, и зажег палочку, чтобы заглянуть в комнату. Домовой эльф его дяди умер через несколько недель после смерти его дяди, и он вообразил, что с тех пор никто не убирался и не трогал это место. Простыни покрывали мебель в гостиной, когда он прошел на большую кухню. Рядом с кухней был солярий, заставленный коробками. Он поднялся наверх, где была большая главная спальня и две большие спальни по другую сторону коридора. Одна большая ванная в конце коридора и отдельная ванная в доме хозяина, которую, как он знал, его дядя установил сам за несколько лет до своей смерти. Вернее, они с Джеймсом сделали это за него, вспомнил он, летом перед пятым курсом. В одной из спален была лестница, ведущая на чердак, который также был завален пыльными коробками и обитой простынями мебелью.
  - Ну, - сказал он, закатывая рукава. - Пора на работу.
  ***
  Потребовалась целая неделя, чтобы очистить дом от пыли и паутины, накопившихся почти за восемь лет. Он завтракал с Римусом, а потом сразу же возвращался в коттедж в Девоне; работать до поздней ночи, чтобы привести дом в порядок.
  Но когда он закончил, он блестел.
  Деревянные полы сияли, стены были чистыми и не запачканными, и пахло свежестью лимона и сосны. Он купил краску и расходные материалы и перекрасил гостиную в не совсем белый и нежно-голубой цвета, при этом натуральное дерево в комнате акцентировало внимание на всем. Он купил новую мебель, удобные кресла и диван в бело-голубых тонах.
  Кухню он решил оставить в жизнерадостном золотисто-желтом цвете, просто перекрасил ее и починил темноеограждение от разбрызгивания масла, вспомнив, как тем летом они с Джеймсом тщательно приклеивали каждый серый камень к стене. Он натер деревянные ставни, впустив в кухню солнечный свет. Он оставил солярий закрытым, решив в другой день пройтись там по скопившимся ящикам.
  Наверху он покрасил главную спальню в оттенок белого цвета и купил себе новенькую двуспальную кровать, прежде чем приступить к работе над тем, что, как он думал, будет спальней Гарри, когда к нему приедет его крестник. В спальне был небольшой балкон, выходящий на заднюю часть коттеджа, на лес, скалы и Ла-Манш. Это была самая большая из двух комнат, и он решил покрасить ее в серый цвет, а стену, у которой стояла кровать, он покрасил в темно-серый. Он купил новую кровать размера "queen-size", как этого требовала комната, получив покрывало Гриффиндора и подходящие простыни. Он повесил на стену знамена Гриффиндора и несколько старых плакатов Джеймса по квиддичу, расставив в комнате красные акценты, чтобы сделать ее ярче.
  Далее он добавил фотографии: Джеймс и Лили; Джеймс и Сириус; Джеймс, Сириус и Римус. Он вывесил несколько фотографий четверых Мародеров, чтобы Гарри знал, кто друзья его родителей, несмотря на то, как сильно ему хотелось нахмуриться, увидев лицо Питера. Он нашел один снимок с Джеймсом, Сириусом, Юфимией и Флимонтом, так что он тоже вставил его в рамку, повесив на стену. Детские фотографии Гарри были другими: Гарри с родителями, Гарри с Сириусом и Римусом, Гарри только с Сириусом, Гарри летит на детской метле и т. д. Вскоре он сделал фотостену воспоминаний, чтобы его крестник имел их.
  Он снова пошел в Косой переулок и нашел свой путь в магазин детских игрушек и наполнил целый сундук игрушками, включая игрушечную метлу, прежде чем нашел магазин маггловских игрушек и купил больше игрушек, включая футбольный мяч, и, к его удовольствию, детский мотоцикл. Он также купил несколько пар одежды и несколько пар пижам, женщина в магазине с радостью помогла ему.
  Он повесил новую одежду, сложил остальные в комод и аккуратно нарисовал Гарри Дж. Поттер на сундуке с игрушками в конце кровати. Он положил на кровать чучело белого оленя, чучело черной собаки и чучело золотисто-коричневого волка и улыбнулся своей работе. Это выглядело великолепно и привлекательно, и он не мог дождаться, когда Гарри увидит это. Он прекрасно осознавал, что, вероятно, переборщил - ладно, определенно переборщил, особенно с игрушками, - но он упустил четыре года жизни Гарри.
  Он планировал компенсировать это любым возможным способом. И если он немножко избалует ребенка, ну, по его мнению, ничего страшного в этом нет.
  Он сделал маленькую табличку для двери с надписью: "Комната Гарри, Сохатика". К концу второй недели он перевез все свои вещи в коттедж и подтвердил все охранные чары.
  Будучи Блеком, его дядя Альфард уже был параноиком, и коттедж был совершенно непроходимым, невидимым, и его невозможно было найти с сильными защитными барьерами, охраняющими каждый вход, и антиаппарирующими чарами на месте. Знание местоположения позволяло войти в дом, но если кто-то не был там раньше, дом оставался невидимым, если доступ не был предоставлен Блеком. Дымоход в гостиной официально не был связан с Министерством магии, но он был похож на него в том смысле, что если вы знали его местоположение и имели доступ, вы могли его найти. Сириус сам усилил чары и купил свежих продуктов, приготовил себе ужин и спокойно поел в одиночестве.
  Стук в дверь удивил его. Кроме Римуса, никто больше даже не знал, что он решил поселиться здесь. Он вытянул палочку, осторожно продвигаясь к входу, и вздохнул с облегчением, когда узнал Джорджа Моррисона, соседа.
  - Мистер Моррисон, - сказал он, открывая дверь.
  Мистер Моррисон кивнул ему.
  - Я сказал Маргарет, что это ты переехал. Слышал, ты в тюрьме, мальчик.
  Сириус кивнул, почесывая затылок.
  - Я был там. Они освободили меня.
  - И теперь ты будешь жить здесь?
  Сириус снова кивнул.
  - Да, сэр. Дядя Альфард оставил дом мне, и я хотел бы здесь остаться.
  Мистер Моррисон мгновение смотрел на него.
  - Альфард Блэк был хорошим человеком. Он думал, что ты особенный. Ты всегда был добр к нему, и я помню, как ты и твои друзья помогли мне и Маргарет после того сильного шторма. Мы счастливы, что ты живешь здесь, Сириус.
  - Спасибо, мистер Моррисон, - сказал он с улыбкой.
  - Теперь ты взрослый мужчина, сынок, зови меня Джордж. Ты будешь жить здесь один?
  Сириус покачал головой.
  - Не всегда. Мой крестник тоже будет здесь довольно часто. Ему пять лет.
  Мистер Моррисон кивнул.
  - Хорошо, просто замечательно. Этому месту нужна молодежь. Добро пожаловать домой, Сириус.
  - Спасибо.
  Сириус смотрел, как мистер Моррисон возвращается в свой коттедж, и усмехнулся. Он был очень рад, что решил приехать сюда и сделать его своим домом. У него были дружелюбные соседи, если он хотел их, но КоттеджБлеков был достаточно далеко от них, если он этого не хотел. Ему не терпелось показать Гарри свой дом.
  Поднявшись в постель той ночью, он разделся и снова посмотрел на себя в зеркало. Его лицо больше не выглядело затравленным. Его глаза стали светлее, темные круги исчезли, а зелья, которые дала ему Поппи, очевидно, помогли, так как его зубы пришли в норму, а десны зажили, потеря веса казалась менее резкой, хотя он знал, что это все равно займет какое-то время. Он продолжал делать отжимания и приседания каждое утро и вечер, но чувствовал, что выглядит хорошо.
  Он не выглядел страшным, и это было для него самым важным.
  Он не хотел пугать Гарри.
  Он забрался в постель, улыбаясь.
  Завтра утром он собирался увидеть своего крестника.
  ***
  Сириус проснулся на следующее утро, сделал зарядку, принял душ и оделся, заправил косматые пряди за ухо, сделал пробор набок, прежде чем позавтракать. Он запер за собой дверь и направился мимо защитных барьеров, чтобы аппарировать. Он молча появился в Суррее и направился к ЛитлУингингу. Он превратился в свою собачью форму, прыгая по улице, пока шел к Тисовой улице номер четыре.
  Тем утром он решил сначала осмотреть дом.
  Это были интересные несколько недель, когда он пытался наладить свою собственную жизнь и снова научился жить, что оказалось намного сложнее, чем он ожидал. Дамблдор сказал ему, что Гарри спокойно живет со своими тетей и дядей, и последнее, чего хотел Сириус, - это забрать своего крестника из счастливого дома. Защита крови действительно была очень сильной и очень старой ветвью магии, и если Петуния действительно забрала Гарри к себе домой, она, должно быть, несколько изменилась по сравнению с маленькой сопливой Мисс Совершенство, которую он помнил со свадьбы Джеймса и Лили. Но Дамблдор сказал ему, что он может приехать, и он это сделает.
  Но сначала он встретится с Гарри в его меховой форме. В конце концов, каждый маленький мальчик хотел собаку, а Гарри всегда любил своего "Бодягу".
  Он перепрыгнул через маленькую калитку на задний двор дома номер четыре, жадно принюхиваясь, прежде чем его глаза выглянули через стеклянные двери беседки и увидели, как семья завтракает. Зрелище заставило его улыбнуться. Гарри сидел на стуле за столом и ел тост. Его маленькие ножки болтались взад и вперед на стуле. Его черные волосы торчали во все стороны точно так же, как и у Джеймса, а ярко-зеленые глаза, принадлежавшие Лили, были спрятаны за круглыми очками. Он выглядел совсем как Джеймс, подумал он; задаваясь вопросом, были ли очки верным признаком того, что Гарри, возможно, даже унаследовал ужасное зрение своего отца и дедушки. Пухлый блондин сидел напротив него, набивая рот беконом. Вернон Дурсль читал газету, а Петуния, судя по всему, безуспешно пыталась заставить сына пользоваться салфеткой.
  Сириус подкрался немного ближе к дому, как собака Бродяга, навострив уши, чтобы слушать через открытое окно, которое пропускало прохладный майский воздух в дом. Он смотрел, как Гарри закончил есть свой тост, спрыгнул со стула, придвинул табурет к раковине и начал мыть посуду после завтрака.
  "Он уже занимался домашними делами, и это хорошо", - подумал Сириус. "Петуния привила ему чувство ответственности."
  Но затем его улыбка исчезла, когда он увидел, как Гарри потянулся к тяжелой сковороде, полной жира от бекона, которая, естественно, весила слишком много для его маленького роста, и опрокинулась, расплескав горячий жир на его руки. Он вскрикнул и выронил сковороду, слезы навернулись на его глаза.
  Петуния схватила Гарри за руку, потянула его к раковине и погрузила руку под холодную воду.
  - Не смей плакать!
  - Мальчишка! - прорычал Вернон. - Посмотри, какой беспорядок ты устроил! Как ты думаешь, кто собирается его убирать?
  Он закусил губу, когда слезы покатились по его лицу, и Вернон подошел к нему.
  - Твоя тетя сказала тебе не плакать, мальчишка!
  - Извините, дядя Вернон, - тихо сказал Гарри, сглатывая слезы, когда тетя вытерла его руку прохладной водой.
  - Он в порядке, Вернон, - сказала Петуния, отпуская руку Гарри. - Это не ожог, просто небольшое покраснение. Это был скорее шок, понимаешь?
  Вернон схватил Гарри сзади за огромную рубашку, которая была на нем, и отнес его к задней двери, открыл ее и бросил Гарри на траву.
  - Поливай цветы, мальчишка! Петуния уберет за тобой беспорядок, и ты проведешь остаток дня в своей постели, если еще раз напортачишь по своим делам!
  Он захлопнул за собой дверь, и Гарри фыркнул, вскарабкавшись на ноги и прижимая к себе свою красную руку. Бродяга осторожно подошел к мальчику и остановился, когда Гарри увидел его. Гарри замер, потянулся к шлангу и увидел, как Бродяга приближается к нему. Когда пес наклонился вперед и лизнул его руку, на лице Гарри появилась легкая улыбка.
  Бродяга снова лизнул руку, и лицо Гарри расплылось в широкой ухмылке. Гарри осторожно протянул руку и почесал его за ушами, а Бродяга взвизгнул от удовольствия, положил две массивные лапы на грудь Гарри и лизнул его в щеку.
  Гарри хихикнул и вцепился руками в лапы пса, чтобы удержать его на месте.
  - Ты большой песик!
  Бродяга уткнулся мордой в шею Гарри, и Гарри крепко обнял его, смеясь, когда его лицо снова облизали. Глаза Сириуса остановились на покрасневшей руке Гарри, и он был рад видеть, что все действительно в порядке, краснота уже исчезла, но шок от горячих брызг, вероятно, причинил ему больше боли, чем реальная травма, подумал он.
  - Мальчишка! Почему ты не поливаешь этот сад? - проревел Вернон из дома.
  Гарри вскочил на ноги.
  - Иди дальше, мальчик. Если дядя Вернон увидит тебя, у нас обоих будут проблемы.
  Бродяга только наблюдал за ним, следуя за ним по двору, пока он поливал розовые кусты из крошечной лейки и растения в горшках, а затем, к своему удивлению, большой сад, полный лилий. Когда Гарри закончил, он убрал лейку и свернул шланг на место, а затем сел на траву в углу заднего двора.
  Бродяга принес палку и бросил ее Гарри на колени. Гарри поднял её и пустил лететь через двор, смеясь, когда Бродяга побежал за неё, игриво тявкая. Он принес ее обратно Гарри, который почесал его за ушами и взял палку, бросив ее снова. Через двадцать минут Бродяга рухнул на землю рядом с Гарри, наслаждаясь звуком детского смеха, когда он боролся с ним, облизывая его лицо.
  - Отойди от этой блохастой шавки немедленно! - взвизгнула Петуния, вбегая за спину, а Дадли ковылял за ней.
  - Он дружелюбный, тетя Петуния, - сказал ей Гарри, обнимая собаку, которая уткнулась носом в его шею. - Он не причинит вам вреда.
  - Кыш! - взвизгнула Петуния, замахав руками на собаку. Она схватила Гарри за руку и оттолкнула его. - Быстро заходи внутрь! Если эта собака все еще будет там через десять минут, я звоню в приют! Вам нужно собираться в школу!
  Гарри с грустью оглянулся на пса, пока тётя тащила его в дом.
  Сириус подождал, пока они оказались внутри, а затем выскочил из сада, пройдя несколько кварталов, прежде чем снова превратился в себя и аппарировал. Дамблдор был прав, с Гарри все было в порядке, но в этом милом ребенке было что-то, что он точно упустил. Ожог встревожил его, но Петуния ополоснула его холодной водой, и краснота уже исчезла. Не говоря уже о том, что казалось, что его крестник был единственным ребенком в этом доме, у которого были обязанности. Он был тощим, и одежда, которую он носил, явно была ему велика, чему он действительно удивлялся, но Джеймс всегда был тонким и тощим ребенком, пока ему не исполнилось тринадцать или около того, так что не о чем было беспокоиться. поэтому можно вообще не о чем беспокоиться.
  Но ему определенно не понравилось, как Вернон Дурсль разговаривал с его крестником.
  Сириус решил, что вернется на следующий день в своей собачьей форме, прежде чем принимать опрометчивые решения. В конце концов, он даже не знал, вспомнит ли Гарри его, не говоря уже о том, чтобы пойти с ним.
  На следующее утро он снова перепрыгнул через ворота и наблюдал, как семья завтракает. Гарри снова съел тост, а когда закончил, снова забрался на табуретку, чтобы помыть посуду после завтрака. Он вытер кухонный стол, а затем снова вышел на улицу, чтобы без происшествий полить цветы в саду и растения в горшках во внутреннем дворике.
  Бродяга прокрался сквозь розовые кусты и залаял, и лицо Гарри буквально раскрылось от ликования. Он подбежал к собаке, раскинув руки, и крепко обнял ее, смеясь, когда собака лизнула его лицо.
  - Давай, мальчик, я должен закончить, - сказал ему Гарри, заканчивая поливать растения.
  Когда он закончил, он схватил палку и снова поиграл. Гарри расхохотался, когда Бродяга подпрыгнул в воздух, чтобы поймать палку, побежал к Гарри на полной скорости и сбил его с ног, чтобы бороться, пока Гарри хихикал. Он забеспокоился, что набросился слишком сильно, когда увидел, как Гарри заметно вздрогнул, когда упал на землю, но когда он лизнул его в лицо, Гарри улыбнулся и медленно сел, казалось, что все в порядке, и продолжил борьбу с собакой хихикая. Затем они оба легли на прохладную утреннюю траву, и Бродяга прижался к своему мальчику, который крепко обнял его.
  - Кому ты принадлежишь, мальчик? - спросил Гарри, почесывая живот Бродяги. - Мне приснился сон, что когда-то у меня была такая собака, как ты. Я назвал ее Бродягой.
  Бродяга рявкнул на это имя и лизнул Гарри в лицо.
  - Бродяга? - повторил Гарри, и Бродяга снова залаял, заставив Гарри улыбнуться. - Тебе нравится это имя?
  Он залаял в третий раз и снова лизнул Гарри.
  - Я буду звать тебя Бродяга. Я рассказал дяде Вернону о своем сне и о том, как Бродяга превратился в человека. Дядя Вернон сказал мне, что это глупо - но это был всего лишь сон.
  Собака заскулила и снова лизнула его.
  - Тебя будут звать Бродяга, - сказал Гарри, улыбаясь и снова крепко обнимая собаку. - Ты можешь быть моим другом.
  Бродяга ткнулся носом в Гарри, пока тот смеялся, пока Петуния снова не вышла с визгом и не прогнала его.
  Сириус провел целую неделю в гостях у Гарри в образе собаки Бродяги. Он играл с ним каждое утро после работы и продолжал внимательно присматривать за домом, пока Гарри не ушел в школу. С Гарри все было в порядке с первого дня, но он не был уверен, что ему понравилось то, что он увидел. Помимо мытья посуды и работы в саду, Сириус наблюдал, как Гарри мыл пол на кухне, помогал готовить завтрак и подметал траву после того, как Вернон Дурсль подстриг газон.
  Каждый день, когда Гарри видел Бродягу, его лицо расплывалось в широкой улыбке, и он крепко обнимал собаку, и каждый день Гарри рассказывал ему что-то новое. Он понял, что Дурсли в значительной степени игнорировали его, и Гарри отчаянно нуждался в друге. После целой недели наблюдения за своим крестником Сириус решил, что пора перестать быть домашним животным и пора навестить его как следует.
  Покинув Гарри тем прошлым утром, он аппарировал в Хогсмид и направился к воротам Хогвартса. Его приветствовал Хагрид, заставив его улыбнуться.
  - Хагрид, ты как раз тот парень, которого я искал!
  Хагрид улыбнулся ему.
  - Что я могу сделать для тебя, Сириус?
  Сириус усмехнулся.
  - Мне интересно, знаете ли вы, что случилось с моим мотоциклом?
  Два часа спустя Сириус взял неиспользованный мотоцикл "Триумф Бонневиль" 1970 года, который он оставил на попечение Хагрида, и, тот урча под его руками, поехал в сторону Суррея, прибыв в Литтл-Уингинг чуть позже часа дня в субботу. Он снял шлем, знакомый запах его кожаной куртки пробудил воспоминания и заставил его улыбнуться. Он припарковал байк за блестящей новой машиной на подъездной дорожке и направился к номеру четыре, позвонив в звонок.
  Он засунул руку в задний карман потертых синих джинсов, палочку - во внутренний карман кожаной куртки. Футболка The Ramones, которую он носил, была свободно заправлена в джинсы. Он возился с крошечной бриллиантовой серьгой в левом ухе и серебряным кольцом на верхушке того же уха, когда услышал шарканье в доме, прежде чем дверь открылась, и улыбающееся лицо Петунии Дурсль быстро потеряло весь свой цвет.
  Глава 6: Эпизод, где Сириус похищает Гарри
  У меня всегда было впечатление, что Дурсли очень сильно эмоционально оскорбляли Гарри, но я думаю, что были и некоторые физические оскорбления, по крайней мере, когда он был моложе.
  текст:
  - Что ты здесь делаешь? - спросила она скрипучим голосом, пытаясь говорить потише.
  - Привет, Петуния, рад снова видеть тебя после стольких лет, - сказал Сириус, широко улыбаясь ей. - Ты не собираешься пригласить меня войти или хочешь, чтобы я стоял здесь, чтобы все соседи слышали о нашем деле?
  Петуния быстро провела его внутрь, захлопнув дверь.
  - Как ты смеешь приходить сюда?
  Бровь Сириуса вопросительно поднялась.
  - Как я смею прийти сюда? Он мой крестник, и я хочу его видеть.
  - Я слышал, что ты был в тюрьме. - заявила Петуния, с ужасом глядя на его рваные джинсы, рок-футболку, потертые черные ботинки и черную кожаную куртку.
  - Был. Меня выпустили.
  Петуния вспыхнула, когда потянулась к пухлому блондину, который проковылял в комнату, и прижала его к себе, словно опасаясь, что Сириус может его схватить.
  - Ты должен уйти - немедленно!
  - Я сделаю это. После того, как увижу Гарри.
  - Я сказала другому из вас много лет назад, что оставлю Гарри здесь только в том случае, если никто из этого мира сюда не придет. У него будет нормальное детство! - настаивала Петуния. - Я не хочу, чтобы его причудливые дела были в моем доме!
  Сириус снял солнцезащитные очки и повесил их на рубашку.
  - Он уже проявляет признаки магии, не так ли? Молодец, Сохатик. Так где же он?
  - Петуния, дорогая, ты не видела мой сине-серебряный галстук? - пробормотал Вернон, спускаясь по лестнице, и его глаза расширились от увиденного перед ним. - Кто этот сброд и почему он в моем доме?
  - Сириус Блэк, Дурсль, ты меня точно помнишь?
  Вернон только открыл рот от удивления, а затем сердито посмотрел на него.
  - Тебе и вашей компашке здесь не рады, Блэк! Я настаиваю, чтобы ты ушел - немедленно!
  - Как я уже сказал вашей совершенно очаровательной жене... пока не увижу своего крестника.
  - Мальчишка! - взревел Вернон. - Подойди сюда!
  Рот Сириуса сузился в линию.
  За неделю, которую он провел, наблюдая за Гарри, он ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь в доме назвал его настоящее имя. Конечно, он видел его только ранним утром, наблюдая, пока он не ушел в школу, и дважды после школы, но он еще не слышал, чтобы тетя и дядя называли его Гарри. Но затем его сердце подпрыгнуло, когда дверь шкафа под лестницей открылась, и оттуда вышел тощий мини-Джеймс, с черными волосами, еще более растрепанными, чем когда-либо, в круглых очках на кончике носа, и на него смотрели ярко-зеленые глаза Лили.
  - Да, дядя Вернон? - робко спросил Гарри, закрывая дверцу шкафа.
  - У тебя посетитель, - сказал Вернон, стиснув зубы, как будто ему было очень больно признаться в этом.
  Гарри поднял глаза, его голова слегка склонилась в сторону, когда его взгляд остановился на Сириусе. Сириус опустился на колени со своего места у входной двери и улыбнулся Гарри.
  - Привет, Гарри, - мягко сказал он, внимательно наблюдая за мальчиком.
  На нем была одежда, свисавшая с его худощавого тела. Сириус заметил, что рана на его щеке, которую он поцарапал тем утром на розовом кусте, не была обработана, а шрам в виде молнии выделялся на бледном лбу.
  - Здравствуйте, сэр, - осторожно сказал Гарри, стоя перед шкафом.
  - Меня зовут Сириус Блэк, - сказал ему Сириус, добродушно улыбаясь. - Не знаю, помнишь ли ты меня, но я нянчился с тобой, когда ты был ребенком. Ты называл меня дядей Сири, - сказал он с ухмылкой. - Я подумал, может быть, поскольку сегодня суббота, ваши тетя и дядя могли бы позволить нам потусить сегодня.
  Глаза Гарри метнулись к дяде Вернону, чье лицо покраснело от ярости.
  - Нет! Я запрещаю! Вы видели мальчика, теперь уходите из моего дома!
  Сириус просто встал.
  - Я пришел сюда не только для того, чтобы увидеть его, я пришел сюда, чтобы узнать его, чтобы стать частью его жизни. И сегодня я беру его с собой.
  Петуния хотела возразить, но Сириус внезапно потянулся к Гарри, и Гарри отодвинулся, прижавшись к дверце своего шкафа с широко раскрытыми глазами, полными ужаса.
  - Ха! Он не хочет идти с тобой! - воскликнул Вернон, выглядя невероятно довольным собой. - Он знает, что ты хулиган! Рваные джинсы, длинные волосы и серьги! Ты позор!
  Сириус проигнорировал их и опустился на колени перед Гарри. Он не хотел его пугать и хотел, чтобы тот знал это.
  - Я твой дядя Сириус, Гарри. Тебе не нужно бояться. Хочешь пойти со мной в парк? Мы повеселимся, Сохатик.
  Он протянул руку, и глаза Гарри какое-то время наблюдали за ним, его глаза загорелись от прозвища, как будто он узнал его, но затем он отошел от него.
  - Он не хочет идти с тобой - теперь убирайся" - рыкнул Вернон, сжимая перила так крепко, что костяшки пальцев побелели.
  Сириус повернулся и посмотрел на него.
  - Почему он так испуган, Дурсль?
  - Посмотрите на себя! - воскликнул Вернон, его лицо покраснело. - Ты выглядишь как хулиган, почему кто-то должен тебе доверять?
  Сириус просто повернулся и улыбнулся Гарри. Он не рассчитывал, что Гарри испугается его. Он казался таким любящим и ласковым, когда Сириус посетил его в образе собаки. Он глубоко вздохнул и попытался снова, добродушно улыбаясь мальчику перед ним.
  - Ты можешь мне доверять, Гарри, - сказал он, соображая.
  Не обращая внимания на Дурслей, Сириус отступил от Гарри и, не успев передумать, превратился в большого черного пса и с восторгом наблюдал, как загорелись глаза Гарри. Руки Гарри тут же обвились вокруг него, он уткнулся носом в его шею, лизнул лицо, а затем отступил назад и снова превратился в себя.
  - Я твой дядя Сири, Гарри, или дядя Бродяга. Ты называл меня обоими, когда был маленьким.
  Гарри смотрел на него с трепетом и изумлением. Его глаза были широко раскрыты, как будто он не мог понять, что произошло, но верил в это всем сердцем.
  С другой стороны, лицо Вернона приобрело еще более темный оттенок фиолетового.
  - Как ты смеешь использовать это - эту причудливую штуку в моем доме!
  - Заткнись, Дурсль! Твой племянник - волшебник, и он заслуживает того, чтобы об этом знать, - он снова протянул руку Гарри. - Хочешь пойти со мной в парк, Гарри?
  Гарри кивнул, прежде чем мягко вложить свою руку в руку Сириуса, который улыбался ему.
  - Кажется, он хочет уйти. Мы вернемся сегодня вечером.
  Он вывел Гарри из дома за руку, не обращая внимания на Вернона и Петунию, которые все еще протестовали, и мягко помог ему сесть в детское кресло, которое он установил утром на заднюю часть своего мотоцикла, пристегнул его ремнями и надел на его голову шлем.
  - Ты готов, Гарри?
  Гарри кивнул, когда Сириус включил передачу, и с громким ревом они вылетели из подъездной дорожки, Гарри смеялся над скоростью, когда они направились в путь. Сириус отвел его на одну из больших близлежащих игровых площадок, они выбрались из нее и направились к спортивному залу.
  - Давай, Сохатик, сказал он с улыбкой, взбираясь на перекладины, высоко подняв ноги и жестом перелетая через перекладины.
  Гарри поспешил наверх, улыбаясь, и последовал примеру Сириуса, с легкостью пролетев через прутья решетки, а затем последовал за Сириусом вверх по веревочному мосту и через форт, хихикая, когда он летел вниз по горке. Они играли больше часа, прежде чем Сириус решил прекратить и решил, что пора перекусить. Он схватил сумку, которую упаковал, и вытащил бутерброды с беконом, которые он принес с тыквенным соком и кусочками свежего яблока. Он применил к ним охлаждающее заклинание, а также освежающее заклинание в своем рюкзаке. Он расстелил для них одеяло на земле, а Гарри сел и взял ломтик яблока, который протянул ему Сириус.
  - Ты ходишь в школу, Гарри? - спросил Сириус, накрывая мальчику тарелку и наливая ему тыквенного сока. Он хотел знать о нем все, и, наблюдая, как он каждый день уходил в школу на этой неделе, задавался вопросом, как Гарри себя чувствует в маггловской школьной системе.
  Гарри кивнул и ел так быстро, что чуть не подавился.
  Сириус нежно похлопал его по спине, и Гарри практически отпрыгнул от него.
  - Эй, эй, Сохатик, все в порядке. Садись и ешь. Помедленнее. Тебе не нужно есть так быстро. Еда никуда не денется.
  Гарри немного замедлился, но продолжал с удивлением смотреть на еду, словно удивляясь, что она все еще перед ним.
  - Итак, школа? Тебе нравится? - подсказал Сириус.
  - Все в порядке, - сказал Гарри, проглатывая сэндвич.
  - У тебя много друзей?
  Гарри покачал головой и выпил тыквенный сок.
  - Нет.
  - Нет? Как так? Ты не хочешь подружиться?
  Гарри пожал плечами.
  - Никто не хочет быть моим другом.
  Сириус нахмурился, пристально глядя на своего крестника. Теперь он ел медленнее, но продолжал смотреть на еду с трепетом, как будто недоумевая, почему Сириус до сих пор не забрал ее у него. Он тоже был грязным, понял Сириус, и не только из-за того, что играл в парке. Слишком большая одежда на его маленьком теле. Присмотревшись к нему сейчас, Сириус понял, что ему совсем не понравилось то, что он увидел.
  - Почему никто не хочет быть твоим другом, Гарри? - спросил он его, жуя собственный бутерброд с беконом и внимательно наблюдая за своим крестником.
  Гарри вытер рукой заднюю часть рта, а Сириус протянул ему салфетку.
  - Используй это, Гарри.
  Гарри сделал, как показал ему Сириус, и вытер лицо салфеткой.
  - Дадли не позволяет им.
  - Дадли твой двоюродный брат?
  Гарри кивнул.
  - Эван был добр ко мне. Он позволил мне поиграть со своей пожарной машиной, но потом Дадли взял ее - и сломал - и теперь Эван меня больше не любит.
  - Хм, - только и смог сказать на это Сириус.
  Гарри мало говорил, если его не подталкивали, но Сириус убеждал его рассказать о своих учителях, своих классах и о том, чему он научился в школе. Его любимым занятием, по-видимому, были рассказы, которые заставляли Сириуса улыбаться.
  - Тебе нравится, когда люди рассказывают тебе истории, а? Ты, должно быть, постоянно достаешь свою тетю Петунию из-за историй.
  Гарри покачал головой, широко раскрыв глаза.
  - Нет.
  - Нет? - спросил Сириус, улыбаясь ему. - Почему это? Разве она не рассказывает хорошие истории?
  - Только для Дадли.
  Сириус кивнул, когда они закончили есть, и он все убрал. Только Дадли, подумал он. Петуния не уделяла ему должного внимания.
  - Ты собака, - тихо сказал Гарри, удивив Сириуса, который инициировал всю дневную беседу.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Иногда. Я думал, что, может быть, сначала встречусь с тобой как с собакой, чтобы узнать, помнишь ли ты меня. Думаю, ты помнил. Ты знал, что меня зовут Бродяга.
  - Но ты не настоящая собака, - осторожно сказал Гарри. - Ты сказал, что тебя зовут Сириус.
  Сириус усмехнулся, опираясь на руки.
  - Твой папа говорил мне, что иногда из меня получается лучшая собака, чем человек, но я не настоящая собака, нет. Я анимаг. - Глядя на пустой взгляд Гарри, он улыбнулся. - Это умение, которому ведьма или волшебник могут научиться, когда они могут превращаться в животное по своему желанию. Я могу превращаться в собаку, и мое прозвище всегда было Бродяга, но мое настоящее имя Сириус. Ты можешь называть меня любым из них.
  - Ты сказал "волшебник".
  - В мире есть волшебство, Гарри. Я волшебник, и ты тоже.
  Гарри только смотрел на него.
  - Давай, Сохатик, мы собираемся отправиться в приключение.
  - Приключение? - спросил Гарри, удивленно глядя на Сириуса.
  Сириус улыбнулся, наклонился, чтобы поднять его на руки, и остановился, увидев, как Гарри вздрогнул и отполз от него, прежде чем он смог его поднять. Его руки тут же сжались в кулаки, но он сохранял спокойствие на лице, протягивая руку, которую Гарри осторожно принял.
  - Да, приключение. Давай, маленький мужчина.
  Он привязал Гарри обратно к мотоциклу и улыбнулся, когда менее чем через две минуты после вождения Гарри крепко спал. Он использовал чары невидимости и с ревом взлетел в небо, приземлившись рядом со своим новым домом в Девоне. Он проехал мимо, припарковав байк рядом с навесом, осторожно отстегнул сонного ребенка и внес его в дом.
  Гарри проснулся, войдя в дом, и его глаза расширились от удивления, когда он оказался в объятиях Сириуса. Его глаза подозрительно остановились на Сириусе, но он не пытался слезть. Сириус поднял его по лестнице и отвел в ванную.
  - Ладно, Гарри, дядя Бродяга поможет тебе убраться, и мы наденем новую пижаму, а потом я научу тебя веселой игре, прежде чем отвезти тебя домой, хорошо?
  Гарри обхватил себя руками, пока Сириус наполнял ванну теплой водой, его глаза были широко раскрыты и полны страха, когда он смотрел на ванну.
  - Я не хочу принимать ванну.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Мы сильно испачкались в парке, Сохатик. Нам нужно помыться, иначе твоя тетя Петуния подумает, что мы валялись в грязи.
  Гарри покачал головой, закусив нижнюю губу.
  - Нет пожалуйста. - сказал он, теперь его голос хныкал.
  Сириус посмотрел на него, и страх в глазах ребенка заставил его остановиться.
  - Гарри, посмотри на меня.
  Когда зеленые глаза Гарри встретились с его, он протянул руку и осторожно взял обе руки Гарри в свои.
  - Я твой крестный отец. Я всегда буду защищать тебя. Я буду охранять тебя и никогда не причиню тебе вреда. Ты веришь своему дяде Сириусу?
  Зеленые глаза Гарри какое-то время смотрели на него, а потом он кивнул.
  - Да, но я не люблю ванну.
  Сириус опустил руку в теплую воду.
  - Тепло, видишь? - Он потянулся за детской пеной для ванны, которую купил. - И мы можем наполнить воду забавными пузырьками, смотри.
  Он налил в ванну немного радужной жидкости и улыбнулся, когда лицо Гарри осветилось синими, зелеными, фиолетовыми и розовыми пузырьками, плавающими в воде.
  - И, - сказал Сириус, залезая под шкаф и вытаскивая два купленных им корабля. - У нас есть игрушки.
  Гарри удивленно уставился на него, а затем кивнул и направился в ванну, рассмешив Сириуса.
  - Гарри, подожди, мы должны сначала раздеть тебя, глупый.
  Он потянулся вперед, чтобы помочь ему, но Гарри снова сделал шаг в сторону, выглядя испуганным.
  - НЕТ!
  - Гарри, - осторожно сказал Сириус. - Ты не можешь принимать ванну в одежде. Давай, Гарри, раздевайся.
  Гарри крепко обнял себя и покачал головой, отступая от Сириуса.
  - Нет! Вы не можете видеть! Дядя Вернон сказал, что никто не может видеть!
  Глаза Сириуса сузились от явной паники, исходившей от маленького тела ребенка перед ним, страх наполнил его грудь.
  - Чего я не вижу, Гарри?
  Гарри повернулся и вышел из ванной, прежде чем Сириус успел его остановить. Сириус поднялся на ноги, преследуя его, поймав его на самом верху лестницы, и когда его руки схватили ребенка за плечо, Гарри вздрогнул и он осторожно ослабил хватку.
  - Гарри, - осторожно сказал Сириус. - Дядя Вернон причиняет тебе боль?
  Гарри дрожал под его руками.
  - Я не должен говорить! Он рассердится!
  Сириус нежно провел ладонями по предплечьям Гарри.
  - Все в порядке, Гарри. Я не скажу, обещаю.
  - Действительно? - спросил Гарри, его зеленые глаза расширились.
  Сириус кивнул и протянул руку Гарри.
  - Но ты должен пойти со мной и принять ванну - это договор, хорошо?
  Он долго смотрел на Сириуса, прежде чем медленно потянулся к его руке и кивнул, позволив крестному отвести его обратно в ванную. Сириус осторожно помог ему раздеться, и когда он повернулся, чтобы залезть в ванну, сердце Сириуса подпрыгнуло к горлу.
  Крошечная спина Гарри была покрыта пятнадцатью рубцами. Некоторые исчезали; некоторые старые и покрытые шрамами, но некоторые были в волдырях, красные и уродливые. Сириус почувствовал, как кровь отлила от его лица, когда он посмотрел на них. Его собственный отец пристегивал его ремнем больше раз, чем он мог вспомнить, и он знал, насколько болезненными они могут быть. Вода собиралась ужалить его бедную спину. Он схватил свою палочку и пробормотал обезболезненное заклинание на спине Гарри, прежде чем ребенок погрузился в воду. Это продлится всего тридцать минут, но он надеялся, что это поможет.
  Дурсли, злобно подумал он, он ни за что не позволит Гарри остаться с ними. Дамблдор ошибался. Сириусу следовало забрать его неделю назад, а он решил, что с ним все в порядке, какимон был идиотом; он играл роль верного питомца, когда должен был налететь и забрать своего крестника в тот момент, когда тот его увидел. Он должен был доверять своим инстинктам.
  Гарри улыбался в воде, смеялся, когда Сириус пускал пузыри, заставляя их плавать вокруг него, и он плескался с кораблями, наблюдая, как они плавают, пока он играл в ванне. После десяти минут игры Сириус потянулся за шампунем и улыбнулся Гарри.
  - Ладно, пора мыть голову. Ты можешь продолжать играть, пока твой дядя Сири моет тебе волосы, хорошо?
  Гарри кивнул, когда Сириус снял очки и поставил их на пол, используя маленькую чашку, чтобы намочить волосы Гарри, но Гарри вскочил на ноги и прижался к стенке ванны. Вода поднялась из ванны; извиваясь, как водяной торнадо, и стреляя Сириусу прямо в лицо, когда глаза Гарри расширились от страха.
  - НЕТ!
  - Гарри, - спокойно сказал Сириус, держа в руках чашку с теплой водой и выплевывая мыльную воду. Он взмахнул палочкой, безрезультатно пытаясь контролировать водоворот, поэтому вместо этого сосредоточил свое внимание на лице своего крестника.
  - Я только помою тебе голову, человечек. Бояться нечего.
  - Пожалуйста, не держите меня за голову, я буду хорошим мальчиком, обещаю! - воскликнул он, когда водоворот поднялся выше, задев потолок.
  Цветная мыльная вода забрызгала стены, забрызгала Сириуса и перелилась через край ванны на пол, попав во все, кроме прилипшего к стенке ванны мальчика с широко раскрытыми от страха глазами.
  Сириус никогда в жизни не чувствовал такой ярости. Но он уговорил себя, тепло улыбаясь своему крестнику.
  - Гарри, я бы никогда так с тобой не поступил. Никогда. Садись, и я помою тебе волосы, пока ты сидишь здесь. Хорошо? Давай вернём воду в ванну. Вода в безопасности. Ты в безопасности. Я обещаю.
  Гарри долго смотрел на него широко раскрытыми, как блюдца, глазами. Сириус только продолжал смотреть в ответ, задаваясь вопросом, собирается ли ребенок двигаться, а затем медленно вздохнул с облегчением, когда водоворот рухнул в ванну, переполнившись стенками, и мыльные пузыри разлетелись по полу ванной. Но Сириус не думал дважды о беспорядке, его глаза были на его крестнике, который медленно сел обратно в ванну. Сириус осторожно приложил руку ко лбу, чтобы перекрыть воду, и аккуратно полил воду на волосы.
  - Смотри, вот так, - успокаивающе сказал он ему, намыливая шампунь на кожу головы, втирая и массируя мягко, но энергично.
  Он улыбнулся, вспомнив, как в последний раз, когда он купал Гарри, ребенок встал в воду и помочился, гордо улыбаясь. Сириусу пришлось осушить ванну и начать все сначала, потому что Римус, который в то время помогал ему присматривать за детьми, громко расхохотался. Он смыл шампунь с волос, деликатно намылил мягкую мочалку с мылом, прежде чем тщательно стереть грязь с тела Гарри; тревожно смывая рубцы и порезы на спине и тыльной стороне его маленьких ножек. Очистившись, он воспользовался палочкой, чтобы освежить воду, которая стала мутной, чтобы дать Гарри еще немного поиграть. Он использовал свою палочку, чтобы заставить пузыри танцевать над его головой, когда Гарри широко ухмыльнулся. Затем он превратился в Бродягу, прыгнул в ванну с ребенком и заставил Гарри хихикать, втирая пузыри в свой мех.
  Когда купание подошло к концу, Гарри позволил Сириусу вытащить себя из ванны, и Сириус осторожно вытер его теплым пушистым полотенцем. Сириус использовал свою палочку, чтобы убрать большой беспорядок, заверив Гарри, что он не злится на беспорядок, прежде чем присыпать его детской присыпкой, и Гарри усмехнулся, когда порошок разлетелся по воздуху. Сириус помог ему надеть новую пижаму из "Звездных войн", которую он купил для него. Он расчесал волосы, улыбаясь тому, что они все равно торчали, точно так же, как у Джеймса. Потом он взял его за руку и повел вниз на кухню.
  - Как насчет бутерброда с ветчиной на ужин?
  Гарри кивнул, пододвигая стул к стойке.
  - Хорошо, дядя Сири.
  Сириус усмехнулся, услышав свое имя, а потом понял, что Гарри пытается приготовить бутерброд с ветчиной. Он поднял его со стула и потащил стул обратно к столу.
  - Не-а, Сохатик, дядя Бродяга приготовит бутерброды. А ты просто сиди здесь и жди, как хороший мальчик.
  Гарри выглядел сбитым с толку, но сделал то, что просил Сириус, а затем молча съел сэндвич с ветчиной до последнего кусочка и выпил все молоко. Он снова зевнул, пока Сириус мыл посуду, и привел его в гостиную. Малыш был измотан днем.
  Сириус сел на диван и легонько похлопал по сиденью рядом с собой, приглашая Гарри присоединиться к нему. Гарри сел и посмотрел на Сириуса, словно ожидая, что делать дальше. Сириус подошел ближе, перекинув руку через спинку дивана, так что Гарри немного упал к нему, и он наблюдал, как Гарри, казалось, был поражен тесным контактом, но затем он мягко положил голову на грудь Сириуса, и Сириус улыбнулся.
  - Как насчет истории, Гарри?
  Гарри кивнул, и Сириус вызвал чучело оленя из спальни Гарри, а также "Сказки барда Бидла". Он передал оленя Гарри, который посмотрел на него с благоговением, а затем прижал его к себе. Когда Сириус начал читать, веки Гарри опустились, и еще до того, как он закончил первый рассказ, Гарри крепко спал, чучело оленя жалось к его рукам.
  Сириус осторожно выбрался с кушетки, завернув Гарри в одеяло, прежде чем схватить горсть дымолетного порошка и бросить его в огонь, отправив его голову в сторону больничного крыла Хогвартса.
  - Поппи! - крикнул он и вскоре услышал приближающиеся к нему шаги.
  - Сириус! Что случилось? Зелья, которые я тебе дала, не подействовали должным образом? - спросила его мадам Помфри.
  - Нет, нет, зелья в порядке. Мне нужен детский целитель. Вы соответствуете требованиям?
  Мадам Помфри выглядела сбитой с толку, но кивнула.
  - Ну, да, но я школьный целитель, Сириус. Путь к Святому Мунго намного лучше.
  - Я знаю, но сейчас мне просто нужен совет. Как мне лечить рубцы - например, сделанные из мужского ремня? - спросил он, его глаза потемнели от ярости. - Будет ли работать обычное исцеляющее заклинание, если им несколько дней, если не несколько недель?
  Взгляд мадам Помфри стал жестче.
  - На ребенке?
  - К сожалению, да.
  Ей потребовалось время, чтобы прийти в себя, прежде чем она рассказала ему о необходимых лечебных чарах и передала ему мазь, которая ему понадобится, чтобы уберечь их от заражения, а также обезболивающее зелье.
  - Это будет болезненно, но там нужно пить три дозы каждые двенадцать часов.
  Сириус кивнул.
  - Понятно. Спасибо, Поппи. Не могли бы вы также сообщить Дамблдору, что я буду завтра утром к завтраку, чтобы поговорить с ним? Скажите ему, что это довольно срочно.
  - Конечно, Сириус.
  Сириус закончил вызов по каминной сети, вытащив голову из камина с зельями и мазями в руке. Гарри крепко спал на диване и он увидел, что сейчас только семь тридцать. В парке, а затем в бане Сириус вымотал малютку. Он опустился на колени рядом с мальчиком и нежно коснулся его плеча.
  - Гарри, проснись, Сохатик.
  Глаза Гарри медленно открылись, и он с нетерпением принял очки, которые протянул ему Сириус.
  - Утро?
  Сириус улыбнулся и нежно поцеловал Гарри в лоб, на мгновение удивив мальчика.
  - Еще нет, Сохатик. У меня есть мазь от порезов на твоей спине.
  Глаза Гарри расширились от ужаса.
  - Ты не должен был видеть! Ты сказал, что не скажешь! - Он вскочил на ноги, его глаза были полны ужаса, когда он изо всех сил пытался сбросить одеяло и встать с дивана. - Дядя Вернон сказал, что никто не может видеть!
  - Тсс, - сказал Сириус, беря Гарри за руку и пытаясь удержать его на месте. - Гарри, я не причиню тебе вреда. Я больше никогда не позволю дяде Вернону причинить тебе боль. Обещаю.
  Гарри перестал сопротивляться, и его зеленые глаза смотрели на него с такой надеждой, что Сириус почувствовал, как его сердце подскочило к горлу.
  - Обещаешь?
  - Обещаю.
  Он поклялся, целуя маленькую ручку Гарри.
  - Но мазь, которая у меня есть для тебя, заставит тебя чувствовать себя лучше, но тебе будет больно, когда я нанесу ее, потому что порезы на твоей спине глубокие, хорошо? Но больно будет ненадолго, обещаю, и после этого ты почувствуешь себя лучше.
  Гарри кивнул, а затем осторожно натянул через голову свою новую пижамную рубашку. Сириус вздрогнул, когда снова посмотрел на порезы. Им определенно было по крайней мере неделя после нанесения, но он мог сказать, что с ними не обращались должным образом, и он задавался вопросом, насколько сильно они оставят на нем шрамы. Он осторожно нанес мазь, которая, как он знал, должна быть невероятно болезненной, но Гарри не шевельнул ни одним мускулом и не издал ни звука. Слезы текли по лицу Гарри, но он молчал. Сириус закончил наносить мазь и осторожно подсказал ему выпить зелье, используя палочку, чтобы вылечить рубцы вокруг мази, и Гарри издал тихий писк, прежде чем прикусить губу.
  - Прости, я не буду плакать! - сказал он испуганным и пристыженным голосом.
  Сириус нежно провел пальцем по его щеке, нежно целуя ее.
  - Ты очень храбрый человечек, Гарри. Я знаю, что это больно - иди и плачь, если хочешь.
  Гарри только смотрел на него широко раскрытыми глазами, когда Сириус аккуратно закончил наносить второй слой мази и помог Гарри снова надеть пижамную рубашку. Затем он протянул руки к Гарри. Гарри мгновение смотрел на него, а затем вместо этого осторожно протянул руку. Сириус взял его маленькую ручку в свою, желая, чтобы он мог успокоительно прижать ребенка к груди, но боялся напугать его, поэтому просто помог ему подняться с дивана. Он наклонился, чтобы подобрать оленя, и улыбнулся.
  - Не забудь Сохатого.
  - Сохатого?
  - Твой олень, - с улыбкой сказал ему Сириус. - Пошли. Мне есть что тебе показать.
  Он повел Гарри вверх по лестнице и включил свет в коридоре, подходя к двери с именем Гарри на ней.
  - Это я! - воскликнул Гарри, указывая на надпись на двери. - Что такое Сохат?"
  - Сохатик, - ласково поправил Сириус. - Это и твое имя тоже.
  Гарри удивленно уставился на дверь.
  Сириус усмехнулся.
  - На нем твое имя, потому что вся эта комната для тебя.
  Он толкнул дверь и включил свет, и глаза Гарри расширились, когда он оглядел комнату. Сириус сел на кровать, жестом приглашая Гарри подойти, и глаза Гарри расширились.
  - Это моя кровать?
  - Да, это так, - с улыбкой сказал Сириус.
  - Эта кровать больше, чем весь мой чулан!
  Сириус на это нахмурился. Его чулан? Что, мать вашу, это значит?
  - Ты никогда не вернешься туда, Гарри.
  Гарри забрался на кровать и дотронулся до мягких игрушек, улыбаясь, коснувшись собаки, потом волка, а затем на мгновение его глаза встретились с глазами Сириуса.
  - Лунатик, Бродяга и Сохатый.
  Сириус удивленно усмехнулся. Кое-что вспомнил, подумал он.
  - Верно, Гарри.
  Он сдернул одеяло, и Гарри нетерпеливо забрался в кровать, его мягкие игрушки были вокруг него.
  - Когда ты проснешься утром, Гарри, меня здесь не будет.
  - Почему?
  - Мне нужно поговорить с кем-то. Но твой дядя Муни будет здесь.
  - Дядя Муни? - спросил Гарри, зевая и поднимая волка.
  Сириус кивнул, улыбаясь.
  - Да, дядя Лунатик или дядя Римус. Он приготовит тебе завтрак, а я вернусь к обеду. Будь хорошим мальчиком, и дядя Римус расскажет тебе все истории, которые ты только можешь попросить. Он знает их сотни.
  Гарри ухмыльнулся.
  - Мне нравятся истории.
  - Мне тоже, - сказал Сириус, осторожно укутывая Гарри. - Спокойной ночи, Гарри, я люблю тебя. Моя спальня прямо по коридору, если я тебе понадоблюсь, хорошо?
  - Хорошо, - тихо сказал Гарри, зевнув.
  Сириус понял, что зелье подействовало, когда увидел, как его ярко-зеленые глаза закрылись, и положил очки Гарри на столик рядом с кроватью. Он оставил дверь чуть приоткрытой и использовал чары наблюдения за ребенком, и тихие звуки детского дыхания наполнили гостиную, прежде чем он применил к Римусу каминную сеть.
  - Луууннаааттииик!
  Сириус заревел в огонь, когда Римус выбежал из своей спальни.
  - Мерлин, Сириус - не надо выть! - сказал Римус, садясь перед огнем, где плавала голова его друга.
  - Извини, просто ты мне нужен. Мне нужно, чтобы ты приехал в мой новый дом в Девоне, старый дом моего дяди Альфарда, ты помнишь, где он?
  - Смутно, - ответил Римус, сосредоточенно морща лоб. - Это тот, что у скал?
  - Вот именно, - усмехнулся Сириус. - Прямо сейчас было бы здорово.
  Затем его голова исчезла, и Римус вздохнул, схватив щепотку летучего порошка и отряхнувшись, когда Сириус взял его за руку, чтобы вытащить из огня.
  - Мерлин, Сириус, куда торопиться? Я не видел тебя и не слышал о тебе с тех пор, как ты переехал сюда несколько недель назад. - воскликнул Римус, оглядываясь по сторонам. - Вау, Бродяга, это место выглядит великолепно! Ты действительно был занят.
  Сириус кивнул и плюхнулся на диван.
  - Да, последние несколько недель, но это не важно. Важно то, что утром я иду к Дамблдору и требую полной опеки над Гарри.
  Брови Римуса удивленно приподнялись.
  - Бродяга, мы говорили об этом...
  - Да, мы это сделали, и я сказал, что хочу быть частью его жизни, поэтому я пошел туда, как собака, и я играл с ним неделю - смотрел и...
  - Ты пошел как собака?
  - Ну, я полагаю, что дети любят собак, и таким образом я мог видеть, как он поживает, не вызывая подозрений.
  Римус выглядел так, будто хотел что-то сказать в ответ, но покачал головой.
  - Нет, на самом деле я согласен с этим планом. Значит, я предполагаю, что ты планируешь снова представиться Дурслям?
  Сириус кивнул.
  - Возможно, я уже сделал это, когда вывел Гарри на вечер и, э-э... похитил его.
  - подождичто? - воскликнул Римус, его глаза расширились, когда он схватил друга за руку. - Что значит, ты его похитил? Петунья не пустила тебя в дом или что-то в этом роде?
  - Довольно неохотно, но да, она впустила меня и упомянула, что ты тоже однажды заходил - кстати, очень снисходительно - но в любом случае, он не может оставаться с этими людьми, Рем! Он в ужасе! Прикоснись к нему, и он съежиться от тебя! У него на спине глубокие рубцы от побоев, и он спит в долбаномчулане! Я сказал Петунии, что отвезу его домой перед сном, но после того, что я увидел... он никогда не вернется вот, Лунатик. Никогда.
  Римус в шоке уставился на своего друга.
  - Они избили его?
  - Я искупал его, а он умолял меня не держать его голову под водой, Римус! Что за ебанутые люди так мучают ребенка? - потребовал Сириус, его гнев вибрировал от него толпами. - Он заслуживает лучшего, и я больше никогда не позволю этим людям прикасаться к нему.
  - Согласен. Что тебе от меня нужно?
  Сириус с благодарностью посмотрел на своего друга:
  - Спасибо, Лунатик. Я знал, что ты поймешь.
  Он сел на диван и потер лицо кулаками.
  - Он уже силен. Я имею в виду, мы всегда знали, что он будет сильным магом. Помнишь, когда он позвал меня в свою кроватку в моей собачьей форме? Или когда он продолжал менять морковное пюре на пюре из абрикосов? В любом случае, я купал его раньше и он превратил воду в смерч, выбил дерьмо из меня и всего вокруг меня, но вода даже не коснулась его. Однажды он станет могущественным волшебником.
  Римус улыбнулся.
  - Мне бы хотелось увидеть, как тебеводоворотом взорвут в лицо.
  Сириус усмехнулся.
  - Я уверен, что это было довольно забавно. Слушай, я сказал Гарри, что его дядя Муни будет здесь, когда он проснется, чтобы накормить его завтраком и рассказать ему истории. Я обещал, что вернусь к обеду.
  - Конечно, но ты сказал быть с ним осторожным?
  Сириус кивнул.
  - Никаких внезапных попыток прикоснуться к нему. Если ты будешь смотреть ему в глаза, он всегда хочет знать, где ты находишься. Это самое важное, Римус.
  Римус понимающе кивнул.
  - Понял. Здесь он будет в безопасности, Бродяга.
  Сириус провел рукой по лицу.
  - Да, он так и сделает. Он никогда туда не вернется. Пока я жив.
  Глава 7: Эпизод, где Сириус бьет Вернона Дурсля
  Было уже за полночь, когда Римус ушел, а Сириус направился в постель, но спал он беспокойно. Он все еще не привык к роскоши удобной кровати, и мечты все еще были слишком близки к поверхности. Его собственные детские воспоминания объединились со знанием того, как жестоко обращались с Гарри, и вскоре он обнаружил, что смотрит в потолок своей комнаты, задаваясь вопросом, как он собирается воспитывать этого ребенка.
  Как он собирался заставить Гарри доверять ему?
  Его вырвали из бессонницы крики Гарри где-то после двух часов ночи. Он бросился из своей спальни в спальню Гарри и сел на край кровати, включив свет в спальне.
  - Гарри?
  Слезы катились по щекам Гарри, когда он отчаянно цеплялся за чучело оленя.
  - Простите! Я пытался подождать до утра! Я пытался! Простите!
  - Пытался дождаться чего, Гарри? - спросил Сириус, а затем почувствовал влагу под рукой и понял, что произошло.
  Гарри обмочился в постель.
  - Гарри... все в порядке, не плачь.
  Гарри мгновение смотрел на него, его лицо было заплаканным.
  - Вы не будете толкать мое лицо в этом?
  Возмущение, которое почувствовал Сириус, должно быть, отразилось на его лице, потому что Гарри на мгновение съежился.
  - Нет, нет, Гарри, я на тебя не сержусь.
  Он взял руку Гарри в свою и слегка сжал.
  - Я бы никогда не сунул тебя в это лицом.
  - Я пытался дождаться завтрака! Я пытался!
  - Гарри, почему ты пытался ждать? - спросил Сириус, уже боясь узнать ответ.
  - Дядя Вернон говорит, что я не могу вставать ночью, мне приходится ждать до завтрака, чтобы сходить в туалет. И дверь всегда заперта, так что я не могу выйти!
  Сириус поцеловал маленькую ручку Гарри, и его глаза расширились от удивления.
  - Здесь нет правил, Гарри. Ты пользуешься туалетом, когда тебе нужно. Эта дверь никогда не будет заперта.
  Он указал палочкой на кровать.
  - Scourgify!
  Кровать мгновенно стала сухой и чистой. Он указал палочкой на пижамные штаны Гарри. Гарри стал чистым.
  Гарри изумленно уставился на него.Сириус улыбнулся и снова прижал его к себе.
  - Магия, я же говорил тебе.
  - Дядя Бродяга?
  - Да? - спросил Сириус, тепло улыбаясь. Звук тихого голоса Гарри, назвавшего его дядей Бродяги, заставил его почувствовать себя смехотворно теплым и пушистым внутри.
  - Мне приснилось, что ты был такой собакой, - сказал он, держа плюшевую черную собаку и протягивая ее Сириусу.
  Сириус улыбнулся ему, принимая плюшевую игрушку.
  - Иногда я могу, помнишь? Тебе это нравилось, когда я был собакой, когда ты был ребенком.
  Глаза Гарри расширились.
  - Это был не сон? Ты действительно собака.
  Сириус укрыл его, а затем превратился в своего Анимагического пса, запрыгнув на кровать и прижавшись к Гарри. Руки Гарри обвились вокруг него, хихикая, когда Сириус лизнул его в лицо. Он прижал собаку к себе, его сладкий детский запах заставил Сириуса улыбнуться.
  - Побудь здесь, дядя Бродяга, - прошептал он и заснул, прижавшись головой к мягкому меху Сириуса.
  ***
  Сириус проснулся утром, а Гарри все еще прижимался к нему. Он осторожно оторвался от ребенка и снова превратился в себя, направляясь в ванну, чтобы принять душ и переодеться. Когда он спустился вниз, Римус уже готовил завтрак.
  - Доброе утро, Лунатик, - сказал он, хватая свою кожаную куртку с кухонного стула.
  - Я показал ему свою меховую форму и спал с ним. Остаток ночи он был спокоен.
  - Хорошо, - сказал Римус, глядя в потолок. - Мы будем в порядке.
  Сириус кивнул и направился наружу, чтобы завести мотоцикл. Он планировал сначала увидеть Дамблдора, но после вчерашнего инцидента в туалете передумал. Он воспользовался летным механизмом мотоцикла и взлетел в небо, невидимый для окружающего мира, и приземлился на лужайке перед домом Дурслей.
  Он постоянно звонил в звонок, пока Вернон Дурсль не открыл его и сердито посмотрел на него.
  - Где мальчик?
  Сириус протиснулся в дом, закрыв за собой входную дверь.
  - Этот мальчик никогда больше не ступит в этот дом.
  Он толкнул Вернона назад, пока тот не оказался у стены.
   - Как ты смеешь относиться к своему племяннику с таким презрением?
  - Мы никогда не хотели его! - крикнул Вернон. - Он плохое семя и всегда попадал в неприятности - никогда не делал то, что ему говорили!
  - Значит, ты его избил? - тихо спросил Сириус, ударив кулаком вперед, когда Вернон вскрикнул от испуга, и кулак Сириуса ударился о стену рядом с его головой. - Вселил в него страх, - сказал он, снова ударив кулаком и заставив Вернона закричать, когда его кулак ударился о стену с другой стороны головы Вернона. - Этот невинный маленький ребенок, а вы избивали его и обращались с ним так, что я даже не могу себе представить.
  Он крепче сжал переднюю часть рубашки Вернона и угрожающе посмотрел на него.
  - Я должен убить тебя прямо сейчас.
  - Нет!
  Петуния закричала, в ужасе прикрывая руками рот с того места, где она стояла в дверном проеме кухни.
  Сириус убрал руки от Вернона и распахнул дверцу шкафа под лестницей, с отвращением уставившись на испачканную грязную койку и одежду. Его взгляд упал на большого плюшевого белого оленя, которого он купил Лили в шутку еще на шестом курсе, того самого, которого она подарила Гарри, и он схватил его, оставив все остальное позади.
  - Ты вызываешь у меня отвращение, Петуния. Лили всегда высоко отзывалась о тебе. Она всегда говорила, как сожалеет о том, что вы двое разошлись, и как ей хочется, чтобы вы снова были рядом. Как ты думаешь, как она отнесется к тому, что вы "лечили" ее сына?
  Петуния захныкала, прижимая Дадли к себе, а его руки обнимали ее ноги.
  - Мы никогда не хотели его, - прошептала она.
  Сириус снова ударил кулаком, но на этот раз он целился Вернону в живот и наблюдал, как тот согнулся пополам от боли.
  - Ты больше никогда его не увидишь. Ты никогда больше не прикоснешься к нему. Ты никогда больше не причинишь ему вреда. Ты меня понимаешь?
  Петуния бросилась на помощь мужу и кивнула.
  - Да.
  Сириус посмотрел туда, где стоял Дадли, его руки были покрыты шоколадом, когда он жадно ел руками большой кусок шоколадного торта. Затем он вылетел из дома, запрыгнул на свой мопед и полетел прямо в Хогвартс, совершив восьмичасовую поездку верхом менее чем за два часа.
  К тому времени, когда он вышел за главные ворота, большая часть его ярости утихла, но не до конца. Он поднялся по лестнице и обнаружил, что Дамблдор сидит за своим столом, пил чай и ел тосты.
  - Альбус, я вижу, ты меня ждал.
  Дамблдор жестом пригласил его сесть.
  - Я ожидал, что ты придешь раньше, если честно. Хочешь позавтракать, Сириус?
  Сириус покачал головой.
  - Нет, Альбус, мне не нужен проклятый завтрак! Я здесь из-за Гарри.
  Дамблдор кивнул, когда Сириус сел перед ним.
  - Ты ходил к нему в гости?
  - Я его на самом деле похитил.
  Глаза Дамблдора расширились.
  - Ты что?
  - Не планировал, заметьте, - сказал ему Сириус. - Я только собирался отвести его в парк, познакомиться с ним немного, но он не может оставаться там ни минуты, Альбус. Дурсли издеваются над ним.
  - Оскорбляют его? - встревоженно спросил Дамблдор, слегка сузив глаза из-за очков-полумесяцев. - Это суровое обвинение, Сириус.
  - Он живет в проклятом шкафу под лестницей! Он боится купаться, потому что кто-то держит его голову под водой! У него глубокие рубцы на спине; не может спать, потому что он слишком боится ходить в туалет без разрешения. Он боится показать боль из страха быть наказанным. У него нет друзей, потому что его кузен отпугивает от него других детей, и это был только один день, Альбус - я знаю, что есть больше, чем я еще даже не встречал. Я едва коснулся поверхности жестокого обращения, которому подвергся этот ребенок, - объяснил Сириус, его глаза потемнели от ярости. - Он НИКОГДА не вернется туда. Я не позволю!
  - Согласен, - сказал Дамблдор, не сводя глаз с Сириуса.
  - Я смотрел издалека, откуда мог видеть, что Петуния не любит его, но он выглядел в безопасности, и в этом я был неправ. Ты поступил правильно, Сириус. Я немедленно прекращу любую опеку Петунии Дурсль над своим племянником.
  - А что с ними? - спросил Сириус. - Я хочу, чтобы их наказали за то, как они обошлись со своим племянником. Фактически, удар под дых, который я нанес Вернону Дурслю несколько часов назад, вряд ли сравнится с тем, чего заслуживают эти ужасные люди!
  Дамблдор закрыл глаза.
  - Я бы хотел, чтобы ты этого не делал, Сириус.
  - Я хочу, чтобы они были наказаны, Альбус! Я хочу, чтобы они были наказаны за то, что они с ним сделали - за то, как они с ним обращались! - воскликнул Сириус, его глаза сверкнули гневом. - И я говорю вам это, потому что мне потребовалось все, чтобы не убить их. Я не могу позволить себе вернуться в тюрьму. Гарри нуждается во мне сейчас больше, чем когда-либо. Я его крестный отец.
  Дамблдор кивнул. Он мог видеть ярость, исходящую от молодого человека перед ним, и сдержанность, которую он сдерживал. Он принял правильное решение, и Дамблдору было стыдно, что он не сделал больше, чтобы проверить благополучие мальчика.
  - У тебя есть документы, в которых ты указан как опекун?
  Когда Сириус кивнул, Дамблдор сложил перед собой руки.
  - Завтра первым делом я отнесу его в Министерство, и мы займемся вашим делом об опеке. Не беспокойся о Дурслях, их очень скоро посетит отдел авроров.
  Сириус просто смотрел на Дамблдора.
  - Сделайте это скорее.
  
  Глава 8: Эпизод, где Гарри встречает Римуса
  Еще раз напомню, что я использую побочную историю Римуса из моего фика "Пропавшие моменты", который для тех из вас, кто не знает, представляет собой главу за главой "пропавших мгновений" из жизни Гарри до и после победы над Волдемортом. и соответствует канону. Здесь я использую момент, когда Римус навещает Гарри сразу после похорон Джеймса и Лили Поттер. Опять же, эта сцена была написана для этой истории, но я чувствовал, что она подходит как прекрасный "момент" для этого драббла, поэтому я позаимствовал ее, но опять же, она БЫЛА написана для этой истории в первую очередь.
  текст:
  Гарри проснулся в большой кровати, а в руках у него были плюшевая собака и плюшевый олень. Он по-совиному моргнул, оглядевшись, а потом вспомнил человека, пришедшего навестить его; человек, который мог превратиться в собаку.
  - Бродяга, - прошептал он с легкой улыбкой на лице. Он осторожно слез с кровати, схватил чучело волка и, держа его в руках, медленно подкрался к двери, выглядывая наружу. В коридоре никого не было, поэтому он на цыпочках подошел к лестнице и посмотрел вниз.
  Солнечный свет пробивался сквозь передние окна, освещая гостиную внизу. Гарри медленно спускался по лестнице, сжимая в руках три мягких игрушки. Когда он добрался до нижней ступеньки, то услышал звуки, доносящиеся из кухни, и замер, прислушиваясь. Играла музыка, и казалось, что вокруг звенят кастрюли и сковородки. Звуки казались нормальными, поэтому он на цыпочках подошел ближе, заглянув головой в арку кухни и наблюдая глазами за незнакомым мужчиной.
  У него были золотисто-каштановые волосы, он был одет в синие джинсы и джинсовую рубашку с длинными рукавами, закатанными на локтях. Один длинный тонкий белый шрам от локтя до запястья, казалось, блестел, когда он осторожно выливал тесто на сковороду. Минуту спустя он зачерпнул на тарелку два больших пышных блина и повернулся, подпрыгнув, увидев Гарри, и тепло улыбнувшись.
  Улыбка заставила его глаза цвета виски замерцать, и Гарри почувствовал, что улыбается в ответ.
  - Привет, Гарри. Ты любишь блины?
  Гарри пожал плечами, прижимая мягкие игрушки ближе к груди.
  - Я не знаю.
  Мужчина продолжал улыбаться ему. У него был шрам в форме полумесяца над одним глазом, очень маленький, но Гарри поймал себя на том, что смотрит на него.
  - Они очень вкусные. Мы покроем их теплым кленовым сиропом, они тебе понравятся. Присаживайся.
  Он пододвинул стул для Гарри, и Гарри осторожно подошел. Он посадил животных на стул и взобрался на них, сжимая их обратно в свои руки. Мужчина сел рядом с ним, все еще улыбаясь.
  - Я Римус, но ты можешь называть меня дядей Римусом или дядей Муни, если хочешь.
  Гарри поднес волка к себе.
  - Лунатик.
  Римус улыбнулся и кивнул. Оставь это Сириусу, чтобы получить ему мягкие игрушки, чтобы сразу отличить Мародеров.
  - Это верно.
  - Дядя Бродяга сказал, что ты знаешь много сказок.
  - Конечно знаю. Я люблю истории, - сказал ему Римус, осторожно разрезая один из блинов.- После того, как ты позавтракаешь, я расскажу тебе об одном. Договорились?
  Гарри кивнул, наблюдая, как Римус поливал сиропом его еду и протягивал ему вилку.
  - Почему бы нам не взять Лунатика, Бродягу и Сохатого и не посадить их здесь, пока ты будешь есть? - предложил Римус, протягивая руки к мягким игрушкам.
  Гарри мгновение смотрел на него, а затем осторожно передал животных, настороженно глядя, как Римус усадил их с другой стороны стола, чтобы Гарри все еще мог их видеть. Он взял вилку, медленно откусил кусок блина и поднес его к губам. Его глаза расширились от вкуса, и он жадно ел с легкой улыбкой на губах.
  Римус налил ему стакан шоколадного молока и наблюдал, как Гарри подозрительно посмотрел на него, прежде чем снова улыбаться, попробовав его.
  - хорошо?
  Он кивнул.
  - Да. Спасибо, сэр.
  Римус встал и убрал кухню, пока Гарри ел. Когда он закончил, он поставил тарелки Гарри в раковину и повернулся, чтобы улыбнуться Гарри.
  - Почему бы тебе не сбегать в ванную и не вымыть руки и лицо, пока я мою посуду? Когда ты вернешься, я расскажу тебе историю о мальчике по имени Артур, который вытащил меч из камня.
  Гарри взбежал по лестнице. Римус закончил уборку и подобрал трех мягких игрушек, улыбаясь, глядя на них: волк, собака и олень. Он осторожно положил их на диван, пока Гарри спускался по лестнице.
  - Давай вернемся наверх, Гарри, я забыл показать тебе твою зубную щетку, и мы оденемся до начала рассказа. - сказал ему Римус, протягивая руку.
  Гарри осторожно взял его за руку и последовал за ним вверх по лестнице. Через десять минут ему почистили зубы, расчесали волосы, и он был одет в спортивные штаны и белую футболку. Он последовал за Римусом, пока они спускались по лестнице в гостиную. Он увидел свои мягкие игрушки на диване и быстро вскарабкался, прижимая их к себе, словно удивляясь, что они все еще там.
  Римус протянул ему высокий стакан с апельсиновым соком, который он использовал, чтобы замаскировать лечебное зелье, которое Гарри должен был выпить для его спины, и сел рядом с ним, вытянув перед собой свои длинные ноги.
  - Выпей все это для меня, Гарри.
  Гарри медленно пил апельсиновый сок, настороженно глядя на Римуса, но выпивал каждую каплю.
  Римус улыбнулся, поставив стакан на стол.
  - Спасибо. Ты готов к рассказу?
  Гарри нетерпеливо кивнул, его зеленые глаза расширились, когда они смотрели на него, ожидая, когда он начнет.
  Римус улыбнулся.
  - Давным-давно в далеком королевстве жил мальчик по имени Артур Пендрагон...
  К тому времени, как Римус добрался до дамы в озере, зелье подействовало, и Гарри уже крепко спал. Римус осторожно перевернул его, чтобы не болела шея, и укутал его пледом на спинке дивана. Он принес пустой стакан обратно на кухню и встал у стойки с закрытыми глазами и сжатыми кулаками.
  Ему не следовало оставлять Гарри с этими людьми. Он закрыл глаза, когда воспоминания нахлынули на него.
  ***
  Римус стоял у дома номер четыре по Тисовой улице, нервно раскачиваясь на каблуках и пытаясь набраться смелости, чтобы постучать. Прошло чуть больше двух недель с тех пор, как весь его мир рухнул вокруг него. Джеймс и Лили: мертвы. Питер: Мертв. Сириус: Заключен в тюрьму за убийство Питера и двенадцати магглов и, что хуже всего, за предательство Джеймса и Лили Поттер. Он до сих пор даже не мог поверить, что Сириус стоял за всем этим; шпион Ордена, работающий на Волдеморта.
  Все это казалось каким-то страшным сном.
  Его лучшие друзья, его настоящая семья ушли за неделю, а ему был всего двадцать один год.
  Он провел пальцами по своим золотисто-каштановым волосам и, наконец, поднял руку к двери, чтобы постучать. Дамблдор рассказал ему, куда он отправил Гарри, объяснив, что это место было для него самым безопасным. Римус согласился с ним. Но Гарри был единственной семьей, которая у него осталась. Он хотел убедиться, что с ним действительно все в порядке.
  Дверь открылась, и он сразу узнал сестру Лили. Он видел ее только один раз на свадьбе, но она и ее муж Вернон произвели на него впечатление.
  - Петуния, я Римус Люпин, - сказал он, протягивая руку. - Я был другом Лили и Джеймса. Мы познакомились на их свадьбе.
  Петуния просто смотрела на него.
  - Ты был на свадьбе.
  Римус кивнул, улыбаясь.
  - Да. Я хотел проверить Гарри, посмотреть, как он приспосабливается к жизни со своими тетей и дядей.
  - Он в порядке. - коротко сказала она, скрестив руки перед собой. - Мне очень не нравятся неожиданные посетители, которые приходят в дом. Я стараюсь, чтобы Даддерс и наш новый гость придерживались какого-то графика. Не так-то просто иметь двоих детей в возрасте до двух лет.
  Римус кивнул, засунув руки в карманы штанов.
  - Я понимаю. Я просто хотел бы ненадолго увидеть Гарри, просто чтобы убедиться, что с ним все в порядке?
  Петуния вздохнула, потом натянуто кивнула и открыла дверь шире, позволяя Римусу войти внутрь.
  - Хорошо. Но поторопитесь.
  Римус кивнул, когда она закрыла за ним дверь. Он стоял в подъезде дома как раз в тот момент, когда мальчик, которого он искал, выбежал из гостиной к нему, радостно раскинув руки.
  - Дя-муу! - завопил он, бросаясь в объятия Римуса.
  Лицо Римуса расплылось в его первой за несколько недель улыбке, когда он поднял Гарри на руки. Он взъерошил его черные спутанные волосы и поцеловал в пухлые щечки, крепко прижав к себе. Он отстранился, чтобы улыбнуться ему, и его глаза нашли разрез молнии на его лбу. Он осторожно провел по ней пальцем, и его глаза встретились с глазами Петунии.
  - Это где он?..
  Петуния кивнула.
  - Насколько я понимаю, да. Похоже, его это не беспокоит.
  Римус кивнул. Он опустился на колени на пол, поставил Гарри перед собой и ухмыльнулся ему.
  - Я скучал по тебе, Гарри. Тебе нравится здесь, с тётей и дядей?
  - Нет!
  Гарри строго сказал:
  - Давай! Муу! Падфуф!
  Слезы навернулись на глаза Римуса, и он подавил их.
  - Не бойся, маленький Сохатый. Теперь это твой новый дом.
  Гарри полз вверх по его телу, свисая с его плеча, пока он говорил.
  - Нет! Мама! Папа!
  Римус посмотрел на Петунию и вздохнул.
  - Я знаю, что здесь, с тобой, он в наибольшей безопасности, но, слушая его... я хочу, чтобы он был в безопасности. Если Волдеморт когда-нибудь действительно вернется... мы не знаем наверняка, что он ушел, и Гарри может оказаться в наибольшей опасности, если он когда-нибудь узнает, что он еще жив.
  - Дя-муу, - воскликнул он, его руки скользнули по лицу Римуса, пальцы во рту, когда он схватил Римуса.
  Римус лишь усмехнулся. Он был милейшим ребенком. Его до сих пор удивляло, как сильно он полюбил этого маленького мальчика. Когда он назвал его дядя Му в своем детском лепете "дя-муу", его сердце затрепетало. Ничто не делало Гарри более счастливым, чем когда Римус и Сириус приходили в гости, а Сириус превращался в собаку. "Собачка" заставляла Гарри хихикать и смеяться, а Римус держал его за руки, пока тот катал собаку. Затем Сириус оборачивался, и Гарри смеялся, умоляя Сири вернуть Бродягу.
  Сириус любил его. Римус это видел. Как Сириус мог это сделать?
  - У тебя достаточно вещей для него? Одежки и прочего? - спросил он у Петунии, снова прижимая Гарри к себе, пока тот бормотал ему на ухо бессвязный детский лепет.
  - Да. Насколько я понимаю, дом разрушен, поэтому у меня есть все, что Дамблдор привез с собой, - сказала она ему.
  Она подошла, чтобы подобрать собственного сына, который пытался дотронуться до вазы с цветами на столе. Это был пухлый светловолосый малыш, который, казалось, ковылял при ходьбе.
  - Был, - сказал Римус. - Я просто хочу убедиться, что о нем хорошо позаботятся. Он очень особенный мальчик.
  Он поцеловал Гарри в лоб, и Гарри прижался к нему.
  - Слюнь! - сказал он, и Римус снова поцеловал его.
  - Я бы... я хотел бы приехать и увидеть его, когда смогу. Может быть, раз в несколько недель или около того. Я могу рассказать ему о его родителях и провести с ним время. Увидишь, как он вырастет и станет великим волшебником, каким, я знаю, он и будет.
  - Нет, - сурово сказала Петуния, ставя Дадли в манеж, который она поставила, и снова скрестив руки перед собой. - Точно нет.
  - Извините? - удивленно спросил Римус.
  - Нет, - повторила Петуния. - Я впустила вас сегодня, чтобы попрощаться с ним из вежливости. Я согласилась взять мальчика для его же безопасности, но в моем доме вас не будет. Никакой магии. Никаких сил. Никаких упоминаний о злобном безумце, который убил его родителей. Я позволю ему остаться здесь с моим мужем и моим сыном, если и только если я смогу дать ему шанс на нормальное детство. Как я должна это сделать, если ты придешь сюда и расскажешь ему такие вещи.. Ни в коем случае! Я запрещаю это.
  Римус встал, Гарри все еще прижимался к его рукам.
  - Я понимаю, откуда ты, Петуния, но... мои друзья, моя семья все ушли. Гарри - все, что у меня осталось. Я хотел бы найти место в его жизни. Быть для него дядей, которым я должен был быть.
  Петуния уставилась на него, уперев руки в бедра.
  - Тогда ты можешь забрать его из моих рук. Это единственный способ связаться с ним.
  - Я не могу взять его, - в отчаянии сказал он.
  Он никак не мог забрать Гарри домой и благополучно воспитать его, кроме как с его маленькой пушистой проблемой. Как он мог обеспечить безопасность Гарри, когда он сам представлял для него опасность три ночи в месяц?
  - Если ты не возьмешь его, то это все. Попрощайся.
  Слезы навернулись на глаза Римуса. Он понял, чего она хотела. Для Гарри было безопаснее, если у него не было контакта; если бы ни один волшебник даже не знал, где он был. Дамблдор был прав в этом. Это была семья Гарри, и они позаботятся о нем. Но мысль о том, чтобы оставить этого маленького мальчика, разбила ему сердце.
  Но к разбитому сердцу Римус Люпин привык. Он уже потерял все, что имело значение в его жизни: родителей, лучших друзей, семью. Потеря Гарри была в интересах его безопасности, и это действительно имело значение.
  Он поцеловал щеки Гарри, а затем порез в форме молнии на его лбу, прижимая его к себе, чтобы обнять, когда он сказал:
  - Если я напишу тебе, ты будешь держать меня в курсе, как у него дела?
  - Нет, - строго сказала Петуния. - Либо бери его с собой, либо прощайся.
  Римус кивнул, в его глазах стояли непролитые слезы. Он прижал Гарри к себе. Гарри потянул его за волосы и влажно поцеловал губами, прежде чем он усадил его на пол.
  - Вы хорошо о нем позаботитесь? Защитите его? - спросил ее Римус, пока Гарри пытался поднять ногу.
  - Я воспитаю его нормальным, - сказала ему Петуния.
  Римус кивнул, вытирая слезы.
  - Спасибо.
  Он наклонился и поцеловал Гарри в макушку.
  - Я люблю тебя, Гарри. Будь добр к своей тете Петунии. Когда-нибудь мы снова встретимся, я в этом уверен.
  Гарри заплакал, и Римусу потребовалась вся сила воли, чтобы пойти к двери, а Гарри кричал ему вслед, из его глаз лились слезы.
  - Нет! Му! Иди, Му! Ув, Му!
  Когда Петуния закрыла за ним входную дверь, он стоял на крыльце, по его щекам текли слезы.
  Гарри будет в безопасности. Ничто другое в мире не имело значения, особенно разбитое сердце оборотня.
  ***
  Он открыл глаза, вытирая слезы. Он никогда за миллион лет не думал, что Петуния причинит боль этому маленькому мальчику. Если бы он знал... было бы слишком поздно для того, что если бы сейчас, сказал он себе. Теперь речь шла о безопасности Гарри. Забрав его у Дурслей, Сириус лишил его кровной защиты, которую он имел с Петуньей, и Римус знал, насколько это важно для обеспечения безопасности Гарри.
  Он сделал себе чашку чая и сел на диван рядом с Гарри. Он снял с мальчика очки, положил их на стол и нежно провел пальцами по мягким спутанным волосам, улыбаясь, когда Гарри повернулся и прижался к плюшевому зверю.
  Сириус будет охранять его, а Римус сделает все возможное, чтобы помочь ему. Он открыл книгу и начал читать, глядя на часы. Ему было интересно, как у Сириуса дела с Дамблдором.
  Глава 9: Эпизод, где Сириус и Гарри жарят сыр
  Сириус вышел из кабинета Дамблдора, все еще в ярости. Ему нужно было собрать документы, чтобы на следующее утро передать Дамблдору заявление об опеке над Гарри. Ему нужно было найти детского целителя, чтобы осмотреть ребенка и убедиться, что с ним все в порядке.
  Он собирался стать постоянным опекуном пятилетнего мальчика. Он прислонился к стене замка и тяжело вздохнул.
  Он никогда не был так напуган за всю свою жизнь. Что, если он все испортил?
  Затем, не задумываясь, он повернулся и направился на нижний восточный этаж в крыло трансфигурации, быстро постучал в дверь профессора М. МакГонагалл.
  Она открыла его и удивленно улыбнулась ему.
  - Сириус, это приятный сюрприз. Входи.
  Сириус сел на стул перед ее столом и улыбнулся, когда она открыла банку с имбирным печеньем и предложила ему одно.
  - Я помню, как впервые сидел здесь.
  Когда МакГонагалл лишь вопросительно подняла бровь, он улыбнулся.
  - Я проучился в Хогвартсе всего около месяца. Моя семья была в ярости из-за того, что меня выбрали на Гриффиндор; моя мать послала этотВопилер и пришла в школу, чтобы попытаться заставить Дамблдора перевести меня в Слизерин. ...Дружить с предателями крови вроде Джеймса Поттера и полукровками вроде Римуса Люпина было ниже моего достоинства, она запретила это. Она сказала мне, что моя кузина следит за каждым моим шагом и доложит ей обо всем, что я делаю. Я слушал её и отталкивал их. Ты усадила меня здесь и сказала мне, что я смелый, и поэтому Распределяющая шляпа выбрала меня для Гриффиндора, и что иногда быть смелым означает идти против течения и дружить с теми, с кем я хочу дружить. Эта семья не всегда означала кровь.
  - Я кажусь мудрой, - сказала МакГонагалл, садясь на край своего стола.
  - Самая мудрая женщина, которую я знаю, - сказал ей Сириус.- Ты сказала мне не отталкивать моих новых друзей. Что они мне нужны и что не дружить с ними только потому, что моя мать сказала мне, что я не могу, не было уважительной причиной, чтобы оттолкнуть их. И я слушал - и это был лучший выбор, который я когда-либо делал. Джеймс, Римус и Питер, они были... они были моей семьей. И Пит, он... он разрушил ее.
  МакГонагалл протянула руку и взяла Сириуса за руку.
  - Я знаю, из какой ты семьи, Сириус. Ты никогда не рассказывал мне подробностей, но я видела боль в твоих глазах, и когда ты был с друзьями, эта боль уменьшалась. Всеми твоими друзьями, даже Питером. Я не могу сказать тебе, почему он сделал тот выбор, который он сделал.Может быть, однажды он расскажет тебе, но он сделал неправильный выбор и с тех пор скрывается.Что говорит мне о том, что он знает, что сделал неправильный выбор, и, скорее всего, сожалеет об этом с тех пор каждый день. Иногда страх пробуждает в человеке самое худшее, и из-за этого страха они делают то, чего обычно не делают.
  Сириус только кивнул, сжимая ее руку.
  - Эти магглы... они плохо обращались с Гарри, и я не могу... я не могу позволить этому маленькому Мародёру остаться с ними. Я сказал Дамблдору, что хочу взять опеку над своим крестником. Джеймс и Лили умерли. Жестокое обращение, которому он подвергся на попечении родни, я также виню в этом Питера. Я знаю, что это был мой выбор пойти за ним - я принял это решение, когда должен был взять Гарри и бежать, но... я все еще виню его. Питера. - Он убрал руку и закрыл лицо. - И я боюсь быть родителем этого маленького мальчика. Что, если я все испорчу? Что я вообще знаю о том, чтобы быть родителем?
  МакГонагалл тепло улыбнулась.
  - Когда я потеряла... я думала, что мой мир рухнет. Преподавание здесь было всем, на что я могла надеяться, видя все эти молодые и полные энтузиазма лица, у некоторых больше проблем, чем у других, - добавила она, когда Сириус ухмыльнулся. - Но я видела их и видела, как они выросли и стали невероятными ведьмами и волшебниками, а ты, Сириус Блэк, ты хороший человек. Джеймс и Лили Поттер ни на секунду не сомневались в том, что выбрали тебя опекуном Гарри. Это будет тяжело? Несомненно. Будешь ли вы бояться? Каждый день. Испортишьли ты все? Не все будет так хорошо, как дождь. Но ты не будешь одинок. У тебя есть друзья, которые вмешаются и помогут, как Римус Люпин, например, и не бойся просить о помощи. Так, ты только что пришел ко мне для ободряющей беседы?
  Сириус рассмеялся, встал и обнял ее.
  - Я люблю тебя, Минни.
  - Ради Мерлина, Сириус, ты продолжаешь давать мне эти прозвища...
  Он рассмеялся и обнял ее крепче.
  - Минни МакДжи, всегда.
  Когда она улыбнулась, он ухмыльнулся в ответ.
  - Я люблю тебя. Ты всегда была рядом, когда я нуждался в тебе, еще до того, как Фиа и Монти взяли меня к себе. Ты всегда верила в меня, даже когда меня посадили в тюрьму.
  - Я не думаю, что когда-либо давала столько отработок другому ученику, как ты и Поттер.
  - Я был ангелом, который не заслужил тех месяцев отработок, которыми ты меня наградила.
  МакГонагалл фыркнула.
  - Больше похоже на хулигана, но, конечно, ты можешь верить во что хочешь.
  Сириус ухмыльнулся ей.
  - Ты всегда верила в меня, ты всегда старалась изо всех сил заботиться обо мне. Ты всегда говорила моей матери именно то, что ты думала, когда она приходила в школу, чтобы вызвать проблемы, и ты была первой, кто сказал ей, что моя настоящая семья была Поттер. Ты поверила в меня, когда я попал в тюрьму, и более четырех лет неустанно работала, чтобы добиться справедливого суда - и тебе это удалось. Наверное, я просто хотел сказать спасибо.
  МакГонагалл сглотнула слезы и нежно похлопала его по руке.
  - Ах ты, взволновавший старуху!
  - Минни МакДжи, ты не старая!
  Она рассмеялась и обняла его.
  - Если тебе что-нибудь понадобится от меня в отношении опеки над Гарри, дай мне знать. Ты всегда будешь занимать особое место в моем сердце, Сириус.
  - Ты любишь меня, как сына, - сказал он ей, когда она рассмеялась.
  - Мерлин, Блэк, я скучала по тебе!
  Сириус кивнул, улыбаясь ей.
  - Итак, МакДжи, просто из любопытства, ты когда-нибудь знала, сколько вещей нам с Поттером сошло с рук в школе?
  МакГонагал закатила глаза.
  - Блэк, я не хочу это знать.
  Сириус только злобно усмехнулся ей. Он действительно тоже скучал по ней.
  ***
  Сириус вернулся в коттедж незадолго до обеда, чувствуя себя лучше по отношению к Гарри и к себе. После этого он отправился в больницу Святого Мунго и назначил на следующее утро встречу с детским целителем для Гарри. Администратор сказал ему, что целитель А. Кастелланос свободна в десять утра следующего дня. Сириус записал свое имя, не желая афишировать тот факт, что Мальчик-Который-Выжил будет в больнице.
  Когда он вошел внутрь, то увидел, что Римус лежит на диване, его голова запрокинута назад, он храпит, а его длинные ноги вытянуты по длинному мягкому дивану. Знакомое зрелище заставило его улыбнуться, а затем он вздрогнул в панике.
  Если Римус спал, то где был Гарри?
  Он поспешил вперед и замер, увидев крошечного мальчика, зажатого между руками Римуса.Его лицо лежало на животе на его, вздымаясь и опускаясь вместе с храпом Римуса. Похоже им удобно так лежать, подумал он. Он повернулся, чтобы пройти на кухню, и замер, увидев лестницу за гостиной. Шкаф под лестницей, где его дядя всегда хранил обувь, теперь казался угрожающим. Недолго думая, он использовал свою палочку, чтобы вырвать дверь, выбросив ее через входную дверь на крыльцо. Его взгляд остановился на полках, и он кивнул. Он оставит ее открытой и позаботится о том, чтобы Гарри никогда ее не увидел и не вспомнил свое место у Дурслей. Он решил, что починит его, сделает частью комнаты.
  Это будет его следующий проект. Имея это в виду, он наложил на гостиную чары, чтобы не мешать Гарри и Римусу, и приступил к работе. Через час это выглядело совсем по-другому, и он был доволен. Это больше не будет страшным зрелищем для Гарри. Он думал, что сможет хранить там свои записи. Он прошел на кухню, снял чары с гостиной и оставил Римуса и Гарри вздремнуть, думая о том, что он собирается приготовить на обед.
  Сириус открыл коробку со льдом и заглянул внутрь. Ему действительно нужно было научиться готовить. Он выбрал томатный суп и бутерброды с жареным сыром. Он включил беспроводной проигрыватель, решив во время работы включить "Роллинг Стоунз" на низкой громкости, напевая себе под нос, доставая хлеб, масло и сыр.
  ***
  Гарри проснулся от музыки и вздрогнул, обнаружив себя в объятиях мужчины на диване. Римус, вспомнил он, дядя Муни. Он рассказывал ему историю о рыцаре. Он отполз прочь, его сердце колотилось в груди, но потом он остановился, встал и посмотрел в лицо перед собой. Мужчина держал его, но он не испугался, понял он. Его маленькая рука протянулась и нежно провела тонкими белыми шрамами на лице, грубость щетины удивила его.
  Пение из кухни привлекло его внимание, и он пошел на звук, спрятавшись в дверном проеме, не желая, чтобы его видели.
  - Я сказал, что знаю, что это всего лишь рок-н-ролл, но мне это нравится, я знаю, что это всего лишь рок-н-ролл, но мне это нравится, нравится, да, нравится, О, ну, мне это нравится, мне это нравится. Мне это нравится, я сказал, разве ты не видишь, что этот старик был одиноким?
  Сириус пел, и лицо Гарри расплылось в ухмылке, когда он увидел, как тот вилияет бедрами и танцует по кухне, притворяясь, что деревянная ложка в его руке - это микрофон.
  Он развернулся по кругу, заметив Гарри и чуть не споткнувшись.
  - Гарри! Не видел тебя там, малыш! - сказал Сириус, поймав себя на стойке и положив ложку.
  - Ты хорошо провел время с дядей Муни?
  Гарри кивнул, его руки оставались на краю дверного косяка.
  Сириус улыбнулся ему. Он собирался положить конец этому постоянному страху в глазах своего крестника. Он хотел, чтобы Гарри понял, что здесь он в безопасности. Что он может быть нежным и счастливым. Он опустился на колени и согнул палец.
  - Иди сюда, Сохатик.
  Гарри поколебался, а затем шагнул на кухню и направился к Сириусу, осторожно держась в нескольких футах от него.
  - Подойди сюда, подойди поближе. - сказал Сириус, снова согнув палец.
  Большие зеленые глаза Гарри на мгновение задержались на его лице, и Сириус подумал, что он больше не собирается двигаться, но потом сделал неуверенный шаг и придвинулся ближе.
  Сириус тепло улыбнулся ему, а затем осторожно положил руки на талию Гарри и поднял его на руки, когда глаза Гарри расширились от страха. Он напрягся, когда Сириус просто усадил его на бедро, протягивая ему деревянную ложку.
  - Не хочешь помочь мне размешать суп?
  Гарри мгновение смотрел на ложку, прежде чем взять ее и осторожно помешать томатный суп в кастрюле, немного расслабившись. Руки, державшие его, были сильными, и от мужчины пахло деревом и кожей. Было странно чувствовать себя вот так, но он чувствовал себя в безопасности; не боялся, что его вот-вот бросят на землю. Когда он закончил помешивать, Сириус взял у него ложку и положил ее на прилавок, подошел к холодильнику и вытащил кувшин с молоком.
  - Налей немного в кастрюлю, малыш, - велел он, пока Гарри делал это, не торопясь, чтобы быть особенно осторожным, но когда он все же пролил на прилавок, он застыл в панике и закрыл лицо руками.
  - Простите! Я не хотел тратить его впустую! Я не неблагодарный!
  Сириус наклонился и поцеловал руки, закрывавшие его лицо. Он целовал пальцы и тыльную сторону ладоней, пока Гарри не оторвал их от лица, глядя на него в замешательстве. Сириус наклонился и поцеловал Гарри в лоб.
  - Гарри, все в порядке. Это был несчастный случай. Я тоже все время что-то проливаю.
  - Ты проливаешь?
  Сириус кивнул.
  - Конечно, да. Несчастные случаи случаются.
  Он схватил свою палочку со стойки и быстро вытер пятно.
  - Видишь? Все чистое. Как новое.
  Он снова протянул Гарри деревянную ложку.
  - Теперь мне нужна помощь, чтобы снова размешать этот суп. Ты не мог бы мне помочь?
  Гарри кивнул, принимая ложку и помешивая суп. Сириус держал его на бедре, пока он работал на кухне, намазывая маслом хлеб и нарезая толстые куски сыра, давая кусочки Гарри, чтобы он ел, пока тот работал, и Гарри улыбался.
  - Знаешь, я делаю лучшие сэндвичи с сыром на гриле во всем мире. Они такие сырные, вкусные и полны тающего вкуса, - сказал ему Сириус, пока Гарри ел кусок мраморного сыра, который держал в руках.
  - Знаешь, что я больше всего люблю в их приготовлении? Когда ты их растаскиваешь, и весь сыр тает в этой паутине. Выглядит блестяще, ты так думаешь?
  - а-га.
  Сириус ухмыльнулся ему. Он собрал хлеб и положил бутерброды на сковороду. Он использовал свою палочку, чтобы подбросить их высоко в воздух, и Гарри хихикнул, заставив его улыбнуться. Он дважды подбросил их в воздух и поймал на тарелке.
  - Вуаля! Совершенство жареного сыра Сириуса!
  Он разрезал бутерброд на четыре части и взял одну четверть, показывая Гарри, что расплавленный сыр, казалось, может продолжаться вечно.
  - Как ты думаешь? Выглядит хорошо?
  Гарри кивнул, облизывая губы.
  Сириус улыбнулся и поставил тарелку на кухонный стол. Он шлепнул Гарри на стул, взял из буфета тарелку, налил туда томатный суп и поставил ее перед Гарри. Он налил в суп еще немного молока, чтобы охладить его, а затем налил себе вторую тарелку и взял бутерброд с жареным сыром.
  Он сел рядом с Гарри, который в замешательстве переводил взгляд с супа на бутерброд.
  - Что такое, малыш? Ты не любишь томатный суп?
  - Они оба для меня? - спросил он, указывая на суп и бутерброд.
  Сириус кивнул, улыбаясь.
  - Конечно. У тебя не может быть томатного супа без бутерброда с жареным сыром.
  Гарри взял ложку и проглотил суп, облизнув губы.
  Сириус улыбнулся и взял половинку сэндвича.
  - Вот как я люблю есть свой.
  Он окунул его в суп, чтобы расплавленный сыр смешался с густым сливочным супом, а затем откусил.
  - Ммм, совершенство жареного сыра Сириуса! Попробуй ты.
  Гарри отложил ложку и осторожно взял четверть жареного сыра, макая его в суп. Он упал прямо внутрь с хлопком, и суп пролился на стол. Спина Гарри откинулась на спинку стула, его глаза в ужасе смотрели на беспорядок, который он только что устроил.
  Сириус рассмеялся, полез в суп, чтобы вытащить бутерброд Гарри.
  - Попробуй, Гарри.
  Гарри взял четверть бутерброда, покрытую густым сливочным супом, и откусил, его глаза расширились от удовольствия, а руки стали липкими. Он съел каждый кусочек, выпил молоко, которое дал ему Сириус, а затем молча направился к своей второй четвертинке сэндвичей.
  Сириус наблюдал за ним. Он казался удивленным возможностью получить больше, чем одно блюдо на обед, что заставило Сириуса задаться вопросом, какую именно еду Гарри ел у Дурслей. Он видел, как его крестник подавал бекон и яйца его семье, но видел только самого Гарри, поедающего тосты. До этого он даже не пробовал жареного сыра, что еще больше убедило его, что он не пробовал томатный суп. Они ели в тишине, пока Сириус постукивал ногой в такт музыке, а Римус шагнул на кухню.
  - Сириус! Прости, я вырубился!
  - Все в порядке, - сказал Сириус, улыбаясь своему другу. - Я знаю, что две ночи назад было полнолуние, так что я полагаю, тебе это было нужно. Вот тебе бутерброд и налей себе немного супа.
  Римус благодарно улыбнулся ему, сделав себе миску, и сел напротив Гарри.
  - Кажется, Гарри наслаждается обедом.
  Глаза Гарри на мгновение встретились с глазами Римуса, прежде чем он снова повернулся к своему супу.
  Сириус улыбнулся своему другу.
  - Он знает, что я делаю лучшие бутерброды. Как прошло утро? Пока ты не вздремнул?
  - Ладно, - сказал Римус, обмакивая свой сэндвич в суп. - Мы съели блины, потом умылись, и я начал рассказывать Гарри историю о короле Артуре. Зелье вырубило его еще до того, как мы успели наполовину.
  - Хорошо. Он может принять последнюю дозу сегодня вечером. Утром мы поедем в больницу Святого Мунго. Я договорился о встрече с А. Кастелланос, педиатрическим целителем. Я хочу, чтобы она осмотрела его и убедилась, что он здоров. Я думаю, они морили его голодом, Муни.
  Римус кивнул, наблюдая, как Гарри с энтузиазмом ест.
  - Я подозревал то же самое. Я не думаю, что он пробовал много еды раньше.
  - Мне нужно научиться готовить, - со смехом сказал Сириус.
  - Или мы будем жить на жареном сыре, бутербродах с мармеладом и лазанье.
  Римус усмехнулся над затруднительным положением своего друга.
  - Я могу помочь с этим. Ты знаешь, что я буду здесь для вас обоих, верно?
  Сириус кивнул, улыбаясь своему другу.
  - Без вопросов.
  Римус улыбнулся.
  - Я видел, что у тебя в холодильнике есть куриные грудки. Я пойду в город и возьму немного свежего розмарина и тимьяна, чтобы замариновать их на ужин. Может быть, я начиню их сыром.
  - Лунатик, ты - подарок от бога.
  Римус рассмеялся и взял ложку.
  - Я одолжу тебе кулинарную книгу.
  
  Глава 10: Эпизод с целителем
  После обеда Римус предложил убраться на кухне, поэтому Сириус подхватил Гарри на руки и повел наверх, чтобы убраться. Гарри напрягся, когда он схватил его, но когда Сириус усадил его себе на бедро, он расслабился, пока они поднимались по лестнице. Он вымыл руки и лицо, а затем Сириус вывел его на задний двор.
  Сириус схватил футбольный мяч среди купленных им игрушек, и они вдвоем почти час бегали по двору и пинали мяч. Каждый раз, когда Гарри забивал (пробивая мяч ногой мимо Сириуса), Сириус нападал, подхватывал его и раскачивал на руках. Когда он сделал это в третий раз, Гарри с нетерпением ждал этого, ухмыляясь и хихикая, кружась по кругу.
  Они вернулись в дом и выпили немного воды, и Римус предложил продолжить свой рассказ. Сириус, не желая, чтобы Гарри снова замолчал, взял своего крестника и просто усадил его на диван рядом с собой, обняв его за плечи и положив голову ему на грудь.
  Гарри остался там, пока Римус продолжал рассказ о том, как дама в озере вела молодого рыцаря, чтобы найти Меч Экскалибура. Они решили сделать перерыв, чтобы Римус мог приступить к ужину, поэтому Сириус снова взял Гарри на руки, и они вышли на улицу.
  Сириус превратился в свою собаку и боролся с мальчиком, наслаждаясь тем, как тот смеялся и расслабленно закутывался в его мех, пока Римус не позвал их ужинать.
  Римус закончил рассказ после того, как они поели, и отправился домой на ночь. Сириус приготовил Гарри к ванне. Гарри колебался, но на этот раз лишь мгновение, прежде чем раздеться и забраться в большую ванну, его руки уже тянулись к игрушечным корабликам. После того, как его вычистили, почистили зубы, расчесали волосы и выпили остатки зелья, Сириус уложил его в свою кровать, наклонившись, чтобы поцеловать в лоб.
  - Дядя Бродяга?
  - Да, Сохатик?
  Гарри зевнул, последнее зелье, которое Помфри дала ему, уже подействовало. Он прикусил губу, когда свет погас, и тихое всхлипывание заставило Сириуса откинуться на край кровати.
  - Что такое, Гарри?
  - Я не люблю быть запертым в темноте, - прошептал он.
  Сириус вытянулся на кровати рядом со своим крестником и повернулся, чтобы посмотреть на него.
  - Здесь не так темно, Сохатик. Видишь, как в окно пробивается полоска лунного света? - Когда Гарри кивнул, он улыбнулся. - И звезды тоже. Но иногда все еще слишком темно, так что насчет этого, - он выстрелил искрами из своей палочки, и по комнате вспыхнула дюжина крошечных волшебных огоньков, освещая комнату мягким раскаленным светом.
  - Как это?
  Гарри улыбнулся, прижимая к себе двух плюшевых оленей. Сириус почистил тот, что побольше, который он взял из шкафа под лестницей у Дурслей, и отдал его Гарри перед сном.
  - Спасибо.
  Сириус улыбнулся и нежно провел кончиком пальца по щеке.
  - Добро пожаловать.
  Он слез с кровати и добрался до двери прежде, чем Гарри снова заговорил.
  - Дядя Бродяга?
  - Да, Гарри?
  - Не уходи.
  Сириус повернулся и улыбнулся ребенку.
  - Знаешь, я не могу все время оставаться здесь с тобой, Сохатик. У меня есть собственная кровать, в которой я сплю.
  Гарри кивнул, его глаза были широко раскрыты и печальны.
  - Извини. Я буду в порядке.
  Сириус заполз обратно на кровать Гарри, улыбаясь ему.
  - Я останусь - пока ты не заснешь, хорошо?
  Гарри застенчиво улыбнулся и кивнул, протягивая ему плюшевую собаку.
  - Собака? - спросил он невнятным голосом из-за лечебного зелья.
  - Ладно, Сохатик, - с улыбкой сказал Сириус и трансформировался.
  Гарри зарылся в густую шерсть собаки, удовлетворенно вздохнув, и менее чем через две минуты вырубился как огонек. Сириус просидел рядом с ребенком большую часть ночи, наконец, улизнув в свою комнату где-то после двух. Он превратился обратно в себя, заползая в свою кровать и закрывая глаза.
  Завтра будет другой день.
  ***
  Сириус решил, что использование каминной сети, вероятно, лучший способ попасть в больницу Святого Мунго на следующее утро к назначенной встрече. После завтрака из яичницы-болтуньи, тостов и бекона он помог Гарри одеться в джинсы и футболку. Он убедился, что ему почистили зубы и причесали волосы, прежде чем поставить его перед камином в гостиной.
  - Теперь, Гарри, ты знаешь, как я показывал тебе, как мы можем делать магические вещи? - Когда Гарри кивнул, он улыбнулся. - Ну, один из способов, которыми могут путешествовать ведьмы и волшебники, - это каминная сеть, которая находится в огне.
  Глаза Гарри расширились от страха, когда он посмотрел на пламя, а Сириус опустился перед ним на колени, положив руки ему на плечи.
  - Не бойся. Это не больно. И я никогда не сделаю ничего, что могло бы причинить тебе боль. Обещаю. - Когда Гарри кивнул, он продолжил. - Я крепко обниму тебя, мы возьмем щепотку летучего порошка и назовем место, куда мы направляемся, для нас это больница Святого Мунго. Бум, мы крутимся в измерениях, пока не приземлимся на решетку, которую хотим.
  Гарри не выглядел убежденным, но когда руки Сириуса обвились вокруг него, он обвил руками его шею и крепко сжал. Сириус улыбнулся, схватил летучий порох и шагнул сквозь пламя. Когда они прибыли в больницу Святого Мунго, Гарри ухмылялся, как дурак.
  - Я люблю крутиться!
  Сириус рассмеялся и поправил шляпу, которую надел на голову своего крестника, чтобы скрыть шрам от зевак.
  - Видишь? Не о чем беспокоиться.
  С Гарри на руках он направился на этаж повреждения от заклинаний, сворачивая в конец, где находилась маленькая детская поликлиника. Он сказал администратору, что Сириус Блэк здесь, и сел на свое место с Гарри на коленях.
  - Можем мы снова покрутиться? - спросил его Гарри, когда они сели.
  Сириус усмехнулся.
  - Когда мы вернемся домой, мы сможем.
  - Сириус Блэк?
  Сириус встал, посадив Гарри к себе на бедро, и последовал за администратором обратно в комнату для осмотра, посадив Гарри на мягкий стол.
  - Целитель Кастелланос сейчас будет с вами.
  Женщина закрыла за собой дверь, и Сириус улыбнулся Гарри.
  - Помнишь, что я сказал тебе сегодня утром, Гарри?
  Гарри кивнул.
  - Целитель собирается проверить меня.
  - Правильно. И?
  - И это не повредит.
  - Верно, Гарри, - сказал Сириус. - И я буду здесь все время, если ты испугаешься или понадобишься, просто спроси, хорошо?
  Гарри кивнул, болтая ногами взад и вперед перед столом.
  - Хорошо.
  Дверь открылась, и женщина в белом халате удивила Сириуса. Она была очень красивой. Золотисто-русые волосы собраны в пучок балерины, свободные пряди танцуют вокруг ее шеи. У нее были мягкие карие глаза и милая улыбка, но ее возраст удивил его. Должно быть, она очень молода, подумал он, может быть, даже на несколько лет моложе его самого.
  - Мистер Блэк? - спросила она, ее глаза нашли его темно-серые глаза.
  Сириус кивнул, протягивая руку.
  - Это я. Вы целитель Кастелланос?
  Целительница улыбнулась.
  - Да. И зачем мы здесь сегодня, Сириус? - спросила она Гарри, который тут же посмотрел себе под ноги.
  Сириус улыбнулся.
  - Нет, это я, я Сириус Блэк. Целитель Кастелланос...
  - Целительница Тея будет достаточно, я знаю, что Кастелланос - трудное имя для большинства людей. - сказала она смеясь.
  - Если ты Сириус, то кто мой пациент?
  - Я назвал свое имя, чтобы не говорить об этом. Я знаю, что конфиденциальность целителя и пациента не позволит вам ничего сказать.
  Когда она кивнула, ее глаза загорелись любопытством, он продолжил.
  - Это Гарри Поттер, - сказал ей Сириус, стягивая с Гарри шляпу и наблюдая, как ее глаза тут же метнулись к его шраму, а затем расширились от понимания.
  - О, да! Понятно. Вероятно, было бы мудро скрывать его личность здесь. Все очень очарованы Мальчиком-Который-Выжил.
  Сириус кивнул и взял Гарри за руку.
  - Вот именно. Послушайте, Целитель Кастелланос - Целительница Тея - я как раз занимаюсь опекой над Гарри, моим крестником. Недавно я забрал его из дома его тети и дяди, и они жестоко обращались с ним. Я просто хочу убедиться, что все в порядке.
  Кастелланос тепло улыбнулась ему.
  - Конечно. Прежде всего, ему нужно снять рубашку.
  Гарри тут же обхватил себя руками.
  Сириус улыбнулся и сел за стол рядом с Гарри.
  - Сохатик, помни, что она не причинит тебе вреда. Я буду здесь все время. - Он оторвал руки Гарри от своего тела. - Целитель Кастелланос должна присмотреть за твоей спиной.
  Гарри покачал головой.
  - Я не должен говорить!
  - Тсс, можешь сказать ей то же, что сказал мне. Все в порядке, обещаю. Ты в безопасности, Гарри.
  Глаза Гарри не отрывались от него, когда Сириус осторожно поднял футболку через его голову. Он задрожал, когда Сириус помог ему встать, чтобы целитель могла осмотреть его спину. Сириус держал мальчика за талию, не сводя с него глаз, наклоняясь, чтобы поцеловать Гарри в нос, заставляя его хихикать.
  - Мадам Помфри из Хогвартса дала мне мазь. Я намазал ее две ночи назад и с тех пор давал ему это лечебное зелье каждые двенадцать часов, - сказал ей Сириус, все еще нежно держась за Гарри, пока Кастелланос смотрела на спину его крестника.
  - Он принял последнюю дозу перед сном прошлой ночью, всего три раза.
  Кастелланос наклонилась вперед, вытянув палочку, и осторожно провела по линиям рубцов. Тёплое золотое сияние исходило от её палочки, когда они проходили по каждому рубцу, превращая их в мягкие розовые линии. Рука Гарри сжала руку Сириуса, но он не издал ни звука.
  - Мазь была хороша, - сказала ему Кастелланос. - Это помогло избавиться от любой инфекции, что позволило мне вылечить рубцы. Я собираюсь дать вам крем, чтобы втирать в розовые линии, и это значительно уменьшит рубцы. Надеюсь, этовсе, но можно никогда не быть увереным на сто процентов в этих вещах, особенно если они не были нанесены недавно.
  Она усадила Гарри обратно и прислушалась к его сердцу; проверила горло и уши и заставила его вытянуть руки высоко над головой. Она осмотрела его шрам, проверяя любые признаки того, что он влияет на его мозг. Она измерила его рост и вес и проверила его рефлексы. Она использовала свою палочку, чтобы провести полное диагностическое сканирование его тела. Она сказала Гарри снова надеть футболку, когда закончит сканирование.
  Пока Сириус помогал ему с футболкой, Кастелланос делала пометки в своей карте.
  - И так? - спросил Сириус, заправляя волосы за ухо.
  Кастелланос улыбнулась ему.
  - Он очень смелый мальчик, мистер Блэк. Немного недоедает. Мне не нравятся такие очертания детских ребер, но я уверена, что вы это исправите?
  По его кивку она продолжила.
  - У меня есть этот крем для вас, и я бы хотела, чтобы вы начали давать ему комплекс витаминов и протеина. Моя секретарша может дать вам документы. Он должен иметь хорошо сбалансированное трехразовое питание, полное овощей, фруктов, кальция и белка.
  Сириус кивнул.
  - Без проблем.
  Он протянул руки к Гарри, и Гарри обвил его шею руками, удобно прижимаясь к нему. Теперь Гарри доверял ему, и Сириус почувствовал огромное облегчение.
  - Но я думаю, увидев повреждения этих рубцов на его спине и то, как он, кажется, боится прикосновения, я думаю, что завести детского-целителя разума - хорошая идея. Здесь, в больнице Святого Мунго, есть несколько великих целителей разума, но Я также могу порекомендовать несколько частных клиник, если вы предпочитаете это.
  - Ему не нужен психиатр, - упрямо настаивал Сириус, держа Гарри за руки. - Я просто брал его и держал, и он понял, что может мне доверять. Он не так боится, он... он жаждет любви.
  - И это здорово, - сказала ему Кастелланос.
  - Что бы вы с ним ни делали, это работает, я вижу, что он уже немного доверяет вам. Но иногда есть более эмоциональный ущерб, который вы можете не осознавать, и, возможно, может помочь заставить его открыться об этом. Вы спрашивали его? Откуда у него рубцы на спине и ногах?
  Сириус покачал головой.
  - Он был слишком напуган, когда я впервые увидел их. Мне потребовалось все, чтобы заставить его оставаться в ванне.
  - Спроси его. - Она протянула ему рецепт и улыбнулась. - Приходите через месяц, чтобы я могла проверить его прогресс и сделать еще одно диагностическое сканирование.
  Сириус кивнул.
  - Спасибо.
  Кастелланос тепло улыбнулась.
  - Всегда пожалуйста.
  Дверь за ней закрылась, и Сириус улыбнулся Гарри.
  - Гарри, ты очень хорошо справился. Ты был таким хорошим мальчиком для целителя. Как насчет мороженого в качестве угощения?
  Гарри улыбнулся, когда Сириус снова надел шляпу ему на голову.
  - Да, пожалуйста!
  Глава 11: Эпизод, где Гарри спрашивает, что такое поцелуй
  По какой-то причине у меня есть этот главный канон, что тетя Мардж, возможно, спровоцировала некоторые жестокие обращения, которым подвергся Гарри. Это восходит к тому, что в детстве она подставила Гарри подножку, чтобы он не победил Дадли в игре на музыкальных стульях. У меня он снова доверяет Сириусу из-за собачьего дела - собаки верны - и Гарри сразу же подружился с животным, и он чувствует такое же доверие к человеку, но не так свободно - по крайней мере, пока. Дела идут медленно, но все же хорошо, я надеюсь.
  текст:
  После мороженого Сириус получил нужные ему зелья и сливки, а также витамины и зелья с добавками из больницы Святого Мунго и руководство по правильному питанию для детей возраста Гарри. После этого они отправились за одеждой в маггловский Лондон, и вскоре у Гарри было около тридцати новых нарядов и шесть новых пар пижам, а также носки, нижнее белье и майки. Сириус знал, что переборщил, но хотел, чтобы у Гарри был гардероб; что-то, что он знал, было его и только его. Он хотел, чтобы Гарри чувствовал себя желанным и любимым, и в данный момент ему было все равно, сколько денег он потратил на него, чтобы помочь ему чувствовать себя так.
  Он хотел, чтобы Гарри больше никогда ни в чем не нуждался.
  Они остановились в пабе пообедать, и Сириус заказал Гарри гамбургер и чипсы, которые он съел с улыбкой, с интересом макая чипсы в густой соус.
  Когда они вернулись в коттедж, Сириус усадил Гарри на диван в гостиной, думая о том, что сказала ему Целитель Кастелланос. Ему действительно нужно было знать, как его крестник получил раны. Сириус с детства знал, какой ущерб может нанести ремень, но он хотел знать, что такого сделал Гарри, что Дурсли заслужили такое жестокое избиение.
  И самое главное - было ли это раньше?
  Сириус вручил Гарри чучело лани, которое он купил для него в тот день, и улыбнулся.
  - Гарри, я хочу поговорить с тобой о кое-чем очень важном.
  Гарри прижал лань к себе, торжественные зеленые глаза смотрели на Сириуса.
  - Хорошо.
  - Твои родители сделали меня твоим крестным отцом, а это значит, что они хотели, чтобы я позаботился о тебе, если с ними когда-нибудь случится что-то плохое.
  - Как автомобильная авария?
  - Автокатастрофа? - спросил Сириус, его глаза затуманились от замешательства.
  Гарри кивнул.
  - Тетя Петуния сказала, что мои мама и папа погибли в автокатастрофе, и они приземлились со мной.
  Сириус поджал губы.
  - Нет! Нет, Гарри, этого не произошло.
  Он провел пальцами по волосам, заправив их за уши, и повернулся, чтобы сесть боком на диван лицом к своему крестнику. Он и представить себе не мог, что Гарри даже не знает, что случилось с его родителями.
  - Твои мама и папа были двумя самыми смелыми людьми, которых я когда-либо знал. Но был такой плохой человек по имени Волдеморт. Он был злым волшебником, Гарри, причинял людям боль, и он пришел за твоими мамой и папой.
  Глаза Гарри расширились, а рот слегка приоткрылся, но он ничего не сказал.
  - Джеймс и Лили, твои родители, они пытались спрятаться от него, чтобы обезопасить тебя, но он нашел их. Твой отец, он пытался защитить тебя и твою маму, но плохой волшебник убил его, а затем пошел за тобой. Тобой и твоей мамой. Твоя мама пыталась спасти тебя, и любовь твоих мамы и папы к тебе дала тебе защиту от плохого волшебника. Но она не защитила их, и твою маму тоже убили. Этот шрам, - сказал Сириус, нежно прижимая палец к молнии. - Это все, что у тебя было, когда плохой волшебник пытался тебя убить. Только этот шрам.
  - О, - тихо сказал Гарри. - Как я попал в дом тети Петунии и дяди Вернона?
  Сириус улыбнулся, нежно убирая волосы Гарри с его глаз. Ему было приятно видеть, что мальчик больше не вздрагивает, но его глаза по-прежнему смотрели на него с опаской, как будто он не был полностью уверен, доверяет ли он ему полностью.
  - Я был так зол, когда узнал, что твои мама и папа умерли. Я знал, что кто-то сделал что-то плохое, чтобы найти их, потому что никто не знал, где они прячутся, кроме их друзей. Ты был в безопасном месте, и я пытался выяснить, почему твои родители были убиты. Но меня обманули, и тогда мне пришлось запереться. Итак, Дамблдор привел тебя к сестре твоей мамы, Петунии, и попросил ее присмотреть за тобой.
  - Тебя заперли? В шкафу без света и с кучей пауков? - спросил Гарри более высоким голосом, чем обычно.
  - В некотором роде, да, но мой важный друг, твоя тетя Минни, - сказал Сириус, усмехнувшись, когда слова слетели с его губ. Разве МакГонагалл не понравилось бы, если бы Гарри назвал ее так? Он внутренне усмехнулся изображению. - Она помогла узнать, что меня обманули, и освободила меня. Итак, я пришел, чтобы найти тебя, чтобы узнать, может быть, тебе нравится жить со своими тетей Петунией и дядей Верноном, или, может быть, ты хочешь вместо этого жить со мной?
  - Жить с тобой? - спросил Гарри, широко раскрыв глаза. - Жить здесь?
  Сириус кивнул, улыбаясь Гарри и усаживая его к себе на колени.
  - Хочешь остаться здесь со мной, Гарри?
  Гарри улыбнулся ему, его яркие глаза были полны доверия, когда он кивнул.
  - Да, пожалуйста. Я постараюсь не быть неблагодарным.
  - Тсс, я не хочу слышать, как ты это говоришь. Я так благодарен, что ты здесь со мной.
  Он поцеловал Гарри в макушку, улыбаясь, когда Гарри прислонился к нему спиной.
  - Гарри, ты можешь кое-что для меня сделать?
  Гарри повернулся, чтобы посмотреть на него, его глаза расширились, когда он кивнул.
  Сириус осторожно провел пальцами по густой шевелюре.
  - Можешь ли ты рассказать мне, как вы получили эти следы на спине? Те, которые никто не должен был видеть.
  Пока Гарри дрожал, Сириус притянул его ближе, обнимая.
  - Я обещаю, что никто больше никогда не причинит тебе такой боли, Гарри. Здесь ты в безопасности. Но ты должен рассказать мне, что случилось, чтобы я мог убедиться, что никто никогда больше не причинит тебе боль.
  Руки Гарри обвили шею Сириуса, и он держался, пока Сириус нежно провел руками по плечам и верхней части спины Гарри. Они сидели так, так долго, что Сириус был уверен, что не собирается с ним разговаривать, но тут он услышал шепот возле своего уха.
  - Я сжег бекон, потому что Потрошитель загнал меня на дерево.
  - Кто такой Потрошитель?
  - Собака тети Мардж. Он плохой пес. Не такой, как ты. Ты хороший пес. Он не любит никого, кроме тети Мардж. Вверх по дереву, и дядя Вернон тряс дерево так сильно, что я упал. Я поранил руку, - сказал Гарри, держа его за руку, как будто она все еще болела.
  Сириус взял руку, которую держал Гарри, и нежно поцеловал место, которое Гарри тер, и Гарри мило улыбнулся.
  - Тетя Мардж схватила меня за больную руку и потащила в дом. Она сняла ремень и отдала его дяде Вернону. Она сказала, что меня нужно научить, как быть хорошим мальчиком, как вести себя прилично. Я упал на стул, и дядя Вернон ударил меня. Я заплакал, и она ударила меня по щеке, - сказал Гарри со слезами на глазах, когда Сириус нежно поцеловал щеку.
  - Я пытался не плакать, но это было так больно. И тетя Мардж сказала дяде Вернону, что он бьет меня не очень сильно, поэтому он бил меня снова и снова, а потом вошла тетя Петуния и закричала. Она оттолкнула тетю Мардж. И стащила меня со стула в ванную.Она протерла мои порезы и взяла с меня обещание никогда никому не рассказывать о том, что произошло.Она сказала, что дядя Вернон будет в таком бешенстве, если я расскажу.Затем она заставила меня пойти к шкафу, и она заперла меня внутри. Она не выпускала меня к завтраку. Я должен был пойти в туалет на своей кровати, - сказал он, краснея от слез на глазах.- Тетя Петуния была очень зла.
  - Кто такая тетя Мардж, Гарри? - спросил Сириус, чувствуя легкое облегчение от того, что Петуния, по крайней мере, увидела ужас в том, что сделал ее муж, хотя бы с точки зрения смущения, а не реального беспокойства. Он все еще был в ярости, потому что она ничего не сделала, чтобы остановить это, и заперла своего племянника в чулане, чтобы уморить его голодом и заставить сидеть в собственноммоче, потому что Мерлин знал, как долго он был виноват в том, что его избили.
  - Сестра дяди Вернона. Она говорит, что я неблагодарный маленький ребенок, который заслуживает тухлого дерьма. Тетя Петуния очень рассердилась, когда я спросил, что такое "гнилое дерьмо".
  Сириус кивнул, надеясь, что Гарри не чувствует его гнева.
  - Это не очень приятно, Гарри. Тетя Петуния и дядя Вернон часто запирали тебя в чулане?
  - Угу. Дядя Вернон запирал дверь каждый вечер после ужина, и я никогда не выхожу, пока не наступит время завтрака. Тетя Петуния дает мне пять минут, чтобы сходить в туалет, а потом я должен приготовить завтрак. Бекон или не тост для меня. Гарри сказал ему торжественно. - Мне грустно, когда я не получаю тост, тогда у меня болит живот.
  - Ты принес много еды, Гарри? Я имею в виду, что ты ел в доме тети Петунии и дяди Вернона?
  Гарри пожал плечами.
  - Если я сжег еду, я должен есть ее, потому что я мусор, поэтому я могу есть мусор. Иногда теплый хлеб и кусочки сыра. - Клубника была самой волшебной вещью, которую он мог себе представить. - А когда я упал в школе и повредил колено, мисс Эмили дала мне красный леденец.
  - Сохатик, посмотри на меня, - сказал Сириус, ожидая, пока взгляд Гарри не упадет на него.
  - Ты не мусор. Ты очень особенный, невероятно любимый маленький мальчик, который заслуживает только самое лучшее в жизни. Я хочу, чтобы ты помнил об этом.
  Гарри кивнул.
  - Хорошо.
  - Гарри, дядя Вернон когда-нибудь снова причинял тебе боль после того дня с тетей Мардж?
  Гарри сморщил нос.
  - Иногда, когда я задаю вопрос, он вот так держит меня за шею, - он потянулся вперед и положил свою маленькую руку на шею Сириуса, пытаясь обхватить ее рукой. - Он держит меня, и мне больно, и я не могу дышать. Иногда он просто отпускает или швыряет меня в мой шкаф или к стене. Мне всегда больно, поэтому я не задаю вопросов.
  - Ты можешь задавать мне миллион вопросов каждый день, если хочешь, - сказал ему Сириус, целуя Гарри в лоб.
  Гарри потянулся, чтобы коснуться губ Сириуса кончиками пальцев, вздрогнув, когда Сириус поцеловал кончики пальцев.
  - Почему ты прикасаешься ко мне своими губами?
  Сердце Сириуса немного разорвалось, когда он снова поцеловал его в лоб.
  - Это поцелуй, - он поцеловал руку Гарри и улыбнулся ему. - Это означает, что я люблю тебя. Иногда это избавляет от боли, иногда это просто означает "привет" или "до свидания", но это всегда означает, что я люблю тебя.
  Гарри улыбнулся и нежно коснулся губами щеки Сириуса.
  - Как это?
  Слезы навернулись на глаза Сириуса, когда он вспомнил, как свободно Гарри осыпал их всех большими влажными поцелуями в младенчестве. Римус, Джеймс, Лили и Питер - слюнь, как он говорил, - прежде чем приложить большой мокрый глоток к твоему лицу или ко рту. И теперь бедный мальчик даже не знал, что это было.
  - Именно так, Гарри, Слюнь, - сказал он, улыбаясь. - Так ты называл их, когда был ребенком.
  - Почему? - спросил Гарри с полным недоумения взглядом. - Слюнь?
  - Поцелуй, - с улыбкой сказал Сириус.
  - Это другое слово для поцелуев, и твоя мама всегда говорила, что хочет поцелуев, а ты не мог этого сказать, поэтому ты сказал слюнь. - сказал ему он.
  Гарри нежно поцеловал Сириуса в щеку и улыбнулся.
  - Слюнь, дядя Бродяга.
  Сириус в свою очередь поцеловал его в щеку.
  - Вернусь к тебе, Сохатик.
  Камин засветился зеленым, и Гарри сжал его шею крепче.
  Сириус нежно провел рукой по его спине.
  - Все в порядке, это просто камин, помнишь вращение?
  Гарри усмехнулся при воспоминании, держась за Сириуса, когда тот встал. Из костра вышел высокий худощавый мужчина с длинной седой бородой.
  - Альбус! - Сириус удивленно воскликнул: - Я не ожидал тебя.
  Дамблдор кивнул, осторожно стряхивая пыль со своей мантии.
  - Я знаю, но я хотел рассказать тебе лично о своем дне в Министерстве. Привет, Гарри.
  Гарри уткнулся лицом в плечо Сириуса.
  Сириус нежно потер ему спину и бережно усадил на диван, слегка польщенный, когда Гарри попытался удержаться, прежде чем согласился сесть один.
  - Гарри, это профессор Дамблдор. Он директор Хогвартса. Это школа, в которой учились я, твои родители и дядя Муни. Можешь передать привет?
  - Здравствуйте, сэр, - тихо сказал Гарри, хватая чучело лани и снова прижимая его к себе.
  Дамблдор тепло улыбнулся, его глаза так дружелюбно подмигнули, что Гарри улыбнулся в ответ.
  - Привет, Гарри, приятно снова тебя видеть. И что это ты так крепко держишь?
  - Лань. Ее зовут Лили.
  Сириус улыбнулся и пожал плечами, глядя на Дамблдора.
  - Патронусом Лили была лань, а у Джеймса - олень, я подумал, что он хотел бы иметь мягкие игрушки в качестве напоминания, понимаете?
  Когда Дамблдор кивнул, он скрестил руки на груди.
  - Итак, что происходит? вы ходили в Министерство Магии?
  Дамблдор кивнул. Я объяснил Корнелиусу, что Петуния Дурсль получила опеку над Гарри, потому что она была его единственной кровной родственницей, и что опекун, выбранный его родителями, был незаконно заключен в тюрьму. Теперь, когда тебя объявили невиновным и все обвинения были сняты исключен и вычеркнут из вашего списка, вы теперь его законный опекун и, следовательно, должны иметь возможность получить статус. Корнелиус объяснил, что это будет простой переход, и менее чем за двадцать четыре часа вы сможете требовать единоличной опеки.
  - Что он сказал о том, как обращались с Гарри? - спросил Сириус, глядя на Дамблдора. - Я не шучу, Альбус, я хочу, чтобы они были наказаны.
  - Я понимаю, Сириус, и эта часть займет немного больше времени. Я действительно получил копию его медицинской карты от целительницы Алтеи Кастелланос сегодня днем. Рубцы на его спине и недоедание в стороне, у вас есть еще одно доказательство жестокого обращения с ним?
  Сириус кивнул.
  - Он только что рассказал мне кое-что из этого до твоего прихода. Физическое и психологическое насилие - напоминает мне о доме. Слава Мерлину, они магглы, потому что, если бы у них был доступ к Круциатусу - они, вероятно, использовали бы и его.
  - Сириус, никто не стал бы использовать это на ребенке, - строго сказал Дамблдор, его глаза потемнели от ярости. - Даже не шути об этом.
  Сириус подумал, что, вероятно, лучше не говорить Дамблдору, как часто Вальбурга Блэк использовала этот метод в качестве наказания, когда он был ребенком.
  - Ладно, в любом случае - что происходит?
  - Отдел авроров расследует это дело. Чем больше у нас будет фактов, тем больше преступлений мы сможем связать с ними. Но Аластор говорит, что они могут быть оштрафованы и, возможно, им грозит тюремное заключение, если мы будем настаивать.
  - Азкабан? - с надеждой спросил Сириус, образ моржа, съежившегося от дементоров в одиночестве в темной камере, был более приятен для глаз, чем должен был быть.
  - Маловероятно, - сказал ему Дамблдор.
  - Маггловская тюрьма. Аластор планирует представить дело маггловским правоохранительным органам, а затем заставить их заняться этим делом. Он закрутит его так, что никто не придет искать Гарри или не станет выяснять, где он сейчас. Но они будет наказан.
  Гарри уже встал, схватил руку Сириуса и сжал ее.
  - Я должен пойти пописать.
  Сириус улыбнулся и поднял Гарри с дивана.
  - Я же говорил тебе, маленький человек, что тебе не нужно спрашивать. Продолжай. Гарри поспешил вверх по лестнице, а Сириус смотрел ему вслед, поворачиваясь к Дамблдору.
  - Они отказали ему в туалете, Альбус. Настолько, что в первую ночь здесь он намочил постель, потому что боялся идти в туалет без разрешения. А потом он боялся, что я засуну его лицом в его грязные простыни. Это не должно быть страхом.
  - Нет, - сказал Дамблдор грустным голосом.
  - Этого не должно быть. Сириус, я знаю, что ты не хочешь это слышать, но мне очень жаль, что я поместил туда Гарри. Я думал, что как сестра его матери, она будет защищать его и относиться к нему как к своему племяннику, если не к собственному ребенку. В то время я думал, что это лучший выбор для ребенка.
  - Иногда, Альбус, твой выбор - дерьмо. Ты должен был отдать его Римусу.
  Дамблдор кивнул.
  - Я старый человек, Сириус, и иногда этот выбор действительно дерьмовый.
  Он потянулся за летучим порохом и оглядел коттедж.
  - Здесь очень хорошо. Обереги сильные, и кажется, что он хорошо защищен. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится для Гарри, пожалуйста, не стесняйся спрашивать.
  - Спасибо, - сказал ему Сириус, наблюдая, как он исчезает в пламени.
  Он взял мягкие игрушки Гарри и поднялся наверх. Пришло время кому-то принять ванну. Он знал, что Гарри, вероятно, не нужно еще одно купание, но он хотел, чтобы рутина продолжалась. Чтобы показать Гарри, что ванна - это нормально; что они были забавными и предназначались для того, чтобы стать чистыми. Он хотел, чтобы тот считал распорядок дня, который он готовил для него, нормальным. Ему также нужно было нанести этот крем на спину перед сном, вспомнил он.
  Им обоим нужно было привыкнуть к рутине.
  Глава 12: Эпизод с читательским билетом
  К концу второй недели Гарри и Сириус довольно хорошо прижились друг к другу. Гарри охотно тянулся к Сириусу, желая, чтобы его удерживали и обнимали, и не вздрагивая, когда он приближался к нему. Он жаждал любви и внимания, и Сириус намеревался дать ему как можно больше каждого из них. Они привыкли к довольно хорошему распорядку: завтрак, игры на улице, обед, время на сон, еще больше развлечений на свежем воздухе, будь то прогулка в город или на задний двор, приготовление ужина, время купания, затем время рассказа, а затем сон.
  Единственной проблемой было время сна.
  Каждую ночь Сириус заканчивал рассказ, а Гарри умолял его остаться в форме собаки. И каждую ночь Сириус прогибался. Он превращался в своего пса Анимага и позволял Гарри прижаться к нему. Как только Гарри засыпал, он ускользал и заканчивал свои дела перед тем, как лечь в свою постель. И через два часа Гарри просыпался и звал Бродягу. Сириус снова трансформировался и в конечном итоге провел остаток ночи в форме собаки, прижавшись к ребенку.
  Он объяснил это Римусу в то воскресенье, когда Римус готовил для них жаркое на ужин после того, как провел день, играя с ними в футбол во дворе.
  - Я не знаю, что с этим делать, Лунатик, - сказал ему Сириус, убирая волосы с глаз. - Сейчас он спит, и днем с ним все в порядке, но когда наступает ночь, он хочет, чтобы я был там в моей форме анимага.
  Римус кивнул, задумчиво нарезав морковь.
  - Ну, ты сначала представился собакой, и он сразу же поверил тебе как таковой; ему комфортно с собакой. Может быть, он чувствует себя в большей безопасности. Ты уже сказал, что он не любит темноту и даже с волшебными огнями. Он чувствует себя спокойнее, когда вы забираетесь с ним в постель как с собакой. Он чувствует себя защищенным.
  - Я не хочу делать ничего, что помешает ему доверять мне, - признался Сириус, делая глубокий глоток из пинты, которую налил себе, когда Гарри пошел вздремнуть. - Но я тоже очень хочу спать в своей постели, как ты знаешь, я...
  Римус усмехнулся и направился к раковине, чтобы нарезать только что вымытый картофель.
  - Это понятно. Как человеку, которому самому часто снились кошмары, особенно после жесткой трансформации, я всегда чувствовал себя в большей безопасности, обнимаясь с большой дружелюбной собакой. Ты заставляешь его чувствовать себя защищенным, Сириус - это то, что делают собаки.
  Сириус улыбнулся, вспомнив, сколько ночей он позволял своему другу плакать на всю его шерсть после изнурительной ночи в полнолуние.
  - Я знаю.
  Затем его глаза расширились, и он с благоговением посмотрел на Римуса.
  - Вот именно, Лунатик! Я должен завести ему собственную собаку!
  - Вау, - сказал Римус, повернувшись к своему другу. - Бродяга, это большая ответственность для пятилетнего ребенка!
  - Через несколько месяцев ему будет шесть, и если подумать, его собственный щенок! Он мог бы спать в своей постели каждую ночь, он будет охранять его и играть с ним. Я думаю, что это было бы хорошо для него. Это дало бы ему кого-то еще, кому можно доверить свою жизнь. Кого-то, кого можно любить. Кого-то, кто будет любить его безоговорочно. Подумай об этом.
  Римус помолчал с минуту, но потом кивнул.
  - Ты же знаешь, что это не самая плохая идея.
  Когда Сириус усмехнулся, он поднял руку.
  - Но как ты собираешься быть с еще одной собакой в доме?
  - На самом деле я не собака, Лунатик, несмотря на то, что многие годы шутили, что я лучше собака, чем человек. Я люблю собак. - Он встал и направился в гостиную за пергаментом и чернилами. - Я собираюсь написать целителю Кастелланос и узнать, что она думает. Мы говорили о его психическом состоянии, и я думаю, что это отличная идея, но профессиональное мнение тоже всегда хорошо, верно?
  Римус кивнул, ухмыляясь своему другу.
  - "И это, конечно, не имеет никакого отношения к тому факту, что этот Целитель Кастелланос, цитирую: "Прекрасная пташка".
  Сириус закатил глаза.
  - Лунатик, Лунатик, Лунатик, сколько раз я должен тебе повторять, что нахождение пташки привлекательной не означает, что я влюблен. Мне просто нужен ее совет по поводу идеи с собакой, вот и все.
  - Угу, - сказал Римус, снова поворачиваясь к картошке. - Дай мне знать, что она говорит.
  Но Сириус был слишком занят каракулями, чтобы ответить.
  ***
  На следующее утро Сириус встречался с Дамблдором в Хогвартсе, чтобы обсудить ход опекунства над Гарри. Римус согласился остаться с Гарри, поскольку Сириус не считал хорошей идеей привозить его в Хогвартс. Это был первый раз с того первого утра, когда Римус остался наедине с Гарри, и он с нетерпением ждал этого.
  За две недели, что Гарри был у Сириуса, Римус видел его только дважды. В тот первый день, а затем вчера днем, когда они втроем играли в футбол, и он приготовил для них ужин. Но даже за эти две недели Римус заметил в Гарри перемену.
  Он больше не вздрагивал, когда Сириус приближался к нему. Он смирился с тем, что Сириус прикасается к нему, берет его на руки и почти все, что делает Сириус. Его ярко-зеленые глаза почти с обожанием следили за Сириусом по комнате. Римус задавался вопросом, было ли это сочетание полного доверия, которое Гарри питал к собаке, в которое Сириус превратился так же, как и к самому Сириусу, но доверие было.
  Но для Римуса этого еще не было.
  Римус чувствовал, как большие зеленые глаза следили за ним, пока он ходил по дому. Римус старался всегда оставаться в поле зрения, не двигаться слишком быстро и не делать ничего, что могло бы его напугать.
  Не то чтобы Гарри было неудобно рядом с ним, Римус видел, что с ним все в порядке. Ему нравились истории, которые он рассказывал, и он всегда был очень вежлив, но он не смеялся и не улыбался, как с Сириусом, и Римус хотел, чтобы это изменилось как можно скорее.
  Сириус только что ушел, а Гарри перебрался на диван в гостиной, крепко сжимая на руках свою плюшевую собаку и наблюдая ярко-зелеными глазами за Римусом.
  - Итак, Гарри, чем бы ты хотел заняться сегодня? - спросил Римус, садясь на диван рядом с ним.
  Гарри чуть отодвинулся от него и пожал плечами.
  Римус тепло улыбнулся ему, пытаясь не обращать внимания на боль в сердце при мысли о том, что Гарри отодвинется, хотя бы немного.
  - Это Бродяга у тебя на руках? - Гарри кивнул, улыбаясь.- Ты не собираешься сегодня со мной поговорить, Гарри? - спросил его Римус, все еще улыбаясь. - Если я не знаю, чем ты хочешь заниматься, как мы должны веселиться вместе?
  Гарри прикусил губу, а затем тихо сказал:
  - Мне нравятся твои рассказы, дядя Муни.
  Римус делал любовные истории, и делиться ими с очаровательным маленьким мальчиком, сидящим перед ним, было одним из его любимых прошлых занятий. Затем он ухмыльнулся про себя. У него была идеальная идея.
  - У меня есть идея, Гарри. Не хочешь ли ты отправиться со мной в небольшое приключение для историй?
  - Для рассказов? - спросил Гарри, широко раскрыв глаза.
  Римус кивнул.
  - Да.
  Он встал и протянул руку.
  - Ты хочешь пойти со мной?
  Гарри мгновение смотрел на него, а затем взял Римуса за руку и встал.
  - Хорошо.
  Римус указал на камин.
  - Мы собираемся использовать камин, чтобы добраться туда. Дядя Сириус сказал, что вам нравится камин.
  - Вращается! - воскликнул Гарри, ухмыляясь.
  Римус схватил блокнот, лежавший на камине, и быстро нацарапал Сириусу сообщение, что они вернутся к ужину, а затем улыбнулся Гарри, наклонившись и раскинув руки.
  - Тогда пошли.
  Глаза Гарри не отрывались от него, когда он позволил Римусу поднять себя, собака все еще была в его руках. Его переместили на бедро мужчины, и он обхватил его руками, плюшевая игрушка втиснулась между ними, когда они вошли в камин.
  - Держись крепче, Гарри.
  Затем раздался свист, и они появились в "Дырявом котле". Римус отряхнул их обоих, поздоровался с барменом и направился в магловский Лондон с Гарри на руках.
  - Ты когда-нибудь ездил на метро, Гарри?
  Гарри покачал головой, когда Римус отнес его к станции метро, положил деньги в прорезь и повел к поезду в лондонском метро.
  - Он идет очень быстро, - сказал ему Римус, когда они заняли свои места в поезде.
  Свободно было только одно место, поэтому Римус осторожно усадил Гарри к себе на колени, обнимая мальчика за талию.
  Гарри с интересом оглядывал людей. В дверь вошел очень крупный мужчина и протиснулся сквозь толпу. Гарри напрягся и придвинулся ближе к Римусу, прижав голову к его груди.
  Римус нежно провел руками по спине.
  - Тсс, все в порядке. Со мной ты в безопасности, обещаю.
  Гарри поднял на него благодарные ярко-зеленые глаза, и Римус улыбнулся ему.
  - Смотри, мы идем!
  Поезд тронулся, и глаза Гарри устремились к окнам, пытаясь разглядеть пролетающие мимо объекты. Они были в поезде меньше десяти минут, прежде чем Римус встал, держа Гарри за бедро, когда они вышли со станции и направились в библиотеку Паддингтона.
  Римус поставил Гарри на ноги, когда они вошли в библиотеку, протягивая руку, чтобы Гарри взял ее, и улыбаясь, когда маленькая ладонь поместилась в его собственной.
  - Это волшебное место, полное историй. Это называется библиотека, Гарри. Ты когда-нибудь был в ней раньше?
  Гарри покачал головой, его глаза расширились, когда он оглядел все книги.
  Римус улыбнулся.
  - Это место тысяч историй. Пошли, пойдем посмотрим, что мы сможем найти.
  Гарри кивнул и нетерпеливо последовал за ним в детскую секцию. Римус сел на пол перед одной из полок и жестом пригласил Гарри сделать то же самое. Гарри сел рядом с ним и сложил руки на коленях.
  - Ты можешь посмотреть любую книгу, которую захочешь. Какая тебе нравится, Гарри?
  Взгляд Гарри упал на книгу в твердом переплете с зеленым почерком, и он указал на нее.
  - Продолжай, - призвал Римус, улыбаясь, когда Гарри медленно и осторожно снял его с полки, словно он был сделан из драгоценного стекла. Он показал его Римусу с улыбкой.
  - "Ветер в ивах" Кеннета Грэма, - прочитал Римус.- Лягушка ловит рыбу рядом с... крысой и... а...
  - Барсук, - с улыбкой добавил Римус, когда Гарри осторожно открыл книгу, наткнувшись на полное изображение маленького домика и карту леса.
  - Там тоже есть крот, и на нем пальто, - сказал ему Гарри.
  Римус улыбнулся.
  - Конечно, да.
  Гарри протянул книгу Римусу.
  - Ты можешь мне прочитать, дядя Лунатик? Пожалуйста, дядя Римус?
  Римус улыбнулся, удивленный тем, как Гарри сменил свое имя.
  - Я был бы рад. Но прежде чем я это сделаю, давай продолжим искать другие книги.
  Он взял книгу у Гарри и положил ее на пол рядом с ними.
  - Потому что ты знаешь, что удивительного в библиотеке?
  Гарри покачал головой.
  - Нет. Что?
  - Ты можешь выбрать столько историй, сколько хочешь, и мы можем принести их домой и прочитать.
  - Я могу отнести их в дом дяди Бродяги?
  Римус кивнул, улыбаясь ему.
  - Ты можете взять их домой, а затем, когда ты их прочитаешь, мы можем вернуть их, и вы сможем обменять их на новые истории. Что ты думаешь?
  Глаза Гарри просветлели.
  - Давайте найдем больше историй, дядя Лунатик.
  Римус усмехнулся.
  - Мне кажется, это хорошая идея.
  Тридцать минут спустя Гарри с ликованием обошел библиотеку, а Римус держал в руках десять книг. Он улыбнулся возбуждению в глазах Гарри, когда понял, сколько книг он возьмет с собой домой.
  Римус провел его к стойке регистрации, и они оформили Гарри на его собственный читательский билет. Гарри с трепетом уставился на карточку со своим именем и поблагодарил даму, когда она вручила ее ему.
  - Ваш сын такой вежливый, - сказалаРимусу библиотекарь.
  - О, он не...
  - И так хорошо себя вел, - продолжила она с улыбкой. - Надеюсь, тебе понравятся твои истории, Гарри, потому что развлекаться несложно, когда у тебя есть собственный читательский билет.
  Гарри лучезарно улыбался ей, пока Римус благодарил библиотекаря, складывая книги в свою сумку и беря руку Гарри в свою.
  - Куда бы ты хотел пойти дальше, Гарри? Ты голоден?
  Гарри покачал головой.
  - Могу я, пожалуйста, выпить воды?
  - Конечно, - сказал Римус, улыбаясь. Они направились в небольшую кофейню на вокзале, и Римус указал на доски с меню. - Можешь есть все, что хочешь, маленькийСохатый. Можешь пить воду или шоколадное молоко, или, может быть, немного сока или лимонада? Что тыхочешь?
  Гарри удивленно уставился на него.
  - Я могу выбрать?
  Римус кивнул, доставая бумажник из заднего кармана.
  - Конечно можешь.
  - Шоколадное молоко, пожалуйста, - с улыбкой сказал Гарри, когда они подошли к прилавку, и Римус заказал два маленьких шоколадных молока и добавил к ним два шоколадных бисквита.
  Он подвел Гарри к одному из столов, и они заняли свои места. Он открыл молоко, положил в него соломинку, протянул ее через стол вместе с печеньем и улыбнулся.
  - Я сам большой любитель шоколада, - сказал он ему, отломив кусок двойного шоколадного печенья и откусив кусочек. - А это шоколадный рай.
  Гарри облизал губы, отламывая кусочек печенья, чтобы попробовать, и улыбнулся.
  - Ммм, шоколадный рай.
  Римус усмехнулся, открывая свою шоколадку с молоком.
  - Итак, Гарри, тебе нравится жить с дядей Сириусом?
  Гарри кивнул, широко раскрыв глаза.
  - Он милый. Он превращается в большую черную собаку. И он играет со мной, и готовит Совершенство сыра на гриле Сириуса. Он пахнет лесом.
  Римус улыбнулся описанию. Сириус часто пах древесным и немного кожаным. Это была смесь мыла, которым он пользовался, и куртки, которую он всегда носил, и Гарри явно находил это успокаивающим.
  - Он очень классный. Он мой лучший друг.
  - Дядя Сириус сказал, что мой папа был его лучшим другом. - сказал ему Гарри, потянувшись за очередным куском печенья и глядя на Римуса, чтобы убедиться, что ему разрешено.
  Римус с улыбкой подтолкнул печенье к Гарри.
  - Мы все были лучшими друзьями. Я, Сириус и твой папа. Я знаю их с одиннадцати лет. Как тебе твоя комната?
  - Она большая! И у меня есть собственная кровать с красным одеялом и львом на нем. Дядя Бродяга сказал, что это Гриффиндор. И на стене висит постер с людьми, летящими на метлах, и он движется! - сказал ему Гарри, подпрыгивая на стуле. - Картинка движется, дядя Лунатик!
  - Так и есть? Ты уверен? - спросил его Римус, допивая шоколадное молоко и пододвигая остаток печенья к Гарри.
  Гарри нетерпеливо кивнул.
  - Так и есть! Дядя Бродяга сказал, что собирается показать мне, как летать на метле, но сначала мне нужно стать больше.
  - Похоже, ты делаете его домом, - сказал он, улыбаясь. - Я рад это слышать. Может быть, ты когда-нибудь сможешь навестить меня в моем доме.
  - Почему? - с любопытством спросил Гарри.
  - Ну, так что мы можем играть и веселиться вместе, как сегодня.
  - Хорошо. - сказал он с улыбкой. Гарри доел печенье и выпил все молоко, а затем посмотрел на Римуса из-под ресниц с легкой улыбкой на лице. - Дядя Муни?
  - Да, маленький Сохатый?
  Ухмылка Гарри стала шире, когда он услышал это прозвище, а затем он стал более серьезным, когда его пальцы ковырялись в джинсах, которые были на нем.
  - Дядя Бродяга будет хранить меня вечно?
  - Хранить тебя навсегда? - спросил Римус, вопросительно приподняв бровь. - Что ты имеешь в виду, Гарри?
  Гарри пожал плечами, его глаза поднялись на Римуса.
  - Он не отправит меня обратно?
  Римус вздохнул и жестом пригласил Гарри подойти ближе.
  - Иди сюда, маленькийСохатый.
  Гарри спрыгнул со стула и встал перед Римусом.
  - Ты посидишь со мной? - спросил его Римус. Гарри кивнул, и Римус поднял его, посадив к себе на колени.
  - Дядя Сириус и я... мы оба тебя очень любим. Ты для нас самый важный маленький мальчик в мире. Мы хотим, чтобы ты был в безопасности и был счастлив, и мы никогда не отошлем тебя. Никогда, - пообещал он ему.
  Гарри смотрел на него широко раскрытыми глазами, и Римус наклонился и нежно поцеловал его в лоб. Гарри вздрогнул, но затем обнял его и яростно прижал к себе. Римус обнял его в ответ, смаргивая слезы.
  - Спасибо, - сказал Гарри ему в плечо.
  - Пожалуйста, маленькийСохатый. За что ты меня благодаришь?
  Гарри держал голову на плече, когда говорил.
  - Ты не хочешь меня отослать.
  - Никогда, - сказал Римус с улыбкой. - Я люблю тебя, и дядя Сириус любит тебя, и мы всегда будем рядом с тобой. Всегда.
  Гарри прижался губами к щеке Римуса и слегка улыбнулся.
  - Слюнь, дядя Муни.
  Римус рассмеялся.
  - Это то, что ты говорил, когда был ребенком. Но я любил твои шлепанцы тогда и люблю их сейчас.
  Гарри протянул руку и осторожно провел пальцами по выцветшему шраму на левой щеке Римуса.
  - У тебя большой шрам.
  Римус кивнул, медленно выдохнув.
  - У меня много шрамов, Гарри.
  Гарри осторожно дотронулся до брови Римуса.
  - И еще один здесь, - сказал он. - Смотри, у меня тоже есть шрам! Он откинул свои волосы назад, чтобы показать Римусу молнию на его лбу.
  Римус улыбнулся ему.
  - Да, точно.
  Он наклонился и прижался губами к молнии, улыбаясь.
  Гарри просиял и поцеловал шрам на щеке Римуса.
  - Мы одинаковы!
  Римус прикусил губу, когда она задрожала. Этот маленький мальчик, этот драгоценный маленький мальчик сиял перед ним, и Римус почувствовал, как его сердце расширяется от любви. Он никогда больше не позволит никому причинить ему боль.
  - Да, маленькийСохатый, мы такие же.
  А потом он обнял ребенка и постарался не заплакать.
  ***
  Когда Сириус вернулся в дом, он увидел записку от Римуса и улыбнулся. Он понятия не имел, куда забрел Римус, но надеялся, что хорошо проводит время с Гарри. Он знал, что Римус хотел узнать его так же сильно, как и Сириус. Римус дал Сириусу время, необходимое ему, чтобы попытаться провести время со своим крестником, не говоря уже о том, что Римус в последнее время подрабатывал в две смены в маггловском книжном магазине, в котором он работал. Сириус почти не видел его и испытал облегчение, когда тот предложил посидеть с ним, пока Сириус оформлял последние документы.
  Теперь Гарри официально принадлежал под его опекой, и облегчение, которое он почувствовал, когда отдавал документы, было мгновенным.
  Гарри был дома.
  Он шагнул на кухню, чтобы напиться воды как раз в тот момент, когда сова влетела в открытое окно.
  Сириус дал ему лакомство из коробки в шкафу, наполнив миску водой и наблюдая, как сова жадно пила, прежде чем он взял письмо. Он узнал медицинский герб и улыбнулся. Он не ожидал услышать ответ от целителя так скоро.
  "Дорогой мистер Блэк,
  Я очень рада слышать, что Гарри открылся вам в плане страданий и пренебрежения, которые он перенес в руках своих последних опекунов. Что касается вашего вопроса о том, чтобы завести ему домашнего питомца, особенно собаку, я думаю, что это, на самом деле, удивительная идея.
  Исследования показали, что животные часто помогают преодолеть эмоции ребенка. Доверяя животному, это помогает им доверять и людям. Щенок был бы домашним животным, которому Гарри мог бы доверять и расти вместе с ним. Если вы действительно серьезно относитесь к этому решению - собака моего брата беременна - и он был бы более чем готов отдать вам одного из щенков. Собаки - золотистые ретриверы, которые на самом деле отлично помогают справиться с тревогой. Они очень преданные и любящие, и Гарри было бы здорово иметь их. Но есть много других видов собак, которые будут работать так же: лабрадоры-ретриверы, терьеры, боксеры, мопсы и т. д.
  Если у вас есть какие-либо другие вопросы или проблемы, пожалуйста, дайте мне знать.
  Алтея Кастельянос
  Больница Святого Мунго для магических болезней и травм
  педиатрический целитель"
  Целитель согласилась с ним. И похоже, что у нее даже скоро появятся щенки, из которых он сможет выбирать. Сириус с улыбкой взглянул на календарь. До шестого дня рождения Гарри оставалось чуть больше двух месяцев. Он схватил свежий лист пергамента и начал отвечать с улыбкой на лице.
  "Дорогая Алтея,
  Спасибо за такой быстрый ответ! Я знал, что ты согласишься со мной, что собака - хорошая идея. Ну, я надеялся, что вы это сделаете, что равносильно тому же самому. Меня определенно интересуют щенки золотистого ретривера. Я знаю, что они отличные собаки, и если у вас скоро родятся щенки, я буду еще более заинтригован. У Гарри день рождения 31 июля, и я подумал, что это может быть отличным подарком на его шестой день рождения.
  Я хотел бы сделать ему сюрприз. Есть ли шанс, что я смогу встретить мамочку-щенка? Как скоро родятся щенки?
  В очередной раз благодарим за помощь.
  Сириус"
  Он запечатал письмо и протянул его сове, которая жадно пила воду из миски. Она подлетела и протянула ему ногу, чтобы он прикрепил ее. Сириус погладил ее крыло и улыбнулся.
  - Спасибо, девочка.
  Он смотрел, как сова исчезает из виду, и улыбался про себя. Ему не терпелось увидеть выражение лица Гарри, когда тот подарил ему щенка.
  И ему не терпелось рассказать Римусу о своей идее.
  Глава 13: Эпизод, в котором помнят прошлое
  Сириус тепло улыбнулся Гарри, слушая, как его крестник рассказывает ему все о походе в библиотеку, и охотно показал ему все десять книг, которые они с Римусом выбрали.
  Ветер в ивах автора Кеннет Грэм
  Боевой конь Майкла Морпурго
  "Железный человек: детская история за пять ночей" Теда Хьюза
  Волшебник Земноморья, Урсула К. Ле Гуин
  "Совы в семье", Фарли Моуат
  Зов предков Джека Лондона
  Ведьма пруда Блэкберд автора Элизабет Джордж Спир
  Лев, колдунья и платяной шкаф, К.С. Льюис
  Чарли и шоколадная фабрика Роальда Даля
  Удивительный мир страны Оз, Фрэнк Л. Баум
  Сириус просматривал каждую книгу, которую ему протягивал Гарри, с улыбкой читал названия и краткое содержание, а когда заканчивал, ухмылялся Римусу.
  - Некоторые из них могут быть слишком взрослыми для него, тебе не кажется?
  Римус пожал плечами.
  - Возможно, некоторые из них пройдут мимо его головы, но именно поэтому мы здесь. - сказал он ему, вытянув свои длинные ноги со стула. - А те, которые это сделают, все равно не заинтересуют его.
  Гарри, держа в руках книгу Роальда Даля, оставил остальные книги Сириусу и забрался на колени Римусу, удивив его. Римус тепло улыбнулся, освобождая место для ребенка, удобно устроившегося в большом кресле.
  - Это насчет шоколада, дядя Лунатик, а ты любишь шоколад.
  Сириус рассмеялся, широко ухмыляясь, проводя пальцами по своим темным кудрям, и Римус вздохнул от зависти, увидев, как идеально уложены волосы его друга. Он всегда считал это невероятно несправедливым. Не то чтобы его собственные волосы были невероятно непослушными, но они были очень волнистыми и, казалось, никогда особо не помогали.
  - Гарри уже знает о твоей слабости, Лунатик, - с ухмылкой сказал ему Сириус.
  Римус принял книгу от Гарри с улыбкой, улыбнувшись собственным взлохмаченным кудрям Гарри. Слава Мерлину, его волосы никогда не были такими непослушными, как у Поттеров; хотя он должен был признать, что взлохмаченные локоны очень шли к лицу, точно так же, как они всегда так хорошо шли Джеймсу.
  - Речь идет о шоколаде, шоколадной фабрике, где производят все самое вкусное из шоколада.
  Гарри широко улыбнулся ему.
  - Ты прочитаешь мне это? Пожалуйста, дядя Муни!
  Римус улыбнулся. Он искренне наслаждался своим днем с Гарри, и теперь этот драгоценный ребенок умолял его прочитать книгу, которую он помог ему выбрать. Он никак не мог отказать ему, даже если бы захотел, чего он, конечно же, не делал.
  - Я бы тоже был счастлив, маленький Сохатый.
  Сириус ухмыльнулся ему через всю комнату, когда Римус открыл библиотечную книгу, переместив руку так, чтобы она обхватила Гарри, который держал книгу. Их головы встретились, когда раздался голос Римуса.
  - Эти два очень старых человека - отец и мать мистера Бакета. Их зовут дедушка Джо и бабушка Жозефина, - прочитал Римус.
  Сириус лишь ухмыльнулся им, лишь отчасти слушая рассказ. Он был рад, что Гарри, похоже, сблизился с Римусом, особенно из-за такой простой вещи, как любовь к историям. Римус всегда был более литературным из четверых. Он всегда что-то читал. Это была одна из причин, по которой он подружился с Лили еще на первом курсе Хогвартса, они оба любили читать. Джеймс тоже любил истории, особенно такие эпические, как "Одиссея" и "Граф Монте-Кристо". Рокки всегда проводил время со своим сыном, забивая ему голову историями о приключениях и великих мифических поисках, но Сириус знал, что Джеймс редко сядет и сам прочитает книгу. У него всегда было слишком много энергии; всегда подпрыгивал и бурлил вокруг него, чтобы сесть и сосредоточиться на книге; хотя, опять же, это могло быть потому, что Рокки так хорошо рассказывал эту историю, что на самом деле чтение ее было спорным.
  Сириус никогда не увлекался чтением или рассказами. Он не мог вспомнить ни одного случая в детстве, когда родители усаживали его или Регулуса, чтобы прочитать им сказку или рассказать о приключении. Он был удивлен, когда в первый раз пришел в дом Джеймса и Лили и нашел Лили, читающую Гарри "Сказки барда Бидла", и слушал с восторженным интересом, игнорируя Джеймса, который дразнил его за его внезапный сильный интерес к детской сказке.
  Он был рад, что Гарри получит что-то подобное от Римуса. Его внимание вернулось к ним двоим, когда он услышал, как говорит Гарри.
  - Шоколад!
  - Очень хорошо, маленькийСохатый, - удивленно сказал Римус. - Ты не говорил мне, что умеешь читать самостоятельно.
  Гарри покраснел и закусил губу.
  - Не хорошо, не все слова.
  Римус улыбнулся и вытащил закладку из середины книги, чтобы держать ее под текущей строкой, которую они читали.
  - Как насчет того, чтобы ты почитал мне вслух, и мы будем помогать друг другу?
  Гарри просиял, глядя на слова, внимательно читая вслух.
  - Идя по утрам в школу, Чарли мог видеть большие плиты шоколада, сложенные высоко в витринах, и он останавливался, смотрел и прижимался носом к стеклу, у него изо рта текли слюни. Много раз в день он видеть, как другие дети вынимают из карманов плитки сл-сливо-сливочного шоколада и жадно их жуют, и это, конечно, было чисто... п-Пы... - он повернулся, чтобы посмотреть на Римуса в поисках помощи.
  - Пытки, - с улыбкой добавил Римус. - Ты отлично справляешься, Гарри. Продолжай.
  Сириус улыбнулся им обоим. Он понял, что Гарри может довольно хорошо читать самостоятельно. Он даже не думал о таких вещах - чтении, письме, арифметике. Гарри ходил в школу почти два года, заключил он. Он видел, как тот направлялся в школу из дома Дурслей.
  Как много он знал?
  Должен ли он отправить его в школу?
  Мать сама обучала его на дому. Ему не дали возможности научиться читать, прочитав рассказ о мальчике по имени Чарли, который любил шоколад, Сириусу пришлось учиться, читая книги по истории семьи Блэков и рассказывая о достижениях тех, кто был достоин этого. Самый древний и благородный дом Блэков. Вероятно, поэтому он так и не развил в себе любви к чтению.
  Его отец научил его арифметике, заставив его и Регулуса помочь ему подсчитать золото в хранилище, составляя списки ценностей и добавляя и вычитая их стоимость. Что касается письма, его мать очень любила заставлять их писать строки, особенно строки о том, почему семья Блэков в волшебном мире в основном считалась королевской семьей.
  Сириус определенно не хотел, чтобы Гарри учился таким образом. Он задавался вопросом, знает ли Гарри, как написать свое собственное имя или что-то еще в этом отношении. Он вспомнил, что Гарри узнал его имя на двери своей спальни, так что, вероятно, он мог написать его. Каким вещам дети возраста Гарри вообще учились в школе? Глядя, как Римус помогает Гарри произнести буквы слов, которых он не знал, он улыбнулся доброму настроению своего друга.
  Римус всегда хотел быть учителем.
  Сириус знал, что это была мечта, которую он отложил в сторону из-за своей маленькой проблемы с пушистым мехом, и это всегда беспокоило Сириуса. Римус всегда был таким терпеливым, и у него была аура человека, который искренне наслаждался знаниями, а способность делиться ими с другими была для него чем-то настолько замечательным, что он не мог дождаться, чтобы сделать это. Он обучал других студентов, когда они учились в Хогвартсе, и всегда преуспевал в этом.
  Оставив своего друга и крестника рассказывать историю Чарли Бакета, он направился на кухню, чтобы приготовить что-нибудь на ужин; потерялся в своих мыслях.
  ***
  Римус и Гарри прочитали первые две главы "Чарли и шоколадная фабрика", прежде чем решили остановиться на ночь. После ужина Гарри умолял Римуса поиграть с ним, пока он будет принимать ванну, чем удивил Римуса, который сидел на полу и играл с лодками в воде; а затем Сириус уложил его в постель, прижавшись к нему как Бродяга, когда Гарри попросил его, пока ребенок не заснул.
  Он нашел Римуса сидящим на диване, когда вернулся вниз почти через тридцать минут.
  - Наконец-то он заснул. Ему очень понравилось быть с тобой сегодня, - сказал ему Сириус, садясь на диван рядом со своим другом.
  Римус улыбнулся Сириусу.
  - Мне это тоже очень понравилось. Он такой замечательный ребенок, и я хочу, чтобы он хотел проводить время со мной. Он действительно хорошо читает, Сириус. Я думаю, что он определенно читает на более высоком уровне, чем я в его возрасте.
  Сириус кивнул, почесывая бровь.
  - Я думал об этом раньше. Не то, что он конкретно читает, а то, что он знает. Он учился в школе, когда жил с этими мудаками. Он заканчивал второй год начальной школы.
  - Это правда.
  - Ты ходил в маггловскую школу, Лунатик? - спросил Сириус, внезапно заинтересовавшись, а затем замер, проклиная себя. - Извини, я даже не подумал. Я задница.
  Римус ободряюще улыбнулся своему другу, мягко толкнув его руку.
  - Все в порядке, это был честный вопрос. Ответ - да, я ходил в школу, по крайней мере, до тех пор, пока меня не укусили. Тогда мой отец слишком боялся позволять мне быть с другими детьми. После этого мама перевела меня на домашнее обучение.
  - Я тоже учился дома, - сказал ему Сириус. - Но я уверен, что ты можешь себе представить, каким ужасам научили меня мои родители.
  Римус сочувственно улыбнулся. Он знал, каким ужасам научили его родители. Сириус всегда боялся, что он станет таким же, как его родители, и несмотря на то, сколько раз он, Джеймс, Питер и Лили говорили ему, какой он другой; ему все еще иногда было трудно поверить в это.
  - Ты хочешь отправить Гарри в маггловскую начальную школу?
  Сириус пожал плечами, закинув ноги на кофейный столик перед ними.
  - Не знаю, ты думаешь, мне следует?
  Римус на мгновение замолчал, и на его лице появилось задумчивое выражение.
  - Ну - что, если он продемонстрирует магию перед магглами? Или если он расскажет одному из своих новых друзей, что его крестный превращается в большую черную собаку?
  - Все верно, - сказал ему Сириус, обдумывая сказанное другом. Он не мог вспомнить, говорили ли когда-нибудь Джеймс и Лили о том, как они планировали обучать Гарри, когда он станет старше. Им не следовало это обсуждать; они должны были провести годы со своим сыном, прежде чем это стало проблемой. Но это у них отняли.
  - Все в порядке, профессор Муни может научить его тому, что ему нужно знать.
  - Профессор - что? - спросил Римус, его глаза расширились.
  Сириус лишь ухмыльнулся своему другу.
  - Ты можешь научить его.
  - Почему я? Ты его опекун. Ты учишь его! - упрямо настаивал Римус, его глаза расширились от паники.
  Сириус рассмеялся.
  - Лунатик, ты интеллектуал. - Когда Римус фыркнул в ответ, он продолжил. - Ты всегда хотел быть профессором, и, честно говоря, у тебя хватило на это терпения. Нам нужно выяснить, чему он уже научился, и тогда я думаю, что ты должен научить его. Может быть, три или четыре дня в неделю или что-то в этом роде, и, очевидно, я буду платить тебе за это, потому что это буквально будет работа на полный рабочий день, пока он не пойдет в Хогвартс.
  Римус покраснел.
  - Я не возьму твоих денег, Сириус.
  - Это будет не мое, это будет Джеймса и Лили. Я использую деньги из поместья Поттеров, чтобы оплатить обучение Гарри, и не смотри на меня так, Римус, ты же знаешь, что Джеймс будет настаивать на этом. Ты работаешь в этом маггловском книжном магазине, это странно и все такое, но ты сам так сказал, менеджер не впечатлен количеством твоих отсутствий. Все, что Гарри и я поймем - это идеальная работа для тебя. Ты любишь учить!
  - Я никогда в жизни не был учителем! Откуда тебе знать, что я люблю учить? - настаивал Римус, а его друг рассмеялся.
  - Ты сказал мне, что хочешь стать профессором на шестом курсе.
  - Но я знал, что этого никогда не произойдет, - воскликнул Римус, широко раскрыв глаза. - Мне нельзя доверять быть рядом с детьми, и никто не возьмет меня на работу.
  - Тогда мне запретить тебе видеться с Гарри?
  Римус посмотрел на своего друга.
  - Я бы понял, если бы ты это сделал.
  Сириус так сильно толкнул Римуса, что тот чуть не упал с дивана.
  - Что, блин, с тобой не так, Рем? Спустя столько лет, а ты все еще думаешь, что я точно не знаю, кто ты, мать твою, такой?
  Он осторожно вернулся на свое место, опустив глаза.
  - Это не... я не имел в виду...
  - Ты самый хороший человек, которого я когда-либо встречал, Рем. Ты самая добрая душа, всегда такой был. Мы с Джеймсом мгновенно сблизились, потому что мы оба были более или менее мерзавцами, но ты... и мы уважали тебя за это, - сказал ему Сириус, скользя взглядом по мягким белым шрамам, украшавшим его щеки, один сбоку на шее, другой на руке от запястья до локтя.
  - Ты прекрасен внутри и снаружи. Ты умен, и у тебя есть искренняя любовь к знаниям, которая делает тебя терпеливым и понимающим - это то, что всегда делало тебя таким замечательным учителем в школе. Любая школа была бы очень счастлива, если бы ты там был как профессор, и если бы ты подумал об этом в течение двух гребаных секунд, прежде чем встать на ноги, ты бы знал, что я прав. Дамблдор дал бы тебе работу преподавателя в мгновение ока.
  - Дамблдор - старый дурак, - сказал ему Римус, его золотые глаза улыбались другу. Сириус всегда умел заставить его чувствовать себя таким благодарным за то, что он его друг. - Родители будут протестовать.
  - Они не должны знать.
  - Ты никогда не сможешь вечно хранить эти вещи в секрете, Сириус.
  Сириус мгновение смотрел на него.
  - Мы не так уж плохо поступили.
  Римус улыбнулся.
  - Когда я вошел в поезд в тот первый год, все, о чем я думал, это то, как мне повезло, что я поеду в Хогвартс, но как ужасно трудно будет хранить этот большой секрет внутри. Если бы Дамблдор не был директором, Сириус, мне бы никогда не разрешили ходить в школу. А потом вы трое, вы просто ворвались в мою жизнь и мы лгали вам каждый месяц о том, что я болен или что моя мать нуждается во мне дома, это было так тяжело. Когда вы поняли, кем я был - и никто из вас не испугался - это было похоже на это чудо. Я не мог понять, почему вы все были так милы с этим, а потом, когда вы захотели стать животными, чтобы я не...
  Сириус обнял друга.
  - Одно из моих самых больших сожалений о том, что я попал в тюрьму, Лунатик, это то, что меня не было рядом с тобой, когда ты нуждался во мне.
  Римус крепко обнял своего друга.
  - То, что ты даже думаешь, что это просто показывает, что я пытаюсь сказать. Вы трое сделали меня лучше и заставили меня почувствовать, что, может быть, я не был монстром. Но это были не только вы трое. Снейп узнал и Лили... это не то, что можно скрывать, и родители не хотели бы, чтобы чудовище обучало их детей. Это факт, Сириус, что бы вы ни думали по этому поводу.
  - Ты даже не сказал никому из девушек, с которыми был, не так ли?
  Римус покачал головой.
  - Есть причина, по которой я не заслуживаю отношений, Сириус. Я даже не могу быть честным с другим человеком о том, что происходит со мной три раза в месяц. Мэри была самой хорошей девочкой в школе, и она знала, что я лгал ей. Она обвинила меня в измене ей, и знаете что - я признался в этом, потому что это была лучшая альтернатива, чем сказать ей правду.
  Сириус только смотрел на своего друга печальными глазами.
  - Однажды ты поймешь, что заслуживаешь большего счастья, чем кто-либо другой.
  Увидев, как Римус покраснел, он улыбнулся.
  - Но поскольку я единственная цитата из цитаты "родитель" в этой ситуации, я голосую за то, чтобы ты теперь был профессором Гарри, поскольку мне плевать, что ты оборотень. Ты можешь начать на следующей неделе.
  Римус поймал себя на том, что улыбается своему другу.
  - Чему я его научу, Сириус?
  Сириус только пожал плечами.
  - Что бы ты, блин, ни хотел, Лунатик. Ты профессор. Так что исповедуй.
  - Я не профессор... неважно, - сказал Римус, качая головой. Он знал, что лучше не пытаться исправить логику Сириуса, поскольку тогда он оказался бы в полемике, в которой он не хотел участвовать. - А что ты собираешься делать, пока я буду учить Гарри?
  - Еще не решил. Но я знаю, что не собираюсь сидеть здесь и слоняться без дела, - сказал он ему, оглядывая гостиную. - Я хочу починить свой мотоцикл, может быть, добавить к нему кое-что. Починить задний сад, ты можешь помочь мне с этим, с садом и еще с чем-то; у тебя всегда был зеленый палец. В какой-то момент, как буквально прошли годы.
  Римус рассмеялся, качая головой в ответ на своего друга.
  - На самом деле я удивлен, что это не было первым, что ты сделал, выйдя из тюрьмы.
  - С кем? - спросил Сириус, с недоумением глядя на друга. - Не говоря уже о том, что я выглядел не лучшим образом, когда вышел. И не то чтобы дементоры помогали в этом вопросе; хотя, с другой стороны, это не заставило меня задуматься о том, насколько я не трахался или так немного позитивной ноты. Но нет, я не чувствовал себя и не выглядел наилучшим образом, когда меня выпустили из тюрьмы, Лунатик. Потом я имел дело с домом и с Гарри. Секс точно не был вариантом.
  Римус усмехнулся.
  - Ты всегда находил способ. Может быть, тебе повезет, и тот целитель, о котором ты постоянно пишешь, даст тебе жалкий трах.
  - Да ну тебя, - воскликнул Сириус, швыряя подушку в лицо своему другу.
  - В последний раз я переписываюсь с ней только о благополучии Гарри. И я только дважды писал ей по поводу идеи завести Гарри собаку!
  Римус лишь широко ухмыльнулся своему другу.
  - Разве ты однажды не сказал Джеймсу, Питу и мне, что ты только "помогал" Гестии Джонс с ее домашним заданием по древним рунам, когда мы поймали ее на шестом курсе в нашем общежитии?
  Сириус пожал плечами, улыбаясь своему другу.
  - Она изучала рунические символы моих новых татуировок.
  - Татуировки на твоих руках с ее ртом, обернутым вокруг твоего...
  - Заткнись, Римус, - потребовал Сириус, когда его друг рассмеялся.
  - А как насчет того времени, когда вы только "болтали" с Гретой Кэтчлав о важности изучения чар?
  - Мы ГОВОРИЛИ о чарах! Она была одной из лучших учениц в классе!
  Римус лишь приподнял бровь.
  - А тот факт, что вы оба были совершенно голыми?
  - Ну, разговоры о чарах могли также распространиться на использование части моего значительного обаяния...
  - Угу, - со смехом сказал Римус.
  Сириус только посмотрел на своего друга.
  - Как будто ты был таким невинным! На седьмом курсе мы с Джеймсом нашли тебя трахающимся с старостой Равенкло в чулане для мётел у Большого зала.
  Римус покраснел, вспомнив, как его друзья, увидев его на карте, отыскали его и открыли дверь как раз в тот момент, когда он прижал Нору к стене.
  - Не в этом дело, Сириус.
  - Или как насчет поцелуев топлесс с той блондинкой из Хаффлпаффа в Хогсмиде? Вы двое здорово разгорячились, когда мы с Питом нашли вас у лачуги!
  - А как насчет того времени, когда ты искал свою бумагу для зелий под юбкой Гленды Читток? - воскликнул Римус, пытаясь отвлечь от себя внимание, и покраснел от смущения.
  - Лунатик, она сидела прямо на моей газете! - запротестовал Сириус, его глаза засмеялись при воспоминании.
  - Как жаль, что вам пришлось так тщательно искать, когда ей нужно было только встать? - предположил Римус, его глаза заблестели от смеха.
  Сириус лишь широко ухмыльнулся.
  - Ну, мои пальцы были очень заняты проверкой.
  Римус ухмыльнулся, громко посмеиваясь.
  - У тебя все еще есть худшие оправдания, которые я когда-либо слышал.
  - Я думал, что они довольно умны. Кроме того, вы, придурки, никогда не хотели слушать мои рассказы, когда я начал объяснять, как мы с Сарой Андерсон целовались в шкафу для метел напротив офиса Филча, - самодовольно сказал он. -Или то, как нас с Андерсон чуть не поймали на этом в классе магловедения - так что я импровизировал.
  - Излишне говорить, что ты не был монахом, что возвращает меня к моей первоначальной точке зрения на тебя и этого целителя.
  - Чисто профессионально, Лунатик, клянусь.
  Римус только улыбнулся своему другу.
  - Я позволю тебе сохранить свои иллюзии. Но я научу Гарри.
  Сириус просиял.
  - Знал, что могу рассчитывать на тебя, приятель! Чему ты собираешься его учить?
  Римус поднял свою сумку с пола и покачал головой.
  - Понятия не имею. Это то, над чем я собираюсь работать в течение следующих нескольких дней.
  - Хорошо. Спасибо, Лунатик. И если целитель проявит хоть какой-то интерес, что ж, может быть, я получу тот трах, который мне нужен.
  Римус усмехнулся, допивая свой напиток. Он попрощался и воспользовался камином, чтобы отправиться домой, пока Сириус выключал свет и поднимался наверх на ночь.
  Сириус заглянул в спальню Гарри и увидел, что его крестник крепко спит, прижавшись к мягким игрушкам Мародеров, разбросанным вокруг него.
  Он проскользнул в ванную, планируя принять горячий душ, и после разговора с Муни, напомнившего ему о хороших временах, его джинсы немного неудобно сидели в промежности, так что, возможно, подрочить тоже можно, подумал он про себя.
  Поскольку Римус поднял хороший вопрос, Сириусу всегда нравился секс, но он не искал серьезных обязательств или отношений, если уж на то пошло. Несмотря на то, что это термин Римуса, он был скорее одиноким волком и всегда им был. Он знал, что ему нравилось, но он жил для своих друзей; никогда не находил времени, чтобы пригласить женщину в свою жизнь, в отличие от Джеймса с Лили.
  Сириус разделся, заперев за собой дверь ванной на случай, если Гарри проснется и забредет внутрь. Он вошел в душ, позволив горячей воде и пару окутать его, и вздохнул от удовольствия, просто на мгновение полюбив воду. После почти пяти лет ничего, кроме теплой воды из миски и мочалки, стоять в горячем душе было, безусловно, самым приятным занятием в мире. Вода омыла его, и он вздохнул, потянувшись, чтобы крепко схватиться за себя, позволив своей голове прислониться к стене душа, пока он работал от основания до кончиков. Он даже не мог сознательно думать ни о чем, кроме собственного удовольствия, пока гладил себя все быстрее и быстрее. Когда он закончил, перед ним возник образ целителя, ухмыляющейся ему, и он усмехнулся про себя.
  Возможно, его мысли о целителе были не совсем профессиональными.
  ***
  На следующее утро, накормив Гарри завтраком и подготовив их обоих к новому дню, Сириус решил, что было бы неплохо написать МакГонагалл о том, как помочь Гарри с его образованием до Хогвартса. Она была профессором - на самом деле лучшим профессором - и кто еще мог дать ему несколько идей и указаний по предмету.
  "Дорогая Минни,
  Гарри и я хорошо приспособились к совместной жизни, и он такая жемчужина! Вчера вечером мы с Римусом говорили о его способностях к чтению и о том, чему он научился в школе, когда жил с магглами. Это заставило нас задуматься: чему именно мы должны его научить? Чтение и письмо конечно, но что еще?
  Ты человек, которого я бы спросил, будучи профессором, не говоря уже о самой блестящей женщине, которую я знаю. Почему бы тебе не прийти на чай в воскресенье? Мы с Гарри хотели бы вас увидеть, и я хотел бы поковыряться в ваших мыслях на эту тему.
  
  С любовью,Сириус"
  Он сложил письмо в конверт и улыбнулся Гарри, который сидел на полу в гостиной и играл с фигурками Рыцарей Круглого Стола, которые купил ему Сириус. Какое-то время он смотрел, как он играет, с легкой улыбкой на губах.
  По его мнению, МакГонагалл определенно была одним из лучших людей, которых можно было бы спросить. У него не было семьи, с которой он мог бы поговорить о воспитании детей; его мать была последним человеком, к которому он мог бы даже подумать. Если Юфимия и Флимонт все еще были рядом... Мерлин, он иногда так скучал по Фие, что у него сердце сжималось в груди. Она взяла его под свое крыло и заботилась о нем, как о собственном сыне.
  Он никогда не забудет момент, когда он сошел с поезда на рождественские каникулы на шестом курсе, и она обняла его, поцеловала в щеку и сказала, что она и Монти приготовили лучший сюрприз. Когда они прибыли в Дом Поттеров, Джеймс лишь ухмыльнулся ему, жестом приглашая следовать за матерью вверх по лестнице. Сириус остановился перед спальней Джеймса, собираясь бросить свои вещи на кровать друга, но Джеймс остановил его.
  - Нет, приятель, ты не останешься со мной.
  - Что? - спросил Сириус, выглядя сбитым с толку. - Но я всегда сплю в твоей комнате.
  Юфимия лишь улыбнулась с расстояния в несколько футов, толкая дверь рядом с Джеймсом.
  - Ну, если ты действительно хочешь остаться с Джеймсом, я не буду тебя останавливать, но мы втроем довольно усердно работали над твоей комнатой.
  Сириус только смотрел на нее широко распахнутыми от шока глазами.
  Джеймс взял его за руку и потащил к двери. Комната была выкрашена в нежно-серый цвет. В центре комнаты стояла большая двуспальная кровать с теплым одеялом. На стене баннеры Гриффиндора с фотографиями Сириуса и его друзей. Маггловские плакаты с изображением мотоциклов и девушек-маглянок в бикини; полная схема двигателя; музыкальные плакаты Ramones, The Beatles, Queen и The Rolling Stones; а на двери золотыми буквами было написано: "Комната Сириуса".
  Он смутился, почувствовав, что задыхается, но Юфимия просто обняла его.
  - Джейми сам выбрал плакаты и прислал их. Я подумал, что серый - это такой прекрасный цвет, как твои глаза, дорогой, почти грозовые. - Она поцеловала его в щеку.
  - И оба моих сына заслуживают отдельной комнаты со своими вещами.
  - Фие, - просто сказал он, целуя ее в щеку. - Я никогда... когда ты сказала, что я могу остаться, я не... спасибо. Он посмотрел на Джеймса, который широко улыбался ему.
  Флимонт стоял рядом с дверью спальни Сириуса, засунув руки в карманы и подпрыгивая на носочках.
  - Добро пожаловать домой, мальчики. Готовы наряжать елку?
  За всю свою жизнь он никогда не чувствовал себя более дома.
  Его родителями были Юфимия и Флимонт Поттер. Он практически жил с Джеймсом с лета третьего курса, проводя большую часть лета между домом Джеймса и Римуса и одну неделю в году с Питером. Но после пятого года, когда он вернулся домой и повздорил с родителями, в результате чего они выгнали его в возрасте шестнадцати лет, он не ожидал, что Поттеры примут его так открыто. В то Рождество подарить ему собственную спальню было лучшим подарком в его жизни.
  Они подарили ему семью.
  У него был дом с людьми, которые любили его и заботились о нем. Ничто не сделало его счастливее. И он скучал по ним обоим больше, чем мог сказать вслух. Драконья оспа унесла их обоих менее чем за три недели, всего через шесть месяцев после того, как Джеймс женился на Лили.
  Джеймс сказал ему, что он может остаться в доме после того, как они уйдут, но Сириус не мог оставаться там. Он переехал в квартиру, которую оставил ему дядя Альфард; не желая оставаться наедине с воспоминаниями о своей единственной настоящей семье. Ему до сих пор было грустно вспоминать, как взволнованы Фиа и Монти перспективой стать бабушкой и дедушкой. Юфимия потратила так много времени, помогая Лили украсить детскую; она связала детское одеяло Гарри и рассказала обо всех детях, которых Джеймс и Лили хотели бы избаловать для нее и Монти.
  Но Лили была всего на четвертом месяце беременности, когда они оба умерли, опустошив всех, кто их знал. Сириусу хотелось, чтобы они были рядом и увидели, каким замечательным стал их внук.
  Его дядя Альфард был единственным родственником, которого он когда-либо по-настоящему любил в своей семье, и он умер на шестом курсе; оставив своему семнадцатилетнему племяннику без гроша в кармане целое состояние. Единственным членом Семьи Блэков, которого это заявление не разозлило, была его двоюроднаясестра Энди, и она...
  Энди!
  Сириус проклинал себя за то, что не подумал о ней сразу. Андромеда всегда была к нему добра. Они всегда ладили, несмотря на то, что она была почти на восемь лет старше его. Она была таким же позором для семьи Блэков, как и он, особенно после того, как вышла замуж за магглорожденного Теда Тонкса. Тетя Друэлла была в такой ярости, когда узнала, что немедленно стерла имя Андромеды с семейного гобелена. Ему было четырнадцать, когда она написала ему, что у него появиласьплемяница.
  Младшаякузина, подумал он, широко раскрыв глаза. У Андромеды была дочь! Наверное, она уже достаточно взрослая, чтобы учиться в Хогвартсе, подумал он с улыбкой. "Она будет в Хогвартсе", - подумал он, подсчитывая в уме. И если кто-то и знал что-нибудь об обучении детей до Хогвартса, так это Энди. Она была бы идеальной, чтобы спросить. Он не мог поверить, что сразу не подумал о ней. Но, честно говоря, он не разговаривал с ней с тех пор, как вышел из тюрьмы.
  Он улыбнулся Гарри, стоя с письмом к МакГонагалл в руках.
  - Пошли, Гарри, мы собираемся навестить мою кузину Энди.
  Гарри все еще играл со своими рыцарями и только неопределенно кивал.
  То, что Гарри был так поглощен своим собственным миром, было хорошо. Ему было достаточно комфортно, чтобы дать волю собственному воображению. Сириус подумал, что это отличный знак.
  - Гарри, - снова сказал он, и на этот раз Гарри повернулся, чтобы посмотреть на него. - Мы собираемся навестить мою кузину Энди. Иди убери свои игрушки.
  Гарри взял свои игрушки и отнес их наверх в свою комнату, а сам вернулся вниз с оленем на руках.
  - Можно я принесу сохатого, дядя Бродяга?
  Сириус улыбнулся и подхватил Гарри на руки.
  - Абсолютно. Мы возьмем мой байк, хорошо?
  Гарри кивнул, усмехнувшись, когда Сириус надел на него шлем и протянул солнцезащитные очки, которые он купил для него на днях, когда они были в городе за продуктами. Он позволил Сириусу крепко привязать себя к сиденью на задней части мотоцикла, наслаждаясь ощущением грохота под ним, когда они умчались.
  Сириус ехал почти сорок пять минут, оглядываясь на каждом светофоре и знаке остановки, чтобы убедиться, что с Гарри все в порядке. На его лице все время была широкая улыбка, заставившая Сириуса улыбнуться. Когда они въехали в город Шордич, Сириус с ухмылкой свернул на дорогу к дому Тонкс.
  Он скучал по Энди. Когда он подъехал к ее дому, ему пришло в голову, что он, вероятно, должен был написать первым. Простое появление на пороге своего кузена после почти пяти лет в тюрьме, вероятно, вызывало неодобрение; не говоря уже о том, что он не разговаривал с ней с тех пор, как попал в тюрьму.
  Она вообще знала, что его освободили?
  Знала ли она, что он невиновен?
  Однако у него не было возможности передумать, потому что входная дверь открылась, когда он выключил мотоцикл, и Тед вышел, его глаза поднялись, чтобы увидеть, кто был за пределами его дома на мотоцикле.
  Сириус снял шлем, встряхнул волосы и повесил солнцезащитные очки на рубашку.
  - Привет, Тед, извини, что зашел без предупреждения.
  Тед мгновение смотрел на него, а потом улыбнулся.
  - Если это не Сириус Блэк, вторая Белая Овца в семье Блэк.
  Сириус рассмеялся, широко улыбаясь. Он и Андромеда всегда шутили, что они белые овцы, а не черные, только из-за неправильного названия их фамилии.
  - Это я.
  Он потянулся, чтобы снять с Гарри шлем, и отстегнул его, подняв на руки.
  - И мой крестник, Гарри Поттер.
  Глаза Теда расширились от удивления.
  - Гарри - Мальчик-Который-Выжил?
  - Единственный и неповторимый. Энди рядом?
  Андромеда вышла из-за спины мужа. Ее длинные черные волосы вьются вокруг ее лица, а руки скрещены перед ней.
  - Эдвард Тонкс, не дай ему сделать ни шагу к этому дому!
  Глава 14: Эпизод с Тонксами
  Сириус остановился, Гарри все еще был в его руках. Он почувствовал, как на его лице отразилось потрясение и печаль, прежде чем он быстро скрыл это. Он не знал, чего ожидал от единственного кровного родственника, который ему действительно нравился, но был крайне разочарован результатом.
  Но затем он от удивления отшатнулся, когда ее маленькое тело схватило его. Он обнаружил, что прижимает Гарри ближе, когда мальчик затаил дыхание в страхе перед внезапным вторжением, когда Андромеда Блэк Тонкс обнимала Сириуса так, как будто от этого зависела ее жизнь. Сириус повернул голову, чтобы ободряюще поцеловать мальчика в щеку, и тот прижался ближе к его объятиям.
  Андромеда отстранилась со слезами на глазах.
  - Почему ты так долго ждал, чтобы прийти ко мне, ты глупый придурок? - воскликнула она, ударив его по руке. Она яростно вытерла слезы, ее глаза раздраженно сверкнули.
  - Я только вчера узнала, что тебя выпустили из Азкабана несколько недель назад. Несколько недель назад, Сириус Орион!
  Он кивнул, улыбаясь ей и расслабляясь.
  - Это было в газетах. Невиновный человек освобожден после четырех лет, шести месяцев и двадцати дней в тюрьме за преступление, которого он никогда не совершал.
  - Я больше никогда не читаю эту проклятую газету. В ней никогда нет ничего хорошего, - честно сказала она ему. - А кто этот милый? Привет, милый.
  Гарри повернул голову к плечу Сириуса, крепко сжимая Сохатого в своих руках.
  - Это Гарри. Он немного застенчив.
  - Ну, входите! - воскликнула Андромеда, приглашая мужа войти внутрь, а Сириус и Гарри последовали за ней.
  Сириус сел на неуклюжий диван в гостиной, который оказался на удивление удобным, и ухмыльнулся Теду, сидевшему напротив него в кресле-качалке.
  - Мне очень жаль, что я зашел без предупреждения. Я буквально остановился перед домом, прежде чем мне даже пришла в голову мысль, что я должен был написать первым.
  Андромеда взмахнула рукой, как будто это было ерундой, и села на подлокотник кресла, в котором сидел ее муж.
  - Нет! Я так рада тебя видеть, Сириус! И ты тоже так хорошо выглядишь! тебя арестовали... Тед и я не могли в это поверить. Тед упомянул что-то о том, что ты якобы работаешь на Того, Кого Нельзя Называть, и как ты предал Поттеров, и я просто не могла уложить это в голове! Но... мы добрые немного потеряли связь, поэтому я не знала, чему верить, если я полностью честна с тобой.
  Сириус кивнул, понимая.
  - Я знаю. И мне жаль, что мы потеряли связь. Пока шла война, я много работал под прикрытием, пытаясь помочь Ордену. Ты знаешь, насколько опасными были некоторые из тех миссий.
  Когда его двоюроднаясестра только посмотрела на своего мужа, который действительно оказался на нескольких из тех опасных миссий, работая с Орденом Феникса вместе с Сириусом, он продолжил.
  - Я сосредоточился на том, чтобы быть со своими друзьями и пытаться обеспечить их безопасность, в чем я поразительно потерпел неудачу.
  Андромеда села рядом с ним, взяв его руку в свою и слегка сжав ее, пока Гарри только приближался к Сириусу и удалялся от ее протянутой руки.
  - Ты пытался защитить своих друзей; все, что произошло из-за этого, не твоя вина.
  - Я тот, кто настоял на том, чтобы они сменили Хранителей Тайны, Энди. Если бы я позволил им использовать меня, как хотел Джеймс, они все еще были бы живы.
  - Ты этого не знаешь, - сказал Тед, наклоняясь вперед в своем кресле. - Ты не знаешь, что бы произошло. Джеймс и Лили Поттер были очень сильны, но у них было много близких отношений, и нельзя искушать судьбу, Сириус. Может быть, им суждено было умереть молодыми. Я не говорю что это правильно, но судьба работает таинственным образом, как тот маленький мальчик, которого ты держишь - Мальчик-Который-Выжил.
  Сириус улыбнулся, повернув Гарри лицом к Андромеде и Теду.
  - Если бы я не совершил такую глупую ошибку и не пошел за Питером, он был бы у меня с самого начала. Сестра Лили была его опекуном и не заботилась о нем. Он живет со мной уже почти три недели, но он все еще довольно застенчив с людьми, которых не знает.
  Сириус нежно провел пальцем по щеке Гарри.
  - Гарри, это моя кузина Энди и ее муж Тед. Можешь передать им привет?
  - Привет, - мягко сказал Гарри, крепче прижимая Сохатого к себе.
  Андромеда тепло улыбнулась.
  - Как насчет тыквенного сока, Гарри?
  Гарри кивнул.
  - Да, пожалуйста.
  Андромеда улыбнулась и встала.
  - Сириус, хочешь чаю?
  - Было бы здорово, спасибо.
  Тед встал, чтобы помочь жене, и через несколько минут они вернулись с чаем, печеньем и стаканом тыквенного сока для Гарри. Гарри передвинулся и сел на пол, все еще держась за Оленя, когда принял тыквенный сок.
  Тед вытащил коробку с костяшками домино и открыл ее на полу рядом с Гарри и тихонько показывал ему, как складывать их близко друг к другу и строить извилистую дорожку по комнате. Гарри посмотрел на Сириуса, когда Тед спросил его, не хочет ли он строить вместе с ним.
  - Продолжай, Сохатик, все в порядке, - с улыбкой сказал ему Сириус.
  Гарри лучезарно улыбнулся ему, подполз к костяшкам домино, которые расставил Тед, и внимательно слушал, как Тед объяснял, как нужно складывать их стопкой, чтобы эффект срабатывал, когда их сбиваешь.
  Сириус улыбнулся, некоторое время наблюдая за Гарри, прежде чем снова повернуться к Андромеде.
  - Послушай, я, очевидно, хотел тебя увидеть, и со всем, что я делал - пытался вернуть свою жизнь в нужное русло, а теперь пытаюсь организовать свою жизнь с Гарри... Я его крестный отец, если ты помнишь... и теперь я полностью опекаю его.
  Андромеда кивнула, ее темные глаза из-под полуопущенных век улыбались ему.
  - Я помню. Ты был так горд в тот день, что примчался сюда и сказал мне, что твой крестник только что родился.
  Сириус усмехнулся, когда на него нахлынули воспоминания о том дне, когда он стал крестным отцом.
  ***
  Он расхаживал по залам больницы Святого Мунго с Римусом и Питером. Джеймс и Лили пробыли в комнате несколько часов которые ощущались как дни.
  - Садись, Бродяга! - настаивал Питер, откидываясь на спинку стула. - то что ты мечешься взад-вперед, как сумасшедший, не ускорит процесс.
  - Пит прав, Сириус, садись, - сказал ему Римус, похлопывая по скамейке рядом с собой.
  Сириус только смотрел на своих друзей широко открытыми глазами.
  - Я не могу. Я слишком... нервничаю. У Джеймса там рожается ребенок!
  - Ну, технически Лили рожает гребаного ребенка, но я понимаю, что ты имеешь в виду, - сказал Питер, широко улыбаясь.
  - Никогда бы не поверил, что у мудака будет шанс встречаться с Эванс, не говоря уже о том, чтобы убедить бедную девушку выйти за него замуж и размножаться.
  Римус рассмеялся, проводя кулаками по уставшим глазам.
  - Этот мудак утомил ее, и она много лет была к нему горяча; мы все это знали. Она была достаточно умна, чтобы не показывать этого.
  Сириус усмехнулся.
  - Помнишь тот раз, когда она сказала ему, что лучше поцелует каждого Пожирателя Смерти в задницу, чем будет болтать в его присутствии?
  Римус рассмеялся, ухмыляясь своим друзьям.
  - Мерлин, я думал, что Сохатый умрет. Он заикался и смотрел на нее так, словно у нее внезапно выросли три головы. Теперь у них вместе будет ребенок. Кажется, мир действительно меняется.
  - То, что у них будет ребенок, не означает, что наш мир изменится, - настаивал Сириус, не сводя глаз с друзей.
  - Дети все меняют, Бродяга, - сказал ему Питер, скрестив ноги в лодыжках. - Дети меняют все.
  Дверь в конце коридора открылась, и Джеймс выбежал наружу, его черные волосы торчали еще хуже, чем когда-либо, кривые очки и широкая ухмылка на губах.
  - Это мальчик! Быстрее, идите смотрите! - воскликнул он, подпрыгивая на ступнях и махая ими вперед.
  Питер и Римус встали, следуя за Сириусом, который шел впереди, и направились в комнату, где сидела Лили. Она лежала на кровати, ее темно-рыжие волосы были влажными и заплетенными на шее, она держала крошечный сверток в зелено-голубом одеяле, связанном Юфимией Поттер.
  - Мародеры, я хочу, чтобы вы познакомились с первым Мародером нового поколения, Сохатымвторым, - гордо объявил Джеймс, сияя так ярко, что практически светился.
  - Джеймс, в последний раз - мы не назовем нашего сына Сохатыйвторой! - воскликнула Лили, закатив глаза на мужа. Она тепло улыбнулась им троим.
  - Подойди поближе и познакомься со своим племянником Мародером.
  - Племянник? - спросил Римус, широко улыбаясь.
  Джеймс широко ухмыльнулся.
  - Очевидно, дядя Муни. Поздоровайся с Сохатымвторым.
  - Гарри, - сказала Лили, усмехнувшись. - Его зовут Гарри Джеймс Поттер.
  - После моего дедушки, - сказал Джеймс с улыбкой.
  - Он был аврором и самым крутым парнем в округе. А Джеймс - самым крутым парнем в жизни этого человечка: Мой.
  - Эм, извините, крестный претендует на этот статус, - сказал Сириус, поднимая руку в знак признательности и садясь на край кровати, глядя на Гарри.
  - Привет, Сохатик, я твой крестный отец.
  - Это дядя Бродяга, Гарри, также известный как дядя Сириус или дядя Придурок, - сказал Джеймс, улыбаясь своему сыну.
  - Твой папа идиот, Сохатик. Я крутой. Держись за меня, маленький человек, и мы получим это.
  Лили улыбнулась четверым мужчинам вокруг нее. Мародеры; мужчину, которого она любила больше жизни, и мужчин, которых он называл своими братьями.
  - Сириус, не хочешь сначала подержать своегоСохатика?
  Сириус просиял, когда Лили осторожно положила Гарри ему на руки.
  - Он такой маленький, Лил, почти ничего не весит!
  Питер наклонился, улыбаясь.
  - У него катастрофа с черными волосами, как у Джеймса.
  - Ты не знаешь, что это будет катастрофа, Пит, - защищаясь, сказал Джеймс, глядя на копну черных непослушных волос сына.
  Питер только ухмыльнулся.
  - Думаю, да, Сохатый.
  Сириус нежно провел пальцем по щеке Гарри, усмехнувшись, когда крошечная рука Гарри крепко сжала его палец.
  - Привет, Сохатик, у тебя крепкая хватка.
  Сириус передал ребенка Римусу, который выглядел паникующим.
  - Гм, Питер может... о боже, - воскликнул он в панике, когда Сириус оставил ребенка на руках.
  - Привет, маленькийСохатый.
  Лили улыбнулась ему.
  - Расслабься, Рем, он в порядке.
  - Он такой драгоценный, - сказал ей Римус с мягкой улыбкой на лице. - Верно, Гарри? Ты драгоценный?
  Гарри только смотрел на него снизу вверх, его пальцы дергались, пока он не схватил палец Римуса. Римус улыбнулся и осторожно передал ребенка Питеру, который держал его с мастерской легкостью.
  - Привет, Гарри, - сказал Питер, прижимая его к себе. - Ты будешь великим маленьким Мародёром, не так ли, Сохатыйвторой?
  Джеймс широко ухмыльнулся.
  - Видишь ли, дорогая, даже мальчики согласны с тем, что прозвище Сохатый должно жить!
  Сириус улыбнулся.
  - Он сохатик, маленький сохатый, сохатыйвторой.
  Лили улыбнулась им.
  - Его зовут Гарри, но какие бы милые прозвища вы трое ни давали ему, это только для вас, ребята.
  Джеймс взял сына у Питера, крепко держа его на руках.
  - Он наш Гарри, - сказал он, беря Лили за руку и наклоняясь, чтобы нежно поцеловать ее.
  - Спасибо, что подарил мне моего сына. Я люблю тебя.
  Лили держала его щеку в своей руке, ее зеленые глаза смотрели на него, когда она целовала его.
  - Я люблю тебя, Джеймс.
  Его губы снова встретились с ее губами для более продолжительного поцелуя, и Питер прочистил горло.
  - Ну, мы оставим новую семью в покое, чтобы познакомиться. Но мы увидимся, когда ты отправишься домой.
  Римус и Сириус кивнули, попрощавшись, прежде чем все трое вышли из комнаты.
  - У Джеймса и Лили есть гребаныйсын! - воскликнул Сириус, широко раскрыв глаза. - У меня есть крестник! У нас есть гребаный племянник!
  Римус широко ухмыльнулся.
  - Это довольно изумительно, не так ли?
  Питер кивнул, засовывая руки в карманы.
  - Это действительно так. Когда моя кузина впервые родила ее, это было величайшим событием. Но теперь мы как дяди, и это просто... высшее, понимаете?
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Я должен пойти сказать Энди!
  - Но Сириус, это три в... - начал Римус, когда Сириус аппарировал на месте, оставив своих друзей забавляясь смотреть ему вслед, и прибыл прямо возле дома в Шордиче. Он практически побежал к входной двери, чтобы позвонить в звонок.
  Андромеда ответила, ее глаза были полузакрыты, но они расширились, когда она увидела там своего кузена.
  - Сириус, что случилось? Ты в порядке? Что случилось?
  Сириус усмехнулся, как дурак, поднял ее и покачал на руках.
  - Я дядя, Энди! У меня есть крестник! Гребаныйкрестник!
  Андромеда смотрела на него с открытым ртом полных тридцать секунд, прежде чем она поняла, что он только что сказал.
  - Сириус Блэк! Ты только что разбудил меня в три сорок пять утра, чтобы сообщить, что у тебя родился крестник?
  Он застенчиво ухмыльнулся.
  - Мне все равно, Энди! Я крестный отец самого милого гребаного ребенка во вселенной по имени Гарри Джеймс Поттер, и я крайне горжусь.
  Андромеда наконец улыбнулась.
  - Я даже злиться не могу, придурок! Поздравляю, Сириус.
  Сириус снова обнял ее.
  - Я буду самым лучшим крестным отцом для этого ребенка. Моего маленького Сохатика.
  - Сохатик?
  Сириус усмехнулся.
  - Прозвище - долгая история.
  Он наклонился и поцеловал ее в щеку.
  - И новая идея татуировки. Увидимся, Энди!
  Он снова аппарировал, прежде чем она успела ответить, и она осталась стоять у входной двери своего дома, широко улыбаясь.
  ***
  - Это был один из лучших дней в моей жизни. Когда Джеймс и Лили попросили меня стать крестным отцом еще до того, как они узнали, будет ли у них мальчик или девочка, я был так польщен и так взволнован, понимаете? Фиа и Монти умерли до рождения Гарри. Это много значило для меня, - улыбаясь, сказал ей Сириус.
  - И я полюбил этого ребенка с первого момента, когда я взял его на руки.
  Он посмотрел на Гарри, который улыбался Теду, пока они перекладывали ряд костяшек вокруг дивана.
  - Я хочу быть для него лучшим крестным отцом. Он нуждается во мне сейчас больше, чем когда-либо.
  Андромеда улыбнулась ему.
  - Он выглядит достаточно довольным для меня.
  Сириус ухмыльнулся ей.
  - Люди, с которыми он жил, плохо обращались с ним, оскорбляли его. Последние несколько недель он действительно стал со мной довольнее, и он действительно начинает доверять Римусу, и это хорошо. Римус тоже собирается помочь, чем сможет.
  - Ты же знаешь, что если тебе что-то нужно, тебе нужно только попросить, - сказала ему Андромеда с улыбкой. - А Дора уже достаточно взрослая, чтобы присматривать за собой, когда она приезжает домой на летние каникулы. Уверен, ей бы понравилось, если бы вы пригласили ее поиграть с Гарри.
  - Достаточно взрослая, чтобы присматривать за детьми? Ты шутишь, да?
  Андромеда усмехнулась, потянувшись к рамке для фотографии на столе рядом с ней.
  - Я нет. В мае ей исполнилось тринадцать.
  Сириус ухмыльнулся, увидев фотографию своей кузины, стоящей между ее родителями. Ее длинные каштановые волосы с темно-розовыми прядями были заплетены набок, и у нее было по три серьги в каждой мочке, заставившие его улыбнуться.
  - Я люблю серьги.
  - Вы бы, - сказала Андромеда, глядя на его украшенное левое ухо. - Она хочет сделать верхушку ушей прямо сейчас. Я пообещала ей, что когда ей будет тринадцать, мы поговорим об этом, чтобы я могла представить, каким будет наш летний разговор.
  - Розовый тоже отлично смотрится, я удивлен, что ты позволила ей его покрасить.
  Андромеда улыбнулась.
  - На самом деле я этого не делала.
  Сириус усмехнулся, широко раскрыв глаза.
  - Она пошла и сделала это сама? Храбрая маленькая пташка.
  - О, это она - но нет. Я думаю, у вас никогда не было возможности узнать, но что ж, Дора - метаморфомаг.
  - Что? - удивленно спросил Сириус.
  - Как в способности изменить свою внешность по желанию?
  Андромеда кивнула.
  - Один в одном. Ни у кого в нашей семье не было способностей в течение четырех поколений. Я как бы предполагала, что они вымерли, но вот мы здесь.
  - Это блестяще!
  - Она так думает. Она начала с этого в молодости, но мы с Тедом не сообразили. Мы думали, что это просто ее магия. чтобы переодеться? Она делала это. И волосы у нее росли и укорачивались, это казалось почти с ее настроением, но когда ей было пять лет, она спросила меня, почему у соседки такой странный нос. Когда я спросил ее, что она имеет в виду, она показала мне свое лицо, и я чуть из кожи не выпрыгнула!
  - Что ты сделала? - спросил Сириус, довольно заинтригованный. - Как вы узнали?
  - Ну, я отвезла ее в больницу Святого Мунго, где они проверили ее кровь и обнаружили, что ген, который бездействовал в Блековской родословной, снова стал активным в ее кровотоке, - объяснила Андромеда. - И Дора так хорошо им управляет. К тому времени, как она поступила в Хогвартс, она могла полностью изменить свою внешность менее чем за тридцать секунд. Я надеюсь, что она использует свои силы во благо, но профессор Спраут всегда пишет мне письма о своих похождениях в школе. Кажется, она немного проказница.
  Сириус просиял.
  - Превосходно.
  Андромеда рассмеялась.
  - Тебе бы это понравилось. Я думаю, что у тебя было больше проблем в школе, чем у кого-либо из моих знакомых.
  Сириус усмехнулся, естественно пожав плечами.
  - Возможно.
  Он взял печенье с подноса и ухмыльнулся своей кузине.
  - Я действительно хотел поговорить с тобой кое о чем.
  - Конечно, - сказала Андромеда, тепло улыбаясь ему.
  - Вчера Римус водил Гарри в библиотеку. Он любит сказки, наш мальчик любит, и мы обнаружили, что он довольно хорошо читает. Я думаю, что отправить его обратно в маггловскую школу - не лучшая идея, - объяснил Сириус, глядя на Гарри, который все так же тщательно складывал костяшки домино.
  - Я попросил Римуса возглавить его обучение. Он самый умный человек, которого я знаю, и у него такое терпение в обучении; этот парень всегда хотел быть профессором. чему мы должны его научить. Я имею в виду, какие самые важные вещи он должен знать, прежде чем отправиться в Хогвартс. Чему вы с Тедом научили Дору? - с интересом спросил Сириус.
  Андромеда улыбнулась, потягивая чай, и выглядела задумчивой.
  - Я предполагаю, что вы думаете так же, как и я, что семейный путь Блэков - не лучший метод.
  Когда Сириус лишь закатил глаза в ответ, она рассмеялась.
  - Мы с Тедом обсудили это и решили, что самое главное - научить Дору тому, что мы хотим, чтобы она знала. Конечно, латыни, чтению, письму и арифметике, а также немного истории, немного литературы и немного зельеварения. Тед научил ее делать лечебные мази. Вещи, которые они могут делать без магии. Тед также хотел, чтобы она знала о мире маглов, поэтому мы ходили смотреть фильмы и концерты в мире маглов, и нам было весело. Это о том, чтобы повеселиться, Сириус, и учить Гарри тому, что, по вашему мнению, ему нужно знать, чтобы добиться успеха в этом мире.
  - О, - сказал Сириус, расслабляясь.
  - Я думаю, что я преувеличивал это в своей голове - как будто мне нужно было знать какой-то секрет, чтобы научить его.
  Она усмехнулась и поставила чашку с чаем на стол.
  - Нет. Итак, скажи мне, ты переехал в старый дом дяди Альфарда, коттедж в, где он? Сидмуте?
  Сириус кивнул, глядя на Гарри, у которого язык высовывался изо рта, когда он тщательно выстраивал каждую плитку, как велел ему Тед, прежде чем повернуться к своей кузине.
  - Да. Я перекрасил его, но он в довольно хорошем состоянии. В саду нужно немного поработать, но я этим займусь. Думаю, как только Римус начнет учить Гарри, у меня будет больше времени для себя.
  - Если тебе нужна помощь с садами, дайте мне знать, и я буду избегать вас. У меня абсолютно нет зеленого пальца, - сказала она со смехом. - Но я была бы рада помочь вам выбрать несколько прекрасных цветов или кустарников, которые, как мне кажется, будут хорошо смотреться. Только не позволяйте мне их трогать.
  Тед усмехнулся с пола и ухмыльнулся Сириусу.
  - В этом она права, Сириус. Я подарил ей розы на день рождения, а на следующий день они погибли. Не знаю, что она делает не так.
  Сириус усмехнулся, когда Гарри положил последнюю костяшку домино.
  - Приятно знать. Подождите, тогда кто отвечает за красивые клумбы и сад вдоль дорожки?
  - Это все, Эдвард, - сказала Андромеда. - Я стараюсь держаться подальше от его растений, насколько это возможно.
  - Это к лучшему, дорогой. Подтолкни вот сюда, Гарри, - велел Тед, указывая на первую костяшку домино, которую Гарри встал.
  Гарри выглядел нерешительным, когда его глаза переместились на большую круглую дорожку, которую они построили.
  - Толкнуть его?
  Тед кивнул с улыбкой.
  - Да. Это то, что вы делаете, когда играете в домино. Вы наблюдаете за эффектом своего тщательного планирования и видите, правильно ли вы сложили их.
  - Продолжай, Гарри, я хочу посмотреть, - сказал Сириус, садясь на пол рядом со своим крестником.
  Гарри прикусил нижнюю губу, прежде чем мягко толкнуть костяшку домино, и широко ухмыльнулся, когда эффект сбил их всех с ног механическим движением, следуя по проложенной им тропе.
  - Ух ты!
  Сириус рассмеялся и поцеловал его в щеку.
  - Хорошая работа, олененок!
  Андромеда встала и улыбнулась им.
  - Ты останешься на обед?
  - Я никогда не отказываюсь от бесплатной еды, Энди, - с ухмылкой сказал Сириус, вспомнив письмо к МакГонагалл, которое он положил в карман пиджака, когда собирался встать.
  - Эй, могу я одолжить твою сову?
  ***
  Выйдя из дома Энди и Теда, Сириус и Гарри направились в Косой переулок. Сириусу нужно было купить собственную сову, если он собирался с кем-то переписываться. Он вспомнил сову, которая была у него, когда он был в школе. Ее звали Сноу, что прямо противоречило ее темным перьям. Она скончалась вскоре после того, как он закончил школу; Он принадлежал его семье почти двадцать лет.
  Он держал Гарри за руку, когда они вошли в торговый центр EeylopsOwl во второй половине дня. Он улыбнулся клерку за стойкой, прежде чем они подошли посмотреть на сов. Взгляд Гарри был прикован к большой коричневой неясыти с красными перьями.
  - Тебе нравится эта, Гарри? Она хорошенькая, не так ли?
  Гарри кивнул, глядя на клетку.
  - Мне нравится ее хвост, - сказал он, указывая на то место, где красноватые перья превращались веером в мягкое золото и белизну.
  - Она красавица, - сказал клерк позади него. - Ей пять лет, раньше она принадлежала моей тете, которая, к сожалению, скончалась. Ее зовут Персефона. Вам интересно? Я могу отпустить ее за тридцать галеонов.
  Сириус наблюдал, как Гарри неуверенно протянул палец, чтобы погладить ее крыло, а Персефона закрыла глаза, удовлетворенно курлыкая, и он улыбнулся.
  - Продал.
  Клерк улыбнулся ему.
  - Позвольте мне позвонить вам.
  Глава 15: Эпизод с первым кошмаром Гарри
  Я уверен, что вы заметили, что я включаю воспоминания в свою историю. Я хочу продолжать делать это, когда смогу - воспоминания о Мародёрах, воспоминания о жизни Сириуса - вещи, которые я хочу знать, поэтому я предполагаю, что другие тоже хотят знать, LOL. Когда я хочу что-то узнать, у меня возникает желание это написать (пожимает плечами).
  Я также хотел бы поблагодарить blvnk-art, который является моим самым любимым художником на tumblr и instagram. Не говоря уже о ее потрясающем материале blvnk-nsfw, таком горячем и страстном, и я влюблен в ее искусство и ее невероятный талант. Она понятия не имеет, кто я, но я ее обожаемый поклонник, и ее искусство меня вдохновляет. В любом случае, не по теме, но она написала этот удивительный список качеств Джеймса Поттера, и с большинством из них я во многом согласился и много раз думал перед собой, например, его любовь к маггловской музыке, особенно к The Beatles и Элвису, игра на гитаре. , и т.д.. Все то, что я придумала сама и даже использовала несколько лет назад, когда писала Crazy Little ThingCalled Love - мою историю Jily. Но глядя на ее работы, я понимаю, что они абсолютно вдохновляющие и красивые, и, честно говоря, теперь они прочно укоренились в моей голове как полный канон - особенно материал Хинни. В любом случае, снова не по теме, но в заключение - Джеймс Поттер любит "Битлз" - поэтому в моем HC он хочет поделиться этим со своим сыном.
  ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не владею лирикой; они принадлежат талантам The Beatles.
  Я пытался понять, как я хочу, чтобы Гарри и Сириус сблизились; Гарри сближается не только с псом Бродягой, но и с Сириусом, его крестным отцом, а это значит, что Гарри должен перестать просить Бродягу по ночам. Я думаю, что в этой главе я понял это. Кажется, мне наконец-то удалось донести, что Гарри понял, что это его дом и ему там комфортно. Он взволнован, увидев Римуса, когда тот приезжает в гости, у него обычный распорядок дня, и он счастлив; даже когда его прошлое все еще преследует его.
  Кроме того, моя любовь к МакГонагалл и ее отношениям с Сириусом - которые в моей голове являются 100% каноном, хотя у меня нет доказательств этого - жизненно важны. Его уважение и восхищение ею и то, как он старается сохранить ее в своей жизни в качестве важного друга и доверенного лица, я думаю, очень важны.
  текст:
  Остаток недели Сириус провел за уборкой солнечной комнаты в задней части дома. В солярии было три стены со всеми окнами, и он подумал, что это идеальное место для Гарри, чтобы заниматься с Римусом. Он был ярко освещен, залит солнечным светом и достаточно велик, чтобы они могли рассредоточиться в случае необходимости. Кроме того, он был рядом с кухней и имел вид на открытый задний сад с видом на лес.
  После первого часа, когда Гарри прокрадывался в комнату, чтобы наблюдать за ним и пытаться помочь, Сириус согласился позволить ему. Он действительно хотел, чтобы Гарри привык выполнять работу по дому, но боялся форсировать это, увидев, что Гарри страдал в резиденции Дурслей.
  Но Гарри помог ему вымыть окна, засмеявшись, когда Сириус поднял его и положил тряпку на спину, потащив Гарри по стеклу, пока ребенок хихикал у него на руках. Сириус использовал свою палочку, чтобы избавиться от коробок с барахлом, и нашел в сарае длинный деревянный стол, который, по его мнению, идеально подходил для использования Гарри и Римусом. К нему он купил два стула, и Гарри помог ему построить доску, задавая вопросы, пока Сириус забивал гвозди в раму, позволив Гарри помахать крошечным молоточком и закончив работу.
  Сириус повесил доску на стену, а другую сторону стены превратил в книжную полку. Ему потребовалась целая неделя, чтобы закончить комнату, купить новые светильники и школьные принадлежности с помощью Гарри. Он нашел удивительно забавным и катарсическим делать все по-маггловски, когда Гарри задавал бесконечный поток вопросов о том, что он делает.
  Гарри сразу же заинтриговался, когда Сириус объяснил ему, что они строят классную комнату.
  - Зачем?
  Сириус только что улыбнулся ему, посадив мальчика к себе на колени, пока они отдыхали, перекусывая тыквенным соком, сыром и крекерами.
  - Чтобы ты мог учиться.
  - Учиться в школе?
  - Ну, вместо того, чтобы ходить в настоящую школу, мы с дядей Муни подумали, что ты можешь учиться здесь, и дядя Муни будет твоим учителем.
  Гарри удивленно посмотрел на Сириуса.
  - Только дядя Муни и я?
  - Ага, только вы вдвоем.
  - Никаких других детей? - спросил он в замешательстве.
  Гарри не мог представить себе школу без детей, но школа без других детей означала, что ему не нужно было пытаться подружиться с ними. Это означало, что Дадли не причинит им вреда, если они попытаются подружиться с Гарри.
  - Других детей нет. Но не волнуйся, Гарри, рано или поздно мы найдем тебе детей, с которыми ты сможешь поиграть, - с улыбкой сказал ему Сириус, наблюдая, как его крестник ест приготовленную им закуску.
  Это было что-то еще, что он тоже не учел. В какой-то момент Гарри нужно будет находиться рядом с другими детьми; это не было необходимостью, пока он держал людей рядом с Гарри. Он не хотел, чтобы тот был застенчивым и необщительным с другими, но он также эгоистично хотел держать его в себе немного дольше.
  Гарри улыбнулся Сириусу.
  - Не могу дождаться, чтобы учиться в моем новом классе, дядя Бродяга.
  Сириус просиял.
  - Я тоже, маленький человек.
  ***
  К тому времени, когда наступило это воскресенье, Сириус еще больше хотел, чтобы МакГонагал приехала и навестила его. Он хотел показать маленький залитый солнцем класс, который они с Гарри подготовили. Римус видел его накануне и сказал Сириусу, что он идеален. Он даже составил список книг, которые хотел бы получить в течение следующих двух недель, чтобы использовать в будущем.
  Но в час пятнадцать утра в воскресенье волнение Сириуса по поводу занятий в классе и визита МакГонагалл отошло на второй план, потому что это был первый раз, когда Гарри приснился кошмар за те четыре недели, что он провел с Сириусом.
  Сердце Сириуса остановилось в груди, когда он внезапно очнулся от мертвого сна в своей собаке Анимаге, в постели своего крестника, где он продолжал спать большую часть ночи - каждую ночь.
  Сириус снова превратился в самого себя, когда Гарри закричал. Он видел, что все еще спит, его маленькое тельце корчилось от ужаса, пока он двигался по кровати. Сириус потянулся, чтобы коснуться его, и он снова закричал в панике, когда руки Сириуса потянулись, чтобы коснуться его тела в попытке успокоить его, и волна синего света вырвалась и удара током Сириуса.
  Сириус тут же отпустил его, проведя рукой по своим волосам, его глаза расширились от ужаса, а волосы встали дыбом от толчка, который только что нанес ему Гарри. Мерлин, мальчик был сильным, подумал он.
  - Гарри? - воскликнул он спокойно, пытаясь помешать страху проникнуть в его голос. - Гарри, проснись, маленький человек. Давай, сохатик, просыпайся!
  Ему потребовалось почти две минуты, чтобы вытащить ребенка из кошмара. Зеленые глаза Гарри открылись, и от ужаса в них сердце Сириуса остановилось. Он сел на кровать и протянул руки к мальчику.
  - Все в порядке, сохатик, это был всего лишь сон. Все в порядке.
  Широко распахнутые глаза Гарри какое-то время смотрели на него, как будто не осознавая, что он действительно здесь.
  - Иди сюда, сохатик. Я все сделаю, - сказал ему Сириус, все еще раскинув руки.
  Он хотел, чтобы тот знал, что он в безопасности. И он хотел, чтобы Гарри подошел к нему, он не хотел его пугать - только не этими зелеными глазами, уже такими широко распахнутыми от ужаса.
  Гарри продолжал смотреть на него какое-то время, а затем переместился в объятия Сириуса, позволив мужчине прижать его к своей груди, когда тот начал плакать.
  - Тсс, все в порядке, Гарри, дядя Сири здесь, - пробормотал он, целуя крестника в макушку.
  Пальцы Гарри вцепились в рубашку Сириуса, а его слезы впитались в ткань.
  - Расскажи мне о своем сне, Гарри, - сказал ему Сириус, нежно проводя рукой по спине мальчика концентрическими кругами, целуя его в щеку, когда они раскачивались взад и вперед. - Тебе станет легче, если ты мне скажешь.
  Гарри покачал головой, его маленькое тело дрожало.
  - Ты всегда можешь рассказать мне что угодно, сохатик, - успокаивающе пробормотал Сириус, еще раз поцеловав мальчика в макушку. - Обещаю, все будет хорошо. Здесь ты в безопасности, маленький человек. Дядя Бродяга здесь.
  - Я... я был в своем шкафу, - начал он едва слышным шепотом. - Дадли бил в дверь и кричал, так что дядя Вернон распахнул ее и вынудил меня выйти. Дадли сказал ему... волосы моего учителя посинели. Дадли сказал, что это сделал я, но я не знаю, как это сделал я!
  Волшебный знак, подумал Сириус, он задавался вопросом, сколько их могло быть у Гарри и насколько это повлияло на то, как его родственники обращались с ним из-за страха, который они испытывали перед чем-то, чего они не понимали.
  - Синие волосы, и она была так зла. Моя учительница закричала, когда увидела, что они стали синими. Она никогда не винила меня в этом, но Дадли сказал, что это была моя вина. Я не знал, как я это сделал. Он... он так сильно ударил меня в живот, что я упал. Он кричал, чтобы я встал, а потом снова ударил меня в живот. Когда я начала плакать, он наорал на меня. Уроды не плачут. Уроды не принадлежат друг другу. Уроды не имеют значения, - с горечью повторил Гарри, и яд в этих словах сжал сердце Сириуса, как тиски.
  То, как Гарри повторял слова, как мантру, подсказывало ему, что эти слова он слышал чаще, чем что-либо еще.
  - Он снова ударил меня в живот, и меня вырвало на пол, - сказал Гарри, его голос стал немного громче, но все еще тихим, как будто он все еще спал.
  Сириус продолжал потирать спину, не говоря ни слова. Он не хотел прерывать его.
  - Тетя Петуния дала мне ведро, чтобы я мог зачерпнуть блевотину руками. Она дурно пахла, и меня снова вырвало - на одежду. Онапотащила меня в вану и заставила меня лечь. Вода была холодной, и я чихнул, но тут она засунула мою голову под воду. У меня болело горло, и я не мог дышать.
  Ближе, прижимаясь лицом к сердцу Сириуса, когда он говорил, его теплые слезы промокли сквозь рубашку Сириуса.
  - Затем раздался грохот, и тетя Петуния закричала. Я захлебнулся водой, когда она отпустила, и когда я подняла глаза, то увидела, что зеркало разбито, а в ванной комнате повсюду стекло. Она ударила по щека так сильно, что я упал обратно в воду. Дядя Вернон сказал, что только уроды взрывают вещи, и что никто никогда не полюбит такого неблагодарного урода, как я. Он толкнул меня обратно под воду, а затем поднял меня, положив руку на мою шею и он сжал - и это было больно - а потом он бросил меня в мой шкаф, и я ударился головой о стену. Он запер дверь и сказал, что если я пикну, он избьет меня до крови. Было так темно, что я не мог не вижу и у меня заурчало в животе, но меня не выпускали. Целый день и я... Я должен был пойти в туалет, и мне не разрешили, поэтому я помочился в свой шкаф. На следующий день живот болел, но Тетя Петуния говорила, что я слишком неблагодарен для еды, что темно и страшно, и я совсем один! Я совсем один! - воскликнул он, снова дрожа, так как его голос стал теперь слегка истеричным. - Я звал и звал тебя, дядя Сириус, но меня заперли в чулане!
  - Тсс, - промурлыкал Сириус, поняв теперь, откуда взялся этот ужас. Он застрял в памяти, зовя Сириуса, но кошмар держал его слишком крепко.
  - Я здесь, сохатик, я здесь. Я никуда не уйду. Обещаю.
  - Было так темно, - закричал Гарри, по его щекам катились слезы. - А у меня все болело, а меня не выпускали. Я не мог выбраться!
  - Тсс, - продолжал напевать Сириус, обнимая мальчика, пока тот раскачивался взад-вперед на своем месте на кровати.
  Гарри все еще плакал и дрожал, но страх, казалось, немного утих. Он тихо напевал себе под нос, а когда узнал мелодию песни, улыбнулся про себя и начал нежно петь, двигаясь, прислонившись спиной к спинке кровати и натянув одеяла, чтобы укутать их обоих, пока он пел.
  - Нет ничего невозможного, что нельзя было бы сделать, ничего нельзя спеть, что нельзя было бы спеть, ничего нельзя сказать, но можно научиться играть в эту игру, это легко. Быть созданным, вы не можете спасти того, кого нельзя спасти, вы ничего не можете сделать, но вы можете научиться быть собой со временем, это легко. Все, что вам нужно, это любовь, все, что вам нужно, это любовь, все, что вам нужно, это любовь, любовь; любовь - это все, что тебе нужно, - пропел он, улыбаясь, когда Гарри немного расслабился.
  Пока Сириус держал Гарри и продолжал петь, он понял, что последний раз, когда Гарри слышал эту песню, был, когда Джеймс пел ее, укачивая младенца Гарри, чтобы он заснул у него на руках. Джеймс был большим поклонником Битлз и почти все время пел эту песню своему сыну, чтобы успокоить его. Джеймс был гораздо более талантливым певцом, но и у Сириуса был достойный голос.
  Он вспомнил один из первых дней, когда он отправился навестить Джеймса и Лили после рождения Гарри. Лили открыла дверь, улыбнулась ему и обняла, когда он вошел. Ее рыжие волосы были заплетены в небрежную косу на спине, на ней была гриффиндорская футболка для квиддича и джинсовые шорты.
  - Сириус! Рада тебя видеть!
  - Привет, Лили, ты прекрасно выглядишь, - сказал он ей, вручая ей в подарок две большие плитки шоколада Honeyduke, которые он привез с собой.
  - Лжец. Я сейчас в полном беспорядке, - сказала она ему, поправляя рукой небрежную косу, в которую были заплетены ее волосы. - Шоколад, как мило с твоей стороны!
  Он пожал плечами.
  - Это была идея Римуса, так что вы можете поблагодарить его. Он сказал, что дети получают все внимание, и иногда маме нужно немного угощения для себя.
  Глаза Лили наполнились слезами, и она крепко обняла его.
  - Это самое милое! Извините, мои гормоны все еще немного не в порядке, и иногда я не могу остановить водоразлив- сказала она ему со смехом. - Джеймс наверху в детской с Гарри. Я собираюсь принять душ - очень нужно.
  Сириус улыбнулся и посмотрел, как она направилась в ванную, поэтому он поднялся наверх в детскую, улыбаясь, когда услышал, как поет его друг. Он стоял за дверью, вне поля зрения Джеймса, который сидел в кресле-качалке и держал на руках своего двухнедельного сына. Его палец был крепко сжат в маленькой руке Гарри, и он улыбался своему сыну, когда пел, а Гарри удивленно смотрел на него.
  - Нет ничего, что вы могли бы знать, чего бы вы не знали. Ничего, что вы могли бы увидеть, что не было бы показано. Нужна любовь, все, что вам нужно, это любовь, любовь, любовь - это все, что вам нужно.
  Он повернул голову, чтобы поцеловать маленькую головку Гарри, и Сириус вошел в детскую, а Джеймс посмотрел на него снизу вверх.
  - Сначала он начал с "Битлз", а Сохатый?
  Джеймс улыбнулся, встал со спящим ребенком, нежно поцеловал его в щеку и осторожно уложил в люльку.
  - Никогда не может быть слишком рано. Ему нравится, когда я пою ему. Досихпорячередовал "All You Need is Love", "I Will" и "Blackbird". Ему нравится слушать, как я пою".
  Он осторожно отошел от спящего младенца и жестом пригласил Сириуса следовать за ним в гостиную. Он взмахнул палочкой, и комната внезапно наполнилась мягким дыханием Гарри.
  - Что за...?
  - Очарование для наблюдения за ребенком, - объяснил Джеймс, ухмыляясь своему другу. - Так чем ты занят, Бродяга? Прошла почти неделя с тех пор, как я тебя не видел!
  Сириус пожал плечами, вытянулся на мягком диване и провел рукой по своим локонам, которые падали ему на лицо.
  - Не так уж много. Решил дать тебе и Лили немного времени с новорожденным, записать распорядок дня... например, спеть ему.
  - Ты просто завидуешь, потому что я пою лучше тебя.
  Сириус ухмыльнулся ему.
  - Ты умеешь хорошо петь, это правда. Возможно, ты мог бы стать знаменитым, если бы приложил усилия. Лили до сих пор любит, когда ты играешь для нее на гитаре?
  Джеймс улыбнулся.
  - Конечно. Я тоже однажды играл для Гарри. Он становится очень спокойным, когда я пою ему.
  - Битлз, каждый раз?
  - В основном, - сказал Джеймс с ухмылкой.
  - Как ты думал, что я собирался пойти на все стандартное и спеть" Lavender's Blue DillyDilly "или" Hush Little Baby", когда есть так много замечательных песен The Beatles, которые нужно спеть?
  Сириус рассмеялся. Младенцы могут изменить людей, которых он понял, но не там, где это важно.
  - Никогда. Ты качаешь сохатика, сохатый.
  - Ага. - Сказал Джеймс просто.
  Сириус знал, что Джеймс пел Гарри почти каждую ночь перед сном, и он задавался вопросом, помнил ли Гарри на каком-то сознательном уровне, когда он начал петь слова "Битлз" своему крестнику, что его отец пел ему и это утешало его так же, как и то, что Сириус держал его. Он на это надеялся. Он надеялся, что Джеймс сейчас здесь, наблюдает за своим сыном и знает, что Сириус делает все возможное, чтобы успокоить его и показать, как сильно он его любит.
  Он продолжал петь, и Гарри все больше и больше расслаблялся рядом с ним, а затем Сириус почувствовал, что успокаивается, когда Гарри наконец заснул.
  ***
  Солнечный свет вспыхнул перед его закрытыми глазами, и он открыл их. Он не помнил, как сам заснул. Он почувствовал движение крошечного тела, все еще прижатого к нему, его голова покоилась на его сердце, и он улыбнулся. Это был первый раз, когда он утешал Гарри ночью как сам себя, а не как собака. Гарри был полностью расслаблен и доверял человеку, который держал его, а не собаке.
  Он подумал о том, что Гарри сказал ему прошлой ночью, и подавил гнев. Он хотел знать, что с ними будет; какие последствия им грозит за то, как они обошлись с таким невинным и милым ребенком, но в то же время - он боялся узнать. Он уже знал, что если бы они не были такими суровыми, как он хотел, он, возможно, не смог бы удержаться от того, чтобы сделать их такими. И Гарри нуждался в нем. Он не собирался делать ничего, что могло бы навредить его крестнику, и его отсутствие определенно не в интересах Гарри.
  Он не собирался возвращаться в Азкабан.
  Он слегка пошевелился, и Гарри пошевелился, потерся щекой о грудь Сириуса. Сириус нежно провел рукой по спине. Гарри уютно устроился в его объятиях, прежде чем моргнуть по-совиному, оглядываясь по сторонам в полусонном состоянии.
  - Доброе утро, сохатик, - сказал ему Сириус, тепло улыбаясь. Он потянулся, чтобы схватить очки Гарри и осторожно надел их на лицо своего крестника.
  Зеленые глаза Гарри сфокусировались на нем через линзы, и он улыбнулся.
  - Доброе утро, дядя Бродяга.
  Сириус сел, подняв Гарри за собой и посадив к себе на колени.
  - Ты хорошо спал?
  Гарри кивнул.
  - Угу. Можно мне позавтракать?
  - Еще бы. Что ты хочешь съесть на завтрак сегодня утром?
  - Блины и бекон, - ухмыльнулся Гарри.
  Сириус усмехнулся, вставая и усаживая Гарри на кровать.
  - Звучит здорово. Давай сначала сходим в туалет, а потом приготовим. Я покажу тебе, как их приготовить из свежей черники.
  Гарри широко улыбнулся, и Сириус смотрел, как он спешит в ванную. Он собирался быть в порядке; он может даже не помнить, что ему приснился кошмар, но с ним все будет в порядке.
  Они оба были бы в порядке.
  МакГонагалл прибыла по камину в тот же день.Отряхнувшись, когда вошла в гостиную, осматривая комнату с умеренным интересом. Она улыбнулась, когда увидела Сириуса, сидящего на диване.
  - Сириус, спасибо, что пригласил меня сегодня.
  Сириус ухмыльнулся и предложил ей сесть.
  - Я хотел немного устроиться, прежде чем я это сделал, но вы определенно получили приглашение.
  МакГонагалл села в кресло и улыбнулась ему.
  - Где Гарри?
  - пошел вздремнуть, - сказал ей Сириус, взглянув на часы. - Он должен встать в ближайшие полчаса.
  МакГонагалл улыбнулась.
  - Он уже есть в расписании, посмотри на себя, гордый папа.
  Сириус пожал плечами, усмехнувшись.
  - Он удивительный ребенок. И он очень хочет встретиться с вами сегодня. Я сказал ему, что, когда он проснется от своего сна, у нас будет гостья.
  - Как вы поживаете, приспосабливаетесь друг к другу? - спросила она, ее глаза задержалисьна нем.
  Сириус Блэк все еще был очень красивым молодым человеком. Он сидел перед ней в выбеленных голубых джинсах с дырками на коленях и белой майке. Одна нога была закинута на другую, ступни босые. Его волосы свисали именно так, с пробором влево и идеально обрамляли его лицо. Серебряное кольцо и бриллиантовая серьга в его левом ухе сверкали. Его лицо было покрыто темной щетиной, которая ему шла и делала его немного опасным. Его подтянутые руки были покрыты татуировками, намеки на что-то еще под рубашкой, а на шее у него был набор жетонов. Он выглядел как красивый молодой бунтарь - двадцатишестилетний и опасный, - но у него было золотое сердце, и теперь он брал на себя обязанности полноценного родителя.
  МакГонагалл должна была признать, что она была более чем впечатлена этим. Это была большая ответственность, особенно для того, кто всю свою жизнь избегал ответственности. И, проведя почти пять лет в тюрьме, должно быть, он научился быть еще менее ответственным: быть диким и мятежным и жить той жизнью, которую он заслужил, прожив все те годы, которые он провел в ловушке с дементорами.
  Сириус улыбнулся ей, вытянув руки над головой.
  - У нас все отлично, я думаю. Он, наконец, по-настоящему доверяет мне, Минни. Он действительно доверяет мне. Прошлой ночью ему приснился кошмар. Частично кошмар, частично воспоминание, и он разбудил меня криком. Я не мог прикоснуться к нему, потому что это только усилило ужас и панику, которые он испытывал. Мне потребовалось почти две минуты, чтобы разбудить его, что было для меня ужасом - самые долгие две минуты в моей жизни! Когда я наконец разбудил его, он просто прижался ко мне, и я испытал такое облегчение от того, что он проснулся, что просто обнял его и пел ему. Вот так мы и заснули. Я проснулся сегодня утром, когда он прижался к моему сердцу, и это было правильно.
  Глаза МакГонагалл были грустными. Она не могла понять, как кто-то может причинить ребенку такую боль, что ему будут сниться кошмары по этому поводу.
  - Он говорил тебе, что ему снится, что так его пугает?
  - Часть памяти, как я уже сказал. Я же говорил тебе, что те магглы, с которыми он жил, жестоко обращались с ним, - сказал он, и она кивнула в знак подтверждения. - Это было то, что они сделали, потому что он случайно сотворил магию. Он сильный ребенок. Судя по тому, что я увидел в его прошлом, он окрасил волосы учителя в синий цвет и взорвал зеркало. Я уверен, что были и другие, но даже это довольно крайние случаи магии несовершеннолетних.
  МакГонагалл кивнула.
  - Похоже, страх вынудил их тоже всплыть на поверхность. Страх мотивирует к магии, но не всегда; иногда страх подавляет их магию, а иногда увеличивает ее.
  Сириус кивнул, теребя жетоны на шее, пока думал об этом. Единственный раз, когда Гарри проявлял магию, был, когда он был напуган, поэтому логика МакГонагалл имела смысл.
  - Сын Джеймса и Лили Поттер обязательно должен быть сильным. Он толкнул меня прошлой ночью, когда я попытался его разбудить; я чувствовал себя так, будто меня ударило током - и в первую же ночь, когда я искупал его, он сделал водяной смерч, который выстрелил мне прямо в лицо. Оба раза он боялся. Он уже силен.
  - Да, это так, - сказала МакГонагалл, широко раскрыв глаза.
  - Я полагаю, что он станет еще более сильным, когда станет старше. Сириус, что это за жетоны, которые ты носишь? Я помню, что они у тебя тоже были много лет назад, и мне всегда было интересно.
  - Эти? - спросил он, выпуская их из рук. - Постоянная шутка между мной и Джеймсом. Он купил их мне на мое семнадцатилетие. Они говорят: "Гордость Бродяги, если найдете, пожалуйста, верните Лунатику или Сохатому". Затем второйжетон гласит: "Когда он тебя раздражает, посади его в собачью будку".
  МакГонагалл усмехнулась.
  - Очень занимательно.
  - Я никогда не снимал их, и они не забрали их у меня, когда я был в тюрьме, за что я был невероятно благодарен. Это просто заставляет меня чувствовать себя ближе к Джеймсу. Мне нравится держать это при себе, - сказал ей Сириус, улыбаясь.
  - Как вы должны.
  Взревел камин, и Сириус удивленно поднял глаза, когда Римус вышел, отряхиваясь.
  - Привет, Бродяга. О, привет, Минерва, - удивленно сказал Римус, стоя перед камином.
  - Привет, Лунатик, не ожидал увидеть тебя раньше вторника.
  Римус кивнул, вытирая пепел с рукавов.
  - Я знаю. Я просто хотел закинуть тебе список книг, о которых говорил, и хотел узнать, не хочешь ли ты, чтобы я приготовил что-нибудь на ужин, но у тебя есть компания.
  - О, ты определенно можешь остаться и приготовить что-нибудь на ужин, - со смехом сказал Сириус.
  Римус усмехнулся.
  - Тогда я собираюсь сделать себе чашку чая. Минерва, хочешь?
  - О, точно, я хозяин и все такое, - с ухмылкой сказал Сириус. - Прости, Минни.
  - Я бы хотела чашку чая, Римус, спасибо. И все в порядке, Сириус.
  Когда Римус направился на кухню заваривать чай, МакГонагалл улыбнулась Сириусу.
  - Я рада видеть, что Римус помогает тебе с едой. Ты не очень хорошо готовишь?
  - Не так много, как почти совсем. Я могу приготовить завтрак - в основном, и я могу разогреть еду, но в остальном готовка - определенно не моя сильная сторона, - сказал он ей со смехом. - Но я пытаюсь учиться, и Гарри помогает мне. У него удивительная способность к этому, и он не дает мне сделать что-то слишком катастрофическое. Он может стать шеф-поваром в этой семье, когда станет старше.
  Она усмехнулась, скрестив ноги на стуле.
  - Значит, в твоем письме упоминалось, что ты думаешь о домашнем обучении Гарри?
  Сириус кивнул, скрестив ноги.
  - Римус собирается учить его. Я говорил со своей кузиной Андромедой о том, чему она научила Дору. Мы с Римусом немного говорили об этом на прошлой неделе: о его уровне мастерства и о том, чему он должен научиться. Но я подумал, что услышать твои мысли было определенно важно.
  Он встал, протягивая ей руку.
  - Пойдем посмотрим, что мы с Гарри сделали.
  МакГонагалл приняла его руку и позволила ему провести ее в солярий от кухни и гостиной. Она улыбнулась, когда увидела книжный шкаф, классную доску и стол.
  - Сириус, это выглядит чудесно! Здесь тепло и уютно. Я думаю, ты создал прекрасную среду для обучения Гарри.
  Шея Сириуса слегка покраснела от ее похвалы.
  - Спасибо. Мы много работали над этим, и, очевидно, мы добавим много книг на полку, и Римус соберет то, что ему нужно. Может быть, мы сможем покрыть большую часть этой стены школьными работами Гарри. Это будет здорово.
  Она последовала за ним обратно в гостиную и снова села.
  - Для меня большая честь, что ты думаешь обо мне, Сириус, но то, чему ты решишь научить Гарри до того, как он поступит в Хогвартс, полностью зависит от тебя. Чтение и письмо, безусловно, важны, но с точки зрения предмета Гарри научится важным вещам, когда приедет в Хогвартс.
  - Дядя Сириус? - спросил тихий голос, когда Сириус повернулся на своем месте, чтобы широко ухмыльнуться взлохмаченному мальчику, который одной рукой протирал глаза, а другой рукой цеплялся за оленя и Лили.
  - Эй, сохатик, как ты вздремнул?
  Гарри сдвинул очки на переносицу и кивнул.
  - Хорошо.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Иди сюда, сохатик. Это та гостья, о которой я говорил тебе, что она будет здесь, когда ты проснешься, ты помнишь ее имя?"
  Гарри подошел к тому месту, где на диване сидел Сириус, и повернулся, чтобы улыбнуться МакГонагалл.
  - Здравствуй, тетя Минни, - мягко сказал он, забираясь Сириусу на колени.
  - Тетя Минни - он только что...?
  Увидев широкую ухмылку Сириуса, она рассмеялась.
  - Сириус Блэк, ты, должно быть, шутишь?
  Сириус рассмеялся, когда Гарри улыбнулся им двоим.
  - Что смешного, тетя Минни? - спросил Гарри, переводя взгляд с МакГонагалл на Сириуса.
  МакГонагалл тепло улыбнулась Гарри и покачала головой.
  - Ничего, Гарри. Приятно познакомиться. Ты очень похож на своего отца.
  - Кроме глаз, - сказал Римус, войдя в гостиную с подносом с чаем и закусками.
  - У него глаза Лили.
  Гарри спрыгнул с дивана и поспешил к Римусу, обняв его за ногу и поставив поднос.
  - Дядя Муни!
  Римус усмехнулся и поднял Гарри.
  - Привет, маленькийсохатый, ты хорошо выспался?
  - Да. Мне приснилось песние.
  - Пение? - заинтересованно спросил Римус. - Вы пели?
  Гарри покачал головой, когда Римус сел на диван, оттолкнув ноги Сириуса и усадив Гарри между ними.
  - Нет. Там был мужчина с взлохмаченными волосами и в очках, и он играл на гитаре.
  Глаза Сириуса метнулись к лицу его крестника. Прошлой ночью он пробудил воспоминания; воспоминания о том, как Джеймс Поттер пел своему сыну. Он был невероятно доволен собой при этой мысли.
  - Что он пел, Гарри, ты помнишь?
  - Нет, но это было мило. - Он с интересом посмотрел на поднос, который Римус поставил на журнальный столик. - Можно мне пченье?
  - Можно мне печенье, Гарри, - поправил Римус, улыбаясь.
  - Можно мне печенье, дядя Римус?
  Римус усмехнулся и протянул ему печенье.
  - Конечно.
  Сириус внимательно наблюдал за Гарри, и он, казалось, поймал себя на том, что улыбается и снова поворачивается к МакГонагалл. То, что Гарри снится, как его отец поет ему и играет на гитаре, не было простым совпадением. Сириус пробудил в нем раннее детское воспоминание, и он был до смешного доволен собой. Он хотел, чтобы Гарри помнил хорошие вещи, какими бы крошечными и незначительными они ни были. Отсутствие воспоминаний о двух людях, которые любили его больше, чем сама жизнь, было трагедией, и он надеялся, что сможет исправить это любым возможным способом, каким бы незначительным он ни был.
  Гарри доел печенье, не сводя глаз с МакГонагалл.
  - У вас есть маленький мальчик, тетя Минни?
  МакГонагалл выглядела ошеломленной вопросом, а Римус фыркнул в чай, кашляя.
  - И-и-извини, - выдавил он, отдышавшись и глядя на Сириуса.
  - Нет, Гарри, у меня нет детей. Я профессор Хогвартса.
  - Что такое Хогвартс? - спросил ее Гарри.
  - Это школа, где изучают магию, - сказала она с улыбкой.
  Глаза Гарри были широко раскрыты.
  - Изучают магию? Как то, что делают дядя Бродяга и дядя Лунатик?
  - Верно, - сказала она, тепло улыбаясь. - Когда ты станешь старше, ты тоже придешь и научишься.
  - Но не сейчас, - сказал он, глядя на двух своих дядей, как будто обеспокоенный тем, что сегодня же его отправят в какую-то школу магии.
  Римус покачал головой, наконец сдерживая приступ кашля.
  - Нет еще, нет. Ты отправишься в Хогвартс, когда тебе исполнится одиннадцать.
  Сириус улыбнулся Гарри.
  - Гарри, ты хотел еще кое-что спросить у тети Минни, не так ли?
  Его глаза озорно мерцали, и Римус смотрел то на Гарри, то на Сириуса, то с легким весельем, то с ужасом.
  Гарри широко улыбнулся, спрыгивая с дивана и подходя к креслу, на котором сидела МакГонагалл.
  - Тетя Минни?
  - Да, Гарри? - осторожно спросила МакГонагалл.
  Мальчик перед ней был совершенно очарователен, но, судя по тому, как глаза Сириуса мерцали в предвкушении, она была на девяносто процентов уверена, что следующие слова, сорвавшиеся с уст его крестника, будут чем-то, что мог бы придумать только Сириус Блэк.
  Гарри на мгновение посмотрел на нее, прикусив нижнюю губу, прежде чем заговорить. Он мило улыбнулся ей, и она почувствовала, как смягчилось ее сердце.
  - Дядя Сириус говорит, что ты можешь превратиться в кошку.
  - Он прав, я могу. Я анимаг.
  Гарри кивнул, поняв термин, и улыбнулся ей.
  - Значит, у тебя есть лоток?
  Глава 16: Эпизод с профессором Муни
  Примечание автора:
  Я провел небольшое исследование и выяснил, что в мире Гарри Поттера профессор зарабатывает примерно от 32 000 до 47 000 фунтов стерлингов в год. Когда вы конвертируете это в волшебную валюту, это равно примерно 40 000 фунтов стерлингов, что составляет 13 273 галеона 14 сиклей 5 кнатов.
  365 дней в году, 52 недели; 4 учебных дня в неделю = 208 учебных дней, так как обучение на дому означает также обучение летом;
  40 000? 208 = ?192 в день, который затем конвертируется в волшебную валюту.
  13 273 галеона? 208 = 63,8 галеона
  14 ? 4 (дня в неделю) = 3,5
  5 дней, 5 кнатов, 1 кнут в день
  Дневная заработная плата: 64 галеона (округление), 4 серпа (округление) и 1 кнут.
  По какой-то причине мне очень хотелось, чтобы это было точно, и я потратил смехотворное количество времени, выясняя это с помощью веб-сайта: конвертер маггловских валют банка Гринготтс. А так как Гарри, так сказать, обучается на дому - он учится каждую неделю - так что о летних каникулах и речи быть не может, потому что он уже дома. Мои друзья, которые обучались на дому, учились таким образом, и я согласен с этим, так что я пошел именно по этому пути.
  Кроме того, я думаю, что упоминал об этом раньше, но я чувствую, что большинство из нас согласны с тем, что Сириус происходил из аналогичного прошлого жестокого обращения в своем собственном доме, и я хотел бы рассказать об этом более подробно. Поттермор перечисляет смерть Вальбурги Блэк в 1985 году, поэтому в моей истории она умерла, когда Сириус все еще находился в тюрьме.
  текст:
  После того, как Гарри всю неделю помогал собрать класс, Сириус решил потихоньку начать вводить некоторые ежедневные обязанности для Гарри в свой распорядок дня. Каждое утро после завтрака он показывал Гарри, как самому заправлять постель, прежде чем одеться. И он поручил Гарри сервировать стол перед каждым приемом пищи. Это были мелочи, но он хотел, чтобы Гарри привык к ним, и он мог видеть, как мальчик стремился помочь всем, чем мог. Он вспомнил, как ему нравилось помогать Юфимии и Флимонту, когда они взяли его к себе. Быть полезным было полезнее для психического здоровья, чем можно было себе представить.
  К третьему дню Гарри даже не нужно было просить, он сам заправил постель (хоть и немного комковато, но он это сделал) и забрался на стул, чтобы убрать посуду на завтрак раньше чем Сириус сообразил, что они едят. Это заставило его улыбнуться. Они хорошо приспособились друг к другу, и он надеялся, что Гарри наконец понял, что это его дом.
  В тот день после завтрака Сириус снова повел Гарри к целителю Кастелланос для его второго осмотра. Они направились в больницу Святого Мунго, пока Гарри хихикал над вращением в пламени, прежде чем они вошли в больницу и направились в детскую палату.
  Целитель немедленно впустила их, и Сириус сел рядом с Гарри на высокий мягкий стол, когда дверь закрылась.
  - Ты помнишь целительницу Алтею Кастельянос, Гарри? - спросил его Сириус, жестом показывая, чтобы он снял рубашку, готовясь к осмотру.
  Гарри кивнул, стягивая рубашку и передавая ее Сириусу.
  - Да.
  - Она еще раз осмотрит тебя и просто проверит, все ли в порядке, хорошо? Я не хочу, чтобы ты волновался.
  Гарри улыбнулся ему, как бы говоря, что он не беспокоится.
  Когда дверь открылась и вошел Кастелланос, Сириус широко улыбнулся ей. Он забыл, насколько она хороша, или убедил себя, что на самом деле она не так хороша, как он помнил. В любом случае, он ошибался. Сегодня ее золотисто-светлые волосы были заколоты сзади заколкой, а распущенные пряди ниспадали на лицо. Она тепло улыбнулась им обоим и закрыла за собой дверь.
  - Привет, Гарри, как ты сегодня?
  Гарри слегка улыбнулся ей.
  - Хорошо.
  Кастелланос улыбнулась Сириусу.
  - Как он ест?
  - Хорошо. Думаю, у нас хороший распорядок дня. Он завтракает, а затем перекусывает, обычно часа через три, обедает около часа, немного вздремнет и иногда перекусывает, когда просыпается. Мы ужинаем около шести и он ложится в восемь тридцать или девять. - объяснил ей Сириус, тепло улыбаясь.
  - И он почти всегда убирает свою тарелку. Перекусы иногда включают печенье или мороженое, но обычно у него есть сыр, крекеры или фрукты.
  - Отлично, - сказала она, сделав несколько заметок в блокноте, прежде чем положить его на стол у двери. Она вытащила палочку из рукава и улыбнулась Гарри.
  - Гарри, я проверю тебя, как в прошлый раз, хорошо?
  Гарри кивнул и последовал ее инструкциям, пока она проверяла его сердцебиение. Она ткнула его в ребра, посмотрела на тонкие шрамы на спине -которые в основном зажили, но легкие оставленные отпечатки все еще были видны и, вероятно, останутся там на всю жизнь. Она проверила его уши и проверила горло. Она взвесила его и измерила рост, с улыбкой записав результаты. Когда она закончила, она протянула ему его рубашку, и он натянул ее через голову.
  - Все выглядит очень хорошо. Он прибавил в весе три килограмма за четыре недели с тех пор, как я его видел, и это отличное начало. В идеале, если бы он смог прибавить еще от четырех до шести, это было бы замечательно. Вы сказали, что у его отца был похожая комплекция?
  Сириус кивнул, наблюдая, как она вытащила перо из-за уха и схватила блокнот.
  - Джеймс всегда был тощим и худым, пока нам не исполнилось тринадцать. Потом он, наконец, начал полнеть, понимаете?
  - С его весом следует учитывать семейную историю, - объяснила Кастелланос, пока она делала свои записи. - Он выздоравливает, и я вижу улучшения в его питании и в его поведении, я бы сказала, что вы делаете очень хорошую работу, мистер Блэк.
  - Сириус.
  - Хм? - возразила она, ее глаза смотрели на него из-за блокнота, в котором она что-то писала.
  - Меня зовут - это Сириус.
  Она лишь мгновение смотрела на него.
  - Как я уже сказала, мистер Блэк, Гарри отлично выглядит. Продолжайте в том же духе. Соблюдайте его диету: фрукты, овощи, кальций и белок. Он принимал витамины?
  Сириус кивнул.
  - Каждое утро, верно, сохатик?
  - Красные конфеты? - спросил Гарри, его зеленые глаза улыбались. - Мне это нравится, Целительница Тея.
  - Видишь ли, каждое утро, - с улыбкой сказал Сириус.
  - Хорошо. Я вижу, что у него все хорошо. Если не произойдет что-то, что касается вас, я не думаю, что мне нужно снова видеться с Гарри еще три месяца. Я проверю, как он себя чувствует, и ему будет к тому времени шесть?
  Получив кивок Сириуса, она улыбнулась.
  - К тому времени у нас будет несколько зелий для иммунизации для него. Шесть лет - это нормальный возраст, когда мы реализуем несколько ключевых зелий, таких как драконья оспа и брызги, которые помогают укрепить иммунитет ребенка к этой болезни. Также зелье от золотухи и исчезающей болезни. ... Они не остановят его от их заражения, но если он заразится ими, в его организме уже будут антитела, борющиеся с болезнью, которые могут принести ему только пользу в будущем. Я попрошу на стойке регистрации дать вам литературу по ним для нашей следующей встречи. А пока, до свидания мистер Блэк".
  - Кастелланос, - сказал Сириус, кладя руку на дверь, чтобы она не открыла ее. - О чем я вам писал, наступит ли день, когда я смогу навестить вашего брата по поводу того, что вы знаете для кого?
  Кастелланос обернулась и посмотрела на него.
  - Я поговорю с ним сегодня вечером и расскажу тебе подробности.
  - Спасибо, - сказал он с ухмылкой, осторожно заправляя прядь ее волос за ухо. - Может быть, мы можем поговорить об этом за одну ночь, может быть, за ужином?
  Кастелланос только хладнокровно посмотрела на него.
  - Увидимся на следующей встрече с Гарри, мистер Блэк.
  Затем она поспешила к выходу, закрыв за собой дверь.
  Сириус лишь усмехнулся. Не тот результат, на который он надеялся, но он полагал, что отвык от практики.
  Кроме того, она на самом деле не сказала "нет".
  Он повернулся к Гарри и улыбнулся.
  - Готов идти домой, маленький человек?
  ***
  Гарри провел свой первый день в школе с профессором Муни, так как дядя Бродяга ласково велел ему позвонить своему новому учителю в ту пятницу. Гарри был взволнован перспективой пойти в школу, которая на самом деле не была школой. Он позавтракал овсянкой с ягодами и улыбнулся, когда Сириус помог ему выбрать одежду на день.
  - Меня не будет большую часть дня, Гарри, - сказал ему Сириус, помогая ему застегнуть клетчатую рубашку, в которой он был одет. - Но дядя Муни будет здесь. Увидимся за ужином, хорошо?
  Гарри кивнул.
  - Хорошо.
  Он почистил зубы, обнял Сириуса на прощание и смотрел, как тот уезжает на своем мотоцикле, прежде чем отправиться в солярий, где теперь ему предстояло учиться. Дядя Римус уже был там и писал на доске, что помогал Сириусу строить.
  - Доброе утро, Гарри, - сказал Римус, улыбаясь ему.
  - Доброе утро, профессор Муни.
  Римус усмехнулся.
  - Гарри, тебе не обязательно называть меня профессором.
  - Дядя Бродяга тоже мне сказал это, - сказал ему Гарри, садясь в кресло.
  Римус улыбнулся.
  - Ну, если хочешь, конечно, но дядя все равно работает. Он стряхнул мел с рук и улыбнулся. - Итак, я знаю, что мы работали над чтением на этой неделе, пока мы закончили историю Чарли и шоколадной фабрики, но я думаю, что мы должны начать с письма сегодня.
  Гарри кивнул, глядя на алфавит, который Римус написал на доске, заглавными и строчными буквами. Он также написал список случайных слов и имен рядом с алфавитом: Гарри Джеймс Поттер, Сириус Орион Блэк, Римус Джон Люпин, Бродяга, Лунатик, сохатый, сохатик, Лили, Персефона, за которыми следуют собака, кошка, дом, класс, школа, карандаш, перо, кум, дядя.
  Гарри с интересом уставился на доску.
  - Подойди к доске, Гарри. Я хочу, чтобы ты написал для меня свое имя, ты можешь это сделать? - спросил он, протягивая ребенку кусок синего мела.
  Гарри с улыбкой взял мел и аккуратно вывел свое имя на доске. Римус ухмыльнулся ему.
  - Отлично. Похоже, мы отлично начали.
  К концу первой недели Римус сосредоточился в основном на навыках письма и чтения. Гарри выписывал предложения в соответствии с просьбой и произносил новые слова в конце каждого занятия. На второй неделе Римус начал обучать его числам, различая римские и арабские цифры, и он был удивлен, обнаружив, что Гарри без проблем усваивает и то, и другое.
  К третьей неделе у Римуса сложился более общий график с девяти утра до трех часов дня. Утром они занимались математикой, делали перерыв около половины одиннадцатого, а затем переходили к письму и литературе, где Гарри читал вслух любой рассказ, который они использовали в то время; за которыми следуют новые слова дня и структура предложения. После обеда они проводили полчаса на улице, бегая, играя и делая все, что Гарри хотел, прежде чем он вздремнет. Пока Гарри спал, Римус работал над своим следующим уроком.
  Он решил учить Гарри истории, так как мальчик любил сказки, а что такое история, как не великие сказки? Он всегда был зачарован, а поскольку его мать была магглом, а Хоуп Люпин всегда делилась с ним своей любовью к истории в детстве, у него было довольно много знаний по этому вопросу. Он хотел учить их бок о бок - то есть истории магглов и магической истории - чтобы дать Гарри полное понимание мира.
  Когда Гарри просыпался, они перекусывали, а потом Римус проверял его правильность написания слов. Последние тридцать-сорок минут своего времени они проводили вместе, изучая начальные основы латыни.
  Сириус и Римус решили, что не хотят перегружать Гарри, поэтому Римус будет учить его каждый понедельник, вторник, среду и каждую вторую пятницу с девяти до трех. В те дни, когда у Гарри не было школы, он тусовался с Сириусом или Римусом либо дома, либо гулял с ними, куда бы им ни нужно было идти или что делать.
  До сих пор это оказывалось довольно успешным между ними двумя.
  Гарри также провел некоторое время в доме Римуса; несколько часов здесь и там в течение недели, играя в лесу с Римусом или просматривая его книги. Он напросился к нему в гости, и Римус улыбнулся, узнав, что теперь Гарри достаточно комфортно с ним, чтобы проводить время только с ним и прийти к нему домой, чтобы сделать это. Сириус даже помог Римусу превратить его свободную комнату во вторую спальню для Гарри, когда они решили, что Гарри пора устроить ночевку. Римус нарисовал карту мира на одной из стен, а Гарри выбрал себе простыни и покрывало.
  Сириус большую часть времени проводил вдали от дома, пока Римус был с Гарри. Когда он был дома, он был в саду, взрывая маггловские камни, пока работал на своем мотоцикле. Он разобрал свой Triumph Bonneville T120 1970 года выпуска, купил для него новые детали, полностью перестроил двигатель и добавил к нему специальные функции, такие как механизмы безопасности, когда он ехал с Гарри. Он удлинил сиденье, добавив съемное детское сиденье. Он покрасил мотоцикл в черный цвет с серебряными вставками и отполировал хром до блеска, прежде чем поиграть с подвесками.
  Он увеличил давление и скорость мотоцикла с помощью заклинаний парения и левитации, объединив их, чтобы помочь сбалансировать мотоцикл. Чары невидимости все еще действовали немного шатко, так как, как правило, длились лишь короткие промежутки времени. Сириус повозился с чарами, запустив их в двигатель и добавив чары разочарования, чтобы уменьшить шансы быть замеченным, если чары невидимости сработают.
  Он прекрасно проводил время, занимаясь этим.
  Верная своему слову, Кастелланос прислала ему сову о щенках ее брата на следующий день после визита Гарри к целителю. Его собака должна была разродиться со дня на день, и он пообещал сову Сириусу, как только она родит. Только через два дня прибыла эта сова, и Сириус направился в дом, чтобы навестить щенков.
  Аполлон Кастелланос тепло приветствовал его, когда Сириус постучал в его парадную дверь. У него были такие же светлые волосы, как и у его сестры, но они были темнее, и Сириус считал его на несколько лет старше.
  - Входите, входите! - поздоровался он, проводя Сириуса внутрь. - Извините за беспорядок, но сейчас, когда в доме так много животных, нам с Медеей трудно за всем уследить. Щенкам сейчас нужно много внимания.
  Сириус последовал за ним в заднюю часть дома, улыбаясь маленькой брюнетке, которая встала, вытирая руки о штаны.
  - Привет, ты должно быть Сириус. Тея рассказала нам о тебе. Я Медея, жена Аполлона.
  Сириус с улыбкой пожал ей руку.
  - Приятно познакомиться. Тея рассказала тебе обо мне, а?
  Медея рассмеялась.
  - Она сказала, что ты пригласил ее на свидание.
  - Да, - сказал Сириус с ухмылкой. - Она так и не ответила мне.
  Аполлон усмехнулся и почесал уши крупного золотисто-коричневого ретривера.
  - Она может быть упрямой, когда хочет, - признал он.
  - Это Зевс, он гордый папа щенков. Его подруга - Афродита, моя золотая красавица спит там. Вчера у нее было десять щенков.
  - 10? - удивленно спросил Сириус, следуя за Аполлоном к кровати, которую он приготовил для собаки. Она мирно спала, ее десять щенков прижимались к ней.
  - Да. В среднем у ретриверов от восьми до двенадцати, думаю, нам повезло. - с улыбкой сказал Аполлон. - И как бы мы с Медеей ни любили животных - у нас также есть две кошки, поэтому мы не можем держать еще десять собак. У нас нет места для них. Мы договорились держать двух... еще не решил, если честно.
  Сириус кивнул, усмехнувшись, и наклонился, чтобы посмотреть на щенков.
  - Они красивые.
  Каждый щенок представлял собой интересную смесь золота и бронзы, некоторые светлее, некоторые темнее, чем другие, а некоторые с красноватым оттенком шерсти.
  - Тея упомянула, что вы искали для своего сына?
  - В конце июля ему исполнится шесть. Он... технически он мой крестник, и до того, как я получил над ним опеку, он жил плохо, немного застенчив и через многое прошел. собака может помочь ему во многих отношениях, а также подарит ему верного друга, которого он будет любить.
  Медея тепло улыбнулась.
  - Ему понравится.
  - Я тоже так думаю. Меня очень интересует один из этих щенков, если вы хотите продать их, когда они станут достаточно взрослыми, - сказал им Сириус.
  - Я хочу кобеля.
  Аполлон усмехнулся, все еще почесывая Зевса за ушами.
  - У нас в помете семь кобелей, так что выбирать вам. Почему бы вам не зайти снова на следующей неделе, чтобы еще раз взглянуть, может быть, подержать и покормить нескольких, прежде чем принять решение?
  Сириус улыбнулся, глядя на очаровательных щенков перед собой.
  - Звучит здорово. Может быть, вы можете сказать мне, как я могу заставить Тею дать мне ответ на этот день?
  Медея рассмеялась и переплела руку с рукой Сириуса.
  - О, дорогой, ты здесь один. Тея слишком упряма для этого.
  Аполлон ухмыльнулся.
  - А потом некоторые жалуются. - Он открыл коробку со льдом и достал две бутылки пива, предложив одну Сириусу. - Что ты хочешь знать о моей сестре?
  Когда Сириус ушел через час, он был очень доволен Алтеей Кастелланос. Аполлон сказал ему, что он был четвертым ребенком из пяти в семье Кастелланос, Тея была самой младшей. У них было три старших брата: Ахерон, Аристокл и Адонис. Они выросли в Афинах и переехали в Англию, когда их отец Александрос был нанят Министерством магии в качестве греческого посла по международным магическим отношениям, когда Алтее было четырнадцать, но все дети Кастелланоса продолжали посещать институт Дурмстранг. Алтея всегда мечтала стать детским целителем и сразу после школы была принята в Академию целителей.
  Алтея тоже была одинока; живет в Лондоне недалеко от больницы Святого Мунго в квартире со своей лучшей подругой и коллегой-целительницей ПриейДарой. Ей было двадцать три года, и она была гордой тетушкой девяти лет. И, по словам Аполлона, была слишком упряма для ее же блага. Аполлон также упомянул, что его сестра питает слабость к маггловским фильмам и мороженому "Семь вуалей".
  Сириус понял, что это означает, что Аполлон одобряет его и будет помнить об этом в следующий раз, когда увидит ее снова, что, как он надеялся, произойдет скоро.
  Тем временем он раз в неделю навещал Аполлона и Медею, чтобы проверить щенков. Он обнаружил, что Аполлон также любил мотоциклы и пока они играли с собаками; они часто терялись в дискуссиях о том, как дышала вентиляция двигателя в Triumph Bonneville 70-го года, чего ей исключительно не хватало в 68-м, и насколько лучше были заполненные маслом катушки зажигания меньшего размера в Triumph 70-го. Медея только закатила глаза, когда они вдвоем заговорили о мотоциклах.
  Было приятно найти человека, так же интересующегося внутренней механикой автомобилей и мотоциклов, как и он.
  Сириус также вернулся к тренировкам. Три дня в неделю с девяти до трех ему было нечем заняться, поэтому ему нужно было быть занятым и активным. Он почувствовал, как его кричащие, недоиспользованные за годы заключения мышцы начали восстанавливать свою выносливость благодаря рутине, и ему стало лучше. Каждое утро, просыпаясь, он отжимался и приседал, но чувствовал, как усердно работают мышцы его рук, когда он чинил велосипед, поднимал шины и запчасти и перестраивал сарай на заднем дворе для хранения своих инструментов. Он повесил свои мотоциклетные пин-апы вдоль стен и подумал, что это действительно начинает ощущаться как его дом.
  Он также начал копать огород на заднем дворе; избавление от погибших растений и посадка новых семян. Тед прислал ему конверт, полный семян для посадки разных цветов и виноградных лоз, с запиской, обещавшей, что Андромеда даже не прикоснулась к семенам, что рассмешило Сириуса. Ему было интересно, что такого в его двоюроднойсестре, что растения её так не любят.
  Сириус тоже отправился в Гринготтс, организовав для Гарри личный счет и отдав остаток состояния Поттеров в доверительное управление, пока Гарри не исполнилось семнадцать. Он разобрался с прямым депозитным фондом из поместья Поттеров Римусу Люпину, как профессору Гарри Поттера. После разговора с МакГонагалл о том, какая достойная заработная плата для профессора зависит от годового оклада, Сириус подсчитал, что если Римус будет учить Гарри четыре дня в неделю, каждую неделю в течение года, Сириус должен платить ему примерно шестьдесят четыре галеона, четыре сикля и один кнат в день. Он распорядился, чтобы платеж в размере двухсот пятидесяти шести галеонов, шестнадцати сиклей и четырех кнатов еженедельно переводился в банковское хранилище Римуса.
  Рев протеста Римуса был встречен глухотой.
  Сириус знал, что Джеймс и Лили ожидают от него не меньшего, чем заставить Люпина платить за его обучение, и он не собирался позволять своему другу пытаться отговорить его от этого. Он знал, как много Римусу пришлось бороться с того момента, как он окончил Хогвартс. Его отец оставил ему маленький коттедж, когда он проезжал мимо, и Римус с трудом мог себе его позволить. Никто не стал бы его нанимать, потому что ему нужно было свободное время, чтобы разобраться с полной луной; слишком много больничных - и они считали плохим качеством работника, когда он никогда не приводил уважительной причины. Сириус не собирался смотреть, как его друг пытается свести концы с концами, когда он может помочь, а Флимонт Поттер покинул хранилище Поттера с миллиардами (если не триллионами) галеонов. Джеймс всегда говорил, что он и еще шесть поколений могут жить на проценты и при этом оставаться богатыми.
  Таким образом, оплата обучения Гарри Римусом Люпином из хранилища Поттеровского поместья не только имела смысл, но и Сириус знал, что Поттеры бы от всего сердца одобрили это.
  Но сюрприз пришел к нему в конце июня, когда из Министерства Магии прибыла сова.
  "Дорогой мистер Сириус Блэк,
  Пожалуйста, будьте в офисе администрации Визенгамота, чтобы встретиться с Дарси Флорас в три часа дня в эту пятницу, 27 июня.
  
  Искренне,
  Дарси Флорас
  Административные услуги Визенгамота
  Департамент магического правопорядка
  Министерство магии"
  Сириус в замешательстве уставился на письмо. Зачем кому-то из Административной службы Визенгамота хотеть с ним разговаривать? Он получил плату за незаконное заключение после освобождения из Азкабана. Зачем им встречаться с ним по поводу чего бы то ни было, особенно спустя почти одиннадцать недель после его освобождения?
  Когда он показал его Римусу, тот тоже был сбит с толку.
  - Понятия не имею, Сириус. Но Визенгамот имеет дело не только с судебной системой. И там говорится, что административный офис, я уверен, есть кое-какие документы, которые вам нужно заполнить или разобраться с опекой над Гарри.
  Эта мысль все еще заставляла его немного нервничать. Что-то пошло не так? Была ли проблема с его опекой, которая была четко указана в завещаниях Джеймса и Лили Поттер? Он уже оформил все документы. Он был в этом уверен.
  Он чувствовал себя неловко из-за всего этого.
  Когда в тот пятничный день Сириус вышел из лифта на второй этаж Министерства магии, он глубоко вздохнул, прежде чем отправиться в офис административного обслуживания Визенгамота и улыбнуться женщине, сидевшей за стойкой регистрации. Он повесил солнцезащитные очки на рубашку и улыбнулся, заставив женщину улыбнуться в ответ с почти мечтательным выражением в глазах.
  Сириус использовал это только в своих интересах.
  - Привет, дорогая, я пришел к Дарси Флорас на встречу в три часа.
  Женщина покраснела, поймав себя на том, что пялиться, и Сириус усмехнулся. Было приятно знать, что он все еще мог очаровывать женщин своей внешностью. Он всегда считал это сильным качеством.
  - Мисс Флорас сейчас примет вас, мистер Блэк.
  Он подмигнул ей, и она покраснела, наблюдая, как неторопливо качается его задница в узких джинсах, которые он носил, направляясь в офис.
  Дарси Флорас, симпатичная брюнетка в квадратных очках, улыбнулась ему, когда он постучал в дверь ее кабинета.
  - Ах, да, мистер Блэк, пожалуйста, входите.
  Сириус вошел в ее кабинет, с интересом оглядывая книжные полки и бумаги, которые, казалось, валялись на ее столе.
  - Хороший офис.
  - Спасибо, - сказала она, тепло улыбаясь ему. - Пожалуйста, присядьте.
  Как только он сел перед ней, она скрестила руки на столе, улыбаясь ему.
  - Сегодня я хочу обсудить с вами два отдельных вопроса, оба требуют вашей подписи.
  Сириус только кивнул, наклоняясь вперед в своем кресле.
  - Можете ли вы сказать мне, что они в отношении чего?
  Флорас улыбнулась, ее мягкие карие глаза загорелись в замешательстве.
  - Разве вы не знаете? О, мне очень жаль, мистер Блэк, я думал, что причина очевидна.
  Когда он только продолжал смотреть на нее, она покраснела, а его улыбка заставила ее колени задрожать. Он был слишком красив для своего же блага - и знал это.
  - Речь идет об опеке над неким Гарри Джеймсом Поттером и поместьемБлеков.
  - Извините, вы только что сказали поместье Блеков?
  Флорас кивнула, перебирая папки на столе, пока не нашла то, что искала.
  - Правильно. Вы Сириус Орион Блэк, сын Ориона и Вальбурги Блэк?
  Когда он только кивнул, Флорас открыла папку и начала читать вслух.
  - Последняя воля и завещание лорда Ориона Блэка, виконта Фалмута. В случае моей смерти я завещаю все свое имущество и состояние моей жене, Вальбурге, с доверенным лицом, оставленным моему сыну, Регулусу Арктуру Блэку, который не будет получил до своего семнадцатого дня рождения.Если по какой-то причине времена по-прежнему будут тяжелыми и Регулус не сможет унаследовать, то все имущество и титулы Древнего и Благородного Дома Блэков, дом и состояние, будут доверены моему старшему сыну, Сириусу Ориону Блэку.
  Она посмотрела на него, протягивая ему копию завещания.
  - Оно попало на мой стол в конце прошлой недели, когда его отложили из-за вашего заключения.
  - Из-за моего... извините, мой отец оставил все мне?
  - Да, - сказала Флорас, постукивая пальцами по завещанию. - Теперь вы единственный наследник поместья семьи Блэк.
  - Моя-моя мать? - спросил он, совершенно сбитый с толку таким неожиданным поворотом событий.
  Флорас на мгновение погрустнела, но она скрыла это.
  - Мне очень жаль сообщать вам, мистер Блэк, но она умерла в прошлом году. Ее завещание было опубликовано в сентябре, после ее смерти, в котором говорилось, что после ее смерти в игру вступит воля лорда Ориона Блэка. С вашим братом и отец скончался шестью годами ранее, вы остались единственным живым наследником.Однако вы были заключены в тюрьму в Азкабане.Когда вас освободили, гоблины в Гринготтсе сразу же сообщили, что вам нужно требовать свое имущество, и документы были восстановлены. Посланный в доверительное управление лордом Лебедем Блэком. Прошу прощения, что это заняло так много времени, но, боюсь, из-за ваших обстоятельств это было довольно запоздало.
  Сириус лишь частично слушал ее. Его мать умерла.
  Вот почему на суде присутствовала его тетя Друэлла, а не Вальбурга; она была там, чтобы увидеть правду. Когда он прибыл на Гриммо-плейс, ему показалось, что там немного пыльно, но он был так занят тем, чтобы собрать свои вещи и выбраться оттуда, что на самом деле не сосредоточился ни на чем другом. Кричер был странным, вспомнил он, но ничего необычного. Если бы он жил в этом доме совсем один и не с кем было поговорить, кроме портрета своей покойной матери, это бы многое объяснило, многое странное.
  Он ждал, что какая-то форма горя подействует на него. Его мать умерла. Женщина, которая его родила, умерла... но он не чувствовал ничего, кроме чувства облегчения. На самом деле она не была его матерью - только биологически. Его настоящей матерью была Фиа, и когда Юфимия Поттер умерла от драконьей оспы, он несколько дней безудержно рыдал, чувствуя, что его сердце разорвалось на миллионы кусочков и вырвалось из груди. Он и Джеймс утешали друг друга в своем горе, а затем, когда Флимонт умер менее чем через неделю, они напились до беспамятства, чтобы скрыть свое горе.
  Он закрыл глаза и сосредоточился на словах, которые говорила женщина перед ним.
  - Итак, если бы вы могли просто расписаться здесь, мы обо всем позаботимся.
  - Извините, подписать что? - спросил Сириус, вновь сосредоточив внимание на хорошенькой брюнетке. - Боюсь, я действительно не слушал.
  Флорас сочувственно улыбнулась ему.
  - Мне нужно только, чтобы вы расписались здесь, что вы слышали и видели завещание, и тогда я могу дать вам ключ от хранилища и документы на дом.
  Сириус кивнул, расписался и принял ключ и документы, которые она передала ему.
  - Спасибо. Что еще относится к... о Гарри?
  Флорас перетасовала бумагу, найдя то, что искала.
  - Это документы, подтверждающие вашу официальную опеку над неким Гарри Джеймсом Поттером. Все в порядке, в завещании Джеймса и Лили Поттер конкретно указано, что после их смерти Сириус Орион Блэк станет законным опекуном их сына. Я просто... Мне нужно, чтобы вы подписали здесь заявление о том, что теперь вы официально подали все документы на опекунство, и все.
  - Похоже, что так мало бумажной работы, - пробормотал он, взяв перо и расписавшись.
  Флорас кивнула, закатив глаза.
  - Расскажи мне об этом.
  Она встала, протягивая руку с улыбкой.
  - Спасибо, что пришли, мистер Блэк. Теперь все в порядке.
  Сириус принял ее руку, сняв со стола ключ и документ на дом в Лондоне.
  - Да спасибо.
  Вернувшись домой, он обнаружил, что Римус готовит ужин на кухне. Гарри вскочил на ноги, когда вошел в дом и бросился ему на руки. Сириус поднял его, рассмешил и понесвзяв за бедра на кухню.
  - Хорошо ли вы провели день в школе с дядей Муни?
  Гарри ухмыльнулся и с энтузиазмом начал рассказывать Сириусу все, что он узнал в тот день: Новая история о девушке по имени Дороти, которая путешествовала в страну под названием Оз, разговорная латынь - esttempusadprandium? (пришло время обедать?) - и что в месте под названием Месопотамия жил знаменитый царь, известный как Гильгамеш.
  Сириус кивнул, улыбаясь Гарри, который с интересом слушал. Гарри очень нравилась школа, и это заставило его улыбнуться, увидев это. Ему особенно понравилось, как Гарри приветствовал его, когда он вернулся домой после отсутствия. Когда Римус объявил, что ужин готов, Сириус велел Гарри подняться наверх и умыться.
  Когда он поспешил умыться, Сириус положил папку на стол.
  - Моя мать умерла.
  Римус, который как раз собирал пасту Альфредо с курицей в тарелку для Гарри, остановился и уставился на него.
  -Что?
  - Моя мать - умерла. В сентябре, кажется.
  - О, - тихо сказал Римус, продолжая наполнять миску Гарри и ставя ее на стол, прежде чем взять вторую миску для Сириуса. - Ты грустишь?
  Сириус покачал головой.
  - Мне все равно. - Он встал, ударил кулаком по стойке и повернулся, чтобы посмотреть на своего друга. - Я злюсь на себя за то, что мне было все равно. Она была моей матерью, разве я не должен, блин, чувствовать... я не знаю... что-то?
  - Не надо, - тихо сказал Римус, ставя миску с едой на стол. - Она не была рядом с тобой. Нет ничего плохого в том, чтобы не грустить, когда она относилась к тебе так, как она.
  Сириус кивнул, закрыв глаза.
  - Я знаю, но я вспоминал, как я горевал о Фие и Монти и... Мне плохо, что я не буду горевать о ней. Но все, о чем я могу думать, это как она выгнала меня из того дома.
  Римус вздохнул, не сводя глаз с друга.
  - Она не заслужила тебя, Сириус.
  ***
  Когда Сириус вошел в свой дом в первый день летних каникул после пятого курса, он буквально вздохнул, когда за ним закрылась дверь и его поглотил полумрак подъезда. Большой портрет матери, полученный отцом за год до этого, в натуральную величину и массивный, сразу начал кричать при виде его.
  - ТЫ ОТВРАЩАЕШЬ МЕНЯ! НИ ОДИН МОЙ РЕБЕНОК НЕ БУДЕТ ГРИФФИНДОРЦОМ!
  Сириус почти не обращал внимания на портрет, как прошлым летом, когда Орион повесил его у входа. Он вспомнил, как его отец только подмигнул ему.
  - Если вы услышите ее ворчание и крик, это определенно удержит от этого места любых грабителей или убийц, и вам даже не понадобится защита.
  Регулус рассмеялся.
  - Отец, пусть Мать не слышит, как ты это говоришь!
  Он потащил свой чемодан вверх по лестнице в свою комнату, пока Вальбурга, Орион и Регулус болтали о том, каким замечательным был учебный год Регулуса, почти не замечая его. Именно так ему больше всего нравилось в большинстве случаев. Он задавался вопросом, как долго ему придется ждать, прежде чем он сможет пойти к Джеймсу.
  Он плюхнулся на кровать и уставился в потолок, улыбаясь топлесс блондинке-магле в джинсах, оседлавшей Gilera 125 Strada 1973 года. Джеймс нашел для него постер в прошлом году, когда они с Флимонтом ездили в Нью-Йорк. Сириусу нравилось использовать постоянные липкие чары и прикреплять их к потолку, чтобы позлить свою мать, которая возненавидела бы его за наготу и тот факт, что это был магла. Магла, у которой была большая грудь, подумал он, глядя на них снизу вверх.
  Его дверь распахнулась, и он лишь поднял бровь, скрестив руки за головой.
  - Привет, мам, поняла, что я тоже пришел домой?
  Там стояла Вальбурга Блэк, сжав руки в кулаки и скривив губы в усмешке.
  - Как ты думаешь, сколько СОВ ты принесешь домой?
  - Не могу сказать, я не получу результаты в течение нескольких недель, не так ли?
  - Я предполагаю, что ты хорошо учишься, хотя Регулус говорит, что ты проводишь много времени на отработках. Почему я слышу об этом только сейчас? Я буду писать Дамблдору об абсолютной некомпетентности МакГонагалл в том, чтобы информировать меня о твоем самочувствии, - потребовала она, с отвращением оглядывая комнату, когда ее взгляд упал на еще один маггловский плакат, на этом был рыжеволосый в фиолетовое бикини, прислоненное к BSA Thunderbolt 1964 года.
  - И почему ты должен украшать свои стены этими ужасными маггловскими машинами?
  - Я думаю, что они крутые, - сказал он ей. - МакГи не пишет тебе, потому что знает, что тебе все равно. Я всегда получаю хорошие оценки, я уверен, что мои экзаменационные оценки будут такими же.
  Вальбурга только смотрела на него.
  - Твой отец и я говорили о твоем выборе и твоем поведении. В ноябре тебе исполнится семнадцать.
  - Ой, ты помнишь мой день рождения? Я польщен, конечно, это только июнь.
  Она была в другом конце комнаты, и ее рука хлопнула его по щеке прежде, чем он успел моргнуть. Он сел на своей кровати и схватил ее за руку.
  - Я больше не ребенок, тебе лучше подумать еще раз, прежде чем бить меня.
  Ее глаза расширились от страха на мгновение, прежде чем она замаскировала его.
  - В ноябре этого года тебе исполнится семнадцать, и, как старшему сыну и наследнику Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэков, тебе пора начать думать о своем будущем. Темный Лорд, он обратился к твоему отцу и ко мне с просьбой помочь ему построить лучший мир. Ты должен подумать о том, как ты хочешь помочь ему, Сириус. Ты принесешь честь своей семье.
  - Этот так называемый Темный Лорд вербует приспешников, чтобы убивать и мучить магглов и магглорожденных. Нет, спасибо.
  Глаза Вальбурги потемнели.
  - Он хочет построить мир, в котором чистокровного волшебника восхваляют, ему поклоняются и к нему относятся с уважением! Пришло время тебе осознать, что значит быть Блеком. Мы с твоим отцом решили, что ты женишься на Алекто Кэрроу. Ей пятнадцать, и она член священных двадцати восьми. Ты женишься, когда ей исполнится шестнадцать.
  Рот Сириуса открылся от ужаса.
  - Или нет.
  - Нет, ты это сделаешь. Я устала видеть, как мой старший сын делает ужасный выбор. Достаточно плохо, что тебя поместили в Гриффиндор вместо Слизерина и ты околачиваешься с Поттером - предатели крови, вся семья была на протяжении веков - но быть замеченным с этим полукровкой Люпином, Регулус говорит нам, что рыжеволосая, которую вы обняли на прощание на станции, - грязнокровка! Вам должно быть стыдно за себя!
  - Не называй ее так! - воскликнул Сириус, его гнев возрастал. - Она потрясающая девушка, и я бы предпочел ее тебе в любой день.
  Вальбурга лишь ухмыльнулась.
  - Ты женишьсяна Алекто Кэрроу.
  - Нет, не буду.
  - Ты женишься на ней или я отправлю сообщение Темному Лорду о том, где живет эта твоя грязнокровка, и мы увидим, как быстро ты передумаешь.
  Сириус встал, возвышаясь над ней и направив палочку ей в сердце. Его не заботило, что он был несовершеннолетним; он бы использовал его, если бы ему пришлось.
  - Если ты прикоснешься к ней, я убью тебя.
  Вальбурга улыбнулась.
  - В тебе есть кровьБлеков, мой дорогой мальчик. Тужур Пур.
  Сириус опустил палочку, чувство отвращения захлестнуло его. Он НЕ был похож на свою семью. Он не позволил бы себе быть.
  - Ты мне не нравишься.
  - Crucio!
  Сириус рухнул на пол, закусив губу, чтобы не закричать, когда проклятие поставило его на колени. Когда она подняла палочку, он вздохнул с облегчением, отдышавшись.
  - Ты выйдешь женишьсяна Алекто Кэрроу. У тебя родится как минимум два чистокровных наследника, предпочтительно мужского пола. Ты закончишь учебу с отличием и вступишь в ряды Темного Лорда как гордый член Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэков, - потребовала она. ее палочка указала на него. - И ты раз и навсегда оставишь все связи с этим мальчишкой Поттером и его родителями-предателями. Я ясно выразилась?
  Сириус вытер кровь с губы и сплюнул на пол перед ней.
  - Пошла вон.
  Проклятие поразило его во второй раз, и он закричал, когда оно пронзило его. Он чувствовал, что его внутренности горели, как будто кто-то держал их посреди горящего пламени и в то же время раздавливал их камнями. Его глаза уловили движение в дверном проеме, и его глаза встретились с глазами брата, который смотрел широко раскрытыми глазами, спрятавшись в сторонке. Когда она, наконец, позволила ему дышать, он задохнулся и перекатился на бок.
  - Пора тебе начать проявлять уважение к этой семье, - потребовала она, глядя на него с ненавистью и презрением. - Ты позор!
  Сириус поднялся на ноги, схватившись за каркас кровати, чтобы удержать дрожащие ноги.
  - Лучше быть позором, чем таким, как ты.
  Когда она подняла палочку, он схватил ее и вырвал из рук.
  - Я больше не ребенок, которого ты можешь контролировать. Империус перестал действовать на меня, когда мне было двенадцать, и это последний раз, когда ты используешь на мне Круциатус, так что я надеюсь, что тебе это очень понравилось! В ноябре мне исполнится семнадцать, и я буду отвечать за свое будущее и свою судьбу. Я не женюсь на чистокровной суке только для того, чтобы спариться с ней. И я не откажусь от дружбы с предателем крови Поттером, поскольку это было бы немного лицемерно, если бы я дружил как с магглорожденными, так и с чистокровными.
  - Это твое последнее предупреждение, Сириус! Если ты хочешь быть частью этой семьи, ты будешь делать, как я приказываю!
  Сириус уставился на нее.
  - Тогда я не хочу быть частью этой семьи. Я не был, на самом деле, долгое время. Вы пытаетесь заставить меня сейчас, это гребаная трата времени для нас обоих.
  - ты мне противен!
  Сириус лишь пожал плечами.
  - Так твой придирчивый портрет сказал мне, когда я вошел в дверь.
  - Убирайся! Собирай свои вещи и убирайся из моего дома! Тебе здесь больше не рады!
  Сириус только мгновение смотрел на нее, а затем просто схватил сундук, который тащил вверх по лестнице, и потащил его за собой, пока его мать кричала на него всю дорогу вниз. Он уронил палочку своей матери у подножия портрета, и последнее, что он услышал, было то, что мать вычеркнула его имя из фамильного гобелена, когда он вышел на лондонскую улицу и ни разу не оглянулся.
  ***
  - Она не была моей матерью, Лунатик, - сказал он, когда Гарри вбежал обратно на кухню и сел за кухонный стол.
  - Мать не будет относиться к своему ребенку так, как она относилась ко мне.
  Он взял у друга миску с макаронами и сел напротив своего крестника. Он подал Гарри порцию салата, убедив его съесть свежие овощи. Он улыбнулся, глядя на Гарри, а затем на Римуса. У него была семья, и он ни разу не пожалел, что предпочел свою семью семье, из которой он произошел.
  Ни разу.
  Глава 17: Эпизод со щенком
  В июле Сириус и Римус были заняты попытками придумать, как они хотят отпраздновать шестой день рождения Гарри. Сириус знал, что хочет сделать что-то удивительное. Он был уверен, что у Гарри никогда раньше не было вечеринки по случаю дня рождения, не говоря уже о том, чтобы кто-нибудь праздновал его день рождения. По крайней мере, с тех пор, как Лили и Джеймс устроили ему большую вечеринку в честь его первого дня рождения, которую он явно не помнил. По мере того, как дни приближались, Гарри даже не упомянул, что у него намечается особенный день, не говоря уже о том, чтобы он вообще о чем-то просил, что только подтверждало подозрения Сириуса.
  Сириус хотел взять его с собой куда-нибудь повеселиться на день и избаловать. Не говоря уже о том, чтобы отдать ему щенка, которого он выбрал из помета Афродиты, темно-рыжего золотистого ретривера с мягкими карими глазами. Он собирался забрать щенка, а Римус заберет Гарри с собой в свой коттедж, чтобы Андромеда и Нимфадора могли проникнуть в дом и украсить его.
  Но им еще предстояло проработать некоторые детали.
  Сириус обдумывал эти детали, прислоняясь к своему мотоциклу в узких черных джинсах, белой майке и черной кожаной куртке за пределами больницы Святого Мунго с двумя порциями мороженого Seven Veils (которое, как он узнал, на самом деле называется Setteveli) в чашке в руке как раз в тот момент, когда Целительница Алтея Кастелланос вышла на обеденный перерыв.
  Он подмигнул ей, усмехнувшись, когда встал на ее пути.
  - Кастельянос.
  Кастелланос удивленно посмотрела на него.
  - Блек.
  - Думал, что ты ищешь что-нибудь сладкое, - сказал он, протягивая ей мороженое.
  Она хотела возразить, но потом подозрительно фыркнула.
  - Это Сеттевели?
  - Шоколадное мороженое твоей мечты, ну да, это так, - заявил он, словно искренне удивившись тому, что он держал его в руках.
  Она приняла чашку с улыбкой.
  - Это мой любимый вкус.
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Аполлон мог упоминать об этом.
  Ее бровь слегка приподнялась, когда она облизала ложку.
  - Когда я сказала, что познакомлю тебя с Аполлоном, чтобы помочь тебе выбрать щенка из помета, я не имела в виду, что ты подружишься с ним.
  Сириус пожал плечами.
  - У нас есть кое-что общее, не говоря уже о любви к хорошему двигателю. Он сказал мне, что вы упрямы.
  Она зачерпнула еще кусочек мороженого в рот и счастливо вздохнула, проглотив.
  - Да. Мне тоже не интересно, он тебе об этом тоже говорил?
  Сириус подошел ближе к ней, его рука нежно убрала прядь ее волос с ее лица, и ее дыхание сбилось, заставив его медленно улыбнуться.
  - Я не целитель, любовь моя, но одышка, учащение твоего пульса и то, как твои глаза только что засияли. Детка, я для тебя очень привлекателен.
  - Влечение и интерес - две совершенно разные вещи, - настаивала она, отходя от него и садясь на ближайшую скамейку.
  - Верно, - сказал он, садясь рядом с ней.
  - Но привлекательность также является первым признаком интереса.
  Кастелланос просто смотрел на него.
  - Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень надоедливый человек?
  - Об этом упоминалось раз или два, - сказал он с ухмылкой. - Обычно они просто твердят, как я классно поцелуюсь.
  Она фыркнула.
  - Я скорее сомневаюсь в этом.
  Сириус усмехнулся.
  - Думаю, мне придется тебе это доказать. Он наклонился и остановился в сантиметре от ее слегка приоткрытых губ, позволив своей медленной улыбке вернуться.
  - Кто-то заинтересован, чтобы убедиться, что я прав.
  Кастелланос оторвалась от него и встала.
  - На самом деле нет. И я очень занятая женщина.
  Сириус широко улыбнулся ей.
  - О, я знаю. Но я знаю, что в воскресенье у тебя выходной, и я подумал, может быть, ты захочешь прийти на вечеринку по поводу шестого дня рождения Гарри?
  Кастелланос удивленно посмотрел на него.
  - Ты приглашаешь меня на день рождения твоего крестника?
  - Ну, да. Это небольшое собрание, так как Гарри не знает очень много людей, но я подумал, что было бы неплохо, чтобы столько людей, сколько он знает, было бы хорошей идеей. Итак, что ты скажешь, Кастелланос? Ты достаточно женщина, чтобы прийти на детский день рождения?
  Она просто смотрела на него. Он мог видеть, как она взвешивает варианты, и когда ее глаза упрямо стали пустыми, он вздохнул.
  - Спасибо за мороженое, Блэк. Боюсь, у меня есть планы на воскресенье, но, пожалуйста, передай Гарри, что я поздравляю его с днем рождения.
  Сириус провел рукой по волосам, ухмыляясь ей.
  - Боишься остаться со мной наедине, Кастелланос? Беспокоишься, что я могу быть лучшим поцелуем, который у тебя когда-либо будет?
  - Как я уже сказала, Блэк, меня это не интересует, - настаивала она, раздраженно сверкая глазами. - Я очень занятая женщина, и у меня едва хватает времени на отношения с мужчиной, который в одиночку воспитывает ребенка, который также является моим пациентом.
  Он лишь облизал губы.
  - Хорошо, детка, если ты настаиваешь, мы можем просто устроить несколько отличных трахов.
  Ее рот открылся.
  - Несколько отличных трахов?
  - Ну, успокойся теперь, любовь моя. Я отличный любовник. Один раз просто не будет делать это для тебя. Ты была бы мастикой в моих руках, и ты это знаешь.
  Кастелланос только покачала головой и, улыбаясь, заставила повернуться и пойти обратно в больницу. Сириус взял ее за руку и, когда она не попыталась возразить, развернул ее. Она смотрела на него, и он прижал ее к своему телу. Когда она по-прежнему не пыталась возразить, он спикировал вниз и увидел, как ее губы нежно приоткрылись для его губ. Он поцеловал их так нежно, что едва слышно было шепотом.
  - Просто хотел дать тебе пищу для размышлений, Кастелланос.
  Он отпустил ее руку и был лишь немного удивлен, когда ее руки тут же сжали его волосы, и она притянула его губы к своим. Поцелуй был крепким и фантастическим. Он чувствовал вкус шоколадного мороженого на ее сладких губах, и когда его язык встретился с ее языком, она издала восхитительный всхлип, который заставил его улыбнуться.
  Когда он отстранился, все еще ощущая ее вкус на своих губах, он улыбнулся.
  - Кастельянос, я впечатлен.
  Она лишь пожала плечами.
  - Если ты собираешься с кем-то поцеловаться, Блэк, в следующий раз сделай так, чтобы это того стоило.
  Затем она направилась обратно в больницу Святого Мунго и оставила Сириуса, ухмыляющегося ей вслед.
  Она была немного упряма, признал он, но сам он был упрям. И она очень хорошо целуется, подумал он, широко улыбаясь. Он взобрался на свой байк, насвистывая. Она определенно дала ему пищу для размышлений.
  Он надеялся, что она будет думать о нем до конца дня. У него было чувство, что он определенно будет думать об этом поцелуе. И о ней.
  ***
  Когда он вернулся домой, Римус и Гарри как раз заканчивали урок. Сириус прихватил с собой китайскую еду, пока был в Лондоне, и аккуратно поставил еду на кухонный стол, двигаясь в поисках тарелок, пока Гарри спешил наверх, чтобы помыть посуду к ужину.
  - Ты остаешься ради еды, Лунатик?
  Римус кивнул, улыбаясь своему другу.
  - Если вы не возражаете. Пахнет потрясающе.
  Сириус усмехнулся.
  - Правильно? Я флиртовал с Кастелланос и на обратном пути увидел ресторан. Я пригласил ее на вечеринку.
  Брови Римуса удивленно приподнялись.
  - Она идет?
  - Нет. У нее есть планы - по крайней мере, она так говорит.
  - Ты хоть знаешь, что означает слово "нет", Бродяга?
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Конечно, знаю. Это означает, что попробуйте позже.
  Римус рассмеялся и помог своему другу открыть все контейнеры с едой.
  - Ты ужасно на меня влияешь. Нет, значит нет, Бродяга. Оставь ее в покое.
  Сириус лишь пожал плечами.
  - Я скажу, когда она действительно скажет мне слово. Дело в том, что она заинтересована. Мы поцеловались.
  Римус какое-то время смотрел на своего друга, а затем кивнул.
  - Честная оценка.
  - Ты все еще везешь Гарри в воскресенье утром?
  - Да, Бродяга, не волнуйся.
  Сириус пожал плечами, широко улыбаясь.
  - Я знаю, что еще только пятница, но я взволнован. Я сказал Аполлону, что буду там к половине одиннадцатого, чтобы забрать щенка. Я купил все вещи для собаки сегодня. Ошейникему, несколько игрушек, собачья подстилка, собачий корм, его собственная посуда. Он должен быть готов. Плюс я получил ту игрушечную метлу, которую купил еще до того, как принес домой Гарри. У меня она тоже завернута вместе с другими его подарками. Я знаю, что он будет избалован, но я ничего не могу с собой поделать! Я не хочу, чтобы он упустил больше, чем он уже имеет.
  Римус улыбнулся своему другу.
  - Я согласен с тобой, и если бы у меня были такие же деньги, как у тебя, я бы тоже его баловал. Я и так уже купил ему больше, чем планировал.
  - Он даже ни разу не упомянул мне, что у него день рождения. Интересно, знает ли он вообще?
  - Он знает, - сказал Римус с гримасой. - Он проговорился, я думаю, случайно - на днях, когда мы читали "Алису в стране чудес". Он сказал что-то о том, как Дадли был приглашен на день рождения своего друга и что он был удивлен, потому что не знал, что все у него был свой собственный день рождения. Он думал, что это что-то уникальное для его кузена Дадли. Петуния сказала ему, что он глупый и что у всех есть день рождения. Она сказала ему, когда у него был день рождения, а затем, когда через несколько месяцев наступил его пятый день рождения, они полностью проигнорировали это.
  - проклятые мудаки, - пробормотал себе под нос Сириус, его серые глаза потемнели.
  - Я хочу, чтобы Гарри знал, какой особенный у него день рождения.
  - Он будет. Андромеда делает торт, верно? - подтвердил Римус.
  Сириус кивнул.
  - Да. Это будет здорово.
  Он поднял взгляд, когда они услышали, как Гарри возвращается вниз по лестнице.
  - Давайте есть.
  ***
  Воскресным утром Римус взял Гарри в свой коттедж под предлогом выпечки печенья. Но накануне вечером, вернувшись домой, он нашел в своей комнате книгу, которую ему дала мать, и он хотел поделиться ею. Он показал Гарри теплую кожаную обложку первого издания "Оливера Твиста", которую мать подарила ему на шестнадцатилетие. Это по-прежнему была одна из его любимых книг, в основном из-за прекрасных воспоминаний, которые у него остались о ее чтении и о том, что его мать читала ее ему на протяжении многих лет.
  Гарри нетерпеливо посмотрел на него и попросил Римуса сесть снаружи и прочитать его ему. Он по-прежнему любил только сказки, и Римусу нравилось проводить с ним так много времени. Они сидели под большим деревом на опушке леса, Гарри опирался на руку Римуса, пока Римус читал ему вслух.
  Чтение было прервано, когда к ним прыгнула красивая серебристо-голубая собака, и глаза Гарри расширились от удивления.
  - Как красиво, дядя Лунатик! Смотри! - воскликнул он, вставая и указывая на собаку в изумлении.
  Римус улыбнулся и закрыл книгу, поднимаясь на ноги.
  - Это так, не так ли? Это Патронус, Гарри.
  - что это?
  - Заклинание, - с улыбкой сообщил ему Римус. - Очень мощное заклинание. Каждый Патронус уникален для волшебника или ведьмы, которые его накладывают. Патронусы могут отправлять сообщения людям, они усиливают счастье, они могут отогнать тьму, и они являются символом того, кто вы есть - внутри вашей души. Эта собака принадлежит дяде Сириусу.
  - Оно делает?
  - Разве это не похоже на дядю Бродягу? - спросил Римус, когда пес Патронус прыгал вокруг них.
  Гарри усмехнулся, его глаза сверкнули узнаванием.
  - точно! Это дядя Бродяга!
  Римус улыбнулся и протянул руку Гарри.
  - Это наша подсказка, чтобы отвезти вас домой, сохатик.
  - Я не могу оставаться с тобой весь день, - заскулил он, когда его нижняя губа чуть надулась. - Ты сказал, что мы будем печь печенье!
  Римус улыбнулся и взъерошил волосы Гарри, притянув мальчика ближе для объятий.
  - Мы увязли в этой истории, и у нас не хватило времени. Но я обещаю тебе, что в следующий раз, когда ты придешь, мы испечем тонны печенья. Я даже позволю тебе лизнуть тесто.
  Гарри широко ухмыльнулся.
  - Идет.
  ***
  Сириус практически подпрыгивал от волнения. Он запер нового щенка в солярии с миской с водой и едой, а на дверь наложил заглушающие чары, чтобы Гарри не слышал собачьего лая. Его взгляд упал на шоколадный торт с радужной глазурью, который испекла и привезла Андромеда. Круглым почерком красным цветом было написано: С 6-летием, Гарри!
  Он широко улыбнулся Теду, когда тот вошел в гостиную.
  - Думаешь, ему понравится?
  Тед сочувственно улыбнулся, похлопав Сириуса по плечу. Он вспомнил, как был так же взволнован первыми днями рождения своей дочери. Иногда родителю было труднее, подумал он.
  - Не понимаю, почему он этого не сделал, Сириус. Место выглядит великолепно.
  Сириус ухмыльнулся, глядя на украшения. Его тринадцатилетняя племяницаНимфадора помогла ему украсить комнату, а гостиная и кухня были увешаны красными и золотыми воздушными шарами. Сириус решил, что он мог бы сохранить гриффиндорский дух для вечеринки.
  Нимфадора сидела в большом кресле в гостиной, скрестив ноги в лодыжках, и выдувала изо рта гигантский розовый пузырь, громко лопая жвачку от удовольствия. Он заметил, что Андромеда позволила ей проколоть верхушку уха. У нее было по три серьги в каждой мочке и по два обруча наверху каждого уха. Ее каштановые волосы были до талии с ярко-розовыми прядями. Они были заплетены в длинную косу на левом плече.
  Сириус присел на край ее сиденья.
  - Я говорил тебе, как здорово выглядит это место, Нимфадора?
  Нимфадора закатила глаза.
  - Пожалуйста, не называйте меня этим ужасным именем.
  Сириус ухмыльнулся.
  - Ужасным? Почему?Нимфадора, это длинное и красивое имя! Нимфадора Андромеда Мэри-Эллен Тонкс.
  - Мои друзья зовут меня просто Тонкс. Я пытаюсь убедить маму делать то же самое.
  - Немного сбивает с толку, когда в комнате еще двое Тонксов, - сказал ей Сириус с улыбкой.
  - Давайте пообщаемся с Дорой на семейных мероприятиях, хорошо? Обещаю, что когда твоей мамы не будет рядом, я буду звать тебя по фамилии.
  Тонкс смущенно ухмыльнулась.
  - Договорились. Кстати, Сириус, сколько тебе было лет, когда ты сделал свою первую татуировку? - спросила она, вставая и хватая его за руку, поворачивая ее, чтобы посмотреть на руку, на которой была полная луна, а под ней бегали он и его друзья в своих звериных формах.
  - Они все такие великолепные! Я хотела бы, может быть, когда-нибудь получить одну. Сколько у вас есть?
  - Мне было шестнадцать, - сказал он ей, ухмыляясь. - Сколько лет вам должно быть, чтобы получить его без разрешения опекуна, так что не задерживайте дыхание, принцесса.
  Тонкс закатила глаза.
  - Я не имею в виду прямо сейчас. Кроме того, я могу сделать себе татуировку, когда захочу.
  Она сосредоточенно сморщила нос, и по всей левой стороне ее лица начали формироваться голубые лозы, расцветая в цветы, а татуировка продолжалась вниз по ее шее.
  - Видишь? Но это не одно и то же. У них разная подлинность.
  Сириус усмехнулся.
  - Хорошо. Я не большой любитель татуировок на лице. Я думаю, что они безвкусные. Если ты собираешься сделать татуировку, она должна что-то для тебя значить, а не просто чтобы кто-то сказал, что у тебя есть татуировка, ты знаешь Помни, Тонкс, мой тебе совет. И для протокола: у меня двенадцать татуировок. Я подумываю сделать еще одну.
  Глаза Тонкс расширились.
  - Это гениально! Каким вы хотите, чтобы был номер тринадцать?
  Сириус на мгновение улыбнулся ей.
  - Я думаю, что-то, что символизирует мою жизнь за последние несколько лет. Но я еще не решил.
  Камин ожил, и Сириус вскочил на ноги, его улыбка была такой широкой, что могла расколоть лицо.
  - Превосходно!
  Затем его улыбка исчезла, когда вышла МакГонагалл.
  - О, привет, Минни.
  - Не выгляди таким разочарованным, Сириус, я буду чувствовать себя ненужной, - сказала она, отряхиваясь.
  Сириус обнял ее, поцеловав в щеку.
  - Нет, извини, я просто думал это Гарри. - Он с улыбкой взял у нее подарок и поставил его на кофейный столик. - Я думал, ты придешь последней.
  Тонкс улыбнулась МакГонагалл.
  - Здравствуйте, профессор, рада видеть вас здесь.
  МакГонагалл кивнула.
  - Мисс Тонкс.
  Тед и Андромеда вышли из кухни, перекусывая виноградом.
  - Римус уже приехал?
  - Нет, - мрачно ответил Сириус, плюхаясь на подлокотник кресла рядом с Тонкс.
  Андромеда рассмеялась, провела руками по руке Сириуса и поцеловала его в щеку.
  - Можно подумать, что это твой день рождения или что-то в этом роде.
  Камин снова загорелся, и Сириус просиял, когда Римус вышел, держа Гарри на руках. Гарри оглядел гостиную, пока Римус опускал его, его глаза скользили по всем людям, прежде чем он просто побежал к Сириусу, протягивая руки, чтобы его подхватили. Сириус поднял его и поцеловал в щеку, его жесткая щетина заставила его улыбнуться, касаясь кожи.
  - Почему все эти люди здесь? - прошептал Гарри, широко раскрыв глаза.
  - Для тебя, Гарри, - с улыбкой сказал Сириус. - С днем рождения!
  Лоб Гарри сморщился в замешательстве.
  - Но это не мой день рождения еще три дня?
  Сириус снова поцеловал его в щеку.
  - Это твой день рождения, и мы решили устроить его на несколько дней раньше! У нас есть гости, еда, праздничный торт и подарки.
  Он указал на стол, уставленный подарками.
  - С днем рождения, сохатик.
  Глаза Гарри расширились от изумления, когда он медленно окинул взглядом комнату, украшения, людей и подарки.
  - Для меня?
  Сириус поставил его на ноги, успокаивающе положив руку ему на плечо.
  - Все для тебя, сохатик.
  Тонкс рассмеялась, подошла, опустилась перед ним на колени и пощекотала ему живот.
  - Никому больше не исполняется шесть лет, Гарри!
  Гарри, познакомившийся с ней всего две недели назад, когда она пришла навестить его и поиграть с ним, мгновенно влюбился в ее обаяние. Она всегда спотыкалась обо что-то и превращала свою внешность в свинью или кролика или красила волосы в забавные цвета. Он обвил руками ее шею, хихикая, когда она щекотал его.
  - Мне будет шесть!
  - Ты уверен, - сказал Сириус с ухмылкой.- И у нас есть целый день, запланированный для вас, сохатик!
  Тонкс подхватила его и понесла к столу, полному подарков.
  - И смотри, все принесли тебе подарок.
  Глаза Гарри снова расширились.
  - Никто еще не делал мне подарков.
  Глаза Сириуса слегка потемнели, но он подавил свои эмоции. Он знал, что уже услышав слова своего крестника, он не должен волноваться так сильно, как они. Он смотрел, как Тонкс ведет Гарри по комнате, чтобы показать ему все украшения и еду.
  Гарри широко улыбался, когда говорил с МакГонагалл, которая протянула ему немного сыра и крекеров со стола.
  - Он счастлив? Он выглядит счастливым, - спросил Сириус Римуса, подошедшего, чтобы встать рядом с ним.
  - Он выглядит очень счастливым, Сириус, - с улыбкой сказал ему Римус. - Я думаю, что вы сделали хорошо здесь.
  - Я не хотел приглашать слишком много людей, я имею в виду, я не хотел перегружать его, понимаешь?
  Римус кивнул. Он согласился с рассуждениями Сириуса. Теда, Андромеды, Нимфадоры и МакГонагалл было более чем достаточно. Сириус был прав, лучше держаться подальше от всех людей, которых Гарри уже встречал и с которыми ему было не достаточно комфортно.
  С тех пор, как Нимфадора закончила свой семестр в школе, она заходила раз или два в неделю, чтобы поиграть с Гарри. Гарри всегда улыбался, когда видел ее. Она всегда смеялась и играла в игры. Она научила его играть в футбол, споткнувшись в процессе о мяч и рассмешив Гарри, когда она приземлилась лицом вниз. Римус подбежал, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, и она сильно покраснела, настаивая на том, что с ней все в порядке. Он не хотел ее смущать, но его беспокоило то, как тяжело она приземлилась на землю.
  В следующий раз, когда она пришла, она принесла шоколадные пирожные, которые приготовила Андромеда, и повела Гарри на кухню, чтобы показать ему, как делать шоколадную глазурь, и вместе они покрыли пирожные сладкой глазурью, Гарри широко улыбался, как Нимфадора, позволившая ему облизать ложку.
  Гарри нравилось, когда она заходила, его внимание сразу же покидало учебу Римуса и переходило к веселью, которое он собирался устроить с Тонкс, поскольку она ласково настаивала, чтобы Гарри позвонил ей. Он был очень увлечен ею, и ему нравилось, когда она подходила, чтобы поиграть с ним.
  МакГонагал была дважды, и как только Гарри сломал лед вокруг лотка, она глупо рассмеялась и развлекла Гарри, превратившись в своюанимагическую форму кошки и позволив ему погладить ее, что, как она настаивала, было одноразовым, и только потому, что он так мило спросил. Римус подумал, что это чудо, что Гарри случайно не раскрыл, что Сириус может превращаться в собаку в этот момент, но у него часто возникало подозрение, которое иногда знала МакГонагалл.
  Но он никогда не мог подтвердить это.
  Андромеда и Тед были просто самыми дружелюбными людьми, и Сириусу нравилось видеть Энди. Тед был забавным и сказал Сириусу, что собирается помочь ему построить домик на дереве и крепость на заднем дворе для него и Гарри. Сириус был в восторге от этой идеи, и они с Тедом уже начали думать над тем, как ее спроектировать. Это будет забавным сюрпризом для Гарри, когда это будет сделано. Но они все еще работали над тем, как и когда они собираются его построить, не говоря уже о его дизайне.
  Группа была небольшой, но хорошей, и Римус подумал, что это как раз то количество людей, которое нужно для первой настоящей вечеринки по случаю дня рождения Гарри. И, возможно, к этому времени в следующем году Гарри уже встретил бы детей своего возраста, которых можно было бы пригласить. Но на сегодня это было идеально.
  Его мысли были прерваны, когда Сириус с ухмылкой хлопнул его по плечу.
  - Думаешь, что еще рано начинать с подарками?
  Римус усмехнулся.
  - Нет, конечно, нет. Но оставь сам-знаешь-что напоследок.
  Сириус кивнул, широко улыбаясь. Все уже поели, и он практически подпрыгивал на ступнях. Римус был уверен, что он был взволнован больше, чем Гарри, и находил это очень интересным.
  Сириус тут же присвистнул, и Гарри, который учился играть во взрывающиеся карты, подпрыгнул, когда колода взорвалась перед лицом Тонкс, и он начал хихикать.
  - Подпаленные брови очень идут этому взгляду, Дора, - сказал Сириус, подмигивая ей.
  Она сложила пальцами букву "V", а затем извинилась, когда мать посмотрела на нее.
  - Извини, мам.
  Сириус рассмеялся и потер руки.
  - Ну, я думаю, что пришло время имениннику открывать свои подарки. Как ты думаешь, Гарри?
  Гарри улыбнулся, его взгляд переместился на гору подарков на столе.
  - Хорошо.
  Сириус усмехнулся и жестом пригласил Гарри сесть на диван рядом с Римусом, после чего осторожно вручил своему крестнику первый подарок.
  - Прочитай открытки вслух, Гарри, чтобы все знали, от кого подарок.
  Гарри нервно кивнул, его улыбка дернулась от возбуждения. Он видел, как Дадли всегда получал горы подарков, разрывая бумагу в безрассудном безумии, чтобы найти сюрприз внутри, но раньше ему никогда не предоставлялась такая возможность. Он оказался одновременно взволнованным и немного неуверенным.
  Он принял большую коробку от Сириуса и осторожно открыл карточку.
  - С Днем Рождения, Гарри, от профессора МакГо-наа-галл, твоей тети Минни.
  Он тепло улыбнулся ей, пытаясь произнести ее фамилию, и она улыбнулась в ответ.
  Он осторожно дернул бумагу, боясь поторопиться. Коробка была почти такого же размера, как и он сам, и Римус помогал ему держать ее, пока он разворачивал ее. Он вытащил красный кожаный мяч. Он вежливо улыбнулся.
  - Спасибо, тетя Минни.
  МакГонагалл улыбнулась.
  - Это квоффл, Гарри. Я подумала, может быть, ты сможешь попрактиковаться в бросках и ловле. Твой отец был потрясающим охотником, и когда ты приедешь в Хогвартс, ты сможешь помочь Гриффиндору выиграть Кубок по квиддичу, если ты будешь в моем доме, конечно.
  Сириус рассмеялся, поднял квоффл и подбросил его в воздух, прежде чем поймать.
  - Отлично! И не волнуйся, Минни, я уверен, что он будет гриффиндорцем, и я так же уверен, что по крайней мере струйка таланта Джеймса к квиддичу проникла в нашего мальчика!
  Гарри осторожно положил квоффл обратно в коробку, заметив книгу, которая тоже была там, и поднял ее. Он назывался "Квиддич сквозь века".
  - Немного истории спорта для тебя, Гарри. Римус сказал мне, что ты любишь истории, и я подумала, может быть, ты захочешь почитать о некоторых историях о квиддиче, - с улыбкой сказала ему МакГонагалл.
  Гарри улыбнулся ей в ответ.
  - Спасибо.
  Сириус вручил ему ярко раскрашенный подарочный пакет.
  - Следующий.
  Оно было от Тонкс. Она дала ему пакет сладостей, равномерную смесь маггловских и волшебных десертов. Она также подарила ему футболку с надписью "Бродяга сохатика", что заставило Сириуса широко ухмыльнуться и зааплодировать. Андромеда и Тед купили ему одежду на осень, несколько джемперов и новые джинсы. Андромеда и Тед также дали ему шахматы, в которые Тед предложил научить его играть. Гарри был очарован тем, как фигуры двигались в коробке. Подарок Римуса был небольшим, но Гарри полюбил его в тот момент, когда его взгляд упал на него.
  Римус подарил ему фотографию Гарри, Сириуса и Римуса в рамке, сделанную неделей ранее. Гарри сидел на мотоцикле Сириуса в темных очках, а Римус и Сириус стояли по обе стороны от него. Вместе с фотографией для него были три новеньких сборника рассказов и ожерелье.
  Видя, как Гарри был очарован жетонами, которые всегда носил Сириус, Римус подумал, что было бы неплохо подарить Гарри собственный жетон. Серебряные бирки гласили: сохатик, 31 июля 1980 года, а вторая: Гарри Джеймс Поттер, мародер следующего поколения. Он думал, что Гарри тоже полюбит это, когда станет старше.
  Гарри крепко обнял Римуса, поблагодарив его за подарок.
  Подарок Сириуса был последним. Римус мог видеть, что он определенно переборщил, но, будучи Сириусом, не был удивлен. Сначала он купил маленькую кожаную куртку для Гарри, жадно улыбаясь и рассказывая всем, как они будут сочетаться друг с другом теперь, когда будут ездить на мотоцикле; во-вторых, детская метла, которая пролетела всего в полуметре от земли (Гарри сразу же захотел научиться и провел почти десять минут в ликовании, летая по гостиной, пока они не убедили его вернуться и сесть, чтобы открыть еще подарки); в-третьих, три новые маггловские настольные игры; в-четвертых, его собственный набор плюй камней; в-пятых, игрушечный световой меч; и последнее, но не менее важное - подарок, который он прятал в солярии.
  - Иди сюда, Гарри, у меня есть для тебя еще один важный подарок, - сказал ему Сириус, широко улыбаясь.
  Римус улыбнулся, когда Гарри оставил руки Тонкс, которую он обнимал, когда она играла с его световым мечом и издавала звуки, рубя им воздух, и поспешил к Сириусу. Сириус практически подпрыгивал от волнения от перспективы показать своему крестнику его нового щенка.
  - Гарри, - сказал Сириус, держа мальчика за руки, и повел его на кухню. Все остальные оставались в гостиной, пока не вышли, поэтому Сириус опустился на колени перед Гарри у кухонного стола.
  Сириус медленно пытался перестать проводить каждую ночь в постели своего крестника. Гарри чувствовал себя более комфортно в своей комнате, но по крайней мере три, а то и четыре ночи в неделю Сириус просыпался от его крика, и Гарри просил Бродягу. Сириус превращался в свою собачью форму, и сон прижимался к спокойному ребенку. Но это уже не каждую ночь, и это был хороший знак. Он надеялся, что новый щенок сделает это навсегда.
  - Знаешь, как тебе нравится ночью, когда Бродяга обнимается с тобой? Услышав кивок и улыбку Гарри, он усмехнулся. - Ну, я подумал, что, может быть, раз уж ты такой хороший мальчик, я подарю тебе на твой день рождения твою собственную версию Бродяги.
  Гарри в замешательстве уставился на него.
  - Но у меня есть ты, дядя Бродяга.
  Сириус улыбнулся.
  - Да. И всегда буду. Но это кое-что для тебя. Иди в солярий, Гарри.
  Гарри повернулся к двери, оглядываясь назад, когда Сириус вел его вперед. Он открыл дверь, ведущую в солярий из кухни, и крошечный щенок подпрыгнул от возбуждения, подбежал к Гарри, подпрыгнул и облизал его лицо.
  Все лицо Гарри озарилось радостью. Он упал на колени, раскинув руки, когда щенок осыпал его любовью и поцелуями, тявкая от волнения. Мальчик и собака радостно боролись, тявкая и хихикая от счастья.
  Сириус встал на колени на пол рядом с ними, почесывая щенка за ушами, с широкой улыбкой на лице.
  - Как мы назовем этого щенка?
  Глаза Гарри были широко раскрыты и влажны, когда он посмотрел на Сириуса.
  - Он действительно для меня, дядя Сири?
  Сириус счастливо улыбнулся своему крестнику, положив руку на плечо Гарри.
  - Он весь твой. Тебе придется кормить его, играть с ним и заботиться о нем. Как ты думаешь, ты сможешь это сделать?
  Гарри нетерпеливо кивнул, его руки все еще были в мягкой шерсти щенка.
  - Спасибо! Спасибо! спасибо!
  Сириус усмехнулся.
  - Всегда пожалуйста. Я люблю тебя, Гарри.
  - Я тоже тебя люблю, дядя Сири, - яростно сказал Гарри, обвивая его руками и шокируя Сириуса. - Я люблю свой новый дом! И я люблю своего нового щенка!
  Сириус крепко обнял его в ответ, смаргивая слезы. Он не понимал, как сильно он хотел, чтобы этот маленький мальчик любил его в ответ, пока слова не прозвучали. Он снова поцеловал его, тепло улыбаясь и крепко обнимая ребенка.
  - Я тоже тебя люблю, сохатик.
  Глава 18: Эпизод со вторым лучшим днем
  ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не владею лирикой "Stand" РаскалаФлаттса, но я действительно хотел включить слова в это воспоминание - в основном это перефразировано, но я так люблю слова, и я думаю, что они имеют невероятное значение. так много уровней.
  Кроме того, Поттермор утверждает, что Волчье зелье было изобретено через некоторое время после того, как Римус Люпин закончил свое образование, и что это было одним из факторов, по которым Римус стал профессором Хогвартса, зная, что Снейп может сварить его для него. В нем есть дорогие ингредиенты, и понятно, что у Люпина не было возможности попробовать его самостоятельно. В моем мире 1986 год - это год его изобретения.
  текст:
  Как только все поприветствовали нового щенка, который от волнения, увидев столько людей, тут же помочился на пол, Сириус позволил Тонкс вывести Гарри и щенка на улицу поиграть.
  Сириус усмехнулся, глядя в окно и наблюдая, как его крестник бросает фрисби, который он получил в пяти других подарках, которые он должен был открыть (которые включали все собачьи игрушки и предметы первой необходимости), и наблюдал, как он гоняется за ней, виляя хвостом от волнения.
  - Собака была хорошей идеей, - пробормотал он, улыбаясь.
  МакГонагал положила руку ему на плечо и улыбнулась.
  - Отличный, я думаю. Ты отлично справляешься с ним, Сириус. Посмотри, как он улыбается на улице. Этот день он запомнит навсегда.
  - Я на это надеюсь. Я просто хочу, чтобы он был счастлив.
  МакГонагалл тепло улыбнулась.
  - Да, Сириус. Он очень счастливый маленький мальчик. Ты должен гордиться.
  - Да. Он только что сказал мне, что любит меня, Минни. Это впервые... с тех пор, как он был ребенком. - сказал ей Сириус, с удивлением обнаружив, что его глаза немного влажные, и он сморгнул слезы. - Я думал, что мое сердце вот-вот разорвется.
  Улыбка МакГонагалл стала шире, и она взяла его под руку.
  - Он действительно любит тебя. Ты хорошо с ним справляешься и являешься отцом, в котором он нуждается.
  - Я никогда не буду его отцом, - сказал ей Сириус, глядя на Гарри через окно. - Я никогда не хочу заменять... Джеймса.
  Имя прозвучало почти как шепот.
  - Он был бы для него самым замечательным отцом, понимаете?
  - Джеймс ушел, Сириус, - тихо сказала она. - Это не значит, что он не был бы отличным отцом, потому что вы правы, он был бы невероятным отцом, но его больше нет. Да, вы его крестный отец, но вы также фигура отца, которого он потребности прямо сейчас. Гордитесь тем, чего вы уже достигли с ним. И не бойтесь быть ему отцом, вы ничего не отнимете у того, кто является отцом.
  Сириус улыбнулся ей и наклонился, чтобы поцеловать в щеку.
  - Да. И я буду для него лучшим крестным отцом, каким только смогу быть - отцом, старшим братом, другом, во всем, что ему нужно, я всегда буду рядом с ним. Я буду рядом с ним и за него.
  - Правильно, стряхиваешься и стоишь, несмотря ни на что.
  Сириус ухмыльнулся ей, крепко обняв ее, прежде чем прислониться спиной к кухонной стойке, где он все еще мог выглядывать из окна, чтобы шпионить за Гарри и Тонкс с новым щенком.
  - Ты всегда говорила мне, что когда я буду защищать себя и тех, кого люблю, я смогу совершать великие дела. Я понятия не имел, что это будет включать в себя воспитание сына Джеймса и Лили, но я думаю, именно поэтому жизнь как книга с вырванным концом; мы не должны знать, куда она нас приведет.
  МакГонагалл какое-то время смотрела на него.
  - Сириус, ты всегда был намного сильнее, чем ты думал.
  Он кивнул, вспомнив, как она впервые сказала ему это.
  ***
  Ему было тринадцать.
  Это был конец его второго года в Хогвартсе, и он подрался с несколькими слизеринцами, когда они назвали его "любящим грязнокровку мерзавцем". Он разговаривал с Лили Эванс у озера, а Эйвери, Розье и Снейп подошли, насмехаясь над Лили за то, что она маглорожденная, и Сириус сорвался. Он ударил Розье по лицу и сглазил Эйвери. Эванс умоляла его остановиться, но он не смог. А ее друг Снейп ничего не сделал, чтобы помешать своим друзьям оскорблять ее, и это привело его в ярость. Он получил отработку, а на следующее утро пришел громовещатель от его мамы.
  "СИРИУС ОРИОН БЛЭК, КАК ТЫ СМЕЕШЬ ОСКОРБЛЯТЬ СВОИХ ПРЕДКОВ! КАК СМЕЕШЬ ТЫ ГОВОРИТЬ И ИЛИ ПЕРЕПИСЫВАТЬСЯ С ТЕМИ, КТО НИЖЕ НИЖЕ ТЕБЯ!"
  Письмо сгорело за столом, и Сириус ухмыльнулся Джеймсу.
  - Похоже, я не смогу приехать этим летом.
  Он попытался выглядеть удивленным, но печаль в его глазах заставила Джеймса обнять его за плечи.
  - Не волнуйся, приятель. Если понадобится, мы сломаем тебе тюрьму. Думаешь, они действительно будут держать тебя в заложниках все лето?
  Сириус только пожал плечами. Честно говоря, он не удивился бы, если бы его мать попыталась промыть ему мозги, чтобы он думал, как она. Теперь, когда он был достаточно силен, чтобы бороться с проклятием Империус, он немного усложнил ее жизнь. Конечно, она всегда могла снова приковать его цепью в подвале, как прошлым летом.
  Он вздрогнул от этой мысли.
  Но когда он приехал домой на лето, именно это и произошло. Не сразу, сначала его сослали в спальню, но когда он получил письмо от Лили Эванс с вопросом о летних каникулах, его матери не понравилась его переписка. Затем он почти месяц провел прикованным к стене в подвале своего семейного дома. Его мать утверждала, что ему нужно было преподать урок, и что заключение в тюрьму было единственным способом усвоить урок должным образом. Его запястья и лодыжки были натерты цепями.
  Кричер, домовой эльф семьи, два раза в день приносил ему еду, насмехаясь над ним. Регулус прокрался к нему после второй недели.
  - Сири?
  - Эй, Рег, я в порядке, - сказал он ему, пытаясь ободряюще улыбнуться своему одиннадцатилетнему брату.
  Его отец пристегнул его ремнем так сильно, что его спина все еще немного кровоточила, но он скрывал это от своего брата. Он никогда не хотел, чтобы его младший брат видел боль, причиненную ему родителями. Его работа заключалась в том, чтобы защитить его. Всегда.
  - Сири, почему ты их так злишь? Почему ты не можешь просто... делать то, что они хотят?
  Сириус тепло улыбнулся брату.
  - Я хочу, чтобы они поняли, что я сам по себе, Рег, и я не хочу быть похожим на них. Они жестоки и ужасно упрямы, и я не перестану быть друзьями с людьми только из-за их крови. Мы все истекаем кровью, Регулус. Все красное.
  Регулус только смотрел на него, его нижняя губа дрожала.
  - Что, если... что, если меня тоже не поместят в Слизерин?
  Сириус мгновение смотрел на него. В сентябре Регулус должен был начать Хогвартс, и он одновременно был взволнован и напуган за своего младшего брата.
  - Было бы лучше, если бы ты этого не делал. Я мог бы защитить тебя лучше. Но шляпа дает тебе выбор, Рег. Я решил быть кем-то другим.
  - Слизерин плохой?
  - Нет! - настаивал Сириус, вздрагивая от мышечных спазмов в руках и ногах из-за комбинации позы, в которой он был прикован, и проклятия Круциатус, любезно предоставленного его отцом всего два часа назад. - Ни один из факультетов не плох, ни один из них. Просто... вся наша семья учится в Слизерине, и давление в этом факультете, чтобы делать то, что есть и делает мантра чистокровных - это много, и мне это не нужно. Я люблю Гриффиндор, не из-за дома, а из-за людей в нем.
  Регулус уставился на него широко раскрытыми глазами.
  - Если я не попаду в Слизерин, то следующим летом это буду я.
  Сириус покачал головой.
  - Нет, Рег, я не позволю им сделать это с тобой.
  Регулус немного помолчал, прежде чем заговорить.
  - Если бы ты молчал, Мать и Отец не... причинили бы тебе боль.
  - Моя подруга Лили написала мне письмо, Рег. Мать перехватила его. Она утверждала, что имя Эванс звучит слишком просто и слишком просто, чтобы быть достойным моего внимания. Когда я сказал ей, что она маглорожденная, она усмехнулась, как будто она знала все время.
  - Ты должен был это отрицать.
  Сириус ухмыльнулся. Он знал, что лучше не беспокоить.
  - Рег, они знают всех чистокровных в проклятомсписке священных двадцати восьми. Я не смог бы отрицать это, даже если бы захотел. Я сказал ей, что мы друзья, и вот, яздесь. Но я обещаю, если ты решишь, что не хочешь быть в Слизерине - не позволяй нашим родителям принуждать тебя. Я буду защищать тебя.
  Регулус какое-то время смотрел на него, затем повернулся и поспешил вверх по лестнице. Сириус просто опустил голову и старался не кричать от боли. За день до отъезда Хогвартс-экспресса на его третий год его мать снова применила к нему проклятие Круциатус, заставив его пообещать перестать дружить с магглорожденными отбросами и приложить больше усилий, чтобы быть добрым со слизеринцами.
  Он сказал, что сделает это, но только для того, чтобы остановить боль.
  Когда на следующее утро он сел в Хогвартс-экспресс и Лили Эванс подбежала к нему, чтобы поприветствовать его по-дружески, он обдумал это. Регулус сидел рядом с ним в купе, и его глаза сузились, когда рыжеволосая вошла в комнату. Сириус представил его, и Лили тепло улыбнулась, желая ему удачи.
  Когда Распределяющая шляпа сказала Слизерин, Сириус почувствовал, как его сердце разрывается. На каком-то уровне он знал, что это был первый шаг, который его брат отнял у него. Он извинился перед друзьями, заявив, что ему нужно в туалет, прислонившись к каменной стене за пределами Большого зала, чтобы отдышаться.
  Профессор МакГонагалл нашла его там несколько минут спустя, он растирал свои ободранные запястья и хватал ртом воздух во время небольшой панической атаки. Она обвила его рукой, потянув в ближайший пустой класс, и велела ему дышать, мягко возвращая его к нормальному ритму дыхания.
  - Мистер Блэк, вполне нормально расстраиваться из-за того, что вашего брата поместили в другой дом. Не все братья и сестры учатьсявместе, - любезно сказала она.
  Сириус провел рукой по взлохмаченным волосам и кивнул.
  - Я знаю, профессор.
  Глаза МакГонагалл были прикованы к отметинам на его запястье.
  - Что это, мистер Блэк?
  Сириус пожал плечами и засунул руки в карманы.
  - Не о чем беспокоиться, профессор. Этим летом я потратил некоторое время на расплату за свои грехи. Наказание - это то, чего я заслуживаю больше всего, не так ли?
  Ее ноздри гневно раздулись.
  - Эти запястья сильно натерты. Вам следует пойти в больничное крыло, чтобы мадам Помфри осмотрела их. Они выглядят довольно болезненно.
  Сириус лишь улыбнулся ей.
  - Я буду в порядке, но спасибо, МакГи.
  МакГонагалл ничего не ответила, сев рядом с ним за один из столов. Она на мгновение постучала пальцами по столу, словно не зная, что делать дальше.
  - Блэк, ты знаешь, что как глава факультета я гораздо больше, чем просто твой профессор трансфигурации?
  Когда он кивнул, она улыбнулась.
  - Я здесь в качестве советника... друга и доверенного лица, если вам что-нибудь понадобится. Даже если это просто поговорить.
  - О чем говорить, профессор?
  - Все, что ты захочешь. Домашняя работа, уроки, твои родители, твой брат, твои друзья, твоя домашняя жизнь... Я здесь для тебя.
  Сириус кивнул.
  - Мне не о чем говорить. Мой брат... он слизеринец, теперь он золотой герой семьи Блэк. Так говорит моя мать.
  - И вы не верите этим словам, мистер Блэк?
  Глаза Сириуса на мгновение задержались на ней, а потом он покачал головой.
  - Нет, не знаю. Я не знаю, куда заведет меня моя жизнь, но я знаю, что это будет не то направление, в котором хочет моя семья, и иногда... - он замолчал на на мгновение. - Иногда я не думаю, что уйду. Что я недостаточно силен, чтобы принимать собственные решения.
  МакГонагалл тепло улыбнулась ему, потянувшись, чтобы коснуться его руки.
  - Ты очень храбрый, Сириус, и это только одна из многих причин, по которым Распределяющая шляпа отправила тебя на Гриффиндор. Ты намного сильнее, чем думаешь о себе. Ты можешь чувствовать себя одиноким и беспомощным, словно потерялся в сражении, но ты не дрался. У тебя есть друзья. У тебя здесь семья, и с тобой все будет в порядке. Моя бабушка всегда говорила мне просто стоять, и я всегда вспоминаю об этом как о лучшем совете, который я получилкогда-либо.
  Он кивнул, странно тронутый ее словами. У него здесь была семья. У него были Джеймс, Питер, Римус, Лили, Марлен, Доркас и Мэри. И он начал понимать, что если он захочет - у него будет и МакГонагалл.
  МакГонагалл улыбнулась ему.
  - Ты стоишь за себя и за тех, кого любишь, Сириус. В мире нет ничего важнее, потому что, когда дело доходит до драки, ты чувствуешь, из чего ты сделан. Ты можешь сгибаться, пока не сломаешься, потому что это все, что ты можешь вынести. Стоишь на коленях, поднимаешь глаза и решаешь, что с тебя хватит, злишься, набираешься сил, но вытираешь руки, стряхиваешь - и стоишь. Когда ты падаешь, ты снова поднимаешься, и еще одна маленькая часть тебя начинает вставать на свои места. Ты встаешь. Ты понимаешь, о чем я говорю?
  Он понял. Независимо от того, сколько раз его родители били его, физически, словесно и эмоционально, чтобы подчиниться, он продолжал вставать; он продолжал выбирать свой собственный путь.
  - Да, профессор.
  - Так ты стоишь, - сказала она ему с улыбкой. - Жизнь похожа на роман, у которого вырван конец. Мы не должны знать, куда он нас заведет или что произойдет по пути. они имеют значение. Семья не всегда кровная.
  Она протянула ему руку, и когда он взял ее, она подняла его на ноги.
  - А теперь пойдем наслаждаться этим пиром, пока мы можем.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Спасибо, профессор.
  МакГонагалл только кивнула.
  - Мой кабинет всегда открыт, Сириус. Неважно, большой он или маленький.
  Семья не всегда была кровной, подумал он. И МакГонагалл всегда умудрялась напоминать ему об этом. Он обнял ее, удивив ее, но она ответила тем же.
  - Мистер Блэк, я думаю, нам пора вернуться на пир, не так ли?
  Он только ухмыльнулся ей.
  - точно.
  ***
  Сириус усмехнулся при воспоминании.
  - Тогда встань, Минни.
  Когда МакГонагалл улыбнулась ему в ответ, он повернулся и увидел, как Гарри бегает снаружи со щенком и с Тонкс. Он был горд, думал он, очень горд и любил этого маленького мальчика больше всего на свете. Он выбрал свою семью, и эта семья выбрала его в ответ.
  ***
  Той ночью, когда Гарри закончил готовиться ко сну, Сириус взял щенка и шлепнул его в кровать Гарри.
  - Я думаю, что ты утомил его сегодня, - сказал Сириус, когда щенок зевнул, начал кружиться, прежде чем свернуться калачиком на одной из подушек Гарри с закрытыми глазами. - Как мы назовем его?
  Гарри нежно коснулся мягкой шерсти, щенок потянулся под его рукой.
  - Я не знаю.
  Сириус укрыл Гарри, ухмыляясь, когда Гарри счастливо улыбнулся собаке рядом с ним.
  - Ну, сегодня нам не нужно называть его имя. У нас полно времени.
  Гарри улыбнулся Сириусу.
  - Это был второй лучший день в моей жизни, дядя Бродяга. Спасибо.
  Сириус улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Гарри в лоб.
  - Добро пожаловать, сохатик. Теперь я знаю, что твой настоящий день рождения в среду, и мы с дядей Муни собираемся сводить тебя куда-нибудь, где мы сможем поиграть в игры и поесть. Тебе это понравится. Но сегодня, мы хотели устроить тебе вечеринку.
  Он осторожно убрал волосы Гарри с глаз, думая о том, что Гарри только что сказал ему.
  - Почему второй лучший день?
  Глаза Гарри начали закрываться, и это заставило Сириуса улыбнуться.
  - второй, - тихо пробормотал он. - Лучший день был, когда ты привел меня сюда, чтобы ты был моим отцом.
  Потом он заснул, свернувшись калачиком на боку, щенок рядом с ним, и Сириус не мог заставить улыбку сойти с его лица.
  ***
  Когда на следующее утро Сириус проснулся, растянувшись в своей постели, он почувствовал облегчение и легкую грусть. Каким бы счастливым он ни был, чтобы хоть раз оказаться в своей постели, он был удивлен, осознав, что скучал по пробуждению рядом с ребенком. Он прошел в ванную, умылся и почистил зубы, прежде чем пробраться в спальню Гарри.
  Было чуть больше семи, и Гарри крепко спал, а щенок прижался к его спине. Изображение заставило его улыбнуться, и он направился вниз. Он заметил, что Андромеда прибралась на кухне перед тем, как уйти, и почувствовал особую благодарность за то, что сегодня утром ему не о чем было беспокоиться, когда налил себе стакан воды и с жадностью выпил его, утоляя раннюю утреннюю жажду.
  Сова влетела в открытое окно, оставив свой "Ежедневный пророк", и он порылся в кухонном ящике, чтобы найти деньги, чтобы заплатить ей. Он сел за стол и открыл газету, внимательно просматривая ее. Он не был уверен, почему он потрудился получать газету каждый день. Он очень редко читал ее полностью, но иногда, просматривая новостные статьи, он чувствовал, что у него есть некоторая подсказка о том, что происходило в мире.
  Статья на третьей странице сразу привлекла его внимание. Его глаза сузились, когда он прочитал:
  "РЕГИСТРАЦИЯ МАГИЧЕСКОГО СУЩЕСТВА - ПОМОГИТЕ ОСТАНОВИТЬ ОБОРОТНЯ!
  Нам стало известно, что есть много ведьм и волшебников с кровью магических существ в их организме, которые не заявили о себе и не зарегистрировались в Департаменте по регулированию и контролю магических существ.
  - Мы не пытаемся их выделить, - сообщил Саймон Фоли. - Но для нас важно изучить все группы крови, даже те, у которых на четверть вейлы, полугиганты, полутролли, полугоблины, полуфейри, укушенные оборотнями, новые вампиры и все остальные, кто может быть уникальным. Все дело в обучении и помощи другим.
  Это стало шоком для большинства людей, которые не хотят признаться, есть ли в их организме кровь магических существ, но это нужно сделать как можно скорее, чтобы не упустить возможности помочь им обрести внутренний покой и разобраться, что именно за болезнь у них может быть.
  Это стало особенно важным сегодня, когда зельевар Дамокл Белби сказал Пророку, что после многих лет напряженной работы он создал зелье, которое помогает контролировать болезнь лунного цикла, ликантропию.
  - Это не лекарство, - сказал Белби Пророку. - Я должен подчеркнуть, что это самое важное. Это не лекарство. Но оно помогает тем, кто страдает от болезни, сохранить память, когда они вынуждены превращаться в монстра, который живет внутри них. Однажды укушенный оборотнем, у вас сразу ликантропия, болезнь, которая три ночи в месяц, из-за вращения лунного цикла, превращает вас в кровожадного монстра. Ночь перед Полнолунием, ночь Полнолуния, и ночь после Полнолуния - все влияет на тех, у кого есть болезнь. Вам будет нужна кровь, и вам нужно будет охотиться, но наступит утро, когда эта лихорадка пройдет и вы вернетесь к своему человеческому я, все воспоминания о прошлой ночи стираются. Люди часто боятся этих монстров из-за того, что они могут сделать, и из-за того, что они не проявляют раскаяния ни в одном из повреждений, которые они нанесли из-за потери памяти.
  Поможет ли это зелье проявить раскаяние? Белби говорит нет. Что он делает, так это позволяет сохранять рассудок, когда монстр захватывает их тело.
  Белби был номинирован на получение Ордена Мерлина за его работу по излечению слабоумия во время превращения ликантропа тем, что он называет Волчьим зельем.
  Любой, кто хочет попробовать зелье и увидеть эффект, должен находиться под наблюдением Белби и его исследовательской группы. Регистрация в Министерстве магии обязательна для всех участников, включая указание вашего имени в официальном реестре оборотней, если вы хотите попробовать зелье."
  - Вот это хрень, - пробормотал он себе под нос, с отвращением швыряя газету в мусорное ведро.
  Слабоумие при превращении в ликантропа.
  Сириус снова схватил бумагу. Одной из вещей, которые он ненавидел в дружбе с Римусом Люпином, было то, что ему приходилось смотреть, как страдает его лучший друг. Болезнь, как они ее называли, делала его усталым, лихорадочным с ознобом, болью в суставах, похотливым, гормональным и вспыльчивым. Но хуже всего всегда было то, как глаза Римуса на следующий день обводили каждый дюйм их тел, замечая каждую царапину или порез на бумаге, и чувство вины наполняло его глаза, прежде чем он скрывал это.
  Римус всегда был убежден, что он монстр и что он причинит боль одному из них. И они не совсем держались на расстоянии от своего друга, когда он трансформировался, став анимагом, чтобы быть с ним во время полнолуния, - это то, о чем Сириус никогда не сожалел. Но быть с Римусом в такое неспокойное время означало, что было несколько неприятных моментов.
  Сириуса несколько раз порезали и поцарапали в собачьем обличье, но Джеймс всегда был быстр с исцеляющими чарами, и когда им все-таки пришлось идти к мадам Помфри, они были благодарны, что она никогда не задавала слишком много вопросов. У него был шрам на правом бедре, еще один на левом бедре и третий под правым ухом. Любые царапины, сделанные оборотнем, даже когда он превратился в своего анимага, покрываются шрамами. Но Сириус не пожалел ни об одном.
  Только однажды это было критично.
  Сириус вовремя не оттащил его назад, и Римус полоснул Джеймса прямо поперек живота. Белый олень упал на землю, когда его кровь хлынула, и вой, который издал Римус, охладил их кровь.
  Сириусу потребовалось все, что было в его силах, чтобы оторвать друга от брата, от запаха крови, который привлекал его. Но он сделал это. И еще больше Римус расстроился, когда обнаружил, что они ему солгали. Когда он не помнил, что сделал, его всегда поглощало чувство вины, из-за которого он полагал, что сделал самое худшее. Кто бы что ни говорил, он принимал это близко к сердцу. У него была болезнь. Он был тем, кто стал монстром. Сириуса взбесило то, как он опускает руки. За все те годы, что он знал Римуса Люпина, он ни разу не заглянул в его мягкие янтарные глаза и не увидел монстра.
  И если это зелье, это Волчье зелье давало тому, кто превратился в оборотня, способность сохранять собственный разум при трансформации - это было чудом. Но он ни за что не позволит своему лучшему другу пойти в Министерство Магии и зарегистрировать себя как оборотня.
  Лайалл Люпин сделал все, что было в его силах, чтобы его сын был в безопасности и не подвергался тщательному рассмотрению в качестве монстра. Он заставил его пообещать оставаться незамеченным столько, сколько сможет. Сириус вспомнил, как Римус узнал, почему его укусили в детстве; как сильно это открытие ранило его.
  ***
  Ему было семнадцать, и это было лето перед седьмым курсом, и он появился на пороге дома Поттеров со слезами, катившимися по его щекам.
  - Лунатик! - воскликнул Джеймс, обхватив друга руками и потянув его в дом. - Что такое? Что случилось?
  Римус прижался к Джеймсу, рыдания сотрясали его тело. Флимонт вошел в прихожую, приподняв бровь, прежде чем обнять сына и друга.
  - Все в порядке, Римус. Давай, давай присядем, ладно? - предложил Флимонт, ведя Римуса в гостиную.
  - Джейми, иди и позови Сириуса.
  Джеймс только кивнул, повернувшись и увидев стоящего там Сириуса.
  - Бродяга.
  Флимонт не выпускал Римуса из рук, пока тот не отстранился, смущенно вытирая глаза.
  - Мне жаль.
  - Не надо. С твоими родителями все в порядке?
  Римус кивнул.
  - Да.
  Юфимия вошла в гостиную с подносом с чаем и печеньем. Она положила его на стол, села с другой стороны от Римуса и обняла его, прижав его голову к своей груди, как будто он был ребенком.
  - Как дела у моего мальчика? - она нежно провела пальцами по его волосам, наклоняясь, чтобы поцеловать новый шрам чуть ниже его уха.- Всегда такой смелый.
  Он покраснел и обнял ее в ответ, когда Джеймс и Сириус подошли к нему.
  - Прости, что вот так появляюсь, - начал Римус, но Джеймс покачал головой.
  - Не будь дураком! Что случилось?
  Сириус кивнул, усаживаясь на пол у ног Римуса.
  - Хочешь, чтобы мы привели сюда Питера?
  Римус покачал головой, яростно вытирая глаза.
  - Это глупо. Я делаю из ничего большое дело. Я не хочу беспокоить и Питера.
  Флимонт подвинулся так, чтобы его сын мог сесть рядом со своим другом.
  - Сомневаюсь. Хотите, чтобы мы оставили вас, мальчики, наедине, чтобы поговорить?
  Римус благодарно сжал его руку.
  - Все в порядке. Я знаю тебя... ты знаешь, кто я - чудовище.
  Сириус нахмурился, и глаза Джеймса ожесточились.
  - Перестань называть себя монстром, Рем! Ты совсем не похож на него! - воскликнул Джеймс, когда Сириус кивнул с пола под ними.
  Юфимия наклонилась и поцеловала Римуса в щеку.
  - Ты милый мальчик - молодой человек, - поправила она, тепло улыбаясь глазами.
  - Мои мальчики теперь все молодые люди.
  Римус покраснел от ее слов - мои мальчики. Юфимия и Флимонт относились к Сириусу, Римусу и Питеру, как к собственным детям, и он никогда не чувствовал себя таким счастливым, как в их присутствии. Он закрыл глаза, когда говорил.
  - Я узнал... я знаю, как я...
  - Как ты что, Лунатик? - спросил Джеймс, глядя на своего друга и мягко переплетая руку Римуса.
  Сириус протянул руку и коснулся другой руки Римуса.
  - Ты можешь рассказать нам, Рем.
  Римус медленно выдохнул.
  - Я знаю, почему меня укусили.
  Юфимия задохнулась.
  - Римус, знание "почему" не имеет значения! Это случилось давным-давно.
  Флимонт потянулся за своего сына и Римуса и коснулся плеча жены, покачав головой.
  - Он должен знать, Фиа. Как ты думаешь, почему тебя укусили, Римус?
  Римус медленно сглотнул, сосредоточившись на ощущении двух своих лучших друзей, когда они коснулись его рук, подтверждая свое присутствие.
  - Мой отец... это был папа. Он... он сделал себя врагом оборотня по имени Фенрир Сивый.
  Глаза Сириуса расширились.
  - Сивый? Тот злобный ублюдок, который следует за Волдемортом и нападает на всех этих магглов?
  - Один в один, - пробормотал Римус.
  - Как твой отец узнал его? - спросил Джеймс, нежно похлопывая Римуса по руке.
  Когда он говорил, руки Римуса сжались в кулаки.
  - Папа раньше работал в Департаменте регулирования и контроля магических существ. Какая ирония, что его сын превратился в опасное существо, - пробормотал он, поморщившись, когда Джеймс и Сириус легонько пнули его. - Извините. Но он... Грейбека допрашивали по поводу смерти двух детей-маглов, что, я знаю, неудивительно. Папа сказал, что тогда Реестр оборотней не очень хорошо контролировался, потому что все так боялись оборотней, что не "Пресса пытается выяснить, кто они, потому что они хотели сделать все возможное, чтобы избежать их всех вместе. Грейбек утверждал, что он был просто магглом и при этом бродягой, который был шокирован даже тем, что оказался в комнате, полной волшебников.Но мой папа, он... он ему не доверял и думал, что он проявляет определенные признаки ликантропии, именно в поведении. Он пытался заставить комиссию задержать его на двадцать четыре часа, потому что приближалось полнолуние, но комиссия посчитала его невиновным и сказала отцу, что он сошел с ума. Над ним посмеялись.
  Юфимия нежно погладила Римуса по спине, ее рука сжала его руку.
  - Он был смущен.
  Римус кивнул, медленно сглотнув.
  - Он... он так разозлился и закричал, что все оборотни "бездушны, злы и не заслуживают ничего, кроме смерти".
  - Рем, - сказал Джеймс, обнимая друга за плечи. - Рем, он не знал. Как ты сказал, никто на самом деле не знал об оборотнях, кроме как бояться их. Он не знал. Он не имел в виду то, что сказал.
  - Он имел в виду это! - настаивал Римус, отстраняясь от друзей и вставая. Он провел руками по волнистым волосам, широко раскрыв глаза. - Бездушное зло! Вот что он думает обо мне!
  - Нет, не знаешь, - холодно сказал Сириус. - Твой папа любит тебя. Когда бы я ни приходил в гости, он только и делает, что хвастается тем, какой ты умный, какие вещи ты выучил в школе, и продолжает говорить о том, что ты счастлив, и как он счастлив от этого. Не думай, что ты бездушен, и уж точно он не считает тебя злым.
  Римус не ответил. Он стоял посреди комнаты, обе его руки все еще были запутаны в волосах, пока он говорил.
  - Папу убрали из Министерства. Хотели переделать память Сивого, чтобы он не помнил о Министерстве Магии, но он одолел их с помощью двух подстерегающих его сообщников, и он вспомнил то, что папа сказал о нем, и... он рассказал своей стае. Он узнал, где мы живем, и за два месяца до моего пятого дня рождения он пробрался в окно моей спальни и он... Папа спас мне жизнь, но он опоздал для...
  Юфимия встала, обхватив Римуса руками, игнорируя его попытку освободиться.
  - И он понял, что все, что он когда-либо думал об оборотнях, было ложью. Ты все еще был его сыном. Его гордостью и радостью. Умным и милым ребенком, которого он знал и которым восхищался, и в те ужасные периоды полнолуния, когда он был вынужден смотреть, как ты страдаешь, его сердце каждый раз разбивалось все больше.
  - Он ненавидит меня, Фиа.
  Римус что-то пробормотал ей в плечо, а затем снова заплакал, обхватив ее руками, пока она успокаивала его.
  Через несколько минут, когда он отстранился, вытирая слезы с глаз, Флимонт встал и обнял жену рукой.
  - Римус, я знал твоего отца еще до того, как ты встретил Джейми. Я не знал, что его сына укусил оборотень, но я знал, что Лайалл Люпин проводит свое время, проводя бесконечные исследования оборотней, ликантропии и того, как "чтобы найти лекарство. Он пришел ко мне по поводу зелья, что-то, что могло бы снять вашу боль во время трансформации. Конечно, он не сказал этих слов, только что ему было интересно, есть ли способ для оборотня пройти переход без боли.Честно говоря, я думал может он укушен и ищет для себя,но нет ничего. Я давал ему несколько целебных и безболезненных зелий,но он всегда возвращался утверждая что они не подействовали...Затем, примерно за четыре года до того, как ты отправился в Хогвартс, он исчез, и больше я о нем ничего не слышал. Он снова и снова выселял твою семью, Римус, чтобы обезопасить тебя. - настаивал Флимонт.
  Римус покачал головой, но ничего не сказал.
  Джеймс и Сириус встали со своих мест, взяв Римуса за руку и потянув его на диван, чтобы он сел между ними.
  - Слушайся маму и папу, Лунатик, - ласково сказал Джеймс. - Почему твой отец решил тебе это рассказать?
  - Я спросил его, - просто сказал Римус. - Мама была... в последнее время она говорит как-то бессвязно. Рак разъедает ее мозг, и иногда она не всегда ясно понимает, что говорит, и она сказала, что... она сказала мне, что Сивый укусил меня из-за папы. Я потребовал от него, что она имела в виду, и все это вылилось из него.
  - Что случилось после того, как он сказал тебе? - спросил Сириус, слегка сжимая руку друга.
  - Я сказал ему, что виню его, - признал Римус низким голосом. - Что у меня могла бы быть нормальная жизнь, если бы он просто держал рот на замке. Мы поссорились из-за этого. Он кричал, что отдал свою жизнь за меня, чтобы защитить меня из-за ошибки, которую он совершил. Он сожалел об этом больше всего на свете, но то, что меня укусили, было тревожным звонком. Он сказал, что это доказывает, что оборотни могут быть похожими на людей. "Человекоподобными" были его точные слова.
  Глаза Джеймса расширились.
  - Римус, он не это имел в виду.
  - Он любит тебя, - настаивал Сириус. - Он любит тебя и любит твою маму. Он не думает, что ты чудовище. Он знает, что это не так.
  Римус лишь полуулыбнулся им.
  - Он сказал, что любит меня, несмотря на болезнь, и что моя мама взяла с него обещание позаботиться обо мне. Он сказал, что, когда мама становится все хуже, я не могу оставаться там до полнолуния, мне нужно найти место, чтобы... Дамблдор сказал, что я могу пойти в лачугу.
  Джеймс кивнул, не сводя глаз с друга.
  - Мы будем там, Рем. Я обещаю.
  - Питер тоже, - сказал Сириус с улыбкой. Сохатый и я приведем его. Он захочет быть рядом с тобой.
  Юфимия улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать Римуса в щеку.
  - А если ты еще не готов идти домой, мы с Монти приготовим для тебя койку в комнате Джейми на столько, сколько ты захочешь. Тебе всегда найдется место здесь, с нами.
  Римус лишь полуулыбнулся.
  - Спасибо, миссис Поттер.
  Флимонт фыркнул.
  - Римус, в сотый раз это Фиа и Монти.
  - Или мама и папа, - подмигнул Джеймс.
  Юфимия поцеловала сына в щеку.
  - Джейми, иди приготовь койку для Римуса. Муни собирается написать письмо своему отцу, сообщив ему, где он и когда вернется домой. Я думаю, что вам обоим нужно немного остыть, прежде чем вы снова заговорите.
  Флимонт кивнул.
  - Просто помни, Римус. Родители не идеальны. Но твой отец любит тебя больше, чем ты можешь себе представить. Не позволяй его самому большому сожалению и его ошибке повлиять на твои отношения с ним.
  Римус только смотрел на них широко раскрытыми золотыми глазами.
  - Спасибо.
  Юфимия улыбнулась ему.
  - Пока Джейми выкапывает койку, вы двое можете помочь мне с ужином. Сегодня вечером мы будем есть стейк. Сириус, ты можешь накрыть на стол, пока Римус поможет мне почистить картошку. Я даю Дарби и Розе выходной, так что ты мальчики будут помогать мне готовить.
  ***
  Воспоминание заставило его улыбнуться. Римус прожил с ними неделю; отправиться в Визжащую Хижину в Хогсмиде на ночь в полнолуние, прежде чем вернуться домой. Он и его отец говорили об этом, и Римус простил его за то, что он держал это в секрете. Как бы он ни хотел обвинить своего отца, вина принадлежала Фенриру Сивому, оборотню, который решил отомстить Лайаллу Люпину, напав на своего четырехлетнего сына посреди ночи.
  Лайалл и Хоуп много переезжали; держал его дома и подальше от других детей; защищал его, пока Дамблдор не появился на их пороге и не пообещал, что он сможет посещать Хогвартс и учиться с другими учениками как обычный ребенок. Впервые в жизни Римуса он собирался завести друзей, и он это сделал. Джеймс, Питер и Сириус стали лучшими друзьями, о которых он когда-либо мог мечтать, и Сириус каждый день был благодарен за то, что он дружит с Римусом.
  Глаза Сириуса остановились на газетной статье. Зелья никогда не были его самым сильным предметом, Джеймс был зельеваром в группе, но все же не на том уровне, на котором был его отец. Лили была принцессой зелий, но поскольку никого из них не было рядом, остался только он. Он задавался вопросом, есть ли способ узнать ингредиенты для этого нового зелья. Сложно было сделать? Что это повлекло за собой?
  Если это было что-то, что он мог сделать для своего друга, то он хотел это сделать. Он просто понятия не имел, как.
  Персефона крикнула ему со своего места у кухонного окна, и он улыбнулся. Если кто-то и сможет это узнать, так это МакГонагалл. Он схватил пергамент и перо с чернилами и быстро написал сообщение.
  "МакГи,
  Только что видел "Ежедневный пророк" о Белби и этом волчьем зелье. Это реально? Вы что-нибудь слышали? Если кто-то и заслуживает это зелье, так это Римус, но только через мой труп, я позволю ему зарегистрироваться в Министерстве как "опасное магическое существо" только для того, чтобы получить его образец. Ему было достаточно трудно найти работу самостоятельно, и если бы Министерство узнало, что у него ликантропия, они запретили бы ему еще больше рабочих мест, чем он уже потерял из-за его частых отлучек.
  Я знаю, что он слишком упрям, чтобы спросить, видел ли он вообще газету, в чем я сомневаюсь, поскольку он никогда ее не читает, так что я спрошу о нем. Как мы можем узнать, что влечет за собой зелье и как варится зелье?
  Спасибо!
  с Любовью,
  Сириус"
  Персефона радостно улюлюкала ему, когда он звал ее, чтобы привязать письмо к ее лапке. Глядя, как она улетает, он снова задавался вопросом, что на самом деле делает это зелье и принесет ли оно пользу даже его другу. И стоило ли вообще возлагать на него надежды.
  Сириус не знал, но он знал, что это был шанс, от которого он не хотел отказываться.
  Глава 19: Эпизод, где Гарри встречает превосходную хранительницу секретов и ее брата
  Что касается имен для щенков, я выбрал Мародер, написав это за несколько дней до того, как это предложила гики-мама, но все же примите к сведению, что это очаровательное имя, так что спасибо!
  Кроме того, мы все знали, что я каким-то образом собираюсь включить несколько всеми любимых персонажей, и вот как я это начну. Я надеюсь, вам понравится.
  текст:
  Когда наступил настоящий день рождения Гарри, Сириус и Римус взяли его с собой на день. Римус подумал, что это блестящая идея провести утро в Лондонском зоопарке. Гарри был очарован животными, и он крепко держал руки Римуса и Сириуса, пока они шли, глядя на них всех. На обед они поели в бистро, а затем Римус купил Гарри рожок мороженого, который тот с удовольствием съел, пока они направлялись в кинотеатр.
  Сириус вспомнил, как впервые они с Джеймсом, Римусом и Питером пошли в кино, и им понравилась каждая секунда, и он хотел, чтобы Гарри тоже испытал это на себе. Это была идея Римуса поехать за одно лето до четвертого курса. Сириус и Джеймс никогда раньше не были вместе, но Питер и Римус любили кино. Он хотел, чтобы Гарри испытал такое же волнение.
  Римус предложил посмотреть "Великого мышиного сыщика", потому что это детский фильм, но Сириус настаивал на том, что они смотрят "Лучшего стрелка", потому что это выглядело так круто. Они нагрузились закусками и завели Гарри внутрь, посадив его между собой. Гарри нравился фильм, его широко раскрытые глаза и его задница на краю сиденья (Римусу пришлось осторожно прошептать заклинание, чтобы оно не отбросило ребенка назад и не приковало его к месту), но он ему понравился.
  После фильма Сириус предложил пойти по магазинам, чтобы Гарри мог выбрать один подарок на свой настоящий день рождения. Гарри просто удивленно уставился на него, но они пошли в магазин игрушек в маггловском Лондоне, и Гарри выбрал коробку Лего. Вернувшись домой, Сириус и Римус потратили почти три часа, помогая Гарри построить самый большой замок из всех лего в кейсе.
  - Это был лучший день рождения, - настаивал Гарри, пока Сириус проводил его в ванну той ночью. Когда он забрался в свою кровать, он все еще был в восторге от прошедшего дня, когда щенок вскочил, лизнув лицо Гарри и заставив его захихикать.
  Щенок прижался к Гарри.
  - Я рад, что тебе было так весело, именинник.
  Гарри широко ухмыльнулся.
  - Это было лучше всех! Спасибо, дядя Сириус!
  Сириус улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Гарри в лоб.
  - Пожалуйста. Что бы ты хотел услышать сегодня в качестве сказки на ночь, сохатик? - спросил Сириус, забравшись на кровать рядом с Гарри и вытянувшись рядом с ним, прислонившись спиной к спинке кровати. Он обнял Гарри, сидевшего рядом с ним, откинув голову на плечо Сириуса, щенок с другой стороны.
  - Расскажи мне о моих маме и папе, - спросил он почти шепотом.
  Сириус улыбнулся, протягивая Гарри чучело оленя и лани.
  - Лили и Джеймс, они были лучшими людьми, которых я когда-либо знал.
  Гарри прижимал животных к себе, с нетерпением глядя на крестного.
  - Лили была одной из самых умных ведьм в школе, если не самой умной. Она была остроумной и забавной, не говоря уже о нахальной. Она была так талантлива в зельях и заклинаниях, это были ее лучшие предметы. Все учителя любили ее. Джеймс. Он также был очень умен. Ему почти никогда не нужно было учиться, все шло к нему само собой. Он любил Трансфигурацию и Защиту от темных искусств. Он был забавным и всегда всем улыбался.
  Гарри улыбался ему, когда он говорил, и Сириус усмехнулся.
  - Однажды, Гарри, сразу после твоего рождения. Тебе было, наверное, два месяца, - сказал Сириус, ясно вспоминая этот момент с улыбкой. - Я заглянул в гости, а твой отец сидел на диване с гитарой на коленях и играл "Free Bird", а ты просто смотрел на него в изумлении. Вошла твоя мама, подошла и поцеловала тебя. Папа поменял аккорд и начал петь ей. У нее был этот взгляд в ее глазах, и она снова поцеловала его. Они были так влюблены. Ты мог видеть, как сильно они любили друг друга такими, какие они были. Но твой отец любил играть на гитаре, и он любил Beatles больше всего на свете. Он также любил Элвиса Пресли и Би Би Кинга. Он увлекался музыкой, особенно маггловской. Он всегда пел, его нога всегда постукивала или подпрыгивала в какой-то внутренний ритм.
  Он улыбнулся, вспомнив, как часто они сидели в общей комнате или учебном зале, а ступня или пальцы Джеймса отбивали какой-то ритм, который мог слышать только он, и когда вы окликали его, он внезапно запел ту песню, которую он мысленно качал.
  - Когда нам было по четырнадцать, мы с твоим отцом однажды сбежали из школы и поехали в Лондон, чтобы посмотреть концерт The Rolling Stones. Тетя Минни так разозлилась, когда поймала нас, когда мы тайком возвращались в школу. Каждый вечер в течение месяца у нас были отработки. ... Но оно того стоило, - сказал он с ухмылкой. -Очень фантастический концерт. Когда мы увидели Queen в следующем году, это было даже лучше. Твой отец всегда хотел увидеть Beatles вживую, и я помню, когда нам было пятнадцать, твой дедушка показал нам воспоминание, которое он получил от кого-то, кого он знал. А Джейми и я смогли посмотреть выступление Beatles на стадионе Ши в Нью-Йорке в 1965 году. По словам твоего отца, это был величайший концерт в истории. Мы чувствовали, что были там.
  Гарри улыбнулся ему.
  - Дядя Бродяга, мой папа был хорошим певцом?
  - Да, был. У него был действительно великолепный голос. Он все время пел тебе. Ты помнишь?
  Он смутно помнил сон, в котором он услышал, как мужчина поет ему, поэтому кивнул.
  - Иногда я так думаю.
  Сириус поцеловал Гарри в макушку.
  - Он так любил тебя и твою маму тоже. Они любили друг друга, и они любили тебя больше всего на свете. Они бы так гордились тобой. Я знаю, что они наблюдают за нами, время от времени проверяя чтобы убедиться, что я хорошо забочусь о тебе. Они любили тебя. Я не хочу, чтобы ты когда-либо забывал об этом.
  Гарри улыбнулся ему.
  - Я тоже их люблю.
  Сириус снова поцеловал Гарри в макушку с улыбкой.
  - Хорошо, сохатик, я думаю, хватит времени для рассказа. Он потянулся, чтобы почесать живот спящего рядом с ним щенка. - Я думаю, вам двоим Мародёрам пора немного поспать.
  Он встал, и Гарри схватил его за руку.
  - Да, сохатик?
  - Мародер.
  Брови Сириуса вопросительно поднялись.
  - Да?
  - Почему тебя, дядю Луни и папу так звали?
  Сириус усмехнулся и снова сел на кровать.
  - Хороший вопрос, Гарри. Он уложил Гарри обратно и улыбнулся.
  - Я, твой папа, дядя Римус и дядя - Питер, - осторожно поправил он, стараясь не скривиться при имени. - Мы все были друзьями в школе с первого года обучения. Мы воображали себя популярной бандой и думали, что было бы довольно блестяще иметь собственное имя, что-то элегантное и уникальное для нас. В конце концов мы назвали себя Мародёрами.
  - Почему?
  - Ну, мародер означает бродить или искать добычу или сокровище. Это специальное название для мошенников, и мы воображали себя бродягами замка. Но на самом деле это имя дала нам тетя Минни.
  - Она?! - удивленно спросил Гарри.
  Сириус улыбнулся, с любовью вспоминая тот день.
  - Да, это было. Это было в самом начале нашего второго года, в конце сентября. Джейми и я только что получили отработку за то, что заставили всех слизеринских мантий кричать от ужаса, когда они увидели одного из студентов нашего года, мальчика по имени Снейп: Это было забавно, но МакГонагалл сразу поняла, что это были мы, так как мы уже сделали себе имя в отделе создания проблем, и она подошла к нашему столу за завтраком, скрестив руки перед собой. Это была идея твоего дяди Римуса, но ей и не нужно было этого знать. Во всяком случае, она строго посмотрела на нас и просто сказала: "Сегодня только сентябрь, неужели вы, четверо мародеров, не можете вести себя так в течение одного года?" Нам это понравилось, и после того, как она наказала нас и забрала баллы дома, мы согласились называть себя "Мародеры". Так мы и сделали.
  - Мне это нравится, - сказал ему Гарри, улыбаясь. - Мародер.
  Сириус ухмыльнулся ему.
  - Мне тоже, сохатик.
  Гарри улыбнулся.
  - Так его зовут, дядя Бродяга. Он такой же Мародер, как и ты.
  Сириус улыбнулся, почесав щенка за ушами.
  - Этомародер.
  Он потянулся к ошейнику, который носил щенок, и палочкой осторожно выгравировал имя на бронзовой бирке.
  - Теперь вам с Мародером нужно немного поспать. - Он поцеловал Гарри в лоб с улыбкой. - Я люблю тебя. Спокойной ночи, Гарри.
  - Я тоже тебя люблю, - зевнул Гарри, прижимаясь к щенку. - Доброй ночи.
  Сириус оставил дверь приоткрытой и спустился вниз. Мародер - отличное имя для щенка, подумал он. На самом деле, это было идеально.
  ***
  В ту субботу Гарри сидел на качелях, выбрасывая перед собой маленькие ножки, и раскачивался все выше и выше над землей. Римус привел его в парк, чтобы поиграть в тот день после того, как они отправились за покупками в местный книжный магазин в соседнем городке под названием Оттери-Сент-Мэри.
  Но теперь он был больше взволнован тем, что оказался в парке, хотя время было почти обеденное, и там не играли другие дети. Ему нравилось чувствовать себя на качелях и иметь возможность подняться как можно выше. Ему почти казалось, что он летит. Он помахал Римусу, который разговаривал с седовласым мужчиной у скамейки, которую он встретил в книжном магазине. Римус задавал ему вопросы о Британской монархии, одной из книг, которые он искал для нее. Этот человек был учителем истории в средней школе, и вскоре Римус завел с ним интересную беседу об обучении Гарри истории. Гарри надоело ждать, пока он перестанет разговаривать с мистером Шелби, поэтому они продолжили разговор через дорогу в парке.
  Римус помахал ему в ответ, и он усмехнулся, замедлился и спрыгнул с качелей от радости, казалось, что на мгновение парит в воздухе, взлетая до того, как гравитация взяла верх, и он перекатился, ударившись о землю, и Мародер радостно залаял, бегая к нему в ликовании.
  Он ухмыльнулся Римусу, у которого глаза будто вылезли из орбит при виде Гарри, прыгающего с качелей. Теперь он смотрел на Гарри со смесью гордости и облегчения на лице, что заставило Гарри улыбнуться ему в ответ.
  Гарри подошел к ящику с песком, зачерпнув руками песок и наблюдая, как он медленно скатывается по его коже обратно в ящик с песком. Судя по углублениям и канавкам в песочнице, в нее недавно кто-то играл. У дерева в конце парка стоял мальчик-подросток и разговаривал с девочкой-подростком, которая смеялась над чем-то, что он сказал. Смех девушки напомнил Гарри о Тонкс, которая приходила к нему раз или два в неделю, чтобы пообщаться с ним. Она была веселой. Ему нравилось, когда она приходила, потому что всегда смешила его.
  Он отряхнулся и поспешил вверх по веревочному мосту, смеясь, когда Мародер нетерпеливо последовал за ним в деревянный замок посреди игровой площадки. Он животом вполз в высокую башню, вылез через дыру у пожарного шеста, потянулся вниз, чтобы поднять Мародера вместе с ним в башню, и остановился в удивлении, увидев крошечную девочку, свернувшуюся там.
  Он думал, что будет один в замке.
  У нее были огненно-рыжие волосы и веснушки на носу, а глаза цвета темного шоколада смотрели на него с удивлением. Затем она просто обняла его и крепко обняла вместо приветствия и поцеловала прямо в губы.
  - Привет!
  Гарри посмотрел на нее, чувствуя себя довольно пораженным тем, что его обняла и поцеловала эта случайная девушка, которую он не знал, удивленный ощущением тепла, которое она ему подарила.
  - Э, привет.
  Девушка обняла его во второй раз, а затем еще более восторженно поприветствовала щенка, который жадно лизнул ее лицо в знак приветствия. Она обняла его и почесала живот, и Гарри усмехнулся.
  - Ты ему нравишься.
  - Он красивый! Как его зовут? - спросила она, долго массируя его живот, отчего язык Мародера радостно вывалился.
  - Мародер.
  Она ухмыльнулась, в последний раз погладив его, а затем приложила палец к губам, когда они услышали звук чьего-то голоса снаружи.
  - Ш-ш, я прячусь.
  - От кого?
  Ее темно-карие глаза озорно блеснули:
  - Я закопала его дневник в песочнице.
  - Почему? - спросил Гарри, склонив голову набок, чтобы с любопытством взглянуть на нее.
  Маленькая девочка широко улыбнулась.
  - Чтобы скрыть это, глупый мальчик! Чарли так хотел это увидеть, я взяла это. Он хочет знать все об Анне. Но это не его дело!
  Гарри кивнул, все еще не совсем понимая.
  - Значит, ты украла его, чтобы Чарли не смог прочитать?
  Она ухмыльнулась, хихикая.
  - Но он в песочнице, где я его спрятала.
  - Чарли твой друг? - спросил Гарри, задаваясь вопросом, пряталась ли она, а кто ее ищет. Он видел только двух подростков, разговаривающих поблизости.
  Она покачала головой.
  - Брат. Я Джинни, и мне скоро исполнится пять!
  - Гарри, - сказал он, улыбаясь в ответ на ее широкую улыбку.
  - Мне шесть.
  Он почесал лоб, и ее глаза метнулись к шраму в виде молнии рядом с тем местом, где он чесал, и расширились.
  - Гарри Поттер?
  - Да, - сказал он с удивлением, когда Мародер взвизгнул и ткнулся носом ему в ногу.
  Она снова была в его руках, крепко обнимая его, пока Мародер радостно лаял и безуспешно пытался вклиниться между ними.
  - Мне жаль твоих маму и папу.
  Слова удивили его. Он знал, что его родители умерли. Иногда он задумывался о них, но на самом деле не думал о них. Он не сразу понял из-за Сириуса и Римуса. У него был дом и кто-то, кто хотел о нем позаботиться; который любил его, как его родители. А Сириус и Римус всегда были готовы рассказать ему истории о них, когда бы он ни попросил.
  Гарри обнял ее в ответ, вздрогнув, когда она поцеловала его в щеку, прежде чем отстраниться, и Мародер немедленно устроился поудобнее на коленях Гарри.
  Джинни широко улыбнулась ему и протянула руку.
  - Пойдем, пойдем за журналом. Я думаю, он идет.
  - Кто? Чарли?
  Джинни покачала головой, соскальзывая с пожарного шеста, и Гарри последовал за ней, осторожно держа Мародера на руках, как раз в тот момент, когда громкий голос выкрикнул:
  - Джиневра! Что ты с ним сделала, маленькая шалунья?
  Джинни хихикнула и спряталась за спину Гарри, крепко сжимая его руку в своей.
  Злой голос напугал Гарри. Когда люди злились, случались плохие вещи. Но Джинни не испугалась. Она просто продолжала хихикать, а потом над ними встала высокая фигура. Его огненно-рыжие волосы были того же цвета, что и ее, и он носил их немного длинными и лохматыми. Гарри понял, что он был подростком, который был с девушкой.
  - Ты его похоронила? - спросил он, скрестив руки перед собой.
  Он удивленно посмотрел на Мародера, когда тот рявкнул на него.
  Джинни снова хихикнула, обойдя Гарри и протянув руки к молодому человеку, который просто поднял ее и поцеловал в щеку.
  - Я скрывала это от Чарли.
  - Угу, - сказал он, качая головой.
  - Ты маленькая озорница, малышка. Но мне нравится, что ты хранишь все мои секреты для меня.
  Он снова поцеловал ее в щеку и улыбнулся Гарри.
  - Кто твой друг, Джинни?
  - Это Гарри Поттер! - воскликнула она, широко раскрыв глаза. - Он милый.
  Гарри застенчиво улыбнулся, засунув руки в карманы, когда к ним приблизился Римус.
  Римус положил руку на плечо Гарри и улыбнулся подростку, который все еще держал Джинни.
  - Привет.
  Рыжая улыбнулась Римусу.
  - Привет, моя сестра только что доставила неприятности. Я Билл, а это Джинни.
  - Римус, - сказал Римус, протягивая руку. - Гарри, у тебя появиласьподруга?
  Джинни спрыгнула с рук Билла и снова крепко обняла Гарри.
  - Вы приходите ко мне на день рождения!
  Затем она просто снова протянула руки к Биллу, чтобы он снова поднял ее.
  Гарри просто улыбнулся ей, а Римус улыбнулся Биллу.
  - Похоже, у них обоих появился новый друг. Когда у нее день рождения?
  Билл улыбнулся.
  - Одиннадцатое августа, но в следующее воскресенье мы устраиваем ее вечеринку. Гарри будет более чем рад, если он захочет прийти. Он действительно Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил? - спросил он, с интересом глядя на Гарри.
  Римус улыбнулся.
  - Он действительно шестилетний мальчик, но да, его зовут Гарри.
  Билл покраснел от смущения.
  - Прости, я не имел в виду... просто он стал довольно известным, понимаешь? Мои родители даже рассказывают Джинни его сказку на ночь, как он спас мир от Сам знаешь Кого. Верят, что ребенок - это тот, кто действительно победил его.
  - Я знаю, - сказал Римус, все еще улыбаясь. - Я просто хочу, чтобы у него было нормальное детство.
  Билл кивнул.
  - Что ж, ему очень рады в "Норе", как и вам. Он десятого числа. Будь там в час. Мы всего в пяти минутах от Оттери-сент-Кэтчпол.
  Римус тепло улыбнулся.
  - Мы будем рады приехать.
  Билл широко улыбнулся.
  - Хорошо, я знаю, что Джинни была бы разочарована, если бы пригласила нового друга, а он не появился бы на ее дне рождения.
  Римус улыбнулся в ответ, взяв Гарри за руку, когда они направились прочь из парка. Гарри оглянулся и увидел, как Джинни указывает на песочницу, и снова безумно захихикала, когда Билл начал щекотать ее, прежде чем они вытащили дневник, который она зарыла.
  - Можно я пойду, дядя Муни?
  Римус тепло улыбнулся, наблюдая, как глаза Гарри не отрываются от крошечной девочки, которую высокий парень непрестанно щекочет, и они оба хохочут, как сумасшедшие.
  - На ее день рождения?
  Увидев нетерпеливый кивок Гарри, он улыбнулся.
  - Конечно, можешь. Нам нужно сделать ей подарок на день рождения.
  Гарри широко ухмыльнулся. Ощущение маленькой девочки, обнявшей его руками, оставило внутри него теплое чувство. Его губы и щека все еще горели от того места, где она его поцеловала. Раньше у него никогда не было друга. Он позволил Римусу поднять себя, а сам аппарировал обратно в дом, цепляясь за Римуса и крепко держа извивающегося Мародера. Аппарация ему нравилась не так сильно, как путешествие по дымоходу, и он был почти уверен, что Мародеру это тоже не нравилось.
  Сириус уже ждал их, когда они вернулись, и он широко ухмыльнулся, крепко обнимая Гарри, когда тот бежал в его объятия.
  - Как прошло ваше время в Оттери-Сент-Мэри? Ребята, вы купили какие-нибудь книги?
  - У Гарри появился новаяподруга, - сказал Римус, закрывая за собой входную дверь. - Красивая маленькая рыжая по имени Джинни".
  Сириус широко ухмыльнулся, приветствуя Мародера, который нетерпеливо прыгал у его ног, привлекая внимание.
  - Девушка, да? И рыжая, он действительно сын Сохатого.
  Римус усмехнулся.
  - Я думаю, у нас есть вечность, прежде чем нам придется беспокоиться об этом, Бродяга.
  Сириус рассмеялся, ставя Гарри на ноги.
  - На обратном пути я прихватил в Лондоне макароны. В них есть согревающие чары, но пошли поедим.
  Гарри поднялся наверх, чтобы умыться, и Сириус повернулся к Римусу.
  - Значит, рыжая, а?
  Римус усмехнулся.
  - Да, рыжая. На следующей неделе ей исполнится пять, и Гарри был приглашен на ее день рождения в следующие выходные. Я сказал ему, что он может пойти. Она была со своим братом, который передал нам приглашение.
  - Где вечеринка? - спросил Сириус, ведя Римуса на кухню, чтобы приготовить пасту для Гарри.
  - Где-то под названием "Нора" на Оттери-сент-Кэтчпол. Я никогда о нем не слышал, но уверен, что найти его не так уж и сложно. Они волшебники, поскольку девушка узнала Гарри по его шраму.
  Сириус кивнул, когда Гарри спустился вниз со свежевымытыми руками и сел за стол. Он с жадностью нырнул в пасту с мясным соусом.
  Сириус улыбнулся своему крестнику.
  - Итак, Гарри, расскажешь мне о своей новой дружке?
  Гарри широко улыбнулся.
  - Ее зовут Джинни. Она спрятала дневник своего брата в песочнице. У нее рыжие волосы и карие глаза, и она обняла меня и поцеловала прямо в губы!
  Сириус усмехнулся.
  - Уже первый поцелуй и от рыжей.
  Римус закатил глаза.
  - Не начинай, Бродяга.
  Гарри лишь ухмыльнулся им.
  - Она тоже поцеловала меня в щеку. Мародеру она понравилась. Она сказала, что жалеет, что у меня нет мамы и папы. Она была хороша.
  Сириус на мгновение погрустнел.
  - Она знала, что ты Гарри Поттер?
  Гарри кивнул, пока ел.
  - Она видела мой шрам.
  Сириус вздохнул, откинувшись на спинку стула.
  - Гарри, помнишь, я говорил тебе, что тёмный волшебник убил твоих родителей, но когда он пытался убить тебя, он... он исчез?
  Получив кивок Гарри, он продолжил.
  - Люди по всей Британии рассказывают твою историю. Ты - маленький мальчик, из-за которого большие злодеи исчезли; люди снова чувствуют себя в безопасности. Они называют тебя Мальчиком-Который-Выжил.
  - О, - сказал Гарри, на мгновение задумавшись. - Потому что я не умер, как мои мама и папа?
  - Да, Гарри, именно так.
  Гарри на мгновение замолчал.
  - Значит, все знают, что у меня нет мамы и папы?
  Сириус улыбнулся ему, глядя на Римуса, и они оба приблизились и поцеловали Гарри в обе щеки, так что он оказался зажат между ними, как бутерброд, заставляя его хихикать.
  - Твои мама и папа всегда будут любить тебя, но у тебя есть я и дядя Муни, и мы тоже всегда будем любить тебя.
  - И мы всегда будем рядом с тобой, несмотря ни на что, - с улыбкой сказал ему Римус.
  Гарри улыбнулся им, обнимая их обоих.
  - Я люблю тебя, дядя Сири. Я люблю тебя, дядя Римус.
  Глаза Римуса расширились, и Сириус ухмыльнулся ему в ответ, когда они оба сели, чтобы закончить трапезу. Он понимал, что чувствует его друг. Услышав, как Гарри сказал, что эти три коротких слова значили больше, чем он мог объяснить.
  После ужина Гарри помог Сириусу вымыть посуду, стоя на табурете, и тщательно вытирал их тарелки и вилки. Сириус помог ему поставить посуду обратно на полку, а Римус вывел Мародера на улицу, чтобы пописать.
  Мародер с любопытством осматривал ближайший куст, и Римус подпрыгнул, увидев, как фигура вышла из-за дома.
  - Нимфадора, ты меня напугала! - воскликнул Римус, приложив руку к сердцу. - Что ты здесь делаешь?
  Тонкс пожала плечами и почесала Мародера за ушами.
  - У меня была домашняя работа по трансфигурации для проекта, который нужно было закончить дома у Чарли, и я подумала, что зайду по дороге домой.
  Брови Римуса приподнялись.
  - Твоя мать знает, что ты только что ушла из дома друга?
  Тонкс закатила глаза, лопнув большой розовый пузырь, прежде чем она заговорила.
  - Я не маленький ребенок, и я использовала камин, чтобы добраться сюда. Сириус сказал мне, что вы были снаружи. Младшая сестра Чарли была очень взволнована, потому что она встретила Гарри Поттера в парке. Миссис Уизли думает, что у ее дочери легкие галлюцинации, я думаю.
  - Уизли? Артур Уизли?
  Тонкс пожала плечами и села на скамейку. На ней была фиолетовая клетчатая юбка и черный жилет с черным жакетом на плечах. Сегодня ее волосы были собраны в высокий хвост, а черные сапоги доходили ей до колен.
  - Я думаю так.
  - Я не расслышал фамилию Джинни, когда мы встретили ее сегодня днем в парке, - сказал ей Римус, когда Мародер наконец помочился и теперь бегал по двору, игриво лая на бабочку, которая летала возле его головы. - Хотя я слышал об Артуре Уизли. Я думаю, что он что-то делает с магглами в Министерстве. И его жена, я думаю, что она могла быть Прюетт, я ходил в школу с ее братьями-близнецами и, кажется, помню, как их сестра вышла замуж за Уизли.
  - Не знаю, - сказала ему Тонкс, спрыгивая со скамейки. - Гарри уже выбрал имя для этого очаровательного щенка?
  - Мародер, - с улыбкой сказал ей Римус.
  Тонкс улыбнулась ему в ответ.
  - Идеально!
  - Да, это очень красивое имя. - сказал ей Римус, улыбаясь. - Я вижу, что ты решила добавить тёмно-розовый цвет своим волосам. Выглядит мило.
  Тонкс покраснела.
  - Спасибо. Мама говорит, что розовый слишком панковский, но мне нравится.
  Римус улыбнулся ей.
  - Это немного панк, но это то, что делает его хорошим. У вас есть красящее вещество, чтобы справиться с этим.
  Она покраснела сильнее, споткнувшись о небольшой камень, и ее глаза расширились, когда Римус подхватил ее на руки прежде, чем она успела упасть.
  - Спасибо. Я всегда такая неуклюжая.
  - Тебе следует быть осторожнее. Я бы не хотел, чтобы ты навредила себе.
  Она улыбнулась ему, немного разочарованная, когда он отпустил ее руки.
  - Не буду. Спасибо.
  Сириус вышел на улицу вместе с Гарри, который радостно подбежал к Тонкс и обнял ее. Тонкс улыбнулась Римусу, прежде чем уделить внимание Гарри, и они по очереди бросили фрисби через двор в Мародера.
  Сириус пошевелил бровями, глядя на Римуса.
  - Я видел, как она краснеет из кухонного окна, ты флиртовал, мой дорогой, Лунатик?
  Лицо Римуса покраснело.
  - Флиртовать - Сириус! Ей тринадцать! Я бы никогда!
  Сириус усмехнулся, хлопнул друга по спине и подвел к двум шезлонгам, которые стояли у них во внутреннем дворике.
  - Я просто дразню, успокойся. Ты ей нравишься.
  - Что? - пробормотал Римус, теперь его шея покраснела. - Не будь смешным.
  - Нет, - ухмыльнулся Сириус. - Да. Энди тоже это заметила. Она сказала, что, похоже, Тонкс хочет проводить все свое свободное время здесь, с тобой и Гарри.
  - Она любит Гарри, - упрямо сказал Римус, наблюдая, как она впечатляюще бросает фрисби, а Мародер лает и тявкает, пытаясь опередить Гарри. - Она любит проводить с ним время.
  - Верно, - сказал Сириус.
  - Но она также обычно заглядывает, когда меня здесь нет.
  Рот Римуса открылся от удивления.
  - Ну... ты... ты обычно куда-то идешь, а она здесь, когда я учу Гарри. Это просто совпадение.
  Сириус закатил глаза.
  - Лунатик, ты сексуален в ее глазах, смирись с этим. Это просто увлечение. У нас у всех было такое. Помнишь, когда я был влюблен в Розмерту?
  - Ты когда-нибудь останавливался? - спросил его Римус, заставив его рассмеяться.
  Сириус злобно ухмыльнулся.
  - На свой семнадцатый день рождения я пробрался в Хогсмид, чтобы купить огневискиуАберфорта, верно? Но я первым заскочил в "Три метлы", чтобы сказать ей, что это мой семнадцатый день рождения. Ей было сколько, двадцать три, двадцать четыре в то время?
  Услышав кивок друга, он ухмыльнулся.
  - Она сказала мне, что у нее есть пиво в багажнике, и я мог бы отпраздновать это. Я последовал за ней в кладовую, и мы поцеловались.
  Рот Римуса открылся от удивления.
  - Ты никогда не говорил нам этого!
  Сириус пожал плечами, широко улыбаясь.
  - Мы очень, очень обнимались. Я думаю, она была немного смущена и заставила меня пообещать никому ничего не рассказывать.
  - Ты только целовался? - спросил Римус, его золотые глаза теперь смотрели на друга.
  Ухмылка Сириуса стала шире.
  - тогда.
  - Сириус! - со смехом воскликнул Римус. - Как долго это продолжалось? Как, блин, ты скрывал это от нас?
  Он ухмыльнулся, вытянув перед собой длинные ноги.
  - Примерно три раза, прежде чем она сказала, что нам нужно остановиться. Скажем так, я провел много времени, сидя на полу перед ней, пока она держалась за верхнюю часть полки в кладовой.
  Римус рассмеялся.
  - Не то чтобы ты жаловался.
  - Ни разу, - сказал он с ухмылкой, облизывая губы при воспоминании. - А если серьезно, у нашей маленькой Тонкс есть для тебя горячее.
  - Мне двадцать шесть, Сириус, ей тринадцать. Я думаю, что она немного заблуждается.
  Сириус усмехнулся.
  - Сердцу нравится то, что нравится сердцу. И эй, очевидно, ты ничего не собираешься делать, потому что она ребенок, я просто хотел, чтобы ты знал, так как ты, вероятно, самый забывчивый человек на лице планеты, когда это доходит до такого.
  Римус выглядел оскорбленным.
  - Нет я не.
  - Ладно, забвение - не то слово, лучше отрицание. Ты всегда предполагаешь, что неправ, потому что ты никому не нравишься, "о нет, я одинокий молодой человек, который превращается в ужасного зверя, никто может когда-нибудь любить или хотеть меня ".
  - Заткнись, - сказал Римус, хмурясь. - Я так не звучу.
  - И ты тоже, - сказал ему Сириус, ухмыляясь. - В любом случае, помни о ней, это все.
  Римус перевел взгляд через двор на хорошенькую девушку и кивнул. Последнее, чего он хотел, это ранить ее чувства. Но ей было всего тринадцать. Она должна была понять, что он не заинтересован.
  - Я буду, Бродяга.
  Глава 20: Эпизод, в котором Сириус узнает, что он пропустил в Азкабане
  Прошла уже неделя с тех пор, как Сириус принес Кастелланос мороженое и украдкой убедил ее поцеловать его. Она была в его мыслях почти каждый день, но он пытался быть сильным и держаться подальше какое-то время. В конце концов, разлука заставила сердце сжаться, не так ли?
  Но в тот понедельник у Гарри были уроки с Римусом, поэтому Сириус запрыгнул на свой байк и помчался в Лондон. От ее очень жизнерадостной секретарши он узнал, что Кастельянос по понедельникам работает только полдня. Заставив молодую женщину заикаться и краснеть, он обнаружил, что Кастелланос обычно шла домой с работы пешком. Он прождал около пятнадцати минут возле больницы Святого Мунго, прежде чем она вышла из больницы, и он ухмыльнулся ей, скрестив руки, и оседлал свой мотоцикл.
  Кастелланос сначала не заметила его, но потом, когда ее глаза остановились на нем, они расширились, и она просто повернулась на каблуках, чтобы посмотреть в другом направлении. Сириус спрыгнул с мотоцикла и поспешил за ней.
  - Эй, это было просто грубо.
  Она лишь раздраженно вздохнула.
  - У меня нет на это времени, Блэк.
  Сириус пожал плечами и потащил ее к своему мотоциклу.
  - Ваша секретарша сказала мне, что по понедельникам вы работаете только полдня.
  - Ну, завтра первым делом ее уволят, - сказала ему Кастелланос, заставив его рассмеяться.
  Сириус все еще держал ее за руку, когда он оседлал свой мотоцикл и протянул ей свой шлем.
  - Смелее.
  Кастелланос уставилась на него.
  - Из всех детских вещей, которые ты мог мне сказать, это то, что исходит из твоих уст. Ты смешишь меня?
  Ухмылка Сириуса стала шире.
  - Двойная собака смешит тебя.
  Кастелланос прикусила губу и тихо выругалась, вынимая шлем из его протянутой руки.
  - Я едва одета подобающим образом, чтобы влезать в эту штуку.
  Сириус, наблюдал, как она забралась на сиденье позади него в своей черной юбке до колен, задранной высоко, когда ее бедра прижимались к нему. На ней были черные туфли на высоких каблуках и белая шелковая блузка без рукавов. Сверху в ее сумке была накинута мантия целительницы, и она осторожно растянула лямку, чтобы завязать ее на плечах. Она надела шлем на голову и обняла его за талию, и он широко ухмыльнулся.
  - Разве так не намного удобнее, Кастелланос?
  - Давай покончим с этим, - пробормотала она ему в ухо, пока он заводил двигатель.
  Сириус только усмехнулся, когда мчался по городу. Он поехал в Гайд-парк, остановил байк и припарковал его на улице. Кастелланос осторожно слезла, стянула шлем сосвоей головы и вернула ему. Она поправила юбку и, вздохнув, оглядела парк.
  - Ну, я прокатилась. Увидимся в следующем месяце на встрече с Гарри.
  Она хотела уйти, но он взял ее за руку, притянув к себе. Ощущение того, что она так близко прижалась к нему после того, как она провела последние двадцать минут, обхватив его ногами сзади, заставило его задрожать. Она вздохнула, когда его рука обвила ее затылок, и он наклонил голову, чтобы поцеловать ее. Ее губы легко раскрылись для его губ, и он жадно скользнул языком между ними, улыбаясь ей в рот, когда ее руки обвились вокруг его шеи и были в его волосах. Он прижал ее ближе к себе за поясницу, давая ей понять, что он чувствовал, когда целовал ее.
  Сириус облизнул губы и отстранился, широко ухмыляясь.
  - Хочешь перекусить, любовь моя?
  Глаза Кастелланос немного остекленели, когда она их открыла.
  - Я... мы... я... мы не можем этого сделать, Блэк.
  Он нежно прикусил ее губы.
  - Почему бы и нет?
  - Потому что я целитель Гарри.
  - Угу, - сказал он, покусывая ее шею. Сириус сосал пульсирующую точку, пока ее голова не откинулась назад.
  - Это непрофессионально.
  - Так и есть, - согласился он, потирая большим пальцем открытую кожу на ее левом бедре, где задралась блузка. - Если бы я был пациентом - но я не пациент, это Гарри твой пациент.
  Кастелланос оттолкнула его, стягивая ее блузку так осторожно, как только могла.
  - Я целитель Гарри, и с моей стороны приходит ответственность быть профессионалом во всех аспектах его жизни. Это включает в себя не позволять себе связываться с его опекуном.
  Сириус усмехнулся, снова приблизившись к ней и положив руки ей на бедра.
  - Все очень галантно, Кастелланос, высокая похвала.
  Затем его губы снова оказались на ее шее, и она застонала, заставив его ухмыльнуться.
  - Так хочешь перекусить, дорогая? Или ты предпочтешь, чтобы я аппарировал нас куда-нибудь в более уединенное место, и я мог бы укусить тебя во всех неприятных местах?
  Она покраснела, отталкивая его.
  - Сириус Блэк!
  - Алтея Кастельянос! - воскликнул он тем же шокирующим тоном, которым она только что воспользовалась.
  - Разве ты не знаешь значения слова "нет"?
  - Я знаю, - сказал он ей, ухмыляясь. - Как я только что сказал своему другу Римусу на днях, это означает, что попробуйте позже.
  Его рука мягко сжала ее бедро.
  - И я ненавижу разочаровывать тебя, детка, но ты на самом деле не сказала "нет".
  Кастелланос покраснела в ответ и взвизгнула, когда прижал ее спиной к большому дереву, поставив колено между ее ног, и глубоко поцеловал ее. Ее пальцы сплелись в его темных мягких локонах, и она вздохнула в его рот. Его пальцы легли на ее бедра, нежно поглаживая мягкую кожу там, где ее блузка поднялась. Его губы снова и снова встречались с ее губами, пока его язык танцевал с ее языком. Когда он отстранился, чтобы отдышаться, она вздохнула.
  - Я должна сказать "нет", - пробормотала она, когда его губы горячо прошлись по ее ключице.
  Сириус ухмыльнулся в ее кожу, позволив своему большому пальцу расстегнуть одну из пуговиц в верхней части ее блузки, обнажая более загорелую кожу и кружево белоголифчика.
  - Но ты не будешь.
  - Ты не знаешь, что я сделаю, - упрямо настаивала она, когда его губы коснулись верха ее лифчика.
  Сириус провел языком по ее шее и нежно поцеловал в губы.
  - Ты права. Я не знаю, что ты сделаешь. Но я знаю, когда кому-то интересно, а когда кому-то нет - и тебе, детка, интересно.
  Увидев ее раздраженный взгляд, он усмехнулся.
  - Но я также знаю, что если мы не перекусим в том бистро, которое я имел в виду, через дорогу в ближайшие несколько минут, я наложу чары уединения и перенесу тебя прямо сюда, к этому дереву.
  Его твердость была прижата к ее животу, и она просто кивнула.
  - Мерлин, - пробормотала она, глядя ему в глаза. - Хорошо, ты выиграл, мне интересно.
  - Ладно, куда, Кастелланос? - спросил он, прижимаясь к ней.
  У нее перехватило дыхание, и она снова кивнула.
  - Бистро.
  Сириус снова поцеловал пульсирующую точку на ее шее, прежде чем отступить, протягивая ей руку.
  - Этобистро.
  Рука Кастелланоса сжалась в его руке, и она улыбнулась.
  - Но для протокола: я могла бы остановить тебя в любой момент, когда захочу.
  Сириус ухмыльнулся, ведя ее через улицу.
  - О, в этом я не сомневаюсь - но ведь это ключевая фраза, не так ли, Тея?
  - Какая? - спросила она затаившим дыхание голосом.
  - Ты не хотела.
  Она смотрела на него широко открытыми глазами, когда они вошли в бистро и заняли столик.
  - Ты самый бесящий человек, которого я когда-либо встречала.
  Сириус улыбнулся, заказав бокал вина, и она сделала то же самое.
  - Меня называли хуже.
  - Это был не комплимент, - возразила она, хватая меню со стола.
  Сириус только смотрел на нее, широко улыбаясь.
  - Ты абсолютно великолепна. - Она покраснела, но продолжала смотреть в меню.- В первый раз, когда я увидел тебя, я подумал, что она прекрасна. Но ты больше, чем это. Великолепная... захватывающая дух... вся эта бронзово-золотая кожа и темные глаза. Греческая богиня ждет, когда я ее ограблю.
  - Я с трудом жду, когда ты... ты хоть знаешь, что выходит из твоих уст? - настаивала она, сверкая глазами.
  Сириус ухмыльнулся, откинувшись на спинку сиденья.
  - Да, я знаю.
  Официантка вернулась, и каждый из них сделал свой заказ, прежде чем Кастелланос снова повернулась к нему.
  - Хорошо, я не притворяюсь здесь невеждой. Мы оба знаем, что ты меня явно привлекаешь.
  - Ой, правда?
  - Заткнись, - сказала она ему с полуулыбкой.
  - Я просто говорю, что я не... непрофессионально встречаться с кем-то, кого ты встречаешь на работе. Хоть ты и не мой пациент, я вижу тебя на профессиональной основе, потому что ты опекун своего крестника.
  Сириус кивнул, делая глоток вина.
  - Я понимаю, о чем ты говоришь, и уважаю это. Но я все равно хочу облизать каждый твой сантиметр, начиная с пальцев ног.
  Пальцы ее ног подогнулись в туфлях.
  - Это не моя точка зрения, - настаивала она.
  - Я знаю, что ты хочешь сказать, но я говорю, что это не меняет того, что я чувствую. - Он взял ее руку в свою и нежно поцеловал в центр ее ладони, пронзая ее тело жаром. - После обеда ты должна показать мне свою квартиру.
  - Нет, я действительно не должна, - сказала она, ее голос задыхался.
  Сириус лишь усмехнулся.
  - Напугана?
  Кастелланос только смотрела на него.
  - Возможно маленько.
  - Хорошо, - просто сказал он, позволив своему большому пальцу описывать концентрические круги на ее руке.
  - Итак, Аполлон сказал мне, что у тебя есть четыре старших брата и что ты провела первые четырнадцать лет своей жизни в Афинах. Расскажи мне об этом.
  Кастелланос попыталась высвободить свою руку из его хватки, но лишь ухмыльнулся ей и продолжал держаться.
  - Конечно, я гречанка. Мне нравилось жить в Афинах, и я часто думаю о том, чтобы вернуться, но теперь вся моя семья живет здесь, и я люблю их и не хотела бы быть вдали от них. Мне нравится знать, что они живут рядом, тебе это известно?
  Сириус улыбнулся.
  - На что похож Дурмстранг? Всегда ходят слухи о других магических школах, но никто на самом деле не знает подробностей. Мои родители подумывали отправить меня туда после того, как я слишком плохо себя вел на первом курсе. Говорят, что там ты действительно изучаешь Темные Искусства - это правда?
  Она кивнула, ее темные глаза смотрели на него.
  - Они не навязывали вам это или что-то в этом роде, но это был продвинутый курс для всех, кто интересовался. Меня совершенно определенно не интересовало. Моим любимым профессором был профессор Драгомир. Преподавал дуэльный клуб, который показал нам, как защитить себя от темных заклинаний, я бы сказала, гораздо полезнее. Он очень помог мне, когда пришло время сдавать выпускные экзамены и делать тесты на исцеление. Я до сих пор пишу ему иногда.
  - Похоже, крутой парень. Хотел бы я, чтобы у нас в Хогвартсе был кто-то, кто делал это. Я имею в виду, Флитвик, наш профессор заклинаний, он также преподавал в дуэльном клубе, и он действительно учил некоторым подлым заклинаниям и трюкам, но у него не было любых реальных советов по защите от темных заклинаний. Честно говоря, я даже не думал, что есть какие-то конкретные вещи, которые вы могли бы сделать.
  Кастелланос пожала плечами.
  - Да... и нет. Но тем не менее я нашла его полезным, - она сделала глоток вина и улыбнулась ему. - Вы сказали, что плохо себя вели на первом курсе?
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Скорее, постоянно, но да. - Когда она усмехнулась в ответ, он продолжил. - Мои лучшие друзья и я были настоящими шутниками и нарушителями спокойствия в школе. Наш декан называл нас Мародёрами, и это как бы прижилось, как наша собственная маленькая банда. Они были моей семьей во всех смыслах этого слова, моими лучшими друзьями и братьями, и нам было больше всего весело, когда мы были в школе.
  - Это мило, - сказала она, когда официантка поставила перед ними выбор блюд.
  Кастелланос смотрела, как официантка взъерошила волосы и вскинула бедро перед Сириусом, когда она говорила с ним, и пламя ревности, выплеснувшееся через нее, заставило ее побледнеть. Она не ревновала, подумала она. У нее не было претензий к этому мужчине. Сириус улыбнулся официантке и повернулся к еде. Его черные пряди, обрамляющие его лицо, и опасная щетина на подбородке заставили Кастелланос понять, что она действительно хочет заявить на него права. Может быть, не навсегда, может быть, даже не так долго, но мысль о том, что рот начинается с пальцев ног и движется вверх, и эта щетина царапает и щекочет ее кожу, пока он двигается. Она неловко поерзала на стуле. Если он занимался любовью хотя бы наполовину так хорошо, как целовался, у нее определенно были проблемы.
  Не то чтобы она собиралась с ним спать, конечно, сказала она себе. Но если она позволит своему воображению подумать об этом... она любит щетину на мужчине. Из-за этого они выглядели такими опасными, а кто не любил плохих парней? Она могла быть в беде, подумала она.
  Он одарил ее понимающей улыбкой, как будто мог читать ее мысли, и она посмотрела на него, отбросив все свои мысли назад.
  - Что?
  - Ничего, - сказал он, ухмыляясь, откусывая от сэндвича с индейкой и жевал жареную картошку.
  - Расскажи мне о Гарри, - быстро сказала она, потянувшись за своейкартошкой. - Почему ты теперь его назначенный опекун?
  - Мне всегда суждено было быть им, - сказал он ей. Он взял свой бокал с вином и быстро выпил. - Меня назвали крестным отцом Гарри еще до его рождения. Джеймс и Лили попросили меня подписать бумаги о том, что, если с ними что-нибудь случится, я его воспитаю. Я пообещал, что сделаю это, и мы сделали это официально. наш седьмой год в школе; автокатастрофа. Она была опустошена. И родители Джеймса... Фиа и Монти умерли от драконьей оспы, когда Лили была беременна Гарри. Джеймс был мне как брат, и его родители были самыми невероятными людьми, которые у меня были когда-либо,которых я знал, я в основном вырос с ними.В любом случае, они попросили меня быть опекуном, если что-то случится, и когда Гарри было пятнадцать месяцев... ну, Волдеморт напал, убил их обоих, и я обнаружил, что они были убиты на основе информации одного из моих лучших друзей, который выдал их Волдеморту. Я позволил своему гневу взять верх надо мной и пошел за ним. Он подставил меня. Меня арестовали, и я отправился в Азкабан.
  Она кивнула, держа руку на груди.
  - После того, как вы ушли в тот день, я спросила, почему ваше имя мне знакомо. Мой секретарь сказал мне, что вы недавно были освобождены из тюрьмы после того, как были объявлены невиновными.
  Сириус кивнул.
  - После того, как я вышел, я хотел познакомиться с моим крестником. Он содержался с сестрой Лили и ее мужем, и они плохо обращались с ним, как вы видели, - и теперь он со мной, где он в безопасности и счастлив. Я дал ему Мародера, его щенок, которого он любит, спит с ним каждую ночь и играет с ним большую часть дня. Щенок спит у его ног, пока он учится, и он играет с собакой во дворе после обеда и днем. - сказал ей Сириус, улыбаясь. - Он счастлив. И я счастлив. Мой лучший друг Римус Люпин помогает мне с Гарри. Он практически его опекун, как и я.
  - А где сейчас Гарри? - спросила Кастелланос, откусывая кусок от куриного рулета.
  - Дома с Римусом. Он его учит. Я сказал, что буду дома к ужину. - сказал ей Сириус, улыбаясь. - Но Римус хотел, чтобы Гарри переночевал у него дома, и это определенно можно устроить в ближайшее время.
  Кастелланос улыбалась, пока она ела.
  - Я уверена, что может.
  Они закончили свой обед, болтая о том о сем, прежде чем Сириус заплатил, взяв ее за руку и поведя обратно к своему мотоциклу. Он протянул ей шлем.
  - Держись крепче.
  Она забралась сзади него и обвила руками и бедрами его талию.
  - Где ты живешь, Кастелланос?
  Она закусила нижнюю губу, как будто размышляя над тем, чтобы сообщить ему эту информацию, а затем кивнула и выпалила адрес, а Сириус завел мотоцикл и уехал.
  Ей потребовалось меньше десяти минут, чтобы добраться до дома, указывая на место, где он мог бы припарковать байк. Он заглушил двигатель, и она сняла шлем, вернув его ему.
  - Знаешь, тебе тоже стоит надеть шлем.
  Он только усмехнулся и помог ей слезть с байка, протянув руку.
  - Я провожу тебя.
  Она колебалась.
  - Ты не можешь войти.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Я провожу тебя. С моей стороны было бы грубо не сделать этого.
  Кастелланос взяла его за руку и повела на третий этаж. Ее квартира была второй дверью слева, и она улыбнулась, перекидывая сумочку через плечо.
  - Спасибо за сегодняшний день - было приятно.
  Сириус кивнул, забирая у нее сумочку, чтобы она могла найти ключи.
  - Это было мило. Спасибо, что наконец согласились.
  Она кивнула, вытаскивая ключи.
  - Ну, если честно, ты не оставил мне особого выбора.
  Он ухмыльнулся.
  - Конечно, я вызывал тебя, но ты могла сказать нет.
  - Я сделала. Тогда ты дважды посмел меня игнорировать.
  - Ты не сказала "нет", Алтея, - мягко сказал он, и она облизнула губы.
  - Ну, тогда до свидания.
  Сириус только улыбнулся.
  - Ты знаешь, что я собираюсь поцеловать тебя на прощание.
  - Ты? - спросила она, прежде чем повернуться, обнять его за шею и поцеловать. Ключи в ее руке упали на пол, и он прижал ее спиной к двери, углубляя поцелуй.
  Каждый сантиметр ее тела был прижат к нему, и все, о чем он мог думать, это то, как сильно он скучал по женщинам. Как сильно он скучал по этому близкому контакту с другим человеком; как сильно он скучал по сексу. Ее губы были мягкими и твердыми, и когда его язык встретился с ее языком, она издала глубокий стон и вздохнула, когда он отстранился. Он с ухмылкой вложил ключи ей в руку.
  - Открой дверь, Алтея.
  Кастелланос повернулась и вставила ключ в замок, отпирая дверь.
  - Ты не можешь войти, Сириус.
  Губы Сириуса коснулись ее так мягко, что по ее телу прошла дрожь.
  - Так ты сказала.
  Он позволил своим губам еще раз задержаться на ее губах.
  - Пойдем со мной снова на этой неделе. Когда у тебя следующий выходной?
  - В субботу, - сказала она ему, целуя его в шею.
  Он усмехнулся, откинув голову назад, чтобы дать ей лучший доступ.
  - Я заеду за тобой к шести. Одень маленькое черное платье и туфли на каблуках.
  Ее бровь приподнялась, она отодвинулась, чтобы посмотреть на него.
  - Ты честно говоришь мне, что надеть сейчас?
  Сириус усмехнулся и наклонил голову, чтобы коснуться ее губ своими.
  - Надень маленькое черное платье, Кастелланос.
  Он бросил ее сумочку на пол квартиры и усмехнулся, когда она потянула его за куртку к себе и крепко поцеловала.
  - Моя соседка по комнате работает только до четырех, - пробормотала она ему в губы. - Вот почему ты не можешь войти.
  Сириус поднял ее за бедра, и ее ноги обвились вокруг его талии. Он прижал ее спиной к стене гостиной, куда они только что вошли, и его рука вызывающе скользнула вверх по ее бедру.
  - Только два тридцать.
  Она застонала, когда его пальцы скользнули выше по ее бедру, касаясь шелковых трусиков, которые были на ней.
  - Нет... нет, мы не можем, - простонала она. - Остановись.
  Сириус прикусил ее губы, когда он скользил вниз по своему телу, позволяя ей чувствовать каждый последний дюйм его тела, когда она опустилась обратно на землю и мягко отступила от нее на шаг.
  - Я останавливаюсь. Почему мы снова останавливаемся?
  У Кастелланос было тяжелое дыхание, но она покачала головой.
  - Нет. Это просто... слишком быстро. Суббота, шесть часов. Я надену платье.
  Он ухмыльнулся ей.
  - Короткое?
  - Не испытывай удачу, Блэк.
  - Увидимся в субботу, Алтея.
  Когда она закрыла за ним дверь своей квартиры, она прислонилась к ней спиной и испустила долгий вздох. Сириус Блэк был проблемой, подумала она, и настоящая проблема заключалась в том, что он ей нравился.
  ***
  Сириус насвистывал, объезжая на мотоцикле заднюю часть дома и выезжая во двор. У него было свидание с Алтеей Кастельянос, и он с нетерпением ждал этого. Он выключил двигатель как раз в тот момент, когда Гарри несся к нему по траве, а Мародер спотыкался о его ноги позади него.
  - Дядя Сири! Дядя Сири! - крикнул он, когда Сириус слез с мотоцикла.
  - Эй, сохатик, где огонь? - спросил его Сириус.
  Гарри обвил руками талию Сириуса, широко улыбаясь ему.
  - Угадай, что?
  - Что? - воскликнул Сириус, подняв его и посадив на бедро.
  - Был большой вулкан Везувий! И он бах! Бум! И всех людей покрыл пеплом!
  - Там было? - спросил Сириус, его глаза расширились от шока, когда он подмигнул Римусу, который сидел в шезлонге во внутреннем дворике и ухмылялся им двоим.
  - Помпеи, - подсказал Римус. - Сегодня небольшой урок магловской истории. Кажется, Гарри любит римлян.
  - А, - ответил Сириус, наклоняясь, чтобы почесать Мародера за ушами, который умолял о его внимании. - Очень интересно. Что еще ты сегодня узнал, Гарри?
  Он внимательно слушал, как Гарри рассказывал ему обо всех своих повседневных делах.
  - Вау, похоже, у тебя был очень напряженный день.
  Гарри кивнул, широко улыбаясь.
  - Да, и дядя Муни сказал, что мне не нужно вздремнуть, если я не хочу.
  - Да неужели? - сказал Сириус, ставя Гарри на ноги и плюхаясь в кресло рядом со своим другом.
  Гарри бросился назад через лужайку, по-видимому, чтобы сжечь бесконечный запас энергии, пока Мародер лаял и гнался за ним.
  Римус пожал плечами, перекинув левую ногу через правую.
  - Ему сейчас шесть. Он на самом деле не нуждается в них. Я подумал, что посмотрю, как он справится с этой неделей без сна, но, кажется, он в порядке. Посмотри, сколько у него энергии, - он указал на Гарри, который визжал от смеха, когда Мародер преследовал его.
  - Как прошел день?
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - На самом деле здорово. Пообедал с Кастелланос и убедил ее пойти со мной на свидание в субботу.
  - О, - сказал Римус с понимающей улыбкой. - Свидание, а? Я думал, что она будет продолжать упрямиться.
  Сириус рассмеялся.
  - Я позволяю своим губам говорить, Лунатик. Никто не может устоять перед этими красотками, - ответил он, издавая звуки поцелуев ртом.
  Римус рассмеялся и покачал головой.
  - Ой, извини, забыл, с кем я разговаривал. Ты так много болтаешь.
  - Дата еще есть, - сказал он, многозначительно шевеля бровями. - И, надеюсь, вскоре последует секс, так что насчет той ночевки с Гарри у вас дома в субботу вечером? Таким образом, если все пойдет так, как я думаю, я не буду так беспокоиться о том, что вернусь домой поздно.
  Римус кивнул, улыбаясь своему другу.
  - На самом деле звучит хорошо. Ты же знаешь, я хотел, чтобы он остался со мной на ночь. Кстати, я хотел тебе вчера кое-что сказать, но ты отвлек меня всем этим дерьмом, которым Нимфадора фантазирует обо мне.
  - О? Ты имеешь в виду, когда я заметил, что наша юная Дора считает тебя сексуальным, а ты весь взволнован? Да, продолжай.
  Римус проигнорировал своего друга, но затылок у него покраснел.
  - Нимфадора упомянула, что она работала над проектом трансфигурации со своим другом Чарли Уизли, а его младшая сестра Джинни взволнованно рассказывала маме о том, что Гарри Поттер придет на ее день рождения.
  - Уизли?
  Он кивнул.
  - Я смутно узнал имя, но не был уверен. Разве старшая сестра Фаба и Гида не вышла замуж за Уизли?
  - Я так думаю, да. Чувак, я не думал о них уже много лет. Помнишь, когда я целовался с Гидеоном на спор на четвертом курсе?
  Римус рассмеялся, почесывая щетину на подбородке. Джеймс велел тебе держать язык во рту, пока его не вырвало. А потом, когда ты поцеловался с Доркас, он пригрозил, что вырвет на тебя. По-моему, он сказал, что смотреть, как ты сосешь лицо, было достаточно, чтобы Снивеллусу захотелось в душ.
  Сириус усмехнулся, думая об этом воспоминании.
  - Гидеон тоже хорошо поцеловался, я отдам ему это. Доркас была слишком нетерпелива, я думаю, это слово. Но у нее были груди, и прикосновение к ним было лучше, чем любой поцелуй, который Гид мог когда-либо дать мне.
  Римус усмехнулся.
  - Я помню, когда Фабиан осмелился прикоснуться к груди Доркас, ты практически подпрыгивал от возбуждения.
  - Ха, это были дни! - сказал он со смехом. - Интересно, как поживают Фаб и Гид? Мы должны написать им и пригласить их сюда на ужин или что-то в этом роде?
  Глаза Римуса потемнели, и он покачал головой.
  - Бродяга... они мертвы.
  - Что? - спросил Сириус, широко раскрыв глаза. - Что значит, что они мертвы? Это были два самых талантливых дуэлянта, которых я когда-либо видел, кроме Джеймса и Лили - и Дамблдора, конечно.
  Римус смотрел на него всего минуту.
  - Где-то месяц, может, два, после того, как тебя арестовали, Сириус... они оба. Антонин Долохов попал в тюрьму за их убийство, но Грюм сказал, что для их задержания понадобилось пять ПС.
  - Блин!
  Сириус выдохнул, проводя пальцами по волосам от лица.
  - Я думаю, мы так и не удосужились поговорить об этом, не так ли, Лунатик?
  Римус пожал плечами и повернулся на стуле лицом к другу.
  - Орден официально распался примерно через два года после того, как Джеймс и Лили были убиты, но в течение шести месяцев мы все перестали ходить на миссии. Но да, мы потеряли... много замечательных людей, Сириус. Фрэнка и Элис тоже, до Пруэттов.
  - Это было упомянуто на моем суде, - сказал Сириус, смутно припоминая имя Лонгботтома, упомянутое Краучем. - Я не знал, что Крауч имел в виду о своем сыне в отношении Лонгботтомов.
  - Ты помнишь Бартемиуса Крауча-младшего? - спросил он. - Он отставал от нас на два года в школе? Очевидно, он был Пожирателем Смерти. Он работал с твоей кузиной Беллатрикс и ее мужем. Они допрашивали тех, кого подозревали в сотрудничестве с Дамблдором в Ордене, пытаясь найти информацию о том, как Гарри выжил и их хозяин исчез. Они пытали Фрэнка и Алису Круциатусом.
  - У них был сын примерно того же возраста, что и Гарри, не так ли?
  Римус кивнул, его глаза переместились на Гарри, который теперь бросал одну из игрушек Мародера и радостно наблюдал, как щенок прыгает за ней.
  - Невилл, да. Он на несколько дней старше Гарри. Они живы, Сириус. Фрэнк и Элис... они сумасшедшие. Они живут в больнице Святого Мунго.
  Сириус какое-то время смотрел на своего друга, его глаза потемнели.
  - Идиоты. Даже мои родители понимали, что держать проклятие дольше двух минут - значит атаковать мозг. От сумасшедших информацию не получишь. Бедный ребенок - кто его воспитывает?
  - Мама Фрэнка. Помнишь ее? Августу Лонгботтом? Она могущественная ведьма и одна из самых грозных женщин, которых я когда-либо встречал. Даже Фрэнк боялся перечить ей.
  - Бедный ребенок, - повторил Сириус, его глаза нашли Гарри, который хихикал, когда Мародер боролся с ним. - Я думаю, что лучше, если Джеймс и Лили мертвы. Чтобы они были... но на самом деле их не было - это должно быть намного хуже, верно? Они вообще знают, что он их сын?
  Римус покачал головой.
  - Я не знаю.
  - Мы должны как-нибудь свести вместе Гарри и Невилла. Они могли бы стать друзьями.
  - Хорошая идея, Сириус, - с улыбкой сказал Римус.
  Сириус постучал пальцами по краю стула, пока они смотрели, как Гарри играет с Мародером, прежде чем он заговорил.
  - Кого еще нет, Лунатик?
  - Ну, ты знал, что Марли и Мэри были убиты раньше, чем Джеймс и Лили. Доркас Медоуз, помнишь, Вол-де-Морт лично забрал ее за два дня до того, как погибли Джеймс и Лили. Мы узнали об этом только после... а Эдгар Боунс? Пожиратели смерти убили его, его жену и детей незадолго до Рождества. Бенджи Фенвик был разорван на части Пожирателями Смерти - Грюм сказал, что они нашли только его части, - сказал ему Римус с грустными глазами. - И Карадок.
  - Проклятье, Дирборн тоже, а?
  Римус кивнул.
  - Он пропал без вести. Согласно DMLE, он все еще официально пропал без вести, но мы уверены, что он мертв. Последнее, что мы слышали, это то, что его преследовали Пожиратели Смерти во время одной из его миссий. ... все ушли.
  - Думаю, я должен был знать, что потеря Джеймса и Лили не будет концом.
  Римус кивнул, закрыв глаза, с грустью вспоминая тех, кого когда-то считал друзьями.
  - После того, как известные Пожиратели Смерти были схвачены и арестованы, к концу января 82-го все в основном успокоилось. Но мы оба знаем, что не все ПС находятся в Азкабане. Многие из них до сих пор неизвестны или слишком хорошо защищены. Дамблдор поддерживал Орден в течение почти двух лет после смерти Джеймса и Лили, он был убежден, что Вол-де-Морт все еще где-то там, но после Фрэнка и Алисы... ПС, которые не были арестованы, были спрятаны глубоко в подполье, а к тому времени война по существу закончилась.
  - Как Питер, - горько выплюнул Сириус, когда Гарри подошел к ним, делая большой глоток из стакана воды на столе.
  - В яблочко.
  - Кто такой Питер? - спросил Гарри, все еще держа стакан с водой в руке, когда он сел, скрестив ноги, на траву у ног своего крестного.
  - Хм? - спросил Сириус.
  Римус закатил глаза.
  - Сириус, не притворяйся, что не знаешь, это ниже твоего достоинства - и он заслуживает знать.
  Римус медленно выдохнул, прежде чем ответить племяннику.
  - Питер был нашим другом, Гарри.
  - Был? Другой парень на фотографиях? - спросил Гарри, не сводя глаз с Римуса. - Он ушел, как мои мама и папа?
  - Я, мать мою, хочу что это было так, - пробормотал Сириус, делая большой глоток воды из стакана в руке своего крестника.
  - Сириус, не ругайся при Гарри, - прошипел на него Римус.
  Сириус какое-то время смотрел на Гарри.
  - Питер не умер, Гарри, но он заслуживает этого. Он был нашим другом и предал нас. Он связался с Волдемортом и его Пожирателями смерти, и он...
  Римус потянулся, чтобы ободряюще сжать руку Сириуса, когда тот замолчал.
  Сириус медленно сглотнул, прежде чем заговорить.
  - Он причина, по которой меня посадили, и причина, по которой у тебя нет родителей.
  Гарри просто смотрел на них.
  - Ой.
  Римус потянулся, чтобы поднять Гарри к себе на колени.
  - Не волнуйся, Гарри. Он глубоко спрятался. Мы с Сириусом никогда бы не позволили ему причинить тебе вред.
  Гарри кивнул, обнимая Римуса.
  - Я знаю это.
  Римус с улыбкой поцеловал Гарри в лоб.
  - Эй, Гарри, как ты относишься к тому, чтобы остаться у меня дома в субботу? Ты можешь взять с собой Мародера, и вы, ребята, сможете переночевать. Затем в воскресенье я привезу вас домой как раз к тому времени, когда дядя Бродяга отвезет вас в День рождения Джинни.
  Гарри с готовностью кивнул.
  - Можем ли мы испечь печенье с шоколадной крошкой?
  - Конечно. И мы сами приготовим пиццу, и мы сможем посмотреть фильм на моем новом видеомагнитофоне.
  - Тонкс тоже может прийти? - спросил Гарри, широко улыбаясь. - Она любит кино! И она готовит самые вкусные шоколадные пирожные!
  Сириус широко ухмыльнулся, когда Римус заколебался.
  - Ага, дядя Муни, можно Тонкс тоже пойти?
  Римус проигнорировал своего друга и осторожно откинул назад челку Гарри.
  - Ну, я уверен, что она занята, маленький сохатый, но мы можем спросить ее.
  Сириус лишь ухмыльнулся ему.
  - Ставлю десять галлеонов, что она свободна.
  - Заткнись, Бродяга, - сказал Римус, когда Гарри снова поспешил поиграть. - Только ничего не говори.
  Сириус лишь ухмыльнулся шире и пошевелил бровями. Но он держал рот на замке.
  Глава 21: Эпизод с пирожными
  Поскольку некоторые люди упомянули, что в основе этой истории лежит некая Волчья Звезда, я скажу, что шипрю их, но платонически, потому что я действительно люблю Римуса и Тонкс - особенно из-за всей этой истории с Тедди позже - но я действительно люблю читать. фанфики по Wolfstar, иногда особенно мой самый любимый - We WereInfinite от WolfstarPups90, доступный на Ao3. Но я этого не пишу. Я хочу произвести впечатление Римуса и Тонкс, очевидно, ничего не произойдет в ближайшее время, поскольку она тринадцатилетний ребенок (технически молодой подросток, но, тем не менее, ребенок), а он двадцатишестилетний мужчина, но оно приближается.
  Кроме того, сегодня я был силен и написал несколько страниц о пропавшем моменте для моей истории "Пропавшие моменты", пока писал эту главу. моменты, с которыми я никогда больше никуда не ходил. Затем я вернулся, закончил эту главу и написал невероятно насыщенную главу 22. Так что, пожалуйста, загляните и в мое обновление "Пропавшие моменты".
  Итак, без дальнейших промедлений - счастливых выходных, вуаля, три главы!
  Да, Алтея немного ревновала, и да, она наконец-то сдалась! У них действительно много химии, поэтому для них имеет смысл встречаться.
  я не думаю, что Пожиратели Смерти действовали долгое время после исчезновения Волдеморта, но имеет смысл, что потребовалось два-три месяца, чтобы все обернулось и успокоилось. Люди праздновали падение Волан-де-Морта, но Пожиратели Смерти на самом деле не были теми, кого люди боялись, и они должны были бояться.
  текст:
  Гарри сидел на земле у ног Сириуса, сидя на ящике рядом со своим мотоциклом. Вокруг них были разбросаны инструменты, а заднее колесо байка было прислонено к стене дома.
  - Гарри, не мог бы ты передать мне вон ту гайку?
  Гарри потянулся за гайкой и с улыбкой передал ее Сириусу, пока Сириус объяснял, что это за гайка и для чего он ее сейчас использует. Сириусу нравились эти моменты с Гарри. Он любил возиться со своим байком, когда учил своего крестника тонкостям и тонкостям двигателя, тому, что представляет собой мотоцикл, и тому, как его ремонтировать. Гарри внимательно слушал, задавая вопросы, которые, по мнению Сириуса, были довольно любопытными.
  Через несколько дней, когда Гарри помогал ему с мотоциклом: проверял уровень масла, содержал его в чистоте и работал с двигателем, Гарри теперь был достаточно опытным, чтобы знать, какой инструмент передать Сириусу, когда тот попросит об этом.
  Сириус включил маггловскую музыку через беспроводной проигрыватель, подаренный Джеймсом на его четырнадцатилетие. Думая о своем друге, он играл The Beatles, возвращаясь к Queen и The Rolling Stones, но всегда возвращаясь к The Beatles. Гарри подпевал песням, которые знал, тем, которые Сириус играл достаточно часто, чтобы он мог их выучить. Услышав его пение, Гарри улыбнулся, но, в отличие от своего отца, у Гарри почти не было певческого таланта, что делало его пение только слаще.
  В то субботнее утро Гарри помогал Сириусу мыть байк, намыливая его и тщательно чистя мотоцикл. Он хотел, чтобы он был блестящим для его свидания с Кастелланос той ночью.
  На них упала большая тень, и Гарри с благоговением взглянул на фигуру высокого человека, стоявшего над ними. Его волосы были длинными, каштановыми и всклокоченными, как и его борода. Он был выше сарая для инструментов, и на его лице была широкая улыбка, когда он смотрел на Гарри сверху вниз.
  - "Арри! Я не видел тебя с тех пор, как ты был ребенком!
  Сириус широко ухмыльнулся, вытирая намыленные руки сухим полотенцем.
  - Хагрид! Какой приятный сюрприз!
  Он протянул руку, и великан пожал ее.
  Сириус посмотрел вниз, туда, где Гарри все еще сидел на земле с открытым ртом и откинутой назад головой, глядя на Хагрида с благоговением.
  - Гарри, это Хагрид, он работает с профессором Дамблдором и тетей Минни в Хогвартсе.
  Хагрид усмехнулся.
  - Тетя Минни, а? Как Минерве это нравится?
  Сириус смущенно ухмыльнулся.
  - Она раздражена и до смешного тронута одновременно.
  Он наклонился, чтобы поднять Гарри, посадив его себе на бедро.
  - поздоровайся, Гарри.
  - Привет, - сказал Гарри, его глаза все еще были широко раскрыты. - Ты высокий!
  Глаза-бусинки Хагрида сморщились в уголках, когда он улыбнулся.
  - Да я такой!
  Он потянулся вперед, и большая рука взъерошила волосы Гарри.
  Сириус удивленно улыбнулся. Во-первых, Гарри даже не вздрогнул. Во-вторых, Хагрид был очень дружелюбен, но все же ожидал большей застенчивости со стороны Гарри. И в-третьих, Гарри все еще смотрел на лесничего с выражением благоговения на маленьком лице.
  - Ты шокировал его, Хагрид, - со смехом сказал он, ставя Гарри на землю. - Гарри, беги на кухню и возьми из коробки со льдом две бутылки драконьей чешуи, а потом выпей тыквенного сока.
  Гарри кивнул и нетерпеливо побежал к дому.
  Хагрид с улыбкой смотрел, как он убегает.
  - Он такой большой теперь, не так ли?
  Сириус кивнул.
  - Да, ему только что исполнилось шесть. Проходи сзади и садись, - сказал он, ведя Хагрида во внутренний дворик. Он вытащил волшебную палочку из джинсов, превратив два старых шезлонга в большой стул для Хагрида, прежде чем занять место на скамейке.
  Хагрид сел, его критический взгляд блуждал по саду.
  - Не мешало бы немного поработать здесь, Сириус, - твои бедные растения умирают там!
  Сириус вздрогнул.
  - Я знаю, Хагрид. Я работаю над этим. Я не слишком много знаю о садоводстве и ландшафтном дизайне.
  Хагрид кивнул.
  - Я был бы рад помочь!
  - Спасибо. Я обязательно спрошу твоего совета, когда начну.
  Хагрид просиял, когда Гарри вышел через заднюю дверь, осторожно неся в руках три бутылки.
  Сириус забрал их у него, передав одну из бутылок с драконьей чешуей Хагриду, прежде чем помочь Гарри открыть бутылку с тыквенным соком. Гарри сидел рядом с ним на скамейке и жадно пил.
  Сириус открыл свое пиво, сделал большой глоток и улыбнулся Хагриду.
  - Так чем мы обязаны этому визиту, Хагрид?
  Хагрид улыбнулся, поставив пиво на землю рядом с собой.
  - Меня прислал Дамблдор. Он хотел сам приехать, но он был срочно нужен для чего-то Министерству.
  Сириус кивнул и терпеливо ждал, пока Хагрид продолжит. Он всегда был очарован старым лесничим, но знал его не так хорошо, как Лили. Лили подружилась с ним на первом курсе; задавать ему вопросы о его садах и помогать ему сажать, копать и поливать по выходным. Сириус вспомнил, что она тоже приходила на чай раз в неделю.
  - Всю ситуацию с Дурслями мы уладили.
  - В смысле? - спросил Сириус, тут же пожалев о своих словах. Он уже знал, что если наказание будет не таким суровым, как ему хотелось бы, он разозлится. Лучше бы он не знал. - Вообще-то, Хагрид, не говори мне. Просто... их наказывают?
  - Да.
  Сириус кивнул, обнял Гарри и притянул к себе. Гарри только усмехнулся, наклоняясь в объятиях.
  - Хорошо. Мне больше не нужно об этом знать.
  Хагрид улыбнулся.
  - Ты делаешь великое дело, Сириус, забрал его, растишь его.
  - Он очень хороший парень, - сказал Сириус, ухмыляясь своему крестнику. - Я сожалею только о том, что позволил тебе забрать его той ночью.
  Хагрид торжественно кивнул.
  - Я всего лишь выполнял приказы Дамблдора, это не было личным.
  - Я знаю, - сказал ему Сириус, когда Гарри поставил свой сок и поспешил по траве, чтобы поиграть с Мародером.
  - И это был не ты, это то, где он оказался. Я знаю, что у Дамблдора были самые лучшие намерения, но они были дерьмом, и Гарри напрасно страдал от рук этих проклятыхмагглов.
  - Он хороший человек, Дамблдор, лучший из лучших, но откуда он должен был знать?
  Кулаки Сириуса сжались.
  - Он должен был лучше присматривать за ним, но он этого не сделал, и вот мы здесь. Теперь он у меня. Теперь он в безопасности, и это все, что имеет значение.
  Он смотрел, как Гарри преследовал Мародера, и улыбался.
  - И я думаю, что он тоже, наконец, счастлив.
  - Да, похоже, - усмехнулся Хагрид. - Этоего собака?
  Сириус кивнул.
  - Две недели назад я подарил его ему на день рождения. Он назвал его Мародер. Ему десять недель. У тебя все еще есть та большая борзая? Мерлин, как его звали... Кейн? Нет, Куджо? Нет, это был Киллер!
  Хагрид усмехнулся:
  - Да. Убийца все еще в строю. Она еще и трусиха! Я нашел ему пару, ее зовут Антресс. В пабе встретил парня, заинтересованного в их разведении. Могу завести себе нового щенка.
  Сириус улыбнулся.
  - Звучит здорово, Хагрид.
  Они еще немного поболтали о собаках. Хагрид дал Сириусу несколько советов по садоводству; спросил о байке, похвалив Сириуса за его новый вид, а затем уехал. Он помахал на прощание Гарри, который широко ему ухмыльнулся и направился обратно в Хогвартс.
  Сириус взглянул на часы, когда Хагрид ушел, и усмехнулся. Он использовал свою палочку, чтобы быстро почистить байк, сняв все остатки мыла, которые могли остаться из-за перерыва, а затем ухмыльнулся Гарри.
  - Пора идти внутрь и собирать вещи для дяди Муни, Гарри!
  Потому что у него было свидание. И он не мог ждать.
  ***
  Когда Римус подошел, чтобы забрать Гарри, он лишь слегка удивился, обнаружив там и Нимфадору. Он думал, что раздавил любую мысль о том, что она придет, чтобы провести вечер с ним и Гарри, но когда он посмотрел на ухмыляющееся лицо своего друга, он сразу понял, что Сириус знал о его плане и изменил его.
  Не то чтобы он не хотел, чтобы она пришла, сказал он себе. Ему нравилась Нимфадора. Она была энергичной и забавной, всегда вызывала у него улыбку, и Гарри просто обожал ее. Только сейчас, когда он понял, что он ей нравится, он почувствовал себя довольно неловко. Что, если он отправил не то сообщение? Что, если он произвел на нее неправильное впечатление? Или, что хуже всего, - что, если он раздавит ее или заденет ее чувства? Это было самое последнее, чего он хотел. Его жизнь была намного легче, когда Сириус оставил его одного в его невежественном блаженстве.
  Он подхватил Гарри на руки, убедившись, что его рюкзак полон одежды и его игрушек, прежде чем схватить другую маленькую сумку, в которой были его мягкие игрушки, еда и игрушки для Мародера.
  - Мы готовы идти, маленькийсохатый?
  Гарри широко ухмыльнулся.
  - До свидания, дядя Бродяга! Увидимся завтра.
  Сириус улыбнулся в ответ.
  - Пока, Гарри, повеселись с дядей Муни и Тонкс.
  - Нимфадора, ты можешь привести Мародера? - спросил Римус, входя в камин.
  Тонкс кивнула, держась за поводок Мародера, взяла щенка на руки и последовала за Римусом через камин.
  Римус помогал Гарри снять рюкзак, когда она отпустила Мародера, и он направился прямиком к Гарри.
  Тонкс отряхнулась, тепло улыбнувшись Римусу.
  - Спасибо, что пригласил меня сегодня вечером, Римус.
  Он кивнул, не сводя глаз с Гарри.
  - Гарри хотел, чтобы ты пришла. Ты произвела на него большое впечатление.
  Она тепло улыбнулась:
  - Я рада. Он очаровательный маленький мальчик.
  Римус кивнул и медленно выдохнул. Это было бы хорошо. Он не дал ей понять, что знает, что он ей нравится. Она была всего лишь ребенком, и он относился к ней соответственно. Сириус заставил его волноваться без причины.
  Римус велел Гарри положить свои вещи в его спальню, а Гарри нетерпеливо показал Тонкс комнату, которую они отремонтировали специально для него. Римус знал, что со временем в комнате появятся признаки того, что в ней живет мальчик, но Гарри все равно любил ее.
  - Ну, если вы двое не против, - начал Римус. - Я подумал, что мы могли бы начать с печенья и пирожных.
  Гарри усмехнулся и подпрыгнул от волнения, направляясь на кухню.
  Тонкс рассмеялась и захлопала в ладоши в предвкушении.
  - У меня здесь есть все, что нужно для пирожных.
  - Отлично, - с улыбкой сказал Римус. - Давайте начнем.
  Через тридцать минут все трое уже смеялись. Играла громкая музыка, Тонкс выбрала Билли Айдола, который, по ее словам, был полным боссом и таким аккуратным. Римус, которому на самом деле нравился сам Билли Айдол, лишь тихо раскачивался под музыку, пока Тонкс лидировала в выпечке брауни.
  Как только пирожные оказались в духовке, они перешли к печенью с шоколадной крошкой. Гарри нетерпеливо провел пальцем по тесту в миске, широко ухмыляясь, когда он доел сладость после того, как они закончили.
  Римус видел, как сильно Гарри любил помогать. Сириус упомянул о работе по дому и задачах, которые Дурсли заставляли Гарри делать за них, обращаясь с ним как со слугой, а не со своим племянником. Сириус начал с Гарри, выполняя простую работу по дому, во-первых, потому что Гарри хотел помочь (он привык постоянно что-то делать у Дурслей), а во-вторых, потому что Сириус знал, как важно что-то делать, помогать людям, которые тебя приняли. (Сириус узнал, что, живя с Поттерами, он хотел показать, насколько он искренне благодарен им за то, что они позволили ему жить там) и, в-третьих, он хотел, чтобы он чувствовал себя как дома, а будучи дома, у человека были такие обязанности.
  Римус согласился с Сириусом по всем вышеперечисленным причинам, а также потому, что, в отличие от Сириуса, он происходил из гораздо более скромной семьи. Его собственная мать была магглой, а отец, после того как ему пришлось сменить работу, чтобы справиться с новыми склонностями сына к оборотням, получал довольно сильно урезанную зарплату. Все трое работали вместе, чтобы сохранить свой дом. Он вырос с мыслью, что ребенок должен помогать по хозяйству, а не иметь домового эльфа, как в некоторых более богатых семьях. Римус был очень доволен тем, что Сириус, похоже, придерживается того же мнения, несмотря на его собственное более богатое воспитание.
  Втроем они убрали беспорядок, который они устроили, пока готовили сладости в духовке. На улице было довольно тепло, поэтому Римус наполнил три корзины шариками с водой. Он выкопал их, и Тонкс озорно ухмыльнулась, схватила одну и тут же раздавила ее над головой Римуса.
  Глаза Гарри расширились от изумления, а затем он закашлялся, когда красный воздушный шар врезался ему в грудь и взорвалась вода. Вскоре все трое были на улице и весело проводили время (Римус сделал небольшой перерыв, чтобы вытащить десерты из духовки), прежде чем снова прыгнуть в драку.
  К тому времени, когда последний из воздушных шаров исчез, все трое промокли до нитки и хватались за бока от смеха. Римус вручил Тонкс и Гарри полотенце, чтобы они вытерлись, и стащил свою футболку, вытирая грудь и плечи, не обращая внимания на то, как расширились глаза Тонкс, когда она смотрела на него с трепетом.
  Гарри тут же поспешил к нему, прикоснувшись к татуировке на левом плече.
  - Прямо как у дяди Бродяги!
  Римус улыбнулся, вставая на колени, чтобы Гарри мог рассмотреть его поближе. Летом перед последним годом в Хогвартсе они вчетвером решили сделать одинаковые татуировки в память о своей дружбе. Он сам придумал герб, вспомнил он, герб Мародеров с четырьмя животными, каждое из которых представляет сторону.
  ***
  - Мы уверены, что это надо сделать? - спросил Питер в двадцатый раз, когда они подошли к тату-салону в Лютном переулке.
  - Мы должны быть позитивными!
  - Червехвост, ты пошел со мной за всеми моими татуировками - когда я не уверен?
  - Я не ты, Бродяга! - сказал Питер, закатывая глаза. - Мы другие, нормальные трое, которым еще предстоит пометить нашу прекрасную кожу чернилами.
  Рука Джеймса легла на плечо Питера.
  - Мне нравится эта идея, Пит! Что-то замечательное, чтобы увековечить нашу память! И герб, который разработал Муни, идеален, ты согласен?
  Питер кивнул, улыбаясь Джеймсу.
  - Нет, я согласен.
  Сириус широко улыбнулся парню за прилавком.
  - Эй, Ларри, на этот раз я привел с собой друзей, - сказал он, стягивая рубашку. У него уже была лунная карта; герб Гриффиндора; звездная карта с его именем на плече; и рунические символы с окружающими их следами с карты. - Мы все хотим одну и ту же татуировку.
  Ларри кивнул. У него были остроконечные синие волосы и пятнадцать видимых пирсингов. Обе его руки были полностью покрыты татуировками блестящих ярких цветов.
  - Звучит здорово, Блэк! Что ты задумал на этот раз?
  Римус полез в карман и вытащил пергамент, на котором он подробно описал герб мародеров и слова: "Торжественно клянусь, что я не замышляю ничего хорошего".
  - Это здесь.
  Ларри кивнул, глядя на рисунок.
  - Выглядит достаточно просто. О каком масштабе мы говорим и куда ихнанести?
  Сириус запрыгнул на стол, сжимая в руках рубашку.
  - Размером с подставку? - предложил он, сняв один со стеклянного стола и показав своим друзьям, которые согласно закивали.
  - Злюка. Я пойду первым, так как я делал это раньше.
  Он лег на стол и указал на левую лопатку.
  - Только здесь, Ларри.
  Ларри кивнул, принимаясь за работу, чтобы найти чернильную палитру и схватить свою палочку. Джеймс, Римус и Питер смотрели, как он бормотал заклинание и палочкой выжигал чернила на лопатке Сириуса. На то, чтобы запечатать его, ушло тридцать минут. Он добавил к татуировке быстрое заклинание, заставив каждое животное двигаться в своей области герба.
  - Готово. Выглядит великолепно, Сириус, - сказал ему Ларри.
  Сириус усмехнулся, вскочил на ноги и посмотрел на свою спину в зеркале.
  - Да, это так. Отличная работа!
  Он повернулся и ухмыльнулся своим друзьям.
  - Кто следующий?
  Джеймс стянул с себя футболку и запрыгнул на стол.
  - Я. То же место, - сказал он, лежа на животе.
  Питер стал третьим.
  - Левая лопатка? - спросил Ларри, держа палочку в руке.
  Питер покачал головой.
  - Нет. Я хочу его здесь, - сказал он, указывая на свое правое предплечье. - Вот, у основания запястья. Я хочу это увидеть.
  Джеймс ухмыльнулся и хлопнул друга по спине.
  - Идеальное место, Хвост!
  Питер усмехнулся, стягивая с себя рубашку, чтобы художнику было легче до нее добраться.
  Когда он закончил, все трое повернулись к Римусу.
  Он только улыбнулся и стянул с себя рубашку. Никто из них не прокомментировал множественные белые шрамы. Они только улыбались ему.
  Он сел в кресло и улыбнулся Ларри.
  - На моем плече, пожалуйста, - сказал он, постукивая по верхней части левой руки.
  - Прямо наверху.
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Хороший выбор.
  Когда татуировка Римуса была сделана, Джеймс вытащил из сумки камеру.
  - Ларри, ты не против?
  Ларри ухмыльнулся, принимая камеру.
  - Нисколько.
  Джеймс и Сириус повернулись так, что стали видны их татуировки. Римус стоял боком между ними двумя, его левое плечо было видно, а Питер стоял рядом с Джеймсом, вытянув руку. Когда камера вспыхнула, четверо широко улыбнулись друг другу.
  - Моя мама собирается убить меня, - сказал Питер, с ухмылкой глядя на татуировку с четырьмя движущимися животными. - это стоило того.
  Римус рассмеялся, глядя ему в плечо с широкой улыбкой.
  - Определенно стоит.
  - Эй, Лар, у тебя есть время сделать еще одну быстрою для меня? - спросил Сириус, когда все трое закатили глаза.
  - Сириус! Что ты хочешь теперь на своем теле? - недоуменно спросил Джеймс.
  Сириус улыбнулся им.
  - "Управление шалостью" прямо здесь, поперек, верно? - спросил он, указывая на свою ключицу.
  Джеймс рассмеялся.
  - Это полностью ты - сделай это!
  Сириус откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.
  - О, я планирую это.
  ***
  Римус улыбнулся воспоминаниям. Каждый раз, когда он смотрел вниз и видел герб на своем плече, он думал о своих друзьях, и это вызывало у него улыбку. Это было одно из лучших решений, которые он принял, и единственная отметина на его коже, которую ему нравилось видеть. На его груди было три больших шрама: один на левом ребре, один на правом и один прямо на ключице. На обеих его руках было по два шрама на предплечьях, а на спине было четыре или пять длинных тонких шрамов на коже. Иногда, когда он трансформировался, он не мог удержаться от причинения вреда собственному телу.
  Он понял, что Тонкс и Гарри смотрят на него, и стряхнул с себя это воспоминание.
  - Это определило нашу дружбу, - сказал он с улыбкой. - Мы хотели отметить это на себе, и это одно из моих любимых воспоминаний.
  Гарри осторожно коснулся его.
  - "Торжественно клянусь, что я ничего хорошего не замышляю", - прочитал он.
  Тонкс ухмыльнулась.
  - Отличный девиз, если я когда-либо слышал его.
  Римус улыбнулся ей.
  - Не знаю, говорил ли тебе Сириус, но мы немного пошалили, когда учились в школе.
  - Мама упоминает об этом каждый раз, когда получает письмо от профессора Спраут, - честно сказала ему Тонкс. - Нимфадора, тебе лучше не идти по стопам своего дяди - этот мальчик всегда был в преступником! - Она изобразила хорошо сделанное впечатление от Андромеды.
  Римус рассмеялся, вытирая волосы полотенцем и выжимая мокрую рубашку.
  - Ты озорница, Нимфадора?
  Она лукаво улыбнулась.
  - Только если меня поймают. - она широко улыбалась,когда Римус смеялся. - В конце года я превратилась в профессора Спраут и сказала нашему дому, что, несмотря на то, что мы проиграли Кубок факультета Слизерину, мы все равно устраиваем вечеринку, чтобы отпраздновать наши достижения. Затем я пошла на кухню, взяла еду и выпить, и мы прекрасно провели время.
  Глаза Римуса расширились.
  - Ты превращалась в одного из своих профессоров?
  Тонкс кивнула, широко улыбаясь.
  - Только один или два раза. Позвольте мне сказать вам, Снейп совсем не находит это забавным, когда ловит вас.
  - Снейп? - удивленно спросил Римус, узнав имя.
  - Да, профессор Снейп? Разве он не был учителем, когда вы были там? Думаю, он довольно молод, всего несколько лет назад закончил школу.
  Он вспомнил, с кем когда-то тусовался Снейп, и внезапно представил себе, как тот преподает Защиту от темных искусств (и это было не очень хорошо). Что делал Дамблдор, даже нанимая его в Хогвартсе? Римус подозревал его в том, что он Пожиратель Смерти, еще до того, как они закончили школу; ими оказались все его друзья. Но он никогда ничего не слышал и не видел ни в одной из своих миссий с Орденом о том, что Снейп действительно работает на Волдеморта.
  - Я знаю, Снейпа. Мы с Сириусом ходили с ним в школу. Тогда он был сальным мерзавцем, но мы никогда не были с ним очень добры. Чему он учит? -заинтересованно спросил Римус.
  -Он преподает зельеварение и является деканом факультета Слизерин. - сказала Тонкс, хватая персиковый сок, который Римус принес с собой ранее, и передавая две бутылки Римусу и Гарри.
  - Хм, ну, я нахожу это очень интересным, - сказал ей Римус.
  Зелья всегда были особым предметом Снейпа. Это был не самый плохой выбор, подумал он, поскольку Слагхорн, должно быть, ушел в отставку.
  - Он раздражителен, но, возможно, это только для меня, потому что я анонимно отправляла ему средства по уходу за волосами каждую неделю в течение всего семестра, пока однажды он не поймал меня, когда я собирала корзину в совятне.
  - О, это бесценно!
  Римус залился смехом. Он мог представить, как Северус Снейп открывает упаковку средств по уходу за волосами, выражение чистого презрения на его лице и его сальные волосы, падающие вперед.
  Тонкс широко ухмыльнулась, двигаясь, чтобы помочь Гарри лучше вытереть ноги, и выдавила воду из штанин.
  - Определенно тот же придурок. Я споткнулась о чью-то сумку и сбросила учебник с одной из парт, а он посмотрел на меня и сказал: "Десять баллов с Хаффлпаффа, так как мисс Тонкс не может войти в класс". Гит.
  - Нимфадора, сделай мне одолжение и не говори Сириусу, что Снейп работает в Хогвартсе. Он никогда об этом не замолчит.
  Тонкс рассмеялась.
  - Да, без проблем.
  Он взглянул на часы.
  - Я подумал, что мы могли бы сами приготовить пиццу и поджарить ее на костре на ужин - что вы думаете?
  - Злюка, - ухмыльнулась Тонкс. - Тебе не кажется, Гарри?
  - Злюка! - повторил он с широкой ухмылкой.
  Римус улыбнулся им.
  - Ну, что мы тогда скажем? Или вы, ребята, готовы сначала поиграть в футбол?
  Гарри усмехнулся, подбежал к футбольному мячу и жадно пинал его.
  Римус только улыбнулся. Оказалось, что это будет довольно веселая ночь. Ему было интересно, как продвигается свидание Сириуса.
  
  Конец примечания автора:
  
   Спасибо, Бекс, за то, что помогла мне переформулировать последнюю фразу о Снейпе. Очень признателен!
   Также тем, кто спрашивает о ДУРСЛЯХ - я сделал так, что Сириус никогда не узнает, что именно с ними случилось по 3 причинам:
   1) Сириус хочет начать с Гарри новую жизнь и просто оставить их в прошлом;
   2) Нет ничего, что я мог бы честно придумать, что я считал бы справедливым за то, как они обращались с Гарри; а также
   3) Оставляя двусмысленную мысль о том, что они БЫЛИ наказаны магическим и маггловским миром - вы можете составить собственное мнение о том, что с ними случилось - мне нравится думать, что это было довольно справедливо.
  Глава 22: Эпизод с датой
  Сириус остановил свой мотоцикл перед квартирой Кастелланос ровно в шесть вечера. Он заказал столик в итальянском ресторане в Ланкашире. Он планировал пригласить ее на приятный романтический ужин в причудливую волшебную деревню, а потом, может быть, они отправятся за десертом в магазин мороженого дальше по улице. На нем были черные джинсы, темно-синяя классическая рубашка навыпуск и черная кожаная куртка поверх, чтобы не дул ветер. Он оставил свой шлем на байке и поднялся по лестнице, чтобы постучать в дверь.
  Она сразу открылась высокой великолепной темноволосой женщиной. У нее были черные локоны, ниспадающие каскадом вниз по ее спине, а ее кожа цвета мокко была очень откровенной в коротких шортах и красной майке, которую она носила. Она благодарно улыбнулась ему.
  - Ну, Тея не совсем показала, насколько ты в хорошей форме, - сказала она с ухмылкой.
  Сириус ухмыльнулся в ответ и посмотрел на нее с ног до головы так же явно, как она только что посмотрела на него.
  - И она также не упомянула, насколько сексуальна ее соседка по комнате.
  Женщина усмехнулась в ответ.
  - Я Прия, проходи, Сириус.
  Сириус последовал за ней в квартиру, наблюдая, как покачиваются ее бедра.
  - Где Кастельянос?
  - Ее срочно вызвали в больницу сегодня днем, и она немного отстает. Она должна быть еще всего несколько минут. Могу я принести вам чего-нибудь попить, пока вы ждете?
  Сириус покачал головой, улыбаясь ей.
  - Нет, спасибо. Так что ты делаешь, Прия?
  - Я целитель, как и Тея, но я специализируюсь на магических жуках и болезнях. Я всегда высоко оцениваю ее работу с детьми. Те немногие из них, которых я вижу, обычно весьма немногочисленны.
  - Могут быть. У меня дома шестилетний ребенок, который определенно занимает все мое время. Я бы ни на что его не променял.
  Прия улыбнулась.
  - Хорошо, это мило. О, вот и Тея.
  Кастелланос вышла из двери справа. На ней было короткое обтягивающее белое платье, черные туфли на высоких каблуках и черная кожаная куртка. Ее золотисто-русые волосы были распущены и развевались вокруг лица. В ее ушах были большие золотые обручи, а на шее у нее была длинная золотая цепочка с узлом, свисавшая между грудей. Тело Сириуса отреагировало немедленно, и он немного изменил свою позу, надеясь, что это не совсем очевидно.
  - Кастельянос, выглядишь сексуально, а на тебе было маленькое белое платье.
  Она закатила глаза.
  - Именно. Заметьте, оно не черное.
  Когда он только продолжал улыбаться ей, она повернулась к подруге.
  - Увидимся, когда я вернусь.
  Прия покачала головой.
  - Нет, я сегодня ночую у Паши, помнишь? Увидимся завтра.
  Кастелланос попрощалась, и она последовала за Сириусом на улицу, где ждал его мотоцикл, и ее брови просто приподнялись.
  - Ты хотел, чтобы я надела маленькое черное платье и туфли на каблуках, но хочешь, чтобы я ездила на этой штуке? Почему бы нам просто не аппарировать?
  Сириус положил руки ей на бедра, окинул взглядом обтягивающее платье, бронзовые ноги и бедра и вздохнул с благодарностью.
  - Я бы предпочел, чтобы ты поехала на мне, но пока придется на байке.
  Ее рот открылся, и он усмехнулся.
  - Да ладно, ты ведь знаешь, что любишь байк, - поддразнил он, протягивая ей свой шлем. - Эти узкие бедра, сжатые вокруг моей талии, обороты двигателя под тобой. Это крайне сексуально.
  Она взяла шлем и осторожно надела его на волосы. Когда она молча забралась за спину Сириуса, ее платье задралось так высоко, что, если бы ее бедра не были зажаты вокруг его талии, она бы продемонстрировала миру свои кружевные трусики. Но когда он завел двигатель, ей пришлось признать (тихо и самой себе, конечно), что да, это очень сексуально.
  Сириус полетел на байке в Ланкашир, и когда они приземлились перед рестораном, она ударила его по руке.
  - Ты не упомянул, что байк летает!
  Он ухмыльнулся.
  - Возможно, я немного подправил, - сказал он ей, помогая ей слезть с байка и позволяя своим глазам снова с благодарностью скользить по ее телу. - Собираешься сдать меня?
  Кастелланос протянула ему шлем и провела пальцами по ее волосам, надеясь, что шлем не слишком пригладил их.
  - Нет.
  Ее глаза расширились при выборе ресторана. Это был один из самых известных ресторанов, и она всегда хотела поесть здесь, но раньше ей не давали шанса.
  - У тебя отличный вкус, Блэк.
  Он переплел свои пальцы с ее пальцами и притянул ее к себе, сжимая ее губы в глубоком поцелуе и улыбаясь ей.
  - Я знаю, потому что у тебя очень потрясающий вкус.
  Она смеялась.
  - Это было паршиво.
  Сириус пожал плечами.
  - Но это заставило тебя смеяться, и у тебя действительно потрясающий вкус.
  Он наклонился, чтобы снова прикусить ее губы.
  - Еда, Блэк. Я умираю с голоду, - сказала она ему, еще раз поцеловав его, прежде чем отстраниться. - Но ты и сам не такой уж плохой на вкус.
  Он последовал за ней в ресторан, назвав хозяйке свое имя, и через несколько минут они уже сидели за столиком в центре ресторана. Официант принес им красное вино, и они заказали антипасто, прежде чем он ухмыльнулся ей.
  - Я произвел на тебя впечатление?
  Она улыбнулась, потягивая вино из своего бокала.
  - Немного. Я всегда хотела приехать сюда.
  Сириус взял свой стакан.
  - Насколько я помню, это отличное место. Несколько лет назад я был здесь с друзьями несколько раз.
  Кастельянос кивнула, ее глаза были прикованы к меню.
  - Я даже не знаю, что заказать.
  Он перегнулся через стол, чтобы прошептать ей.
  - Вы знаете, как лучше всего заказывать в этих местах?
  Когда она покачала головой, он улыбнулся.
  - Не надо. Позвольте им выбирать за вас. Это всегда потрясающе.
  Она закрыла меню и улыбнулась ему.
  - Давай.
  Они разместили свой заказ "сюрприз для нас" у официанта, который мило улыбнулся и поспешил уйти, а затем она повернулась, чтобы улыбнуться ему.
  - Итак, ты наконец пригласил меня на это свидание без боя.
  - Да, - сказал он, широко улыбаясь.
  Кастелланос только улыбнулась ему.
  - Где сегодня Гарри?
  - У него ночевка с Римусом. Они собирались испечь печенье, съесть пиццу и было кое-что о просмотре маггловского фильма. Он приведет его домой ко мне завтра перед обедом. Завтра у Гарри вечеринка по случаю дня рождения нового друга, и он очень взволнован.
  - Звучит весело.
  - Должно быть, - с улыбкой сказал ей Сириус. - И Гарри настоял на том, чтобы моя кузина Тонкс тоже поехала, а это значит, что Лунатик взволнован.
  От ее пустого взгляда его улыбка стала шире.
  - Ей тринадцать, и ей немного нравится Муни. Он очень смущен этим, но она любит Гарри и любит проводить с ним время, так что я полагаю, что это беспроигрышная ситуация для нее - даже если это доставляет Муни немного дискомфорта.
  Кастелланос усмехнулась, потягивая вино.
  - Я понимаю, как это может его смутить. Лунатик - это тоже Римус?
  - Хорошо, прости, прозвище, - сказал он с ухмылкой.
  - А Тонкс - это имя?
  - Фамилия, - сказал он с ухмылкой. - Ее зовут Нимфадора, и она довольно сильно презирает свое имя.
  Кастелланос рассмеялась.
  - Я вижу, что для нее это слишком много.
  Подали антипасто, melanzaneripieneallaparmigana, и Кастелланос рассказала ему о неотложной ситуации, из-за которой ее вызвали в больницу. У ребенка была сильная реакция на взорвавшееся зелье. Потребовалось более двух часов, чтобы успокоить ребенка и убрать фурункулы с кожи. К счастью, он собирался быть в порядке.
  К тому времени, когда им подали еду, Сириус узнал, что в сентябре ей исполнится двадцать четыре года и что она уезжает сразу после своего дня рождения, чтобы провести несколько месяцев на Шри-Ланке.
  - Почему Шри-Ланка? - спросил ее Сириус, впиваясь в свою зубастую тоску, которую принес ему официант.
  - В прошлый раз ты говорил мне, насколько ты близок со своей семьей и что возвращаться в Грецию было слишком далеко?
  Она улыбнулась, откусывая от собственной еды, pollospeciale.
  - Этодля Healing Hands in Habitat. Это замечательная организация, основанная около десяти лет назад шотландским целителем по имени Грант. Она полностью держится на добровольцах. Они необходимы для лечения и помощи тем, кто нуждается в медицинской помощи. В настоящее время Шри-Ланка переживает довольно интенсивную гражданскую войну, и тысячи, если не миллионы людей могли бы воспользоваться помощью. Это удивительное дело, и я хочу быть его частью. Я хочу помочь всем, чем смогу, независимо от того, насколько это мало.
  - Вау, - сказал Сириус, широко раскрыв глаза. - Сейчас я действительно впечатлен.
  Когда она покраснела, он усмехнулся.
  - Нет, честно. Это самая смелая и самая блестящая вещь, которую я мог себе представить. Если бы у меня были такие же целительские способности, как у тебя, я бы сам подумал об этом. Значит, ты вернешься как раз перед Рождеством?
  Она кивнула, проткнув вилкой свежий гриб.
  - Или сразу после.
  - И вы на сто процентов на борту?
  - Сто десять процентов на борту. У меня уже есть рабочая виза и волшебная лицензия на практику в другой стране. Портключ доставит нас восьмерых из Святого Мунго 30 сентября, - объяснила она с улыбкой. - Я взволнована и в то же время напугана. Рядом работает организация, эквивалентная маггловской, и, насколько я понимаю, мы в значительной степени сотрудничаем с ними.
  Он только ухмыльнулся ей.
  - Это действительно потрясающе.
  Она улыбнулась ему, задаваясь вопросом, о чем он думает.
  - Ты разочарован тем, что меня не будет через два месяца после того, как ты наконец уговорил меня пойти с тобой на свидание?
  Сириус усмехнулся, потянувшись к ее руке.
  - Немного, но, поскольку я планирую переспать с тобой сегодня вечером, мои мысли в данный момент могут быть заняты другими вещами.
  Кастелланос ухмыльнулась.
  - Ты действительно смелый, Блэк. Ты просто думаешь, что я отпущу тебя всю дорогу после этого модного ужина? Я сказала, что буду кататься на твоем мотоцикле, а не на твоей метле.
  Сириус ухмыльнулся, сверкнув глазами.
  - Кастельянос, твоеё соседки по комнате сегодня вечером не будет дома, - ты хочешь меня, и ты это знаешь.
  - Я же говорила тебе, что я занятая женщина и что у меня нет времени на отношения, - сказала она ему. - Это было на работе, когда ты впервые пригласил меня, и вчера я получила подтверждение, что я действительно являюсь частью команды, отправляющейся на Шри-Ланку.
  - И я упоминал, что несколько отличных трахов- это все, что я искал, - он поцеловал ее ладонь, его глаза мерцали. - Ты великолепна и сексуальна, и ты мне нравишься, но я тоже не ищу отношений, Алтея. Я просто возвращаюсь к своей жизни и приспосабливаюсь к тому, чтобы быть крестным отцом Гарри на постоянной основе. узнать, что ты - это все, и где это может закончиться хорошо, а может и нет, это половина удовольствия от выяснения.
  Кастелланос сжал его ладонь, тепло его рта все еще касалось ее кожи.
  - Ты делаешь отличное замечание.
  Она шагнула с правого каблука, позволяя своей ноге скользить по штанине его джинсов, соблазнительно улыбаясь ему.
  - И я полагаю, может быть, я могла бы, возможно, позволить вам убедить меня, что мне стоит пригласить вас домой со мной...
  Сириус вздрогнул, когда ее ступня нежно массировала его ногу.
  - Я был бы более чем счастлив попробовать.
  Он оплатил счет, и когда они вышли на улицу, он притянул ее к себе и глубоко поцеловал, его руки скользнули к ее талии, а одна скользнула вокруг, чтобы сжать ее попу в обтягивающем платье. Ее руки сжались в его волосах, и его язык яростно встретился с ее языком, оба боролись за контроль над поцелуем.
  Когда он отстранился, его глаза остановились на ней. Его рука медленно скользила вверх по ее туловищу, лаская грудь и двигаясь по ее руке, сжимая ее руку.
  - Хочешь захватить немного мороженого?
  Кастелланос вздрогнула от удивления, а затем ее улыбка расплылась.
  - Конечно.
  Сириус взял ее под руку, пока они шли по улице к кафе-мороженому. У каждого был рожок, Сириус выбрал клубничный, а Кастелланос выбрала шоколадно-ванильный. Они пошли обратно к мотоциклу, пока ели, и Сириус ухмыльнулся ей, доедая свой рожок.
  - Ммм, я люблю клубничное мороженое, но определенно есть кое-что еще, что я предпочел бы делать своим ртом, - сказал он ей, наклоняясь и пробуя мороженое на ее языке, пока он целовал ее.
  Она облизнула губы, когда он отстранился с ухмылкой.
  - Ты дразнишься, Сириус Блэк.
  Его бровь удивленно приподнялась.
  - Поддразнивание?
  Она доела свой рожок, вытерла руки предоставленной салфеткой и бросила ее в мусорное ведро неподалеку.
  - Да, издевательство.
  Сириус положил руки ей на талию и улыбнулся ей.
  - Как я дразню?
  Кастелланос обняла его за шею почти на уровне его глаз из-за каблуков.
  - На днях ты сказал, что хочешь вылизать меня всю - теперь ты говоришь, что предпочел бы делать что-то другое своим ртом: дразнить.
  Она поцеловала его в шею и прижалась к нему, не сводя с него глаз, прежде чем намеренно отступить назад.
  - Это была действительно замечательная ночь, но тебе, вероятно, следует отвезти меня домой.
  Она повернулась и подняла шлем, прежде чем он развернул ее, прижавшись губами к ее губам. Его рука скользнула по ее ягодицам, массируя и сжимая, а другая рука провела по краю ее короткого платья, соблазнительно касаясь кожи там.
  Когда он отпустил ее, ее глаза остекленели, и он ухмыльнулся ей.
  - Садись на байк, Кастельянос.
  Как только она плотно обвилась вокруг него, он умчался к ее квартире, припарковав свой байк и следуя за ней вверх по лестнице. Она отперла дверь, поворачиваясь, чтобы улыбнуться ему.
  - Мы оба знаем, что я должна пожелать спокойной ночи и закрыть эту дверь.
  Сириус ухмыльнулся, наклоняясь, чтобы нежно коснуться ее губ своими.
  - Мы? - пробормотал он, а затем ухмыльнулся. В эту игру могли играть двое, подумал он. - Все, что я знаю, это то, что я не могу дождаться, чтобы попробовать тебя на моих губах.
  Она покраснела, и он ухмыльнулся. Она схватила его за рубашку и втащила в свою квартиру, захлопнув за ним дверь. Ее руки зарылись в его волосы, и она поцеловала его.
  Сириус ответил на ее требование, губы яростно встретились в отчаянном поцелуе, и он усмехнулся. Его руки скользнули вниз по ее телу, крепко сжимая ее задницу, а другой рукой стягивая ее кожаную куртку. Она сдернула его собственную куртку, уронив ее на пол, и расстегнула его рубашку.
  - Это сумасшествие, - сказала она ему. - Мы мало знаем друг друга.
  Он прикусил ее ухо, посасывая кожу под ним, и улыбнулся.
  - Это ничего не значит, когда ты мокрая для меня.
  - Долбаный ублюдок, - прошипела она, стягивая рубашку с его плеч и с улыбкой проводя руками по его груди. - Может быть, я просто хочу использовать тебя сегодня вечером - как ты от этого себя чувствуешь?
  Его хватка крепче сжала ее задницу, и она улыбнулась.
  - Может быть, я воспользуюсь тобой в ответ.
  Его губы снова встретились с ее губами, и он скользнул руками вниз по ее попе и под подол ее платья, твердые очертания ее попы были едва прикрыты задней частью платья.
  - Мерлин, это было слишком давно, - пробормотал он, с благодарностью сжимая рукой ее задницу. Одна только мысль о том, что он хотел сделать с ней, приводила его в возбуждение, и он знал, что долго не продержится. Прошло слишком много лет с тех пор, как он был с женщиной.
  - Ммм, а где молния на этой штуке?
  Она улыбнулась ему.
  - Ты просто, знаешь... сними это.
  - Мерлин, - простонал он, медленно поднимая платье и неторопливо обнажая ее золотую кожу. Когда платье упало на пол, он улыбнулся, полностью завороженный ею. На ней были белые кружевные трусики и черные туфли на высоких каблуках, и он еще больше ожесточился при виде ее. На ней не было бюстгальтера.
  - Ты действительно богиня.
  Кастелланос поманила его пальцем, и он последовал за ней в ее спальню, ухмыляясь, как дурак. Он притянул ее ближе к себе, позволив своему рту задержаться на ее груди, пробуя на вкус кожу и посасывая. Ее голова откинулась назад, когда он поцеловал ее, и он скользнул рукой между ее ног, потирая пальцами ее трусики, и она застонала.
  - Прекрати дразнить меня, Сириус! - взмолилась она, отчаянно вцепившись руками в его волосы.
  Сириус позволил ей упасть обратно на кровать, подползая к ней, пока она расстегивала его джинсы, расстегивая их и стягивая с его бедер. Он накрыл ее руку, чтобы она не дернула их. Он никогда не носил нижнего белья, предпочитал этого не делать, и в данный момент он еще не хотел обнажаться перед ней полностью голым.
  У него были другие планы.
  Его губы скользнули от ее груди к животу, спускаясь вниз в горячих поцелуях с открытым ртом, от которых ее бедра выгибались навстречу ему. Он ухмыльнулся, целуя ее пупок и опуская язык ниже. Он положил руки на ее бедра, шире раздвинув ее ноги, и покусывал чувствительную кожу вдоль ее бедер, нежно целуя. Ее темно-русые кудри были влажными, и он ухмыльнулся ей, позволив своему языку провести по ее бедру близко, но не достаточно близко к теплу, где она хотела, чтобы он был, и она застонала. Его язык скользнул по изгибу ее бедра, нежно касаясь ее носом.
  - Ты такая красивая, - пробормотал он, касаясь ее губ. - Сексуально, - сказал он, снова касаясь ее губами, и она отпрянула от него.
  - Сириус, - простонала она.
  Он ухмыльнулся, снова прижавшись к ней носом, а затем очень нежно поцеловал. Ее руки крепче сжали его волосы, но он не возражал, снова поцеловал ее, на этот раз с открытым ртом, а затем поцеловал еще. Он позволил своему языку скользить по ее краю, мягко ныряя внутрь и наружу в дразнящей манере, от которой она задыхалась.
  - Ммм, так вкусно. Лучше, чем мороженое, - сказал он, пока его язык ласкал ее.
  К тому времени, как он начал сосать, она уже выкрикивала его имя, и когда его пальцы нашли ее, она буквально оторвала бедра от кровати от удовольствия.
  - Не останавливайся, - умоляла она, - не останавливайся!
  Он не остановился, и когда оргазм пронзил ее, она выкрикнула его имя, а он продолжал ее сосать. Она кончила дважды, прежде чем он, наконец, отпустил ее и двинулся ртом обратно вверх по ее телу, чтобы пососать ее грудь. Он жадно лизал ее твердые соски, а она отчаянно толкала его джинсы.
  - Ты нужен мне внутри меня - сейчас же, - потребовала она.
  Сириус усмехнулся и лизнул нижнюю часть ее груди.
  - Я мог бы провести всю ночь между твоими ногами.
  - Сириус, трахни меня - сейчас же!
  Он просто широко ухмыльнулся и скинул джинсы.
  - Я долго не продержусь", - предупредил он ее. - Как ты хочешь меня, Тея?
  Алтея перевернула его, оседлав. Ее рука сжала его, и она вздохнула от его жара, пока работала над ним, и он застонал под ней.
  - Сейчас, - сказала она ему, направляя его в себя. Она положила руки ему на живот и оседлала его. Он почувствовал, как она снова напряглась, поэтому немного приподнялся, глубже вошел в нее и просунул два пальца ей между ног, наблюдая, как ее голова откидывается назад от удовольствия.
  - Такая красивая, - выдохнул он, найдя ртом ее грудь. - Так крайне сексуально!
  - Сильнее, - сказала она ему, задыхаясь, когда он ответил на ее призыв. - Вот так... о! Вот так!
  Он хмыкнул, и она кончила, ее руки отчаянно вцепились ему в плечи, и он последовал за ней, крепко сжимая ее задницу и жестко оседлав ее.
  Когда они оба перевели дыхание, она уткнулась носом в его грудь, когда его руки обвились вокруг нее.
  - Это было...
  - Потрясающе, - добавил Сириус, целуя ее в щеку.
  Она улыбнулась ему на грудь.
  - У тебя волшебный язык.
  Он ухмыльнулся.
  - Мне нравится быть тщательным.
  - Тщательно, - сказала она, все еще слегка задыхаясь. - Это было... Боже, помоги мне, лучшее, что я когда-либо делала... ты можешь сделать это снова, когда захочешь.
  Сириус рассмеялся, целуя ее шею и ключицу и проводя руками по влажной спине.
  - С удовольствием.
  Они растянулись на кровати, и Алтея потянулась, чтобы провести пальцами по татуировке мотоцикла.
  - Они все такие красивые. У каждой из них есть смысл?
  Он кивнул, объясняя каждую из них, пока ее пальцы водили по ним.
  - Та, что для твоего крестника, такая милая, - сказала она ему, целуя татуировку.
  - И красивая.
  Сириус наклонил к нему голову и поцеловал.
  - Я видел татуировку на твоей спине?
  Он повернул ее, улыбаясь крошечному медицинскому гербу на ее правой лопатке.
  - Очень хорошо.
  - Прия и я получили их, когда закончили Академию Целителей, - сказала она ему, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него, пока ее пальцы водили по линиям на его груди.
  -Чувство выполненного долга, мне это нравится.
  Он снова нежно поцеловал ее.
  - Для меня это было какое-то время, знаете ли, тюрьма и все такое, так что это было немного быстрее, чем мне обычно нравится. Пойдем еще раз.
  - Хм?
  - Повернись.
  Она только ухмыльнулась ему, но сделала так, как он просил, задыхаясь, когда его возбужденая часть скользнула между ее бедер, и она потянулась сзади, поглаживая его шею, когда он сосал грудь под ее рукой. Все, что она думала, было то, что она определенно могла бы делать это всю ночь.
  ***
  На следующее утро Сириус проснулся от ощущения нежной руки, ласкающей его. Он улыбнулся, серые глаза встретились с темно-карими.
  - Доброе утро,Кастельянос.
  - Доброе утро,Блек, - ответила она, нежно массируя его мошонку. - Ты хорошо спал? Ее рука погладила его по всей длине, и он прикусил губу.
  - Великолепно. Ты?
  Ее ногти слегка поцарапались, и у него перехватило дыхание, заставив ее ухмыльнуться.
  - Вполне блестяще.
  Она использовала большой палец, чтобы осторожно вытереть его кончик, а затем поднесла большой палец ко рту и лизнула, заставив его застонать.
  - Во сколько тебе нужно снова быть дома?
  - Одиннадцать тридцать, - сказал он ей, пока ее рука дразняще гладила его.
  - Ммм, - сказала она с улыбкой. - Хорошо, что только семь. Я еще не закончила с тобой, Блэк, отнюдь нет.
  - Алтея, - простонал он, когда движения ее рук ускорились. - Я не выдержу, если ты продолжишь в том же духе.
  Она ухмыльнулась ему.
  - Почему бы тебе не дать мне попробовать тебя, и мы посмотрим?
  Когда ее голова шевельнулась под простыней, он лишь усмехнулся.
  - Здесь нет аргументов, детка.
  ***
  Когда он вошел в свой дом в десять одиннадцать, он насвистывал и ухмылялся, как дурак. Он поспешил наверх, чтобы принять душ, и как раз поправлял волосы, когда услышал, как вошли Римус и Гарри. Он закончил то, что делал, и спустился вниз, чтобы поприветствовать их.
  Гарри ухмыльнулся ему, когда тот спустился по лестнице.
  - Дядя Бродяга! Сегодня день рождения Джинни!
  Сириус широко ухмыльнулся, кивая на подарок на кофейном столике. Он водил Гарри по магазинам в четверг. Гарри выбрал для нее мягкую игрушку собаки, а также огромный контейнер с цветным тротуарным мелом и большую бутылку мыльных пузырей с несколькими палочками для выдувания разного размера. Сириус подумал, что они идеальны, поскольку все они тоже были маггловскими подарками, а это означало, что они, скорее всего, будут чем-то, чего у нее еще не было.
  - Конечно, мы должны завернуть ее подарок. Иди в солярий и возьми упаковочную бумагу, скотч и ножницы.
  Гарри нетерпеливо поспешил прочь, и Сириус повернулся к Римусу.
  - Ну как все прошло? Кажется, он в порядке?
  Римус улыбнулся.
  - Он был великолепен. Он хорошо спал, хотя и заполз ко мне в постель около двух часов.
  - Он сделал? - спросил Сириус, удивлённо ухмыляясь. Гарри еще не делал этого с ним.
  - Я думаю, что он чувствовал себя странно, не будучи в своей спальне. Конечно, с ним также пришел Мародер, - сказал Римус с улыбкой. - Но он хорошо спал. Нам было весело. И Тонкс оставалась, пока Гарри не лег спать, а потом она отправилась домой. Мы прекрасно провели время.
  Сириус улыбнулся своему другу.
  - Я рад, что все прошло хорошо. Это означает, что я не буду чувствовать себя таким виноватым, когда меня не будет здесь в следующий раз.
  - Ты чувствовал себя виноватым?
  - Немного, да, - признал Сириус. - Но тогда я трахал Кастелланос и в основном просто получал удовольствие.
  Римус рассмеялся, когда Гарри вернулся в комнату.
  - Естественно. Ты собираешься снова ее увидеть?
  - О, я определенно собираюсь сделать это с ней снова.
  Римус закатил глаза, посмеиваясь над своим другом.
  - Давай, Гарри, я помогу тебе завернуть подарок Джинни.
  Через час Римус попрощался с Гарри и Сириусом и отправился домой. Римус собирался позаботиться о Мародере, так как он сказал, что у него есть дела, и он не пойдет с ними на вечеринку по случаю дня рождения. Сириус уменьшил подарок ко дню рождения и положил его в крошечное отделение багажника, которое он добавил к задней части своего байка, пристегнув Гарри ремнями и убедившись, что его шлем надет. Когда он завел двигатель, Гарри широко ухмыльнулся.
  - Пошли, дядя Бродяга!
  Сириус ухмыльнулся ему, завел двигатель погромче, чтобы рассмешить Гарри, прежде чем он помчался по улице и направился в соседний город Оттери-Сент-Кэтчпол. Он въехал в город и притормозил, чтобы спросить женщину у почтового отделения Совы, где он может найти резиденцию Уизли, и она сказала ему ехать через город и повернуть налево, а Нора будет прямо.
  Сириус поехал на байке в указанном ею направлении и направился по переулку к высокому каменному сооружению в шесть этажей, слегка изогнутому. Это был очаровательный деревенский дом. Он притормозил байк, слегка ухмыльнувшись, когда из дома выбежали трое маленьких рыжеволосых мальчиков, а за ними высокая худая темноволосая женщина, держащая за руку маленькую блондинку на звук мотоцикла. Он выключил двигатель, снял шлем и встряхнул волосы.
  Он ухмыльнулся женщине.
  - Привет, это Нора?
  Женщина кивнула, добродушно улыбнувшись.
  - Да, это так. А вы?
  - Нас пригласили на день рождения.
  Один из рыжеволосых парней, который, как понял Сириус, был полностью идентичен парню рядом с ним, подошел ближе, не сводя глаз с мотоцикла.
  - Это безнравственно,-сказал он.
  Сириус усмехнулся.
  - Довольно блестяще, правда? Иногда магглы знают, что делают.
  Он попытался не ухмыльнуться, когда наклонился, чтобы взять Гарри, и услышал, как женщина пробормотала:
  - О боже.
  Он всегда знал, когда кто-то проверял его задницу, подумал он. И он должен знать, потому что у него очень хорошая задница, и он это знал.
  - Молли! - крикнула она. - Молли, тебе лучше выйти сюда.
  - Что случилось, Пандора? Ты узнала, откуда доносится этот шум? О! - удивленно сказала она, выходя из дома.
  Сириус повернулся с Гарри на руках, распаковал подарок на день рождения и вручил его Гарри, положив его на землю. Он повесил два шлема на мотоцикл и проехал мимо ворот, а трое мальчиков последовали за ним и Гарри. Сириус улыбнулся, когда Гарри остановился перед Молли и Пандорой.
  - Привет, - сказал он мягко. - Мы с дядей Бродягой пришли на день рождения Джинни.
  Молли мило улыбнулась ему.
  - Конечно, милый! А ты кто, милый?
  - Я Гарри, - сказал он, протягивая руку.
  Сердце Молли остановилось.
  - Какие безупречные манеры! Придется заставить тебя учить моих язычников, Гарри, - сказала она с улыбкой. - Добро пожаловать в Нору. Я полагаю, вы Бродяга?
  - Виновен по предъявленному обвинению, - сказал он с ухмылкой, протягивая руку. - Вообще-то, Сириус. Сириус Блэк. Это мой крестник, Гарри Поттер. Ваши сын и дочь любезно пригласили нас сегодня.
  Молли просто смотрела на него, разинув рот.
  Темноволосая женщина, Пандора, улыбнулась Сириусу.
  - Вы должны извинить Молли, она думала, что воображение Джинни взяло верх над ней, и на самом деле не верила, что ее дочь пригласила Гарри Поттера на свой день рождения. Я Пандора Лавгуд, это Молли Уизли. Мы рады чтобы ты был здесь.
  - Мам! Мам! Давай быстрее, Чарли засунул Перси в дымоход! - воскликнула Джинни, бегая вокруг своей матери и замечая Гарри.
  - Что? - воскликнула Молли, краснея, когда оба мальчика-близнеца закричали.
  - Нехороший!
  - Гарри! - воскликнула Джинни, радостно подбегая к нему, чтобы обнять его, когда ее мать торопливо прошла мимо нее, чтобы разобраться с Чарли и Перси.
  Пандора вздохнула.
  - В этом месте никогда не бывает скучно. Это моя дочь Луна. Близнецы - Фред и Джордж, не просите меня сказать вам, кто из них кто, а это Рон. Я вижу, Гарри уже знает Джинни. - сказала она с улыбкой, когда Джинни взяла Гарри за руку и потянула его внутрь. - Итак, заходи и добро пожаловать в сумасшедший дом.
  от автора:
   Добавил это для моей беты, которая утверждала, что на самом деле не получала еды в модном итальянском ресторане! Я выбрал еду, основываясь на меню моего любимого итальянского ресторана.
  Antipasto - melanzaneripieneallaparmigana (баклажаны с начинкой из сыра рикотта, запеченные в томатном соусе и посыпанные сыром моцарелла
   Ужин - PolloSpeciale (куриная грудка в панировке, приготовленная со шпинатом, свежими грибами, свежим томатным соусом и небольшим количеством сливок) и гребешки из гребешка (телячьи гребешки, слегка обжаренные в кляре и обжаренные в оливковом масле первого отжима и свежем чесноке).
  Глава 23: Эпизод с Уизли
  Коротенькая глава, но я закончил ее десять минут назад и подумал, что она милая, короткая и немного нудная, чтобы всем было интересно. Также я вытащил несколько своих идей из этого поста, который я увидел на tumblr от moony-cj-padfoot-and-prongs о том, что Фред и Джордж делали на протяжении многих лет, особенно в свои дни рождения. Мне это очень нравится, и я хотел как-то включить это сюда. Я просто в восторге от поста! Для меня это НАСТОЛЬКО Фред и Джордж! Имейте это в виду - я тоже подумал о махинациях, которые вытворяли эти мальчики, и я люблю их за это.
  Кроме того, я подумал, что было бы забавно пригласить кого-нибудь из других родственников Уизли на день рождения Джинни, поэтому, используя свои знания из Поттермора и из лексикона Гарри Поттера, я придумал имена для многочисленных кузенов Уизли, которые присутствовали на дне рождения Билла и свадьбе Флер. и добавил второе имя для Чарли (думал, что его дедушка показался хорошим выбором).
  Грустно, что Алтея уйдет, но они сначала выводят химию из своей системы, приоритеты, лол. Они все еще узнают друг друга, да.
  текст:
  "Сумасшедший дом" - точно подходящее слово, подумал Сириус. Он последовал за Пандорой Лавгуд через маленькую кухню и вышел в сад за домом, где миссис Уизли стояла, уперев руки в бока, и яростно кричала на двух мальчишек на крыше. У одного из них ноги торчали из дымохода, а другой держал его за лодыжки, тряся. Зрелище заставило его рассмеяться, и он прикусил губу, когда глаза миссис Уизли метнулись к нему сердито.
  Двое мальчиков слезли с крыши, младший отряхнул сажу с волос и посмотрел на старшего брата.
  - ЧАРЛЬЗ СЕПТИМУС УИЗЛИ, О ЧЕМ ТЫ ДУМАЛ? - спросила миссис Уизли, когда тринадцатилетниймальчик пожал плечами в ответ.
  - Он понтовался, мама!
  - Это не повод совать его голову в дымоход! Она притянула к себе другого мальчика, прижав его к своей груди. - Перси, дорогой, ты в порядке?
  Он кивнул, с раздражением глядя на брата.
  - Я в порядке, мама. Мы просто бездельничали.
  Миссис Уизли фыркнула в ответ.
  - Ну, хватит бездельничать! Сегодня день Джинни! А теперь вы, мальчики, идите внутрь и закончите собирать лотки с овощами. Перси, иди умываться! Ты весь в саже!
  Сириус лишь усмехнулся, усаживаясь за столик для пикника снаружи. Похоже, мальчики в этой семье определенно умели веселиться, подумал он с ухмылкой. Его глаза нашли Гарри среди детей разного возраста во дворе, и он улыбнулся. Он сидел рядом с Джинни на скамейке, качающейся сзади, их ноги двигались взад-вперед, чтобы обеспечить движение.
  Он посмотрел на высокого худощавого рыжеволосого мужчину, сидевшего рядом с ним. Его волосы были волнистыми и темно-рыжими и начали немного редеть на макушке. Он поправил квадратные очки и тепло улыбнулся, протягивая руку.
  - Артур Уизли.
  - Сириус Блэк.
  - А, верно, паршивая овца Вальбурги и Ориона, - сказал он с улыбкой. - Я слышал много сказок.
  - Честно говоря, я предпочитаю называть себя Белой Овцой Черной Семьи, - сказал он с ухмылкой. - А ты, Уизли - самый большой предатель крови за пределами семьи Поттеров в прошлом веке, если верить моей матери.
  - Совершенно верно, - сказал мистер Уизли. - Добро пожаловать в наш скромный дом. И да, обычно здесь такой хаос.
  Сириус рассмеялся, оглядываясь и слушая, как Артур указывает на людей во дворе. Он был отцом семерых детей. Биллу было пятнадцать, и он качал Джинни и Гарри на качелях. Чарли было тринадцать, и он был нарушителем спокойствия, который спустил в дымоход своего брата Перси, которому скоро исполнится десять. Близнецам, Фреду и Джорджу, было восемь лет, и в данный момент они сговорились с его младшим сыном, шестилетним Роном, у сарая для метел. Сириус заметил, что один из близнецов держит сумку Зонко, и это заставило его улыбнуться. Джинни была самой младшей, ей на следующий день исполнилось пять, и единственной девочкой.
  Темноволосая женщина, Пандора, помогала миссис Уизли принести еду с кухни. Ее дочь Луна, столь же светлая, сколь темная Пандора, сидела посреди двора, дула на одуванчики и смотрела, как они летают по двору. Пандора была зельеваром и была замужем за КсенофилиусомЛавгудом, редактором журнала Придира.
  Септимус и Седрелла Уизли болтали со своими двумя другими сыновьями, Билиусом и Альфардом; целитель, которого неопределенно представили как кузена Ланселота; и двоюродная тетушка Мюриэль, которая пила чай и в настоящее время читала лекцию своему внучатому племяннику Чарли о том, почему неуважительно свешивать младших братьев в дымоход, все сидели за столом для пикника рядом с Сириусом и Артуром. Жена Билиуса Лукреция сейчас разговаривала с одним из своих сыновей, Септимусом. Ему было двадцать два года, и он вернулся домой в отпуск, где работал травником в джунглях Бразилии. Гай в двадцать лет работал арифмантом в Министерстве магии. Маркус только что закончил Хогвартс и подрабатывал судьей по квиддичу. Тиберий учился в школе с Биллом.
  Артур объяснил, что его брат Альфард и старший сын его жены МоринКарадок переехали в Нью-Йорк и работали международным послом в MACUSA, поэтому он не присутствовал; Валериус был целителем в волонтерской организации "Исцеляющие руки в среде обитания" и в настоящее время находился в Афганистане, где стабильно работал последние четыре месяца (именно поэтому он не присутствовал); Габриэль был стажером в Департаменте регулирования и контроля магических существ; Максимус входил в свой последний год в Хогвартсе; и Мариус был в том же году, что и Чарли Уизли.
  - У тебя большая семья, Артур, - прокомментировал Сириус, рассеянно слушая рассказы о том, кто есть кто. - Единственный раз, когда мои родители собирали всех родственников, это были официальные балы. В вашей семье не так много девочек для них, а?
  Артур усмехнулся.
  - Нет, это редкость в семье Уизли. Моя Джинни - первая девочка, рожденная от Уизли за семь поколений. Сердце Молли было привязано к дочери, и мы получили нашу Джинни в подарок. Шестой раз - это очарование, я думаю.
  Сириус усмехнулся, наблюдая, как Гарри и Джинни спешат туда, где играли Фред, Джордж и Рон, Джинни поднимает Луну на ноги и заставляет ее следовать за ними.
  - У тебя определенно заняты руки.
  - У тебя нет идей! - сказал Артур ему, смотря на своих четырех младших детей. - Только близнецы! Они также проявляли признаки магии в самом младшем возрасте из всех моих детей. В свой первый день рождения они каким-то образом подожгли полдома и опалили брови Перси, когда их праздничный торт взорвался прямо ему в лицо.
  Сириус рассмеялся, держась за живот при виде этойкартины.
  - Это весело! На свой первый день рождения Гарри задул свечи на своем торте, но они каким-то образом превратились в фейерверк. Очень напугал Джейми, особенно потому, что фейерверк отлетел от торта в его волосы, а Гарри хлопал, крича: "Да-да, хорошенькая", а Лили просто в шоке смотрела.
  Артур ухмыльнулся.
  - Ну, точно! Сейчас это смешно, но в данный момент... вы можете себе представить, насколько Молли и я были в шоке. Они сделали волосы Перси голубыми, а Билла фиолетовыми; каким-то образом превратили мягкую игрушку Рона в гигантского паука, когда им было пять лет. - позвольте мне рассказать вам о последовавшем хаосе!Двоюродная тетушка Молли Мюриэль поклялась никогда не возвращаться четыре года назад, когда Джордж натравил на нее гуля, который, кстати, теперь устроил себе дом на нашем чердаке и не собирается уходить. Мюриэль явно вернулась снова. Они придумали, как проникнуть в сарай для метел и украли метлы Чарли и Билла, чтобы летать в дом и из дома. И только на прошлой неделе Фред и Джордж каким-то образом переставили мебель в комнате Джинни, которая находиться в комнате Рона и наоборот. Это постоянная головная боль.
  - И ты любишь каждую минуту этого, - ухмыльнулся Сириус, с большим интересом глядя на восьмилетних озорников. - Просто подожди, пока они не доберутся до Хогвартса.
  - Мерлин, - сказал Артур с ухмылкой. - Тогда они станут проблемой для Дамблдора.
  Сириус рассмеялся, пытаясь представить лицо МакГонагалл, когда близнецы начали разыгрывать всех в Хогвартсе. Он знал, что она сразу же вспомнит, какой была жизнь, когда Мародеры были в школе. Одна только мысль об этом вызвала улыбку на его лице.
  Из рук близнецов вырвался фейерверк, а Гарри, Джинни, Рон и Луна с благоговением наблюдали за происходящим, а Артур вздохнул.
  - Я трижды запер дверь в сарай для метел, - пробормотал он, вставая. - Как, блин, они туда попали?
  Сириус снова рассмеялся, наблюдая, как Артур спешит к своим детям. Он всегда ценил хорошие розыгрыши и задавался вопросом, не будет ли это совершенно бестактно с его стороны, если он подкинет близнецам какие-нибудь идеи. Он усмехнулся про себя при этой мысли, улыбаясь, когда Гарри поспешил к нему.
  - Эй, Гарри, веселишься?
  Гарри кивнул, широко улыбаясь.
  - Дядя Сириус, мы поиграем в пятнашки.
  - Ладно, сохатик, - сказал он, когда Гарри помчался прочь, преследуя Джинни, которая безумно хихикала.
  К тому времени, как близнецов отчитали, как запускать фейерверки без разрешения, миссис Уизли подала сэндвичи и чипсы. Пять столов для пикника были заняты, и все младшие дети сидели на траве. Сириус обнаружил, что беседует с Седреллой, которая оказалась его троюродной сестрой или кем-то в этом роде. Она расспрашивала его о его родителях.
  - Они оба уже мертвы, - сказал он ей. - Мы не были близки, и мама вычеркнула меня из генеалогического древа, когда мне было шестнадцать. Флимонт и Юфимия Поттер взяли меня к себе.
  Седрелла кивнула, сочувственно улыбаясь.
  - У Монти всегда было большое сердце. Я всегда полагала, что у него и Юфимии был бы полный дом детей, но Джеймс появился в их жизни поздно, и Дорея всегда говорила, что они избаловали его и души не чаяли в нем. Они дали тебе дом?
  - Лучший дом, который у меня когда-либо был. Они относились ко мне, Римусу и Питеру, как к своим детям, - сказал ей Сириус. - Честно говоря, двое из лучших людей, которых я когда-либо встречал. Драконья оспа забрала их обоих за несколько месяцев до рождения Гарри. Они обожали бы быть бабушкой и дедушкой.
  Седрелла улыбнулась при этой мысли.
  - Да, они бы это сделали. Когда я влюбилась в Тимуса, я знала, что от меня откажутся, несмотря на то, что он был чистокровным - в конце концов, он был Уизли. В день, когда он сделал предложение, мои родители сказали мне, что я стала предателем семьи Блэков. Я ни разу не пожалела о своем решении предпочесть Тимуса моей семье. У меня трое замечательных сыновей и шестнадцать замечательных внуков, которых мои родители так и не узнали. Я не могла быть счастливее. Ты сам выглядишь довольно счастливым.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Да. Я бы хотел, чтобы мой лучший друг был здесь, чтобы увидеть и воспитать своего сына, но я здесь ради Гарри, и я всегда планирую быть здесь.
  - Хорошо, - сказала она с улыбкой, ее глаза улыбались, когда Джинни поспешила к ней. - Привет, дорогая!
  Джинни обняла ее с широкой улыбкой.
  - Гамма, мама говорит, что теперь я могу открывать подарки.
  Седрелла крепко обняла свою единственную внучку и поцеловала ее в щеку.
  - Ну, тогда пора. Иди и скажи дедушке.
  Джинни поспешила в объятия дедушки, и его широкое лицо засияло, когда он покрыл ее лицо поцелуями. Сириус улыбнулся, когда Гарри забрался к нему на колени, осторожно убирая волосы с глаз.
  - Как дела? Ты выиграл?
  Гарри кивнул, наблюдая за Джинни с бабушкой и дедушкой.
  - Я быстрый. Меня никто не поймал.
  Сириус поцеловал Гарри в макушку, наблюдая, как взгляд его крестника остановился на Седрелле и Септимусе. Он знал, о чем думал.
  - Я бы хотел, чтобы ты знал своих бабушку и дедушку, Гарри. Они были лучшими людьми в мире, и они не могли дождаться встречи с тобой, но, ну, они заболели и умерли до твоего рождения. Они были мне как родители.
  Гарри обнял Сириуса.
  - Все в порядке, у меня есть ты.
  Сердце Сириуса было готово разорваться, когда он поцеловал крестника в голову.
  - Ты определенно развлечение. Всегда.
  Гарри усмехнулся, когда Рон поманил его к столу с подарками, и он поспешил к своим новым друзьям. Сириус смотрел на него с улыбкой. Ему нравилось видеть Гарри таким счастливым. Он смотрел, как Джинни открывала свои подарки один за другим, а затем, к его удивлению, она открыла большую коробку, которая взорвала конфетти и муку и рассыпала все ей по лицу. Фред и Джордж кудахтали от смеха, а Джинни просто смотрела на них. Но, к удивлению Сириуса, она не закричала. Она просто вытерла лицо и поблагодарила близнецов за розыгрыш.
  Сорок минут спустя Фред и Джордж застряли вверх ногами над навесом для метел, и у Сириуса возникло подозрение, что за ним стоит крошечная рыжеволосая девочка. Он обнаружил, что странно очарован. Он помог близнецам спуститься, широко улыбаясь им.
  - Я слышал, что вы двое - хулиганы в семье, но, очевидно, не единственные шутники.
  Фред широко ухмыльнулся.
  - Нам нравится веселиться, и да, мы учимся не связываться с Джинни.
  - В этом нет ничего плохого, - с улыбкой добавил Джордж.
  Сириус опустился перед ними на колени с ухмылкой.
  - Я сам был немного шутником в школе. Знаешь, что я делал со своим младшим братом?
  - Что?
   Оба спросили с нетерпением.
  Сириус усмехнулся.
  - Однажды я положил взбитые сливки ему в руку, когда он спал, затем я щекотал его лицо пером, пока он не ударил себя, и плеснул взбитыми сливками прямо ему в лицо.
  Фред ухмыльнулся.
  - Мы сделали это с Перси - дважды.
  - И один раз Биллу, но мы использовали шоколадный пудинг.
  Сириус рассмеялся.
  - Я насыпал зудящий порошок во все трусы своего брата. Он чесался неделями.
  - Джордж засунул муравьев в трусы Чарли, когда он еще был в них, - добавил Фред, когда Джордж ухмыльнулся.
  - Я добавил краску для волос в шампунь моей матери и окрасил ее волосы в зеленый цвет, но я слышал, что вы двое тоже делали это несколько раз.
  Фред широко ухмыльнулся.
  - Несколько раз мы добавляли чары для роста волос в шампунь Перси, и его волосы отросли до задницы, и у него появились усы.
  Сириус усмехнулся.
  - Однажды мы с другом Джейми наполнили шарики желе и использовали лифчик мамы Джеймса, чтобы стрелять из рогатки в людей на улице.
  - Мама убьет нас, - сказал Фред со смехом, когда его глаза сверкнули при виде этой картины.
  - И однажды Джейми и я надули всю мебель в гостиной Гриффиндора, чтобы она была похожа на воздушные шарики, чтобы всякий раз, когда кто-то садился, они лопались и падали на пол. Или мой личный фаворит, подбрасывание еды на людей.
  Глаза Фреда расширились.
  - Как что?
  - Наполните банку майонеза для сэндвичей ванильным пудингом, а затем съешьте его прямо из банки, или положите зубную пасту в середину шоколадного печенья, или используйте крем для бритья вместо взбитых сливок на десертах. Много таких трюков.
  Джордж улыбнулся.
  - У нас была идея, но мы не знали, как правильно ее реализовать.
  - Ой? - с интересом спросил Сириус.
  Фред наклонился ближе к нему.
  - Чарли подарил нам на день рождения целую упаковку навозных бомб.
  Сириус лишь усмехнулся.
  - Вы когда-нибудь помещали их все вместе в одном месте?
  Близнецы покачали головой.
  Сириус злобно ухмыльнулся.
  - Послушайте, мальчики, я собираюсь воплотить ваши самые смелые мечты.
  ***
  Гарри прекрасно проводил время. Все были так милы. Он был слегка заинтригован, когда Джинни отвела его в сторону и попросила помочь ей нанести зелье прилипающих чар на спины Фреда и Джорджа. Джинни налила его в пульверизатор, и они побрызгали им близнецов, когда те не обращали внимания. Гарри помог ей, сказав им, что не верит, что они смогут взобраться на навес для метел. Он и Джинни забрались за ними, и Джинни толкнула Джорджа во Фреда, заставив их слипнуться, а затем она просто сняла веревку со своего ремня и привязала их к ветке дерева, свисающей над сараем. С помощью Гарри они сделали это туго, и она, присвистнув, подмигнула своим братьям и оставила их висеть вниз головой за лодыжки над навесом для метел - полностью слипшихся.
  Гарри просто смотрел на нее.
  - Ты хитрая.
  Джинни ухмыльнулась.
  - Я учусь у них.
  Гарри рассмеялся, следуя за ней туда, где был Рон. Гарри показал им, как пользоваться мелом, который он подарил Джинни на день рождения, и они втроем нарисовали картинки. Джинни нарисовала мелом классики и горячо настояла, чтобы Гарри и Рон играли с ней, поскольку Луна инструктировала их, как пройти игру. Затем они использовали пускатели пузырей, Джинни смеялась, пока они летали вокруг нее.
  Рон рассмешил его, притворившись, что пропустил один из прыжков и выпал из меловых линий, что раздражало Джинни, и она отчитала его, что привело только к тому, что Рон намеренно снова сделал это неправильно. Вскоре все четверо уже лежали в траве и смеялись, как гагары, когда из дома раздался внезапный взрыв.
  Луна тут же вскочила на ноги, широко распахнув глаза, когда Гарри сделал то же самое, но Рон и Джинни остались на месте.
  - Что это было?
  - Фред и Джордж, - вместе сказали Рон и Джинни.
  - Откуда вы знаете? - спросил Гарри.
  - Это всегда они, - с ухмылкой сказал Рон.
  - Ждать его...
  - ФРЕДЕРИК ГИДЕОН И ДЖОРДЖ ФАБИАН УИЗЛИ, ЕСЛИ ЭТОТ ЗЕЛЕНЫЙ ДЫМ, ИДЯЩИЙ ИЗ КОМНАТЫ ПЕРСИ, ЭТО НАВОЗНЫЕ БОМБЫ, У ВАС ТОГДА БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ! - крикнула миссис Уизли из дома.
  Рон расхохотался, стоя рядом с Гарри, чтобы поближе рассмотреть Перси, который, спотыкаясь, вышел из дома, окруженный зеленым дымом, и запах был настолько ужасным, что они закашлялись.
  Гарри закашлялся, его глаза слезились от запаха. Он благодарно улыбнулся, когда Джинни взяла его за руку и потащила от дома туда, где все еще собиралась большая семья Уизли.
  - Что они сделали? - спросила Джинни своего отца, когда Билл подхватил ее на руки и посадил себе на плечи.
  Артур вздохнул.
  - Судя по звуку, в постели Перси целая коробка навозных бомб.
  Он встал.
  - Я лучше пойду повидаюсь с Молли, пока она их не задушила.
  Билл ухмыльнулся, наблюдая, как отец вздыхает от перспективы пойти "дисциплинировать" своих мальчиков. Он знал, что его отец всегда хотел дисциплинировать, но он был слабаком и всегда наслаждался розыгрышами так же, как и его дети.
  - Это было очень умно, папа; они каким-то образом поместили их все в его подушку и под его одеяла, используя воздушные шары с вечеринки, чтобы спрятать их. Когда Перси попытался переместить воздушные шары, они все лопнули и взорвались навозные бомбы.
  - В том ящике было пятнадцать, - сказал Чарли, ухмыляясь Биллу. - Я думаю, что они использовали все. В комнате Перси и Рона будет пахнуть дерьмом еще несколько дней.
  Артур застонал от этой новости и направился в дом.
  Билл ухмыльнулся, усмехнувшись, когда Джинни взъерошила ему волосы.
  - Просто подожди, пока Перси рассчитается.
  Чарли рассмеялся, хлопнув в ладоши.
  - Что скажешь, Джиттербаг, хочешь помочь нам разыграть Фреда и Джорджа?
  Джинни широко улыбнулась.
  - Да!
  Сириус ухмыльнулся в свой напиток, ухмыляясь трем оставшимся детям Уизли, которые подумывали отомстить. Он всегда любил розыгрыши; подстрекательство к ним определенно было его специальностью.
  Однажды на втором курсе он каждый день в течение недели засовывал грязные носки Питера в подушку Джеймса. Он скрыл их заклинанием невидимости, и Джеймс спал, положив подушки на пол, стараясь не захлебнуться от запаха. Когда чары наконец рассеялись и он обнаружил носки Питера, он начал засовывать свою тренировочную мантию для квиддича под простыни Питера, вплотную к матрасу. Питера буквально стошнило от запаха, доносившегося из его постели, что, по сути, положило начало одной из самых больших войн розыгрышей между четырьмя мальчиками. Это закончилось только тогда, когда Римус победил их всех, накрыв их кровати маггловской пленкой и наблюдая, как они отскакивают от нее, пытаясь забраться в свои кровати посреди ночи. Все трое постоянно боролись в темноте, пока в пятый раз Джеймс не упал на пол, наконец, поняв, что это было, только для того, чтобы пройти и оказаться в ловушке в своей постели из-за гигантского шарма-пузыря. До сих пор они так и не поняли, как Римус это сделал. Но они заключили перемирие и проголосовали против крупных розыгрышей друг над другом в пользу крупных розыгрышей над другими.
  Он действительно скучал по розыгрышам, подумал он, чувствуя себя немного неловко из-за роли, которую он сыграл в нынешней шутке, устроенной Перси, когда он смотрел, как миссис Уизли читает лекцию своим сыновьям об использовании навозных бомб в доме.
  - Надеюсь, мама не узнает, что ты дал им навозные бомбы, Чарли, - с ухмылкой сказал Билл.
  Чарли только ухмыльнулся.
  - Она не будет. Они знают, что иначе я больше не буду поставлять им продукцию Зонко.
  - Умный ход, - сказал Билл.
  Чарли лишь усмехнулся.
  - Кроме того, это я предложил взорвать одну или две навозные бомбы в комнате Перси.
  Билл рассмеялся.
  - Все еще злишься на него за то, что он сказал маме, что у тебя в комнате есть дракончик?
  Чарли вздохнул.
  - Я знал, что не смогу его удержать, но все же он болтал, как маленький придурок. Может быть, в следующий раз он вспомнит, как важно хранить секреты для своего старшего брата.
  Билл ухмыльнулся в ответ.
  - Я мог бы сказать то же самое.
  - Эй, это Джинни украла твой журнал, а не я!
  - Я знаю, потому что она лучший хранитель секретов в мире, верно, Джинни? - спросил он, улыбаясь сестре.
  Джинни наклонилась и обняла голову Билла со своего места на его плечах.
  - Да!
  Чарли встал на цыпочки, чтобы поцеловать сестру в щеку.
  - Да, правда. Она помогала мне с драконом две недели, пока мама не узнала.
  Билл улыбнулся.
  - Говоря о маме, я думаю, она выяснила, где близнецы взяли свои припасы. Давай сбежим.
  Джинни хихикнула, когда Билл направился к пруду, она подпрыгивала у него на плечах, а Чарли поспешил за ним. В конце концов, они были единственными двумя братьями и сестрой, которые имели доступ к Зонко на регулярной основе, и миссис Уизли собиралась выяснить, кто из них поставил навозные бомбы.
  Она просто надеялась, что Фред и Джордж больше не прячутся где-нибудь в доме.
   Конечные примечания:
   Небольшое генеалогическое древо здесь.
   Родители Артура: Септимус (Тимус) и Седрелла Уизли, урожденная Блэк.
   Билиус Уизли (42) м. Лукреция (45)
   (а) Септимус Уизли (22 года, травник из Бразилии)
   (b) Гай Уизли (20 лет, арифмант в Министерстве магии)
   (c) Маркус Уизли (18 лет, судья по квиддичу, Департамент магических игр и спорта)
   (г) Тиберий Уизли (16 лет, учится в Хогвартсе вместе с Биллом)
   Альфард Уизли (39) м. Морин (38)
   а) Карадок Уизли (23 года, международный посол в МАКУСА)
   (b) Валериус Уизли (21 год, целитель HealingHandsinHabitat в Афганистане)
   (c) Габриэль Уизли (19 лет, работает в отделе существа Департамента регулирования и контроля магических существ)
   (d) Максимус Уизли (17 лет, последний год обучения в Хогвартсе)
   д) Мариус Уизли (14 лет, учится в Хогвартсе с Чарли и Тонкс)
   Артур Уизли (34 года на 6 февраля) м. Молли Преветт (30 октября исполняется 35 лет)
   (a) Уильям Артур Уизли (29 ноября исполняется 16 лет)
   (б) Чарльз Септимус Уизли (12 декабря исполняется 14 лет)
   (c) Персиваль Игнатиус Уизли (22 августа исполняется 10 лет)
   (d) Фредерик Гидеон Уизли (8 по состоянию на 1 апреля)
   e) Джордж Фабиан Уизли (8 человек по состоянию на 1 апреля)
   (f) Рональд Билиус Уизли (6 на 1 марта)
   g) Джиневра Молли Уизли (5 по состоянию на 11 августа)
   Двоюродная бабушка Молли: МюриэлПревитт
   Кузен Молли ЛанселотПревитт
   У Молли нет других родственников в моей вселенной. Ее родители и братья погибли на войне.
  Глава 24: Эпизод с плохими снами
  Мне нравится, что у меня в голове есть Сириус, поэтому я склонен описывать его характер похожим в каждой придуманной мной истории. Он был одним из моих первых вымышленных увлечений (наряду с Нэтом Итоном из "Ведьмы с пруда с дроздом", если кому интересно).
  В любом случае, я написала это сегодня после работы, а также три случайные сцены, которые меня беспокоили, но я пока не знаю, как они вписываются в историю, поэтому они отложены.
  Всегда нравится, когда глава все время заставляет кого-то ухмыляться. Да, у Гарри будет посттравматический синдром от Дурслей. Он будет рассмотрен в этой главе ниже.
  Я полностью согласна с тем, что торт Джинни был тройным шоколадом (какой еще там торт). Джинни получила от Гарри чучело собаки, тротуарный мел и мыльные пузыри. Благодарю вас! Нет, в Норе никогда не бывает скучно, лол. Да, если Молли когда-нибудь узнает, что Сириус помог близнецам, она его точно убьет. Я рада, что вам понравилась моя мини-история! Я хотела подарить Уизли немного семьи, и кто не любит Фреда и Джорджа на самом деле.
  И для тех, кто спрашивает о том, что Пожиратели Смерти все еще сильны, я просто хочу повторить, что Пожиратели Смерти не действовали так сильно после Волдеморта, это были скорее те, кто отказывался верить, что Волдеморт ушел. Лонгботтомы были последним крупным инцидентом после его "поражения", но те, кто отказывался верить в это, все еще пытались доказать своему Темному Лорду, что они лояльны. Я всегда представляла себе, что в течение нескольких месяцев все было в основном очищено, а люди, за которыми охотились Пожиратели Смерти, были теми, кого они знали, были верны Дамблдору - в моей голове к январю 1982 года все было почти кончено. Тем не менее, я думаю, что Дамблдор, который на самом деле не верил, что Волан-де-Морт ушел, попытался бы сохранить Орден Феникса в рабочем состоянии, пытаясь выяснить, куда он ушел и что делал, но через два года когда ничего не происходило, Орден рассеялся.
  текст:
  Провести день с семьей Уизли было весело. Гарри это нравилось, и с того момента, как они ушли, он болтал Сириусу о Роне, который собирал карточки с шоколадными лягушками, любил читать комиксы о безумном маггле Марвине и любил играть с садовыми гномами. О Джинни, которая любила повеселиться, подшутить над старшими братьями и без ума от Билла. Гарри рассказал Сириусу о том, как он помог ей разыграть близнецов возле сарая для метел. О Луне - которая была лучшей подругой Джинни из деревни, и как они любили играть на улице, лазить по деревьям и танцевать. Луна была милой, и ей нравилось говорить о всяких странных вещах, которые, как утверждали Рон и Джинни, не были реальными. У нее было какое-то мечтательное выражение лица, и она также любила играть с садовыми гномами.
  Он был взволнован, увидев их снова, и Сириус пообещал ему, что Джинни, Рон и Луна скоро будут приглашены к ним. Они поужинали, и Сириус приготовил для Гарри ванну. Римус подбросил Мародера по дороге домой как раз вовремя, чтобы Гарри лег спать.
  Той ночью, забравшись в постель, Гарри тепло улыбнулся Сириусу.
  - Сегодня было весело. Спасибо, дядя Сири.
  Сириус улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Гарри в лоб.
  - Всегда пожалуйста, Гарри.
  - Уизли милые, - сказал он, широко зевнув, когда Мародер лизнул его лицо, заставив его захихикать.
  - Да, это так, - сказал ему Сириус, улыбаясь. Он уложил Гарри и нежно почесал Мародера за ушами.
  - Спокойной ночи, Гарри. Я люблю тебя.
  - Спокойной ночи, - сказал Гарри, широко улыбаясь. - Я тоже тебя люблю.
  Сириус еще раз поцеловал его в лоб, прежде чем встать и наполовину закрыть за собой дверь, прежде чем спуститься вниз. Он полностью насладился этим днем, и ему было приятно видеть, что Гарри тоже. Уизли были веселой и шумной компанией, и Сириус подумал, что они именно то, что нужно Гарри: выглядит как настоящая семья.
  Он немного прибрался на кухне, прежде чем сел за стол с чернилами и пергаментом. Было несколько вещей, которые он хотел сделать в течение следующих нескольких недель, и он записал их в качестве напоминания. Следующее, что он понял, время было уже после одиннадцати, и он решил лечь спать. Он запер дом, а затем проверил Гарри, который крепко спал с Мародером. Он переоделся в клетчатые пижамные штаны и забрался в свою кровать.
  Едва его глаза закрылись, как он крепко уснул.
  ***
  Было темно.
  Он знал, что сейчас ночь, но его окружала тьма, и он дрожал под тонкой простыней. Его желудок нетерпеливо заурчал, и он потер рукой больное место, надеясь, что она прекратится. Он потянулся к шнуру, который включал свет, забыв, что потерял привилегию иметь лампочку в шкафу.
  Он почувствовал, как что-то ползет по его руке, и шлепнул по нему, вздрогнув, когда паук упал. Пауки особо его не беспокоили, но он не хотел, чтобы они ползали по нему.
  Это была третья ночь подряд, когда он был заперт в чулане.
  Маленькая девочка по имени Хлоя подружилась с ним в школе. У нее были вьющиеся светлые волосы и широкая улыбка. Он вспомнил, как она хихикала и хлопала в ладоши, когда он висел вниз головой на перекладине на детской площадке. Она обняла его после перемены и сказала, что они станут лучшими друзьями. Теплое ощущение внизу живота заставило его улыбнуться.
  Он был рад иметь подругу.
  Она ждала его во время игры, и они побежали к обезьянникам, смеясь и веселясь. Затем подошел Дадли, столкнув Гарри с крыши так, что тот упал за борт, неловко приземлившись на ногу. Он так сильно прикусил губу, что из нее пошла кровь, пытаясь не заплакать.
  Хлоя упала рядом с ним.
  - Гарри! Гарри! Ты в порядке? Тебе больно? - спросила она, с беспокойством касаясь его ноги.
  - Да.
  Дадли хихикнул.
  - Малявка.
  Хлоя встала, ее лицо покраснело от гнева.
  - Ты оттолкнул его, большой хулиган!
  Дадли толкнул ее, и она снова упала на задницу.
  - Не было! лгунья!
  Нижняя губа Хлои дрожала, по ее щекам катились слезы.
  - Ты имеешь ввиду!
  Дадли рассмеялся, улыбаясь Пирсу Полкиссу, своему другу, который смеялся вместе с ним.
  - Не общайся с малявкой Гарри, Хлоя. Найди лучшего друга.
  - Я не ребенок! - потребовал Гарри, вставая с дрожащей ногой.
  - Ты намочил постель!
  Глаза Хлои расширились от этого заявления.
  - Ты что сделал?
  Пирс громко расхохотался, и Гарри покраснел.
  - Малявка Гарри! Только младенцы писают в подгузники! Ты носишь подгузник под этими брюками?
  Гарри уставился на них.
  - Нет! Я не ношу подгузники - я не младенец!
  Пирс ухмыльнулся Хлое.
  - Если вы тоже не хотите быть большим младенцем, держитесь подальше от этого урода!
  - Ненормальный! - завопил Дадли, толкнув Гарри так сильно, что тот упал на задницу.
  - Ненормальный!
  Насмешек Дадли и Пирса было достаточно, чтобы отогнать ее.
  Он захромал в дом, его лодыжка распухла и вывихнулась после падения, и Дадли толкнул его. Он споткнулся перед своим шкафом, скользя по полу.
  - ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ! - взвизгнула тетя Петуния, подняв Гарри за плечи и встряхнув его так сильно, что очки сползли ему с носа.
  - Я только что помыла пол! Убери свои школьные принадлежности и иди сюда! Ты можешь убрать пятна, которые сделал!
  Гарри немедленно приступил к работе под критическим взглядом тети Петунии. Он вытер деревянный пол губкой и ведром мыльной воды. Он только что закончил, когда дядя Вернон пришел домой. Он перешагнул через Гарри, посмотрел на него с отвращением и целомудренно поцеловал Петунию в губы.
  - Этот урод снова вызывает проблемы?
  Тетя Петунья поджала губы.
  - Он испачкал мой чистый пол. Даддерс сказал, что сегодня приставал к какой-то бедной девушке по имени Хлоя.
  - Это был не я! - воскликнул Гарри, вставая и глядя на свою тетю. - Это делал Дадли! Она моя подруга!
  Петуния уставилась на него.
  - МойДаддерс никогда не придралась бы к маленькой девочке! Как ты смеешь так лгать, Гарри Джеймс Поттер! Ты грязный, неблагодарный маленький урод, у которого НИКОГДА не будет друзей!
  - Я не урод! - заорал Гарри на них, а затем вскрикнул, когда тыльная сторона руки дяди Вернона ударила его так сильно, что он упал на пол.
  - ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК ГОВОРИТЬ С ТЕТЕЙ, МАЛЬЧИШКА! МЫ ПРИНЯЛИ ТЕБЯ ПО ДОБРОТЕ СЕРДЕЧНОЙ НАШЕЙ, И ТЫ БУДЕШЬ ОТНОСИТЬСЯ К НАМ С УВАЖЕНИЕМ, ТЫ НЕБЛАГОДАРНЫЕ МАЛЕНЬКОЕ СОПЛИВОЕОТРОДЬЕ!
  Он снова поднял руку, и Гарри вздрогнул за секунду до того, как пощечина ударила его, и он вскрикнул от боли в лодыжке, когда снова упал на нее.
  Дядя Вернон схватил его за шкирку и швырнул в чулан. Он выкрутил лампочку и закрыл дверь, заперев ее.
  - Выпустите меня! - закричал Гарри, стуча кулаками в дверь.
  Дядя Вернон громко хлопнул дверью.
  - Ни звука, мальчик! Ни звука! Ты можешь выйти, когда я сочту тебя благодарным. Только благодарные дети заслуживают света. Темнота пойдет тебе на пользу!
  Прошло три дня, а Гарри так и не выпустили из темноты. Он неоднократно пачкал себя. Голова раскалывалась, лодыжка распухла, а желудок свело от голодных болей.
  Когда он наконец освободился, тетя Петуния насильно окунула его в ледяную ванну, вытерла до такой степени, что кожа покраснела и покрылась волдырями, а затем отправила его в школу без завтрака. Если бы он мог быть хорошим мальчиком в школе, то, как она сказала ему, принесет что-нибудь поесть, когда вернется домой.
  Хлоя осторожно подошла к нему во время игры, опустив голову.
  - Привет, Гарри.
  - Привет, Хлоя, - ответил он, уже зная, почему она с ним разговаривает.
  Хлоя улыбнулась ему.
  - Я хочу быть твоим другом, но Дадли и Пирс... они такие злые.
  - Все в порядке, - сказал он ей. Он привык к тому, что люди уходят от него. - Я знаю.
  Он смотрел, как она спешила поиграть с другой девочкой по имени Эми, и снова сел на землю у обезьянника в полном одиночестве.
  Гарри проснулся, его сердце колотилось в груди, и он по-совиному моргнул в полумраке, когда воспоминания покинули его. Он вытер слезы с глаз. Он всегда хотел друга. Хлоя была так мила, но он не осмелился снова заговорить с ней, опасаясь того, что сделают Дадли и Пирс.
  Джинни, подумал он. Она была самым милым человеком, которого он когда-либо встречал. У нее была широкая улыбка, и она была полна смеха, и Рон - он был забавным и добрым, и Луна, такая милая. Он схватил мягкую игрушку лань, прижимая Лили к себе, пока текли слезы.
  Что они будут делать, когда узнают, какой он урод? Они также не захотят больше быть его друзьями. Он все еще нравится Сириусу, подумал он, хватая плюшевую собаку Бродяги. Очарование волшебного света осветило его спальню, и он почувствовал себя утешенным. Мародер спал рядом с ним, что тоже успокаивало, но он понял, что ему нужен крестный отец.
  Он бесшумно вылез из постели и высунул голову за дверь. Небольшой свет освещал коридор, ведущий к ванне, но внизу было темно.
  Гарри прошел в холл и медленно направился к комнате Сириуса, тихо толкнув дверь. Сириус спал, растянувшись на большой кровати, и тихонько похрапывал. Гарри колебался с минуту. Он никогда раньше не пробирался в комнату Сириуса посреди ночи - что, если он был зол? Он на мгновение замер в дверях, дрожа, а потом решился, поспешил в комнату и забрался на большую кровать, чтобы удобно устроиться под одеялом. Он придвинулся ближе к Сириусу, пока не почувствовал, как его рука коснулась его, и только тогда он закрыл глаза и уснул.
  ***
  Сириус проснулся от дневного света, проникающего в окно. Он забыл поставить будильник, понял он, взглянув на часы перед собой. Было почти восемь. Еще рано, но чуть позже, чем он любил вставать для своих повседневных дел с Гарри. Он почувствовал движение рядом с собой и обернулся, с удивлением обнаружив, что Гарри прижался к нему в кровати.
  Он потянулся к ребенку, притянув его к себе и поцеловав в макушку, и Гарри зашевелился в его руках, обвив руками шею Сириуса и крепко прижав его к себе.
  - Доброе утро, сохатик, - с улыбкой сказал Сириус. - Что ты здесь делаешь?
  Гарри покраснел от смущения.
  - Извини.
  Сириус поцеловал его в щеку.
  - Все в порядке, Гарри. Ты всегда можешь прийти ко мне.
  Он осторожно откинул темные волосы с лица.
  - Что случилось, сохатик? Тебе приснился плохой сон?
  - Нет, - пробормотал он, по его щекам катились слезы.
  Сириус сел, полностью посадив ребенка к себе на колени и обняв его.
  - Что случилось, сохатик?
  - Джинни... и Рон... и Луна... они больше не будут моими друзьями.
  Брови Сириуса приподнялись.
  - Что заставляет тебя так говорить?
  - У уродов нет друзей.
  - Сохатик, - осторожно сказал Сириус. - Ты не урод. Ты никогда не был уродом. И ты никогда не будешь уродом. Конечно, они будут твоими друзьями.
  Гарри покачал головой.
  - Дядя Вернон говорит, что я не заслуживаю друзей.
  - Ну, Вернон - долбаная задница, - сказал он, его глаза сверкнули гневом. - Гарри, все, что когда-либо говорили тебе твои дядя Вернон и тетя Петуния, - ложь. Я не хочу, чтобы ты когда-либо слушал это или верил в это. Все, что они когда-либо говорили тебе, - неправда. Ничего!
  Слезы навернулись на глаза Гарри, и он проглотил их, глядя на Сириуса.
  - Во сне я вспомнил, как Дадли спугнул Хлою, и тетя Петуния сказала мне, что это я. Что, если они узнают обо мне? Я им больше не понравлюсь.
  Сириус поцеловал Гарри в лоб, затем в обе щеки, а потом взял его на руки, как младенца, и покачивал взад-вперед.
  - Это было бы глупо с их стороны. И что они узнают о тебе, Гарри? Насколько ты добр? Или забавен? Или мил? Ты полезен? Все это звучит как довольно удивительный друг для меня.
  Гарри позволил слезам пролиться и остался лежать в объятиях Сириуса, его лицо было прижато к обнаженной груди его крестного отца.
  - Обещаешь?
  Сириус просто прижал его к себе.
  - Обещаю.
  ***
  После сытного завтрака и еще нескольких заверений Гарри, похоже, оправился от кошмара, который привел его в замешательство из-за того, что его новые друзья бросили его. Сириус мимоходом упомянул об этом Римусу, и они оба согласились, что было бы неплохо пригласить одного, если не всех троих, как можно скорее, чтобы сообщить Гарри, что у него все еще есть друзья.
  Это лишь еще больше напомнило Сириусу об ужасном отношении Дурслей к Гарри. Каждый раз, когда он надеялся, что Гарри уже прошел это, что-то темное прокрадывалось из воспоминаний мальчика, и это раздражало его. Он хотел, чтобы Гарри прошел через это, и знал, насколько это нереально. Он провел более четырех лет, подвергаясь насилию с их стороны; он даже не помнил, каково это быть счастливым и быть любимым своими родителями. Сириусу нужно было напомнить ему об этом.
  Он обнял Гарри на прощание и устроился в солярии с Римусом. Сириус шагнул в камин и приземлился в кабинете МакГонагалл, посмотрел на часы и понял, что она должна быть где-то рядом. Он только что вышел в коридор, как мимо пронесся Пивз, пятясь назад и весело кудахтая.
  - Почему, Сириус, такой серьезный, зачем ты здесь?
  - Не сейчас, Пивз, - нетерпеливо сказал Сириус, не обращая внимания на полтергейста, который только кудахтал, когда удалялся.
  Он только что остановился перед кабинетом Дамблдора, когда статуя сдвинулась, и из нее вышел сам Дамблдор.
  - Сириус! - воскликнул он с удивлением. - ты пришел ко мне?
  Сириус покачал головой, засовывая руки в карманы черных джинсов.
  - Нет. Я просто... я вообще-то искал Минерву, но если у тебя есть минутка?
  Дамблдор кивнул и отступил назад, пропуская Сириуса на движущуюся лестницу.
  - Конечно, после тебя.
  Они вместе подъехали к офису, и Дамблдор последовал за Сириусом внутрь, сел на край его стола и жестом пригласил Сириуса сесть.
  - Как дела у юного Гарри?
  - Хорошо. У него все хорошо. - Он провел пальцами по волосам, а затем тяжело вздохнул. - Ему снятся кошмары о Дурслях.
  Глаза Дамблдора были грустными.
  - Я сожалею об этом больше, чем могу выразить словами, Сириус. Как ты справляешься с его кошмарами?
  Сириус пожал плечами и сел.
  - Я утешаю его. Я обнимаю его. Целую его. Я говорю ему, как он любим. Я сказал ему, что все, что когда-либо говорили ему его тетя и дядя, - ложь, и не верить этому. не знаю, правильно ли я поступаю.
  - Мне это кажется правильным, - сказал ему Дамблдор с улыбкой. - Ты даешь ему любовь и внимание, в которых он нуждается. Доверься своему сердцу, Сириус. Ты любишь его, и одно это означает, что ты делаешь то, что считаешь правильным.
  Сириус кивнул.
  - Профессор Альбус, он ничего не помнит о Джеймсе и Лили и о том, как сильно они его любили. Я имею в виду, лакомые кусочки здесь и там. Я пел ему однажды ночью после дурного сна, и он смутно помнил эту песню, которую Джейми когда-то пел ему; далекое воспоминание запечатлелось в его мозгу. Я думаю, это замечательно, но я бы хотел, чтобы он помнил больше.
  - Редко, когда кто-то помнит что-либо из своей жизни до трехлетнего возраста и перенеся травму, например, наблюдая, как его мать умирает у него на глазах, все, что он, возможно, помнил, он мог затолкать в себя еще глубже, - объяснил Дамблдор. стуча своими длинными пальцами вместе, когда говорил.
  - Я представляю образ Вол-де-Морта, направившего свою палочку ему в голову после того, как он убил его мать, - это не то, что он хотел бы помнить, даже если бы мог. Тогда я принял ужасное решение и поместил его с его маггловскими родственниками, и он подвергся жестокому обращению, эмоционально и физически.
  - Значит, это чудо, что он даже такой добрый и любящий, ты мне это говоришь?
  - Он замечательный мальчик, Сириус, - сказал ему Дамблдор. - Но дети удивительно устойчивы.
  - Я знаю, что да, - сказал Сириус, улыбаясь. - Он умный и добрый, и мне очень нравится его смех. Теперь он начинает смеяться намного чаще, глубокий смех, который, кажется, начинается в его животе и поднимается вверх. Я хочу, чтобы он был счастлив.
  - Да, и со временем он избавится от плохих воспоминаний, которые у него есть, и вспомнит все хорошие, которые вы ему подарили вместо них.
  Сириус кивнул. Он знал, что это правда, но иногда он просто так сильно беспокоился о том, через что прошел Гарри, и это заставляло его вспоминать собственное детство. Последнее, чего он хотел, так это причинить Гарри какой-либо вред, как его родители навредили ему.
  - Я просто хочу, чтобы у него был способ вспомнить хорошее о своих родителях. Они так любили его, Альбус. Джейми пел ему, а Лили танцевала с ним на руках. Глупые истории, которые они рассказывали. Я просто... я хочу, чтобы они были здесь, чтобы увидеть своего сына. Вот и все.
  Дамблдор улыбнулся, его глаза заблестели, он встал из-за стола и подошел к шкафу у двери.
  - Когда кто-то становится директором школы, мы получаем в подарок несколько замечательных артефактов. Один из них - Омут памяти. Ты знаешь, что это такое, Сириус?
  Сириус встал, чтобы посмотреть на Омут памяти, наблюдая за бурлящей внутри серебристой жидкостью, и кивнул.
  - Он содержит воспоминания.
  - Воспоминания, которые можно пережить заново. Они помогают очистить разум и помогают видеть вещи более ясно. Они могут быть чрезвычайно полезными, как было доказано на вашем испытании, но многие волшебники боятся их, потому что они могут непреднамеренно хранить все наши темные секреты, - объяснил он, вертя палочкой серебристую субстанцию. - Но иногда переживание воспоминаний может быть прекрасным опытом, чем-то, что возвращает радость в нашу жизнь.
  Сириус мгновение смотрел на него, а затем на его лице появилась медленная улыбка.
  - Думаешь, мне следует заполнить Омут памяти для Гарри?
  Дамблдор улыбнулся.
  - Он еще мал, чтобы по-настоящему понять, но если бы вы начали собирать воспоминания не только от себя, но и от тех, кто знал его родителей - я думаю, вы могли бы сделать ему прекрасный подарок в будущем, может быть, даже получить его свои ранние воспоминания и вложите их в подарок. Это может быть билет, который поможет ему вспомнить тех, кто любил его и любит сейчас.
  - Альбус, это гениально!
  - У меня есть свои моменты, я осмелюсь сказать, - сказал он с ухмылкой. - Мой брат Аберфорт знает нескольких человек, которые занимаются изготовлением чаши Омута памяти из металла. Я был бы рад поговорить с ним о том, чтобы сделать такую для тебя?
  Сириус кивнул, широко улыбаясь.
  - Это было бы фантастически. Спасибо.
  - Конечно, - сказал он тепло.
  - Альбус, меня интересует еще кое-что. Я написал Минерве, чтобы узнать ее мнение по этому поводу, но еще не получил ответа. Ты видел статью о зелье, изобретенном Белби, в "Ежедневном пророке"?
  Дамблдор кивнул и сел на один из стульев.
  - Да, Волчье зелье. Кажется, в последнее время оно вызывает большой переполох в Министерстве. Заседания Визенгамота были полны им. Вы, я полагаю, думаете о мистере Люпине?
  - Да, - сказал ему Сириус.
  - Я знаю, что он не очень много читает газету, так что, вероятно, он еще даже не знает о его существовании, но - что вы о нем знаете?
  - Увы, немного, - признался Дамблдор, почесывая кончик своего очень длинного носа.
  - Насколько я понимаю, выпив зелье, трансформация оборотня такая же, но она позволяет сохранять собственный разум, все время осознавать свое окружение и не терять себя в разуме существа. Что, в свою очередь, делает их спокойными и послушными. Это очень продвинутая магия, но ни в коем случае не лекарство.
  - Я это понимаю, - осторожно сказал Сириус. - Но Римус... незнание того, причинил ли он кому-то боль или как он навредил себе... это съедает его, пока я его знаю. Если это действительно шанс для него остаться самим собой и лишить его возможности причинить боль себе или другим, я думаю, что это что-то хорошее.
  - Я согласен, - осторожно сказал Дамблдор. - Но вы знаете, что зелье выдается только тем, кто зарегистрируется и полностью сотрудничает в соответствии с указаниями Министерства магии эксперимента Департамента по регулированию и контролю магических существ. Они не планируют продавать его в аптеках. - им нужен полный доступ ко всем, у кого есть ликантропия.
  Глаза Сириуса потемнели, когда он сел напротив Дамблдора.
  - О, я прекрасно об этом знаю. И именно этого с Римусом не произойдет. С ним достаточно плохо обращаются в нашем сообществе из-за того, что он так часто "болеет". У вас есть связи в Министерстве, есть ли шанс что ты можешь достать ингредиенты для этого зелья? Если нужно, я сделаю его для него.
  - Сириус, это зелье очень сложно сварить. Я не говорю, что ты не сможешь его приготовить, но любая крошечная ошибка может катастрофически изменить эффект.
  - Я должен попробовать.
  Дамблдор улыбнулся и кивнул.
  - Твоя любовь и восхищение мистером Люпином удивительно обоснованы. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы попытаться узнать больше об этом зелье, о том, что оно содержит и каковы предупреждения относительно его приготовления. Я не могу дать никаких гарантий, но я обещаю разобраться в этом.
  - Спасибо, Альбус. Это все, о чем я прошу.
  Дамблдор улыбнулся и встал.
  - Ну, я сам очень опаздываю на встречу с мадам Багнольды и Корнелиусом в Министерстве, и я полагаю, что Фадж прямо сейчас в ярости от моего опоздания, - сказал он, когда Сириус усмехнулся. - Минерва, вероятно, все еще на поле для квиддича, если ты все еще ищешь ее. Она любит летать по утрам, когда учеников нет.
  - Спасибо, - сказал Сириус, протягивая руку.
  Дамблдор с улыбкой пожал ему руку.
  - Ты скоро услышишь обо мне, Сириус.
  Сириус смотрел, как он шагнул в огонь и ушел из камина, и улыбнулся. Он почувствовал себя на удивление лучше. Он вышел из кабинета Дамблдора и спустился на территорию. Он увидел две фигуры, летящие на метлах, и это заставило его улыбнуться. МакГонагалл всегда была немного фанатичной к квиддичу, особенно с командой своего дома, но он никогда прежде не видел, как она летает.
  Он устроился поудобнее на трибуне и наблюдал, как она кружит вокруг, а потом понял, что это мадам Хуч летит с ней. Он подождал всего десять минут, прежде чем она плавно приземлилась перед ним.
  - Сириус.
  - Минни, - сказал он тем же тоном, что и ухмыляясь. - Я не знал, что ты летунья.
  - На самом деле нет, но мне нравится время от времени выходить на поле.
  Она повернулась к мадам Хуч, пообещав снова встретиться с ней за обедом, и села рядом с Сириусом на трибуны.
  - Что ты здесь делаешь сегодня?
  - Ищу тебя, - сказал он с улыбкой и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, заставив ее покраснеть.
  - Эх ты! - воскликнула она, шлепая его по руке. - Никогда не имел никаких манер.
  - Я говорил тебе, что женюсь на тебе, но ты мне отказала.
  - Во-первых, вы были на втором курсе. Во-вторых, я слишком стара для тебя, а в-третьих, это было нелепое заявление.
  Он усмехнулся и положил руку ей на плечо.
  - Я бы сказал, что это было пятьдесят на пятьдесят в том, насколько я на самом деле это имел в виду.
  - Я должна была сказать "да" и смотреть, как ты извиваешься, - сказала она ему с ухмылкой. - Как Гарри?
  Сириус пожал плечами.
  - Хорошо. Время от времени ему все еще снятся кошмары, но он доверяет Римусу и мне, и он очень увлечен моей племянницей Тонкс, так что это мило. Вчера мы были в доме Уизли, у маленькой Джинни был день рождения, и Гарри был приглашен после встречи с ней в парке. Он беспокоится, что они не захотят быть его друзьями, потому что он урод по словам этого придурка по имени Дурсль. Я сказал ему, что это глупо, и что он замечательный, и, конечно же, они его друзья. Просто... я всегда беспокоюсь, что говорю не то, - бессвязно пробормотал он, удивляясь самому себе, как много всего вышло при виде МакГонагалл.
  МакГонагалл тепло улыбнулась ему.
  - Похоже, ты поступаешь правильно, Сириус. На это нужно время. Ты не можешь ожидать, что он станет идеальным после одного дня с тобой или нескольких месяцев. Он будет помнить плохие времена так же, как и хорошие.
  Он кивнул.
  - Я начинаю понимать это. Я столкнулся с Дамблдором, когда искал тебя, и мы разговаривали. Он предложил мне хранить воспоминания в Омуте памяти, чтобы помочь Гарри вспомнить своих родителей. Мне очень нравится эта идея. Сейчас он слишком молод, чтобы ценить их, но я хотел бы начать их коллекционировать. Я хочу, чтобы Гарри помнил, как его любили, и видел, насколько он любим сейчас. Это важно для меня.
  - Звучит как прекрасный план, - сказала МакГонагалл. - Я была бы счастлива сама подарить ему несколько воспоминаний о некоторых выходках, в которые вы, мальчики, попали в моем классе.
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Мы были ангелами, Минни. Я не знаю, почему ты лжешь.
  - Чушь.
  - Минни! Язык, моя дорогая!
  Она закатила глаза.
  - Простите, что я тоже не ответила на твою сову по поводу Римуса, у меня просто не было времени разобраться в этом. Я думаю, что лучше всего будет поговорить с Дамблдором, поскольку у него есть связи в Министерстве.
  - Я действительно говорил об этом сегодня утром с Дамблдором, - с улыбкой сказал ей Сириус. - Он сказал, что изучит это для меня, и мы пойдем оттуда.
  - Хорошо, - с улыбкой сказала ему МакГонагалл. - А теперь, почему бы тебе не проводить меня обратно в замок и не рассказать мне больше о Гарри.
  Сириус протянул ей руку, когда она встала.
  - Конечно. Когда ты придешь на ужин, чтобы Гарри мог увидеть свою тетю Минни?
  МакГонагалл весело улыбнулась ему.
  - Тебе повезло, что ты мне нравишься, Сириус.
  Он просто ухмыльнулся.
  - Разве я не знаю этого.
  ***
  Римус провел утро, работая с Гарри над латынью. У него все было хорошо, и ему нравилось наблюдать за успехами Гарри, но сегодня что-то его беспокоило. Сириус упомянул тот факт, что прошлой ночью Гарри пробрался в его комнату, но больше ничего не сказал. Но, глядя на него, Римус понял, что что-то не так.
  После часа чтения и перевода на латынь он решил, что перерыв вполне уместен.
  - Хорошо, Гарри, давай сделаем небольшой перерыв на день, хорошо?
  Гарри просто кивнул, соскальзывая на пол, чтобы помассировать живот Мародера.
  Римус улыбнулся.
  - Давайте позволим Мародеру немного побегать снаружи.
  Гарри открыл заднюю дверь, усмехнувшись, когда Мародер направился во двор и рванул, но не последовал за ним. Он просто переместился, чтобы сесть на траву и наблюдать за Мародером вдалеке.
  Римус сел рядом с ним, скрестив ноги, как Гарри.
  - Вотчер, маленький олень?
  Гарри пожал плечами и взглянул на Римуса из-под ресниц.
  - Хорошо.
  Римус какое-то время смотрел на него, прежде чем заговорить.
  - Знаешь, когда я учился в Хогвартсе с твоим отцом, дядей Сириусом и твоей мамой, они всегда говорили мне, что я лучший слушатель. Они всегда могли рассказать мне что угодно, а я просто слушал.
  Гарри ничего не сказал.
  - Твоя мама особенно. Она жаловалась на свою старшую сестру Петунию и на то, что она называла ее уродом, но думала, что, может быть, просто ревнует, потому что у нее нет никаких магических способностей.
  - Тетя Петуния назвала мою маму уродом?
  Римус кивнул, не сводя глаз с Гарри.
  - Она делала. Все время. Это задело чувства твоей мамы, но не из-за обзывания, а потому, что она чувствовала, что ее старшая сестра больше не любит ее, потому что она могла творить магию, а Петуния - нет.
  - Тетя Петунья сказала, что я урод.
  - Ты нет. Твоя мама тоже.
  Гарри застенчиво взглянул на него.
  - Мне приснился сон, что я снова в своем чулане, и было темно, и я был голоден и совсем один. Они заперли меня, потому что я был уродом. А Дадли отпугнул Хлою, так что я стал уродом без друзей. Я был один.
  - Гарри, теперь ты не один, - мягко сказал Римус, нежно сжимая плечо мальчика. - Я здесь, и дядя Сириус здесь для тебя, и ты начал заводить новых друзей с Джинни Уизли, не так ли?
  Гарри кивнул.
  - Она милая.
  - Как прошел ее день рождения?
  - Было весело, - с улыбкой сказал ему Гарри. - Я встретил ее брата Рона, ее подругу Луну, ее брата Перси, ее брата Фреда, ее брата Джорджа, ее брата Чарли и ее брата Билла. Они были хорошими. Дядя Сири сказал, что они мои друзья и не назовут меня уродом, но...
  - Но что, Гарри? - мягко спросил Римус.
  Гарри смотрел на траву, дергая ее за кусочки, пока говорил.
  - Что, если он не прав? Что, если дядя Вернон был прав и я не заслуживаю друзей?
  Римус сочувственно улыбнулся.
  - Ну, я не думаю, что он прав. Ты очень понравился Джинни, и она пригласила тебя на свой день рождения, и она представила тебя всевозможным новым друзьям. Это не похоже на человека, который не хочет быть твоим другом. И я думаю, ты уже знаешь, что Вернон и Петуния... они были не очень хорошими людьми.
  - Дядя Сириус сказал, что дядя Вернон был гребаным задницей.
  - Э-э, ну да. Гарри, давай постараемся не повторять таких ругательств, даже если их произносит дядя Сириус, ладно?
  Гарри уставился на него.
  - Но на днях, когда ты споткнулся о Мародера, ты сказал - мать твою, - это нормально говорить, если ты это сказал?
  Римус покраснел и вздохнул, осознав, что, честно говоря, он так же плох, когда дело доходит до ругани, как и Сириус.
  - Нет, определенно нет. Мы с Сириусом постараемся... мы перестанем говорить плохие слова, и ты тоже. Договорились?
  Гарри улыбнулся.
  - Конечно.- Он встал, двигаясь, чтобы крепко обнять Римуса. - Я люблю тебя, дядя Муни.
  Римус обнял его в ответ, поцеловав в щеку.
  - Я тоже люблю тебя, Гарри. И помни, у тебя много людей, которые любят тебя, и много новых друзей, которые хотят с тобой познакомиться. Не забывай об этом. Ты НЕ урод. Ты особенный.
  Гарри кивнул, улыбаясь ему.
  - Я особенный.
  - Очень особенный, - сказал он с улыбкой. - А теперь, как насчет того, чтобы бросить школу на день и пойти посмотреть фильм?
  Гарри широко ухмыльнулся.
  - Действительно?
  - В самом деле, - с ухмылкой сказал Римус, вставая и протягивая руку. - Пойдем.
  
  Глава 25: Эпизод, в котором Сириус узнает ключ к тайному успеху Муни в розыгрыше
  Пока Римус и Гарри ходили на фильм, Сириус покинул Хогвартс и направился в Лондон. Он подождал около больницы Святого Мунго минут пять, прежде чем заметил, что Алтея направляется к выходу, и помахал ей рукой.
  Она улыбнулась и направилась в его сторону.
  - А что, привет.
  Сириус ухмыльнулся ей.
  - И тебе привет.
  Он обхватил руками ее запястье и притянул к себе, наклонив голову, чтобы глубоко поцеловать ее.
  Когда он отстранился, лицо Алтеи покраснело.
  - Я надеялась, что ты зайдешь сегодня днем.
  - Ага? - спросил он ее хриплым от возбуждения голосом, заставив ее улыбнуться.
  - Совершенно определенно, - пробормотала она, приближаясь к нему и снова целуя.
  - Где твой байк сегодня?
  - Дома. Я только что из Хогвартса, так что аппарировал.
  Алтея улыбнулась и зарылась руками в его волосы.
  - Держись крепче.
  Едва Сириус успел заметить, что они аппарируют, как они случайно приземлились за пределами ее квартиры, и он усмехнулся.
  - Пытаешься соблазнить меня, Кастелланос?
  Она взяла его за руку, ведя вверх по лестнице, и повернулась, чтобы улыбнуться ему в ответ.
  - Я не знала, что должна была попробовать.
  Сириус озорноусмехнулся и последовал за ней в ее квартиру. Дверь едва закрылась за ними, прежде чем он прижал ее спиной к стене и впился в ее шею так, что хнычущий звук, который она сорвала с ее губ, заставил его прижаться бедрами ближе к ней. Его руки стянули с нее мантию целительницы, уронив ее на пол и обнаружив под ней серую юбку и темно-зеленую блузку с короткими рукавами. Он расстегнул блузку, нетерпеливо разорвал ее и позволил ей упасть на пол, прежде чем его руки спустили ее юбку. Его рот не оторвался от ее рта, когда он оставил ее стоять перед ним в бледно-зеленом кружевном лифчике и трусиках в тон с черными каблуками.
  - Ммм, - пробормотал он, напевая, целуя ее шею, ключицы, плечи, открытую кожу над лифчиком.
  Алтея застонала, откинув голову назад.
  - На тебе слишком много одежды.
  Сириус лишь усмехнулся, встав перед ней на колени и зубами стянув с нее трусики, когда она задыхалась. Затем его рот оказался на ней, и ее пальцы отчаянно вцепились в его волосы, ее бедра отскочили от стены, чтобы встретиться с его нетерпеливым и талантливым языком.
  - О, Боже, да, - выдохнула она.
  - Сириус отлично, - пробормотал он, ухмыляясь ей. - Бог слишком формально.
  Она ударила его по голове, когда он наклонился к ней.
  К тому времени, когда он встал, она тяжело дышала, а затем он развернул ее, поднимая ее бедра и опуская ее на себя, когда его губы сомкнулись на ее затылке. Она застонала, потянувшись назад, чтобы сжать его задницу, когда она оседлала его.
  Потом они безвольно соскользнули на пол, тяжело дыша, и Сириус поцеловал ее.
  - Говорил ли я тебе, как я рад, что ты работаешь только полдня по понедельникам?
  Она рассмеялась, целуя его в грудь.
  - Нет, но я тоже начинаю думать, что это хороший выбор.
  Она по-кошачьи вытянулась рядом с ним и поднялась на ноги, спустив свои высокие каблуки, и он сел, шлепнув ее по заду.
  - У тебя самая красивая задница, - сказал он, снова шлепая ее.
  Алтея улыбнулась ему.
  - Поэтому ты продолжаешь на ней ездить?
  Сириус встал, его руки легли на ее бедра, когда он поцеловал ее.
  - Хочешь, чтобы я остановился?
  Она наклонилась и схватила его. Он снова напрягся, и она улыбнулась ему в рот.
  - Естественно. У меня слишком много дел.
  - Вместо этого сделай меня счастливым, - сказал он ей, толкаясь в ее руку.
  Алтея усмехнулась, нежно целуя его.
  - Я не думаю, что это было в моем списке дел.
  - Дайте мне список, я добавлю этот пункт.
  Она ухмыльнулась, нежно поглаживая его мучительно.
  - Этомой список дел, разве нея должна его добавлять?
  Сириус прикусил ее губы, пока она продолжала ухаживать, и он застонал.
  - Думаю, мне нужно увидеть этот список.
  Алтея скользнула другой рукой между его ног, и он застонал.
  - Не думай.
  Ее руки сжимали и гладили, дергали и терли, пока он не начал задыхаться, а затем она просто провела руками по его груди и поцеловала пульс в его шее.
  - Думаю, тебе пора идти, Сириус.
  - Точно? - спросил он, схватив ее за руку и потянув в спальню, где они со смехом упали на кровать.
  Он зажал ее запястья над головой и глубоко поцеловал, его язык скользнул вниз по ее горлу, между грудей и обвел пупок, прежде чем он нежно поцеловал вершину ее правого бедра. К тому времени, как он снова коснулся ее губ, она задыхалась.
  - Итак, мы занимаемся или уходим, Кастелланос?
  Алтея боролась, пока он не отпустил ее запястья и не сидел на кровати, ухмыляясь ей. Она оседлала его, опустившись на него, ее руки зарылись в его волосы.
  - Я собираюсь заняться, а ты?
  Он застонал ей в горло, когда она оседлала его; ее голова откинулась назад, и он увидел ее твердые, круглые груди, подпрыгивающие перед ним, и его живот сжался.
  - Я обязательно займусь, - простонал он.
  И они оба сделали.
  Чуть позже Сириус застегнул молнию на джинсах и протянул ей порванную блузку.
  - Возможно, это нужно заменить.
  Ее бровь слегка приподнялась.
  - Ты будешь должен мне целый новый гардероб, Блэк, если будешь продолжать в том же духе. Я никогда не была хороша с чарами для домашнего ремонта.
  Он ухмыльнулся ей, стягивая рубашку через голову.
  - Жаль, что Прие пришлось работать допоздна, иначе она увидела бы, как выглядит твой гардероб, разбросанный по всему входу.
  Алтея покраснела.
  - В следующий раз мы должны сначала добраться до спальни.
  - О? Ты хочешь сказать, что будет следующий раз? - спросил ее Сириус, удивленно приподняв брови. - Это в твоем списке дел?
  Она улыбнулась, когда он взял ее руку и провел губами по ее костяшкам пальцев.
  - Если ты правильно разыграешь свои карты.
  Сириус встал на ноги, подхватив ее кружевные трусики.
  - Я отлично играю в карты.
  Он передал ей нижнее белье, и она ухмыльнулась.
  - Увидимся, Блэк.
  Он одарил ее озорной ухмылкой, открывая дверь в ее квартиру.
  - Увидимся, Кастелланос.
  Когда дверь за ним закрылась, он не мог перестать улыбаться.
  ***
  Когда он вернулся домой, он обнаружил, что место пусто, за исключением Мародера, который взвизгнул от волнения, увидев его. Он выпустил щенка на улицу; вздрагивая, когда Мародер погнался за кроликом. Он преследовал его пять минут и нашел в саду за маленьким розовым домиком Моррисонов. Поговорив с соседями, он затащил щенка домой, рассказав ему об обязанностях оставаться во дворе, прежде чем тот направился в душ. Через тридцать минут он стоял на кухне, открывая шкафы и отчаянно пытаясь решить, чем накормить свой урчащий желудок. Он выбрал бутерброды с беконом и вскоре уже жарил бекон и с удовольствием наблюдал, как Мародер с благодарностью нюхает воздух.
  Римус много помогал ему с готовкой, и когда он понял, что у его друга в мультиварке на стойке кипит жаркое, он поблагодарил свою счастливую звезду за то, что ему не пришлось искать еду на ужин. Как только он задумался, готовить оказалось не так уж и сложно. Это было похоже на тщательно продуманное зелье, с которым он всегда справлялся достаточно хорошо. Римуса и Лили всегда приводило в бешенство то, что им с Джеймсом почти не приходилось учиться, потому что у них обоих все получалось само собой. Римус по-прежнему готовил намного лучше, чем он, но он не был ужасен, и Сириус решил, что это значительное улучшение.
  Он вспомнил, что в кладовой есть картофель, и решил, что может размять его с чесноком и сыром и добавить салат к жаркому. Он чуть не вздрогнул от того, как невероятно по-домашнему это прозвучало. Но ему понравилось, понял он. Ему нравилось быть домашним и заботиться о Гарри.
  Они были вдвоем против всего мира, и это чувство заставляло его чувствовать себя прекрасно.
  Периодические плохие сны, застенчивость и нерешительность в присутствии взрослых, которых он не знал, - но это были мелочи, и Сириус знал, что МакГонагалл и Дамблдор были правы, - в конце концов он преодолеет их. Но это не должно было произойти в одночасье. Он хотел помочь ему всем, чем мог.
  Он подумал о работе по дому, которую Гарри быстро взял на себя за последние два месяца. Каждое утро он заправлял свою постель, накрывал стол и помогал мыть посуду, и даже помогал Сириусу кое-чем с готовкой (он быстро учился в этом отделе). Он отлично владел инструментами, и Сириус любил учить его механике двигателя. Он был прекрасным маленьким помощником.
  Сириус понял, что ему, наверное, должны быть карманные деньги. Он много работал и должен получить за это что-то. Он поговорит об этом с Римусом, подумал он, сливая со сковороды жир от бекона, прежде чем приготовить несколько бутербродов.
  Он ел стоя на кухне, погрузившись в домашние мысли о расписании работы, карманных деньгах и готовке. Покончив с едой, он взял альбом Queen "Ночь в опере" и включил его без провода, включив музыку, пока убирал беспорядок на кухне. Он громко пел; танцуя, пока он чистил картошку и давил чеснок на ужин в тот вечер.
  Сириус понял, что Римус и Гарри вернулись только из-за вспышки камеры, и его глаза расширились, когда Римус просто ухмыльнулся ему с камерой в руке.
  - Ты только что сфотографировал меня?
  Римус широко ухмыльнулся, выключая проигрыватель, чтобы заговорить.
  - Прирученный Бродяга - что вы думаете?
  - Отвали, Лунатик! Мы ни за что не сохраним эту фотографию!
  - Никаких плохих слов! - воскликнул Гарри, уперев руки в бока и сурово взглянув на Сириуса. - Так сказал дядя Муни.
  Глаза Сириуса расширились от удивления.
  - Он сделал это, так что ли?
  Римус отложил камеру и потер затылок.
  - Сириус, мы должны быть осторожнее с ним. Последнее, что нам нужно, это чтобы Гарри вырос матросом.
  Сириус усмехнулся.
  - В первую неделю в школе ты сказал Джеймсу и мне, что мы полны дерьма и перестанем обижать Питера. Ты хочешь сказать, что это было плохо?
  - Да! - воскликнул Римус, краснея при воспоминании. - Мне было одиннадцать, и это было очень плохо!
  Сириус рассмеялся.
  - Ладно, Гарри, мы с дядей Римусом постараемся не говорить так много плохих слов, да?
  Гарри ухмыльнулся.
  - Хорошо. Я иду гулять с Мародером.
  - Конечно, сохатик, - сказал Сириус, улыбаясь, наблюдая, как Гарри направляется в сад с собакой, прежде чем повернуться к Римусу.
  - Это жаркое из свинины пахнет потрясающе, Лунатик, я уже упоминал, насколько ты находка в плане кулинарии?
  Римус улыбнулся и сел за кухонный стол.
  - Иногда я нахожу катарсисом готовить. Что ты готовишь?
  - Фигурное чесночно-сырное пюре с салатом?
  Римус кивнул в знак одобрения, поэтому Сириус продолжил то, что он делал.
  - Гарри рассказал мне о прошлой ночи, - небрежно сказал Римус.
  Сириус кивнул, аккуратно нарезая картошку.
  - Сегодня я разговаривал с Минервой и Дамблдором. Я просто не знаю, правильно ли мы поступаем, Лунатик. Я имею в виду, он кажется в порядке, но потом ночью... что-то пугает его... или кто-то? Как долго он будет...
  - Думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос, Сириус, - тихо сказал Римус, постукивая пальцами по столу.
  - У меня не было проблем с доверием к людям, - сказал ему Сириус. - Это было только... это было по-другому.
  Римус ничего не сказал.
  - Это было по-другому, - настаивал он.- Ты должен был заметить, насколько ты и Гарри теперь похожи, Сириус, - осторожно сказал Римус.
  - Вы оба подверглись насилию со стороны тех, кто должен был заботиться о вас.
  Сириус покачал головой.
  - Это другое, Рем. Я был старше, когда это началось для меня, Гарри же был еще ребенком.
  Римус лишь наклонил голову, раздраженно сверкая глазами.
  - Это не отличается.
  Помню, как в первый раз родители меня за что-то наказали. Мне было шесть лет, и я выбегал на улицу играть после того, как отец возвращался домой, и подружился с одним из соседских мальчишек, магглом.
  ***
  - Этот мальчик - маггл, Сириус.
  - Я знаю, отец, - сказал он.
  - Он сказал, что собирается показать мне, как играть в футбол. Я не знаю, что это такое, но звучит блестяще!
  - Он маггл, Сириус. Мы не общаемся с такой мерзостью.
  Брови Сириуса нахмурились.
  - Он не был грязным.
  Орион жестом пригласил сына следовать за ним в гостиную и велел ему сесть.
  - Сириус, мы волшебники. Ты знаешь, что это значит?
  - У нас есть магия.
  - Да, и магглы не умеют колдовать.
  - Они все еще могут делать другие вещи. Например, эти машины, отец - я хочу водить машину!
  Орион уставился на него.
  - Ты никогда не сделаешь такого! Маггловские изобретения и сами магглы - отвратительно низкие существа. Они недостойны лизать грязь с твоих сапог, ты меня понимаешь?
  - Маглы плохие.
  - Очень плохие. Мы намного лучше их. Мы не общаемся с ними. Мы не играем с ними и вообще не разговариваем с ними, если этого можно избежать.
  Сириус кивнул, опустив глаза.
  - Отец, может Регулус завтра пойти со мной на улицу, чтобы встретиться с Робби, чтобы он мог показать нам, что такое футбол?
  Пощечина заставила его пошатнуться. Он упал с честерфилда, держась за щеку, широко распахнув глаза, глядя на отца. Его глаза заслезились, и Орион снова поднял руку.
  - Этот мальчик ниже тебя, Сириус, и ты не научишься у него какой-то дурацкой маггловской забаве, не будешь играть в эту забаву и не подчинишь своего младшего брата этому отвратительному и грязному существу. Я ясно выразился?
  - Но почему? Он был таким милым.
  Вторая пощечина тронула его слезные протоки, и они потекли по лицу.
  - Блеки не плачут, - строго сказал Орион. - А теперь иди наверх в свою комнату и подумай о том, что я тебе сказал. За ужином ты расскажешь мне, кто такие на самом деле магглы.
  Сириус вскочил на ноги, сдерживая слезы, пока Орион смотрел на него.
  - Да, отец.
  - Я делаю это только для твоего же блага, Сириус, - тихо сказал он. - Я не хочу бить своего сына.
  - Прости, отец.
  Орион кивнул.
  - А теперь иди наверх и подумай о том, что ты сделал.
  ***
  Он стряхнул воспоминания с головы.
  - На самом деле мне никогда не было... Мне было восемь, когда они применили ко мне Империус, потому что я не следовал правилам, - сказал он. - Мама была в ярости, когда я смог скинуть его к двенадцати годам, но я думаю, что втайне она тоже была рада, понимаешь? Только сильнейший из волшебников может скинуть заклятие Империус.
  Рот Римуса открылся, а затем снова закрылся.
  - Что? - раздраженно спросил Сириус. Он знал этот взгляд, и Римус пытался прикусить язык. - Просто выплюнь это, Лунатик.
  - То, что твое физическое насилие началось позже, не означает, что раньше не было эмоционального насилия. Я не буду больше ничего говорить об этом, Сириус. Я только сказал, что ты понимаешь Гарри так, как я никогда не буду из-за того, через что вы оба прошли. Он доверяет тебе и откровенно доверяет мне, и это здорово, но он настороженно относится к другим взрослым.
  - Я знаю, - сказал Сириус, садясь за стол.
  - Ему просто нужно проводить с ними больше времени. Как, например, Уизли, они были замечательными, и у них такая большая семья, шесть сыновей и дочь - они дружелюбны и полны жизни, и я думаю, что это оказало на него большое влияние.
  - Я согласен, - сказал он.
  - Мы должны попытаться заставить его говорить об этом больше, или я не знаю, попытаться внедрить больше правил или что-то в этом роде. Он... он ангел и такой милый все время. Не то чтобы это не замечательно, потому что это, но мальчики его возраста должны иногда хотеть быть немного озорными. Он должен хотеть попасть в беду - шалить и озорничать. Он просто... соглашается со всем, что мы от него просим.
  Сириус кивнул, глядя в окно, наблюдая, как его крестник бегает со своим щенком.
  - Вчера он помог Джинни разыграть ее братьев-близнецов. Когда он рассказал мне об этом, его глаза были полны смеха и радости. Он добьется своего, Лунатик. Мы просто должны дать ему возможность. заметил, что у них на стене кухни висит эта таблица, и мне понравилась эта концепция. Я подумал, что мы должны создать ее для нас троих.
  Римус закатил глаза.
  - Я здесь не живу, Бродяга, я не позволю тебе обманом заставить меня делать твою работу по дому.
  Сириус рассмеялся, убирая волосы с глаз.
  - Блин, я думал, что у меня есть ты.
  На ухмылку своего друга он продолжил.
  - Гарри заправляет свою постель каждое утро, помогает мне с посудой, накрывает на стол и помогает с готовкой. Ему нужен приз или карманные деньги или что-то в этом роде. Я заметил, что у Молли были золотые звезды, а список таких вещей, как пять золотых звезд, дает дополнительное время полета или что-то в этом роде.
  - Я думаю, что это отличная идея, Сириус. Ты также можешь составить план питания. Вы двое можете вместе выбирать продукты на неделю, я могу помочь с этим, и это также поможет гарантировать, что Гарри получит овощи, белок, кальций и фрукты, которые ему нужны ежедневно. Кроме того, это избавит вас от необходимости выяснять, что делать каждый день, что само по себе является рутиной. - предложил Римус, улыбаясь своему другу.
  - А Мародер - его щенок, он должен нести за него больше ответственности.
  - Согласен.
  - Что касается розыгрышей, - начал Римус, улыбаясь своему другу. - Я подумал, что мы могли бы начать немного разыгрывать его.
  - Что? - удивленно спросил Сириус. - Разыграть ребенка? Лунатик, ты шутишь? Это не может быть хорошим воспитанием!
  Римус рассмеялся, сложив руки перед собой на столе.
  - Ну-ну, выслушайте меня, - сказал он, посмеиваясь. - Я имею в виду забавные вещи, которые заставят его смеяться и помогут ему понять, что развлекаться - это нормально. Например, наполнить стакан желе через соломинку, чтобы оно затвердело, и дать ему это как сок. Или зарабатывать наши собственные ежедневные состояния, как сюрприз во время обеда. Что-то смешное, например, "твой мозг - еда для зомби". Заморозь тарелку хлопьев и дай ему утром. Или спрячь пузырчатую пленку по всему дому под ковриками и наблюдай, как он удивляется, когда он наступает на нее. Знаешь, такие вещи? Моя мама всегда помогала мне делать такие вещи в детстве. Я любил их.
  - Это многое объясняет, Лунатик, - с ухмылкой сказал ему Сириус. - Джейми и я всегда удивлялись, как ты так раздражающе хорошо придумываешь розыгрыши.
  - Однажды мама положила воздушный шар в форму для торта и покрыла его глазурью и посыпкой на мой день рождения. Когда я пошел резать торт, он взорвался повсюду. Я сам глупо смеялся, - сказал ему Римус с ухмылкой.
  Сириус хлопнул себя по ладоням, злобно ухмыляясь.
  - Я в деле. Операция "Разыграй Гарри Поттера" началась.
  Римус ухмыльнулся своему другу.
  - Начнем сегодня вечером. У меня есть идеальная идея для десерта.
  Глава 26: Эпизод с операцией "Разыграй Гарри Поттера"
  Гарри съел каждый кусочек жареной свинины, картофельного пюре с чесноком и сыром, а также салат из шпината. Он корчил рожи, пока ел шпинат, но проглотил его целиком. Оно было довольно жевательным, но он думал, что повязка помогает ему легче соскальзывать. Он подумал, не рассердится ли дядя Сириус, если он скажет, что ему это не нравится.
  Римус улыбнулся, когда Гарри мыл свою тарелку.
  - Хорошая работа, Гарри. Приятно видеть, что ты съел весь свой обед. Как насчет десерта?
  - Да, пожалуйста, - сказал Гарри с широкой улыбкой. Десерт был его любимым.
  - На прилавке есть тарелка с шоколадным печеньем или, если Ты посмотришь на коробку со льдом, там есть тарелка с Браун-е. Ты можешь выбрать.
  Сказал Римус с улыбкой.
  Гарри ухмыльнулся, спрыгивая со стула и направляясь к ящику со льдом. Он любил брауни. Он осторожно отнес накрытую тарелку к столу и поставил ее перед Сириусом.
  - Брауни, пожалуйста.
  - Тогда открывай, сохатик, - призвал он, подмигивая Римусу.
  Гарри осторожно откинул фольгу, и его глаза расширились. Вся тарелка была исписана коричневыми буквами Е.
  - Дядя Луни! Это не пирожные!
  Римус удивленно приподнял бровь.
  - Конечно, маленькийолень, - он взял одну из букв "е", сделанную из картона и окрашенную в темно-коричневый цвет. - Смотри, это коричневое, и это буква Е. Тарелка с коричневыми буквами.
  Гарри смотрел на него с минуту, а потом рассмеялся.
  - Дядя Муни, ты глупый.
  Римус улыбнулся ему.
  - Иногда. Сириус сказал мне, что ты помог Джинни немного разыграть ее братьев, так что я подумал, может быть, я немного подшучу над тобой.
  Сириус усмехнулся.
  - Война розыгрышей началась, Лунатик, будь осторожен.
  Гарри зачарованно смотрел на них.
  - Война розыгрышей?
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - Будет весело, сохатик, только подожди.
  За следующие несколько дней Гарри точно узнал, что такое "война розыгрышей".
  Римус заменил тарелки Сириуса собачьими мисками; Сириус заставил обувь Римуса петь "Лондонских оборотней".
  Римус добавил фиолетовую краску для волос в шампунь Сириуса.
  Сириус и Гарри нарисовали картины на кожеРимуса, когда он заснул на диване (в том числе на очень хорошо развитом пенисе, покрывающем большую часть руки его друга).
  Сириус заморозил хлопья Гарри, а Гарри добавил в воду желтый пищевой краситель и вылил его на подушку Сириуса, пока тот спал.
  Римус дал желе застыть в стакане с соломинкой и отдал его Гарри на обед.
  Гарри положил соль в контейнер для сахара и смотрел, как Римус насыпает ее в чай.
  Сириус насыпал порошок для зуда в боксеры Римуса.
  Римус добавил собачий шампунь в шампунь Сириуса и так далее.
  Никто из них не мог определить победителя, но все громко смеялись, а Гарри радостно хихикал от перспективы участия в подобных мероприятиях.
  К концу недели он даже уговаривал Сириуса и Римуса пошалить. Когда в те выходные пришло письмо от Уизли с приглашением Гарри провести полдень, Сириус подумал, что это прекрасная возможность дать Гарри повеселиться не так, как на их Войне розыгрышей.
  Сириус воспользовался камином, чтобы высадить его на следующий день днем, стряхнул с него сажу, когда они вошли в гостиную Уизли, и тепло улыбнулся миссис Уизли.
  - Спасибо, что пригласила Гарри, Молли, - с улыбкой сказал ей Сириус. - Он очень взволнован, верно, Гарри?
  Он нетерпеливо кивнул, улыбаясь ей.
  - Спасибо, миссис Уизли.
  Она тепло улыбнулась, цветочный фартук был обернут вокруг ее талии.
  - Добро пожаловать, Гарри, дорогой. Рон и Джинни снаружи, присоединяйся!
  Гарри повернулся к Сириусу и улыбнулся.
  - Присоединяйся, Гарри. Я заеду за тобой после ужина, хорошо?
  Гарри ухмыльнулся ему, прежде чем он поспешил к задней двери.
  Сириус улыбнулся миссис Уизли.
  - Он надоедает мне желанием снова увидеться с вашими детьми, так что спасибо за приглашение. Может быть, в следующий раз они смогут прийти ко мне?
  - Конечно. Наш дом всегда открыт, и действительно, что еще? - сказала она со смехом. - В семь часов вы можете прийти и забрать его?
  - Отлично, - сказал он, улыбаясь. - Я буду дома весь день, если что-нибудь случится или если я понадоблюсь Гарри.
  Миссис Уизли сочувственно улыбнулась.
  - Он будет в порядке, Сириус.
  - Верно, - сказал он, ухмыляясь. - До скорого.
  Гарри прекрасно проводил время. Они играли в прятки, и он наслаждался каждой минутой этого. Они переключились на теги, и тогда Джинни убедила его помочь ей нарядить садовых гномов. Его укусили трижды, но они выглядели так глупо, как маленькие картофелины, одетые в кукольную одежду, что оно того стоило. Особенно когда Рон показал ему, как раскачивать их по кругу и бросать по полю. Сначала Гарри стало плохо, но когда он увидел, что им не больно, то вскоре помог Рону отбросить их.
  Он задавался вопросом, сможет ли он протащить садового гнома в постель Сириуса. Это было бы смешно.
  К тому времени, когда миссис Уизли позвала их внутрь перекусить, он понял, что Сириус был прав. Они были его друзьями. И не думали, что он урод. Он рассказал им о розыгрышах, которые он, Сириус и Римус устраивали друг над другом, и Рон и Джинни одобрительно рассмеялись, прежде чем рассказать ему о некоторых вещах, которые провернули Фред и Джордж.
  Он так много смеялся, что у него болели бока.
  Они прошли на кухню, где миссис Уизли приготовила сыр, колбасу и крекеры, и устроились поудобнее за столом.
  - Сначала иди умойся, - приказала она, когда Гарри последовал за Роном и Джинни наверх в туалет.
  Как только они были чистыми, они сели за стол, и Гарри жадно откусил кусочек. Они были вкусными. Он поднял голову, когда в комнату вошел высокий худощавый рыжеволосый мужчина. Он узнал в нем мистера Уизли, и его глаза не отрывались от него, пока он ел. Он действительно не разговаривал с ним раньше и не был уверен, что делать с новичком.
  Мистер Уизли обошел стол, приветствуя своих детей, и улыбнулся Гарри. Он положил руку ему на плечо, готовый сжать вместо приветствия, как он только что сделал со своими детьми. Гарри подпрыгнул со своего места так высоко, что выплеснул свой тыквенный сок на пол, разлив его повсюду.
  - Гарри! Прости, сынок, я не хотел тебя пугать! - объяснил мистер Уизли, делая шаг к Гарри в знак извинения.
  Гарри отодвинулся еще дальше, не сводя глаз с беспорядка, который он только что устроил. Его желудок сжался комком страха, который он не мог толком объяснить.
  - Простите! Я не хотел проливать! Простите!
  - Все в порядке, Гарри, - мягко сказала миссис Уизли, наклоняясь, чтобы взять чашку, и палочкой, чтобы избавиться от беспорядка. - Это был несчастный случай.
  Гарри кивнул, его дыхание было неровным, и он продолжал медленно пятиться, пока его спина не прижалась к кухонной стене. Его пригласили к себе, а он был неблагодарен; он устроил беспорядок. Они бы не хотели, чтобы он когда-либо приходил снова. А мистер Уизли был главой семьи, а глава семьи всегда наказывал неблагодарных.
  ***
  - Неблагодарный сопляк, я покажу тебе, что глава семьи делает с такими маленькими пройдохами, как ты! - Голос дяди Вернона эхом отозвался в его голове. - Ты думаешь, что на днях это было больно, я покажу тебе, что происходит, когда ты ломаешь в этом доме что-то, что тебе не принадлежит!
  ***
  Воспоминания на мгновение поглотили его, и все его тело задрожало от иррационального страха, когда мистер Уизли подошел к нему.
  - Право, Гарри, я не хотел тебя пугать. Вернись к столу, сынок.
  Мистер Уизли сделал шаг к нему ближе, и Гарри запаниковал.
  - НЕТ! - закричал он так громко, что все Уизли в тревоге подскочили, когда три кухонных окна разлетелись вдребезги, разлетелись стекла по всей комнате, прежде чем Гарри выскочил через заднюю дверь и выбежал во двор, тяжело дыша. Он даже не был уверен, почему бежит, но когда он добрался до пруда, он остановился, чтобы отдышаться, его глаза вспыхнули в панике, когда он увидел, что мистер Уизли следует за ним.
  ***
  - Не беги, мальчик! Если мне придется тебя поймать, ты неделю не будешь есть!
  ***
  - Мне жаль! - закричал он, его глаза расширились от ужаса, когда голос дяди Вернона эхом отозвался в его голове. - Я не неблагодарный! Простите! Не... не бейте меня!
  Последние слова вырвались паническим шепотом, когда он поднял руки, чтобы защитить себя.
  - бить тебя? - удивленно воскликнул мистер Уизли. - Гарри, я бы НИКОГДА не ударил тебя. Сынок, я не собираюсь причинять тебе боль.
  Он обернулся, увидев свою дочь рядом с собой, и с изумлением наблюдал, как она, игнорируя панику Гарри, обняла его.
  - Все в порядке, Гарри. Мой папа - самый хороший человек на свете! Он не сердится на тебя.
  Гарри, казалось, был сбит с толку ее объятиями, но вскоре он тоже обнял ее, и его дыхание медленно вернулось в норму. Чувство паники медленно покидало его.
  Джинни только отступила от него, когда он увидел Сириуса, спешащего к нему, и бросился прямо к своему крестному отцу, раскинув руки, и позволил Сириусу подхватить его в свои теплые безопасные руки.
  - Гарри, ты в порядке? - спросил Сириус, крепко обняв его, поцеловав в щеку и вздохнув, когда Гарри просто свернулся калачиком, крепко прижавшись лицом к изгибу шеи Сириуса, словно боясь, что тот исчезнет у него на глазах.
  Мистер Уизли выглядел сбитым с толку, глядя на Сириуса.
  - Мне ужасно жаль, Сириус, я, кажется, напугал его. Я наклонился, чтобы сжать его плечо в знак приветствия, и он просто... мне очень жаль.
  Сириус покачал головой.
  - Это не твоя вина, Артур. Он не... это не твоя вина.
  Он поцеловал Гарри в лоб и в ухо.
  - Сохатик, никто на тебя не сердится. Это был просто несчастный случай. Мистер и миссис Уизли это знают.
  Говоря, он нежно водил рукой вверх и вниз по спине Гарри.
  - Ты хочешь вернуться домой или хочешь остаться и еще немного поиграть с Роном и Джинни?
  - Они не позволят мне остаться, - прошептал он, его губы щекотали шею Сириуса, когда он говорил, уткнувшись головой в крестного отца.
  - Конечно, позволят, - сказал ему Сириус. - Никто на тебя не сердится. У тебя не будет никаких проблем, обещаю.
  Когда глаза Гарри встретились с его, он улыбнулся.
  - Стал бы я когда-нибудь лгать тебе?
  Гарри слегка улыбнулся.
  - Нет.
  Сириус поцеловал его в нос и рассмешил.
  - Ты хочешь остаться или хочешь вернуться домой?
  Гарри заколебался, и его маленькие ручки сжали футболку Сириуса, прежде чем он заговорил.
  - Ты тоже можешь остаться?
  Сириус улыбнулся.
  - Определенно.
  Он поставил Гарри на ноги, положив руки ему на плечи, когда Гарри повернулся, чтобы посмотреть на мистера Уизли.
  - Простите, мистер Уизли, - тихо сказал он.
  Мистер Уизли улыбнулся ему.
  - Не беспокойся, Гарри. Это была моя вина, я напугал тебя. А теперь иди и поиграй с Роном и Джинни.
  Джинни взяла Гарри за руку и потянула за собой. Гарри вопросительно посмотрел на Сириуса, когда Сириус улыбнулся ему и призвал уйти. Он позволил Джинни утащить себя, а Рон жестом пригласил их следовать за собой, и они втроем помчались через двор, направляясь к маленькому саду, где Билл, Чарли и Перси играли в квиддич.
  Сириус засунул руки в карманы и вздохнул.
  - Спасибо, что связалась со мной, Молли.
  Миссис Уизли кивнула, глядя на мужа.
  - Я просто не хотела пугать его еще больше. Казалось, что у него вот-вот начнется паническая атака. Я никогда не видела, чтобы ребенок выглядел таким напуганным.
  Сириус вздохнул.
  - Не делай резких движений вокруг него, Молли. Он должен всегда знать, где ты находишься. Если ты сделаешь это, он не запаникует.
  Мистер Уизли посмотрел туда, где в саду исчезли дети.
  - Я никогда раньше не видел, чтобы ребенок так реагировал. Он... он умолял меня не бить его. Как будто я когда-нибудь ударю - с ним все в порядке, Сириус?
  - Люди, с которыми он жил раньше, плохо обращались с ним. С ним все будет в порядке. Но если он слишком крут для вас, чтобы с ним справиться, я отвезу его домой.
  - Нет! - настаивала миссис Уизли с грустью в глазах. - Нам нравится, что он здесь, и Джинни с Роном он очень нравится. Мы с Артуром будем более осторожными. Просто это произошло так внезапно, что мы удивились. Окна взорвались и... к счастью, никто не пострадал, и это было легко исправить, но бедный мальчик был в ужасе!
  Сириус пожал плечами и засунул руки в карманы.
  - Отчасти это моя вина, я должен был предупредить тебя. Он действительно был рядом только с Римусом, со мной и с моей кузиной Тонкс по большей части, и он доверяет нам, но он не... он еще не знает тебя. Римус и я. Мы все еще работаем над тем, чтобы сделать его более комфортным с нами. Мы разыгрывали его, чтобы заставить его улыбаться, и он начал разыгрывать нас в ответ, что весело. Он расслабляется, не так боится быть ребенком. пока он здесь с тобой и твоей семьей, я думаю, это показывает ему, что такое настоящая семья, и это тоже хорошо для него. Он доверяет Джинни и Рону.
  - Джиневра обнимала его и прижала к себе, пока его дыхание не выровнялось, и он не успокоился, - прокомментировал мистер Уизли. - Меня удивило, что он позволил ей так приблизиться к нему после того, как он был так напуган тем, что я просто стою рядом с ним. Он доверяет ей.
  Сириус улыбнулся.
  - Дети не проблема, Артур. Это были его тетя и дядя.
  Миссис Уизли кивнула.
  - Ну, тогда заходи внутрь, Сириус. Если ты останешься на ужин, мне пора начинать.
  ***
  Проводить время с Уизли было очень полезно для Гарри. Он помогал Джинни и Рону разыгрывать своих старших братьев, обычно с помощью Фреда и Джорджа. И в течение следующих двух недель Гарри провел в Норе пять отдельных дней. Он немного боготворил Билла и задавал ему бесконечные вопросы о Хогвартсе. Чарли был в команде по квиддичу, и Гарри любил наблюдать, как он парит над садом на своей метле, и его глаза зачарованно блестели. Он не мог дождаться, когда станет достаточно взрослым, чтобы летать на метле. Ему нравилось в "Норе", и с того дня у него больше не было приступов паники или плохой реакции на кого-либо в доме Уизли. На пятый день он даже обнял мистера Уизли на прощание, удивив мистера Уизли, который ласково погладил его по голове.
  Что касается Войны Розыгрышей дома, то Сириус и Римус все еще поддерживали ее.
  Они обсыпали кровать Гарри изюмом и убедили его, что это мышиные какашки.
  Римус заменил некоторые альбомы Сириуса, так что, когда он шел играть AC/DC, звучала песня Синди Лаупер Girls JustWannaHaveFun или внезапно играл альбом The Rolling Stones I WillSurvive Глории Гейнор, а Blue OysterCult был Аретой Франклин. требуя немного уважения.
  Сириус прорезал крошечные дырочки в маленьких пакетиках, которые Римус носил в карманах, набитых фасолью Берти Боттс с любым вкусом, так что, куда бы он ни пошел, он оставлял следы конфет.
  Но это был конец августа, когда Гарри набрался смелости, чтобы вместе разыграть Сириуса и Римуса. Он работал над этим два дня, держа это в секрете от них, но ему помогла Тонкс, которая была в восторге от идеи бесконечных розыгрышей.
  Они оснастили камин мукой, конфетти и посыпкой, чтобы, когда кто-то пытался использовать камин, спрятанное ведро высыпалось наружу, оставляя человека в беспорядке.
  Тем утром Римус аппарировал, но Сириус направлялся к Алтее, и Гарри с нетерпением ждал, когда он воспользуется камином. Он не знал, кто такая Алтея и почему Сириус собирался ее навестить, но ему не терпелось увидеть, как его крёстный отец покроется его зельем.
  Но это был не Сириус.
  Зажегся камин, и из камина вышел высокий мужчина с крючковатым носом, длинной серебристой бородой и в очках-полумесяцах, с ног до головы весь в муке, конфетти и посыпке - и Гарри хихикнул. Хихиканье превратилось в приступы смеха, когда Сириус и Римус с открытым ртом уставились на Альбуса Дамблдора.
  - Альбус, чем именно ты занимался, прежде чем зайти? - спросил Сириус, смеясь.
  Дамблдор тщательно вытер глаза, которые блестели от смеха.
  - Сириус, возможно, у тебя небольшая проблема с камином. Кажется, камин неисправен.
  Гарри взревел, схватившись за живот, и глаза Римуса расширились.
  - Маленькийсохатый, это ты сделал?
  Гарри кивнул между смехом.
  - Это - должен был - быть - дядя - Бродяга! - он задохнулся между смехом, и Римус расхохотался.
  - Мы создали монстра, Сириус, - сказал он с ухмылкой.
  Сириус ухмыльнулся, наклонился и поднял Гарри за ноги, держа его вверх ногами, пока ребенок кудахтал.
  - Вы думали, что я буду выглядеть так смешно, не так ли?
  - Да!
  Гарри взвизгнул, смеясь, когда Сириус раскачивал его вверх ногами взад-вперед перед его ногами, как маятник напольных часов.
  Дамблдор улыбнулся, наложив на себя быстрое очищающее заклинание.
  - Я вижу, вы трое отлично ладите.
  Сириус поднял Гарри на руки, посадил на бедро и ухмыльнулся, когда Гарри как обезьяна заполз ему на плечи. Он потянулся, чтобы взять его за талию и удержать в равновесии, пока руки Гарри играли с его волосами.
  - У нас была небольшая война розыгрышей, Альбус, извини, что ты попал под перекрестный огонь.
  Дамблдор махнул рукой перед собой и ухмыльнулся.
  - Не беспокойтесь, никакого вреда не будет.
  Сириус улыбнулся.
  - Гарри, ты помнишь профессора Дамблдора? Он директор Хогвартса. Ты встречался с ним несколько месяцев назад?
  Гарри кивнул, любезно улыбаясь мужчине.
  - Привет. Простите за шутку.
  Дамблдор усмехнулся.
  - Это была очень хорошая шутка, Гарри. Мне только жаль, что я не увидел, как ты покрыл такСириуса.
  Когда Гарри просиял, он улыбнулся.
  - Сириус, можно тебя наедине?
  Сириус кивнул, снимая Гарри с плеч.
  - Конечно. Вниз, сохатик.
  Он оставил Гарри с Римусом, а сам провел Дамблдора в солнечную комнату, закрыв за собой стеклянную дверь и наложив заглушающие чары.
  - Настолько конфиденциально, насколько это возможно. Что я могу сделать для тебя, Альбус?
  Дамблдор улыбнулся.
  - Кажется, вы трое хорошо работаете вместе. Тот факт, что Гарри разыгрывает вас двоих, - настоящий подвиг.
  Сириус усмехнулся.
  - Это была идея Рема, и я думаю, что это было блестяще. Мы пытаемся заставить Гарри понять, что ему не нужно все время быть маленьким ангелом. Мы хотим, чтобы он, понимаете, был ребенком и веселился.
  - Отличная идея, и я думаю, что она хорошо реализована, судя по той шутке, которую он запланировал для тебя, - сказал Дамблдор с улыбкой. - Ему больше не снились кошмары с тех пор, как мы говорили в последний раз?
  Сириус покачал головой.
  - Нет, во всяком случае, ничего такого, что он помнил, но с тех пор он пробирался в мою постель еще дважды. И две недели назад у него случился приступ паники у Уизли, но сейчас с ним все в порядке.
  - Паническая атака?
  Сириус кивнул.
  - Я думаю, что у него тоже были какие-то воспоминания, судя по тому, как Артур объяснил мне это, но Артур Уизли напугал его, и, ну, это просто разозлило его. Он случайно взорвал все окна на их кухне, но он любит туда ходить сейчас. Он даже стал настолько дружелюбным, что на днях обнял Артура на прощание.
  - Приятно слышать. То, что он хочет быть рядом с тобой по ночам, тоже совершенно нормально, - сказал ему Дамблдор.
  - Я рад видеть его улыбающимся и, кажется, таким домашним и счастливым.
  Сириус усмехнулся.
  - Я тоже. Как ты сказал, это требует времени.
  Дамблдор улыбнулся, потянувшись к своеймантии.
  - У меня есть две вещи для тебя. Во-первых, вот что, - сказал он, увеличивая сверток, который только что вытащил из-под плаща, до его законных размеров и вручая его. - ЭтоОмут памяти из блюда. Убедитесь, что ты нашел безопасное место для его хранения, так как ты не хочешь, чтобы кто-то случайно наткнулся на него.
  - Спасибо, - сказал Сириус, не сводя глаз с завернутой коробки. - Я еще даже не говорил об этом Римусу. Но я хочу поскорее приступить к делу.
  Дамблдор кивнул.
  - Я думаю, это замечательная идея. Во-вторых, о зелье, о котором мы говорили.
  Глаза Сириуса устремились к нему.
  - Вы получили рецепт?
  - И да, и нет, - осторожно сказал он, присаживаясь на край стола.
  - Что это значит? - спросил Сириус. - Можем ли мы получить его для Римуса или нет? Следующая луна не раньше середины сентября, но - каков здесь вердикт?
  Дамблдор колебался, прежде чем заговорить.
  - Это чрезвычайно изменчивое и сложное в приготовлении зелье. Оно должно настаиваться ровно шесть часов и должно быть выпито в течение тридцати минут после окончания приготовления, а также в течение двух часов после захода солнца. Ингредиенты также дорогие.
  Он отбарабанил высокую цену, но Сириус только пожал плечами.
  - Меня не волнует, сколько оно стоит, я хочу знать, сможем ли мы его сварить.
  Дамблдор покачал головой.
  - Требуется много усилий и много времени, чтобы делать это раз в месяц; что-то, что ты не сможешь делать, когда Гарри рядом, но я думаю, что у меня есть решение для тебя.
  - Я открыт ко всему, - с благодарностью сказал ему Сириус.
  Дамблдор кивнул.
  - Я говорил с профессором зелий в Хогвартсе, и он согласился добросовестно сварить зелье для Римуса, если ты предоставишь все ингредиенты.
  - Сделаю.
  Он колебался.
  - Тебе нужно будет приехать в Хогвартс за день до полнолуния, чтобы взять первый образец зелья и принести его Римусу. Как только оно окажется в его организме, он сможет пить одно и то же зелье следующие две ночи, но всегда должно быть в течение двух часов после захода солнца, чтобы зелье подействовало в полной мере. Белби рекомендует за час до захода солнца, но говорит, что при необходимости допускается двухчасовое окно.
  - Не проблема, Альбус. Я прослежу, чтобы он все выпил.
  Дамблдор улыбнулся, постукивая длинными пальцами по бедру.
  - Северус начнет варить его утром семнадцатого сентября. Ты можешь забрать его для Римуса вечером. Остаток зелья ты принесешь домой для него на следующие две ночи. Затем Северус даст тебе надлежащие инструкции. Понял?
  Сириус кивнул, радостно ухмыляясь.
  - Я не могу поверить, что это происходит. Я не могу поверить, что есть зелье, которое, наконец, поможет ему! И тот факт, что старый Слагги готов... подождите, вы сказали, что Северус, а не Слагхорн?
  - Я сделал это, да.
  Глаза Сириуса потемнели.
  - Альбус, а кто сегодня профессор Зелий?
  - Северус Снейп.
  - Бля нет! - воскликнул Сириус, скрестив руки на груди. - Ни за что, мать мою, Рем не может принимать ничего, что варит колючка! Он, мать мою, отравит его!
  - Уверяю вас, что он этого не сделает, - тихо сказал ему Дамблдор. - Северус не позволит старой школьной обиде помешать помочь нуждающемуся человеку. Он непременно сварит зелье для Римуса, даю тебе слово.
  Сириус просто смотрел на него.
  - проклятье, Альбус, Северус, долбаный Снейп, - ты нанял проклятогоСнивеллуса?
  - Снейп - блестящий зельевар, и он пришел ко мне в разгар войны в поисках убежища. Все его друзья обратились в Пожирателей Смерти. Я принял его и дал ему работу, и он ни разу меня не разочаровал, - строго сказал ему Дамблдор. - Он сварит Волчье зелье для Римуса. Если только ты не думаешь, что сможешь сварить его сам, правда?
  Кулаки Сириуса сжались по бокам. Он всегда преуспевал в учебе, но зельеварение никогда не было его сильной стороной, в то время как у Снейпа были пятерки по всем направлениям. Дамблдор был прав, он был блестящим зельеваром, и отказаться от возможности помочь Римусу из-за старой школьной обиды было не только мелочно и глупо, но и просто смешно. Он не позволит своему затуманенному суждению помешать ему помочь своему лучшему другу.
  Даже если он не доверял Снейпу настолько, насколько Гарри мог его бросить.
  - Снивелли сможет, - выплюнул Сириус, и глаза Дамблдора просто уставились на него. - Я имею в виду - Снейп может это сделать.
  Он улыбнулся.
  - Хорошо. К концу недели ты получишь сову со счетом за ингредиенты. Семнадцатого, Сириус.
  Сириус кивнул, снимая заглушающие чары, когда Дамблдор направился к выходу.
  - Я приду.
  Глава 27: Эпизод с битвой с аконитом
  - О чем это было? - спросил Римус, открывая пинту "Чешуи дракона" из коробки со льдом и делая глоток, пока Дамблдор аппарировал с подъездной дороги.
  Сириус пожал плечами и наклонился, чтобы поцеловать Гарри в лоб, который сидел за кухонным столом и рисовал. На улице шел проливной дождь, и он знал, что Гарри разочарован тем, что застрял внутри.
  - Несколько разных вещей. Я расскажу тебе позже, я и так опаздываю.
  Римус улыбнулся.
  - Кастелланос, должно быть, злится. Ты скоро снова пригласишь ее на настоящее свидание?
  Сириус усмехнулся, открывая дверь, чтобы выйти наружу и аппарировать.
  - Мы не ходим на настоящие свидания, Лунатик, мы просто трахаемся.
  Римус закатил глаза, и Сириус ухмыльнулся ему, прежде чем он аппарировал. Он поспешил вверх по лестнице в квартиру Алтеи и постучал в дверь.
  Алтея открыла его, и его рот отвис. Она стояла перед ним в черных туфлях на каблуках и в красной прозрачной ночной рубашке с кружевной отделкой. Красные трусики и такой же бюстгальтер, которые она носила под ними, были шелковыми. Она прислонилась к дверному косяку, накручивая волосы на палец, когда они падали ей на спину и на плечи.
  - Ты опоздал.
  Он закрыл рот и какое-то время смотрел на нее.
  - Мне никогда не было так жаль за всю мою жизнь.
  Она продолжала накручивать волосы.
  - Я не терплю опозданий.
  Брови Сириуса удивленно приподнялись.
  - Думаю, тебе придется меня наказать.
  Она схватила его за рубашку спереди и втянула внутрь.
  - О, я планирую.
  Дверь за ним закрылась, и она повела его в свою спальню, толкнув его на кровать. К его удивлению, ее колени врезались в кровать по обе стороны от его головы, и она улыбнулась ему.
  - В качестве наказания я буду использовать тебя ужасно, - сказала она ему, высвобождаясь из трусиков и скользя по его щеке шелком.
  У него перехватило дыхание, и его член дернулся в джинсах.
  - Я понимаю, я постараюсь не наслаждаться этим.
  Затем он схватил ее за бедра и притянул ближе, и его рот начал работать.
  К тому времени, как он отпустил ее, она выкрикивала его имя. Она жадно стянула его джинсы ровно настолько, чтобы втянуть его в себя, скача на нем сильно и быстро, пока они не рухнули друг на друга, задыхаясь.
  Сириус стянул с себя остальную одежду.
  - Я уже достаточно наказан?
  Она слегка шлепнула его, ухмыляясь, когда он удивленно посмотрел на нее.
  - Не опаздывай в следующий раз.
  Он заполз обратно на кровать, его рот закрывал ее грудь через ночную рубашку и лифчик, которые она носила.
  - У меня был нежданный гость. Извини, что опоздал.
  Алтея улыбнулась, когда он стянул ночную рубашку через ее голову и расстегнул лифчик, так что она оказалась перед ним голой. Его губы скользнули по ее животу, а ее руки зарылись в его волосы.
  - Все в порядке. Ты можешь купить мне пиццу, и мы поговорим об этом.
  Сириус просто ухмыльнулся и приподнял ее бедра, глубоко скользнув внутрь.
  - После.
  - После, - согласилась она, крепко обнимая его.
  После этого они сидели обнаженными в ее постели, ели пиццу и пили вино, пока Сириус рассказывал ей о новейшей шутке юного Гарри.
  Она смеялась.
  - Хотела бы я увидеть прочного и крепкого профессора Дамблдора, покрытого мукой, конфетти и посыпкой! Должно быть, это было зрелище!
  - Так и было, - сказал ей Сириус, ухмыляясь. - Но то, как Гарри просто катался по земле и смеялся, было настоящим зрелищем. Он... он ребенок, Кастелланос, и это самое замечательное.
  Алтея понимающе улыбнулась ему.
  - Я говорила вам, что это займет время, но это произойдет. Он уже начал действовать?
  Сириус посмотрел на нее в замешательстве.
  - Разыгрывает? Я только что рассказал тебе о его эпической шутке над Дамблдором.
  - Нет, - сказала она, смеясь. - Я имею в виду, это довольно удивительно, но я говорил о том, что он проверяет тебя, прощупывает твои границы.
  - Я не слежу.
  - Ну, в прошлый раз ты сказал, что вы с Римусом применяли больше правил и заставляли его есть больше овощей и выполнять больше работы по дому - он сомневался в этом?
  - Немного, - честно сказал ей Сириус, вспоминая последние несколько недель.
  Он составил таблицу рутинной работы со звездами, и у Гарри не было проблем с ней. Каждое утро он собирал фекалии Мародера со вчерашнего дня. Он кормил Мародера и раз в неделю купали щенка (помогали Сириус и Римус). Он заправил постель и убрал свою комнату, смеясь, когда Сириус пощекотал его тряпкой из перьев и приставил к заднице, пока тот скользил по стенам в "пыль". Он помогал с посудой и накрывал на стол, помогал с приготовлением пищи и начал делать просьбы и жалобы на еду.
  - Он немного жаловался на шпинат в салатах или даже просил десерты. И он немного скулил о времени сна, желая не ложиться спать позже.
  Алтея улыбнулась, потягивая вино.
  - Нормальное поведение. Но да, теперь он начинает вас проверять. Он знает, что вы делаете для него хорошего, и хочет увидеть, сколько хорошего он может получить, особенно потому, что все это для него в новинку.
  - Значит, он собирается начать действовать больше?
  Она кивнула.
  - О, определенно, и это хороший знак, - сказала она ему с улыбкой. - И вам придется начать думать о том, как далеко вы готовы отпустить его. Какие правила вы хотите ввести?
  - Правила, - сказал он с гримасой. - Я ненавижу правила.
  - Они не для тебя, Сириус, - ухмыльнулась она. - Для Гарри. Куда ему разрешено идти, что ему разрешено делать, когда он ложится спать, когда он может угоститься, когда к нему приходят друзья, и что им разрешено, а что нет... основные правила, которые необходимы каждой семье для поддержания здоровых границ и порядок здорового образа жизни.
  Он понимающе кивнул.
  - Да, в этом есть смысл. Он просто был настолько хорош, что мне не приходилось об этом думать. Римус и я определенно заставили его наслаждаться розыгрышами, так что это всегда весело, и приятно видеть его озорную сторону.
  - Ты поймешь это, - сказала она, слизывая соус для пиццы со своего мизинца.
  Сириус кивнул, потянувшись через кровать, чтобы взять ее маленькую грудь в руку.
  - Как ты относишься к правилам, Кастелланос?
  Его палец нежно массировал ее сосок, делая его твердым.
  - О, я очень хорошо разбираюсь в правилах.
  Сириус нежно массировал ее грудь, наклоняясь, чтобы поцеловать в шею.
  - Я всегда чувствовал, что правила созданы для того, чтобы их нарушать.
  Алтея положила свою руку на его, вздохнув от потери контакта, когда он отпустил ее грудь.
  - Зависит от правил.
  Сириус ухмыльнулся ей.
  - Правила отстой.
  Алтея выскользнула из его рук и спрыгнула с кровати. Она подошла к другому концу комнаты, схватила блокнот с комода и быстро что-то нацарапала, прежде чем вырвать первую страницу.
  - Первое правило на ночь, Сириус - прочитай это.
  Он закатил глаза, но взял листок бумаги, посмеиваясь.
  - Список дел Алтеи?
  - Заткнись и читай, - сказала она, забираясь обратно на кровать.
  Сириус откашлялся и начал читать:
  "Список дел Алтеи:
  1. Пицца и вино.
  2. Встать на колени и насладиться палочкой Сириуса Блэка - в полной мере.
  3. Сыграй с Сириусом Блэком"
  Сириус медленно сглотнул.
  - Это очень подробный и непослушный список, Кастелланос. Ты очень непослушная пташка.
  Она просто улыбнулась ему и опустилась на колени.
  - Что будет после пиццы и вина, Блэк?
  Он взглянул на список и ухмыльнулся ей.
  - Наслаждайтесь палочкой Сириуса Блэка. Полностью.
  Она смотрела на него, когда он подошел к краю кровати, и встала между его бедрами, прежде чем посмотреть на него.
  - Все еще не думаешь, что мы должны следовать правилам?
  Сириус просто смотрел, как ее губы скользнули по нему, и он откинул голову назад. Так что, возможно, некоторые правила были в порядке.
  Но только некоторые.
  ***
  Когда он вернулся домой поздно ночью, Гарри уже был в постели, а Римус почти спал на честерфилде в гостиной. Он поднял ноги Римуса, шлепнув их себе на колени, и сел рядом со своим другом. Затем он просто схватил друга за ноги и толкнул вперед, и Римус соскользнул с дивана, выругавшись, когда упал на пол.
  Сириус рассмеялся, и Римус повернулся и посмотрел на него.
  - Серезно? Тебе двенадцать?
  Сириус пожал плечами, когда Римус откинулся на спинку дивана и протер глаза.
  - Который сейчас час?
  - Сразу после часа. Я думал, ты ведешь Гарри к себе сегодня вечером?
  - К тому времени, когда мы убрали большой беспорядок, который он устроил в гостиной, мы решили просто остаться здесь. Как прошло твое не-свидание?
  Сириус широко ухмыльнулся, вытянув длинные ноги.
  - Моя метла была хорошо налажена.
  Римус фыркнул.
  - Я уверен, что это было. Что, мать твою, вы двое тогда делаете? Вы когда-нибудь гуляете?
  Сириус покачал головой.
  - Нет. Не с того первого свидания.
  Римус лишь ухмыльнулся ему.
  - Прошел месяц. Я не могу поверить, что она её устраивает это.
  - Она уезжает через несколько недель на Шри-Ланку. Никто из нас не ищет ничего серьезного. прямо сейчас, Рем, я все еще выясняю отношения с Гарри. В данный момент ему не нужны какие-либо другие большие изменения в его жизни, и, честно говоря, мне тоже.
  - Ты не можешь использовать Гарри как предлог, чтобы перестать жить своей жизнью, Сириус, - сказал ему Римус, внимательно глядя на друга.
  - Нет, - сказал ему Сириус. - Мне нравится Кастельянос, не поймите меня неправильно, но она уезжает через несколько недель и её не будет месяцами. Я не собираюсь начинать что-то, что никуда не денется. Мы оба все еще одиноки, может быть, но прямо сейчас - я просто наслаждаюсь ею.
  Римус улыбнулся своему другу.
  - Это имеет смысл.
  - Когда ты вообще в последний раз трахался, Рем? Почему ты задаешь мне вопросы о подружках, но ты никогда не позволял себе найти девушку?
  - Я другой. У меня другие проблемы.
  - Фигня!
  Римус вздохнул.
  - И я хочу, чтобы ты знал, что на Рождество я встретил милую девушку по имени Робин.
  - И?
  Римус лишь ухмыльнулся.
  - Мы провели две прекрасные недели в ее гостиничном номере.
  - Молодец, Лунатик. Ты заслуживаешь, чтобы кто-то играл с твоим большим членом, кроме тебя самого, - воскликнул Сириус, заставив своего друга покачать головой. - В любом случае, я рад, что вы с Гарри остались, я хочу поговорить с вами о том, почему Дамблдор был здесь.
  - Когда он попросил поговорить с тобой наедине, я забеспокоился, не связано ли это с Гарри?
  Сириус покачал головой, вставая.
  - Пойдем на кухню. Думаю, для этого нам обоим нужно немного виски.
  Римус последовал за ним, не сводя глаз с затылка друга. Он не был уверен, что ему нравится мысль о необходимости пить виски, чтобы закончить разговор. Это звучало для него зловеще. Он сел и смотрел, как его друг наливает по два пальца в стакан для каждого из них, прежде чем сел.
  - Ты читаешь "Ежедневный пророк", Лунатик?
  - Нет, я перестал читать его много лет назад, - сказал он, наблюдая, как Сириус делает глоток виски. - Я не доверяю тому, что они печатают, как тебе хорошо известно.
  - Месяц назад была статья о Белби, зельеваре в Министерстве, и он изобрел новое зелье, помогающее при помешательстве.
  - Э, хорошо?
  Сириус кивнул.
  - Помешательстве, характерном для тех, у кого ликантропия.
  Глаза Римуса взметнулись вверх, янтарные глаза закружились в мыслях.
  - Что?
  Сириус быстро объяснил о статье, вытащил из ящика стола старую газету и показал статью своему другу. К тому времени, когда он начал объяснять, как он подошел к Дамблдору, Римус уже дрожал.
  Сириус встал, обошел стол и обнял друга за плечи.
  - Я знаю, ты напуган, Лунатик. Но подумай, что может изменить это зелье.
  Римус оттолкнул своего друга, когда тот поднялся на ноги.
  - Я не боюсь, Сириус.
  Он подошел к окну и уставился в темноту. Когда Сириус снова обнял его за плечи, он вздохнул.
  - Я не могу поверить, что ты сделал все это, не поговорив сначала со мной.
  - Рем...
  - Нет, Сири! - закричал Римус, повернувшись к другу и снова сердито оттолкнув его руку. - Я знаю, что ты хотел как лучше, и ты был прав, думая, что я бы не сделал этого для себя, но... насколько дорого это зелье?
  Сириус колебался.
  - Ингредиенты трудно достать, скажу я тебе, но Снейп приготовит его для тебя.
  - Сколько, Сириус?
  - Ну, у меня еще нет счета, поэтому я не уверен в точных цифрах.
  - Сириус, - раздраженно сказал он.
  Он сдул волосы с глаз и засунул руки в карманы.
  - Примерно триста пятьдесят галеонов плюс сдача.
  - за год?
  Сириус закусил губу.
  - Ценаза партию ингредиентов.
  - ЗА ЗЕЛЬЕ?! - воскликнул Римус, запустив руки в волосы, а его глаза расширились.
  - Это смешно! Я не могу себе этого позволить! - воскликнул он в шоке. Когда Сириус собрался заговорить, он зажал рукой рот друга. - Даже не пытайся сказать мне, что будешь платить за это каждый гребаный месяц! А как насчет месяцев, когда две луны, а? Это вдвое дороже, Бродяга! Ничто не стоит таких денег!
  Сириус оттолкнул руку своего друга.
  - Лунатик, если бы ты позволил мне говорить...
  - Нет! Я напишу Северусу и скажу, что ему не о чем беспокоиться.
  - РИМУС! - закричал он, шокировав Римуса, который повернулся и посмотрел на него. - Ингредиенты можно использовать снова. Некоторые из тех, что вы покупаете, не просто порция этого зелья. Нам придется выкладывать эти деньги каждые четыре месяца.
  Это, казалось, немного успокоило Римуса, поэтому Сириус продолжил.
  - И мне все равно, что ты говоришь. Я бы потратил каждый кнат, который у меня был, на это зелье, если бы оно давало тебе две минуты покоя! Знаешь, как тяжело мне было осознавать, что каждый месяц с тех пор, как меня выпустили из тюрьмы, ты в полном одиночестве претерпеваешь эти ужасные превращения? Ты знаешь, как сильно я хочу быть рядом с тобой и не могу?
  - Дядя Бродяга? - спросил Гарри с порога, протирая усталые глаза. - Почему ты кричишь?
  - Извини, сохатик, - сказал Сириус, подбегая к усталому ребенку, беря его на руки. - Мы с дядей Муни только что разговаривали.
  Гарри зевнул и прижался к Сириусу.
  - Я хочу спать с тобой.
  Сириус улыбнулся и поцеловал его в щеку.
  - Конечно, сохатик.
  Он повернулся к Римусу.
  - Уже поздно, Лунатик. О первой партии уже позаботились в любом случае, а это значит, что до Рождества - это зелье будет у тебя. Об остальном поговорим завтра.
  Затем он повернулся и понес полусонного ребенка наверх, оставив Римуса одного на кухне, погруженного в свои мысли.
  Глава 28: Эпизод, где мародеры обнаруживают волка
  Я давно хотела написать, как Мародеры отреагировали на то, что Римус был оборотнем. Мне нравится думать, что они были абсолютно спокойны с этим. Как мы знаем из JKR, процесс попытки стать анимагом очень сложен и опасен, и мы знаем, что они узнали о Римусе на втором курсе, но освоили трансформацию только на пятом курсе. И я не знаю, правда ли это, но я прочитал на тамблере о том, как они начинали как детеныши животных, и я подумал, что это была самая милая идея, поэтому я хотел реализовать ее.
  Во всяком случае, это Римус в немного длинной главе. Наслаждайтесь.
  текст:
  Римус думал о разговоре с Сириусом всю ночь. Он не сомкнул глаз. Он ходил взад и вперед по кухне своего маленького коттеджа, проводя пальцами по волосам.
  Все, что сказал ему Сириус, имело смысл, и он знал это.
  Это БЫ помогло бы ему.
  Это изменит все в том, как он трансформировался.
  Это БЫЛО бы выгодно ему во всех отношениях.
  Так почему же он протестовал против этого?
  Римус знал, что дело не только в деньгах.
  Да, ему было стыдно, что без денег, которые Сириус платил ему за обучение Гарри, он едва ли сможет сохранить коттедж, оставленный ему родителями по завещанию.
  Да, ему было стыдно, что без этой учительской работы он вообще едва проживет.
  Да, ему было стыдно, что он не может позаботиться о себе только потому, что он оборотень, и поэтому ненадежен и неблагонадежен в рабочей силе волшебного мира, согласно правилам, установленным Департаментом и Положением о контроле магических существ. Вот почему он держал свое состояние в секрете и делал все возможное, чтобы Министерство не узнало, что он оборотень.
  Ему всегда было стыдно, и, возможно, в этом была проблема.
  У него был грязный секрет о себе. Он был существом, которого боялись другие дети, и он был им столько, сколько себя помнил. Он почти ничего не помнил о своей жизни до того, как его укусил Фенрир Сивый, когда ему было всего четыре года. Он думал, что будет обречен навеки, что ему придется прятаться и страдать от ужасных трансформаций в полном одиночестве.
  Когда он впервые был укушен незадолго до своего пятого дня рождения, его сдерживание во время трансформации не было слишком сложным для его родителей. Простая запертая комната и множество заклинаний глушения работали нормально, и утром его родители находили его слегка избитым, стены поцарапанными, а все в комнате с ним разорванным - но его содержали. Однако по мере того, как он становился старше, росли и его волчьи наклонности, и к тому времени, когда ему исполнилось десять лет, он был способен выбивать двери и разбивать окна. Римус знал, что его родители были в ужасе от того, как контролировать и сдерживать его, когда он становился старше и сильнее.
  Но затем произошло нечто удивительное.
  Альбус Дамблдор появился на пороге их дома, и его родители были так взволнованы, что пытались помешать ему войти в их скромный дом. Но, используя свое представительное обаяние, он не только был приглашен внутрь, но менее чем через пять минут Дамблдор уже сидел у камина, ел пышки и играл в плюй-камни с Римусом. Он вспомнил, как добр был к нему директор. У Люпинов никогда не было посетителей, так что одно это было удовольствием, но ничто не потрясло Римуса больше, чем когда Дамблдор сказал ему, что не видит причин, по которым Римус не сможет посещать школу, и он быстро описал меры предосторожности, которые он был готов принять. Реализовать, чтобы позволить Римусу присутствовать.
  Но ему, конечно, придется держать свое состояние в секрете от остальной школы.
  Дамблдор объяснил, как он отправится в безопасный и уютный дом в деревне Хогсмид, охраняемый множеством заклинаний и доступный только через подземный переход с территории Хогвартса, где он сможет трансформироваться в мире и вдали от всех.
  Римус был вне себя от возбуждения. Он мечтал встретить других детей и впервые завести друзей и товарищей по играм.
  Он закрыл глаза, вспомнив тот первый день на платформе.
  ***
  Он стоял на платформе девять и три четверти, рука матери обнимала его за плечи. Его руки нервно были в карманах, когда он смотрел на алый паровоз перед ним.
  - Не стоит нервничать, Рем. Профессор Дамблдор пообещал, что будут приняты все меры предосторожности. Ты будешь в безопасности.
  - Мама, это не моя безопасность, - мягко сказал Римус, не сводя глаз с поезда.
  Хоуп Люпин поцеловала сына в щеку.
  - Будут приняты все меры предосторожности, Римус. Ты можешь не беспокоиться об этом. И у тебя есть несколько недель, чтобы обустроиться в общежитии, завести друзей и насладиться уроками, прежде чем тебе действительно придется об этом беспокоиться.
  Римус почесал небольшой шрам в форме полумесяца над левой бровью. Он каким-то образом сделал это с собой несколько лет назад, и вряд ли это был единственный шрам. Он почувствовал, как мать крепко сжала его плечи, и улыбнулся ей. Он знал, как она волновалась из-за его отъезда в Хогвартс, и последнее, чего он хотел, так это дать ей повод для беспокойства, когда дело дойдет до него.
  - Ты права, мама.
  Он поцеловал ее в щеку.
  - Это будет грандиозно. Не волнуйся. - Она улыбнулась ему, крепко обнимая. - Ты напишешь домой в конце недели и расскажешь нам все! Мне нужны все подробности твоей первой недели, хорошо?
  Лайалл Люпин прижал сына к себе, чтобы обнять.
  - Не думай скрывать свой секрет, просто будь собой и заводи друзей. Отлично проведи время. Сыграй пару розыгрышей.
  - Лайалл!
  - Что? Ты зачинщик этого, Хоуп! - сказал он со смехом, когда Римус ухмыльнулся своим родителям.
  - Мы тебя любим! Не забывай писать!
  Он улыбнулся своей матери.
  - Не буду. Обещаю. Увидимся на Рождество?
  Услышав ее кивок, он позволил ей еще раз обнять себя, прежде чем направился к поезду со своим чемоданом на буксире, а его родители безумно махали позади него.
  Он нашел купе для себя и устроился в углу у окна, наблюдая, как платформа заполняется учениками, родителями и младшими братьями и сестрами, чтобы всех проводить. Он закрыл глаза, отвернувшись от окна. Начать школу с тайной, которую он хранил, было невероятно страшно для него. Он полез в свою сумку и вытащил роман, который читал. Замечательное произведение маггловской фантастики про Шерлока Холмса и устроил себе спокойную поездку на поезде.
  Прошло десять минут, когда Ватсон спрашивал своего друга, как он мог прийти к таким выводам, что дверь купе скользнула в сторону, и там стоял маленький, немного пухлый мальчик с грязными светлыми волосами и водянистыми голубыми глазами. Он держал клетку с коричневой совой, когда заглядывал в купе.
  - М-можно мне сесть здесь? Везде полно народу.
  Римус указал на пустую скамью.
  - Конечно!
  Мальчик сел, осторожно поставив клетку с совой на скамейку. На мгновение он неловко поерзал, а затем просто откинулся назад и закрыл глаза, когда поезд тронулся.
  Римус вернулся к своей книге. Он прочитал еще две страницы, прежде чем понял, что мальчик смотрит на него. Он поднял голову и посмотрел на него.
  - Нервничаешь?
  Мальчик кивнул, сложив руки на коленях.
  - М-моя мама говорит, что мне нельзя. Я Питер.
  - Римус, - сказал он, чувствуячто ему жалко мальчика. Он выглядел еще более одиноким и изолированным, чем чувствовал себя Римус.
  - Я тоже немного нервничаю. Я никого не знаю.
  Питер кивнул, облегченно улыбаясь.
  - И я нет.
  Он полез в карман, вытащив оттуда колоду карт.
  - Тебе нравится взрывающиеся карты?
  Римус закрыл книгу и улыбнулся.
  - Мне это нравится. На самом деле, я действующий чемпион.
  Питер рассмеялся, вытаскивая карты из сумки.
  - Что ж, чемпион, приготовься к свержению.
  Римус ухмыльнулся ему в ответ.
  - Принеси это.
  Потребовалось десять минут, чтобы карты взорвались, и Питер подпрыгнул, когда его бровь была опалена, что заставило Римуса рассмеяться.
  - А я до сих пор держу чемпионство! - заявил он, вставая и кланяясь.
  Питер ухмыльнулся ему, убирая свои карты.
  - Ты действительно хорош. Хорошо сыграно.
  Римус кивнул и откинулся на спинку сиденья.
  - Итак, Питер, расскажи мне что-нибудь о себе.
  - Что именно? - спросил он, кладя слегка подгоревшие карты обратно в держатель.
  Римус поднял книгу, которую читал.
  - Ты любишь читать?
  Питерпомертвев затрясся.
  - Определенно нет. Мама всегда пыталась привить мне любовь к литературе, но по большей части мне было скучно. Хотя я люблю животных, растения и художественную магию, и мне немного грустно, что мы не можем заниматься ею до третьего года. Хотя немного взволнован, чтобы увидеть, какие изящные вещи мы будем делать нагербологии. А это Сова.
  Испуганная бровь Римуса весело приподнялась.
  - Ты назвал свою сову, Сова?
  Питер ухмыльнулся.
  - Да. Мама пыталась заставить меня изменить имя, но он привык к нему, и теперь это все, на что он будет отвечать. Мне это нравится. Это оригинально.
  - Да, это так, - сказал Римус, сдерживая смех. - Ну, я люблю читать. На самом деле я много читаю. Мне нравится исчезать на некоторое время и становиться кем-то другим, понимаете? Это довольно освобождает и возбуждает, - объяснил он, скрестив ноги. - Особенно маггловские истории.
  - Ты магглорожденный? - спросил Питер, его слезящиеся глаза удивленно уставились на Римуса. - Я имею в виду, откуда еще ты знаешь о маггловских историях?
  Римус рассмеялся.
  - Нет, но моя мама - маггл. Мой папа - полукровка. Мама любит сказки и всегда делилась ими со мной с тех пор, как я был ребенком. Папа работал в отделе регулирования и контроля магических существ.
  Питер кивнул, улыбаясь. Я думаю, что именно там я хотел бы работать, я имею в виду в Министерстве. Папина работа ужасно скучная. Он работает в Департаменте магического транспорта. Однако он проводит тестирование Apparition, так что это довольно мерзко. Моя мама работает в цветочном магазине на Косом переулке".
  - Моя мама работала в страховой конторе, знаете ли, в маггловском мире. Она сказала, что может вернуться сейчас, когда я в Хогвартсе, а не дома, чтобы ей было о чем позаботиться.
  - Как ты живешь между двумя мирами, приятель? Как твоя мама знает все о магии и прочем? - спросил Питер, с любопытством наклоняясь вперед.
  Римус пожал плечами.
  - Это не сложно. Мама говорит магглам, что папа работает в М15, поэтому его работа всегда засекречена. Это как маггловская версия Департамента тайн. Даже мои бабушка и дедушка не знают, что папа волшебник. Твои родители оба ведьма, а волшебник?
  - Да. Мама чистокровная, происходит из длинного рода ведьм и волшебников, но мой папа тоже полукровка, так что они были почти уверены, что я буду волшебником. Мама говорит, что я буду в Хаффлпаффе, как мой Папа был, но я не знаю, я чувствую, что это не мое место, понимаешь? Ты знаешь, какому дому ты будешь принадлежать? - спросил его Питер, вытянув ноги на полке.
  Римус покачал головой.
  - Нет. Папа тоже не дал мне ни малейшего намека на то, как они выбирают дом. Он просто сказал, что это было похоже на проверку ума. Хотя он был в Гриффиндоре.
  Питер улыбнулся.
  - Дом Храбрых. Это дом Дамблдора, ты знаешь? Папа всегда рассказывал мне истории о том, как Дамблдор победил Грин-де-Вальда. Он мог бы быть министром магии, но вместо этого он всецело руководит школой. Он, должно быть, странный.
  - Вообще-то он очень милый, - честно сказал ему Римус. В конце концов, это Дамблдор приехал навестить его и лично заверить, что ему будет позволено получить лучшее магическое образование, какое он только сможет ему дать. - Я познакомился с ним летом. У моих родителей были вопросы о Хогвартсе, и, думаю, он был более чем готов на них ответить.
  - Вау, - сказал Питер, широко улыбаясь. - Это нечестиво, приятель!
  Он скрестил руки перед собой.
  - Будет гениально, если бы мы были в одном доме. Было бы неплохо познакомиться с кем-то сразу.
  Римус улыбнулся в ответ. Он должен был согласиться с оценкой Питера.
  - Да, это было бы здорово. Эй, как ты относишься к волшебным шахматам?
  Питер ухмыльнулся.
  - Я действующий чемпион в этом. Никто никогда не побеждал меня.
  Римус встал и потянулся за своим чемоданом.
  - Ну, пора бы кому-нибудь это сделать.
  ***
  Воспоминание заставило его улыбнуться. Питер Петтигрю был первым, кто заговорил с ним, а потом они оказались в одном доме вместе с Джеймсом и Сириусом. Они все стали такими большими друзьями. Он все еще не мог поверить, что маленький Питер был тем, кто предал их; тот, кто заберет у них Джеймса и Лили.
  Он должен был предвидеть это. Он должен был догадаться, что с ним что-то не так.
  Но даже оглядываясь назад, он все еще не предвидел этого.
  Питер был таким добрым и забавным, и ему нравилось иметь его в качестве друга. Римус подвинулся, чтобы коснуться фотографии, которую он поставил на полке в своей кухне. Лили сняла его, когда они были на седьмом курсе. Они выглядели такими молодыми и беззаботными здесь, подумал он. Как Питер мог это сделать? Он оказал такую поддержку в тот момент, когда узнал, что Римус был оборотнем.
  Все они так меня поддерживали. Он уставился на фотографию, сделанную кем-то из них в конце шестого года, все такие беззаботные и молодые.
  ***
  - Рем? Мы можем поговорить с тобой минутку? - спросил Питер, садясь за большой стол в библиотеке, за которым сидел его друг, и вокруг него были разбросаны книги.
  Лили Эванс занималась рядом с ним, и она посмотрела на Питера, ее взгляд на мгновение расфокусировался, как будто она все еще была очень погружена в текст по истории магии, который она довольно безуспешно пыталась запомнить.
  - Привет Питер.
  - Привет, Лили, - он снова повернулся к Римусу. - Так мы можем поговорить?
  - Конечно, Пит, что происходит?
  Питер покачал головой.
  - Нет, в частном порядке.
  Римус оторвался от домашнего задания по трансфигурации.
  - У меня еще тридцать минут до комендантского часа, Пит, неужели нельзя подождать?
  - Пожалуйста, Римус.
  Римус вздохнул и начал собирать вещи.
  - Прости, Лили.
  Она отмахнулась от него, зевая и тупо глядя на страницы.
  - До свидания.
  Римус усмехнулся над трудностями Лили, прежде чем последовал за своим другом из библиотеки. К его удивлению, он повел его не в общежитие, а за зеркало на четвертом этаже. Римус ахнул от удивления, обнаружив себя в большой пещере, которая, казалось, вела из школы, прежде чем он ухмыльнулся Джеймсу и Сириусу.
  - Ребята, вы нашли это?
  - Да, - сказал Питер с ухмылкой, роняя свою сумку с книгами на землю. - Он ведет в Хогсмид.
  - Великолепно, - сказал Римус, улыбаясь своим друзьям. - Это то, для чего ты хотел, чтобы я был здесь?
  Джеймс вздохнул, проводя пальцами по волосам.
  - Частично. Мы действительно хотели показать тебе новое открытие Пита, но мы также хотим поговорить с тобой. Рем, мы хотели поговорить с тобой о том, как ты себя чувствуешь в последнее время.
  - Я в порядке, - настаивал он, почесывая нос. - Я полагаю, что немного устал. В последнее время я очень усердно учился.
  - Чтобы компенсировать пропущенную школу, - добавил Джеймс. - Да, мы поняли. Вот о чем мы хотим поговорить с тобой, пропустить школу.
  Римус неловко поерзал.
  - Послушай, я довольно часто нужен моим родителям. Моя бабушка - на кладбище, и ее потеря памяти становится довольно серьезной.
  - Твоя бабушка умерла в прошлом году, Римус, - заметил Сириус. - Или это то, что ты сказал нам.
  - Нет, это моя другая бабушка, - сказал Римус.
  Сириус закатил глаза.
  - Она умерла летом.
  Римус открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не издал ни звука. Он не осознавал, что использовал ту же ложь, но, очевидно, его друзья обращали на него больше внимания, чем он думал.
  - Шрамы на спине Сириуса, мы знаем, что они от его безумных матери и отца. Но ты, кажется, регулярно собираешь новые шрамы, - сказал Джеймс, указывая на бровь и шею Римуса, а затем обвел его грудь и спину своим пальцем.
  - Не говоря уже о том, что ты, кажется, продолжаешь набирать и терять вес с невероятной частотой, которая, кажется, всегда коррелирует, когда тебе нужно таинственным образом покинуть замок, - добавил Сириус, прислонившись спиной к стене пещеры, скрестив руки перед собой. Одна нога поднята, ступня у стены.
  - К тому же я видел, как прошлой ночью мадам Помфри спрятала тебя в плащ и торопливо вела через территорию замка, - сказал Питер.
  - Мой папа работает в Департаменте магического транспорта, Римус. Если бы тебе нужно было вернуться домой, это был бы последний способ добраться туда.
  Теперь Джеймс уставился в большие слегка испуганные глаза своего друга.
  - Новый шрам на твоей шее все еще выглядит свежим, как будто тебя оцарапал дикий зверь.
  - Еще только конец ноября, приятель, а ты уже девять дней как болен! - воскликнул Сириус.
  - И это были почти одни и те же дни каждый месяц!
  Питер соскользнул на землю пещеры, вытянув перед собой ноги.
  - Мы просто беспокоимся о тебе, Римус.
  - Не надо, - быстро сказал он. - Не о чем беспокоиться. Я ценю тот факт, что ты беспокоишься обо мне, но я в порядке. Честное слово.
  - Когда ты приехал ко мне в последнюю неделю лета, Рем, даже мама волновалась. Она сказала, что ты выглядишь слишком изможденным!
  Римус улыбнулся Джеймсу.
  - Твоя мама - самый хороший человек, которого я когда-либо встречал. Но в августе я заболел одной из тех ужасных летних простуд, и я только что оправился от нее, когда мы с Питом приехали погостить у тебя.
  Сириус немного поморщился. Римус знал, что ему все еще грустно, что он не смог уйти. Его родители категорически отказались позволить ему пойти навестить своего друга-предателя крови.
  - Вы, ребята, зря беспокоитесь.
  - А как насчет того факта, что прошлой ночью за ужином домашние эльфы приготовили для вас особую тарелку с едой, состоящую из стейка и пирога с почками и стейка, приготовленного с кровью? - спросил Сириус, внимательно глядя на Римуса.
  Теперь Римус усмехнулся.
  - Сири, я просто люблю свой стейк с кровью и спросил домашних эльфов, не будут ли они возражать против того, чтобы приготовить мне мой стейк таким же образом. Джейми делает это ВСЕ время со своими просьбами о пироге с патокой при каждом приеме пищи, включая завтрак!
  Джеймс ухмыльнулся.
  - Наверное, это было плохо, когда мы с Сири в прошлом году узнали, как попасть на кухню.
  Питер рассмеялся, почесав щеку.
  - Но оно того стоит.
  - Послушайте, я думаю, что вы молодцы, что беспокоитесь обо мне, но я в порядке, правда! Мы можем просто вернуться в Гриффиндорскую башню прямо сейчас? - спросил Римус, улыбаясь им.
  - Только если ты ответишь еще на несколько вопросов, - настаивал Сириус.
  Римус вздохнул и расстегнул кардиган.
  - Отлично.
  Джеймс кивнул, увидев, что расстегивает джемпер.
  - Ты редко простужаешься.
  Римус пожал плечами.
  - Уменя горячая кровь. Папа тоже такой; бедная мама под тремя одеялами и у огня, а мы с папой прекрасно себя чувствуем в футболке.
  Сириус выглядел скептически, прежде чем заговорил.
  - Две недели назад на Зельеварении зелье Дэвиса взорвалось, и когда он в шоке отпрыгнул назад, он упал обратно на полку, и все это рухнуло - пока вы не схватили его и не удерживали на месте, прижимая к стене.
  - Так?
  - Итак, эта полка была заполнена ингредиентами и учебниками и весила тонну! Нужно обладать суперсилой, чтобы удержать ее на месте и поставить обратно, как ты это сделал.
  - У меня вряд ли есть суперсила, Сириус, - со смехом сказал Римус.
  Брови Джеймса поднялись.
  - Ты не человечески силен, Люпин, ты должен признать.
  Римус пожал плечами, на его лице появилась легкая улыбка.
  - Хорошо, значит, я немного силен, что-то не так с этим?
  - Нет, это просто странно, - сказал Джеймс, скользя взглядом по довольно тощим рукам и длинным ногам своего друга. - Учитывая, насколько ты худой.
  - И бледный! - добавил Сириус.
  - Сириус, ты бледнее меня! - воскликнул Римус, теперь закатывая глаза.
  - Каждый раз, когда тебе нужно уйти по какому-то семейному делу, накануне у тебя болит голова, и ты двигаешься медленнее, как будто ваши мышцы и суставы болят! - воскликнул Джеймс, пытаясь заставить своего друга воспринимать его всерьез.
  Римус просто смотрел на своих друзей. Он не мог поверить, как много они заметили в нем.
  - Просто выплюньте то, что вы, ребята, пытаетесь сказать!
  - Твои глаза цвета золотого виски, но когда на них падает лунный свет, они становятся почти дикими янтарными, - мягко сказал Сириус.
  - После возвращения в школу тебе всегда снятся кошмары, - добавил Джеймс.
  Римус побледнел. Он подумал о том, как прошлой ночью ему приснилось, что он трансформировался посреди класса защиты от темных искусств, и профессор Кинкейд приказал всему классу убить его. Он проснулся в холодном поту от Джеймса, стоящего над ним с обеспокоенным видом. Он вспомнил, как Джеймс просто забрался к нему в постель и начал бормотать о каком-то безумном сне, в котором кентавр украл его метлу. "Эти трое всегда так делали", - подумал Римус. Каждый раз, когда ему снился плохой сон, они шли по очереди. Джеймс, Сириус, Питер... один из них просто будет там.
  Они никогда не просили его говорить об этом.
  Они никогда не подвергали сомнению это.
  Сейчас был ноябрь второго года - и они сомневались в этом.
  Он закрыл глаза и медленно вздохнул.
  - Всем снятся кошмары. Сириусу снятся кошмары почти так же часто, как и мне.
  - Эм, грубо! - сказал Сириус, рассмешив Джеймса.
  Тут заговорил Питер.
  - И Сириус сказал на днях, что действительно заставило нас волноваться, Рем, те дни, когда ты уезжаешь, всегда соответствуют лунному циклу. Это было полнолуние.
  Кулаки Римуса крепко сжались по бокам, он схватил свою сумку и повернулся, чтобы уйти. Сириус схватил его за руку, и он оттолкнул его назад, сила захлестнула его. Сириус споткнулся, и Джеймс схватил его.
  - Я в порядке! - воскликнул Римус.
  Джеймс схватил Римуса за руку, но, к удивлениюРимуса, просто обнял его. Сириус обнял Римуса и Джеймса, а Питер обнял Римуса со спины.
  - Ты не в порядке, Рем. Ты не в порядке. И лгать нам все время нелегко, - сказал Джеймс низким голосом над ухом. - Ты наш лучший друг, и мы любим тебя.
  - Правда, приятель. Не говоря уже о том, что ты настоящий наш гений! - подсказал Сириус с улыбкой, и Римус усмехнулся ему в плечо.
  - И нам плевать, что ты воешь на луну, - добавил сзади Питер.
  Римус замер в их объятиях, и все трое прижали его крепче.
  - Мы знаем, Рем, - прошептал Джеймс.
  Римус покачал головой.
  - Ты - не можешь!
  Сириус отстранился и сжал лицо Римуса руками, удерживая его неподвижно.
  - Мы знали это с конца прошлого года. Ну, мы подозревали в конце прошлого года, но подтвердили это в этом году.
  Римус вырвался из хватки Сириуса, но руки Джеймса заменили руки Сириуса на его лице.
  - Отпусти меня!
  - Нет, - сказал Джеймс. - Ты наш лучший друг, и нам плевать, что ты оборотень.
  Слезы полились по лицу Римуса прежде, чем он успел их остановить, а вырвавшееся из него рыдание было таким громким, что он сам вздрогнул. Трое его друзей снова обняли его, и он прильнул к ним, плача. Когда ему, наконец, удалось взять себя в руки, он оттолкнул их.
  - Откуда ты знаешь?
  Джеймс ухмыльнулся.
  - По всем признакам, перечисленным выше, Рем.
  Он потянул Римуса на пол пещеры, и все трое уселись вокруг него, крепко держась за него. Джеймс держал его за левую руку, Питер - за правую, а Сириус - за лодыжки.
  - Сразу после экзаменов в прошлом году Сириус упомянул, как это было странно, что тебе всегда, казалось, приходилось внезапно уходить в полнолуние. Затем, после экзаменов, наступало полнолуние, и ты рано уходил домой. Летом ты по словам моей мамы, выглядел иизможденым, и я вспомнил, что полнолуние было за три дня до твоего приезда.
  Сириус улыбнулся, нежно сжимая лодыжку Римуса.
  - Мы начали присматриваться к тебе в поисках новых признаков, и, конечно же, конец сентября, полнолуние, тебе пришлось вернуться домой, потому что твой отец был болен.
  - Затем, когда наступил октябрьский лунный цикл, мы заметили новые шрамы и начали исследования в библиотеке, - сказал Питер.
  - Джеймс сразу сказал оборотень, но я сказал ему, что ты не можешь им быть, потому что оборотни - злобные и опасные существа, а ты... ты совсем не такой.
  Слезы снова потекли по его щекам, и он поспешно вытер их.
  - После моего дня рождения мы внимательно следили за тобой, - сказал Сириус, наблюдая за своим другом. - Мы наблюдали за всеми признаками. Твоей силой, головной болью и медленными движениями - и, когда, как раз перед полнолунием, ты пошел "домой": мы знали.
  - Мы пробрались под мой плащ-невидимку и последовали за тобой в больничное крыло. Мы последовали за мадам Помфри, котораязавернув тебя под этот большой плащ, и повела через территорию к дереву Гремучей ивы. Она обездвижила дерево своей палочкой, ударила по чему-то в проходе и вы двое исчезли под ним. Через пятнадцать минут она вышла одна, - объяснил Джеймс.
  Слезы текли по его щекам, и он попытался вырваться из рук своих друзей, но они схватили его, лежа на его теле, чтобы удержать его на месте.
  - Прости, что я солгал вам! - воскликнул он, борясь под ними. - Я чудовище! Дамблдор знает. Он посадил для меня дерево, чтобы я мог убежать от людей и защитить их! Я... я посмотрю, смогу ли я получить новую комнату!
  - Новая комната? - в замешательстве спросил Сириус. - Зачем тебе новая комната? Это то, что под Ивой?
  Джеймс посмотрел на Сириуса и снова повернулся к Римусу.
  - Мы все еще хотим, чтобы ты был в нашем общежитии, Рем.
  Римус посмотрел в карие глаза Джеймса.
  - Что? Ты хочешь жить в одной комнате с отвратительным злобным монстром?
  Джеймс выглядел потрясенным.
  - Римус! Как ты смеешь так грубо говорить о Пите! Ты ведь знаешь, как он чувствителен к своему гневу!
  Питер естественно пожал плечами.
  - Не заставляй меня злиться. Я превращусь в большую зеленую машину для убийств.
  Сириус рассмеялся.
  - Отсылка к Халку, мило, - сказал он, ухмыляясь Питеру. - О чем мы бы никогда не узнали, если бы ты не показал нам свою коллекцию маггловских комиксов, Рем.
  Римус уставился на них троих. Они просто шутили, как обычно. Как будто только что не была сброшена огромная бомба.
  - Что, мать вашу, не так с вами тремя? - взорвался Римус, оттолкнув их и вскочив на ноги, его глаза сверкнули гневом. - Ты только что узнал, что я проклятый оборотень! Ты хоть представляешь, насколько я опасен? Я проклятый монстр!
  - Ты просто похож на Рема. - просто сказал Сириус.
  Гнев Римуса мгновенно улетучился.
  - Тебе... тебе все равно?
  Джеймс ухмыльнулся ему.
  - Мы уже знаем, какой ты классный, и смешной, и умный, и серьезный друг, настоящий гений шуток, но теперь мы знаем и твой секрет. Так что иногда ты можешь быть опасным. Ты оборотень. Так что, блядь?
  - Но... но я болен! - пробормотал он.
  Сириус закатил глаза.
  - Ты собираешься укусить кого-нибудь из нас во сне?
  - Что? - растерянно сказал Римус. - Нет, зачем мне...
  - Вот именно, - сказал Сириус, ухмыляясь Питеру.
  - Разве Джейми только что не сказал, что он умный?
  Питер пожал плечами.
  - Может быть, он потерял несколько клеток мозга, когда мы повалили его на землю. - Джеймс широко ухмыльнулся и потянул Римуса обратно на пол пещеры, где они вчетвером прижались друг к другу. - И для протокола, Рем, мы не думаем, что ты монстр. Ты просто Римус. Наш лучший друг.
  Сириус вдруг захихикал, удивлённо прикрывая рот рукой.
  - Мерлин! Рем, я только что понял!
  - Что понял? - осторожно спросил Римус. Он все еще был в полном шоке от того, что трое просто приняли его, как если бы он был нормальным.
  - Твое имя... приятель, ты должен был стать волком.
  - Что?
  - Римус Люпин, оборотень! Приятель, твое имя практически означает Волк Джон Волк! - сказал он, смеясь.
  Питер ухмыльнулся, смех вырвался у него изорта.
  - Мерлин! Сириус, ты прав!
  Римус просто смотрел на них, пока они все смеялись.
  - Меня зовут Волк Джон Волк, и я вою на луну, - сказал он, широко улыбаясь.
  - Сукин сын.
  Глаза Джеймса стали серьезными, когда он обнял друга за плечи.
  - Эй, Рем, ты, я имею в виду, когда ты знаешь трансформацию и все такое, ты всегда один?
  - Конечно, я один! - воскликнул Римус, широко раскрыв глаза от шока. - Я бы причинил кому-нибудь боль, Джейми! Я бы, наверное, убил их! Я даже... я бы даже не вспомнил об этом!
  Джеймс кивнул.
  - Но только людям, верно?
  Римус выглядел сбитым с толку.
  - Что? О чем ты?
  Легкая полуулыбка появилась на лице Сириуса, когда он посмотрел на Джеймса.
  - Джеймс, ты действительно крайне хорош!
  Питер посмотрел на них троих в полном замешательстве.
  Джеймс улыбнулся Римусу.
  - Оборотни не кусают животных.
  - О чем ты, Джейми? - раздраженно сказал Римус.
  - Я превращаюсь в неуправлемого волка! Я могу вырвать глотку любому животному, если захочу!
  - Нет, - сказал он, широко улыбаясь. - Я имею в виду, если вы укусите животное, скажем, кролика, например, они не превратятся в гибрид кролика и волка.
  - Ну, очевидно, нет, - осторожно сказал Римус, удивляясь, почему его друг задает такой глупый вопрос.
  - Я имею в виду, что кролик, вероятно, был бы мертв, но нет, он не стал бы оборотнем.
  - Животные в безопасности.
  Питер все еще выглядел сбитым с толку.
  - Значит, Римус может быть рядом с другими животными, когда превращается в оборотня, ну и что?
  Сириус хлопнул Питера по спине, сжав его плечо.
  - Именно то, что говорит Джеймс, Пит.
  Он ухмыльнулся Римусу.
  - Если бы мы все были животными, тебе не пришлось бы быть одному.
  Джеймс кивнул.
  - Именно так.
  Римус не знал, что сказать. Все трое широко улыбались ему с любовью и восхищением, и он никогда не чувствовал себя так хорошо за всю свою жизнь.
  - Вы... вы хотите быть животными, чтобы я не был один?
  Джеймс ухмыльнулся.
  - Да. Мы научимся становиться анимагами.
  - Звучит здорово! Джеймс, ты не знаешь, если мы выберем наше животное? Я думаю, я хотел бы быть чем-то очень фантастическим, как огнедышащий мать его дракон!
  - Сириус, будь реалистом! Как бы мы могли тайно тусоваться с Римусом, если бы ты был драконом? - сказал Джеймс, закатывая глаза. - Хотя это было бы блестяще!
  Питер ухмыльнулся.
  - И тебе не нужно выбирать, Сириус. Мой дядя Дон - анимаг и ворон. Он сказал, что лучше всего летать.
  - Асы! - воскликнул Сириус. - Я почти уверен, что в кабинете моего отца есть старая книга о превращениях анимагов. Я найду ее, когда приду домой на Рождество.
  Джеймс с ухмылкой хлопнул себя по ладоням.
  - Отлично! Не могу дождаться начала.
  - Ты... ты действительно сделаешь это для меня? - в шоке спросил Римус, глядя на них широко открытыми глазами. - Предполагается, что стать анимагом невероятно сложно и болезненно. На это могут уйти годы! Ты не продумал это до конца", - настаивал он, поднимая руки к своим волосам и заставляя их вставать дыбом, когда он выглядел еще более измученным.
  Сириус и Джеймс просто улыбались, пока Сириус говорил.
  - Это для тебя, Рем, нам не нужно об этом думать.
  Джеймс ухмыльнулся Сириусу.
  - Может быть, ты мог бы быть грифоном, они довольно величественны!
  Питер рассмеялся.
  - Также трудно молчать на территории школы. Я хотел бы быть жирафом.
  - Ты просто хочешь быть выше, карлик, - сказал Сириус, расстегивая мантию-невидимку Джеймса и накрывая ею всех четверых. Будучи самым старшим в тринадцать лет, он также был самым высоким из четверых.
  Питер вздохнул.
  - Да, было бы здорово быть побольше.
  - Нам всего двенадцать, Пит, наберись терпения, - сказал Джеймс, смеясь. - Оооо, как здорово быть львом или гигантским медведем?
  - Злюка, - сказал Питер, утягивая Римуса под плащ. - Пошли, Римус, нам нужно вернуться в общежитие, комендантский час уже давно прошел.
  Римус переместился под плащ со своими друзьями.
  ***
  Его друзья.
  Они приняли его.
  Он никогда не чувствовал себя более нормальным мальчиком за всю свою жизнь.
  Он смотрел на восход солнца в саду за его домом четырнадцать лет спустя и выливал остывшую чашку чая. Трое из них изменили свою жизнь ради него. Они так усердно работали, чтобы провести исследование.
  Сириус нашел книгу и принес ее в школу после зимних каникул. Они потратили месяц на исследование, и Сириус очаровательно расспрашивал МакГонагалл о том, каково это - стать кошкой. Минерва, казалось, всегда питала слабость к Сириусу. Ему даже удалось получить от нее баллы за умные вопросы и внеклассную работу в школе.
  Была середина февраля, когда они наконец согласились начать зелье.
  Питер, один из лучших студентов факультета на гербологии, убедил профессора Спраут дать ему несколько листьев мандрагоры. Они должны были держать лист мандрагоры во рту целый месяц, в том числе во время еды и сна. Питер был великолепен в этом, но Сириус пригрозил, что его вырвет при первом же вкусе листа на языке. Джеймс был безразличен, сосал толстый мокрый лист, как будто это была конфета. Целый месяц они преданно сосали их листья, ни разу не вытащив их изо рта.
  К концу месяца Джеймс взял на себя ответственность найти свежую росу на траве. Хитрость заключалась в том, что он должна была быть свежой и не подвергаться воздействию ни человеческих ног, ни солнечного света в течение целой недели. Расспросив Хагрида о том, где он может найти такую вещь, Хагрид предложил Запретный лес. Джеймс, накинув на себя мантию-невидимку, улизнул после тренировки по квиддичу и нашел тайник посреди леса. Питер четыре дня после этого заикался о своей храбрости, а Сириус закатывал глаза и дразнил его за то, что он преклонялся перед Джеймсом.
  Сириус, который был в довольно дружеских отношениях с Лили Эванс, убедил ее очаровать профессора Слагхорна, профессора, безмерно обожавшего Эванс, и позволить ей позаимствовать несколько ключевых ингредиентов из его запасника зелий. Сириус избегал говорить ей, для чего они нужны, только вскользь, потому что она подозрительно посмотрела на него, когда он сказал ей, что они практикуют несколько зелий, чтобы подготовиться к экзаменам.
  Джеймс варил зелья. Из четверых он лучше всех разбирался в зельях. Они решили спрятать его в пещере за зеркалом на четвертом этаже. Насколько они знали, никто больше даже не знал о пещере. Было темно и сыро, и зелье нужно было любой ценой беречь от солнечного света, так что это казалось идеальным местом.
  Наконец, когда в июне выглянула полная луна и когда мадам Помфри утащила Римуса под Гремучую иву для его трансформации, Джеймс, Сириус и Питер прокрались к Астрономической башне под мантией-невидимкой Джеймса, чтобы плюнуть листьями мандрагоры в прозрачный флакон, прямо под яркими лучами полной луны.
  Питер осторожно разлил зелье в три отдельных сосуда, и они добавили в каждый свои флаконы.
  Следующая часть была самой сложной, Римус вспомнил, как им приходилось ждать подходящей грозы, особенно удара молнии.
  Прошли месяцы, но они все еще ждали, когда, наконец, в начале третьего года грянула буря, которую они ждали. Они были в середине истории магии, когда раскат грома сотряс комнату.
  Сириус тут же вскочил на ноги.
  - Профессор, можно мне в туалет?
  Профессор выглядел слегка сбитым с толку, но кивнул, и Сириус поспешил покинуть комнату. Питер уколол себе палец пером и показал свою окровавленную руку в качестве предлога, чтобы пойти в больничное крыло, а Джеймс просто настоял на том, чтобы пойти со своим другом. Римус вспомнил, как они втроем вбежали в комнату в общежитии незадолго до обеда, широко улыбаясь.
  Они сделали это. Для него. Они были готовы к трансформации.
  Джеймс добился успеха первым, две недели спустя. Каждый день на рассвете они повторяли заклинание "AmatoAnimoAnimatoAnimagus", а каждую ночь на закате они повторяли слова снова, пытаясь изменить свое тело, и каждый день ничего не происходило. Но потом начались признаки. Сначала у Джеймса появился мягкий белый мех, который, казалось, рос вокруг его рук, ног и шеи; его уши слегка навострились, когда он снова и снова бормотал заклинание. И вдруг очаровательный белый олененок, спотыкаясь о собственные ноги, гарцует по спальне мальчиков.
  Ему потребовалось полтора часа, чтобы понять, как вернуться назад в человеческий облик. Но после еще шести попыток Джеймс освоил это. Он был белым оленем.
  Следующим был Сириус, всего через несколько дней после Джеймса. Его черные волосы, казалось, утолщались и становились мягче, растекаясь по коже, его нос становился все длиннее и больше напоминал морду, а уши становились длинными и висячими, прежде чем крошечный черный щенок немецкой овчарки взволнованно тявкнул и погнался за олененком по комнате.
  Римус вспомнил, как сильно он смеялся при виде их.
  Питеру потребовалось еще две недели, чтобы освоить его, но когда он превратился в крошечного розового крысенка, Римус в изумлении подхватил его на руки.
  Они действительно сделали это.
  И они сделали это для него.
  На освоение трансформаций у них ушло почти полгода. Они практиковались ежедневно, и чем больше они тренировались, тем больше их животные превращались в мальчиков, которых они представляли. К октябрю своего пятого года они, наконец, освоили интенсивную трансфигурацию, став полностью взрослыми анимагами. Джеймс, величественный белый олень; Сириус, неряшливый черный пес; и Питер, коричневая пушистая крыса.
  Римус прислонился головой к оконному стеклу. Он не просил их сделать это, но они попросили. Он не просил, чтобы Сириус был с ним, когда он трансформировался с тех пор, как вернулся, у него был Гарри, и он это понимал. Но теперь... мысль о том, что он сможет быть самим собой, когда оборотень возьмет верх... это было ужасающе. Хотел ли он быть Римусом Люпином, когда он мог смотреть на себя как на монстра, которым, как он боялся, он был, и действительно помнить каждый момент, запертый в разуме существа? Хотел ли он этого? Но в то же время, если бы он мог выглядеть как существо, но быть Римусом Люпином, которым он хотел быть... он в отчаянии ударил рукой по окну.
  Его выбрали для Гриффиндора, факультета храбрых сердцем. Он не был бы трусом. Он последует примеру своих друзей и без сомнения знал, что делает это не только для себя, но и для Сириуса.
  Он снова посмотрел на фотографию четверых из них и выругался себе под нос.
  Он выпьет проклятое зелье.
  И оттуда он увидит, что произошло.
  Глава 29: Эпизод с серией неудачных событий
  Римус готовил завтрак на кухне, когда на следующее утро Сириус с Гарри спустились вниз. Сначала он почувствовал запах бекона, и Гарри радостно бросился на кухню и завопил от восторга при мысли о французских тостах и беконе на завтрак.
  Сириус смотрел, как Римус целовал и обнимал Гарри говоря доброе утро, прежде чем вернуться к готовке. Он взял чашку чая, которую протянул ему друг, и сел за кухонный стол, медленно прихлебывая.
  - Ты был прав, - осторожно сказал Римус, доставая последний кусок бекона из сковороды. - Мне немного страшно.
  - Рем...
  - Нет, - сказал Римус, перебивая Сириуса. - Позвольте мне получить это.
  Когда Сириус кивнул, он осторожно выложил на три тарелки бекон с толстыми ломтиками французских тостов.
  - Мне страшно. Я действительно увижу себя, если приму это зелье, Сириус. Увижу себя чудовищем, которым я стану, и это меня пугает меня больше.И я не помню, сколько насилия я совершаю и сколько причиняю себе вреда. Когда я просыпаюсь, я просто чувствую результат этого. Но... чтобы все время осознавать и точно знать, что происходит, и быть Я в ловушке этого... как волк и все еще быть собой - это удивительно и в то же время пугает меня. Что, если я все еще не могу это контролировать, но я все еще могу это видеть и помнить? Будет ли от этого хуже или лучше? Потому что, по крайней мере, теперь я знаю? Я не знаю, и эта неопределенность пугает меня.
  Он поставил тарелки перед Сириусом и Гарри, а затем принес третью тарелку себе. Прежде чем занять свое место, он налил им три стакана апельсинового сока и встретился взглядом с другом.
  - Но ты сделал это для меня, Бродяга. Ты... ты узнал о зелье и сделал это возможным. Я тебя не подведу.
  - Римус, - тихо сказал Сириус, касаясь руки друга. - Лунатик, ты не можешь меня подвести. Я думал, что это хорошо для ТЕБЯ. Твою мать, не хочу, чтобы ты его брал!
  - Никаких плохих слов, дядя Бродяга, - строго сказал Гарри, допивая свой сок.
  - Извини, сохатик, - сказал Сириус, весело улыбаясь Гарри, прежде чем снова повернуться к Римусу. - Это не для меня, Римус, это для тебя.
  Римус улыбнулся ему.
  - Я не сомкнул глаз прошлой ночью. Я провел всю ночь, просто расхаживая по кухне и вспоминая старые воспоминания. Моя первая поездка на поезде, когда я встретил Пита, мы вчетвером стали друзьями, и момент, когда вы, ребята, нашли эту скрытую пещеру на четвертом этаже за большим зеркалом, где ты навсегда изменил мою жизнь.
  - Всегда был тупым мерзавцем, - ласково сказал он. - Думал, мы больше не захотим быть твоим другом.
  Он ухмыльнулся.
  - Нет, вместо этого вы сделали мою жизнь намного лучше, и я благодарю вас за это.
  Сириус пожал плечами.
  - Хорошо, Волк Джон Волк, пожалуйста. Так ты собираешься попробовать зелье или нет?
  Римус усмехнулся. Сириус хлопнул в ладоши.
  - Хорошо. И на этот раз ты будешь не один.
  - Что насчет Гарри?
  Сириус улыбнулся.
  - Не волнуйся, я все понял.
  ***
  Сириус не мог до конца поверить в происходящее.
  Гарри закатил истерику.
  Настоящую истерику.
  С одной стороны, он был в некотором роде в восторге от того, что Гарри чувствовал себя достаточно комфортно рядом с ним, но с другой стороны, он вел себя как маленький сопляк. Еще больше его раздражал тот факт, что Кастелланос былаочень права.
  Гарри разыгрывал определенно то, что должно было произойти.
  Все началось с того, что Гарри спросил, могут ли Рон и Джинни провести с ними день. Сириусу пришлось сказать ему "нет". У Сириуса и Римуса было несколько поручений, о которых нужно было позаботиться, в том числе заехать в Хогвартс, чтобы поговорить со Снейпом о Волчьем зелье, поскольку до полнолуния оставалось всего две недели. Его убило то, что он не мог оставаться со своим другом лунными ночами с тех пор, как его выпустили из тюрьмы, и на этот раз он был полон решимости найти решение. Проблема заключалась в том, что Римус был единственным человеком, которому Гарри доверял достаточно, чтобы остаться с ним на ночь, а это означало, что Сириус не мог оставить Гарри одного и быть рядом со своим другом. Он знал, что Римуспонял, тем более, что он претерпевал свои преобразования в одиночку уже более четырех лет, но от этого Сириусу не стало легче.
  Но когда Сириус сказал Гарри, что нет, его друзья не смогут прийти сегодня днем, Гарри разозлился.
  - Да, они могут! - крикнул он, широко раскрыв глаза. - Ты сказал, что они могут прийти, когда я захочу!
  - Да, я это сделал, - осторожно сказал Сириус. - Но у нас есть планы на завтра, и Тонкс будет здесь с тобой, так что это не сработает. Мы можем выбрать новый день, когда они придут.
  - НЕТ! Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ОНИ ПРИШЛИ ЗАВТРА! - воскликнул Гарри, скрестив руки перед собой.
  - Гарри, завтра они не придут, - сказал ему Сириус. - Но если ты будешь хорошо вести себя с Тонкс, может быть, они приедут в воскресенье.
  Гарри уставился на него, но, похоже, согласился, особенно когда понял, что это будет последний раз, когда он видит Тонкс на какое-то время. Она собиралась вернуться в школу на следующей неделе.
  Но то же самое произошло два дня спустя, когда Гарри настоял на том, что ему не нужно есть овощи, если он не хочет. Он спорил и кричал на Сириуса, пока Сириус не сдался и не позволил ему есть на ужин только картошку и курицу, не прикасаясь к брокколи.
  Когда Сириус рассказал об этом Алтее в тот понедельник днем, когда они лежали в ее постели, она рассмеялась.
  - Сириус, приятно это слышать!
  - С какой стати это здорово? Он вел себя как маленький сопляк, - расстроенно сказал ей Сириус.
  Алтея улыбнулась, подперев голову рукой, и повернулась, чтобы улыбнуться ему.
  - Он ребенок, Сириус. Он не боится просить тебя о вещах, говорить тебе "нет" или говорить тебе, что ему нравится и не нравится. Это действительно хорошо.
  - Я думаю, он слишком много времени проводит в доме Уизли и выслушивает их жалобы, - пробормотал он себе под нос.
  Она смеялась.
  - Он испытывает тебя, Сириус. Он доверяет тебе, и ему комфортно с тобой, но теперь ему нужно точно увидеть, как далеко ты позволишь ему зайти, чтобы получить то, что он хочет. Даже не заставляй его есть брокколи.
  - Он никогда раньше не жаловался на брокколи, - упрямо настаивал он. - Хотя он сказал мне, что не хочет цветную капусту, потому что она похожа на призрачную брокколи, но я знаю, что это делает Муни, - сказал он, когда Алтея усмехнулась. - Он всегда называл это брокколи-призраком, и этот человек не тронет ее.
  - Призрачная брокколи? Это действительно весело, - сказала она с ухмылкой. - Но что касается Гарри, тебе придется начать думать о том, как ты хочешь наказать его, когда он плохо себя ведет.
  - Мерлин, я не хочу об этом думать. У него достаточно дисциплины, чтобы продержаться всю жизнь!
  Она только улыбнулась.
  - Шаг за шагом, Блэк. У тебя есть это. Дисциплина идет рука об руку с правилами. И ты знаешь, что дисциплина - это даже отдаленно не то же самое, что жестокое обращение. Вам нужно навести порядок в среде, в которой ему комфортно и где есть правила.
  Момент наказания наступил через два дня, и ни один из них не был к нему готов.
  Произошла череда неприятных событий.
  Миссис Моррисон постучала в дверь, желая одолжить немного чернил. Гарри открыл перед ней входную дверь, и Мародер сбежал, а Гарри побежал за щенком, который затем увидел кролика и бросился за ним, радостно лая. Сириусу потребовалось целых две минуты, чтобы понять, что Гарри ушел, поскольку миссис Моррисон ворвалась в дом, чтобы сообщить ему об этом, и паника в его желудке скрутилась так туго, что ему стало плохо.
  Он выбежал из коттеджа, выкрикивая имя Гарри, и, как только он скрылся из виду своего соседа, превратился в Бродягу, спешащего на его след. Вся эта ситуация заняла меньше пятнадцати минут, но Сириус был напуган и откровенно взбешен.
  Когда он нашел Гарри в лесу на заднем дворе дома Моррисонов, первое, что он сделал, это схватил его за плечи.
  - ГАРРИ ДЖЕЙМС ПОТТЕР! НИКОГДА БОЛЬШЕ ТАК НЕ УБЕГАЙ! - закричал он и увидел, как глаза Гарри расширились, а затем, к их удивлению, Сириус поднял руку и дважды ударил его по заднице.
  Гарри просто смотрел на него, слегка приоткрыв рот, а потом заплакал.
  - Вот дерьмо, - сказал Сириус, падая на колени. - блин... сохатик, прости.
  Нижняя губа Гарри дрогнула, но он позволил Сириусу обнять себя.
  - Прости, что убежал! Я искал Мародера.
  - Я знаю, сохатик, - сказал Сириус, целуя его в щеку, и у него слезились глаза. Как он мог отшлепать его после всего, через что он прошел? - Извини, что накричал. Ты просто так меня напугал! Я люблю тебя и так боялся, что с тобой что-то случится! Ты никогда не сможешь просто так убежать. Ты должен всегда говорить мне, куда ты идешь. Всегда.
  Гарри кивнул, вытирая слезы.
  - Я знаю.
  Он вытянул руки, и Мародер, лежавший на траве рядом с Сириусом, исчез с громким хлопком и снова появился через две секунды, прижавшись к Гарри в объятиях.
  - Хорошая собака, - сказал он, зарывшись лицом в мягкую шерсть собаки, держась за нее. - Хороший пес.
  Глаза Сириуса слегка расширились. Он понял, что Гарри только что подозвал к себе собаку. Он смотрел, как мальчик вцепился в собаку, его глаза были полны слез, и его сердце разрывалось. Он был причиной этих слез, подумал он, чувствуя, как чувство вины переполняет его живот.
  - Пошли домой, сохатик.
  Он протянул руку Гарри, благодарно улыбаясь, когда мальчик взял ее, все еще вытирая слезы с лица, пока они шли домой, Гарри крепко держал поводок Мародера. Оба были полны вины за то, как обошлись с другим.
  Когда они вернулись домой, МакГонагалл сидела в гостиной.
  - Тетя Минни! - воскликнул Гарри, бросаясь обнимать ее.
  МакГонагалл тепло улыбнулась и ответила на объятия ребенка, когда он забрался к ней на колени и крепко обнял ее в ответ.
  - Привет, Гарри, откуда вы с Сириусом приехали? - спросила она, с тревогой глядя на их заплаканные лица.
  - Мародер разволновался и убежал, а потом я побежал за ним, и дядя Сириус должен был прийти, чтобы найти нас, и он был зол, и он отшлепал меня, а потом мы оба заплакали! - воскликнул он, широко раскрыв глаза.
  Брови МакГонагалл удивленно поднялись, когда она посмотрела на Сириуса.
  - Ты его отшлепал?
  Сириус провел пальцами по волосам.
  - Гарри, почему бы тебе не взять Мародера в сад и не поиграть?
  Гарри кивнул, спрыгнул с колен МакГонагалл и поспешил к задней двери, когда Сириус рухнул рядом с МакГонагалл.
  - Я самый худший крестный отец на свете! Я отшлепал его задницу, Минни! Дважды! Я все еще должен быть в Азкабане!
  МакГонагалл нежно погладила его по руке.
  - Сириус, ты не самый плохой крестный отец на свете. Наказать ребенка никогда не бывает легко. Я думаю, что труднее всего приходится родителю, и вряд ли ты должен быть за это в Азкабане.
  Сириус закрыл лицо руками.
  - Я заставил его плакать, Минни! Он посмотрел на меня и, блять, заплакал из-за меня!
  - Я уверена, что он сделал, - сказала она ему успокаивающе. - Но потом он вошел сюда, весь улыбался, когда увидел меня, и он рассказал мне, что ты сделал - и в этом не было никакой враждебности. Он знает, что сделал что-то не так, и он знает, чтоты был вынужден его наказать за это. Теперь, было ли шлепать его правильным курсом действий или нет, это то, что тебе нужно решить для себя.
  Сириус просто смотрел на нее.
  - Это не может быть правильным курсом действий! Он был... он был подвергся охрененнымиздевальствамсо стороны этихмерзавцов, и в первый раз, когда он сделал что-то... блять! Он напугал меня очень сильно, Минни, - признался он, глядя ее глаза. - Внезапно он просто неожидано исчез, и я представил себе, как его сбивает машина, или съедают дикие животные, или похищает долбаный цирк!
  - Серьезно, Сириус? - смеясь, сказала МакГонагалл.
  Он проигнорировал ее, продолжая истерически бормотать.
  - Я просто запаниковал, Минни, и к тому времени, когда я его нашел - я был так рад, увидев, что он в полном порядке, и так зол, что он только что ушел - все это достигло кульминации внутри меня, и я просто сорвался.
  - Это понятно.
  - Мне не следовало его шлепать. После всего, через что он прошел, и я... Мерлин, что, если он думает, что я сейчас начну причинять ему боль? Что, если он меня боится?
  - Дядя Сири?
  Сириус удивленно посмотрел на Гарри.
  - Сохатик, я думал, что ты снаружи.
  - Идет дождь, - тихо сказал Гарри. Он пересек комнату и забрался на колени Сириуса.
  - Ты зол на меня?
  - Нет! - воскликнул Сириус, ободряюще улыбаясь, когда Гарри прижался к его объятиям. Он поцеловал его в макушку. - Я так волновался и боялся, что с тобой случилось что-то плохое, и мне так жаль, что я отшлепал тебя, Гарри. Я так тебя люблю.
  Гарри улыбнулся ему.
  - Я тоже тебя люблю, дядя Бродяга.
  Он положил руки по обе стороны от лица Сириуса.
  - Я не боюсь тебя. Не волнуйся, я знаю, какой ты хороший отец.
  Он нежно поцеловал Сириуса в щеку, и Сириус снова почувствовал слезы на глазах.
  Он прижал мальчика к себе, улыбаясь от уха до уха, глядя на МакГонагалл.
  - Я никогда не причиню тебе вреда, Гарри.
  - Я знаю, - просто сказал он. Стресс дня явно дошел до него, потому что Сириус несколько мгновений покачивал его на руках, и вскоре Гарри крепко заснул.
  Сириус прижал его к себе, вздохнув с облегчением, когда МакГонагалл улыбнулась ему.
  - Думаю, ты получил ответ, Сириус.
  - Минни... я не знаю, чем я заслужил этого маленького мальчика, но он драгоценный камень.
  МакГонагалл улыбнулась им двоим.
  - Наказание никогда не бывает легким, Сириус. Вы с Гарри разберетесь с этим вместе. Тайм-ауты, или заземление его, или отнятие того, с чем он любит играть, пока он не научится себя вести - вы решите это, основываясь на том, что он делает. Мальчик любит тебя и только что доказал тебе, что знает разницу между тем, что ты сделал, и тем, что сделали те магглы. Он знает, Сириус.
  Сириус улыбнулся ей, вдохнув запах мальчика, и кивнул.
  - И я благодарен за это. Но я больше не буду его шлепать. Никогда. Я не буду таким родителем.
  - Тогда тебя не будет, - просто сказала она.
  - Минни, почему ты здесь? - спросил ее Сириус, поняв, что даже не усомнился в ее присутствии в своей гостиной, когда увидел ее.
  МакГонагалл улыбнулась и потянулась за сумочкой, которую принесла с собой.
  - Мой друг дал мне несколько билетов, но, к сожалению, это на первую неделю в школе.
  Она достала из сумки конверт и положила его на стол перед собой.
  - Я подумала, что, может быть, ты захочешь взять Гарри, так как я не буду их использовать.
  - Билеты на что?
  Она ухмыльнулась.
  - Квиддич.
  Глаза Сириуса расширились.
  - Действительно?
  МакГонагалл кивнула.
  - Уимборнские осы против ЭпплбиЭрроуз. Один из моих бывших студентов работает в Департаменте магических игр и спорта и время от времени достаетдля меня билеты. Игра была перенесена из-за травмы игрока, и теперь я не смогу присутствовать на ней. Я подумала, что вам с Гарри это может понравиться.
  - Это тузы, Минни, спасибо!
  Сириус сказал ей с улыбкой.
  -Гарри бы понравилось, и мне тоже. Я уже целую вечность не был на играх по квиддичу. По крайней мере, с тех пор, как Джеймс и Лили поженились.
  Она улыбнулась, вставая.
  - Хорошо. Тогда наслаждайся.
  - Ты не останешься?
  Она улыбнулась, направляясь к камину.
  - Я думаю, что вы с Гарри должны сегодня побыть наедине.
  К удивлению Сириуса, она поцеловала его в лоб.
  - И для протокола, ты прекрасно справляешься со своим сыном, Сириус.
  Потом она ушла, а Сириус остался на месте, свернувшись калачиком со спящим ребенком на руках и погруженный в свои мысли.
  
   Конец примечания автора:
  
   Я ожидаю, что некоторым людям не понравится эта глава, и я принимаю это. Может быть, я старомоден, но я не вижу в этом плохого наказания. Существует огромная разница между шлепаньем ребенка и жестоким обращением с ним, и я хочу прояснить это здесь. Меня шлепали в детстве, и моя жизнь не закончилась. Минуту было больно, а потом все прошло. Я также знаю, что моим родителям было больнее наказывать меня, чем мне.
   Это все, что я могу сказать, и согласны вы со мной или не согласны по этому вопросу, мне все равно. Я пишу так, как душе угодно, и если вам это нравится, прекрасно. Но это то, что я считаю важным и требует внимания как для сюжета моей истории, так и для отношений, которые развиваются между Сириусом и Гарри.
  
  
  Глава 30: Эпизод с домашними правилами и где Сириус и Тед строят домик на дереве
  У меня есть несколько идей о том, к чему все идет, но иногда выражение моих мыслей словами не всегда одно и то же. В любом случае, большая страшная глава закончилась, и я надеюсь, что не многие из вас затаили на меня злобу после инцидента с поркой. Я надеюсь, что вы продолжите читать и получать удовольствие от моей истории, потому что мне есть что рассказать.
  Кроме того, это определенно самый крутой форт из когда-либо существовавших, и я хочу его для себя, LOL.
  Да, Гарри будет так же близок с Джинни, как с Роном и Гермионой, а может быть, даже больше. Нет, они не присоединятся к Гарри на матче по квиддичу. Я хочу показать, что, несмотря на то, что Гарри вырос в счастливой и здоровой семье, его травма все еще там. Я согласна, мы просто лучше справляемся с этим, но это не обязательно уходит.
  я пыталась сформулировать, что Сириус в безопасности, и Гарри это знает. Он знает и понимает, что Сириус никогда намеренно не причинил бы ему вреда. Я хотела показать, как сильно Гарри полюбил Сириуса и как он зависит от него, и насколько жизнерадостны дети. Он видит разницу между тем, как к нему относились Дурсли, и тем, как к нему относится Сириус, и он знает, что Сириус наказал его даже отдаленно не так, как все, что когда-либо делали с ним Дурсли. Есть наказание и есть "наказание", и Гарри полностью понимает разницу.
  текст:
  Гарри проснулся через час, прижимаясь к рукам Сириуса и подушкам дивана. Рядом с ним спал Сириус, уткнувшись лицом в подушку. Гарри замер на мгновение, прислушиваясь к ровному биению сердца под ухом, и усмехнулся, когда понял, что Мародер спит на ногах Сириуса. Он потянулся и сел, заставив Сириуса пошевелиться, и его глаза открылись, когда они увидели глаза Гарри.
  - Привет, сохатик, - сказал он, садясь и морщась, осторожно вытягивая ноги из Мародера. - У ты в порядке?
  Гарри протер уставшие глаза и благодарно улыбнулся, когда Сириус передал ему свои очки.
  - Я голоден.
  Сириус поцеловал Гарри в лоб.
  - Я тоже. Пойдем найдем перекусить.
  Гарри последовал за ним на кухню, и Сириус внимательно наблюдал за ним, но он, казалось, совсем забыл об инциденте с шлепками, который произошел ранее. Чувство вины, бурлившее в его животе из-за этого, заставило его забеспокоиться.
  - Гарри, нам нужно поговорить о том, что произошло ранее, - осторожно начал Сириус, не зная, как именно затронуть эту тему теперь, когда он больше не паниковал при мысли о том, что его крестник улетит и будет каким-то образом похищен.
  Гарри открыл коробку со льдом и взял яблоко, хрустя им и глядя на Сириуса.
  - Хорошо.
  Сириус тоже достал из холодильника яблоко и жестом пригласил Гарри сесть с ним за кухонный стол.
  - Знаешь, почему я был расстроен из-за тебя, Гарри?
  Гарри кивнул, его зеленые глаза смотрели на Сириуса.
  - Потому что я преследовал Мародера.
  - Да, но не потому, что ты преследовал его, я понимаю - ты беспокоился, что он потеряется или поранится, - но именно так я к тебе относился, - объяснил Сириус. - Я думал, что ты поранишься или потеряешься, или что с тобой случится что-то ужасное. Я так испугался, сохатик.
  - Ты испугался? Но ты же взрослый!
  Сириус улыбнулся.
  - Взрослые тоже боятся.
  Гарри уставился на него.
  - Прости, что напугал тебя, дядя Сири.
  Сириус обошел стол и опустился на колени перед крестником.
  - Мне тоже жаль, Гарри. Я обещал, что никогда не причиню тебе вреда. И заставил тебя плакать. Думаю, нам обоим нужно кое-что выяснить между нами, не так ли?
  Гарри спрыгнул со стула и обнял Сириуса.
  - Прости, что заставил тебя плакать. Я знаю, что ты не хотел этого.
  Сириус крепко обнял его, целуя в волосы.
  - Сохатик, я знаю, что я не говорил никаких правил, когда ты впервые приехал жить со мной, но должны быть какие-то правила. Правила, чтобы обезопасить тебя, и правила, чтобы ничего подобного больше не повторилось.
  Гарри кивнул, его глаза внезапно расширились от страха.
  - Ты собираешься меня отослать?
  - НЕТ! - воскликнул Сириус, крепче обнимая ребенка. - Абсолютно никогда!
  - Обещаешь? - спросил он плачущим и неуверенным голосом.
  - Обещаю.
  Он поцеловал его в щеку, смахивая поцелуями слезы, и поцеловал кончик носа, заставив Гарри хихикнуть.
  - Почему бы нам вместе не составить несколько правил, хм? Какое первое правило, согласно дяде Муни, уже есть?
  Гарри улыбнулся ему.
  - Никаких плохих слов!
  - Верно, - с ухмылкой сказал Сириус. Он подозвал к себе доску и мел из класса и написал первое правило сверху.
  - Как насчет того, чтобы перестать говорить "нет" овощам?
  Гарри сморщил нос.
  - Должны ли мы?
  Сириус ухмыльнулся и нацарапал на доске второе правило.
  - Нет десерта без овощей, включая брокколи-призрак, - добавил он, заставив Гарри ухмыльнуться.
  - Хорошо, - вздохнул он.
  Двадцать минут спустя Сириус и Гарри вместе составили список правил, которым нужно следовать. Сириус был ими вполне доволен и чувствовал, что Гарри тоже. Он заколдовал пустую стену у кухни, превратив ее в классную доску, и аккуратно вставил в нее следующие правила; расположив их в порядке важности:
  "Наши семейные правила:
  1. Мы семья, и мы будем любить и уважать друг друга.
  2. Дядя Бродяга и дядя Лунатик - главные. Период.
  3. Никаких матов.
  4. Никакого десерта, если вы не едите овощи - даже у дяди Бродяги и дяди Лунатика.
  5. Если вам грустно или вы злитесь, расскажите об этом кому-нибудь. Мы всегда будем слушать друг друга.
  6. Не возражайте.
  7. Убирайте за собой.
  8. Всегда выполняйте свои обещания.
  9. Всегда говорите правду.
  10. Никогда не бойтесь просить о помощи.
  Последствия несоблюдения наших семейных правил:
  1-2-3 ~ Предупреждение
  4 ~ Тайм-аут.
  5 ~ Потеря привилегий
  6 ~ Заземлен."
  Гарри улыбнулся посту. Он думал, что это было идеально.
  - Как ты думаешь, дяде Луни это понравится?
  Сириус ухмыльнулся составленному ими списку.
  - Я думаю, ему это понравится.
  Он поцеловал Гарри в щеку и аккуратно поставил правила на место.
  - А теперь, почему бы тебе не выбрать альбом для прослушивания, пока мы приступим к ужину? Согласно нашему календарю, сегодня вечером мясной рулет и картофельное пюре.
  Гарри усмехнулся и поспешил к полке с пластинками, а Сириус с улыбкой наблюдал за ним. Да, они собирались быть в порядке.
  ***
  Римус действительно одобрил список правил после того, как Сириус рассказал ему о событиях, произошедших накануне. Римус очень сочувствовал своему другу. Он знал, что Сириус отнесся к его поступку еще более близко к сердцу из-за собственного воспитания и из-за того, что его друг был полон решимости никогда не быть таким, как его родители. Зная Сириуса, чувство вины, вероятно, гложет его дольше, чем он готов признать.
  Наверное, все же было.
  Римусу особенно понравилось, что Сириус и Гарри вместе составили список домашних правил. Он находил это ответственным и важным, потому что теперь Гарри понимал, каковы правила и каковы будут наказания, если он сделает что-то не так.
  Следующее утро Сириус провел, дорабатывая последние штрихи своего проекта огромного дома-крепости на дереве, который он хотел построить для Гарри. Тед пришел помочь ему начать работу утром, а день он провел с Кастелланос.
  Лежа в постели с Алтеей, Сириус рассказал ей все о событиях, произошедших накануне, и нежно провел кончиками пальцев по ее обнаженному бедру.
  - Похоже, у вас обоих был тяжелый день, - сказала она ему, сочувственно улыбаясь.
  - Но правила замечательные, Сириус. И ты написал их вместе, и это делает их лучше. Они были от сердца.
  Он улыбнулся ей, его пальцы двигались вверх по ее боку, вдоль грудной клетки и обводили сосок.
  - Это был действительно долгий день, скажем так.
  Она улыбнулась, наклоняясь, чтобы поцеловать его в щеку.
  - Ты очарователен.
  Он слегка поморщился.
  - Восхитительный?
  Алтея ухмыльнулась.
  - Ты прекрасный отец, Сириус. Гарри повезло, что ты у него есть.
  - Спасибо, - сказал он, обхватив ее грудь рукой. - Мы с Тедом еще сегодня утром начали собирать крепость на дереве.
  - Действительно? - сказала она с удивлением. - Я думала, ты забыл об этом.
  - Нет, это просто отложили, - признался он. - Мне очень нужна помощь Теда. У него золотые руки. Он знает, как строить разные вещи, и он отличный учитель. Никогда раньше не строил ничего подобного вручную. И когда я закончу, это будет грандиозно.
  Она усмехнулась, когда тыльная сторона его костяшек нежно погладила ее живот.
  - Как ты думаешь, сколько времени это займет?
  - Тед говорит, что месяц, но я сказал ему, что думаю, мы можем сделать это за две недели. Если мы будем работать каждый день, весь день - не понимаю, почему бы и нет.
  - Тогда что ты здесь делаешь, Сириус? - спросила она его, касаясь губами его мочки уха.
  Его дыхание слегка сбилось, когда она втянула его мочку в рот.
  - Очень необходимый перерыв для секса по понедельникам во второй половине дня; это в своде правил.
  Алтея усмехнулась, заставив его улыбнуться.
  - О Конечно.
  Сириус прижал ее к себе, оставляя нежные поцелуи на ее шее.
  - Я действительно буду скучать по тебе, Кастелланос. Я буду скучать по общению с тобой и по всем этим друзьям с привилегиями.
  Она улыбнулась ему в рот, когда он поцеловал ее.
  - Друзья с привилегиями, это мы?
  Сириус усмехнулся, наклонив голову, чтобы лизнуть ее грудь, его язык заскользил по ее соску.
  - Ммм, ага.
  Он поцеловал ее вниз по животу, остановившись на пупке, когда она вздохнула от удовольствия, и снова направился к ее рту.
  - Сириус, - простонала она, вцепившись пальцами в его волосы.
  Сириус поцеловал ее в щеку, в ухо, в горло - и когда она задрожала под ним, он просто сказал что-то в ее кожу, вызывая мурашки по коже.
  - Что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой?
  Ее глаза встретились с его, и она соблазнительно улыбнулась.
  - Я хочу, чтобы ты жестко и глубоко трахнул меня, - сказала она ему.
  - Как? - спросил он ее, когда она потянулась между ними, чтобы погладить его.
  Ее движения стали смелее, и он застонал, его член рос под ее ласками.
  - Как бы ты ни хотел меня, - сказала она ему, ее глаза мерцали.
  Сириус застонал и перекатил ее на себя, прислонившись к изголовью. Он расположил ее над собой, и когда она опустилась на него, он застонал от удовольствия. Он сделал то, что она просила. Он дал ей это твердо и глубоко; двигая бедрами вверх, прижимая ее под собой и сильнее прижимая к себе, и, в конце концов, перевернув ее на бок, чтобы схватить ее сзади, в то время как она задыхалась и выкрикивала его имя.
  Потом они оба лежали в полусне, пока не услышали, как открылась дверь ее квартиры.
  - блин, если Прия здесь - я опоздал, - пробормотал Сириус, вскакивая на ноги и ища джинсы.
  Алтея потянулась в своей постели, улыбаясь ему, наблюдая, как он пытается найти свою одежду.
  - Если ты уже опоздал, - сказала она, скользя рукой по животу между ног. - Вернись и присоединяйся ко мне.
  Сириус некоторое время наблюдал за ней, а затем покачал головой.
  - Не могу. Я обещал Гарри, что буду дома к ужину, - он перегнулся через кровать и нежно поцеловал ее, просунув руку между ее ног, чтобы погладить ее, и она застонала.
  - Но я могу уделить несколько дополнительных минут, чтобы дать кончить тебе.
  Он взял еще тридцать.
  Но он опоздал всего на двадцать минут, сказал он себе, спеша в дом после аппарации домой.
  Римус лишь приподнял бровь, высунув голову из кухни.
  - Мы немного отстали, не так ли?
  - Извини, Рем, - сказал он, бросая свою кожаную куртку на вешалку у двери.
  Римус ухмыльнулся ему.
  - Все в порядке. Гарри играет с Мародером сзади, я как раз разогревал мясной рулет со вчерашнего вечера.
  Сириус кивнул и последовал за своим другом на кухню.
  - Спасибо. Извини, что опоздал. Я отвлекся.
  - Держу пари, что ты это сделал, - сказал он с ухмылкой. Он кивнул в сторону новой пристройки на кухонной стене. - Мне очень нравится эта идея, Сириус.
  Сириус ухмыльнулся, налил себе стакан воды и сделал большой глоток.
  - Мне тоже. Я думаю, что это здорово, когда мы в троем, понимаешь?
  Римус улыбнулся.
  - Мне кажется, ты иногда забываешь, что я здесь не живу, Бродяга.
  Сириус пожал плечами.
  - Нет, то, что ты здесь живешь, не имеет значения, Рем. В моих глазах ты его родитель, и ты это знаешь. Применяются все правила. Вот почему твое имя тоже есть на этой стене.
  - Спасибо за это, - сказал он. - Я знаю, что я там есть.
  Он кивнул в сторону двора.
  - Как прошел разговор с Тедом о доме на дереве сегодня утром?
  - Отлично, - сказал он ему с улыбкой.
  - Мы напилили и организовали часть дерева, и завтра он будет здесь к восьми, чтобы мы могли начать. Я показывал тебе окончательный проект, верно?
  Римус кивнул. Он должен был признать, что если бы Сириусу и Теду действительно удалось построить этот массивный дом на дереве, который они планировали построить для Гарри, он был бы очень впечатлен.
  - Тед приезжает каждый день?
  - Да, его уволили на месяц, так что он готов помочь. Что-то о внутренней проблеме в Управлении по обнаружению и конфискации поддельных защитных заклинаний и защитных предметов, очевидно, они переделывают весь отдел, по одному отряду за раз, и Тед согласился взять свой отпуск сейчас, пока они не разберутся. Он сказал, что ненавидит политику и не хочет вмешиваться, что отлично работает для меня, так как теперь он готов помочь. Я хочу, чтобы это было сделано до следующего полнолуния.
  - Почему?
  - Думаю, это хороший гол, - сказал он с улыбкой. - Кроме того, как только это будет сделано, я смогу сосредоточиться на том, чтобы получить зелье от Снейпа, и мы увидим, как это работает для тебя. Подвал у тебя дома для одного. Возможно, это не то место, где ты хочешь оставаться, если это действительно заставляет тебя чувствовать себя так как ты хреново.
  - Сириус, ты не можешь остаться со мной, - сказал ему Римус, выглянув в окно, чтобы проверить Гарри. - У нас есть Гарри, о котором нужно беспокоиться.
  - Лунатик, я же говорил тебе, я понял. И ты не проведешь еще одно полнолуние в одиночестве. Я собираюсь поговорить с Энди и Тедом о возможности остаться здесь с Гарри. Он начинает чувствовать себя с ними более комфортно из-за Тонкс.
  Он открыл заднюю дверь и позвал Гарри к ужину.
  - А теперь перестань волноваться.
  Римус только вздохнул. Как будто это его остановит.
  ***
  Следующее утро Сириус провел на заднем дворе, наконец, приступив к строительству дома-крепости на дереве. Он, наконец, усовершенствовал дизайн и был готов приступить к работе. В задней части двора росли три огромных дуба, и Тед согласился с Сириусом, что они были лучшим местом для реализации его идеи, и Сириус планировал соединить свой дом-крепость на дереве через все три массивных дерева.
  Сириус хотел построить самый большой и крутой дом на дереве, какой только мог, и он хотел, чтобы это стало сюрпризом. Он наложил чары уединения вокруг своего рабочего места, чтобы сохранить это в секрете от Гарри, и приступил к работе. Они с Тедом работали над ним почти семь дней в неделю, но в тот первый субботний день они сделали перерыв, чтобы Сириус мог привести Гарри на матч по квиддичу с билетами от МакГонагалл.
  Гарри был совершенно поражен.
  Его глаза с трепетом следили за игроками на поле. Он почти все время вставал на свое место с широко открытыми глазами и слегка приоткрытым ртом, а когда команда приветствовала его, он визжал от восторга, не заботясь о том, какая сторона забила победный гол. Сириус тщательно объяснил ему правила игры, но он уже понял, как играют в квиддич у Уизли, наблюдая, как старшие мальчики Уизли играют в игру в саду.
  Когда ApplebyArrowsSeeker Хендерсон поймал Золотой снитч и выиграл игру, Гарри радостно зааплодировал. Сириус даже сделал несколько фотографий Гарри во время игры, наслаждаясь его детским азартом. После игры Сириус и Гарри пошли в паб поужинать, и Сириус сказал Гарри, что он должен поблагодарить тетю Минни за билеты на игру по квиддичу.
  Гарри решил нарисовать ей картинку. Используя свои мелки и большой кусок пергамента, Гарри закончил свою работу той ночью. Он нарисовал фигуры, летящие на метлах, а он и Сириус приветствовали его со стороны. Сверху большими печатными буквами он написал:
  - Спасибо, тетя Минни! Эпплби выиграл! С любовью, Гарри.
  Сириусу это показалось очаровательным, и он попросил Гарри свернуть его в конверт и привязать к ноге Персефоны. Он знал, что МакГонагалл это понравится.
  Пока Гарри был занят своим обучением у Римуса, Сириус продолжал встречаться с Тедом по поводу строительства крепости в виде домика на дереве. Андромеда время от времени останавливалась и украдкой смотрела на их продвижение; иногда принося обед для пикника, чтобы Гарри и Римус присоединились к ним. Гарри любил, когда Андромеда устраивала пикник, поскольку это означало, что Тонкс тоже придет на обед. К концу двух с половиной недель дом на дереве был закончен благодаря хорошей погоде и большой помощи Теда Тонкса.
  Сириус должен был признать, что это была самая крутая вещь, которую он когда-либо видел, и он был невероятно впечатлен тем, как построил и спроектировал ее. Он и Тед вырезали всю древесину вручную и использовали комбинацию магии и навыков работы с деревом, чтобы собрать ее вместе. Это не только выглядело потрясающе, но и было безопасно. Повсюду были перила, чтобы никто не мог упасть, и деревья были такими огромными и крепкими. Сириус даже добавил стекла к окнам в домике на дереве, которые можно было открывать и закрывать, чтобы Гарри мог попасть внутрь зимой, если захочет.
  В то субботнее утро Тед вытер пот со лба, глядя на построенный ими домик на дереве.
  - Должен сказать, мы очень хорошо поработали, Сириус.
  Сириус ухмыльнулся ему.
  - Все благодаря тебе. Ты действительно хорош в работе с деревом.
  Тед улыбнулся.
  - Каждое лето работал на стройке. Я магглорожденный, помнишь?
  - Что ж, это окупилось. Я бы никогда не построил это без твоей помощи.
  Тед ухмыльнулся, хватая воду и отпивая.
  - Я возьму на себя ответственность. Я очень горжусь этим фортом. Немного магии и много крови, пота и столярных работ. Блин, я хочу в нем поиграть.
  - Расскажи мне об этом, - усмехнулся Сириус. - Не могу дождаться, чтобы отдать его Гарри. Мы можем разбить в нем лагерь в первую ночь.
  - Окна - приятный штрих. Защищают от любой погоды, - добавил он, глядя на крепость.
  - Все на месте. Сети в безопасности, и он может бегать по этой полосе препятствий столько, сколько захочет. Было разумно сделать это по крайней мере в трех метрах над землей.
  Сириус кивнул.
  - Ну, я полагаю, что три метра над землей, затем еще два с половиной на уровень - это в основном трехэтажный плавучий дом. Кроме того, я хочу, чтобы он мог использовать его, когда станет старше. Как Рем, он все еще может выйти, пройти полосу препятствий и повеселиться.
  - Ему понравится, Сириус. Выглядит потрясающе.
  - Хочешь задержаться, до временикогда я покажу ему это?
  Тед ухмыльнулся.
  - Я бы тоже с удовольствием, но Дромеда ждет меня. Я обещал, что отведу ее куда-нибудь сегодня вечером. Я был так занят, помогая тебе в последнее время, что я должен ей свидание. Мне нужно идти домой и принять душ. Дора будет так ревновать к этому, когда увидит это. Я отправил ей копию дизайна в моем последнем письме. Она написала, что это будет ужасно, когда это будет сделано, и я думаю, что она была права. Это совершенно потрясающе.
  Сириус кивнул.
  - Проклятье! Еще раз спасибо за всю вашу помощь.
  - Конечно, мне было приятно. Не совсем так, как я ожидал провести свободное время, но я бы сказал, оно того стоило.
  - Определенно.
  Сириус попрощался с Тедом и поспешил за своими последними дополнениями для дома на дереве. Он купил одеяла, простыни и подушки для кроватей и гамака и использовал свое заклинание волшебного света, чтобы осветить потолок. Он установил, что чары появятся, как только зайдет солнце. Он заправил две двухъярусные кровати, добавил декоративные подушки к гамаку и нашел несколько кресел-мешков для дополнительного места. Он наполнил холодильник водой, тыквенным соком и фруктовым пуншем. Потом просто ухмыльнулся.
  Это было охрененное королевство домиков на деревьях.
  Он присвистнул, направляясь в дом как раз в тот момент, когда Гарри возвращался домой с Римусом после их ежемесячного похода в библиотеку. Сириус проводил Гарри наверх, чтобы привести себя в порядок, и тот широко улыбнулся Римусу.
  - Мы закончили.
  - Действительно? - спросил Римус, ухмыляясь волнению своего друга. - И это выглядит так грандиозно, как ты надеялся?
  - Лунатик, он выглядит намного лучше! Я хочу жить в нем!
  Римус рассмеялся. Он несколько раз заглядывал в домик на дереве за те несколько ночей, когда Гарри не ложился спать, но незавершенная работа мало что ему рассказала. Но если Сириусу удалось хотя бы половину того, что было на эскизах, Римус знал, что домик на дереве должен получиться отличным.
  - Ты собираешься показать его сегодня вечером?
  Сириус кивнул.
  - Я думал об этом прямо сейчас. Я думал, что мы могли бы разбить лагерь сегодня ночью. Что скажешь, Лунатик, тебе интересно?
  Римус усмехнулся.
  - Не отказался бы, тем более, что завтра семнадцатое.
  Сириус улыбнулся.
  - Тогда тебе обязательно нужно остаться.
  Гарри поспешил обратно вниз по лестнице и взял свою сумку с новыми книгами.
  - Дядя Бродяга, хочешь посмотреть, что у нас с дядей Лунатиком есть в библиотеке?
  - Я бы тоже посмотрел с удовольствием, сохатик, но сначала я хочу тебе кое-что показать.
  - Что? - спросил Гарри, глядя на улыбающееся лицо Сириуса и ухмыляясь в ответ.
  - Ну, мы с Тедом последние несколько недель готовили для тебя сюрприз в саду за домом. Я хотел приготовить его к твоему дню рождения, но мы не успели вовремя.
  Гарри последовал за Сириусом в сад за домом и с нетерпением огляделся.
  - Что вы строили?
  Сириус повел его по траве на плечах, улыбаясь, когда почувствовал обереги уединения.
  - Ты готов, Сохатик?
  Гарри нетерпеливо кивнул, его руки зарылись в волосы Сириуса, когда он в замешательстве посмотрел на, казалось бы, пустое пространство перед лесом, а затем Сириус снял чары конфиденциальности, скрывающие дом на дереве.
  Глаза Гарри расширились, как блюдца, и его челюсть отвисла, когда он посмотрел на огромнуюкрепость перед собой.
  Дом на дереве определенно был самым большим и самым крутым из всех, что Сириус мог построить. Это было больше похоже на мини-королевство, растянувшееся на три огромных дуба сзади, и имело несколько уровней для исследования.
  У дерева слева была стена для скалолазания высотой десять футов, через которую когда-то перелезали, ведущая к большому балкону крыльца с видом на сад. Балкон вел к самому дому на дереве, который был трехуровневым с пожарным столбом посередине комнаты до второго уровня. На первом этаже дома он встроил книжную полку в одну стену и вставил гамак с другой стороны. Комплект двухъярусных кроватей с одной стороны; фонари приступили к освещению плюс волшебные огни. В качестве декора стен он использовал военную маскировочную сетку. На втором этаже был большой сундук с сокровищами, который Гарри мог наполнить чем угодно, целая стена с меловой доской, на которой можно было рисовать и писать, и шахматный стол. Со всех сторон были окна и деревянная раздвижная лестница, ведущая на третий этаж, который представлял собой чердак с небольшими перилами, через которые можно было перелезть.
  На большом балконе крыльца была винтовая лестница, ведущая на второй уровень, который был пиратским кораблем, и вниз на землю для легкого доступа. На уровне пиратского корабля было собственное воронье гнездо с деревянным штурвалом пиратского корабля и телескопом, большой пушкой, которая стреляла водяными шарами, и огромной мачтой, на которую можно было пристегнуть брезент во время дождя.
  Рядом с домиком на дереве балкон заходил на другую сторону, где веревочный мост ведет ко второму балкону на втором дереве. На этом балконе также был звонок, в который можно было звонить, и переговорная труба, которая соединялась с землей внизу, где со стороны огромного дуба висели большие качели из покрышек. У него также была четырехсторонняя веревочная лестница, ведущая на второй уровень с большой горкой, по которой можно было безопасно спуститься на землю. Если горка не интересовала, можно было залезть в огромный сетчатый туннель, переходящий в третий дуб, на небольшую деревянную площадку с кормушкой для птиц и люком с винтовой лестницей, ведущей на землю. Под десятифутовой платформой были перекладины для обезьян, на которых можно было повиснуть или поспешить через них.
  - Вау, - сказал Гарри, его глаза расширились, когда он уставился на него.
  - Вот дерьмо, Сириус, - сказал Римус, его глаза были так же широко раскрыты.
  - Это блестяще, очень!
  Сириус широко ухмыльнулся, положив сына на землю и опустившись на колени рядом с ним.
  - Может, нам войти внутрь, сохатик?
  Гарри кивнул, его глаза все еще были широко раскрыты. Сириус подвел его к винтовой лестнице, и они поднялись на первый уровень и вошли в дом на дереве. Гарри просто смотрел с благоговением, когда Сириус указывал на все, что есть в домике на дереве. Римус ухмылялся, как ребенок, позади него, когда он огляделся.
  - Бродяга, это серьезно, приятель, ты справился потрясающе!
  Сириус усмехнулся.
  - Спасибо.
  Однако он наблюдал за Гарри. Он по-прежнему молчал, оглядываясь по сторонам.
  - Гарри, как ты думаешь? Тебе нравится?
  Гарри просто подбежал к крестному отцу, крепко обхватив его за талию.
  - Это лучшее, что есть на свете! Спасибо! Спасибо! Спасибо!
  Сириус усмехнулся, обнимая Гарри.
  - Видишь, Мародер может подняться по лестнице, и мы можем пригласить твоих друзей поиграть с тобой в нем. И я подумал, что сегодня вечером я, ты и дядя Лунатик можем переночевать в твоем новом домике на дереве?
  Гарри широко ухмыльнулся.
  - Действительно?
  - Если хочешь, - сказал Сириус, когда Гарри энергично закивал, подпрыгивая от волнения.
  - Дядя Бродяга, это лучшее!
  Сириус не мог перестать улыбаться, наблюдая, как Гарри с энтузиазмом бегает вокруг: сначала он находит пиратский корабль, затем бежит по туннелю из сетей, затем поднимается по четырехсторонней веревочной лестнице, затем спускается с горки и карабкается по стене на сторону.
  Это был величайшаякрепость на дереве, и Сириусу не терпелось поселиться в ней со своим крестником и лучшим другом.
  Он хорошо справился, подумал он.
  - Один бал за крестного отца, - подумал он, ухмыляясь. Это должна была быть хорошая ночь.
  Глава 31: Эпизод с волком
  Если вам интересно посмотреть на домик на дереве, вы можете найти его на моем тамблере - breaniebree
  Итак, у меня была идея какое-то время, и сегодня мне наконец удалось облечь свои мысли в слова. Надеюсь, вам понравится эта глава.
  текст:
  Гарри, Сириус и Римус провели ночь в домике на дереве. Сириус развел костер в яме для костра во дворе, и они жарили зефир и делали осьминогов из хот-догов, а Римус показал им, как делать с'моры. Римус был капитаном пиратского корабля, а Гарри был их пленником.
  Сириус и Римус преследовали его по домику на дереве; вверх по стене и через сетчатый туннель, когда он смеялся и визжал от восторга. Сириус пел ему через переговорную трубу, и Гарри пел ему в ответ, пока Римус толкал его на качелях. Он прокрался в люк, крепко схватившись за перекладину и хихикая, когда Римус щекотал его, когда он пытался перелезть через люк. Они включили "Queen" из беспроводного проигрывателя, напевая "Radio GaGa", и решили спать с открытыми окнами. Гарри и Римус заняли двухъярусные кровати, Гарри - наверху, а Сириус удобно устроился в гамаке, а Мародер спал под его покачивающимся телом. Вокруг них мерцали волшебные огоньки.
  Это была идеальная ночь.
  Когда на следующее утро Сириус проснулся, Гарри свернулся калачиком в покачивающемся гамаке, а в открытые окна щебетали птицы. Сириус прижал мальчика ближе и просто лежал, слушая пение птиц, тихое дыхание Гарри и громкий храп Римуса с другого конца комнаты.
  Сегодня был день перед полнолунием.
  Он знал, что не хочет, чтобы Римус был один, но беспокоился о том, чтобы оставить Гарри с Тедом и Энди. Он встречался со Снейпом в пять, чтобы захватить зелье, а Андромеда приезжала, чтобы остаться с Гарри. Закат должен был наступить в 19:24, и Римусу нужно было принять зелье как минимум до 18:24, чтобы оно подействовало на него.
  Гарри слегка пошевелился, но не проснулся, его темная голова прижалась к груди Сириуса над сердцем. Сириус нежно провел пальцами по растрепанным волосам Гарри, на его лице играла мягкая улыбка. Малыш был самым великим. Увидеть, как его глаза загорелись вчера, когда он понял, что этот форт был для него, было невероятно. Ему и Римусу было очень весело играть в нее прошлой ночью, и он знал, что Гарри будет рад, если его друзья придут к нам. После полнолуния он отправлял письмо Молли, чтобы узнать, не хотят ли ее дети зайти на день. Гарри приставал к нему по этому поводу, и они еще не пришли сюда, обычно Гарри просто шел в Нору.
  Он не был уверен, как долго он оставался там, погруженный в свои мысли, перебирая пальцами волосы Гарри, но вскоре он заметил ярко-зеленые глаза, уставившиеся на него, и ухмыльнулся своему крестнику.
  - Доброе утро, сохатик.
  - Доброе утро, дядя Бродяга, - сказал Гарри, садясь в гамаке.
  - Не понравилась твоя двухъярусная кровать? - спросил Сириус, указывая на верхнюю койку, где Гарри должен был провести ночь.
  - Я хотел быть с тобой.
  Сириус улыбнулся, взъерошив волосы Гарри. Услышав эти слова, он всегда испытывал легкое волнение, хотя знал, что Гарри должен был спать в своей собственной постели.
  - Пойдем, пойдем позавтракаем внутри. У нас сегодня много дел.
  Сириус передал Гарри свои очки со столика у двухъярусной кровати, прежде чем он использовал пожарный шест, чтобы добраться до земли, и Гарри нетерпеливо последовал за ним. Мародер все еще спал, поэтому Сириус оставил его там с Римусом. Они нашли завтрак на весь день, и Гарри болтал о домике на дереве, Мародере и своем походе в библиотеку накануне. Сириус отправил Гарри наверх одеться и почистить зубы, а сам прыгнул в душ. Он вошел в свою спальню в расстегнутых синих джинсах, когда Гарри радостно влетел внутрь.
  Гарри с интересом наблюдал за ним, когда он расчесывал и укладывал волосы так, чтобы они "именно так" падали вокруг его лица, и брил лицо до вида "пятичасовой тени" щетины. Гарри сидел на стойке рядом с раковиной в главной ванной и просто смотрел на него. Он продолжал указывать на предметы и задавать вопросы, к большому удовольствию и раздражению Сириуса.
  - Почему у тебя там черные волосы? - спросил он, указывая на прядь темных волос, которая начиналась под пупком и исчезала под джинсами.
  - У мужчин волосы растут в разных местах. Видишь?
  Он жестикулировал, поднимая руку и показывая Гарри длинные темные волосы под мышкой.
  - Почему? - спросил Гарри.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Это просто то, что случается с тобой, когда ты вырастаешь. У тебя появляются волосы повсюду. Иногда и здесь, - он указал на свою грудь. У него никогда не было много волос на груди, в основном прилипших к нижней части живота.
  - У дяди Римуса здесь волосы, - сказал он.
  Гарри указал на тонкий неровный шрам на левом бедре Сириуса.
  - Это что?
   Он протянул руку и осторожно провел пальцами по белому шраму.
  Сириус улыбнулся ему.
  - Я подрался с дядей Римусом, и он меня поцарапал.
  Глаза Гарри расширились.
  - Это сделал дядя Римус!
  Сириус усмехнулся.
  - Мы просто дурачились. Смотри сюда, - он указал на круглый шрам под правой рукой. - Это когда твой папа прыгнул передо мной, и я, твой папа и дядя Римус упали друг на друга в переплетении конечностей, и меня порезали.
  - Если это был всего лишь маленький, почему у него остались шрамы? - спросил Гарри.
  Сириус колебался. Он еще не обсуждал это с Римусом, но хотел, чтобы Гарри знал, что Римус - оборотень. Но он знал, что не имеет права говорить ему, не спросив сначала разрешения у своего друга.
  - Когда оборотень царапает тебя, остаются шрамы навсегда.
  - Что такое оборотень? - спросил Гарри.
  Римус выбрал именно этот момент, чтобы войти в главную ванную, и его глаза расширились от ужаса.
  - Оборотень?
  Гарри кивнул и коснулся шрама Сириуса.
  - Дядя Бродяга сказал, что его поцарапал оборотень. Что такое оборотень?
  Римус медленно сглотнул.
  - Оборотень - опасное существо, которое живет в теле человека. И когда взойдет полная луна, волк вырвется наружу и завладеет телом человека. Они очень опасны!
  Сириус закончил чистить зубы, не обращая внимания на взгляд Римуса.
  - Этим утром у Гарри было полно вопросов.
  - Дядя Римус, у тебя есть волосы на груди?
  Римус выглядел сбитым с толку и слегка сбитым с толку внезапным поворотом разговора.
  - Что?
  - У дяди Бродяги есть волосы под пупком и под мышками, и он сказал, что у мужчин волосы растут в разных местах, а у тебя есть волосы на груди. Могу я увидеть? - спросил Гарри, его голос был полон детского любопытства.
  Римус на мгновение заколебался, все еще смущенный довольно внезапным поворотом разговора, но затем кивнул и осторожно расстегнул рубашку. Белые зигзагообразные шрамы на его животе Гарри уже видел раньше, так что он не обратил на них внимания, но его взгляд остановился на светло-золотистых каштановых завитках на груди Римуса и под его пупком.
  - Почему там волосы?
  Римус усмехнулся и пожал плечами.
  - Не знаю, Гарри. Мужчины там просто отращивают волосы.
  Он вздрогнул от удивления, когда кончики пальцев Гарри коснулись его шрамов.
  - Это тоже от оборотня, дядя Лунатик? Они похожи на те что у дяди Бродяги.
  Сириус прополоскал рот, встретившись глазами с Римусом в зеркале.
  - Да, Гарри, они.
  Он поднял своего крестника, отнес его в свою спальню и усадил на массивную кровать.
  - Сохатик, дядя Муни и мне нужно поговорить с вами о чем-то очень важном.
  Римус покачал головой, застегивая рубашку. Он точно знал, о чем думал его друг.
  - Нет, мы этого не делаем.
  Сириус кивнул.
  - Да, сделаем.
  Гарри с любопытством посмотрел на них двоих.
  - О чем вы?
  - Ничего, Гарри, сегодня мы не об этом, - сказал Римус, бросив на друга довольно угрожающий взгляд.
  - Да, мы об этом, - настаивал Сириус. - Это не то, что мы скрываем от него. Мы говорим правду в этой семье, Римус.
  Римус открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его.
  - Мы говорим правду.
  - Какую правду? - спросил Гарри, его взгляд метался между ними.
  - Об оборотнях, - сказал Сириус, садясь рядом с Гарри и жестом приглашая Римуса сесть с другой стороны от ребенка.
  - Дядя Муни сказал, что они опасны.
  - Да, - сказал ему Сириус, улыбаясь. - Но это только потому, что они волки. Но на что похожи волки?
  - Собаку, - с улыбкой добавил Гарри.
  - Точно. Волки похожи на собак, но в отличие от собак они не хотят, чтобы их гладили, тискали, играли с ними или кормили. Они хотят охотиться за своей едой. Они хотят выть на луну. И самое главное, они защищают что для них важно, - объяснил Сириус.
  - Моего плюшевого волка зовут Лунатик. Дядя Лунатик такой же волк, как ты собака? - спросил Гарри, поворачиваясь к Римусу в поисках подтверждения.
  Руки Римуса сжались в кулаки, немного удивленный тем, как легко Гарри установил связь, и вздрогнул, когда Гарри просто забрался к нему на колени.
  - Ты волк, дядя Муни?
  Его руки обхватили лицо Римуса, с удивлением глядя ему в глаза.
  - Да, - тихо сказал Римус.
  Гарри ухмыльнулся.
  - Могу я посмотреть? Как дядю Бродягу?
  - НЕТ! - воскликнул Римус, вставая так быстро, что Гарри чуть не упал, и толкнул его в объятия Сириуса. - Абсолютно нет, Гарри!
  - Но дядя Сири сказал, что они берегут то, что для них важно, чтобы ты не причинил мне вреда, - просто сказал ему Гарри.
  Сириус коснулся плеча Гарри.
  - Дядя Муни не обычный волк, Гарри. Когда он был маленьким мальчиком, немного моложе тебя, его укусил оборотень. Каждый месяц, когда наступает полнолуние, он вынужден превращаться в опасное существо.
  Глаза Гарри расширились.
  - Это больно?
  Римус в замешательстве наблюдал за Гарри. Он ждал, когда выражение ужаса и отвращения отразится на лице ребенка, но он выглядел грустным.
  - Да.
  Гарри спрыгнул с кровати, и как обезьяна пополз по ногам Римуса, заставив его хихикнуть, когда он поднял Гарри на руки. Гарри поцеловал выцветший шрам на левой щеке.
  - Это лучше?
  - Все лучше, - мягко сказал Римус, любовь изливалась из него, когда он прижимал к себе ребенка. Он сел на кровать рядом с Сириусом, держа Гарри на руках. - Гарри, когда я превращаюсь в оборотня, со мной очень опасно находиться рядом. Ты понимаешь? Я не безопасен.
  Гарри кивнул, широко раскрыв глаза.
  - Так ты получил все свои шрамы?
  Римус кивнул.
  - Да. Иногда я причиняю себе боль, потому что не знаю, что делаю.
  Гарри просто смотрел на него.
  - Но только иногда ты оборотень?
  - Ну, Гарри, я всегда волк, но только когда взойдет полная луна, я вынужден трансформироваться, а когда я трансформируюсь, я опасен, - объяснил Римус.
  Гарри крепко обнял его.
  - Тогда все в порядке. Мы можем снова пойти поиграть в домике на дереве?
  Римус просто посмотрел на Сириуса, который ухмыльнулся ему. Дети очень миролюбивы, подумал он. Сириус был прав. Правда была важна, и он почувствовал облегчение, что ему не нужно скрывать свою тайну от Гарри.
  ***
  В тот вечер Андромеда и Тед пришли поужинать с Гарри. Андромеда пообещала прочитать Гарри сказку на ночь, а Тед сказал, что они собираются устроить вечеринку в домике на дереве. Гарри казался очень взволнованным перспективой появления новых гостей в своем домике на дереве. Римус ушел домой, чтобы запереться в своем подвале, а Сириус воспользовался камином, чтобы добраться до Хогвартса и встретиться со Снейпом.
  Выйдя из камина в кабинет Дамблдора, он постарался не поморщиться при виде сальноволосого мужчины, стоявшего перед ним в черной мантии и держащего в руках дымящийся кубок.
  - Это оно? - спросил Сириус, глядя в зелье.
  - Он должен осушить всю чашу.
  Он передал запечатанный котел Сириусу.
  - Вот остаток зелья на следующие две ночи. Его нужно держать на среднем огне; заклинание, которое я наложил на него для путешествия, будет действовать только час, прежде чем его нужно снова поставить на огонь. Люпин должен выпить его. одновременно все три ночи, чтобы он работал.
  - Понятно. Мы очень ценим, что ты это делаешь, Снейп, - честно сказал ему Сириус.
  Снейп усмехнулся.
  - Уверяю вас, я не умолял об этой работе, но Дамблдор настаивал на том, чтобы я правильно заварил это, чтобы унять боль Люпина. Я думаю, мы оба знаем, что устранение его боли не сделает его менее чувствительным монстром.
  Сириус уставился на него.
  - Я собирался быть здесь взрослым, но я вижу, что ты все еще хнычущий маленький придурок, снивелус!
  - Жаль, что рядом не оказалось зелья, которое научило бы тебя не быть убийцей.
  Глаза Сириуса потемнели.
  - Я не гребаный убийца!
  - Ты доказал, что способен на это, когда нам было по шестнадцать! - Снейп усмехнулся. - Даже не пытайся меня обмануть!
  Сириус схватил котел и дымящийся кубок с зельем.
  - Лучше чтобы это, мать твою, работало, снивелус, или я покажу тебе, на что я способен.
  Он исчез в камине, ощущая на спине враждебную ухмылку Снейпа, и вошел в гостиную Римуса.
  Обе руки Римуса лежали на голове, он беспокойно гладил свои волнистые волосы. Он повернулся, чтобы посмотреть на Сириуса, широко распахнув глаза.
  - Это оно?
  Сириус кивнул, передавая дымящийся кубок своему другу.
  - Выпей все.
  Римус принял кубок, сделал глубокий вдох и выпил зелье тремя большими глотками. Он закашлялся и с отвращением схватился за горло.
  - Я не могу решить, что было хуже: вкус, жжение или запах.
  Сириус одарил его полуулыбкой и поднял котел.
  - Снивеллус говорит, что это должно оставаться на среднем огне, пока ты не выпьешь остаток на третью ночь.
  - Снивеллус? Серьезно, Сириус?
  - Эй, я пытался быть вежливым, но сейчас он еще более ебаный понос, чем был тогда. Как ты себя чувствуешь? - нетерпеливо спросил он, направляясь на кухню, чтобы поставить зелье на плиту.
  - Немного странно, - сказал ему Римус, положив руку на живот. - Как будто я чувствую, как моя кожа пузырится и кипит под поверхностью, как это обычно бывает, когда я готовлюсь к трансформации, но мой желудок скручивается. Это могут быть нервы с моей стороны. Я думаю, что это не работает сразу.
  Сириус кивнул, накладывая на котел защитное заклинание, поддерживающее средний огонь и огнеупорность, поскольку горелка будет гореть следующие три дня.
  - Думаю, что нет.
  Он взглянул на часы.
  - Закат через час.
  - Как себя чувствовал Гарри, когда ты ушел от него?
  - Он в порядке, Римус, - сказал ему Сириус. - Мы еще немного поговорили сегодня днем после того, как ты ушел, о том, что ты превратился в оборотня. Я рассказал ему, как то, что я был собакой и был здесь с тобой, заставило тебя чувствовать себя лучше; например, как он себя чувствовал, когда ему приснился плохой сон, и он хотел меня, чтобы я остался с ним. Я сказал ему, что собираюсь остаться с тобой на всю ночь до утра и что Энди и Тед будут все время внизу, если они ему понадобятся.
  - И его это устраило? - недоверчиво спросил Римус. - Он не готов остаться ночью без одного из нас, Сириус. Ты не должен быть здесь. Ты нужен ему.
  Сириус проигнорировал друга и вывел его на задний двор.
  - Да, должен. И с Гарри все в порядке. Ему нравятся Андромеда и Тед. Кроме того, Тед сказал ему, что они с Энди хотят поиграть в его новом домике на дереве, так что Гарри взволнованно показывал им каждый угол домика на дереве. Гарри сказал мне, что он не хочет, чтобы ты был один, и очень рад, что Тед и Энди останутся с ним. Я нужен тебе сегодня вечером.
  - А как насчет Энди и Теда? Что ты им сказал? - спросил Римус, садясь на скамейку на заднем дворе.
  Сириус сел рядом со своим другом.
  - Что у меня есть кое-что важное, и я не могу быть там сегодня вечером. Они не знают, что ты оборотень, Рем. Я не скажу им твой секрет, и Гарри тоже.
  ***
  - Гарри, очень важно, чтобы ты никогда никому не говорил, что дядя Римус - оборотень, хорошо? - сказал ему Сириус, вставая перед ним на колени так, чтобы его глаза были на одном уровне с глазами его крестника.
  - Почему? - невинно спросил Гарри.
  Сириус вздохнул, добродушно улыбаясь.
  - Гарри, в мире есть много людей, которые невежественны, и они не тратят время на то, чтобы понять вещи. В мире много оборотней, которые действительно плохие и действительно злые, но многие из них просто обычные такие парни, как дядя Муни, которые вынуждены пройти это превращение без их согласия. Если кто-то узнает, что дядя Римус был оборотнем, они могут попытаться навредить ему, не понимая, что он хороший. Ты можешь поговорить об этом со мной и дядей Римусом, когда захочешь, но больше никому, ладно?
  - Я не хочу, чтобы кто-нибудь причинил вред дяде Луни, - тихо сказал Гарри.
  - Я тоже, сохатик. Так что очень важно, чтобы мы сохранили это в секрете только для нас троих, хорошо? Даже для Тонкс. Это защитит его. Ты можешь мне пообещать?
  Гарри улыбнулся и крепко обнял Сириуса.
  - Обещаю. И мы, Мародеры, всегда держим свои обещания.
  Сириус поцеловал его в щеку.
  - Правильно, сохатик. Мародеры всегда держат свои обещания.
  ***
  - Он знает, что говорить кому-либо будет небезопасно для тебя, и он этого не хочет. Он обещал мне, - сказал ему Сириус.
  Римус потер живот, наклоняя шею к плечу.
  - Я все еще не думаю, что ты должен быть здесь. Мы не знаем, что на самом деле сделает это зелье, Сириус. Оно может подействовать на меня по-другому, и я не буду ручным. Я могу стать более диким и опасным.
  Сириус потянулся, чтобы крепко сжать руку друга.
  - Я больше не оставлю тебя одного, Рем. Нет. Конец истории.
  Римус благодарно улыбнулся ему и кивнул. Когда солнце начало садиться, они вошли внутрь, и Римус тщательно запер подвал, используя свою палочку, чтобы трижды запереть его. Он запер свою палочку в потайной нише под потолком, чтобы, перевоплотившись, не сломать ее, а затем начал раздеваться. Оказавшись голым, он свернулся калачиком в углу, дрожа от холода комнаты.
  Сириус, уже превратившийся в Бродягу, прошлепал по комнате, с комфортом положив голову другу на плечо, а Римус тихонько почесал пса за ушами.
  Когда трансформация наконец началась, она была такой же ужасной, как помнил Сириус. Тело Римуса, казалось, двигалось, растягивалось и изгибалось невероятным образом, когда его кожа пузырилась и кипела; мех, проросший по всему его телу темно-золотисто-коричневого цвета и покрывающий его. Его лицо удлинилось, стало похоже на морду, а уши удлинились. Его зубы стали острее, и он зарычал, когда боль пронзила его, и он завыл.
  Но когда трансформация закончилась, янтарные глаза его лучшего друга посмотрели на него с волчьей морды, без дикого блеска в них, и Сириус понял, что это сработало. Он тихо лежал со своим другом, волк рычал на комнату, отчаянно желая освободиться. Он подозрительно понюхал Сириуса, а затем, узнав запах своего друга, просто пошел дальше.
  Когда взошло солнце и Римус снова превратился в себя, Сириус укрыл своего спящего друга одеялом и открыл подвал, используя камин, чтобы вернуться в свой дом. Андромеда и Тед спали наверху в комнате для гостей, поэтому он пробрался в комнату Гарри, забрался в постель со своим крестником и поцеловал его в щеку.
  Гарри слегка пошевелился, прижимаясь к объятиям Сириуса.
  Сириус проснулся два часа спустя от ощущения, что тело Гарри вырывается из его рук. Он открыл один глаз и увидел, что Гарри улыбается ему.
  - Мне было удобно, вернись сюда, сохатик, ты был моей подушкой.
  Гарри хихикнул и отпрянул от него.
  - Дядя Муни в порядке?
  Сириус улыбнулся и нежно провел рукой по волосам Гарри.
  - С дядей Муни все будет в порядке. пойдемзавтракат.
  ***
  Римус появился незадолго до обеда. Он выглядел усталым, под глазами темные круги, но его глаза загорелись, когда Гарри бросился в его объятия, и он крепко обнял его. Он сел за кухонный стол, благодарно улыбаясь, когда Сириус поставил перед ним тарелку бутербродов с беконом.
  - Спасибо. Как Гарри?
  - Он был в порядке. Энди и Тед ушли сразу после завтрака, - сказал ему Сириус, садясь рядом с другом.
  - Как дела?
  Римус колебался.
  - Я устал и немного болею, но... мне не больно.
  Глаза Сириуса загорелись.
  - Вообще?
  Римус кивнул.
  - Просто нормальная болезненность мышц после трансформации. Я чувствую себя... хорошо.
  - Ты помнишь?
  Римус кивнул.
  - Все это время это был я, Сириус. Я был волком и полностью контролировал ситуацию.
  - Я знаю. Твои глаза, Лунатик, это были твои глаза, а не глаза волка, - сказал ему Сириус.
  Римус улыбнулся.
  - Я думаю, это действительно сработало, Сири, это действительно сработало.
  Сириус усмехнулся и встал, чтобы обнять своего друга, обняв его еще крепче, когда почувствовал слезы друга на своей рубашке. Гарри зашел на кухню после того, как помыл посуду к обеду, и увидел, как Сириус обнимает Римуса. Он забрался к Римусу на колени, крепко обняв его, и почувствовал, как Римус удовлетворенно вздохнул, когда с комфортом принял детские объятия.
  Когда он наконец отстранился, Римус вытер слезы.
  - Я не могу отблагодарить тебя за то, что ты сделал это для меня, Сириус.
  Сириус покачал головой.
  - Нет. Я просто рад, что это сработало. Теперь помнишь, сегодня вечером ты должен принять зелье в одно и то же время, чтобы оно сработало.
  Римус кивнул, широко улыбаясь.
  - Я буду его пить.
  - И на этот раз, Рем, ты не запираешься в этом темном, сыром подвале.
  Брови Гарри нахмурились. Он все еще сидел на коленях Римуса.
  - Ты запираешься, дядя Муни?
  Римус поцеловал Гарри в макушку.
  - Я должен держаться подальше от людей, чтобы не причинить им вреда.
  - Но с этим зельем теперь мы знаем, что это не проблема, - небрежно сказал Сириус.
  - Мы не знаем наверняка, - сказал ему Римус.
  - Это сработало прошлой ночью, да, но сегодня полнолуние. Эффект может быть совершенно другим.
  Сириус кивнул.
  - Хорошо. Сегодня и завтра мы будем в подвале. Но если обе ночи будут такими же, как вчера, Рем, ты не останешься там еще на одну ночь.
  - Энди и Тед вернутся сегодня вечером? - спросил Гарри, переводя взгляд с Сириуса на Римуса. - Значит, ты снова можешь составить дяде Луни компанию?
  Сириус наклонился и поднял Гарри, целуя его в щеку.
  - Нет. Сегодня вечером мы оба составим компанию дяде Луни.
  Глаза Римуса расширились от ужаса.
  - Сириус, ты мать твою сошел с ума? Ты не можешь подпустить Гарри ко мне, когда я такой монстр!
  - Дядя Муни! - воскликнул Гарри.- Никаких плохих слов!
  Римус покраснел.
  - Прости, маленький сохатый. Я просто так беспокоюсь, что если дядя Сириус приведет тебя с собой сегодня вечером, я могу причинить тебе боль.
  Гарри просто улыбнулся ему.
  - Нет, ты не будешь. - Он спрыгнул с рук Сириуса. - Мародер и я идем на улицу, чтобы поиграть в домике на дереве.
  Сириус с ухмылкой смотрел, как он торопится уйти.
  - Видишь, пацан понимает. И с ним все будет в порядке, Римус. Я уложу его в постель в его спальне и буду с тобой в подвале.
  Римус выглядел нерешительным.
  - Сириус... если я выйду...
  - Ты не монстр, Рем. Ты был собой прошлой ночью, и у тебя был полный контроль над волком.
  Римусу удалось слегка улыбнуться своему другу.
  - Он будет в безопасности?
  - Ты будешь в подвале, Римус. Он будет в безопасности наверху.
  ***
  Когда Римус проснулся на следующее утро, он обнаружил, что закутался в толстое одеяло, с одной стороны от него прижался ребенок, с другой - щенок, а с другой - большая черная собака.
  Все совершенно безопасно.
  Он вспомнил, как Гарри пробрался в подвал, Сириус отказался запирать дверь и как Бродяга просто безмолвно проводил мальчика вперед.
  Гарри опустился на колени перед Римусом, раскинул руки и обнял волка. Римус вспомнил, как он был счастлив, увидев своего щенка, и чувство защиты, охватившее его. Гарри крепко обнял его, а рядом боролись Бродяга и Мародер.
  Ребенок в полной безопасности в комнате с рюкзаком.
  Он осторожно встал, выпутываясь из рук ребенка и собаки. Он оделся и пошел на кухню готовить завтрак, выглянув во двор, когда Сириус вошел в комнату со спящим Гарри.
  - Я же говорил тебе, что это безопасно.
  - Было глупо с твоей стороны впустить его туда, Сириус. Что, если бы я причинил ему боль?
  Сириус лишь посмотрел на него.
  - Прошлой ночью ты чувствовал себя еще сильнее защищающим Гарри, чем сейчас. Ты бы никогда не причинил ему вреда. Зелье делает тебя безопасным, Римус. Оно делает тебя в безопасным. И тебе больше никогда не придется оставаться одному в полнолуние.
  Римус только кивнул, чувствуя облегчение. Он больше не будет один. И Сириус был прав, Гарри был в безопасности.
  Зелье помогло ему приручить монстра, а ребенок помог ему почувствовать себя в безопасности и защищенным настолько, насколько он хотел, чтобы ребенок был в безопасности и защищен.
  Белби создал для него подарок, и Сириус позаботился о том, чтобы он смог его получить.
  Он никогда не чувствовал себя таким благословенным за всю свою жизнь. И не так признательно.
  На этот раз он не был настоящим монстром. На этот раз он был Римусом, просто Римусом Джоном Люпином - человеком и волком - и он не мог быть более счастливым.
  Глава 32: Эпизод, где Римус говорит Сириусу разобраться с Блеками
  Римус действительно заслуживает счастья, и мне нравится, что он стесняется говорить об этом другим. Я думаю, это важная часть его личности, и ему нужно, чтобы Гарри и Сириус помогли ему принять это. Когда дело касается Тонкс, ну, он может быть более нерешительным.
  текст:
  Гарри проводил почти все свободное от учебы время в своем новом домике на дереве. Он был абсолютно влюблен в него. И он не мог дождаться, когда его новые друзья придут посмотреть на него. Он умолял Сириуса разрешить ему пригласить Джинни и Рона и, возможно, Фреда и Джорджа тоже, но Сириус сказал ему, что он должен подождать, пока Римус не поправится.
  Наконец наступили выходные, и Сириус отправил сову миссис Уизли, приглашая ее пятерых младших детей к себе. Сириус сказал Гарри, что он должен включить Перси, который тоже был еще слишком мал, чтобы посещать Хогвартс. Гарри не проводил с Перси никакого времени, но он был более чем готов включить его в приглашение.
  Перед самым обедом миссис Уизли связалась по камину, и Сириус с улыбкой поприветствовал ее.
  - У нас все будет хорошо, Молли. Не волнуйся! Ты всегда пускаешь Гарри в "Нору". Почему бы тебе не отпустить своих детей хоть раз сюда? Я уверена, что вы с Артуром будете благодарны за передышку.
  - Сириус, мне кажется, ты не совсем понимаешь обязательство, которое собираешься принять, - сурово сказала ему миссис Уизли.
  - У тебя будет шестеро детей в возрасте до десяти лет, и двое из них эквивалентны еще шестерым.
  Сириус широко улыбнулся ее меткому описанию Фреда и Джорджа.
  - Я в курсе, Молли. Пришли их после обеда. У нас все будет хорошо, - поклялся Сириус.
  Миссис Уизли колебалась, а затем в отчаянии покачала головой.
  - Ну ладно. Они придут в час, но не говори, что я тебя не предупредила.
  Гарри взволнованно вскрикнул, подпрыгивая на диване в гостиной.
  - Они идут! Они идут!
  Сириус подхватил Гарри в прыжке.
  - Эй, обезьянка! Не прыгай на мебели! - Он подвесил Гарри вверх ногами и пошел с ним на кухню, пока Гарри хихикал. Он усадил его на кухонную стойку, положив руки по обе стороны от него. - Сейчас мы наполним тот ящик со льдом в домике на дереве фруктовым пуншем и тыквенным соком. А ты можешь взять несколько пакетов чипсов, взрывных конфет и кристаллизованных ананасов в домик на дереве, чтобы вы вшестером могли разделить их. Итак, какие правила для друзей?
  - Будь добр и поделись.
  - Правильно, а кто главный?
  - Ты! - сказал Гарри с ухмылкой.
  Сириус поцеловал лоб Гарри.
  - Правильно, сохатик. Теперь иди и выбери все игры, которые ты хочешь принести в дом на дереве. Ты можешь запастись ими для своих друзей.
  Гарри спрыгнул со стойки и поспешил перебрать свои игры, выбежав в сад, чтобы положить их в домик на дереве. Сириус упаковал коробку, полную напитков и закусок, и медленно пошел к домику на дереве, чтобы Гарри мог сложить их в ящик со льдом. Когда все было готово, Гарри устроился за кухонным столом и с удовольствием съел свой бутерброд с сыром на гриле. Он макал его в томатный суп с широкой улыбкой на лице, а его ноги от волнения бешено пинались под столом.
  Ровно в час камин зажегся, и Гарри вскрикнул от восторга, побежал вперед и заключил Джинни в крепкие объятия. Джинни обняла его в ответ, поцеловала в щеку, а затем побежала играть с Мародером, который был так же рад ее видеть. Следующим вышел Рон, затем Перси, потом Джордж и, наконец, Фред. Все пятеро с интересом оглядывали гостиную, смеясь и поглаживая Мародера, который прыгал вокруг них в восторге от перспективы иметь больше детей для игры.
  - Лежать, Мародер! - строго сказал Сириус, и Мародер остался на ногах, слегка пыхтя и с удовольствием принимая внимание Джинни, которая почесала его за ушами.
  Сириус тепло улыбнулся.
  - Добро пожаловать, мальчики и Джинни, конечно. Гарри очень хочет показать вам свой новый домик на дереве, чтобы вы могли гулять и веселиться. Если вам что-нибудь понадобится, не бойтесь спрашивать. Туалет наверху, да?
  Перси вежливо улыбнулся.
  - Спасибо, мистер Блэк.
  Сириус усмехнулся.
  - Можешь называть меня Сириусом. Развлекайся.
  Гарри вывел их на улицу и с ликованием указал на свой новый дом-крепость на дереве.
  - Вау! - воскликнул Фред, его глаза расширились. - Этосклонность к озорству, Гарри!
  Все дети бросились к домику на дереве и поспешили внутрь. Сириус закончил уборку на кухне после обеда, затем взял себе пиво из ящика со льдом и отправился в задний сад. Он держал в руке блокнот и карандаш, пытаясь придумать несколько идей, как можно привести в порядок остальную часть двора. Он слушал в пол-уха, как дети визжат и играют в восторге.
  Гарри был более чем рад приходу своих друзей. Они с Джинни сидели на вершине пиратского корабля. Он показывал ей, как заряжать пушку и стрелять водяными шарами, и они оба ухмылялись, как ненормальные, когда обстреливали Фреда и Джорджа под теплым послеполуденным солнцем. Перси находился внизу, пользуясь говорящей трубкой, и язвительно выговаривал Рону через трубку за то, что тот заманил его в ловушку в сетчатом туннеле.
  Сириус забрался на вершину пиратского корабля, чтобы проверить, как там дети, его язык был приклеен к щеке, когда он услышал разговор Джинни и Гарри.
  Джинни широко улыбнулась ему.
  - Это самый лучший домик на дереве! Тебе так повезло, Гарри!
  Гарри улыбнулся ей.
  - Это был самый лучший сюрприз! Потом мы устроили в нем ночевку.
  - Это было бы весело! Спать здесь под звездами!
  Гарри усмехнулся.
  - Может, мы как-нибудь устроим ночевку.
  Милый болтун, подумал Сириус с ухмылкой, помахав Гарри и Джинни. Он подумал, что через десять лет это может стать фразой, которую Гарри будет использовать, а потом усмехнулся про себя.
  - Как вы двое здесь поживаете?
  Джинни обняла Сириуса, улыбаясь ему.
  - Спасибо, что пригласили нас, это лучшее место на свете!
  Сириус улыбнулся ей, нежно погладив по голове, когда она побежала обратно к пиратскому колесу.
  - Я рад, что вы, ребята, смогли прийти. Гарри, ты уже предложил своим друзьям какую-нибудь закуску?
  Гарри покачал головой, и Сириус крикнул, чтобы все Уизли пришли в дом на дереве. Когда закуски и напитки были розданы, Сириус оставил их одних, чтобы перекусить и поиграть в игру "Взрывная щелка". Он улыбнулся, когда добрался до подножия лестницы и услышал, как из домика на дереве доносится голос Queen. Гарри использовал проигрыватель, подумал он с ухмылкой.
  Он вернулся на свое место на террасе и достал карандаш. Он хотел исправить ландшафтный дизайн, но ему также хотелось что-нибудь сделать с патио. Может быть, поставить какую-нибудь беседку, чтобы там была тень, где они могли бы посидеть. Ему также нужна была лучшая уличная мебель, так как шаткие стулья на лужайке и одна старая деревянная скамейка в какой-то момент должны были исчезнуть.
  Конечно, сейчас была середина сентября, поэтому все, что он планировал сделать, должно было подождать до следующего лета, но, тем не менее, он чувствовал себя продуктивным, строя планы.
  Сириус только улыбнулся Римусу, когда тот вышел на террасу.
  - Привет, Рем, не ожидал тебя сегодня увидеть.
  Взгляд Римуса переместился на звук музыки, доносившейся из домика на дереве.
  - Я вижу, Гарри все еще любит свою новуюкрепость.
  - Очень. Дети Уизли занимаются этим вместе с ним. Сейчас у них перекус.
  - Сколько детей Уизли? - спросил Римус, удивленно подняв брови.
  - Пять, - сказал Сириус с ухмылкой. - Билл и Чарли в Хогвартсе.
  Римус кивнул и сел на один из шатких стульев на лужайке напротив своего друга.
  - Я собирался узнать, не хочет ли Гарри наверстать пропущенные вчера уроки, пока я был под градусом, но он слишком веселится.
  - Да, он такой, - сказал Сириус с ухмылкой. - Мне нравится, как ему нравится этот домик на дереве. Жаль, что я не успел сделать его ближе к началу лета, но, надеюсь, у него еще есть хотя бы месяц, чтобы насладиться им, прежде чем станет слишком холодно.
  Римус улыбнулся.
  - Будет. Даже зимой, я думаю, ему понравится. Ты можешь наложить несколько согревающих чар.
  - Отличная идея, - сказал Сириус с ухмылкой, отложив пергамент. - Я тут подумал, что мне нужно построить здесь еще что-нибудь, например, беседку или навес, чтобы была тень. Может быть, какой-нибудь стол, чтобы мы могли есть здесь. К тому же следующим летом мне нужно будет заняться ландшафтным дизайном. Либо избавиться от всех растений и заросших садов, либо пересадить их. Я не могу решить.
  - Ты сам посадил вон тот.
  - Да, это так, - признался Сириус, глядя на заросший сад. - Потом я быстро забыл об этом, и это довольно ужасно.
  Римус рассмеялся, но кивнул в знак согласия.
  - Действительно. Мне нравится заниматься садом, иногда это меня успокаивает. Я могу помочь тебе что-нибудь собрать в следующем году.
  - Спасибо, Муни.
  Они оба вздрогнули от фейерверка, который взлетел над домом на дереве, и Сириус усмехнулся, вставая.
  - Лучше пойду проверю детей, скоро вернусь.
  Он поспешил через двор и крикнул детям.
  - Эй! Кто из близнецов Уизли запустил фейерверк?
  Маленький худой рыжеволосый мальчик вышел и поднял руку.
  - Это я.
  Сириус широко улыбнулся ему.
  - Хорошая работа, Джордж? - спросил он вопросительно, и мальчик засмеялся и кивнул.
  - Фейерверки определенно разрешены.
  Он поднял мешок с фокусами, который купил у Зонко в последний раз, когда был в Хогсмиде.
  - Здесь есть несколько лакомств; используйте их с умом, мальчики.
  Джордж засиял, принимая пакет с веселящими продуктами.
  - Спасибо, Сириус! Фред! Рон! Посмотрите на это!
  Сириус усмехался про себя, пробираясь обратно через лужайку к месту, где сидел Римус.
  - Ты действительно просто отдал им остатки продуктов Зонко?
  Сириус пожал плечами.
  - Я не собираюсь их использовать. Кроме того, мне очень нравятся Фред и Джордж, у этих мальчиков отличный потенциал мародеров. Я хочу посмотреть, куда они с ним пойдут.
  Римус улыбнулся.
  - Просто надеюсь, что их мать не узнает, что ты отдал их ее детям. Судя по тому, что сказал Гарри, они часто попадают в неприятности.
  Сириус рассмеялся и скрестил ноги в лодыжках.
  - Меня не поймают. Кроме того, завтра я собираюсь сделать остановку в Гамболе и Джапсе, так что я найду для себя больше вещей.
  Римус закатил глаза.
  - Не моя точка зрения.
  Он усмехнулся.
  - Я знаю.
  Несколько мгновений они наблюдали за тем, как дети бегают по саду, входят и выходят из домика на дереве и преодолевают полосы препятствий в дружеском молчании, прежде чем Римус заговорил.
  - Сириус, когда я был в солярии, я заметил, что ты до сих пор не убрал в папку бумаги из Министерства магии. Тебе действительно стоит убрать их в свое хранилище, - сказал ему Римус, вытянув перед собой длинные ноги.
  Сириус помрачнел.
  - Я знаю, знаю. Просто... там же есть материалы о поместье семьи Блэк, и как только я подам их, они станут реальными - а потом мне придется разбираться с Гриммоулд Плейс.
  - Ах, - сказал Римус, понимая, куда клонит его друг. - Значит, ты еще не вернулся?
  - Нет, с того дня, когда я забрал свои вещи после выхода из Азкабана. Я вошел и вышел меньше чем за десять минут.
  Римус кивнул, не сводя глаз с домика на дереве, наблюдая, как Фред или Джордж Уизли карабкаются по скальной стене, а его близнец висит вниз головой на перекладине. Перси стоял на середине четырехсторонней веревочной лестницы и смеялся, пока Рон гонялся за Джинни и Гарри по сетчатому туннелю. Они выглядели так, будто им было весело.
  - Я знаю, что мне нужно разобраться с поместьем, - сказал Сириус, когда его друг замолчал. - И в основном мне придется иметь дело с Кичером, этим жалким старым эльфом.
  - Ты сказал, что раньше ты ему нравился.
  Сириус закатил глаза.
  - Да, когда я был ребенком, пока моя мать не решила, что я плохое семя. Кричер поклонялся земле, по которой ходила моя мать, поэтому все, что она думала или делала, он принимал со всей душой. Теперь он принадлежит мне, и от этой мысли мне становится как-то не по себе.
  - Ты мог бы попросить его убраться в доме.
  Сириус на мгновение задумался.
  - Я мог бы, я действительно ненавижу уборку, но мне нравится, что здесь только я и Гарри. У нас есть хорошая система, и мы делаем все, что нужно. Мне не нужен здесь домовой эльф. Да и дом недостаточно велик для домового эльфа.
  - Ты можешь освободить его.
  Сириус фыркнул.
  - Будь реалистом. Он бы умер от шока.
  Римус усмехнулся.
  - Как насчет того, чтобы отправить его в один из других благородных домов с членом семьи Блэк для работы? Может, к Малфоям? Или он нужен Андромеде и Теду?
  Сириус на мгновение задумался.
  - У Малфоев уже есть как минимум четыре домовых эльфа, вряд ли им нужен еще один. А Энди он точно не нужен. Их дом лишь немного больше, чем Блэк Коттедж. Не знаю, он может пока остаться в Гриммаулд Плейс. Я все улажу. Я съезжу как-нибудь в ближайшие несколько недель и посмотрю, насколько плохо выглядит дом и что с ним делать. Посмотрим, смогу ли я его продать или что-то в этом роде.
  - Не продавай его, - сказал Римус, удивив Сириуса.
  - Ну, я точно не хочу этого, - сказал ему Сириус, его глаза потемнели. - У меня нет ни одного хорошего воспоминания об этом месте! Почему я должен хранить его?
  - Я не говорю, что он должен остаться у тебя, Сириус, - осторожно сказал Римус. - Но твой отец был параноиком, ты всегда так говорил, а этот дом защищен заклинаниями и защитными чарами больше, чем, возможно, даже сам Хогвартс. Не мешало бы содержать его в чистоте и держать как убежище, если оно нам когда-нибудь понадобится.
  - Убежище? - сказал Сириус, обдумывая слова своего друга. - Война закончилась, Муни.
  Римус улыбнулся.
  - Да, но Дамблдор считает, что Волдеморт все еще где-то там - и, честно говоря, я тоже. Никогда не знаешь, что может случиться в будущем. Иметь убежище, возможно, не такая уж плохая идея. Надеюсь, нам никогда не понадобится его использовать, но, может быть, Гарри захочет его иметь, когда вырастет или что-то в этом роде.
  Сириус кивнул.
  - Хорошо, я подумаю об этом.
  - Хорошо, - сказал ему Римус, вставая. - Ну, я оставлю тебя с твоим домом, полным детей. А мне нужно выполнить несколько поручений. Что-нибудь нужно?
  Сириус отмахнулся от него.
  - Нет, мы в порядке. Ты все еще не против остаться с Гарри завтра вечером, пока я схожу на свидание?
  Римус усмехнулся.
  - Я освобожусь к четырем.
  - Спасибо, Муни.
  Сириус не сводил глаз с Гарри и его друзей, снова обратившись к пергаменту. Ему нужно было обдумать несколько вещей, но Римус был прав, ему нужно было разобраться с Гриммоулд Плейс. И, возможно, сохранить его в качестве возможного убежища было неплохой идеей, потому что Римус был прав, он тоже не думал, что Волдеморт полностью исчез.
  ***
  Гарри было очень весело в тот день, когда он и его друзья бегали по крепости, играли в разные игры, кричали и смеялись, и когда наконец пришло время Уизли идти домой, Гарри был разочарован. Он не хотел, чтобы они уходили. Но он попрощался, и Сириус заверил его, что они скоро вернутся.
  Он был в восторге от идеи провести следующую ночь с Римусом, поэтому Сириус высадил его у дома Римуса, поцеловал на прощание и аппарировал в Лондон к Алтее.
  По дороге он купил тайскую еду и постучал в дверь ее квартиры, широко улыбаясь.
  - Я пришел с едой, - сказал он, заставив ее рассмеяться, когда она впустила его.
  Они ели за кухонным столом, и Сириус рассказал ей о том, как Гарри понравился дом-форт на дереве. Она рассказала ему о том, как продвигаются ее планы на Шри-Ланке. Она уезжала менее чем через две недели, и ей еще многое нужно было организовать и упаковать.
  Затем их рты прильнули друг к другу, и Сириус пинком закрыл дверь ее спальни, когда они упали на кровать, языки встретились, руки схватили друг друга, пока они раздевались, и тела прижались друг к другу в потребности любить. Сириус вошел в нее, и ее голова откинулась назад в наслаждении, когда он жестко и глубоко насаживал ее, а ее ноги обвились вокруг его талии.
  Когда они перевели дыхание, она поцеловала точку пульса в его горле.
  - Я не могу решить, чего мне будет больше не хватать - твоего рта или твоего члена.
  Он ухмыльнулся и нежно поцеловал ее.
  - Определенно моего члена.
  Алтея хихикала, сидя на его животе.
  - Я буду скучать по тебе, - честно сказала она ему, прижимаясь к нему и медленно опускаясь вниз по его телу, пока ее голова не оказалась между его ног. Его дыхание слегка сбилось, когда ее рот переместился на него, и он схватил в кулак ее волосы, застонав.
  Ее язык чувственно скользил по его длинному стволу, заставляя его удлиняться, а ее руки ласкали его яйца, ее рот соскользнул с его ствола, чтобы присоединиться к ее рукам, и он вздохнул от удовольствия. Она приподняла его яйца, посасывая кожу за ними, и когда ее язык скользнул в него, он вздрогнул и вскрикнул от неожиданного удовольствия. Она щипала и сосала, ритмично двигая им, пока он не застонал и не кончил на нее.
  - Блядь, - пробормотал он, ухмыляясь, когда она поцеловала его член, ее рот двигался вверх по его животу, посасывая кожу и оставляя крошечные засосы вдоль ребер.
  Алтея усмехнулась и засмеялась, когда он перевернул ее, глубоко поцеловал, а затем переместился ниже, чтобы пососать ее грудь. Когда он сильно сосал нижнюю часть ее правой груди, его пальцы проникли между ее складок, и она застонала, ее бедра приподнялись, чтобы встретить его, когда он работал над ней, добавив второй палец, когда она напряглась вокруг него. Он поцеловал ее живот и добавил большой палец, надавив на ее узелок, и она вскрикнула. Затем его руки исчезли, и он оказался внутри нее, вдавливаясь и вырываясь, пока она выкрикивала его имя, и оргазм захлестнул ее.
  После этого она провела пальцами по его животу, положив голову ему на плечо, рассказывая о том, что ей еще предстоит сделать, чтобы подготовиться к поездке в Шри-Ланку.
  - Ты, наверное, волнуешься, - сказал он ей, обхватив ее рукой и закрыв глаза, слушая, как она рассказывает ему об этом.
  Гражданская война шла там с 1983 года, и против правительства боролось повстанческое движение "Тигры освобождения Тамил Эларн", более известное как LTTE или "Тамильские тигры". Число погибших росло из-за военныхпреступников, и многие невинные люди погибали в этой борьбе.
  Сириус нежно провел пальцами по ее волосам, пока она рассказывала ему историю конфликта.
  - А как насчет волшебников? Они тоже участвуют в этой повстанческой борьбе против правительства Шри-Ланки?
  Алтея покачала головой.
  - Они делают все, что могут, но ты же знаешь, как магические министерства стараются не вступать в конфликт с маггловскими проблемами, не говоря уже о том, чтобы вообще в него вмешиваться, если это не затрагивает их напрямую.
  Он кивнул.
  - Да, и это, по-моему, печально. Может быть, мы могли бы помочь друг другу выбраться из этих проблем и не иметь столько войн, а не просто избегать друг друга.
  Алтея поцеловала его подбородок.
  - У тебя иногда такое доброе сердце.
  - Только иногда? - сказал он со смехом, и она улыбнулась ему.
  - Ты знаешь, что я имею в виду, - сказала она, садясь, чтобы улыбнуться ему.
  - Ты хочешь делать добро; помогать другим. Это одна из тех вещей, которыми я восхищаюсь в тебе. Именно поэтому я не могу дождаться, когда поеду на Шри-Ланку и сделаю что-то действительно хорошее для людей, понимаешь? Я хочу помочь, даже если это что-то такое маленькое, как наложить повязку ребенку, который порезал коленку. Я хочу помочь.
  Сириус улыбнулся, облизывая губы, когда кончики ее пальцев проследили за мышцами его живота.
  - Ты справишься. Я знаю это. Ты отличная целительница.
  Она улыбнулась ему.
  - Спасибо. Я знаю, что смогу помочь, но я просто хочу сделать больше, вот и все. - Она растянулась рядом с ним и скрестила руки на груди, положив подбородок на предплечья.
  - Но хватит о моей предстоящей поездке.
  - Да? - спросил он, ухмыляясь. - О чем же мы тогда будем говорить?
  Алтея улыбнулась ему.
  - В понедельник у меня день рождения.
  - Я знаю, - сказал он с ухмылкой, глядя на нее. - Ты упоминала об этом несколько десятков раз.
  Алтея рассмеялась и ухмыльнулась.
  - Я не хочу, чтобы ты мне что-то покупал.
  - Ох, нет? - спросил Сириус, слегка удивленный. Судя по тому, сколько раз она упоминала об этом, он решил, что это именно то, что она хочет, и он раздумывал, стоит ли покупать ей подарок. Они не встречались, но поскольку он часто с ней трахался, он чувствовал себя обязанным подарить ей что-нибудь.
  - Что же ты хочешь на свой день рождения, Кастелланос?
  Алтея ухмыльнулась ему. Она точно знала, чего хочет. Ее день рождения выпал ровно за пять дней до отъезда, и она хотела провести с ним как можно больше времени до отъезда.
  - Хорошо, я хочу, чтобы ты встретился со мной здесь в час дня.
  - Я и так делаю это каждый понедельник, - сказал он ей.
  Она покачала головой, ее глаза заблестели.
  - О, я знаю, - сказала она ему, ее лицо раскраснелось. - Но на этот раз, когда ты встретишь меня здесь, это будет мой день рождения.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Я знаю. Что ты пытаешься сказать Кастелланос? Хочешь, чтобы я хоть раз пригласил тебя куда-нибудь?
  Она покачала головой, села и улыбнулась ему. Ее глаза потемнели, взгляд медленно опустился по его телу, а затем вернулся вверх, и он мгновенно затвердел.
  - Нет. Я хочу, чтобы ты провел весь день со своим ртом и пальцами на мне, во мне, и ничего больше.
  Бровь Сириуса поднялась, и он ухмыльнулся.
  - Только мой рот и мои пальцы, да?
  Алтея кивнула.
  - Моим подарком на день рождения от тебя будет целый день оргазмов.
  Сириус засмеялся и наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в нос.
  - Договорились. Но ты должна быть готова, потому что когда я на что-то нацеливаюсь, я нацеливаюсь, и ты, Алтея Кастелланос, будешь повторять снова и снова, снова и снова, и когда ты будешь думать, что не сможешь повторить снова, ты будешь продолжать повторять, пока я не насыщусь тобой.
  А потом он снова оказался внутри нее, и она крепко прижалась к нему, пока он скакал на ней, и когда восхитительный оргазм пронзил ее, она подумала, что это будет лучший день рождения в ее жизни.
  Глава 33: Та, в которой Гарри спрашивает о сиськах
  Некоторые из вас спрашивали о Невилле, и я упоминал о нем в нескольких главах. У меня были все намерения каким-то образом ввести его в эту историю. Ну, так сказать, семя было посажено, но у меня есть несколько других вещей, которые я рассматриваю в данный момент, как вы скоро увидите.
  Спасибо Steel за напоминание о том, что я забыл об этой маленькой сцене.
  текст:
  На следующее утро Сириус отвез Гарри на последний прием к целительнице Тее для уколов и последнего осмотра. Гарри радостно сидел в комнате для пациентов, свесив ноги со стола, когда стягивал с себя рубашку. Сириус еще раз заверил его, что целительница Теа просто проверит его, и Гарри только кивнул.
  Алтея тепло улыбнулась ему, когда вошла в комнату.
  - Доброе утро, Гарри. Как у тебя дела сегодня?
  - Хорошо, - сказал он ей, все еще раскачивая ногами.
  - Хорошо. Сегодня я собираюсь проверить тебя, как и в прошлый раз, но на этот раз у меня есть для тебя несколько зелий, хорошо?
  Он кивнул и не шевелился, не сводя глаз с Сириуса, пока Теа проверяла его уши, сердце, глаза, спину, горло, осматривала его со всех сторон. Она взвесила его, обрадовалась, что его вес достиг девятнадцати килограммов, сказала Сириусу, что это нормально, и с удовольствием отметила, что он вырос на целых семь с половиной сантиметров. Его глаза выглядели хорошо, сказала она ему, никаких изменений в зрении, и ей было приятно видеть, что у него поцарапана коленка и маленькие обычные синяки ребенка, который играл и хорошо проводил время.
  Она ушла за зельями для прививок и через минуту вернулась с шестью разными зельями. Она объяснила Сириусу, что делает каждое из них, и пообещала Гарри, что если он выпьет их все, то получит угощение. Первое зелье, предотвращающее драконью оспу, заставило его отрыгнуть фиолетовый дым, после чего он захихикал. Остальные: Для предотвращения Скрофунгулуса, другой - от Исчезающей болезни, третий - от Брызгогрыза, пятый - для укрепления иммунной системы против Магического гриппа, и, наконец, последний - для предотвращения заражения любыми маггловскими болезнями (от коклюша до кори и ветряной оспы) и дальнейшего укрепления его магического ядра. Гарри медленно выпил их все, лишь однажды его чуть не стошнило от Исчезающей болезни, от которой из его ушей пошел пар.
  Сириус сказал ему, как хорошо он поработал, пока Теа еще раз проверяла его, чтобы убедиться, что зелья подействовали, а затем позволила ему выбрать леденец. Гарри охотно взял апельсиновый, ухмыляясь.
  Сириус поцеловал Гарри в макушку.
  - Ты отлично справился, сохатик!
  Гарри улыбнулся, с удовольствием посасывая угощение.
  Теа улыбнулась Гарри в ответ.
  - Все выглядит замечательно, Сириус. Ты прекрасно о нем заботишься. Его рост и вес в среднем в норме для шестилетнего мальчика. Все выглядит хорошо, и признаки недоедания исчезли. Этих зелий хватит до десяти лет, а потом ему придется принять еще одну дозу. Я предлагаю позаботиться об этом до того, как он отправится в Хогвартс.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Спасибо, Кастелланос.
  Она кивнула и попрощалась с Гарри. Сириус снова надел на Гарри рубашку, пока тот обсасывал апельсиновый леденец, а затем сказал ему, что дальше они пойдут на Косую Аллею. Они вышли из больницы и на лондонском метро доехали до Косой-аллеи. Сначала они сделали остановку у Волшебного банка Гринготтс, и Сириус взял с собой бумаги и важные документы, касающиеся его опеки над Гарри и поместьем семьи Блэк, и положил их в свое хранилище. Он показал Гарри, где находится его собственное хранилище и как выглядит ключ, после чего положил его обратно в бумажник. Гарри очень понравилось спускаться на тележке в хранилище, он все время смеялся и ухмылялся.
  После банка Сириусу понадобилось несколько вещей из аптеки, чтобы пополнить свою аптечку. Ему понадобилось еще немного совиного корма для Персефоны, а также немного собачьего корма для Мародера. Он отвел Гарри в магазин волшебных шуток "Гамбол и Джапс" за фейерверками и другими забавными вещами, чтобы заменить товары, которые он подарил Фреду и Джорджу на днях.
  Когда они зашли в "FlourishandBlotts", Сириус сказал Гарри, что он может выбрать одну новую книгу, поскольку он так хорошо вел себя весь день и был таким хорошим мальчиком для целителя. Когда он повернул за угол, то чуть не столкнулся головой вперед с высокой статной женщиной, на шляпе которой красовался уродливый гриф.
  Он сразу же узнал ее и улыбнулся.
  - Леди Камбрия - как поживаете?
  Августа Лонгботтом на мгновение уставилась на него. Стервятник на ее шляпе, казалось, тоже смотрел на него, его пристальный и напряженный взгляд заставлял его чувствовать себя немного неловко, а затем она удивленно покачала головой.
  - Сириус Блэк, я слышала, что тебя наконец-то выпустили из тюрьмы.
  - Невиновен во всех обвинениях.
  - Глупое Министерство, они никогда не могли принимать правильные решения. Департаменту авроров нужно разобраться со своими приоритетами и начать арестовывать тех, кого нужно арестовывать, а не бросать в тюрьму таких хороших людей, как ты.
  Сириус кивнул, весьма польщенный тем, что она считает его хорошим человеком.
  - Я согласен. Спасибо за вотум доверия. Я как раз говорил о вас несколько недель назад с Римусом Люпином. Он сказал мне, что вы сейчас воспитываете маленького мальчика Фрэнка и Алисы. Я ужасно сожалею о вашей потере, я только сейчас узнал, что с ними случилось.
  Миссис Лонгботтом кивнула, ее глаза были грустными.
  - Они даже не знают, кто он такой, когда мы приезжаем к ним в гости. Это разбивает мне сердце - но я хочу, чтобы он знал своих родителей. Он хочет их видеть, и его сердце просто разрывается от радости, когда Алиса и Фрэнк обнимают его, но я не уверена, что они тоже знают, кто он такой.
  - Не могу представить, - честно сказал он, когда Гарри поспешил к нему с книгой в руках.
  - Вот эта, пожалуйста, дядя Сириус!
  Сириус взъерошил волосы Гарри.
  - Конечно, сохатик. Это леди Камбрия, Гарри.
  - О, да что ты говоришь о женщинах - миссис Лонгботтомеще достаточно, Сириус, - сказала она с улыбкой. - Приветствую вас, молодой человек!
  - Передай привет миссис Лонгботтом, Гарри.
  - Здравствуйте, миссис Лонгботтом, - вежливо сказал он.
  Глаза миссис Лонгботтом слегка расширились при упоминании этого имени.
  - Значит, это вы его воспитываете?
  - Да. Мы с Римусом обсуждали возможность познакомить его с вашим внуком. Он сегодня с вами?
  Миссис Лонгботтом покачала головой.
  - Нет, он на рыбалке с моим братом Элджи. Но это звучит как хорошая идея. Невилл ужасно стесняется других детей. Было бы здорово попытаться немного подтянуть его. Честно говоря, я беспокоюсь, что он может стать сквибом. Он такой застенчивый и сдержанный, не проявляет ни малейших способностей к магии.
  Сириус улыбнулся ей.
  - Дайте ему время, миссис Лонгботтом. С такими родителями, как Фрэнк и Алиса, он однажды станет великим волшебником, не волнуйтесь. Я пришлю вам сову в один из дней следующей недели, и он сможет прийти камином и поиграть с Гарри.
   - Звучит мило. Я думаю, Джеймсу и Фрэнку понравилось бы, если бы их дети были друзьями, - сказала она ему, на ее лице появилась небольшая улыбка.
  - Я тоже, - сказал ей Сириус.
  Он попрощался и заплатил за книгу, которую хотел Гарри, а также за две книги по садоводству, которые, как он надеялся, помогут ему с идеями по выращиванию растений, и новую поваренную книгу для разнообразия. Затем они зашли на совиный почтамт, и Сириус отправил их посылки домой с совой, наложив на все чары пернатого света. Он не хотел нести их через весь Лондон.
  Они прошли через "дырявый котел" и попали в магловский Лондон, Гарри держал Сириуса за руку, когда они вышли на оживленную улицу.
  - Нам нужно сделать еще одну остановку, сохатик, - сказал ему Сириус.
  Косая Аллея находилась всего в нескольких минутах езды на метро от дома его детства, но прежде чем они добрались туда, Гарри заявил, что устал, и Сириус позволил ему забраться к себе на спину, чтобы проехать оставшуюся часть десятиминутной прогулки от станции "Ангел". Когда они ступили на знакомую улицу Клэрмонт-сквер, Сириус почувствовал, как от волнения у него сжалось нутро.
  Это было последнее место, где он хотел оказаться.
  Но прошло уже больше месяца с тех пор, как сотрудница Министерства магии Дарси Флорас сообщила ему, что он унаследовал этот дом вместе со всем поместьем Блэков. Римус был прав, ему нужно было что-то с ним делать, а еще нужно было понять, что, мать его, делать с Кичером. Он не мог оставить домового эльфа одного в этом пыльном заброшенном доме, где не с кем поговорить, кроме как с ворчливой матерью и ее безумным портретом, но и брать его под опеку он тоже не хотел.
  - Кто здесь живет? - с любопытством спросил Гарри, когда Сириус вышел на крыльцо, и дом, казалось, появился из ниоткуда, втиснувшись между номерами одиннадцать и тринадцать.
  - Как он это сделал?
  - Раньше я, Гарри. И, конечно, с помощью магии, - сказал он с ухмылкой. Он глубоко вздохнул и положил руку на замок. Заклинание магии крови распознало его, как и раньше, дверь открылась, и они шагнули в черноту.
  Гарри слегка сжал шею Сириуса.
  - Все в порядке, сохатик, - успокоил его Сириус, зная, что Гарри не любит темноту. Он пробормотал "люмос", и его палочка осветила темный зал, а портрет слева от него тут же закричал.
  - УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕГО ДОМА, МЕРЗКИЙ ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ ПРЕДАТЕЛЬ КРОВИ! ТЫ ПОЗОРИШЬ ИМЯ СЕМЬИ БЛЭКОВ! ТЫ НЕ МОЙ СЫН!
  Сириус задернул шторы, чтобы перекрыть крики матери, и прошел по коридору и спустился по ступенькам на кухню. Здесь было теплее, горели газовые лампы, и Сириус усадил Гарри на кухонный стол. На его лице было необычное выражение.
  - Что случилось, сохатик?
  Гарри потянулся к нему, крепко обнимая его.
  - Мне здесь не нравится.
  Сириус поцеловал его в щеку и крепко обнял.
  - Мне тоже. Мне жаль, что картина накричала на нас. Мы не будем здесь слишком долго, Гарри. Я просто... есть некоторые вещи, которые мне нужно здесь сделать, хорошо?
  Гарри кивнул и остался сидеть на кухонном столе, сложив руки на коленях.
  Сириус немного походил по кухне. Он заметил, что в комнате скопилось приличное количество пыли, но в основном все выглядело не так уж плохо.
  - КРИЧЕР! - крикнул он.
  С громким треском перед ним появился Кричер. Рот Гарри открылся от удивления, когда он увидел уродливое существо в грязной тоге с фамильным гербом Блэков на правом плече.
  - Мастер Сириус вызывает Кричера, - сказал он, его голос был полон презрения.
  Сириус уставился на него.
  - Я был здесь несколько месяцев назад, Кричер - почему ты не сказал мне, что моя мать умерла?
  - Бедная моя хозяйка, как же Кричер по ней скучает - а теперь ее опозоренный сын возвращается в ее дом. О, моя бедная госпожа, - печально простонал он.
  - Кричер, я задал тебе вопрос, - потребовал он.
  Глаза Кричера встретились с его глазами.
  - Ты не спросил меня в прошлый раз.
  Сириус на мгновение уставился на него.
  - Я требую, чтобы ты перестал позволять этому дому гнить. Вернись к работе и сделай его снова чистым и пригодным для жилья.
  - Да, мастер Сириус.
  Он исчез с громким треском.
  Сириус медленно выдохнул. Он повернулся к Гарри, который в замешательстве смотрел на то место, где только что стоял Кричер.
  - Гарри, это был домовой эльф. Богатые, состоятельные, старые семьи держат их в качестве слуг в своих домах. Они готовят, убирают и заботятся о домашнем хозяйстве семьи. Кричер - домовой эльф семьи Блэк.
  - Но он не приходит к нам домой, а тебя зовут Блэк? - сказал Гарри, вопросительно глядя на своего крестного отца.
  Сириус покачал головой.
  - Нет, он нам там не нужен.
  Гарри кивнул. Он встал из-за стола, куда его усадил Сириус, и подошел к концу, обхватив своего крестного отца руками.
  - Все хорошо, дядя Сири, не грусти.
  Сириус обнял маленького мальчика, его сердце немного растаяло. Гарри почувствовал его эмоции, и это заставило его улыбнуться.
  - Спасибо, Гарри. Мне не нравилось расти здесь, и возвращение сюда заставляет меня немного грустить.
  - Почему тут так темно? Это как мой чулан, и я не вижу солнца!
  Сириус кивнул. Это была одна из многих вещей, которые ему не нравились в этом доме. Казалось, что солнце скрыто в большей части дома - хотя не помогало и то, что в оформлении интерьера его мать использовала толстые шторы из черного бархата, такие тяжелые, что их невозможно было даже сдвинуть, не говоря уже о том, чтобы пропустить солнечный свет.
  - Я знаю. Пойдем, проверим все комнаты и посмотрим, какие сюрпризы оставила нам моя дорогая мама.
  Он снова посадил Гарри на спину, и они вышли из кухни и направились в комнаты на втором этаже. Библиотека и кабинет, принадлежавшие его отцу, были довольно прилично ухожены, отметил он. Гостиная и холл были сильно запущены, на занавесках было столько пыли, что Сириус заподозрил, что в них могли завестись докси. Когда они поднялись по лестнице, Гарри задохнулся, увидев на стенах головы домовых эльфов.
  - Извини, Гарри, одна из моих родственниц много лет назад решила, что это хорошая идея - отрезать головы наших бывших домовых эльфов после того, как они нам послужили, и повесить их на стену, - сказал он с отвращением. - Здесь будет много вещей, которые могут показаться нам страшными, но со мной ты в безопасности, ясно?
  Гарри поцеловал макушку Сириуса.
  - Я знаю.
  Он осмотрел спальни: пыльные и заброшенные. Он знал, что лучше не начинать открывать шкафы или комоды в любой из комнат. Его родители умели прятать в мебели и предметах всевозможные темные артефакты и проклятия, и он не хотел рисковать навредить Гарри, пока будет их исследовать. Наконец он добрался до своей старой комнаты и открыл дверь.
  Она выглядела так же, как и несколько месяцев назад, когда он покинул ее.
  - Раньше это была моя спальня, Гарри, когда я был маленьким мальчиком.
  Гарри спрыгнул вниз и пересел на кровать Сириуса, оглядываясь по сторонам.
  - Здесь гораздо приятнее.
  Сириус усмехнулся. По его мнению, это была самая красивая комната в доме, и только потому, что он сделал ее такой. Стены по-прежнему были обиты темно-черным бархатом, как и большинство стен в доме, отчего все казалось темнее, чем было на самом деле, но он сделал ее светлее, повесив на стены гриффиндорские плакаты и свои маггловские постеры с голыми девушками и мотоциклами.
  - Дядя бродяга?
  -Да, Гарри?
  - Почему у тебя на потолке голая девушка?
  - Дерьмо, - сказал он, прикрывая глаза Гарри рукой. - Не смотри туда!
  - Но я уже видел! И ты сказал плохое слово! - запротестовал Гарри, изо всех сил пытаясь убрать руку своего крестного. - У нее очень большие сиськи, дядя бродяга.
  - Гарри! - воскликнул он со смехом, его глаза поднялись к плакату с блондинкой топлесс, который он повесил на свой потолок, когда ему было четырнадцать лет.
  - Она хочет! - настаивал Гарри.
  Сириус рассмеялся и отпустил своего крестника. Он все равно уже видел это, так что что толку, подумал он. Он наклеил на все свои плакаты несмываемые чары, чтобы его мать не смогла сорвать их, когда он был в школе. Хитрость постоянных прилипающих чар заключалась в том, что они действовали на всех людей, кроме того, кто их наложил. Он достал свою палочку и быстро смахнул все старые плакаты в кучу у себя в руках. Возможно, он повесит их в сарае, где хранил свой байк и инструменты, вместе с другими плакатами. Он все еще любил эти старые плакаты, особенно блондинку, у которой, как красноречиво сказал ему Гарри, были большие сиськи.
  Знамя Гриффиндора тоже спустилось. Затем он проверил свой шкаф. Когда его выпустили из тюрьмы, он взял с собой только маленький чемоданчик с вещами, который он изначально взял с собой после ссоры с Римусом, когда все пошло прахом. Он был уверен, что все остальное исчезло из его комнаты, но все равно проверил шкаф, под кроватью и в комодах. Все было пусто. Он уменьшил плакаты и знамя Гриффиндора и положил их в пустую школьную тетрадь, которую оставил на комоде. Он также проверил тумбочку и нашел пачку сигарет, что заставило его улыбнуться.
  Он не курил уже много лет. Он думал, что это круто, и начал курить, когда ему было четырнадцать, в основном потому, что это было маггловское занятие и раздражало его родителей; он гордился тем, что делал как можно больше затяжек, когда был дома. Как только он переехал к Поттерам, он бросил. Ему не очень нравился вкус, и несколько девушек, с которыми он обжимался, говорили, что им это не нравится. Но это раздражало его мать, поэтому он продолжал курить в своей спальне, когда они были дома.
  Он убрал сигареты в карман, чтобы выбросить их, и снова взял Гарри, его взгляд остановился на фотографии, которую Лили сделала на шестом курсе в его футболке. Оглядываясь назад, он должен был признать, что не был таким уж крутым, как ему казалось. Он ненадолго заглянул в спальню родителей, а затем продолжил свой путь, пока не остановился у двери брата. Он толкнул ее и посмотрел на пожелтевшие газетные вырезки на стенах о Волдеморте и нападениях Пожирателей смерти. Он почувствовал знакомый приступ сожаления. Он во многом подвел своего младшего брата, и теперь тот мертв.
  Он спустился обратно по лестнице и прошел на кухню, зашел в котельную, чтобы посмотреть на груду одеял в шкафу под раковиной, где обычно спал Кричер. Его взгляд упал на блеск серебра, отраженный в свете газовой лампы, и он потянулся к нему, удивляясь, почему у Кричера вообще есть что-то серебряное.
  - Ты - позор и никогда ничего не добьешься! - прорычала Вальбурга. - Круцио!
  Он слегка вздрогнул от этого воспоминания, но затем крик Гарри заставил его замереть.
  - НЕТ! - внезапно воскликнул Гарри, схватившись за лоб. - Ай!
  Сириус обнял Гарри за плечи, его глаза были полны беспокойства.
  - Что случилось, Гарри? Что тебя ранило?
  Гарри потирал свой шрам, в его глазах стояли слезы.
  - Больно.
  Бровь Сириуса поднялась. Гарри никогда раньше не говорил о том, что его шрам болит. Он отдернул руку Гарри от своего лба и снял очки, чтобы внимательнее осмотреть шрам. Шрам был обычного нежно-розового цвета, в виде идеальной молнии, проходящей через бровь, но он не выглядел воспаленным. Он нежно поцеловал его, и Гарри зарылся лицом в плечо Сириуса.
  - Мне больно, дядя бродяга.
  Сириус сел на пол, его рука коснулась медальона, и когда он это сделал, Гарри вскрикнул, его рука снова схватилась за лоб. Сириус встревоженно посмотрел на Гарри, а затем его взгляд вернулся к медальону.
  - Гарри, Гарри, посмотри на меня, - он подождал, пока зеленые глаза встретятся с его. - Тебе больно, когда я прикасаюсь к этому?
  Он поднял медальон, и глаза Гарри наполнились болью.
  - Опусти! Положи! Это плохо! - кричал он со слезами на глазах.
  Сириус уронил медальон, встал, прижал Гарри к себе и поспешил выйти из котельной. Как только он переступил порог кухни, Гарри, казалось, успокоился. Он в замешательстве оглянулся на комнату. Почему из-за старого медальона шрам Гарри так болит? Это не имело никакого смысла.
  Он усадил Гарри на кухонный стол.
  - Гарри, мне нужно отнести медальон туда. Очень странно, что он причиняет тебе боль, поэтому мы не можем оставить его здесь, если это небезопасно. Хорошо?
  Гарри выглядел испуганным, его глаза расширились, когда он отчаянно замотал головой.
  - Не возвращайся туда! Это плохо, дядя бродяга! Это плохо!
  Сириус поцеловал лоб Гарри.
  - Я знаю, сохатик. Все будет хорошо, я обещаю.
  Гарри потер глаза и торжественно кивнул.
  Сириус вернулся в котельную, и Гарри аппарировал перед ним, его руки были широко вытянуты вверх, а в глазах была паника.
  - Дядя Сири, нет - это плохо!
  Сириус, который только что сдержал нечеловеческий крик, защекотавший ему горло при внезапном появлении Гарри, подхватил его на руки и прижал к себе.
  - Сохатик, все в порядке! Я знаю, что ты просто хочешь уберечь меня.
  Он поцеловал его и осторожно поставил обратно на землю.
  - Возвращайся на кухню, хорошо? Я сейчас вернусь. Обещаю.
  Гарри уставился на него, его нижняя губа дрожала. Его пальцы крепко вцепились в дверную раму, и он все это время не сводил глаз с Сириуса.
  Сириус кивнул Гарри и повернулся, чтобы забрать медальон, как раз когда в комнату ворвался Кричер.
  - Нет! Это был мастераРегулуса!
  Сириус посмотрел вниз на медальон, его глаза встретились с глазами Кричера.
  - Что это, Кричер? Почему он у тебя здесь? Скажи мне!
  Кричер разрыдался.
  - Мастер Регулус сказал мне уничтожить его! Но - я - не могу!
  - Что ты имеешь в виду, Кричер? - спросил Сириус, поворачивая медальон в руке. Он был старинный, бронзовый, витиеватый, с драгоценной буквой S посередине, усыпанной, похоже, изумрудами. Его держала серебряная цепочка. - Откуда у Рега это? Откуда он взялся? Почему он хотел, чтобы ты его уничтожил? Скажи мне!
  Кричер на мгновение уставился на него.
  - Она принадлежала Темному Лорду.
  Глаза Сириуса расширились, и он оглянулся на кухню, где его ждал Гарри.
  - Кричер, я собираюсь привести Гарри домой, а потом вернусь за этим медальоном. Ты мне все расскажешь. Не трогай этот медальон. Не покидай этот дом. Я ясно выразился?
  - Да, мастер Сириус.
  Сириус бросил медальон обратно на постель Кричера и поспешил обратно на кухню, подхватив Гарри на руки, когда он шагнул вкамин и закружился по дому. Он сел на диван, на мгновение прижав Гарри к себе.
  - Гарри, у тебя все еще болит голова?
  Гарри покачал головой.
  - Я видел плохие вещи.
  Глаза Сириуса встревоженно смотрели на него.
  - Что ты имеешь в виду, Гарри?
  Гарри прижался лицом к груди Сириуса, пока тот говорил.
  - Там было много зеленого света и женщина, выкрикивающая мое имя. Мне это не понравилось, дядя Бродяга. Потом у меня разболелась голова. И я почувствовал, как дядя Вернон ударил меня головой о стену. Мне это совсем не понравилось!
  - Шшш, - успокаивал Сириус, целуя голову Гарри и нежно покачивая его на руках. - Все хорошо. Я здесь. Ты в безопасности.
  Он снова поцеловал шрам Гарри, нежно покачивая его. Он взглянул на часы - время ужина уже почти наступило. Когда Гарри немного успокоился, он улыбнулся ему.
  - Мне нужно вернуться, чтобы поговорить с Кричером, Гарри. Ты можешь пойти на ужин к дяде Муни?
  - Не ходи туда, дядя Бродяга. Там плохие вещи, - сказал он, широко раскрыв глаза.
  Сириус улыбнулся и поцеловал его в лоб.
  - Я вернусь ближе к вечеру, обещаю.
  Он прилетел в дом Римуса и высадил Гарри у своего друга. Он быстро объяснил, что кое-что произошло и что он все объяснит, когда вернется, но ему может понадобиться, чтобы Гарри остался на ночь.
  Глаза Римуса сузились, его взгляд устремился на друга.
  - Все в порядке?
  Сириус глубоко вздохнул.
  - Да, просто... что-то странное. Я расскажу тебе позже. И Рем, Гарри сегодня может понадобиться немного больше внимания, да?
  Римус только кивнул.
  - Без проблем.
  Затем Сириус исчез и вернулся в дом номер двенадцать, чтобы допросить домового эльфа.
  Глава 34: Та, что с медальоном
  Примечание автора:
  То, что я хотела добавить с того момента, как решила, что Сириус не будет воспитывать Гарри в Гриммаулд Плейс.
  DISCLAIMER: Я не владею сказкой о Кричере, она принадлежит прекрасной JKR из десятой главы "Гарри Поттера и Даров Смерти".
  Я рада, что для вас стало неожиданностью появление медальона так рано. Мне нравится, как Сириус прикрывает глаза Гарри, когда тот понимает, что смотрит на сиськи, хаха.
  текст:
  Сириус вернулся в дом номер двенадцать и прошел через кухню в котельную. Он схватил медальон, и воспоминания пронеслись в его голове, как в замедленной съемке. Он стоял в котельной, прикованный к стене, пока его мать накладывала на него проклятие Круциатус. Воспоминание было настолько сильным, что он споткнулся, и так же быстро оно исчезло. После него осталось сильное чувство тревоги, несчастья и неопределенности.
  Он встретился взглядом со взглядом своего домового эльфа.
  - "Следуй за мной".
  Сириус занял место за кухонным столом, опустил на него медальон и рассмотрел его более внимательно.
  Она была на длинной серебряной цепочке, прямоугольная, и, насколько он мог судить, ей было несколько веков. На букве "S" определенно были отпечатаны изумруды, а лицевая сторона выглядела как бронзовая. Он попытался открыть ее и обнаружил, что она полностью закрыта.
  - "Кичер, где Рег взял это?" - потребовал он, не сводя глаз с медальона, который держал в руках.
  - "Кичеру запрещено рассказывать".
  Сириус медленно и глубоко вздохнул. Он знал, что магия домового эльфа очень сильна, и если его брат запретил ему говорить об этом, то ему придется очень осторожно формулировать свои слова, если он собирается выведать правду у эльфа.
  - "Что Регулус запретил тебе делать, Кричер?"
  Кричер покачал головой, его уши дергались.
  - "Мастер Регулус запретил Кичеру рассказывать своему хозяину и хозяйке, что я сделал, что он сделал".
  Сириус кивнул, обдумывая слова эльфа. То, что сделал Кричер, то, что сделал Регулус, - ладно, это было сосредоточено на задаче. Но ему нужно было знать о медальоне, и технически, в то время, когда Кричер дал обещание, Сириус не был его хозяином.
  - "Кичер, это Регулус запретил тебе рассказать мне о медальоне или только твоим хозяину и хозяйке в то время?"
  Кричер уставился на него, прежде чем моргнуть.
  - "Не тебе. Не по имени".
  Сириус прикусил губу, внутренне ликуя.
  - "Кричер, я требую, чтобы ты рассказал мне все до мельчайших подробностей об этом медальоне, включая то, где ты его взял и как ты его получил".
  Кричер колебался, но, казалось, принял слова Сириуса.
  - "Из пещеры, в которую Темный Лорд поместил его", - сказал он, а затем начал плакать, огромные рыдания сотрясали его маленькое тело, шокируя Сириуса, когда он издал громкий полувсхлип, полукрик.
  - "Кричер поступил неправильно! Кричер не выполнил то, что приказал ему его хозяин!"
  - "Какие приказы, Кричер?"
  - "Ты был плохим мальчиком, хозяин Сириус! Ты разбил сердце моей госпожи своим беззаконием. Но у мастера Регулуса был надлежащий порядок; он знал, что полагается имени Блэк и достоинству его чистой крови. Годами он говорил о Темном Лорде, который собирался вывести волшебников из укрытия, чтобы править маглами и магглорожденными... и когда ему исполнилось шестнадцать лет, мастер Регулус присоединился к Темному Лорду. Такой гордый, такой счастливый, чтобы служить...".
  - "Да, и из-за этого его убили, не так ли?"
  Сириус ответил с горечью, его глаза сверкали, а сердце болело.
  Он жалел, что так поступил со своим братом. Если бы он приложил больше усилий, возможно, он был бы жив. Может быть, он не стал бы Пожирателем смерти на пятом году обучения в школе, когда ему было всего шестнадцать лет.
  Он уставился на Кичера.
  - "Что случилось после того, как Рег присоединился к Пожирателям смерти, Кричер?"
  Кричер начал раскачиваться взад и вперед, пока говорил.
  - "Через год после его вступления Мастер Регулус спустился на кухню, чтобы увидеться с Кричером. Мастеру Регулусу всегда нравился Кричер. И мастер Регулус сказал... он сказал... он сказал, что Темному Лорду нужен эльф. И мастер Регулус вызвал Кичера. Это была честь, сказал мастер Регулус, честь для него и для Кричера, который должен был обязательно сделать все, что прикажет ему Темный Властелин... а потом вернуться д-домой".
  Кричер раскачивался еще быстрее, его дыхание переходило в рыдания.
  - "И пошел Кричер к Темному Властелину. Темный Властелин не сказал Кричеру, что они должны делать, но взял Кричера с собой в пещеру у моря. А за пещерой была пещера, и в пещере было большое черное озеро... Там была лодка... на острове был б-бассейн, полный зелья. Темный Властелин заставил Кикимора выпить его...".
  Эльф дрожал с головы до ног.
  - "Кричер пил, и пока он пил, он видел ужасные вещи... Внутренности Кричера горели... Кричер взывал к магистру Регулусу, чтобы тот спас его, он взывал к своей госпоже Блэк, но Темный Лорд только смеялся... Он заставил Кричера выпить все зелье... Он опустил медальон в пустой резервуар... Он наполнил его еще зельем. А потом Темный Властелин уплыл, оставив Кричера на острове... Кричеру нужна была вода, он подполз к краю острова и напился из черного озера... и руки, мертвые руки, вылезли из воды и утащили Кричера под воду...".
  Сириус на мгновение уставился на него. Мертвые руки в озере... это похоже на Инфери.
  - "Как ты добрался домой, Кричер?"
  спросил Сириус, его голос был добрым.
  Он не мог представить, через какие ужасы пришлось пройти этому эльфу из-за того, что его глупый брат решил отдать его Волдеморту.
  Кричер поднял свою уродливую голову и посмотрел на Сириуса своими огромными, налитыми кровью глазами.
  - "Мастер Регулус велел Кричеру вернуться", - сказал он.
  Сириус кивнул в знак понимания. Волдеморт вообще не принял бы во внимание магию домового эльфа. Он ожидал, что домовой эльф погибнет в пещере, но Регулус приказал Кичеру вернуться домой после выполнения задания, и тот вернулся.
  - "Что случилось, когда ты вернулся в Гриммаулд Плейс, Кричер? Что сказал Рег, когда ты рассказал ему о случившемся?"
  - "Мастер Регулус очень волновался, очень волновался", - кричал Кричер.
  - "Мастер Регулус велел Кричеру прятаться и не выходить из дома. А потом... это было некоторое время спустя... Мастер Регулус однажды ночью нашел Кричера в своем шкафу, и Мастер Регулус был странным, не таким, каким он обычно был, с нарушенным сознанием, Кричер мог сказать... и он попросил Кричера отвести его в пещеру, в ту пещеру, куда Кричер ходил с Темным Лордом...".
  Сириус почувствовал, как его кровь похолодела. Но впервые за многие годы он понял, что Регулус не совсем следовал убеждениям своих родителей. Он усомнился в чем-то, что делал Волдеморт, и он сразу понял, что именно из-за этого его брата убили.
  - "Ты отвел его в пещеру, Кричер?" - осторожно спросил он, уже предвкушая ответ.
  Кричер кивнул.
  - "Кричер знал, как открыть потайной вход в подземную пещеру, знал, как поднять крошечную лодку: На этот раз вместе с ним к острову с бассейном яда плыл его любимый Регулус. М-мастер Регулус достал из кармана медальон, похожий на тот, что был у Темного Лорда, - сказал Кичер, и слезы потекли по обе стороны его носа, похожего на рыло.
  - "И он велел Кичеру взять его и, когда резервуар опустеет, поменять медальоны местами..."
  Всхлипывания Кричера перешли в сильные хрипы.
  - "И он приказал Кичеру уйти без него. И он велел Кричеру идти домой и никогда не говорить моей госпоже о том, что он сделал, но уничтожить первый медальон. И он выпил все зелье, а Кричер поменял медальоны местами и смотрел... как мастера Регулуса... утащили под воду... и...".
  Сириус побледнел и встал. Его брата утащили под воду и убили инфери. Он не был убит Пожирателями смерти. Он провел руками по волосам, глядя на рыдающего домового эльфа. Его брат предал своих братьев; он пытался сделать что-то хорошее.
  Что это за медальон?
  Он повернулся, чтобы посмотреть на Кичера.
  - "Итак, ты принес медальон домой и попытался уничтожить его, как просил тебя Регулус?"
  - "Ничто из того, что сделал Кричер, не оставило на нем следа", - стонал эльф.
  - "Кричер испробовал все, все, что знал, но ничего, ничего не получалось! Столько мощных заклинаний было наложено на корпус, Кричер был уверен, что разрушить его можно, только проникнув внутрь, но он не открывался... Кричер наказывал себя, пытался снова, наказывал себя, снова пытался. Кричер не послушался приказа, Кричер не смог уничтожить медальон! А его госпожа была вне себя от горя, потому что мастер Регулус исчез, а Кричер не мог рассказать ей, что случилось, нет, потому что мастер Регулус запретил ему рассказывать своей госпоже о том, что произошло в пещере..."
  Кричер зарыдал так сильно, что больше не мог вымолвить ни слова.
  Сириус просто уставился на него. Он не знал, что сказать. Ему вдруг захотелось утешить эльфа, который был добр к нему в детстве, но он не знал, как это сделать. Вместо этого он закрыл глаза, пока говорил.
  - "Кричер, ты не подвел Регулуса".
  Налитые кровью глаза Кричера встретились с глазами Сириуса.
  - "Я не смог уничтожить его! Это был его последний приказ Кричеру, и Кричер не справился!"
  Сириус уставился на медальон на столе.
  - "Ты не подвел его. Вместо этого ты передаешь это задание мне. Ты понял?"
  Кричер просто кивнул, фыркнув.
  - "Да, мастер Сириус".
  Глаза Сириуса снова нашли медальон.
  - "Кричер, ты знаешь, что находится внутри этого медальона?"
  Кричер покачал головой.
  - "Кричер не знает. Мастер Регулус не сказал ему, а Кричер не смог открыть его, как бы Кричер ни старался."
  Сириус кивнул и слабо улыбнулся домовому эльфу. В детстве Кричер был добр к нему, но как только он решил бросить вызов родителям, он отвернулся от него. Он был тем, кто говорил Вальбурге и Ориону, когда он делал то, чего не должен был делать: Играл с магглами на улице, общался с магглорожденными, рассказывал Регулусу о своих друзьях-предателях крови... Но Кичер обожал Регулуса, и Регулус всегда был добр к нему. Он знал, что невозможность исполнить предсмертное желание брата, должно быть, годами пожирала Кричера заживо.
  - "Кричер, ты молодец, что рассказал мне об этом. Отдать мне медальон было правильным решением. Регулус гордился бы тобой".
  Губы Кричера дрожали, когда он всхлипывал.
  - "Спасибо, мастер Сириус! Спасибо!"
  Сириус кивнул, все еще не уверенный в том, что он думает об эльфе.
  - "Иди и возвращайся к работе, чтобы привести это место в порядок. Я хочу, чтобы оно было безупречным и полностью свободным от темной магии и любых домашних существ, которые могли здесь обосноваться. Понятно?"
  - "Да, мастер Сириус".
  Кричер поспешил уйти, а Сириус взял медальон и положил его в карман. Почти сразу же он почувствовал себя странно; грусть и меланхолию. Воспоминания о том, как его наказывали родители, казалось, просто плавали по поверхности его сознания, но они не одолевали его, как тогда, когда он впервые прикоснулся к медальону.
  Он бросил летучий порох в огонь на кухне и через несколько мгновений появился в кабинете МакГонагалл.
  Он улыбнулся Биллу Уизли, который сидел перед столом МакГонагалл.
  - "Сириус", - удивленно сказал он.
  - "Что ты здесь делаешь?"
  - "Я могу сказать то же самое. Ты ведь не в заключении?"
  Билл улыбнулся, его перо постукивало по пергаменту перед ним.
  - "Профессор МакГонагалл помогает мне с дополнительными заданиями. Я попросил ее дать мне несколько дополнительных заданий, поскольку я решил, что хочу стать разрушителем проклятий".
  - "Это великолепно, ты молодец!"
  честно сказал ему Сириус.
  - "Работа, полная приключений, я уверен".
  Билл широко улыбнулся.
  - "На это я и надеюсь. В любом случае, она просто вышла на минутку".
  Сириус кивнул, как раз когда МакГонагалл вернулась в свой кабинет.
  - "Минни!"
  - "Сириус, что ты здесь делаешь?" - удивленно спросила она.
  - "Мы с Биллом как раз обсуждали его амбиции по снятию проклятий", - сказал он ей с ухмылкой.
  - "Вообще-то, это иронично - ведь я нашел проклятый предмет, который никак не могу разгадать".
  Он достал из кармана медальон.
  - "Альбус где-то рядом?"
  МакГонагалл кивнула, ее глаза с любопытством смотрели на медальон.
  - "Да, он должен быть в своем кабинете. Поднимайся, пароль - оранжевая шипучка".
  Сириус улыбнулся, попрощался с ней и Биллом и направился в Западную башню к кабинету Дамблдора. Он поднялся по движущейся лестнице, положил медальон обратно в карман и постучал в дверь Дамблдора.
  - "Входите", - сказал Дамблдор, и Сириус шагнул внутрь, закрыв за собой дверь.
  Перо Дамблдора бодро двигалось по столу, и он поднял палец вверх, закончив писать. Затем он поднял глаза и улыбнулся Сириусу.
  - "Сириус, какой приятный сюрприз, присаживайся, пожалуйста".
  Сириус сел напротив него и улыбнулся.
  - "Извини, что беспокою тебя, но ты был единственным человеком, к которому я мог прийти с этим".
  Дамблдор тепло улыбнулся, его добрые глаза смотрели поверх очков-полумесяцев.
  - "Что ж, тогда для меня это большая честь, и я надеюсь, что смогу быть вам полезен".
  - "Что вы знаете о шрамах, оставленных темной магией?"
  Бровь Дамблдора слегка приподнялась.
  - "Ну, они никогда не исчезают; они достаточно постоянны, как я уверен, вы уже знаете".
  - "А они когда-нибудь болят?"
  Дамблдор слегка наклонил голову.
  - "Вы хотите сказать, что шрам юного Гарри причиняет ему боль?"
  Сириус кивнул и потянулся в карман, чтобы достать медальон.
  - "Моя мать умерла в прошлом году, и мне сообщили, что как глава семьи Блэк я унаследовал родовое поместье Блэков. Сегодня я отвез туда Гарри, чтобы посмотреть на него и попытаться понять, что я хочу с ним сделать - то, что я все время откладывал. У нашего домового эльфа, Кричера, в кровати лежал этот медальон. Моя первая мысль была о том, зачем эльфу хранить ожерелье, ведь моя мама никогда бы не позволила ему иметь его у себя. Когда я подошел к нему, Гарри начал кричать от боли и хвататься за свой шрам. Когда я дотронулся до ожерелья, боль, казалось, стала еще сильнее. И... он сказал, что видел зеленый свет и слышал женский крик".
  Дамблдор выглядел слегка встревоженным, когда Сириус положил медальон на стол перед ним.
  - "Ты сам что-нибудь почувствовал, когда прикоснулся к нему?"
  Сириус кивнул.
  - "был немного не в себе; как будто моими эмоциями завладели. Я был зол и печален, вспоминал некоторые из своих худших моментов пребывания в этом доме. Но... Гарри выглядел испуганным, Альбус".
  - "Я никогда не слышал, чтобы у кого-то был проклятый шрам, который причинил бы ему хоть какой-то вред, но Гарри совершенно уникален. Никто еще не выживал после убийственного проклятия", - просто и почти про себя сказал Дамблдор.
  - "Но поскольку это ожерелье вызвало у вас неприятные ощущения, я думаю, что, возможно, оно просто повлияло на Гарри по-другому; заставило его заново пережить воспоминания о том, как он получил шрам, и жестокость этого заставила его думать, что его шрам причиняет боль, хотя на самом деле это было просто воспоминание о нем".
  Сириус слегка побледнел.
  - "Ты имеешь в виду -ебать мою мамашу! Извини мой французский, Альбус, но я даже не сложил два и два, я просто сосредоточился на том, чтобы убедиться, что с Гарри все в порядке, но... он, блядь, вспоминал, как убили его родителей и зеленый свет... Мерлин!"
  Дамблдор сочувственно улыбнулся.
  - "Думаю, да".
  Сириус на мгновение замолчал.
  - "Я пытался открыть его, но не смог. Он принадлежалВолдеморту, Альбус".
  - "Что ты только что сказал?"
  спросил Дамблдор, его глаза ожесточились.
  Сириус быстро рассказал историю о том, как он нашел медальон, и о том, как Кричер рассказал ему о роли Регулуса в его получении.
  "Я не знаю, что это, Альбус, но если Волдеморт счел нужным спрятать его в пещере со всеми этими темными заклинаниями и Инфери, окружающими его... ничто из того, что он содержит в себе, не может быть хорошим".
  - "И Кричер пытался уничтожить его?"
  спросил Дамблдор, глубоко задумавшись.
  Сириус кивнул, не сводя глаз с Дамблдора. Он видел, как напряженно работает ум его старого профессора за его глазами, и ему было интересно, есть ли у него какие-нибудь идеи о том, что может содержать медальон.
  - "Он сказал, что перепробовал все, что мог придумать, а домовые эльфы - очень сильные существа. Если он даже не смог открыть его, то, может быть, это и к лучшему, что он остается закрытым".
  Тогда Дамблдор встал и прошел через всю комнату к камину, бросив в него летучий порох.
  - "Северус, пожалуйста, немедленно зайди в мой кабинет".
  Мгновение спустя Снейп вышел из огня и направился к ним. При виде Сириуса он усмехнулся.
  - "Блэк здесь, чтобы подать жалобу на зелье, которое я так любезно сварил для него?"
  - "Нет, зелье было великолепным. Оно творит чудеса. Спасибо", - искренне сказал Сириус, заставив Снейпа удивленно замолчать.
  - "Нет, Северус, речь идет о медальоне, который он нашел. Он принадлежал Волдеморту".
  Глаза Снейпа слегка расширились, и он подошел к столу, чтобы осмотреть его.
  - "Я никогда не видел этого раньше".
  - "Почему ты вообще..."
  Сириус запнулся, его глаза расширились.
  - "Ты ведь присоединился к нему, не так ли?"
  Он выругался под дых.
  - "Ты гребаный урод - и ты! Как ты можешь позволять бывшему Пожирателю смерти работать здесь? Преподавать здесь студентам!"
  - "Бывший - правильное слово, Сириус", - спокойно сказал Дамблдор.
  - "Северус стал шпионом для меня почти за два года до падения Волдеморта, с большим риском для себя. Я бы доверил ему свою жизнь".
  Сириус лишь недоверчиво уставился на Снейпа.
  - "Шпион? Почему? Что могло заставить вас вдруг решить перестать поддерживать вашего драгоценного Темного Лорда?"
  - "Твой брат - Темный Лорд, и твой друг Петтигрю тоже - не забывай!".
  Сириус сверкнул на него глазами.
  - "Рег знал, что совершил ошибку! Он тот, кто украл это у Волдеморта и пытался уничтожить! Его убили за это!"
  Глаза Снейпа слегка расширились, и он снова посмотрел на медальон.
  - "Но вы не знаете, что это такое?"
  Сириус покачал головой.
  - "Нет, и его нельзя открыть".
  Снейп на мгновение замолчал, молча рассматривая медальон.
  - "Должно быть, он имел какое-то большое личное значение для Темного Лорда. Я не знаю, что именно. Но я знаю, что Темный Лорд попросил у нас домового эльфа, и Регулус предложил своего. После того дня Регулус казался совсем другим, не таким преданным и не таким... заинтересованным в том, что Темный Лорд хотел сказать или сделать. Когда Темный Лорд начал более интенсивно работать над своими экспериментами, Регулус еще больше отстранился от него. Когда он исчез, мы все решили, что Темный Лорд убил его или избавился от него каким-то образом за неподчинение и нелояльность".
  - "Какие эксперименты?"
  спросил Сириус, не сводя глаз со Снейпа.
  Снейп пожал плечами.
  - "Я никогда не знал. Он не говорил нам. Но он не раз упоминал, что смертность непостоянна и глупа, и что для того, чтобы действительно стать величайшим волшебником всех времен, достижение бессмертия было бы удивительным подвигом. Я помню, что некоторые из нас засмеялись и сказали ему, что он уже был величайшим волшебником всех времен. Больше он ничего не говорил на эту тему".
  Дамблдор кивнул.
  - "Бессмертие... Том всегда интересовался этим, даже когда учился здесь в школе".
  - "Альбус, ты знаешь, что это такое?"
  спросил Сириус.
  Дамблдор покачал головой, не сводя глаз с медальона.
  - "Я не знаю".
  На мгновение он уставился на медальон, казалось, погрузившись в раздумья.
  Сириус встретился взглядом со Снейпом, но тот выглядел таким же озадаченным, как и Сириус. Наконец Дамблдор заговорил.
  - "Сириус, ты не возражаешь, если я оставлю его здесь, конечно, запертым в безопасном месте, пока мы не решим, что именно это такое?"
  - "Да, пожалуйста, держи его здесь. Я не хочу, чтобы оно было рядом с Гарри или со мной. Как ты думаешь, мы сможем придумать, как его уничтожить?".
  - "Я не знаю. На данный момент, я думаю, что оставить его под замком будет самым безопасным вариантом, пока мы не будем иметь представления о том, что может быть внутри него", - объяснил Дамблдор.
  - "Темная магия непредсказуема, и если простое влияние ее присутствия рядом с вами вызывает эти воспоминания и влияет на ваши эмоции, я не думаю, что внутри нее простое проклятие".
  - "У вас есть какие-нибудь идеи, что может быть внутри?"
  спросил Снейп, не сводя глаз с медальона, пока Дамблдор запирал его в маленькую китайскую декоративную шкатулку, затем снова запирал во вторую шкатулку и помещал в небольшое хранилище за одним из многочисленных портретов в своем кабинете.
  - "Каждая мысль более невероятна, чем предыдущая", - честно сказал им Дамблдор, запирая хранилище и запечатывая портрет за ним.
  - "Я думаю, что оставить его под замком - лучший вариант действий на данный момент".
  Сириус кивнул, вставая.
  - "Я думаю, это хорошая идея. Дай мне знать, если придумаешь".
  - "Обязательно. Спасибо, Северус, я бы хотел побыть с Сириусом, прежде чем он уйдет".
  Снейп кивнул и вышел, закрыв за собой дверь кабинета.
  - "Ты действительно доверяешь ему после того, как он стал Пожирателем смерти, честно?"
  спросил Сириус, его глаза внимательно следили за Дамблдором.
  Дамблдор молчал, пока лестница не достигла дна и Снейп не исчез. Затем он повернулся, держа руки перед собой.
  - "Я знаю, что вы не очень хорошо ладили с Северусом, когда учились здесь, но я доверяю ему, и было бы хорошо, если бы вы тоже ему доверяли. Он был верным членом Ордена Феникса почти два года до того, как Джеймс и Лили Поттер были убиты. Он дал нам ценную информацию. Я не скажу вам, почему он стал шпионом, скажу только, что у него есть свои собственные сожаления, с которыми ему предстоит жить".
  Сириус просто кивнул. Он понимал это, но это не означало, что Снейп должен нравиться ему больше, чем он уже нравился.
  - "Хорошо."
  - "Сириус, я хочу, чтобы ты держал меня в курсе, если шрам Гарри снова причинит ему боль".
  Бровь Сириуса приподнялась.
  - "Так ты действительно думаешь, что это подозрительно?"
  Дамблдор колебался, прежде чем заговорить.
  - "Я не понимаю этого, поэтому я всегда немного подозрителен. Гарри - единственный выживший после убийственного проклятия, Сириус, и то, что мы знаем о том, что произошло той ночью, является лишь предположением, поскольку Гарри был слишком мал, чтобы рассказать нам. Но проклятые шрамы иногда могут оставлять следы магии, и, возможно, это каким-то образом влияет на Гарри. Я не знаю, это случайные предположения, поскольку у меня нет точных доказательств того, что я говорю. Возможно, Гарри только психологически ощущал боль, когда находился рядом с медальоном, и это вызвало воспоминания о том, как он его получил. Я не знаю. Но на всякий случай, я думаю, важно, чтобы мы обратили внимание на любую боль, которую он может почувствовать в нем снова, если он вообще когда-нибудь почувствует".
  Сириус кивнул, засунув руки в карманы.
  - "Согласен. Спасибо, что забрал эту вещь из моих рук. Я не знал, что с ней делать, но подумал, что если магия домовых эльфов не смогла открыть и уничтожить ее, то, возможно, это не то, с чем мне стоит возиться. Если ты поймешь, что это такое, и у тебя будет идея, как его уничтожить, Альбус, сначала сообщи мне, хорошо? Я хочу помочь".
  - "Обязательно. Но я могу сказать вам прямо сейчас, что у меня нет планов пытаться открыть его в ближайшем будущем", - сказал Дамблдор.
  - "Мудрый выбор".
  Сириус взял горсть летучего пороха из банки рядом с камином.
  - "Увидимся позже".
  Дамблдор на мгновение уставился на пустой огонь, его взгляд переместился на запертое хранилище, и он глубоко задумался. Там было много вопросов, и он планировал найти на них ответы, даже если на это уйдут годы.
  Глава 35: Та, что с Черной птицей
  Надеюсь, вам понравился этот маленький сюрприз - найти крестраж в самом начале. Но я держу свои идеи и планы под замком - так что ждите. Сейчас он находится в безопасности у Дамблдора, который, однако, понятия не имеет, что именно он держит в руках.
  DISCLAIMER: Я не владею текстом песни, который снова принадлежит The Beatles.
  текст:
  Сириус вернулся на Гриммаулд Плейс, и в комнату тут же поспешил Кичер, сияя такой дружелюбной улыбкой на своем уродливом лице, что Сириус опешил. Он не мог вспомнить, когда в последний раз Кричер был хотя бы отдаленно рад его видеть.
  - Мастер Сириус дома! Мне приготовить ужин?
  Сириус удивленно посмотрел на эльфа, и тот покачал головой.
  - Нет, Кричер. Я просто пришел сказать тебе, что о медальоне позаботились. Чтобы ты больше не беспокоился об этом.
  Кричер кивнул с облегчением, его плечи заметно расслабились.
  - Спасибо, мастер Сириус.
  - Кричер, - начал Сириус, опустившись на колени, чтобы заглянуть эльфу в глаза. - Я здесь больше не живу. И не планирую больше сюда возвращаться.
  Кричер выглядел подавленным.
  - Но как Кричер будет служить Благороднейшему и Древнейшему Дому Блэков, если молодого хозяина не будет здесь, чтобы Кричер мог служить?
  Сириус слегка улыбнулся. Он и забыл, каким милым мог быть Кричер, когда он не разочаровывал свою дорогую маму, которую Кричер буквально боготворил, как землю, по которой она ходила.
  - Я не знаю, что я буду делать с этим домом, Кричер. Но я не хочу здесь жить. Я буду жить в Блэк Коттедже в Девоне с моим крестником, Гарри Поттером. Я останусь там, потому что мне там больше нравится.
  - Хозяин Сириус хотел бы, чтобы Кричер пришел туда и прислуживал ему и юному хозяину Гарри?
  Сириус покачал головой.
  - Нет, спасибо. Мы с Гарри прекрасно справляемся сами. Но я бы хотел, чтобы ты позаботился об этом доме для меня. Содержи его в чистоте. Поддерживай его в пригодном для жизни состоянии. Убедись, что он безопасен, что означает отсутствие темных проклятий и любых темных предметов. Ты понял?
  Кричер кивнул.
  - Да, мастер Сириус.
  - Я буду приходить проведать тебя раз в неделю. Если ты мне понадобишься для чего-то еще, я позову тебя. Ты тоже можешь приходить, когда захочешь, и так часто, как захочешь, но мне не нужно, чтобы ты заботился о Блэк Коттедже.
  Кричер с готовностью кивнул.
  - Да, мастер Сириус.
  Он смотрел, как эльф поспешно уходит, и глубоко вздохнул. Он почувствовал некоторое облегчение от того, что Кричер, похоже, простил его настолько, что стал слушаться его без презрения, но он все равно не хотел, чтобы эльф прислуживал ему ежедневно. Лучше бы он остался здесь и занимался домом.
  Он дезаппарировал к Римусу и обнаружил, что его друг укладывает Гарри в постель. Он удивленно взглянул на часы, не понимая, что уже так поздно.
  - Дядя бродяга! - воскликнул Гарри, прыгая на своей кровати.
  Римус повернулся, чтобы улыбнуться Сириусу.
  - Я уже начал думать, что мы тебя не увидим.
  Сириус поцеловал Гарри на ночь, и они оба уложили его спать. Сириус повесил на потолок обычные сказочные светильники, и Гарри удовлетворенно вздохнул, прижавшись к Мародеру в своей кровати. Сириус закрыл дверь наполовину, после чего направился на кухню к Римусу, открыл шкаф и достал бутылку огненного виски. Он налил два пальца в стакан и выпил его, после чего налил себе второй.
  Римус лишь приподнял бровь.
  - Поверь мне, мне это было необходимо, - сказал ему Сириус, закрывая бутылку и убирая ее обратно в шкаф.
  - У тебя есть какая-нибудь еда?
  Римус кивнул и жестом указал на тарелку на стойке.
  - На ней есть согревающие чары для тебя.
  - Спасибо, - благодарно сказал Сириус, копаясь в макаронах, которые Римус приготовил на ужин. Он и не заметил, как проголодался.
  Римус подошел к стойке и поставил чайник, не спеша заваривая себе чашку чая. Сириус с энтузиазмом поглощал пасту, очистил тарелку и поставил ее в раковину, запивая остатками виски.
  Римус молча налил ему чашку чая. Сириус принял чашку от своего друга и с ней в руке направился в гостиную. Он пробормотал "muffliato" под нос, чтобы Гарри не смог разобрать ни одного слова из того, что они с Римусом говорили, прежде чем сесть в кресло.
  Римус сел рядом с ним.
  - "Итак, что происходит?"
  - "Как вел себя Гарри, когда я уходил?"
  спросил Сириус, делая маленький глоток горячего чая.
  Римус пожал плечами, положив руку на спинку дивана и повернувшись так, чтобы посмотреть на своего друга.
  - "Немного замкнутый и в то же время приставучий, если честно. Он всю ночь просидел у меня на коленях и заставлял меня читать ему сказки. Он почти ничего не говорил, кроме того, что целительница Тея заставила его выпить отвратительное зелье, а потом дала ему апельсиновый леденец. Когда мы ужинали, он все время хотел быть рядом со мной. Каждый раз, когда я вставал, чтобы что-то взять, он шел за мной, его рука касалась моей руки или бедра, как будто ему нужен был этот контакт".
  - "Он рассказал, что произошло?"
  Римус покачал головой.
  - "Нет. Он просто сказал, что скучает по маме и папе. Я обнял его, поцеловал и сказал, как сильно они его любят. С ним все в порядке, Сириус? С ним что-то случилось сегодня?"
  Сириус вздохнул и провел пальцами по волосам.
  - "После его приема у меня было несколько дел на Косой Аллее, а потом мы поехали к моей матери. Я подумал, что до него меньше пятнадцати минут езды на метро, так что у меня не было причин избегать поездки. Ты все время уговаривал меня пойти, и я наконец решил, что сегодня тот самый день. В общем, все выглядело так же, мрачно и уныло, но я увидел этот медальон в котельной, где спит Кричер, и когда я подошел к нему... Гарри начал говорить, что у него болит шрам".
  - "Его шрам?"
  воскликнул Римус, его глаза расширились.
  - "Что это значит? Это случалось раньше?"
  - "Нет, никогда", - сказал он ему.
  - "Это никогда не беспокоило его, даже когда я нашел его в койке с кровоточащей головой, порез не беспокоил его. Теа сказала, что почувствовала немного магии при диагностике, но это был проклятый шрам от темной магии, так что она ожидала этого. Но он не причиняет ему боли. Он уникален для Гарри".
  Сириус быстро объяснил, что произошло в Гриммаулд Плейс, что рассказал ему Кричер и как он принес медальон Дамблдору, который позвал Снейпа. Он объяснил, что Снейп, очевидно, тайно работал шпионом Дамблдора и Ордена Феникса, предоставляя информацию о Волдеморте и его Пожирателях смерти в течение двух лет до падения Волдеморта.
  Римус просто уставился на него.
  - "Это очень тяжело принять. Как ты держишься?" - спросил он, потянувшись, чтобы сжать руку друга.
  - "Я знаю, что ты все еще винишь себя за Регулуса".
  - "Я не виню себя", - осторожно сказал Сириус.
  - "Я просто хотел бы сделать больше, чтобы вытащить его оттуда. Когда мама выгнала меня, я должен был взять его с собой к Джеймсу. Фи и Монти приняли бы его без вопросов".
  - "Он бы не пошел с тобой, бродяга", - осторожно сказал Римус.
  - "Ты этого не знаешь", - настаивал Сириус, глядя на своего друга.
  - "Ему было всего четырнадцать, и... я мог бы уберечь его".
  Римус скользнул по дивану и обнял своего друга.
  - "Ты сделал для него все, что мог. Ты сделал себя доступным в школе, а он предпочел отгородиться от тебя. Он решил остаться с твоими родителями. Ты пытался, Сириус".
  - "Может быть, я недостаточно старался", - сказал он, когда слезы навернулись ему на глаза.
  - "Он был героем, Муни. Я все эти годы думал, что он... что он был убит окружением Волдеморта за то, что был трусом или не смог сделать что-то, о чем его просили, но он знал что-то о Волдеморте. Он знал что-то важное и пытался что-то с этим сделать; он пытался поступить правильно - и он умер за это".
  Римус крепко обнял своего друга.
  - "Он был героем, и я знаю, что это не меняет того факта, что он мертв, но это меняет то, как ты его помнишь, Сириус. Он был твоим младшим братом, и в конце концов он понял, что ты был прав. Он понял, что совершил ошибку, и не думай ни на секунду, что то, что он делал, было не для тебя. Он боготворил тебя. Когда ты ушел из этого дома, первое, что ты сделал, это убедился, что он знает, что ты не оставил его".
  Сириус крепко обнял Римуса, и слезы полились по его щекам. Он оплакивал младшего брата, которого потерял много лет назад, которого пытался спасти, но тот оттолкнул его.
  Сириус стоял на углу Клэрмонт-сквер напротив дома номер двенадцать, засунув руки в карманы, и ждал, когда его младший брат выйдет на улицу. Каждый четверг в три часа дня Регулус непременно выходил из дома, шел к станции метро и садился на метро до косой-аллеи. Вальбурга и Орион понятия не имели, что он пользуется маггловской транспортной системой, и были бы вне себя от ярости, если бы узнали.
  Но Регулус всегда был очарован этим.
  Сириус показал ему, как им пользоваться после первого года обучения в Хогвартсе, и ему нравилось класть монеты в щель и просто путешествовать по метро. Именно так Сириус узнал, что он отправится в тот четверг днем, Регулус был предсказуем.
  Он прождал всего пятнадцать минут, прежде чем увидел тощую фигуру своего брата, выскользнувшую из парадной двери. Он подождал, пока тот не оказался почти перед ним, прежде чем заговорить, заставив мальчика подпрыгнуть в тревоге.
  - Рег.
  Регулус повернулся, его глаза расширились.
  - "Сири, что ты здесь делаешь? Если мама или папа увидят тебя..."
  - "Не увидят. Они никогда не смотрят на улицу", - сказал он, проводя пальцами по волосам.
  - "Я просто... я хотел убедиться, что с тобой все в порядке".
  Регулус пожал плечами, засунув руки в карманы.
  - "Они не сердятся на меня".
  Сириус кивнул и жестом попросил брата продолжать идти, пока они разговаривают.
  - "Мама действительно вычеркнула мое имя из семейного древа?"
  - "Да. На стене и гобелене большой след от ожога".
  Сириус кивнул, обнимая брата за плечи.
  - "Наверное, теперь все выглядит более ровным, ты знаешь, что следы от ожогов более размыты, теперь, когда я и Энди отреклись".
  Регулусполуулыбнулся.
  - "Не стоит шутить, Сири".
  - "Мне очень жаль".
  - "Где ты остановился?"
  спросил Регулус, глядя на Сириуса из-под длинных ресниц.
  - "С Джеймсом. Его родители самые лучшие, и они сказали мне, что я могу оставаться там столько, сколько захочу".
  Регулус кивнул.
  - "Мама плакала, когда выбила твое имя на гобелене".
  Сириус удивленно посмотрел на брата.
  - "Она что?" - спросил он в шоке. Он и представить себе не мог, что его мать на самом деле расстроилась, увидев его отъезд.
  - "Да. Отец сказал ей, что гневные слезы не помешают тебе быть еще большим разочарованием для них, чем ты уже есть, и что если фамилия Блэк собирается соответствовать своей репутации древнего и благородного дома, мне придется вступить в роль первого сына."
  Сириус выглядел печальным.
  - "Рег, мне жаль. Я знаю, что своим уходом я просто ушел и оставил тебе еще больше ответственности, чем ты хочешь. Но я не мог там оставаться - ты это знаешь".
  Регулус кивнул, опустив глаза в землю.
  - "Я сказал маме, что это была ее вина. Что она прогнала тебя".
  - "Регги", - тихо сказал он, побуждая брата поднять на него глаза.
  - "Мне жаль. Я не хотел оставлять тебя позади, ты ведь знаешь это, правда?"
  - "Мама сказала, что это так. Она сказала, что ты заботишься только о своих друзьях-предателях крови и грязнокровках, с которыми ты водишься. Она сказала, что я хороший сын, верный сын, который не будет принимать глупых решений и совать свой член в грязнокровок и грязных маггловских шлюх, как это делаешь ты".
  Сириус фыркнул на это. В прошлом году на рождественских каникулах мать застала его в спальне за траханьем с соседской маггловской девчонкой, и она была вне себя от счастья. Сириусу пришлось быстро выпроводить ее ради ее же безопасности, поцеловав на прощание и пообещав поговорить с ней позже. Он привел ее домой только для того, чтобы позлить свою мать, и, если честно, это того стоило.
  - "Рег, ты помнишь, что я говорил тебе несколько лет назад о крови?"
  - "У всех течет красная кровь".
  Сириус кивнул.
  - "Именно. Кровь красная, Регулус. У каждого человека кровь красная, и эта кровь выглядит одинаково. Неважно, кто мы по происхождению. Я не лучше Джеймса только потому, что он, по мнению наших родителей, предатель крови, несмотря на то, что он чистокровный, и Джеймс не лучше полукровки Римуса, и Римус не лучше Лили или Мэри, которые являются магглорожденными. Речь идет о том, кто мы есть как люди, а не о том, что говорит наше кровное родство. Мне иногда стыдно, что мне потребовалось столько времени, чтобы полностью осознать это; понять, почему наши родители неправы".
  Регулус медленно сглотнул, когда они свернули с улицы и направились к станции метро.
  - "Мама говорит, что Темный Лорд собирается исправить мир; сделать его лучше".
  Сириус нахмурился.
  - "Этот так называемый Темный Лорд не собирается делать мир лучше. Он хочет избавить мир от всех, кто не является чистокровным. Он маньяк-геноцидник. Посмотри, что происходит последние несколько лет, ничего хорошего из следования за Волдемортом не выйдет. Люди умирают".
  - "Мама сказала, что кузина Белла знает его. Что он щедрый и добрый, и что он знает, как сделать мир лучше", - продолжал Регулус, как будто Сириус и не говорил.
  - "Когда я спросил, почему мы должны ему доверять, мама применила на мне Круциатус за то, что я посмел ее спросить".
  Сириус вздохнул и обнял своего брата.
  - "Прости, меня не было там, чтобы остановить ее".
  Регулус оттолкнул его, его глаза вспыхнули от гнева.
  - "Нет! Тебя там не было, Сириус! Ты ушел, и теперь мама говорит, что я должен жениться на Алекто Кэрроу, когда мне исполнится семнадцать! Я должен продолжить род Блэков и я должен...", - он запнулся, его глаза стали грустными.
  - "Я должен следовать за кузиной Беллой и слушать то, что она мне говорит. Что Темный Лорд вознаградит всех, кто служит ему".
  - "Рег, мне так жаль", - отчаянно сказал Сириус.
  - "Ты не обязан делать то, что говорит тебе мама. Ты можешь противостоять ей".
  Регулус обернулся к нему.
  - "Я могу противостоять ей? Что, как ты? Я не буду наказан ею за непослушание! Я не буду совершать ВАШИ ошибки! Я в Слизерине! Я теперь единственный наследник поместья семьи Блэк и я ПРАВИЛЬНЫЙ сын! Ты - идиот, который отбросил все это, и ради чего? Твоей проклятой морали?"
  Сириус засунул руки в карманы.
  - "Да, это так. И однажды, я надеюсь, ты поймешь, что эти моральные принципы - самое важное, ради чего я мог все это бросить".
  Он жестом указал на вход в тунель.
  - "Я оставлю тебя здесь. Но, Реджи, я всегда буду твоим старшим братом. Если тебе когда-нибудь понадобится что-нибудь, хоть что-нибудь, даже просто поговорить, я всегда буду рядом с тобой. Всегда. Не забывай об этом".
  Регулус просто уставился на него, а затем кивнул, отвернулся и направился в здание вокзала, оставив Сириуса одного на людной лондонской улице, погруженного в свои мысли.
  - "Он так и не простил меня, Муни, не совсем", - признался Сириус.
  - "Мы очень мало разговаривали после того дня. Это Розье сказал мне, что Регулус присоединился к Пожирателям смерти".
  - "Я помню", - тихо сказал Римус.
  Сириус очень хорошо помнил этот день. Они вчетвером сидели во дворе часовой башни в конце седьмого курса, когда к ним подошел Розье и с усмешкой сказал, что он оскорбил Мэри МакДональд. Он оскорбил Мэри Макдональд, с которой в то время встречался Римус, назвав ее грязнокровкой. Сириус встал, угрожая ему, и Розье просто проболтался.
  - "Отвали, Блэк, только потому, что твой младший брат пошел и записался на правую сторону, не значит, что я перестану испытывать отвращение к той грязи, которую я вижу, разгуливая по этой школе!".
  Сириус побледнел.
  - "Что ты только что сказал?"
  Розье усмехнулся.
  - "Спроси у своего младшего брата, где его верность".
  Сириусу потребовалось десять минут, чтобы найти брата и вытянуть из него правду. После этого он пробил дыру в стене их общежития, а Джеймс и Римус держали его, пока он плакал и кричал о предательстве брата; о том, что это он виноват в том, что решил последовать за Волдемортом, что ему не следовало уходить из дома, но он остался и позволил матери продолжать мучить его, чтобы обезопасить Регулуса - и когда Питер пришел после отбоя и узнал о случившемся, он присоединился к групповым объятиям. Он сказал Сириусу, что Регулус уже достаточно взрослый, чтобы выбирать самому, и что это не его вина.
  Но Римус знал, что его друг так и не простил себя.
  - "Я горжусь им", - признался Сириус, отстраняясь от Римуса и доставая свой чай.
  - "Его сердце было в правильном месте. Я просто хотел бы, чтобы он сначала пришел ко мне. Может быть, я смог бы ему помочь... может быть, он был бы жив".
  Римус кивнул.
  - "Я знаю, бродяга".
  Он сжал руку Сириуса в знак заверения.
  - "Но теперь, когда ты знаешь правду, разве от этого менее больно?"
  Сириус покачал головой.
  - "Нет, не меньше, но я очень горжусь им. Он был героем, и я собираюсь сделать так, чтобы однажды мир узнал об этом".
  Римус улыбнулся.
  - "Хорошо."
  Он взглянул на часы.
  - "Уже за полночь, ты можешь просто лечь здесь. Ты устал. Диван довольно удобный".
  Сириус закатил глаза.
  - "Нет, спасибо, я буду спать с Гарри".
  Римус улыбнулся, встал и потянулся.
  - "Завтра я приготовлю нам большой завтрак. Может быть, мы сможем..."
  Он замолчал при звуке крика, донесшегося из спальни Гарри.
  Римус и Сириус вбежали в комнату, оба бросились к Гарри и сели по обе стороны кровати, обхватив его руками, когда Мародер залаял, потираясь головой о спину Гарри, чтобы успокоить его, пока Сириус и Римус обнимали его.
  Сириус с облегчением обнаружил, что тот проснулся. В последний раз, когда Гарри так кричал во сне, Сириус не смог его разбудить, и это привело его в ужас. Теперь Гарри прижался к ним обоим, его маленькое тело дрожало от страха, который навеял на него кошмар.
  - "Шшш", - успокаивал Сириус, целуя голову Гарри, пока Римус делал то же самое с другой стороны от него.
  - "Дядя бродяга и дядя Муни здесь, сохатик, мы здесь".
  Гарри всхлипывал в их объятиях, прижимаясь к ним обоим, его глаза потемнели от страха.
  - "Там был плохой человек, и он кричал", - плакал он, его маленькие ручки вцепились в их рубашки.
  - "Женщина кричала мое имя, и он сделал ей больно, а потом загорелся зеленый свет, и я остался один. Я всегда один в темноте!".
  - "Шшш", - успокаивал Сириус, снова целуя его.
  - "Ты не один, Гарри. Мы рядом".
  - "Мы рядом, маленький олень", - сказал ему Римус, когда они обнимали и укачивали ребенка, чтобы успокоить его.
  Глаза Сириуса встретились с глазами Римуса над Гарри. Он знал, что его друг думает о том же. Гарри снилась ночь, когда Волдеморт убил его родителей, и он понятия не имел, что смерть родителей - это то, что ему снилось. Никто из них не собирался сообщать ему об этом. Знание этого не принесло бы ему никакой пользы.
  - "Это был просто плохой сон, Гарри", - сказал Сириус, потирая ему спинку.
  - "Я здесь, и дядя Муни здесь, и Мародер здесь. Мы любим тебя и мы здесь".
  Гарри, казалось, немного успокоился, и он повернул голову к Сириусу, зарываясь лицом в шею Сириуса.
  - "Спой мне, дядя бродяга".
  Римус улыбнулся, толкая Гарри в объятия Сириуса, когда Сириус начал тихонько напевать.
  - "Черный дрозд, поющий в темноте ночи, возьми эти сломанные крылья и научись летать. Всю свою жизнь ты только и ждал этого момента. черныйдроздпойвсмертидляночи, возьмите эти запавшие глаза и научитесь видеть. Всю свою жизнь ты только и ждал этого момента, чтобы стать свободным. Черный дрозд лети, черный дрозд лети на свет темной черной ночи".
  Гарри успокаивала песня, когда он прижимался к Сириусу, а Римус нежно поглаживал его по спине, пока ребенок засыпал. Мародер тоже успокоился и свернулся калачиком на краю кровати, спокойно наблюдая за Сириусом и Гарри.
  Римус встал, поцеловав голову Гарри.
  - "С ним все будет в порядке".
  Сириус кивнул, укладывая ребенка в кровать.
  - "Можно мне одолжить пижамные штаны?"
  Римус улыбнулся и через несколько мгновений вернулся с парой полосатых пижамных штанов. Сириус снял рубашку и джинсы и переоделся в брюки, после чего забрался в кровать к Гарри и улыбнулся, когда Римус забрался с другой стороны. Мародер только поднял голову на вторжение, а затем снова устроился на краю кровати. Сириус притянул Гарри к себе, прижимая его к сердцу, руки Римуса лежали на спине ребенка, успокаивающе поглаживая его, и вскоре они оба заснули, держа ребенка на руках и собаку у своих ног.
  Глава 36: Тот, у кого оргазм на день рождения
  На следующее утро Гарри забыл о своем кошмаре. Он был счастлив проснуться в кровати между Сириусом и Римусом, ощущение их близости успокаивало его так, что он не мог этого объяснить. Они втроем позавтракали вместе на ярко освещенной кухне Римуса, а затем Сириус и Гарри отправились домой. Сириус принял душ, а Гарри оделся, почистил зубы и спустился вниз, чтобы дождаться Римуса, который должен был прийти и подготовить его к школе.
  Сириус был рад, что Гарри не помнит свой сон, и был очень благодарен, что Гарри не понял, о чем на самом деле был его кошмар. Он не хотел, чтобы у Гарри были такие воспоминания о его родителях. По его мнению, достаточно было бы только хороших воспоминаний.
  Попрощавшись с Гарри и Римусом, он сел на велосипед и поехал в Лондон. Он заехал проведать Кричера и узнать, как продвигается работа над домом, сообщив эльфу, чтобы тот оставил все предметы, которые он нашел в комнате с семейным гобеленом. Сириус хотел осмотреть все, прежде чем выбросить или подарить кому-либо.
  Ему нужно было выполнить еще несколько поручений, а затем вернуться в дом. Он быстро написал письмо Августе Лонгботтом, приглашая ее внука Невилла в дом на следующий субботний день. У него было предчувствие, что Невилл и Гарри будут очень хорошо ладить друг с другом, а затем он отправился на улицу, чтобы вскопать клумбу, которую он пытался разбить в начале лета.
  Пока он не знал, что ему делать со своим садом, все должно было уйти.
  К тому времени, когда Гарри и Римус отправились на кухню обедать, он и сам был готов к столь необходимому отдыху и тепло улыбнулся, когда Гарри рассказал ему о своем утре и о том, чему он научился за этот день.
  Когда наступила суббота, он наконец-то получил сообщение от миссис Лонгботтом, что они с Невиллом приедут сразу после часа дня, и он сказал Гарри, что к нему на день приезжает новый друг.
  - "Новый друг?"
  с интересом спросил Гарри, бросая фрисби наружу для Мародера.
  Сириус кивнул.
  - "Да. Его зовут Невилл. Его родители, Фрэнк и Алиса, твои родители, дядя Римус и я - все знали их. Они были нашими друзьями. Его бабушка собирается привести его после обеда. Ты помнишь его бабушку, мы встречались с ней на днях во "Флориш и Блоттс", миссис Лонгботтом?".
  Гарри сморщил нос.
  - "Дама со страшной птицей на голове?"
  Сириус рассмеялся. Это было довольно точное описание, подумал он.
  - "Да, она. Она говорит, что Невилл немного застенчив, но ты можешь показать ему свой домик на дереве и познакомить с Мародером".
  Гарри кивнул, улыбаясь.
  - "Хорошо."
  Три часа спустя, когда Августа Лонгботтом прибыла через камин, на голове у нее красовалась страшная птичья шляпа, Гарри тепло улыбнулся маленькому мальчику, который был с ней. У него были светло-каштановые волосы и круглое лицо с пухлыми щечками. Он был немного ниже Гарри ростом, и его голубые глаза широко раскрылись, когда он оглядел комнату, в которую попал.
  - "Сириус", - укоризненно сказала миссис Лонгботтом, подталкивая Невилла к Гарри.
  - "Невилл, это Гарри Поттер. Ты останешься здесь и будешь играть с ним сегодня днем. Мистер Блэк присмотрит за тобой".
  Она повернулась к Сириусу.
  - "Я приду после чая, чтобы забрать его".
  Потом она ушла, а Невилл остался стоять на месте, его нижняя губа слегка подрагивала.
  Мародер лизнул его лицо, и мальчик улыбнулся, а потом засмеялся, когда Мародер лизнул его снова.
  - "Мародер приветствует тебя в доме", - с ухмылкой сказал Сириус, опускаясь на колени так, что оказался на уровне глаз маленького мальчика.
  - "Можешь звать меня Сириусом, Невилл. Это Гарри, и я вижу, что ты уже познакомился с Мародером".
  Невилл кивнул, почесывая голову собаки.
  - "Привет."
  Гарри улыбнулся ему.
  - "У меня есть большой дом на дереве на заднем дворе, хочешь посмотреть?"
  Невилл покачал головой.
  - "Я не очень люблю быть высоко".
  Гарри нахмурился, но Сириус улыбнулся.
  - "Не волнуйся, Невилл. Ты можешь подняться по лестнице, там наверху есть дом и много перил. Ты увидишь. Уверен, тебе понравится".
  Невилл не выглядел убежденным.
  Сириус взял руку мальчика в свою и повел его на задний двор, и когда они оказались снаружи и стояли перед фортом на дереве, его глаза были расширены от удивления.
  - "Ух ты!"
  Сириус усмехнулся, нежно сжав его руку.
  - "Идите и веселитесь. Если вам, мальчики, что-нибудь понадобится, дайте мне знать".
  Гарри сразу же направился к скальной стене и начал карабкаться вверх. Невилл выглядел нерешительным и вместо этого двинулся к лестнице, встретив Гарри на самом верху.
  - "Почему тебе не нравится быть высоко?"
  спросил Гарри, перелезая через стену.
  Невилл пожал плечами, нерешительно оглядываясь по сторонам.
  - "А ты не боишься, что упадешь?"
  Гарри широко улыбнулся.
  - "Неа."
  Невилл выглядел совершенно ошарашенным этим.
  - "Ты... ты не боишься?"
  Гарри покачал головой.
  - "Нет. Если ты всегда боишься упасть, как ты можешь веселиться?".
  Пока Невилл, казалось, размышлял над этим, Гарри поспешил вверх по лестнице на пиратский корабль.
  - "Подожди, пока не увидишь это!"
  Он позволил Невиллу управлять кораблем и усмехнулся, когда понял, что верхняя часть пиратского корабля действительно двигается из стороны в сторону, так как чары, которые использовал Сириус, сделали ее действительно потрясающей.
  - "Дядя Сириус говорит, что наши родители когда-то были друзьями", - сказал Гарри Невиллу, предлагая ему фруктовый пунш, когда час спустя они спустились в домик на дереве.
  - "ты живешь с тем человеком внизу?"
  Гарри кивнул.
  - "Он мой крестный отец и заботится обо мне. Раньше я жил с магглами".
  - "Магглы?" удивленно спросил Невилл, его глаза расширились.
  - "Правда?"
  - "Да, но они были злыми. Дядя Сириус пришел и забрал меня, и теперь я больше не боюсь".
  Невилл наблюдал за ним какое-то мгновение.
  - "Чего ты испугался?"
  Гарри пожал плечами, доставая свой набор для игры в плюй камни, а Невилл кивнул, сортируя камни.
  - "Магглы, они были очень злыми и говорили, что я ненормальный, потому что иногда я заставлял магические вещи происходить. Но я не знал о магии, поэтому не мог этого объяснить".
  - Невилл кивнул.
  - "Бабушка всегда говорит мне, что она думает, что я стану сквибом и разочарую семью".
  - "Что такое сквиб?"
  спросил Гарри, отпивая из своего фруктового пунша.
  - "Тот, кто родился у двух волшебных родителей, но не может творить магию вообще", - сказал ему Невилл, пуская по полу плюй камень.
  Гарри недоверчиво посмотрел на него.
  - "Ты думаешь, что ты сквиб?"
  Невилл пожал плечами.
  - "Я не знаю. Я не чувствую себя сквибом, но бабушка иногда бывает пугающей, так что, может, она и права".
  Гарри улыбнулся ему.
  - "Я уверен, что ты станешь волшебником, и мы сможем вместе поехать в Хогвартс. Но я пока не хочу. Мне нравится жить здесь с дядей Сириусом и Мародером, а дядя Римус может приходить и учить меня в школе. Я могу играть с Мародером и играть в моем новом домике на дереве или помогать дяде Сириусу работать на его мотоцикле. Я пока не хочу уезжать. Мне нравится иметь... папу...".
  Последнее слово прозвучало так тихо, что Невилл почти не расслышал его, но затем он улыбнулся. Он понял, что имел в виду его новый друг.
  - "Мой большой дядя Элджи все время берет меня на рыбалку. Это весело, но иногда и скучновато, потому что ты просто ждешь, когда рыба клюнет".
  - "Я никогда не был на рыбалке", - сказал ему Гарри, пуская в сторону Невилла воробьиный камень.
  Невилл усмехнулся.
  - "Может быть, ты сможешь пойти с нами как-нибудь".
  Гарри широко улыбнулся.
  - "Хорошо."
  ***
  Секс Сириуса и Алтеи.
  Глава 37: Та, что с тремя братьями
  DISCLAIMER: Я не владею историей о Трех Братьях, она принадлежит JKR.
  текст:
  На следующий день Сириус начал составлять список воспоминаний, которые он хотел бы включить в "думасброс" для Гарри. Он согласился с Дамблдором, что это должно быть что-то, с чем он должен подождать и не показывать Гарри, пока тот не повзрослеет, потому что он лучше поймет и оценит это, но он хотел быть уверенным, что когда Гарри будет предоставлена возможность увидеть это, оно будет полно замечательных воспоминаний о его родителях.
  Он улыбался про себя, составляя список, и в пол-уха слушал, как Гарри декламирует латинские фразы с Римусом в солярии.
  ? Впервые я встретил Джеймса и Лили
  ? Наши лучшие розыгрыши
  ? Первое знакомство с Фи и Монти
  ? Несколько неловких попыток Джеймса ухаживать за Лили.
  ? Узнав, что Римус - оборотень
  ? Сказать Римусу, что мы все еще хотим быть друзьями.
  ? Первое превращение в Анимага
  ? Карта
  ? Наши печально известные прозвища
  ? Джеймс, играющий в квиддич
  ? Первый день рождения Гарри
  Он не мог перестать улыбаться, пока писал список, и не услышал, как Римус вошел в кухню. Он вздрогнул, когда его друг заговорил ему на ухо.
  - ""Неуклюжие попытки Джеймса ухаживать за Лили" - Мерлин, это может быть долго! О чем это, бродяга?"
  Сириус улыбнулся ему.
  - "Где Гарри?"
  - "Он на улице, сжигает энергию с Мародером. Я собирался выпить холодного чая и пойти понаблюдать за ним, хочешь присоединиться ко мне?"
  спросил Римус, наливая себе стакан холодного чая, а затем второй для Сириуса.
  Сириус кивнул, принимая чай со льдом от Римуса, после чего последовал за своим другом на улицу, и они уселись в кресла на лужайке, с усмешкой наблюдая, как Гарри висит вверх ногами на перекладинах домика на дереве, а Мародер игриво лает вокруг него.
  - "Я собирался поговорить с тобой об этом, но из-за всего, что происходит, я немного забыл", - сказал он, озорно ухмыляясь.
  - "Дамблдор подал мне идею. Я рассказывал ему, как хочу, чтобы у Гарри были воспоминания о его родителях; чтобы у него был шанс узнать их. Он предложил поместить воспоминания в думасброс, чтобы он мог их просмотреть".
  Бровь Римуса удивленно приподнялась.
  - "Какая отличная идея, Сириус!"
  Сириус улыбнулся.
  - "Я так и думал. Я согласен с Альбусом, что он еще слишком мал, чтобы по-настоящему оценить их. Но я подумал, что если мы вдвоем начнем собирать эти воспоминания сейчас, покажем ему наши первые встречи и наши любимые моменты, которые у нас были с Джеймсом, с Лили и с ними обоими вместе, то он сможет немного узнать их".
  Минерва уже сказала, что она будет более чем счастлива предоставить несколько своих воспоминаний о том, как мы плохо вели себя в ее классе".
  Римус рассмеялся.
  - "Я бы предположил, что у нее точно есть несколько таких".
  Он усмехнулся.
  - "Да, несколько. Некоторые моменты влюбленности Джеймса и Лили друг в друга, свидетелями которых мы тоже были. Знаешь, как только Лили наконец поняла, что влюблена в Джеймса. Например, помнишь, как на пасхальные выходные седьмого курса Джеймсу пришлось ехать в Париж с Флемонтом, потому что умирал какой-то большой дядя, и Монти нужна была его поддержка и помощь?".
  - "Смутно", - сказал Римус.
  - "И что же?"
  Сириус улыбнулся, когда говорил, и подтолкнул память своего друга, в то же самое время, когда воспоминание всплыло в памяти обоих.
  Джеймса не было уже три дня.
  Сириус не мог поверить, как тихо было без его лучшего друга. Лили вела себя очень тихо, занималась своими обязанностями старосты и готовилась к экзаменам - но Сириус знал, что она скучает по нему. Она все еще горевала о потере собственных родителей. Всего за месяц до этого она потеряла их обоих в ужасной автокатастрофе, и Джеймс ненавидел, что ему пришлось оставить ее одну хоть на секунду.
  Но его отец нуждался в нем.
  Римус, Сириус и Питер обещали позаботяться о том, чтобы с ней все было в порядке в его отсутствие, но они не были Джеймсом, и она знала это, как бы она их ни ценила.
  Но на третий день его отсутствия утром в Большой зал прилетела прекрасная сова Джеймса Посейдон, и лицо Лили озарилось, когда он подлетел к ней. Затем она растерянно посмотрела на ярко-красный конверт в его клюве.
  - "вопилер?" - спросила она, ее глаза расширились от ужаса.
  Сириус усмехнулся, забирая письмо у Посейдона.
  - "Тебе лучше открыть его, Эванс. Ты знаешь, что случается, когда ты этого не делаешь. Моя мама присылала мне их достаточно. Поверь мне, я практически эксперт".
  Лили колебалась, прежде чем осторожно и с подозрением принять письмо из рук Сириуса.
  - "Зачем ему посылать мне вапилер? Я... я не сделала ничего плохого. Абсолютно ничего, что могло бы оправдать кричащее письмо!"
  Сириус усмехнулся, когда она начала испускать искры.
  - "Лил, он сейчас взорвется. Открывай!"
  Римус, устав наблюдать за их спором, просто вырвал письмо из рук Лили и вскрыл его, бросив перед ней, пока Питер затыкал пальцами уши в ожидании криков.
  Конверт превратился в бумажную вырезку лица Джеймса.
  Но он не кричал.
  Вместо этого письмо начало петь. Мягкий мелодичный голос Джеймса наполнил Большой зал.
  - "Пока я пишу это письмо, посылаю тебе свою любовь. Помни, что я всегда буду влюблен в тебя. Храни эти несколько слов, пока мы не будем вместе. Храни всю мою любовь, навсегда. P.S. Я люблю тебя; тебя, тебя, тебя. Я снова вернусь домой к тебе, любимая. И до того дня, когда я это сделаю, любимая. P.S. Я люблю тебя; тебя, тебя, тебя! P.S. Я люблю тебя; тебя, тебя, тебя! тебя, тебя, тебя! Я люблю тебя".
  Когда письмо закончило петь, оно просто лежало перед ней, сложенное пополам, и Лили знала, что стоит ей только открыть его снова, и голос Джеймса вновь наполнит Большой зал. Слезы навернулись на глаза Лили, когда некоторые из девочек поблизости издали визг "ах".
  Сириус обнял ее за плечи.
  - "Похоже, Джейми нашел новый способ использовать вопилер, милая".
  Лили легонько ударила его по плечу.
  - "Я совершенно убита!"
  Римус улыбнулся ей.
  - "И еще больше влюблена в него, чем ты уже была".
  Лили только ухмыльнулась.
  - "Может быть".
  Она поцеловала в щеку Римуса, а затем Сириуса.
  - "Но это говорит мне о том, что он очень скоро вернется домой!"
  Сириус ухмыльнулся Римусу, когда они смотрели, как Лили берет письмо и спешит прочь.
  - "У этой девчонки все плохо".
  Римус засмеялся.
  - "Как и у мальчика, который пел любовное письмо".
  И они оба только усмехнулись друг другу.
  Римус улыбнулся воспоминаниям.
  - "Я забыл об этом. Лили, должно быть, повторила то письмо сотню раз или больше за те два дня, что понадобились Джеймсу, чтобы вернуться".
  - "По крайней мере! Очарование определенно начало ослабевать", - сказал Сириус со смехом.
  - "Но на самом деле, я думаю, Гарри будет в восторге, когда он станет старше и увидит, как сильно его родители были влюблены, понимаешь?".
  Он быстро добавил в список песню "P.S. Я люблю тебя".
  Римус кивнул.
  - "Я согласен. И да, когда он подрастет. Но давайте соберем как можно больше фотографий от всех. У Хагрида есть несколько замечательных снимков о том времени, когда он садился с Лили возле своей хижины. Лили обожала Хагрида".
  Сириус усмехнулся, делая пометку.
  - "Именно. Я хочу воспоминания от всех, кто их знал. Я хочу так много, что будет ощущение, что он был там, переживал эти вещи с нами и с ними. Например, их свадьба - или когда Лили попросила меня проводить ее к алтарю".
  - "Когда они попросили тебя стать собачьим отцом", - сказал Римус со смехом.
  Сириус захихикал.
  - "Ты уморительный, Муни. Но да, эти воспоминания".
  Римус улыбнулся своему другу.
  - "По-моему, это отличная идея. Как долго ты собираешься ждать, чтобы показать ему?"
  Сириус пожал плечами.
  - "Я не знаю. Я просто думаю, что когда наступит подходящий момент, мы оба узнаем, да?".
  - "Согласен. Пока что, думаю, мы оба можем начать их собирать".
  - "Прекрасно".
  ***
  В среду Сириус проводил день с Гарри. Они с Римусом перенесли учебу Гарри на четверг, так как Гарри оставался с Римусом, чтобы Сириус мог сходить на последнее свидание с Алтеей. Они как раз сели обедать, когда Августа Лонгботтом вызвала его по камину, и Сириус поспешил в гостиную, чтобы ответить.
  - "Леди Камбрия, что я могу для вас сделать?"
  Ее лицо было строгим, а глаза печальными, когда она говорила.
  - "Я... кое-что произошло довольно неожиданно. Не мог бы Невилл приехать на несколько часов и, возможно, остаться до позднего вечера?"
  - "Конечно", - удивленно сказал Сириус.
  - "Мы будем счастливы получить его. Все в порядке?"
  Миссис Лонгботтом просто покачала головой.
  - "Мой муж... он умер довольно внезапно. Мне просто нужно время, чтобы все организовать и... все будет в порядке. Спасибо. Я сейчас пришлю Невилла".
  - "Я сожалею о вашей потере, миссис Лонгботтом", - искренне сказал Сириус.
  Она лишь кивнула, поджав губы, и исчезла из огня.
  Меньше чем через две минуты Невилл споткнулся, упал на колени и ударился локтем об угол очага. Слезы навернулись ему на глаза, когда он сжимал локоть.
  Сириус немедленно двинулся к мальчику, взяв его за руку.
  - "Эй, малыш, ты в порядке? Удары локтем - это самое худшее!" - сказал он, ухмыляясь.
  - "Они называют это твоей смешной косточкой, знаешь? Не знаю почему, потому что это только больно и не смешно".
  Невилл слабо улыбнулся, и Сириус усмехнулся в ответ.
  - "Ты уже пообедал, малыш?".
  Невилл покачал головой.
  - "Нет, мистер Блэк".
  Сириус тепло улыбнулся.
  - "просто Сириус, Невилл. Проходи на кухню. Мы с Гарри едим суп из картофеля, ветчины и чеддера и немного теплого хлеба. Хочешь?"
  Невилл кивнул, проследовал за Сириусом на кухню и занял место рядом с Гарри, который при виде его просветлел.
  - "Привет, Невилл!"
  Невилл улыбнулся в ответ.
  - "Привет, Гарри".
  Сириус подал Невиллу суп и хлеб, а затем сел обратно. Он наблюдал, как Невилл неуверенно откусил кусочек и улыбнулся, прежде чем обмакнуть хлеб в густой суп-пюре.
  - "Я не знал, что ты придешь, Невилл", - сказал Гарри с широкой ухмылкой.
  - "Я тоже", - тихо сказал Невилл.
  Гарри нахмурился.
  - "Что случилось?"
  Невилл положил свою ложку, опустив глаза на ноги.
  - "Бабушка мне не скажет".
  Сириус смотрел, как дрожит нижняя губа мальчика, и его глаза на мгновение встретились с глазами Гарри, прежде чем он встал и опустился на колени перед Невиллом, осторожно коснувшись его руки.
  - "Невилл, все будет хорошо".
  - "Я пытался уговорить дедушку поиграть со мной. Он обещал... и мы играли в прятки, а он был Искателем. Он нашел меня, я побежал, а он... потом он просто упал на землю!".
  Слезы навернулись ему на глаза.
  - "Я пытался разбудить его. Я тряс его. Но он просто... он просто смотрел на меня, но он... он не видел меня. Тогда я позвал бабушку, она прибежала и попыталась разбудить его, но не смогла. Он не просыпался! Это я во всем виноват, я заставил его играть, а он сказал, что устал".
  Сириус обнял мальчика, и тот заплакал у него на плече.
  - "Шшш, все хорошо, малыш. Это не твоя вина".
  - "Это так!"
  настаивал Невилл между рыданиями.
  - "Теперь он не проснется! Почему он не просыпается, мистер Бл - Сириус?"
  Сириус вздохнул.
  - "Он умер, Невилл. Он не проснется".
  Голубые глаза Невилла, наполненные слезами, встретились с серыми глазами Сириуса.
  - "Я не хочу, чтобы он умирал!"
  Сириус сочувственно улыбнулся.
  - "Я знаю, малыш. Никто не хочет терять тех, кого мы любим. Но иногда такие вещи случаются, и в этом нет ничьей вины. Он был старым человеком и прожил долгую жизнь. Я уверен, что он любил играть с тобой в прятки. Наверняка это было одно из его любимых занятий, верно?".
  Невилл кивнул, фыркнув и вытирая глаза рукавом.
  - "Он любил прятаться в корзинах для белья, а потом выпрыгивал и пугал меня".
  Сириус хихикнул.
  - "Звучит забавно".
  Невилл слегка улыбнулся.
  - "Однажды он спрятался в шкафу за бабушкиными плащами, и когда я открыл его и не увидел, он выскочил и схватил меня, я закричал, а он смеялся и хохотал. Он сказал, что пытался напугать меня магией".
  - "Видишь? Он любил играть с тобой".
  Невилл кивнул, слегка фыркнув.
  - "Я тоже любил играть с ним".
  Сириус нежно погладил его по спине, пока он плакал, а когда закончил, похлопал его по руке.
  - "Постарайся съесть немного супа, хорошо, а потом мы втроем, может быть, почитаем сказку?"
  Невилл кивнул и механически начал есть свой суп. Гарри просто наблюдал за ним, пока тот доедал свой суп. Когда они закончили, Гарри начал наполнять раковину мылом, а Сириус покачал головой и наклонился к нему, чтобы прошептать.
  - "Мы уберемся позже, Гарри. Почему бы тебе не сбегать наверх и не взять свой экземпляр "Сказок о Бидле Барде", думаю, сейчас самое время почитать о "Трех братьях"", - сказал он, глядя на Невилла, который все еще сидел за столом и выглядел каким-то грустным и потерянным.
  Сириус выглянул в окно, когда Гарри поспешил наверх. День был хмурый, но довольно теплый. Когда Гарри спустился с книгой, Сириус сказал Невиллу, что они пойдут в дом на дереве.
  Они втроем вошли в дом, и Сириус забрался в гамак.
  - "Давайте, вы двое, забирайтесько мне".
  Гарри тут же забрался в гамак и лег рядом с Сириусом.
  Невилл просто уставился на них.
  - "Он не выглядит очень прочным", - подозрительно сказал он, когда гамак раскачивался взад-вперед.
  Сириус улыбнулся ему.
  - "Оно должно качаться. Это очень успокаивает. Давай, Нев", - он протянул руки, и Невилл позволил ему поднять себя в гамак.
  Сириус протянул руки, обхватив каждого ребенка, и открыл книгу на "Сказке о трех братьях". Он помнил эту историю как то, что Лили читала ей, когда она была беременна Гарри, сразу после смерти Евфимии и Флемонта. Он не был до конца уверен, что заставило его достать ее сейчас, но он чувствовал, что это именно та история, которая нужна, чтобы помочь Невиллу понять смерть и понять, почему его дедушке пришлось оставить его.
  Он улыбнулся мальчикам и начал читать:
  - "Жили-были трое братьев..."
  Когда он закрыл книгу, Невилл спал, прижавшись к его груди с одной стороны, а Гарри просто наблюдал за ним с другой.
  Сириус продолжал обнимать Невилла, надеясь, что сон поможет мальчику справиться с горем.
  - "С Невиллом все будет в порядке, дядя Падфут?"
  тихо спросил Гарри, не сводя глаз со своего нового друга.
  - "С ним все будет хорошо, Гарри. Иногда мы теряем людей, которых любим, и это очень тяжело для тех из нас, кто должен продолжать жить. Невилл потерял своего дедушку, и он видел, как это произошло - это то, что будет с ним до конца его жизни, но у него также много счастливых воспоминаний с дедушкой, и они всегда будут в его сердце", - сказал ему Сириус. Смерть рано или поздно приходит ко всем, Гарри, как мы узнали из этой истории".
  Лорд Камбрия - мистер Лонгботтом, прожил очень хорошую жизнь. И Невиллу будет его не хватать. Но мы никогда по-настоящему не теряем тех, кто покидает нас. Они всегда будут рядом, вот здесь", - сказал он, касаясь сердца Гарри.
  - "В наших сердцах".
  Гарри прижался поближе к Сириусу, уткнувшись лицом в его сердце.
  - "Как мне сделать так, чтобы Невиллу стало лучше?"
  Сириус поцеловал макушку Гарри с небольшой улыбкой.
  - "Просто скажи ему, что ты сожалеешь о его потере и просто будь рядом с ним. Вот и все. Просто будь его другом, Гарри".
  Гарри улыбнулся.
  - "Это легко, он уже мой друг".
  Сириус улыбнулся и потрепал Гарри по руке.
  - "Именно."
  Гарри с минуту смотрел, как Невилл спит, а потом снова протянул книгу Сириусу.
  - "Я не устал, дядя бродяга, можешь почитать "Кролика Баббити"?
  Сириус усмехнулся и снова открыл книгу.
  - "Конечно, Гарри".
  ***
  Невилл проспал почти два часа. Когда он проснулся, он лежал в гамаке, обхватив Сириуса, который спал, а Гарри спал, обхватив своего крестного с другой стороны. Невилл выглядел довольно встревоженным таким положением вещей, но когда он сдвинулся, гамак зашевелился, и он тут же лег обратно, испугавшись, что выпадет.
  От его движения Сириус проснулся, и он добродушно улыбнулся.
  - "Привет, Невилл, ты хорошо спал?"
  Он кивнул.
  - "Мне нужно в туалет".
  Сириус улыбнулся и осторожно поднял Невилла из гамака. Он оставил Гарри свернуться калачиком в гамаке и пошел с Невиллом в дом, чтобы показать ему, где находится туалет. Когда он вернулся вниз, он улыбнулся ему.
  - "Тебе что-нибудь нужно?"
  Невилл покачал головой, когда Гарри, зевая, вошел в дом.
  - "Нет."
  Гарри поспешил подойти и обнять Невилла.
  - "Мне жаль твоего дедушку, Невилл".
  Невилл улыбнулся и обнял его.
  Гарри усмехнулся, когда он отпустил его.
  - "Хочешь построить гигантский форт из домино в гостиной?"
  - "Хорошо", - сказал Невилл, следуя за Гарри.
  Сириус усмехнулся, наблюдая за ними вместе. С Невиллом все будет в порядке, подумал он. Он будет в полном порядке.
  ***
  К тому времени, когда наступил четверг, Сириус с нетерпением ждал своего последнего свидания с Алтеей. Даже Гарри заметил, что он был немного беспокойным, но Гарри, казалось, был не против провести ночь и большую часть дня завтра в доме Римуса. Ему нравилось приходить туда, проводить время с Римусом и оставаться в его комнате. В ту ночь Невилл остался ночевать, Сириус уложил его в постель вместе с Гарри, а Мародер свернулся у них в ногах. Миссис Лонгботтом вернулась только почти в полночь и долго извинялась за то, что оставила Невилла с ним надолго.
  Сириус сказал ей, что все в порядке и что Невилл спит наверху и может оставаться до утра. Он снова выразил соболезнования и узнал, что у мистера Лонгботтома случился сердечный приступ и он быстро умер, но семье было очень тяжело пережить шок. Он рассказал ей о реакции Невилла, и она согласилась оставить его спать до завтра, еще раз поблагодарив Сириуса за заботу о нем. Сириус сказал ей, что Невилл может приходить в любое время. Он был милым ребенком, и Сириусу он искренне нравился.
  Миссис Лонгботтом заехала за ним после завтрака, и Сириус остался решать свои планы относительно Алтеи. Накануне она прислала письмо с названием маггловского ресторана в центре Лондона, и Сириус быстро пошел и заказал столик на четверг в семь вечера.
  Он одел черные джинсы и черную шелковую рубашку, которую оставил расстегнутой. С помощью кожаной ленты он собрал волосы в короткий хвост у основания шеи. Он выбрал аппарирование, так как собирался встретиться с ней там.
  Когда она вошла в ресторан в платье, которое он попросил надеть, и в красном бархатном пиджаке с черной кружевной отделкой поверх, он почувствовал, что его лицо расплывается в ухмылке.
  Он встал, чтобы поприветствовать ее, нежно поцеловал ее, а затем выдвинул стул, чтобы она села.
  - "Привет, ты выглядишь потрясающе", - сказал он.
  Алтея улыбнулась ему, принимая его довольно нарядный вид.
  - "Как и ты", - сказала она с улыбкой, когда официант подошел к их столику. Они заказали вино и закуску, прежде чем Алтея снова заговорила.
  - "Я была удивлена, что ты захотел поужинать".
  Сириус лишь приподнял бровь.
  - "Почему? Мы делали это раньше".
  - "Да", - осторожно сказала она, ухмыляясь ему.
  - "Это было до того, как мы начали заниматься много-много фантастическим сексом".
  Он усмехнулся и протянул руку через стол, чтобы провести кончиком пальца по ее предплечью.
  - "Не волнуйся, Кастелланос, позже у нас будет много-много фантастического секса".
  Она засмеялась и прикусила нижнюю губу.
  - "Не могу поверить, что завтра я уезжаю".
  - "Ты взволнована?" - спросил он ее, когда официант налил каждому по бокалу вина и оставил бутылку на столе.
  Она кивнула, ее глаза были яркими. "Очень и слегка подташнивает. Я хочу сказать, что это будет замечательно. Это возможность поехать за границу, что я всегда хотела сделать, но самое главное - я буду помогать людям. Но там идет война, и это меня немного пугает".
  Сириус улыбнулся ей.
  - "Это понятно. Только полный идиот не испугался бы".
  Алтея пожала плечами.
  - "И мне будет очень не хватать Прии. Она была моей лучшей подругой и соседкой по комнате почти шесть лет. Но я думаю, что втайне она с нетерпением ждет, когда квартира будет предоставлена самой себе".
  Пальцы Сириуса продолжали нежно поглаживать ее запястье, пока она говорила, а он просто слушал, улыбаясь ей и призывая ее продолжать.
  - "К тому же я буду скучать по всем своим пациентам; по всем этим очаровательным детям, о которых я забочусь. Но целитель Брэкстон принимает большинство из них, включая Гарри, кстати, и он действительно замечательный".
  - "Он мужчина? Это отстой, я так хотел соблазнить нового целителя".
  Она легонько пнула его под столом, и он усмехнулся.
  - "несешь чепуху", - сказала она, смеясь.
  - "Ему тоже за шестьдесят, но он очень добрый. Гарри он понравится. Если, конечно, вам вообще понадобится его увидеть, ведь Гарри в курсе всех своих медицинских дел".
  - "Не волнуйся за нас, с нами все будет в порядке".
  Алтея вздохнула и отпила вина.
  - "Прия говорит, что я проецирую свои тревоги на пациентов и что они обязательно справятся без меня. Но я просто хочу, чтобы обо всех хорошо позаботились, пока меня не будет, понимаешь? Ведь кто знает, как долго меня не будет?"
  - "Я думала, что это контракт только на четыре месяца", - спросил ее Сириус, потягивая свое вино.
  - "Ты думаешь остаться дольше?"
  Она пожала плечами.
  - "Я не знаю. Кто может сказать, что принесет будущее? Может быть, когда я выберусь туда, я сразу же захочу вернуться домой, а может быть, захочу остаться подольше. Я просто... я не хочу оставлять за собой ни одного свободного конца".
  - "Свободные концы?"
  Она провела пальцем по ободку своего бокала.
  - "Ты мне действительно нравишься, Блэк. Больше, чем я ожидала, если честно", - призналась она, когда он усмехнулся.
  - "Но я хорошо знаю себя, и то, что между нами происходит... это... это не надолго".
  Его бровь удивленно приподнялась.
  - "О, это не так? И что заставляет вас так говорить?"
  Алтея улыбнулась ему.
  - "Во-первых, ты более чем на сто процентов посвятил себя Гарри и его воспитанию, и я прекрасно понимаю, что он занимает первое и главное место в твоей жизни, как и должно быть. Во-вторых, ты никогда не колебался, отменяя свидание или пропуская понедельничный день у меня дома из-за чего-то, что происходило, например, из-за строительства домика на дереве. После твоего первого перерыва со мной, когда ты начал строить дом на дереве, я больше не видела тебя, пока он не был закончен. И в-третьих, мы оба с самого начала знали, что это будет только на короткий срок".
  - "Ты бросаешь меня, Кастелланос?" - спросил он с ухмылкой, попивая вино.
  - "Я ранен".
  Официант поставил перед ними закуску из антипасто и кальмаров.
  - "Мы никогда не были вместе, Блэк".
  Сириус взял ее руку в свою и поцеловал ее ладонь.
  - "Ты мне не безразлична. Это был не просто секс".
  - "Нет, это не так", - сказала она с улыбкой.
  - "Я тоже думаю, что это была прекрасная дружба".
  Сириус улыбнулся ей.
  - "Друзья с выгодой".
  Она хихикнула, откусывая кусочек кальмаров.
  - "Действительно большие преимущества".
  Сириус широко ухмыльнулся.
  - "Позже я покажу тебе, насколько велики могут быть эти преимущества".
  Он снова поцеловал ее руку.
  - "Но до тех пор расскажи мне побольше о Шри-Ланке. Я хочу знать все, что ты знаешь и что планируешь делать".
  Когда она улыбалась ему, он просто улыбался в ответ и слушал ее разговор.
  Позже, когда они вернулись в ее квартиру, Сириус прижал ее к двери ее спальни, они целовались, ее руки обвивали его шею, когда она наклоняла голову назад, чтобы дать ему лучший доступ.
  Его руки пробежались по ее попке, по бедрам, и он медленно снял с нее платье. Он сохранял озорную ухмылку на лице, позволяя своим губам медленно пробежаться по ее телу после платья, разминая и посасывая ее груди, пока его пальцы находили ее, влажную и пульсирующую для него. Когда первый оргазм прорвался через нее, он стянул джинсы с бедер и погрузился в нее там, где они стояли, медленно и тщательно оседлав ее, пока она просто держалась.
  Когда она наконец добралась до своей кровати, Сириус забрался к ней, слегка шлепнув ее по заднице.
  - "На четвереньки, Кастелланос", - горячо сказал он, и она лишь усмехнулась, выполняя его просьбу, а затем просто застонала, когда он вошел в нее. Ее тело покачивалось навстречу его телу, ее руки вцепились в простыни, а затем он вытащил ее, перевернул и снова погрузился в нее, сильно и глубоко, и она закрыла глаза, когда он попал в ее точку удовольствия.
  После этого она провела пальцами по его татуировкам с мягкой улыбкой на лице.
  "Я люблю секс на прощание".
  Он фыркнул и шлепнул ее по попке.
  - "Чем это отличается от обычного секса?"
  Она усмехнулась ему.
  - "Потому что я называю это прощальным сексом".
  Он засмеялся и растянулся на кровати.
  - "Во сколько тебе завтра нужно быть в больнице?"
  - "Четыре часа дня. Наш портключ отходит в четыре тридцать", - сказала она, скользнув рукой вниз между его ног и нежно лаская его.
  Сириус тихо застонал.
  - "Тогда мне придется потрудиться", - пробормотал он, накрывая ее руку своей и останавливая ее ладонь.
  - "Кажется, я обещал трахать тебя до того момента, когда тебе придется уйти".
  Алтея усмехнулась, облокотившись на его бедра.
  - "Думаю, что да", - сказала она, потираясь об него.
  - "И что ты собираешься с этим делать?"
  Он схватил ее за волосы и задвигал бедрами вверх и в нее, а она удивленно вскрикнула. Его рот нашел ее грудь, и она просто держалась, пока он показывал ей, что именно он собирается с ней делать.
  К полудню следующего дня Сириус пробрался вместе с ней в душ и целовал ее тело, намыливая кожу. Они занимались сексом четыре раза накануне вечером и два раза тем утром. Он помог ей собрать вещи в последнюю минуту, прежде чем она настояла на том, что ей нужно принять душ.
  Когда он скользнул в нее под бьющей на них горячей водой, она улыбнулась, нежно поцеловала его, и они так и стояли, катаясь друг на друге под горячими струями.
  Когда она оделась, собрала вещи и была готова к отъезду, она встала на носочки и нежно поцеловала его.
  - "Спасибо за вчерашний вечер", - сказала она, мягко улыбнувшись.
  Сириус ухмыльнулся ей.
  - "Я буду скучать по тебе, Кастелланос".
  Алтея улыбнулась ему.
  - "Хорошо."
  Она поцеловала его в щеку.
  - "Я как-нибудь напишу тебе письмо и расскажу о Шри-Ланке, а ты расскажешь мне, как проходит жизнь с Гарри".
  Сириус кивнул, засунув руки в карманы.
  - "Звучит отлично".
  Он обнял ее на прощание и пожелал ей удачи, а потом она ушла.
  Глава 38: Та, что с Годриковой лощиной
  Признаюсь, я плакала во время написания и редактирования этой главы. Отнеситесь к этому как хотите. Я написала большую часть этой главы после того, как впервые написала пробные воспоминания для Сириуса. Я просто еще не знала, когда и как я собираюсь использовать это. Надеюсь, вам понравится.
  текст:
  После отъезда Кастелланос в Шри-Ланку Сириус почувствовал, что вошел в колею. Он больше времени уделял своему мотоциклу, разбирая его, играя с двигателем, чистя и натирая его. И он нашел маленький детский мотоцикл, который купил перед тем, как отправиться к Гарри в гости к Дурслям. Вид его заставил его улыбнуться, и он стал возиться с ним, настраивая двигатель и добавляя в него больше мощности, по сути, убрав детскую часть мотоцикла. Он наложил на него различные чары и заклинания и решил, что если он будет продолжать возиться с ним, то сможет сделать из него настоящий мини-мотоцикл и подарить его Гарри на Рождество.
  Конечно, если он соответствовал его требованиям.
  Когда наступил октябрь и город Сидмут начал украшаться к Хэллоуину, меланхолия охватила его, и Сириус стал заставлять себя быть веселым, когда говорил с кем-либо. На третий день его настроения Римус подождал, пока Гарри выйдет на улицу поиграть с Мародером, и только потом повернулся к другу.
  - "Это Алтея или Октябрь?"
  - "Что?"
  спросил Сириус, уставившись на своего друга так, словно у него было три головы.
  Римус закатил глаза и скрестил руки перед грудью.
  - "Что тебя так расстроило, Сириус? Это из-за Алтеи или из-за того, что на дворе октябрь?"
  Сириус вздохнул, проводя пальцами по своим длинным волосам.
  - "Я, конечно, скучаю по ней, мы... Она была отличным другом, и, естественно, я скучаю по сексу, но я смирился с тем, что она уехала. Это хорошо для нее, и это будет хорошо для всех людей, которым она собирается помочь".
  - "Ты любишь ее, Сириус?"
  тихо спросил Римус, внимательно наблюдая за своим другом.
  Сириус покачал головой.
  - "Нет, не люблю".
  - "Ты уверен?"
  Сириус кивнул, запустив пальцы в волосы.
  - "Да, я уверен. Она мне нравится, и она мне очень дорога, но нет, я не был в нее влюблен, Рем. Она удивительная женщина, с ней так легко общаться, но нам лучше быть друзьями".
  Римус улыбнулся.
  - "Если ты уверен, мне не нужно, чтобы ты тосковал по мне, как влюбленный щенок".
  Сириус фыркнул.
  - "Меня зовут не Джеймс Поттер".
  Римус усмехнулся, выглянув в окно, чтобы посмотреть, как Гарри борется со своей собакой. Его выражение лица на мгновение застыло.
  - "Значит, это потому, что сейчас октябрь, я подумаю.
  Сириус пожал плечами, собираясь приготовить себе чашку чая.
  - "Да, я об этом думал, но ты хочешь сказать, что это не было в твоей голове?"
  Римус сначала не ответил, просто стоял, уставившись в окно, и привычно скручивал руки вместе.
  - "Через неделю будет пять лет. Конечно, я об этом думал, Сириус".
  Сириус кивнул.
  - "Я хочу сделать что-то веселое на Хэллоуин, что-то, что оценили бы Джеймс и Лили. Я имею в виду... стоит ли нам пригласить Гарри в костюме? Ему бы это понравилось, как ты думаешь? Или, может быть, мы просто... посмотрим страшный фильм или я не знаю...", - сказал он, проводя пальцами по волосам.
  - "Нам определенно нужно что-то сделать".
  Римус отвернулся от окна, засунув руки в передние карманы кардигана, который был на нем.
  - "Я действительно много думал об этом в последние несколько недель".
  В ответ он лишь поднял бровь.
  Римус вздохнул.
  - "Я знаю, что ты не был с тех пор... но... я думаю, что мы должны провести канун Всех Святых в Годриковой Лощине".
  Сириус побледнел и покачал головой.
  - "Ты хочешь провести Канун Всех Святых где?"
  - "Выслушай меня, Бродяга", - медленно сказал Римус.
  - "Гарри должен знать, где похоронены его родители, где их могилы".
  Сириус сглотнул.
  - "И ты хочешь взять его в пятую годовщину их гребаных убийств?"
  Римус вздохнул.
  - "Я думаю, что это было бы хорошо для него, Сириус, и я думаю, что это было бы хорошо для тебя тоже. Там теперь есть мемориал и...", - он запнулся, его последние слова прозвучали почти шепотом.
  - "Ты можешь попрощаться".
  Сириус уставился на него.
  - "Ты думаешь, что мне нужно - пошел ты, Римус!"
  - "Что?"
  - "Ты слышал меня! Да пошел ты! Это я бежал через этот дом! Это я нашел Джейми, лежащего в прихожей мертвым, с его гребаными кривыми очками и его палочкой...", - его дыхание сбилось.
  - "Ни у него, ни у Лили даже не было их проклятых палочек, Муни, ты знал об этом? Я нашел их на диване рядом с тыквенным костюмом Гарри и фотоаппаратом! У них не было даже маленького шанса, когда Волдеморт вошел в этот дом! Они думали, что они в безопасности! Я обещал им, что они будут в безопасности!"
  Эта вспышка удивила Римуса, и когда Сириус начал всхлипывать, он поспешил к другу и заключил его в объятия. Сириус попытался оттолкнуть его, но Римус держался крепко, обнимая друга.
  В этот момент на кухню вошел Гарри. Он уставился на Сириуса, его рот слегка приоткрылся от удивления, а затем он поспешил туда, протиснулся между двумя мужчинами и крепко обнял Сириуса.
  Сириус подхватил Гарри на руки, обхватив маленького мальчика, а Римус обнял их обоих. Они оба поцеловали Гарри в щеки.
  - "Почему ты грустишь, дядя бродяга?"
  спросил Гарри, крепко обнимая Сириуса.
  Сириус улыбнулся ему, поцеловал в лоб и медленно выдохнул, прежде чем ответить.
  - "Мы с дядей Муни только что говорили о твоих маме и папе, Гарри, и я очень по ним скучаю".
  Римус нежно провел пальцами по волосам Гарри, забрал ребенка у Сириуса и отнес его в гостиную, поцеловав в щеку.
  - "Гарри, мы с Сириусом говорили о твоих родителях и... о том, что, возможно, отведем тебя на их могилы".
  - "Что такое могила?"
  спросил Гарри, уставившись на Римуса.
  Римус сел на диван, прижимая к себе Гарри, а Сириус сел рядом с ними.
  "Это мемориал, который рассказывает о ком-то, кто ушел из жизни. Обычно на нем написаны их имена, дата рождения и день смерти. Когда кто-то умирает, Гарри, мы чтим память наших умерших, устанавливая могилу или надгробие, чтобы живые могли приходить туда и вспоминать их. Мы можем оплакивать их или иногда разговаривать с ними".
  - "Поговорите с ними? Они отвечают?"
  спросил Гарри, его глаза расширились от страха, как будто он не был уверен, как воспринимать тот факт, что мертвые могут говорить с ним.
  Римус улыбнулся.
  - "Нет, они не отвечают, Гарри. Но иногда, просто приходя туда и зная, что они присматривают за тобой, это хорошее чувство. Я хожу на могилы мамы и папы каждый год в их дни рождения, просто сижу там и разговариваю с ними. Я рассказываю им о своей жизни и о том, о чем думаю, и мне нравится думать, что они меня слышат. Мне всегда становится немного легче, когда я ухожу".
  Руки Сириуса сжимались по обе стороны от него.
  - "Я не думаю, что мы должны идти, Гарри".
  Гарри переводил взгляд с Сириуса на Римуса, не зная, кого слушать.
  - "Гарри, я думаю, что тебе было бы полезно увидеть, где похоронены твои мама и папа. Увидеть их могилу и прекрасный мемориал, который был сделан в честь жертвы, которую они принесли ради тебя", - тихо сказал Римус.
  - "Я хочу, чтобы Сириус тоже пришел, потому что я не думаю, что он действительно попрощался с ними, и я думаю, что ему будет полезно увидеть это. Увидеть, как их любит и чтит весь мир, и просто сказать им, как сильно мы по ним скучаем".
  - "Я не хочу идти, Муни, и точка", - упрямо настаивал Сириус.
  - "Я хожу туда каждый канун Всех Святых", - продолжал Римус, не обращая внимания на Сириуса.
  - "Я приношу любимые цветы Лили и сижу там, на кладбище, и просто разговариваю со своими старыми друзьями. Когда я пойду в этом году, мне бы очень хотелось, чтобы вы с Сириусом пошли со мной. Но если ты не хочешь идти, Гарри, я никогда тебя не заставлю".
  Гарри просто уставился на него, не зная, что ответить. Он взглянул на Сириуса, который хмуро смотрел на Римуса, как будто решительно не одобрял все, что тот говорил. Он не помнил своих родителей. Гарри знал, что дядя Римус и дядя Сириус были их лучшими друзьями. Он знал, что они любили его по рассказам дядей. Он знал, что они погибли, защищая его от злого волшебника. Но он не мог поговорить с ними, если они были мертвы.
  Но дядя Римус сказал, что они присматривают за ним. И дядя Сириус тоже так сказал.
  - "Как мои мама и папа присматривают за мной?"
  спросил Гарри, глядя на Римуса, который в замешательстве сморщил брови.
  Римус улыбнулся.
  - "Когда люди умирают, Гарри, они попадают в лучшее место. И в этом месте они могут наблюдать за теми, кого любят, и охранять их; пытаться помочь им сделать правильный выбор, как ангел-хранитель. Ты знаешь, что это такое?"
  Гарри кивнул, почесывая нос.
  - "Дядя Вернон и тетя Петуния водили меня в церковь Святой Троицы, и священник всегда говорил, что когда те, кого мы любим, умирают, они становятся ангелами, а ангелы живут на небесах. А мои мама и папа на небесах вместе с дедушкой Невилла?"
  - "Да", - сказал Римус с широкой улыбкой.
  - "Они на небесах. Когда ты умираешь, ты попадаешь в лучшее место, куда-то по-настоящему чудесное, где они могут увидеть всех близких, которых они когда-либо теряли".
  - "Могу ли я попасть на небеса и увидеть их?"
  - "Нет", - сказал Римус, печально покачав головой.
  - "Ты можешь попасть на небеса только после смерти, Гарри".
  - "О", - тихо сказал Гарри. Он пересел с колен Римуса на колени Сириуса и прижался к груди своего крестного, прижавшись головой к его сердцу.
  Сириус обхватил его руками.
  - "Дядя Римус напугал тебя, Гарри?"
  Гарри покачал головой.
  - "Нет."
  - "Тогда в чем дело?"
  спросил Сириус, поцеловав его в его макушку.
  Гарри сначала не ответил. Ему нравилась мысль о том, что его родители находятся в хорошем месте, в таком хорошем месте, как Рай. Он не хотел, чтобы им было одиноко, грустно или страшно. Он вспомнил, как священник говорил об ангелах в церкви, и он надеялся, что, возможно, его родители - ангелы. Он спросил об этом священника после мессы. Дядя Вернон рассердился, но священник сказал ему, что, конечно, его родители - ангелы и что они присматривают за ним. Ему было приятно это слышать.
  - "Я хочу пойти с дядей Римусом", - тихо сказал он.
  Сириус резко выдохнул.
  - "Что?"
  Гарри откинул голову назад, чтобы посмотреть на своего крестного отца.
  - "В канун Дня всех святых я хочу пойти".
  Сириус закрыл глаза и кивнул.
  - "Хорошо. Конечно, ты можешь идти".
  - "Ты тоже пойдешь с нами?"
  Сириус покачал головой.
  - "Нет, сохатик. Не в этот раз".
  Римус кивнул своему другу.
  - "Хорошо, тогда мы пойдем, Гарри. И мы вместе почтим их память".
  Гарри улыбнулся на это.
  - "Мне бы этого хотелось".
  ***
  Когда наконец наступил день кануна Всех Святых, Сириус почувствовал, как его охватывает горе. Он старался не показывать этого Гарри, который был в восторге от идеи увидеть могильные камни своих родителей. Сириус знал, что Римус прав, это был способ для Гарри установить с ними связь, увидеть в них людей, которые жили и любили его, и, может быть, его друг был прав, может быть, это было бы хорошо для него, чтобы попрощаться.
  Но Сириус не мог заставить себя пойти. У него не было ни малейшего желания переступать порог места, где, как ему казалось, закончилась часть его жизни.
  В тот день Римус пришел за Гарри, а Сириус только покачал головой, наблюдая, как эти двое оставляют его одного в доме с его мыслями и горем.
  Гарри крепко держался за Римуса, когда тот аппарировал их в деревню Годрикова Лощина. Римус держал Гарри за руку, пока они шли по городу и наткнулись на большой обелиск, испещренный именами.
  - "Гарри, это военный мемориал тех, кто погиб из-за Волдеморта и его последователей", - сказал он, потянувшись вниз, чтобы поднять Гарри, как раз в тот момент, когда мемориал превратился в статую трех человек: Мужчина с неопрятными волосами и в очках, женщина с длинными волосами и добрым, красивым лицом, и маленький мальчик, сидящий на руках у матери.
  - "Жители города захотели установить здесь эту статую в честь твоих родителей и в память о тебе".
  - "Потому что я - Мальчик-Который-Выжил", - тихо сказал он.
  Римус поцеловал его в щеку.
  - "Родители очень любили тебя, Гарри. Ты был для них всем миром. Я скучаю по ним каждый день, но когда я смотрю на тебя, я вижу их обоих и чувствую любовь, которую они испытывали к тебе. Я чувствую их в тебе и то, как ты любишь меня и дядю Сириуса. Я знаю, что они так гордятся тобой".
  Гарри улыбнулся Римусу, не сводя глаз со статуи и наблюдая, как она превращается обратно в обелиск. Его сердце слегка сжалось от слов Римуса.
  - "Моя мама была красивой", - просто сказал он, глядя на обелиск и желая, чтобы он снова изменился.
  Римус улыбнулся.
  - "Она была очень красивой, действительно красивой. И она была далеко не из лиги твоего отца", - сказал он с усмешкой.
  - "Но он заставил ее влюбиться в него. И они были так влюблены".
  Обелиск снова изменился, и Римус поставил Гарри на землю, протягивая руку ребенку.
  - " Давай, пойдем на кладбище".
  Гарри последовал за Римусом мимо статуи на кладбище, расположенное прямо напротив. Деревья были цвета осени, и прохладный ветерок шевелил листья на траве и надгробных камнях. Камней было очень много, и Гарри с легким интересом переводил взгляд с одного на другое.
  Римус вел его через камни, пока они не наткнулись на большую белую мраморную плиту с надписью:
  "В память о любви
  
  Джеймс Поттер Лили Поттер
  
  b. 27 марта 1960 г. р. 30 января 1960 г.
  
  d. 31 октября 1981 г. d. 31 октября 1981 г.
  
  Последний враг, который будет уничтожен, - это смерть."
  
  Гарри прочитал эти слова вслух, его маленькие руки осторожно обводили буквы имен его родителей.
  - "Что это значит, дядя Римус? О последнем враге?"
  Римус опустился на колени рядом с Гарри.
  - "Это цитата из Библии, Гарри. Из Коринфян. Профессор Дамблдор сделал для них надгробие, и он выбрал эту цитату. Я подумал, что она хорошо подходит. Проще говоря, мы все умрем, Гарри. Никому не суждено жить вечно, и мы все надеемся, что будем стариками и старухами, прожившими полную жизнь, прежде чем смерть заберет нас, но иногда это не так. Иногда наша жизнь отнимается у нас еще до того, как она началась, как у твоих родителей. Но ваши родители умерли самым благородным образом, какой только можно себе представить, чтобы спасти вас. Мы не должны бояться смерти, но должны понимать ее".
  Гарри кивнул, его рука все еще прослеживала надпись имен его родителей.
  - "О."
  Римус сел обратно, все еще стоя на коленях, обнял Гарри и мягко положил подбородок на плечо мальчика.
  - "Я привел твоего сына к тебе, сохатый, Лили".
  Гарри вздрогнул от этого, но откинулся назад к Римусу, пока тот говорил.
  - "Он прирожденный мародер, разыгрывает нас с Сириусом. Ты бы так гордился, Джейми, прямо лопался от гордости. Сириус прекрасно справляется с его воспитанием. Он ведет себя как замечательный отец, каким ты всегда должен был быть. Он сделал меня его учителем, если ты можешь в это поверить. Гарри умный и любит читать, как и ты, Лили. Не волнуйся, я обещаю поделиться с ним всеми историями, которые ты любила. Я делаю для него все возможное, как и бродяга. Мы его очень любим".
  Гарри улыбнулся и повернулся, чтобы шепнуть Римусу.
  - "Они меня слышат?"
  Римус кивнул, улыбаясь.
  - "Мне нравится так думать. Ты хочешь что-то сказать?"
  Гарри кивнул, не сводя глаз с надгробия.
  - "Привет, мама, привет, папа. Дядя Муни говорит, что ты меня слышишь. Я не очень тебя помню, но дядя бродяга и дядя Муни всегда рассказывают мне о тебе. Дядя бродяга очень грустный и не хочет приходить сюда, чтобы попрощаться с тобой. Ты можешь сделать так, чтобы ему стало легче? Спасибо."
  Он поцеловал свои пальцы и осторожно положил их на мрамор.
  На глаза Римуса навернулись слезы, и он смахнул их, поцеловав собственные пальцы и положив их рядом с пальцами Гарри на мрамор. Он поцеловал щеку Гарри и с помощью своей палочки положил на вершину мраморного камня цветы яблони и желтые тюльпаны, которые, как он знал, были любимыми цветами Лили.
  - "Мы любим тебя", - сказал Римус, вставая и поднимая Гарри на руки.
  Когда они обернулись, Сириус стоял там, засунув руки в карманы. Глаза Римуса расширились, но он промолчал.
  Сириус подошел к ним, его глаза были красными от слез, и он взглянул на мрамор.
  - "Лили всегда любила цветущие яблони".
  - "Я знаю", - сказал Римус с улыбкой.
  - "Они были ее любимыми, и она всегда говорила, что солнечный желтый тюльпан заставит улыбнуться любого".
  Сириус кивнул, его глаза были устремлены на Гарри.
  - "Ты в порядке, сохатик?"
  Гарри кивнул головой.
  Римус сжал плечо своего друга. Он знал, как трудно было его другу набраться смелости и прийти сюда.
  - "Мы дадим тебе время. Мы с Гарри будем у военного мемориала. Потрать столько времени, сколько тебе нужно".
  Сириус кивнул, глядя, как его друг и крестник оставляют его одного. Он стоял над мраморным камнем и долго смотрел на имена своих друзей, в его глазах стояли слезы. Когда он наконец заговорил, его слова прозвучали резко и сердито.
  - "Вы оба должны быть здесь. Это вы должны растить Гарри, а не я. Что, блядь, я знаю о воспитании детей? У меня тут все наперекосяк".
  - "И прекрасно справляешься со своей работой, если я сама так говорю", - сказала женщина у него за спиной.
  Глаза Сириуса расширились, когда он обернулся. Призрачное явление перед ним заставило его моргнуть от ужаса и шока.
  - "Л-Лили?"
  Призрак улыбнулся, и она протянула прохладную руку, скользнув по его плечу.
  - "Мой сын говорит мне, что ты грустишь, Сириус".
  Кряжистый молодой человек, появившийся рядом с ней, заставил Сириуса испустить небольшой всхлип.
  - "Дж-дж-джэйми", - прошептал он.
  Джеймс криво улыбнулся, его рука обвилась вокруг талии жены.
  - "Привет, бродяга".
  Слезы катились по щекам Сириуса, когда он упал на колени.
  - "Мне так жаль. Мне так жаль! Я не должен был доверять Питеру. Я не должен был... Это моя вина, что ты мертв! Это моя вина, что Гарри пришлось жить с этими проклятымимагглами, а они... Боже, вы оба должны ненавидеть меня. Я забрал у вас все!"
  Джеймс протянул руку вперед, и Сириус почувствовал нежное прикосновение к своему плечу.
  - "Брат, я люблю тебя. Ты не виноват. Мы с Лили были беспечны; мы позволили себе поверить, что мы в безопасности, и когда пришел Волдеморт, у нас не было защиты. Ты не виноват. Мы доверились не тому человеку, но этим человеком никогда не был ты".
  Рука Лили соединилась с рукой Джеймса.
  - "Мы любим тебя, Сириус. И мы очень любим Гарри, и ты так замечательно с ним справляешься. Ты замечательный отец".
  - " Фатх - Джейми, нет! Я бы никогда не подумал заменить тебя таким образом!" - прорычал Сириус.
  Джеймс усмехнулся.
  - "Ты потрясающий отец, Сириус. Я знаю, что ты не заменишь меня. Я горжусь тем, что ты воспитываешь моего сына. Твоего сына. Теперь он принадлежит тебе и Муни".
  - "Скажи Гарри, что мы любим его. Расскажи ему столько историй о нас, сколько он захочет узнать. Идея с думосбросом замечательная, Сириус", - с улыбкой сказала Лили.
  - "Спасибо, бродяга", - сказал Джеймс, и затем они ушли.
  Слезы катились по щекам Сириуса, когда он стоял на коленях перед мрамором и рыдал. Он не был уверен, действительно ли его друзья явились ему, или ему это только показалось, так отчаянно он хотел снова увидеть своих друзей, но это было так реально. Они присматривали за ним и за Гарри, и он знал это так сильно в своем сердце, что это заставило его улыбнуться. И впервые за последние пять лет он почувствовал, что горе действительно ушло из его сердца.
  Он никогда не перестанет любить их.
  Он никогда не перестанет скучать по ним.
  Но он перестал бы оплакивать их.
  И он перестанет винить себя в том, что с ними произошло.
  Когда он наконец встал, наступила темнота. Он вытер слезы рукавом и наколдовал маленького медного оленя и лань, которые затем заправил в цветы. Он поцеловал пальцы и прикоснулся к прохладному камню.
  - "Прощай", - прошептал он и, был готов поклясться, что почувствовал, как теплый ветерок обнял его, как друга.
  Когда он нашел Римуса и Гарри, он прижал ребенка к своей груди, целуя его щеки и лоб, пока тот не засмеялся.
  - "Я люблю тебя, Гарри".
  Гарри улыбнулся ему.
  - "Я тоже тебя люблю".
  - "Пошли домой".
  Глава 39: Та, в которой Сириус говорит по-французски
  Примечание автора:
  Извините, что я давно не обновлялась. Я знаю, что избаловала вас всех своей писаниной, и я тоже кое-что написала, но я также читала фанфикшн, в частности, некоторые действительно удивительные фики по Драмионе (я даже не люблю Драко и Гермиону, я люблю Ромиону, но эти фики были потрясающими, и я просто не могла их опустить), и в любом случае, пока я читала их, я вспомнила, что хотела как-то ввести Драко Малфоя в свою историю, и я сделала это - но это было не для того, чтобы ввести Драко, это было о Сириусе, и я думаю, вы уже заметили, что эта история о Сириусе, Гарри и Римусе. Я думаю, что каждая из их жизней одинаково важна, и то, через что они проходят и не проходят, пока учатся приспосабливаться друг к другу и быть семьей друг друга.
  Так или иначе, вернется ли Малфой и подружится ли с Гарри? Изменит ли это что-нибудь? Я не знаю. В данный момент я говорю, что не сразу, но мне нравится думать о Малфое как о хорошем парне, который делает плохой выбор, я всегда так делал, и те из вас, кто читал мою серию "Начало", знают, что мне нравится давать ему второй шанс. Как он впишется в эту историю и будет ли он вообще значимым персонажем, я не могу сказать, потому что я еще не все решила. Но я надеюсь, что вам понравится мое представление его.
  текст:
  Когда наступил ноябрь и Сириусу исполнилось двадцать семь лет, он обнаружил, что нашел удобный ритм своей жизни. Он учился готовить по новым рецептам и делал это на удивление хорошо; даже сделал несколько больших партий запеканок, супов и тушеных блюд, чтобы заморозить их и использовать позже. Ему нравилось учиться, так как это напоминало ему школьные годы, когда он учился чему-то новому, например, зелью или чарам, и он обнаружил, что больше всего ему нравилось, когда Гарри работал с ним на кухне. Ему нравилось учить своего крестника тому новому, чему он научился, и они составляли хорошую команду. Гарри оказался на удивление хорошим помощником повара.
  На его день рождения Римус, Андромеда, Тед и МакГонагалл пришли к нему на ужин. Андромеда приготовила ему ужин: Стейк с рататуем и большой торт с шоколадным муссом. Сириус провел день, проигрывая "Белый альбом" снова и снова, и каждый раз, когда включалась песня "День рождения", он заставлял Гарри громко петь ее вместе с ним, пока мальчик не умолял его остановиться, а Сириус щекотал ему ребра, пока Гарри смеялся и хохотал. Гарри сделал ему поздравительную открытку и высокий стакан для пинты с надписью: "Пинта бродяги". Он счел это очаровательным и теперь постоянно пил из пинтового стакана все, что не являлось чаем.
  Римус по-прежнему учил Гарри на уроках почти каждый день. Уроки латыни давались Гарри особенно легко, и у него уже вошло в привычку задавать вопросы на латыни либо Римусу, либо Сириусу, чтобы показать свою образованность. Сириусу нравилось отвечать по-французски и смотреть, как его крестник тупо смотрит на него.
  Как члену древнейшего и благороднейшего Дома Блэков, было важно создать видимость и показать, насколько утонченным и умным аристократом он является. В детстве он изучал французский, итальянский и латынь, а также бальные танцы, правильное поведение за столом и этикет на всех официальных и неофициальных мероприятиях, правильную осанку при сидении и стоянии, а также манеру говорить на публике. Горе ему было, если бы он поступил необдуманно или неуместно на официальном мероприятии и опозорил семью Блэков - что он в любом случае и сделал, будучи вычеркнутым из семейного древа. Но он сам учил Гарри формальным манерам за столом, шутил, когда они накрывали на стол, и Сириус объяснял, для чего нужна каждая посуда.
  Римуса это позабавило, но он серьезно наблюдал, как его друг объясняет Гарри, как правильно есть и столовый этикет. Когда какую вилку использовать и почему, как класть посуду на тарелку в середине еды, а не по окончании, как правильно ее держать и т.д. Когда Гарри вышел на улицу поиграть с Мародером, Римус только усмехнулся ему вслед.
  - "Ты ненавидел все это в детстве", - сказал Римус с ухмылкой.
  - "Ты постоянно жаловался на это. И вот ты здесь, терпеливо учишь Гарри".
  Сириус пожал плечами, убирая со стола.
  - "Да, но это потому, что я ненавидел свою жизнь и весь этот жизненный девиз "toujourspur". Я провел большую часть своего детства, когда меня заставляли стоять прямо, сидеть прямо, есть с уважением, танцевать с чистокровными и разговаривать с чистокровными, как от меня требовали и ожидали, и все это было просто дерьмом, Муни. Но чем больше я об этом думаю и чем больше я оглядываюсь на свою жизнь, я понимаю, что кое-что из этого важно. Я имею в виду, разве ты не думаешь, что всегда важно знать правильный столовый этикет?"
  Римус улыбнулся и сжал плечо друга в знак заверения.
  - "Я думаю, это отличная идея. Ты можешь научить Гарри, как вести себя как аристократ на официальных мероприятиях. Это может пойти ему только на пользу, и это не плохо знать. Когда он достигнет совершеннолетия и станет управлять Сомерсетом, ему будет полезно знать все тонкости аристократии. Ты должен передать ему часть своих знаний, Сириус".
  Сириус ухмыльнулся.
  - "Мне весело учить его, и не похоже, что нас скоро пригласят на какие-нибудь официальные балы, но все же не помешает, чтобы он знал, верно?"
  - "Нет, но ему не повредит быть подготовленным, Сириус", - сказал Римус с ухмылкой.
  - "Что касается языков, Гарри уже дважды просил меня, чтобы ты говорил с ним по-французски. Это определенно может быть полезно для него".
  Сириус кивнул, почесывая нос.
  - "Ты умеешь говорить по-французски, Муни?"
  - "Нет, но ты можешь".
  - "Ты думаешь, что я должен учить его французскому?"
  недоверчиво спросил Сириус.
  - "Я не гожусь в учителя, это точно все ты должен вести, профессор!"
  Римус закатил глаза.
  - "Но я не знаю языка, Сириус. Пойдем; это будет полезно для тебя. Ты сможешь снова практиковаться в разговоре на нем, а Гарри сможет его выучить. Знание другого языка никогда не помешает, а французский - отличный вариант для изучения".
  - "Tueslapersonnelaplusagacante", - пробормотал Сириус себе под нос.
  Бровь Римуса поднялась.
  - "Видишь ли, я не знаю, что это значит, но я знаю, что это было какое-то оскорбление. Давай не будем учить его плохим словам, бродяга".
  Сириус лишь ухмыльнулся.
  - "Что? Мы не хотим, чтобы он ходил вокруг и говорил людям - vatefairefoutre".
  Когда Римус только уставился на него, он усмехнулся.
  - "Первое вряд ли было оскорблением, я сказал, что ты раздражаешь, но ладно, хорошо, я научу его французскому".
  - "Теперь скажи мне, что было второй вещью, которую ты сказал", - потребовал Римус.
  Он только усмехнулся.
  - "Такой умный профессор, как ты, сможет это выяснить".
  И он оставил Римуса смотреть на него в кухне.
  Верный своему слову, Сириус начал учить Гарри французскому языку. Он сделал этикетки для вещей по всему дому, и они начали с того, что выучили разные слова на обоих языках. Если они ели бутерброды с ветчиной и сыром, это было: jambonetfromagesandwich; или время ложиться спать: heured'alleraulit; и так далее. Сириус обнаружил, что, переходя с одного языка на другой, ему было легче вспоминать, а Гарри - схватывать.
  Ноябрь также принес Гарри больше времени для общения с его новыми друзьями. Самым большим сюрпризом стал Невилл, который, похоже, приглянулся не только Гарри, но и Сириусу. В последний раз, когда Невилл пришел поиграть, Сириус провел весь день с двумя мальчиками: Слушал музыку, работал над мотоциклом (в чем оба мальчика хотели помочь), а затем играл в футбол во дворе. Гарри также дважды посетил резиденцию Лонгботтомов (поместье Камбрия) и отправился на рыбалку с Невиллом и его двоюродным дедушкой Элджи. Вернувшись домой, он с нетерпением рассказал Сириусу о пойманной рыбе, о том, как дядя Невилла показал ему, как ее разделывать и как они ее жарили. Сириус был и восхищен, и отвращен, но рыба оказалась очень вкусной, и Гарри был в полном восторге от всей этой ситуации.
  Уизли заходили еще несколько раз. Фред и Джордж устроили дома еще больше проказ, и миссис Уизли наказала их за то, что они пустили по дому фрисби и обезглавили одно из ее любимых комнатных растений, а затем спрятали фейерверки под кастрюлями и сковородками, чтобы они сразу же взорвались, как только кастрюлю поднимут. Сириус чувствовал себя немного неловко, поскольку он дал им эти изделия, но результат того, что они явно веселились от души, заставил его улыбнуться; не говоря уже о том, что миссис Уизли совершенно не знала, что Сириус был источником новых шуточных изделий ее сыновей и, следовательно, нового метода создания проблем, и Сириус надеялся, что она об этом не узнает.
  Рон и Гарри тоже стали немного ближе, мальчикам нравилось гонять по полосе препятствий в домике на дереве, взбираться по скалодрому и играть в мяч с кваффлом. Джинни познакомила Гарри со своим любимым деревом в "Норе", на которое она любила залезать и висеть на нем, и они вдвоем забрались на самую верхушку, смеясь, как сумасшедшие.
  С Хэллоуина Гарри не снился ни один кошмар, и Сириус чувствовал, что все наконец-то начинает успокаиваться и вставать на свои места. У них здесь была своя жизнь, и она складывалась вполне удачно.
  Что касается Римуса, то Снейп продолжал варить для него Волчье зелье, и, похоже, оно творило чудеса. Его превращения проходили более гладко, а страх причинить кому-то вред уменьшился настолько, что он разрешил Сириусу и Гарри ночевать в его коттедже во время полнолуния. Он по-прежнему не был в восторге от того, что Гарри иногда спал в одной комнате с ним, когда трансформировался, но он знал, что в ясном сознании он никогда не причинит вреда ребёнку, и эта мысль успокаивала его, а значит, успокаивала и волка, который тоже испытывал сильное желание защитить "щенка". Однако ему было спокойнее, когда Гарри оставался в своей комнате, а они с Сириусом - в подвале, так как, несмотря на настояния Сириуса, Римус отказался покидать подвал после превращения.
  Когда наступил декабрь и наконец выпал снег, Сириус начал предвкушать Рождество. Он взял Гарри в лес, чтобы найти идеальную елку, и они смеялись и шутили, пока Сириус не показал Гарри, как срубить елку, они обвязали ее веревкой и потащили за собой в дом. Они прошлись по магазинам в поисках украшений и сделали несколько самодельных, но вскоре дом был полон мерцающих огней и рождественского веселья.
  У Сириуса было готово большинство подарков Гарри, включая детский мотоцикл, который он очень хотел подарить своему крестнику. Он помог Гарри сделать подарок для Римуса, они завернули его и положили под елку. Но им еще предстояло сделать несколько остановок в последнюю минуту, поэтому Сириус и Гарри, закутавшись в пуховики, поспешили в магазин "Твилфитт и Таттинг" за новой одеждой.
  Сириус оставил Гарри греться у огня, когда увидел швею и поспешил к ней, чтобы поговорить о том, что ему нужно. Гарри протянул руки к теплу, слегка фыркая от холода, и вздрогнул, увидев мальчика, сидящего слева от него, так как не заметил его, когда изначально пробирался к огню. У мальчика были белые светлые волосы и бледное, заостренное лицо. Его серо-голубые глаза с интересом смотрели на Гарри.
  - "Здравствуйте", - вежливо сказал мальчик, аккуратно скрестив ноги.
  - "Вы тоже пришли за официальной одеждой?"
  Гарри кивнул.
  - "дядя Сириус говорит,что на праздники мы должны наряжаться".
  Мальчик постукивал пальцами по боковине кресла, в котором сидел.
  - "Мама всегда настаивает на том, что мы должны выглядеть наилучшим образом для любого случая. Я Драко Малфой".
  - "Гарри Поттер", - сказал Гарри, занимая место в другом кресле.
  Серо-голубые глаза Драко слегка расширились.
  - "Гарри Поттер!"
  Он вскочил со стула и встал над Гарри, слегка ошарашенный.
  - "Мальчик-Который-Выжил?"
  Гарри кивнул, его щеки покраснели.
  - "Думаю, да".
  Драко, казалось, поймал себя на мысли, потому что он отодвинулся, чтобы сесть обратно в кресло.
  - "Прости, я не хотел на тебя набрасываться. Просто... ты довольно знаменит, знаешь ли".
  - " я слышал об этом", - сказал Гарри, поворачиваясь, чтобы оглядеться в поисках Сириуса. В отличие от того случая, когда Джинни объявила о его славе и просто обняла его, здесь он чувствовал себя немного неловко.
  Драко кивнул, слегка улыбнувшись.
  - "Спорим, это надоедает, когда люди постоянно говорят тебе об этом. Мама говорит, что слава - в глазах смотрящего, что бы это ни значило. Она ищет для меня новый комплект мантий для зимнего маскарада, который она устраивает. Это будет бал года, как она так красноречиво утверждает. Отец говорит, что на балу я должен быть на высоте. Поэтому тебе нужны парадные мантии? Ты приедешь в поместье на праздник?"
  Гарри покачал головой.
  - "Я так не думаю. Что такое шар?"
  - "Цисси!"
  удивленно воскликнул Сириус, заставив Гарри обернуться, чтобы увидеть, как Сириус останавливает высокую красивую женщину с яркими светлыми волосами и голубыми глазами.
  - "Я должен был догадаться, что столкнусь с тобой здесь".
  Рот Цисси открылся от удивления, но она успела поймать себя на слове.
  - "Сириус, я слышала, что тебя выпустили из Азкабана".
  Гарри переместился к своему крестному отцу, оставив светловолосого мальчика, и улыбнулся, когда Сириус положил руку ему на плечо.
  - "Я вышел. Цисси, это мой крестник, Гарри Поттер. Гарри, это моя кузина Нарцисса Бл - простите, уже не Блэк, Нарцисса Малфой, леди Уилтшир".
  Глаза Нарциссы тут же переместились на шрам в виде молнии на лбу Гарри.
  - "Значит, он тот самый ребенок, который победил Того, Кого Нельзя Называть, как ему повезло".
  - "Мама", - тихо сказал Драко слева от нее.
  - "Гарри Поттер придет на Зимний маскарад?"
  Нарцисса выглядела встревоженной этим.
  - "Конечно, нет, Драко! Ты знаешь о моем ужасном кузене Сириусе Блэке - от него отреклась наша семья. Он опозорил имя и репутацию семьи. Нам не нужны такие отбросы на нашем мероприятии, и если бы мы пригласили Гарри Поттера, этот мусор тоже пришел бы".
  - " Ауч", - сказал Сириус, держа руку на сердце и насмехаясь над тем, что его укололи.
  - "Это было обидно, Цисси".
  Когда она только закатила глаза, он усмехнулся.
  - "Зимний маскарад, да? Дай угадаю, голубая и ледяная тематика, огромный бальный зал для танцев, еда на пальцах, которую никто не хочет есть, и дорогие вина. Все, кто есть, будут там", - сказал он с ухмылкой.
  - "Боже, как я разочарован, что пропустил это".
  Нарцисса просто посмотрела на него, не обращая внимания на сарказм, сорвавшийся с губ ее кузена.
  - "Ты не был приглашен, так что это не имеет ни малейшего значения. Как ты смеешь разговаривать со мной после того, что ты сделал с этой семьей?"
  Сириус фыркнул.
  - "Что я сделал для этой семьи? Цисса, все, что я сделал, это отказался позволить моей матери помыкать мной и заставить меня женитьсяна Кэрроу - и меня вычеркнули из семейного древа. Я не позорю себя за то, что сделал свой собственный выбор".
  Его взгляд упал на ее сына, и он слегка улыбнулся.
  - "Но я вижу, у вас теперь есть сын. Драко, не так ли?"
  В ответ на кивок мальчика он тепло улыбнулся.
  - "Ну, я твой дядя, Драко, и мне очень приятно познакомиться с тобой. Ты очень похож на своего отца".
  - "Спасибо, сэр", - сказал Драко, поморщившись, когда Нарцисса легонько потрепала его по голове, и его поза сразу же стала более жесткой, чем та, в которой он стоял.
  - "Как поживает Люциус в эти дни, Цисса?"
  Нарцисса держала руку на плече сына, глядя на Сириуса.
  - "Он в порядке, спасибо".
  - "Белла все еще в Азкабане, что является благословением, так как мы оба знаем, насколько отвратительно безумной она была. Не могу сказать, что я скучаю по ней. Но вчера вечером я ужинал с Энди", - сказал Сириус разговорчиво, как будто его ничего не волновало.
  - "У нее все отлично. Кстати, у нее замечательная дочь, и она даже присматривает за Гарри для меня. Сейчас она учится в Хогвартсе. Ее зовут Нимфадора, если тебе интересно, но она предпочитает называться Тонкс. В мае ей исполнится четырнадцать".
  Глаза Нарциссы на мгновение приобрели печальный вид, прежде чем она скрыла это.
  - "Мне не интересно слушать о том, как поживают другие опальные члены нашей семьи, и я уже прекрасно осведомлена о текущем статусе и местонахождении Беллы. Драко, пойдем. Нам еще многое нужно сделать для приема".
  Драко помахал на прощание рукой, когда мать вытолкнула его из магазина, а Сириус улыбнулся Гарри.
  - "Извини за это, Гарри".
  - "Она твоя кузина?"
  спросил Гарри, глядя, как светловолосая женщина и ее сын торопливо идут по улице.
  Сириус кивнул.
  - "Вообще-то она младшая сестра Андромеды. Но мы с Энди не ладим ни с кем из нашей семьи".
  Сириус заплатил за купленные мантии и повел Гарри по улице к "Дырявому котлу", где они вскоре ели горячие сэндвичи с солониной. Гарри все еще думал о мальчике. Он не понимал, как Сириус был для них родным, но не разговаривал с ними. Неужели они были похожи на Дурслей, задавался он вопросом?
  - "Дядя Сириус?"
  - "Хм?"
  спросил Сириус, намазывая маслом хлеб перед собой.
  - "Как ты связан с Драко Малфоем и почему ты не ладишь с ними?"
  Сириус грустно улыбнулся.
  - "Это довольно сложно, Гарри".
  Он постучал пальцами по столу, пытаясь придумать, как это объяснить.
  - "Понимаешь, иногда мир воспринимает все очень серьезно, а иногда... иногда люди просто снобы".
  Гарри лишь в замешательстве уставился на него.
  Сириус вздохнул.
  - "Я происхожу из очень богатой и старой чистокровной семьи, Гарри. Это значит, что моя семья существует уже много поколений, и на протяжении веков в моей семье было много людей с магической кровью. Никто в моей семье не похож на Дурслей, например, магглов или людей без магии. Ну, это ложь, у нас был один сквиб несколько поколений назад, но от него отреклись, но это не важно, в моей семье все владеют магией, ты понимаешь?".
  На небольшой кивок Гарри, он продолжил.
  - "И поскольку наша семья восходит к такому престижному началу, им не нравится, когда их заставляют быть с людьми, которые не такие, как они. Им не нравятся отличающиеся люди или перемены".
  Он потянулся за хлебом и откусил большой кусок, пока Гарри наблюдал за ним.
  - "Гарри, в мире есть много чистокровных семей, и они гордятся тем, что они чистокровные, но проблема в том, что они очень предвзято относятся к тем, кто не является, цитирую, "чистокровными". Ты знаешь, что означает слово предрассудок?"
  - "Нет", - сказал Гарри, глядя на него снизу вверх.
  - "В основном это означает, что они осуждают людей, даже не имея возможности узнать их, только потому, что они не принадлежат к той же чистокровной крови, что и они сами. Мои родители очень строго следили за тем, с кем я могу общаться, кто мои друзья и с кем я могу проводить время. Все они должны были быть из таких же уважаемых чистокровных семей, как наша. Именно поэтому я не лажу ни с кем из своей семьи. Когда я поступил в Хогвартс, меня определили в Гриффиндор. Я был первым членом семьи Блэк, которого не определили в Слизерин, и мои родители были в ярости, даже больше, чем в ярости. Потом был твой отец, и хотя Джеймс Поттер был чистокровным, он не был уважаемым чистокровным, по мнению моих родителей. Причина была в том, что в его семье не было предрассудков, и они уважительно относились ко всем, как и положено человеку".
  - "Я чистокровный?"
  спросил Гарри, пытаясь уловить всю эту новую терминологию.
  Сириус покачал головой.
  - "Нет, Гарри, ты тот, кого люди называют полукровкой, уважаемый, но все же не тот, с кем моя семья сочла бы нужным общаться. Такими уж они были людьми. Видишь ли, Гарри, твоя мама была магглорожденной. Она была единственным человеком во всей своей семье, который когда-либо обладал магическими способностями. Поэтому твоя тетя не была волшебницей, и я думаю, что именно поэтому она так ненавидела твою маму. Но женитьба твоего отца на ней считалась большим табу в моей семье. В любом случае, именно поэтому Энди не ладит с нашей семьей. Тед тоже магглорожденный, и когда она влюбилась в него, моя тетя Друэлла и дядя Сай сказали ей, что она должна выбрать между принадлежностью к семье Блэк и выбором мужчины, которого она любит. Энди выбрала быть с Тедом. И она очень счастлива, как вы можете видеть".
  Гарри на мгновение уставился на него.
  - "Я не понимаю, почему все это имеет значение".
  Сириус тепло улыбнулся.
  - "В том-то и дело, Гарри - это не имеет значения. Или не должно иметь значения - это более подходящее выражение. Твоя мама была магглорожденной, но она была настолько талантлива и так хорошо владела магией, что если бы ты не знал, что она магглорожденная, то никогда бы не догадался. Это все равно, что посмотреть туда и сказать, что вам не нравится кто-то с каштановыми волосами или что все, у кого большой нос, глупые. Вы никогда не должны никого осуждать, не узнав его поближе. Вы не знаете, какая у них была жизнь и почему они ведут себя так, как ведут. Твой папа однажды сказал мне это лучше всех: У нас у всех красная кровь. Так что дай шанс каждому, кого ты встретишь, хорошо?"
  Гарри улыбнулся.
  - "Это несложно, дядя Сириус".
  Он усмехнулся своему крестнику.
  - "Хорошо, я рад это слышать. Теперь о том, как я связан с Нарциссой и Драко. Ну, брат моей матери, Сигнус, мой дядя Сай, и он и его жена, моя тетя Друэлла, родители моих кузин Беллатрикс, Андромеды и Нарциссы. Три печально известные сестры Блэк, красивые, и они знали это. Нарцисса вышла замуж за Люциуса Малфоя, и у них есть один сын по имени Драко. Это имеет смысл?"
  Гарри кивнул.
  - "Да."
  Сириус улыбнулся.
  - "Хорошо."
  Гарри замолчал на минуту, поедая свой сэндвич.
  - "Драко казался милым".
  Сириус улыбнулся и сделал длинный глоток пива, стоящего перед ним.
  - "Я надеюсь, что это так, Гарри. Я очень надеюсь, что это так".
  ***
  Следующим днем Сириус навестил Андромеду и Теда, пока Гарри занимался с Римусом. Он с удовольствием понюхал воздух, когда вошел в дом.
  - "Яблочныесухарики?" - с надеждой спросил он, когда аромат яблок и корицы завладел его чувствами, когда он вошел в кухню.
  Тед держал руки на стойке по обе стороны от жены, его тело было прижато к ее телу, а его губы - на ее горле.
  - "Э, простите, я могу вернуться".
  Тед нежно поцеловал свою жену, прежде чем повернуться и улыбнуться Сириусу.
  - "Нет, все в порядке. Заходи, Сириус".
  Сириус благодарно улыбнулся ему.
  - "Не хотел мешать".
  Андромеда рассмеялась, ее руки занялись волосами.
  - "Конечно, нет, мы просто потеряли счет времени".
  Тед ухмыльнулся ей.
  - "Я пойду на рынок и куплю для тебя все необходимое", - он поцеловал ее в щеку, кивнул Сириусу и поспешил прочь.
  Сириус усмехнулся ей.
  - "Я действительно не хотел тебя прерывать. Я имею в виду, как давно вы женаты? Вы все еще целуетесь на кухне?"
  Андромеда рассмеялась, вернувшись к тесту, которое она месила руками.
  - "Боже правый, Сириус, мы с Тедом едва ли уже умерли. Я всего на восемь лет старше тебя! И да, у нас по-прежнему много-много секса".
  Когда он слегка поморщился, она усмехнулась.
  - "Ты вчера получил парадные мантии?"
  Он кивнул, ухмыляясь ей, когда занял место за кухонным столом.
  - "Я так и сделал и столкнулся с твоей сестрой".
  Ее руки на мгновение перестали месить, и он увидел, как она напряглась, а затем вернулась к тесту, как будто ничего не произошло.
  - "О?"
  Сириус кивнул, внимательно наблюдая за своей кузиной.
  - "Она выглядит такой же красивой и царственной, как всегда. У нее есть сын. Его зовут Драко. Он очень похож на Люциуса, примерно ровесник Гарри, и из него явно вырастает настоящий маленький аристократ".
  - "Она... она счастлива?" - прошептала она.
  Сириус подошел к ней сзади и развернул ее к себе, чтобы обнять.
  - "Думаю, да. Ее глаза выглядели грустными, когда я упомянул, что ужинал с тобой в тот вечер, но потом она быстро скрыла это. Я помню ее в Хогвартсе, она была безумно влюблена в Люциуса Малфоя. Полагаю, она до сих пор влюблена".
  Андромеда прочистила горло и повернулась к тесту, с которым работала.
  - "Ну, я полагаю, она занята планированием большого зимнего маскарада в Малфой-мэноре. Об этом всегда говорят весь сезон".
  - "Мы должны разбить его".
  Андромеда рассмеялась.
  - "Это доведет ее до кровавого сердечного приступа, не говоря уже о том, что будет с моей матерью, если я войду туда".
  Сириус хихикнул.
  - "Но это было бы весело".
  Андромеда забавно покачала головой, прежде чем положить яблочную смесь в центр и свернуть тесто вокруг него.
  - "Наверное, так и было бы, но этот мост был сожжен давным-давно, Сириус. Пятнадцать лет назад, и... она ясно дала понять, что я больше не являюсь частью ее семьи, частью ее жизни. Я опозорила имя семьи Блэк".
  - "Ты была первой белой овцой; ты дала мне вдохновение".
  Она аккуратно подоткнула тесто.
  - "Жалею ли я о том, что потеряла родителей и сестер, выбрав Теда? Я любила их, Сириус, и всегда буду любить, но мой Эдвард... он делает меня такой невероятно счастливой, у нас прекрасная дочь, и я бы ни за что на свете не отказалась от этого. Иногда я скучаю по своей семье больше, чем могу вынести, особенно по Цисси, мы были так близки, ты знаешь, но они изгнали меня, и я не собираюсь навязываться им, когда они не хотят меня видеть, и когда у меня есть все, что мне нужно, прямо здесь".
  - "Я знаю", - сказал ей Сириус, наблюдая за работой ее рук.
  - "Я чувствую то же самое. Я просто... Гарри спрашивал меня, как я связан с ними, и это заставило меня задуматься. Я рассказал ему о том, что такое предрассудки и как важно не судить кого-то, не узнав его поближе; по сути, это полная противоположность всему, чему нас учили в детстве. И я как раз думал о том, как Драко слегка ссутулился, а она слегка ударила его, и его поза напряглась, и... все, что я мог видеть, это мое собственное детство со строгими правилами и формальными собраниями, и... Энди, я офигеть как благодарен, что мне больше не придется быть частью этого мира".
  Андромеда подошла к раковине, чтобы вымыть руки.
  - "Ты мог бы им стать, если бы захотел, знаешь ли. Ты теперь глава Дома Блэков. Ты мог бы устраивать большие вечеринки, проводить большие мероприятия и приглашать всех".
  Он ухмыльнулся.
  - "Никогда за миллион лет".
  Когда она засмеялась и поставила первый противень в духовку, он улыбнулся.
  - "Однако я обнаружил, что учу Гарри правильному столовому этикету. Я не совсем понимаю, почему, но это так".
  - "В этом нет ничего плохого", - честно сказала ему Андромеда.
  - "Я сделала то же самое с Нимфадорой. Это вдалбливали нам в детстве, и мы должны передавать эти знания. Никогда не знаешь, когда или если это когда-нибудь пригодится им в будущем. Вежливость - это не плохо".
  - "Знаешь, что я люблю в тебе больше всего, Энди?"
  - "Что?" - спросила она, вытирая руки о фартук.
  - "Ты меня просто достала", - сказал он с улыбкой.
  - "Мы, белые овцы, должны держаться вместе", - сказала она ему, сверкнув глазами.
  - "А теперь давайте поговорим о наших рождественских планах. Мальчики, вы все придете сюда на ужин?"
  - "Я бы ни за что не пропустил это", - сказал ей Сириус, широко улыбаясь.
  - "Так, это яблочныесухарики, которые я чувствовал раньше?"
  Примечания автора:
   (французский) Tueslapersonnelaplusagacante = ты самый надоедливый человек
   (французский) vatefairefoutre = поцелуй меня в задницу
  Глава 40: Та, что с первым Рождеством
  Я нахожусь под впечатлением от серии Beatles и сейчас слушаю альбом RubberSoul, пока пишу эту главу. Виной всему Джеймс Поттер в моей голове LOL. В любом случае, вот вам, ребята, немного легкого пуха, но я надеюсь, что вам понравится. Странно писать о Рождестве в июне, но приходится писать там, куда ведет история.
  Я действительно хотела показать Нарциссу холодной и высокомерной, но при этом намекнуть, что она немного расстроена тем, что не свободна от своего окружения, так сказать. Андромеда не ненавидит ее и скучает по ней, она ее сестра, и не злая, как Беллатриса, но это не обязательно означает, что она супер хороший человек. Будет ли она дезертировать? Посмотрим. Малфой не будет "хорошим", но и не будет злым.
  текст:
  Гарри проснулся двадцать четвертого декабря от того, что влажный язык Мародера лизал его лицо. Он поморщился и оттолкнул собаку от себя, пытаясь сесть. Он слышал, как Сириус пел колядки внизу, и от этого у него нервно сжался живот.
  Он никогда не любил Рождество.
  Когда он спустился вниз, то обнаружил, что Сириус все еще поет рождественские гимны на кухне.
  - "Счастливого сочельника, сохатик!"
  с энтузиазмом воскликнул Сириус, приглашая Гарри сесть, прежде чем поставить на стол тарелку с шоколадными вафлями со взбитыми сливками и клубникой.
  - "Ешь! У нас сегодня важный день!"
  Гарри уставился в свою тарелку, потирая руками нервный живот. Вафли выглядели очень аппетитно, но Рождество всегда вызывало у него беспокойство.
  - "Что сегодня происходит?"
  Сириус сел рядом со своим крестником со своей собственной полной тарелкой.
  - "Сегодня канун Рождества, Гарри!"
  Гарри просто тупо уставился на него. Он видел, что Сириус был взволнован перспективой того, что сегодня канун Рождества, но для Гарри это не имело никакого значения.
  Для него Рождество означало провести целый день в одиночестве в чулане, пока тетя Мардж не заставляла его выйти и сидеть тихо, пока она осыпала Дадли подарками и ухмылялась ему, словно ожидая, что он спросит, почему она не принесла ему подарок.
  Для него Рождество означало, что весь день из кухни доносились самые вкусные запахи, а затем нужно было сесть за красиво украшенный стол и получить черствый хлеб, обмакнутый в горячую подливку, пока остальные ели жареную индейку, картофельное пюре и ветчину, а затем больше десертов, чем Гарри мог назвать.
  Для него Рождество означало выслушивать лекции дяди Вернона о том, что он урод и что уродам нельзя дарить подарки.
  Он знал, что Рождество здесь будет другим, и он знал, что ничего из этого с ним не случится, но мысль о том, что сегодня канун Рождества, все равно вызывала в его желудке беспокойство.
  - "Что мы делаем сегодня, дядя Падфут?" - спросил он. Он не мог не улыбнуться, когда Сириус радостно ухмыльнулся ему.
  - "Много интересного, обещаю. Кушай!"
  К тому времени, когда они убрали завтрак и Гарри оделся на день, Сириус уже начал выполнять свое обещание. Они провели утро на улице, строя гигантского снеговика и иглу. К тому времени, когда Римус зашел перед обедом, Гарри уже с нетерпением лазил по иглу, довольный своей работой. Они пошли в дом, чтобы пообедать горячим обедом, а затем вернулись на улицу, где состоялась эпическая битва снежками, и Гарри безумно хихикал, когда Сириус прижал его к снегу и засыпал его лицо мокрым снежком. Когда Гарри вырвался, он спрятался за Сириуса, запрыгнул ему на спину и скользнул холодным снегом прямо по его шее, смеясь, когда Сириус громко ругался от холода. Римус наколдовал маленького снеговика, чтобы бросать снежки в них обоих, и они смеялись и катались в своих попытках увернуться, пока, наконец, не сбили снеговика Римуса на землю и не сделали снежных ангелов.
  Они пошли в дом, переоделись в теплую одежду и свернулись калачиком в гостиной у камина, чтобы выпить горячего шоколада с зефиром и съесть рождественское печенье. Потом они построили пряничный домик. Гарри смеялся, потому что он был кривой, а дымоход все время отваливался, что Сириус исправил, съев его. Римус помог Гарри сделать маленьких пряничных человечков, чтобы они стояли снаружи дома, и Гарри случайно вылил красную глазурь из тюбика назад, и она попала Сириусу в лицо. Когда шок от этого прошел, завязалась небольшая пищевая драка, и вскоре все трое были покрыты глазурью и кусочками пряничных крошек. Они привели себя в порядок и съели на ужин свиное жаркое.
  Когда на кухне было чисто, а пряничный домик стоял (в основном, во всяком случае) посреди кухонного стола, Римус повел Гарри наверх, чтобы тот принял горячую ванну и переоделся в пижаму.
  - "Это был самый лучший сочельник в жизни", - сказал ему Гарри, пока Римус расчесывал его волосы.
  - "Я рад", - ответил Римус с улыбкой.
  - "Да ладно. Моей любимой рождественской традицией всегда было чтение "Рождественской песни"".
  Гарри взял Римуса за руку и последовал за ним вниз по лестнице в гостиную, где опустился на диван. Римус сел рядом с ним, а Сириус устроился с другой стороны. Сириус вызвал толстое одеяло, накрыв их троих, и обнял Гарри, передавая ему кружку горячего шоколада с зефиром и целуя в макушку.
  Римус открыл потрепанную книгу с небольшой улыбкой. Он вспомнил свое первое Рождество в Хогвартсе. Он был так рад вернуться домой и увидеть своих маму и папу. Это был день перед отходом поезда, и он сидел в общей комнате с книгой Чарльза Диккенса в руках.
  - "Римус, уже два часа ночи, что ты до сих пор не спишь?"
  Он вздрогнул от этого голоса и улыбнулся рыжей красотке, когда она присоединилась к нему на диване в общей комнате Гриффиндора.
  - "Лили, ты меня напугала".
  Она подняла одеяло, которое лежало у него на коленях, и присоединилась к нему под одеялом.
  - "Что ты делаешь так поздно?"
  - "Я могу задать вам тот же вопрос, мисс Эванс?"
  Она засмеялась и заправила свои длинные рыжие волосы за ухо.
  - "Я не могла уснуть. Я очень хочу поехать домой на праздники".
  - "Я тоже", - честно сказал он ей, тепло улыбаясь. Он взял в руки книгу.
  - "Я решил начать семейную традицию. Мы с мамой читаем ее каждый сочельник".
  Глаза Лили расширились от удивления.
  - "Мы тоже любим! Туни говорит, что это одна и та же старая история каждый год, но нам с папой она очень нравится!" - призналась она, широко улыбаясь.
  - "Мы сидим у камина, уютно устроившись с горячим шоколадом, пока папа читает ее. Это замечательная традиция".
  Римус кивнул, улыбаясь ей в ответ.
  - "Я согласен. Мы с мамой теперь читаем ее по очереди, а папа просто слушает нас, с улыбкой на лице и сигарой в руке. Обычно у нас есть горячее какао и иногда шоколадное печенье".
  Лили взяла у него книгу и с улыбкой открыла ее.
  - "Ты уже добрался до "Призрака Рождественского подарка", - ее глаза пробежались по оттиску. "Почитаешь мне ее?"
  Римус улыбнулся, принимая от нее книгу.
  - "Я бы с удовольствием".
  И когда его голос рассказал историю о втором привидении, посетившем Скруджа, Лили удовлетворенно улыбнулась, откинув голову на спинку дивана и слушая.
  Это стало началом новой традиции, которую они разделяли каждый год в последний вечер перед тем, как отправиться домой на рождественские каникулы.
  - "Это замечательная история, Гарри. Она о ворчливом старике, который ненавидит Рождество, пока не узнает, в чем его истинное значение", - с улыбкой сказал ему Римус.
  - "Моя мама читала мне ее каждый год, а потом, когда я поехал в Хогвартс, мы с твоей мамой читали ее вместе каждое Рождество. Твой дедушка читал ее ей каждый сочельник, когда она была маленькой девочкой".
  Гарри улыбнулся Римусу.
  - "Моей маме понравилась эта история?"
  Римус обхватил мальчика, улыбаясь ему.
  - "Ей понравилось. Хочешь, я начну читать?"
  Гарри кивнул, радостно прижавшись к двум мужчинам, держа в руках свою кружку горячего шоколада.
  - "Да, пожалуйста".
  Гарри заснул еще до Призрака Рождества, но Римус продолжал читать, пока книга не закончилась. Когда он закрыл книгу и улыбнулся Сириусу, было уже почти полночь.
  - "Я думаю, мы сегодня хорошо поработали", - сказал он с улыбкой.
  Сириус усмехнулся своему другу.
  - "Я тоже. Из нас получаются неплохие родители, Муни".
  Римус хихикнул.
  - "Ну, ты ведешь дом, так что, полагаю, это делает тебя мамой".
  - "Пошел ты", - с рычанием сказал Сириус, заставив его рассмеяться.
  - "Если что, ты - Муми, а я - бродяга".
  Римус засмеялся.
  - "Ты продолжаешь так думать, Сири".
  Он нежно провел пальцем по щеке Гарри.
  - "Завтра он проснется рано".
  - " Думаешь?"
  спросил Сириус, взглянув на часы.
  - "Я не знаю, переживал ли он когда-нибудь настоящее Рождество. Посмотри на меня, я впервые слышу эту историю Диккенса, а я дружил с тобой и Эванс много лет".
  Римус улыбнулся.
  - "Это было то, что мы с Лили оба любили. Пойдем, отнесем его в постель".
  Сириус кивнул, поднял спящего ребенка на руки и отнес его в свою спальню. Он как раз укладывал его, Римус стоял за ним с чучелами оленя и лани, которые Гарри принес с собой вниз, когда ребенок открыл глаза.
  - "История закончилась, дядя Падфут?"
  Сириус поцеловал его в лоб.
  - "Время рассказа окончено, сохатик, уже поздно. Пора спать. Если ты не будешь спать, Дед Мороз не придет".
  - "Дед Мороз?"
  спросил Гарри, удивленно глядя на Сириуса.
  - "Он все равно не придет".
  Римус улыбнулся Гарри, его глаза были слегка недоуменными, когда он занял место на кровати рядом с Гарри и передал ему чучела животных.
  Гарри покачал головой, обнимая оленя и лань.
  - "Он никогда не приносит уродам подарки"."Разве нет?"
  Глаза Сириуса слегка ожесточились, когда они встретились с глазами Римуса. Каждый раз, когда он думал, что Гарри прошел через то, как Дурсли обращались с ним, что-то вроде этого возвращало все назад, и это приводило его в ярость. Он подозревал, что у Гарри никогда не было настоящего Рождества, и его реакция на украшение елки и пение колядок только укрепила его в этом мнении, но неужели ему никогда не дарили рождественских подарков? После того, как он узнал, что день рождения Гарри никогда не праздновался, это не должно было удивлять его, но удивляло, и ему было больно думать об этом. Каким бы плохим ни было его собственное детство, родители все равно праздновали с ним его день рождения и каникулы, и он всегда получал экстравагантные подарки, несмотря на то, что его поведение вызывало у них разочарование.
  Он наклонился и снова поцеловал Гарри в макушку.
  - "Гарри, Дед Мороз каждый год приносит всем маленьким детям подарки. Если только они хорошо себя ведут".
  Гарри нахмурился.
  - "Дядя Вернон был прав. Я плохой".
  - "Нет", - сказал Римус, взяв руку Гарри в свою.
  - "Ты самый добрый мальчик на свете, и Дед Мороз никогда не забывал о тебе".
  Его глаза встретились с глазами Сириуса, прежде чем он заговорил.
  - "Я думаю, что твой кузен мог просто взять твои подарки себе, если честно, или твои тетя и дядя просто отдали их ему".
  Сириус кивнул.
  - "Дурслеи хотели, чтобы ты был несчастен, Гарри, а ты этого никогда не заслуживал. Но я обещаю, что Дед Мороз никогда не забывал о тебе, и если ты будешь верить в него, он оставит тебе несколько подарков под елкой сегодня вечером".
  Глаза Гарри слегка расширились.
  - "Правда? Для меня будут подарки?"
  Римус поцеловал Гарри в щеку.
  - "Правда. Но ты должен лечь спать, иначе он не придет".
  Гарри устроился поудобнее, улыбаясь, когда Сириус укладывал его, а Мародер запрыгнул на край его кровати.
  - "Дадли всегда выставлял молоко и печенье для Санты, Дед Мороз тоже их любит?"
  Сириус улыбнулся.
  - "Санта Клаус - это просто другое имя Деда Мороза, Гарри, и он любит молоко и печенье. Не волнуйся, мы с дядей Римусом поставим немного у елки перед сном".
  Они оба поцеловали Гарри на ночь, Сириус закрыл дверь наполовину, и они спустились вниз. Сириус налил стакан молока и наложил на него охлаждающие чары, чтобы сохранить свежесть, а затем поставил тарелку с шоколадным печеньем.
  - " Поможешь мне разложить все подарки?"
  Римус кивнул, и они вместе заполнили пространство под елкой подарками для Гарри. Римус слегка ухмыльнулся, глядя на большую коробку, в которой, как он знал, находился мотоцикл.
  - "Не могу поверить, что ты даришь ему это".
  Сириус усмехнулся.
  - "Он будет в восторге! Не то чтобы он действительно мог использовать его, пока не растает снег, но он будет в восторге".
  - "Да, он будет", - сказал Римус с улыбкой, зевая.
  - "Мне пора домой".
  Сириус положил руку на плечо своего друга.
  - "Нет, не стоит. Это Рождество, Муни. В другой комнате есть свободная кровать. Ты должен провести рождественское утро со мной и Гарри".
  Римус улыбнулся.
  - "Я планировал приехать засветло и рано".
  Сириус усмехнулся.
  - "Просто оставайся, и тогда ты ничего не пропустишь".
  Римус благодарно улыбнулся своему другу.
  - "Ну ладно."
  Двадцать минут спустя Римус сбегал домой за пижамой и устроился в свободной комнате, а Сириус забрался в свою кровать. Он не мог дождаться утра, чтобы увидеть реакцию Гарри, и надеялся, что ему понравится.
  Он уснул еще до того, как его голова коснулась подушки, и был удивлен, когда проснулся и увидел, что на улице все еще темно. Он взглянул на часы и увидел, что сейчас чуть больше шести утра. И тогда он улыбнулся.
  Наступило Рождество.
  Он поспешил в ванную, чтобы умыться и почистить зубы, а затем поспешил в коридор, чтобы проверить Гарри. Гарри все еще крепко спал, прижавшись к Мародеру, ноги торчали из-под одеяла. Это заставило его улыбнуться.
  Он прокрался в свободную комнату, толкнул дверь и включил весь свет.
  - "Ах, твою мать!"
  воскликнул Римус, натягивая подушку на лицо.
  - "Это рождественское утро, Муни!"
  воскликнул Сириус, прыгая на кровати и смеясь, когда Римус просто отпихнул его.
  - "Гарри уже проснулся, придурок?"
  - "Но ведь это Рождество, Муни!"
  Римус только закатил глаза. Сириус всегда с неимоверным нетерпением ждал рождественского утра. Каждый год ровно в пять часов утра сова будила Римуса запиской с рождественским поздравлением - обычно это был вопилер, чтобы выразить волнение Сириуса. Римусу было приятно думать, что некоторые вещи никогда не менялись.
  - "Ладно, я встаю, а теперь уходи! Надень джемпер и тапочки или что-нибудь еще, ты замерзнешь!" - воскликнул он, толкая друга в голую грудь и указывая на его босые ноги.
  Сириус широко улыбнулся и поспешил в свою комнату за джемпером и толстыми шерстяными носками, прежде чем спуститься вниз. Он включил беспроводную связь, чтобы послушать рождественскую музыку, сделал громче и щелкнул палочкой по елке, чтобы включить сказочные огни и разжечь огонь в очаге, а затем отправился на кухню, чтобы приготовить чай.
  Чайник как раз закипал, когда Римус вошел на кухню, громко зевая.
  - "По крайней мере, у тебя хватило порядочности приготовить чай", - сказал Римус, натягивая свой джемпер поверх футболки и пижамы.
  Сириус приготовил чай для них обоих и включил рождественскую музыку.
  - "Как ты думаешь, музыка разбудит Гарри?"
  - "Сириус", - со смехом сказал Римус, делая первый глоток горячего чая и чувствуя, что медленно просыпается.
  - "Он проснется, когда проснется".
  Сириус резко вздохнул и направился в гостиную, чтобы сесть и подождать. Им пришлось ждать около пятнадцати минут, прежде чем они услышали Гарри на лестнице.
  Сириус тут же вскочил на ноги, широко улыбаясь.
  - "Счастливого Рождества, Гарри!"
  Гарри потер глаза под очками, а затем его глаза расширились, когда он заглянул под елку.
  - "Ого."
  Сириус поднял Гарри на руки и поцеловал его в щеку.
  - "Я же говорил, что Дед Мороз придет!"
  Гарри просто уставился на него, его глаза расширились, когда Сириус поставил его обратно на пол. Он посмотрел на Римуса и Сириуса, его зеленые глаза были широко раскрыты и потрясены.
  - "Он действительно приходил?"
  Римус встал и наклонился, чтобы поцеловать макушку Гарри.
  - "Так и есть. Счастливого Рождества, Гарри".
  Он сел на пол рядом с елкой и жестом пригласил Гарри сесть рядом с ним. - "Давай посмотрим, что он принес для тебя, да?"
  Гарри только медленно кивнул, занял место рядом с Римусом и широко улыбнулся, когда Сириус передал ему подарок.
  - "Это от Деда Мороза, Гарри", - сказал ему Сириус, ухмыляясь Римусу. - "Давай, сохатик, открывай".
  Гарри улыбнулся так широко, что ему показалось, что его лицо треснет, когда он осторожно открыл коробку и нашел три новые книги. - "Истории!"
  Сириус рассмеялся и поцеловал его в макушку. - "Давай посмотрим, что еще у тебя есть, сохатик?"
  Через тридцать минут почти все коробки были открыты, в них лежали подарки от Сириуса и Римуса, а также от Деда Мороза. Гарри получил новую одежду, новые книги, несколько новых настольных игр, собственный беспроводной проигрыватель, огромное количество конфет и шоколада, зеленый джемпер с золотой буквой Г от миссис Уизли с корзиной, полной сладостей и толстых шерстяных носков, а также мотоцикл.
  Гарри уставился на мотоцикл, его глаза расширились, когда Сириус протянул ему шлем.
  - "Мотоцикл!"
  Сириус засмеялся и надел шлем на голову Гарри, побуждая своего крестника забраться на него сверху. - "Мини-мотоцикл для тебя. Он, конечно, не едет так быстро, как мой, но я думаю, что это довольно круто".
  Он показал Гарри, где находится кнопка, которая заставляет двигатель громко работать, и помог ему включить фару, смеясь, когда глаза Гарри расширились от восторга. - "Когда снег растает, мы вместе покатаемся по-настоящему, сохатик".
  Гарри усмехнулся. - "Спасибо!"
  Он влетел в объятия Сириуса, и Сириус крепко обнял его, широко улыбаясь.
  - "Не за что, сохатик. Счастливого Рождества".
  Гарри следом влетел в объятия Римуса.
  - "Спасибо! Счастливого Рождества!"
  Римус поцеловал Гарри в щеку.
  - "Счастливого Рождества, Гарри".
  Гарри сделал рисунок для Римуса, а они с Сириусом сами сделали рамку и раскрасили ее в яркие цвета. На рисунке были изображены волк и большая черная собака, прижавшиеся друг к другу, и маленький темноволосый мальчик с зелеными глазами и в очках. Было ясно, что рисунок нарисовал ребенок, но Римус знал, что он будет им дорожить. Для Сириуса Гарри достал старые джинсы, которые они с Римусом переделали в фартук с ярко-красным отпечатком руки Гарри и надписью, сделанной Гарри разными красками: Sirius' GrilledPerfection. Сириус тут же с широкой улыбкой надел фартук и начал готовить завтрак.
  Гарри охотно помогал, пока они втроем ели бекон, яичницу, сосиски на завтрак и жареный картофель с сыром и луком вместе с высокими стаканами апельсинового сока. После завтрака Сириус велел Гарри подняться наверх, одеться и застелить постель, а они с Римусом приберутся на кухне.
  Как только на кухне стало чисто, Римус отправился домой, чтобы принять душ и одеться, а когда он вернулся, Сириус уже принял душ и оделся. Сириус и Гарри решили поиграть в "плюйкамни" на полу в гостиной, поэтому Римус устроился в кресле поудобнее, чтобы поработать над кроссвордом. Сириус только что обыграл Гарри, заставив Римуса улыбнуться, когда МакГонагалл вышла из камина.
  - "Минни!" - воскликнул Сириус, вскакивая на ноги и целуя в щеку пожилую женщину. - "Счастливого Рождества!"
  МакГонагалл улыбнулась, ее щеки раскраснелись. - "Счастливого Рождества, Сириус, Римус и Гарри. Надеюсь, у всех вас, мальчики, было чудесное утро".
  Гарри усмехнулся, взял ее за руку и подвел к елке, где с нетерпением показал ей все свои новые рождественские подарки.
  При виде мотоцикла МакГонагалл слегка приподняла бровь.
  - "Сириус, если бы Лили Поттер все еще была рядом, ты был бы мертв за то, что дал ее сыну эту смертельную ловушку".
  Римус фыркнул в свой чай.
  - "Мои мысли в точности, Минерва".
  Сириус проигнорировал ее, широко ухмыляясь.
  - "Ах, не волнуйтесь, это совершенно безопасно! Гарри, запрыгивай и покажи тете Минни, как это работает!"
  Гарри надел свой новый шлем и забрался на мотоцикл, смеясь, когда Сириус с помощью своей палочки отодвинул мебель с дороги, чтобы Гарри мог завести мотор и проехать через гостиную и кухню.
  Губы МакГонагалл слегка подергивались. - "Хм."
  Сириус усмехнулся. - "Когда снег растает и мы выйдем на улицу, будет еще веселее. Пойдем, посидим! Хочешь яичный коктейль или чай?"
  - " Ног было бы неплохо, Сириус, спасибо".
  Сириус сразу же отправился на поиски гоголь-моголя, а МакГонагалл устроилась в кресле у камина после того, как Римус расставил мебель и уговорил Гарри убрать байк.
  - "Как прошло Рождество в Хогвартсе сегодня утром, Минерва?" - спросил Римус, тепло улыбаясь ей, когда Сириус принес ей чашку яичного коктейля.
  - "Замечательно, как обычно. Праздник начнется через два часа, поэтому я не могу оставаться слишком долго, но я хотела заглянуть и узнать, как вы все поживаете в этот замечательный день Рождества". - Она полезла в сумку и достала красиво завернутый подарок. - "А я принесла кое-что Гарри", - сказала она с улыбкой.
  Глаза Гарри расширились, когда он принял подарок. - "Спасибо, тетя Минни!"
  МакГонагалл слегка покраснела при этом имени и махнула ему рукой. - "Счастливого Рождества, Гарри!"
  Гарри осторожно раскрыл золотую бумагу, перевязанную красной лентой, и улыбнулся, когда открыл коробку и обнаружил большую книгу из красной и золотой кожи, заполненную чистым пергаментом.
  - "Она пуста", - сказал он, глядя на нее сверху.
  МакГонагалл улыбнулась. - "Да, пока что это так. Это альбом, Гарри. Я подумала, что ты можешь поместить туда все свои любимые воспоминания, начиная с сегодняшнего дня".
  Она достала фотоаппарат и сделала снимок Гарри, Сириуса и Римуса, сидящих под рождественской елкой, а когда фотография отпечаталась снизу, она постучала по ней своей палочкой и передала фотографию Гарри.
  - "Видишь, ты можешь положить его вот так, а потом написать на нем день".
  Гарри широко улыбнулся, когда она написала эти слова: Рождество, 1986 год.
  - "Спасибо!"
  Он крепко обнял ее, и она тепло улыбнулась, ее глаза наполнились слезами, которые она яростно смахнула.
  - "Всегда пожалуйста, Гарри".
  - "сохатик, посиди с тетей Минни, и мы сделаем хорошую фотографию вас двоих для твоего альбома", - предложил Сириус, доставая свой фотоаппарат, которым он пользовался почти все утро, чтобы сделать снимки, как они открывают подарки.
  Гарри сделал так, как просил его крестный, удивив МакГонагалл поцелуем в щеку, и она каждый раз выглядела приятно удивленной на фотографии, когда Гарри поворачивал голову и сладко целовал ее.
  После ухода МакГонагалл Сириус, Римус и Гарри собрали подарки, которые еще оставались под елкой, и отправились в дом семьи Тонкс. Андромеда радостно встретила их объятиями и поцелуями, когда они устроились поудобнее в гостиной возле елки. Гарри сразу же нашел Тонкс, и они начали обсуждать свои новые подарки, пока Андромеда устраивала их в гостиной с чаем и десертами.
  Гарри не мог поверить в это. Он не только получил еще больше подарков, на этот раз от Андромеды, Тонкс и Теда, но они остались на рождественский пир с жареной индейкой, ветчиной, картофелем, морковью, подливкой, свежим хлебом, кукурузой и зелеными бобами. На десерт были яблочныесухарики, паточный пирог, клубничные пирожные и шоколадный торт. Он так наелся, что заснул на диване, прижавшись головой к руке Сириуса.
  Тонкс села рядом с Римусом и усмехнулась. - "Думаю, вы его измотали".
  Римус улыбнулся ей. - "У него был очень насыщенный день, и я думаю, что, возможно, он немного перебрал с едой".
  Сириус обхватил Гарри рукой, прижимая мальчика ближе к себе.
  - "Я думаю, это было отличное первое Рождество, Муни, а ты как думаешь?"
  Римус усмехнулся. - "По-моему, довольно здорово".
  И когда Сириус укладывал его спать в ту ночь, Гарри подумал, что это был лучший день в его жизни.
  Глава 41: Тот, что с думосбросом.
  Я знаю, что многие из вас говорили о том, как вам нравится Алтея Кастелланос, и мне она тоже очень нравится, но на данном этапе истории она больше не важна. Вернется ли она? Я не могу сказать (ну, или не хочу говорить). Но я дам вам небольшой отрывок о том, почему она все еще отсутствует, который, я думаю, большинство из вас предвидели.
  Кроме того, я отношусь к тем фанатам, которые испытывают любовь и ненависть к Снейпу. Был ли он героем? Несомненно, да, но был ли он хорошим человеком - нет, я не думаю, что он был таковым. Он был эгоистичным и непрощающим, и я думаю, что эту его часть часто упускают из виду. Я люблю Снейпа, особенно в фильмах, потому что Алан Рикман был одним из самых замечательных актеров, когда-либо появлявшихся на экране, но я думаю, что все мы знаем, что он и Сириус Блэк никогда не будут друзьями. Но, может быть, Сириус сможет убедить его отдать что-то сыну Лили ради самой Лили.
  Я знаю, что я часто упоминаю идею Пенсива, и я хочу рассказать о Мародерах, о прекрасных и плохих воспоминаниях, поэтому в следующих главах будет много воспоминаний, которые я часто пишу в последнее время, и я надеюсь, что они вам понравятся.
  DISCLAIMER: Я не владею прекрасным воспоминанием о Лили и Петунии, которое принадлежит JKR из тридцать третьей главы "Гарри Поттера и Даров Смерти"; однако я позволила себе небольшую вольность.
  Да, я хотела показать контраст между Рождеством, к которому Гарри привык, и Рождеством, которое он получил в своем новом доме. Гарри потребуется время, чтобы полностью исцелиться, и показать, что это не происходит в одночасье, очень важно для меня.
  текст:
  Когда в январе наступил 1987 год, Сириусу казалось, что все идет хорошо. После Нового года он получил короткое письмо от Кастелланос, что удивило его, поскольку она ни разу не писала с тех пор, как он провожал ее в сентябре. Теперь письмо было просто короткой запиской.
  "Сириус,
  
  Прости, что я не писала. Здесь было так много работы и так больно на сердце. Я решила продлить свою поездку, как, я уверен, ты уже понял. Я взяла годовой отпуск в больнице Святого Мунго, чтобы остаться и помогать организации. Я не знаю, означает ли это, что я останусь здесь, в Шри-Ланке, на весь год, или буду двигаться дальше, но я просто хотела поздравить вас с Новым годом. Надеюсь, у вас с Гарри все хорошо.
  
  Тея"
  Он просто скомкал пергамент в руке и выбросил его в корзину. Сириус в какой-то степени знал, когда она ушла, что она не вернется. И хотя он скучал по ней, он знал, что не разочарован ее уходом. Он не был готов к серьезным изменениям в своей жизни, включая отношения.
  Гарри был его жизнью, и это было единственной важной вещью.
  Когда январь вдохнул в Британию холодный ветер и метели, Сириус отправился в Хогвартс, чтобы получить от Снейпа новую партию Волчьего зелья.
  - "Инструкции одни и те же, Блэк. Я уверен, что даже такой простодушный человек, как ты, может им следовать", - усмехнулся Снейп, передавая зелье Римусу.
  Сириус закатил глаза.
  - "Послушай, Снейп, я не собираюсь притворяться, что ты мне нравишься, и я не жду, что ты будешь притворяться, что я тебе нравлюсь, но ты делаешь это ради Римуса, и это ценится больше, чем ты можешь себе представить".
  Снейп открыл рот, чтобы заговорить, но, похоже, передумал и только кивнул.
  Сириус вздохнул.
  - "Я не собирался беспокоиться, на самом деле я отговаривал себя от этого, но это для Гарри, и я думаю, что это важно".
  Снейп только уставился на него, одна точеная бровь была направлена вверх.
  - "Вы меня запутали, Блэк, это зелье для Люпина, а не для сопляка Поттера. Если только ты не решил позволить Люпину укусить ребенка, то, уверяю тебя, я не испытываю никакого сочувствия к твоей глупости".
  Сириус снова закатил глаза, прикусив язык, чтобы не выпустить резкий комментарий. - "Он не просто "отродье Поттера", Снейп". Он сделал глубокий вдох, прежде чем заговорить. - "Ему шесть лет, и я знаю, как сильно ты ненавидел Джеймса Поттера, но я также знаю, как много ты когда-то значил для Лили".
  - "Не смей говорить о ней со мной! И ты, и - ты - часть причины, по которой я потерял ее!"
  - "Не смеши меня", - снисходительно сказал Сириус. - "Ты потерял ее, потому что предпочел темные искусства дружбе! Ты можешь и дальше продолжать думать, что Джеймс настроил ее против тебя, но мы оба знаем, что ты сделал это сам, еще до того, как Джеймс появился на свет".
  Теперь на лбу Снейпа проступила вена.
  - "Вы - не - будете - говорить - со - мной - о - ней!"
  Сириус лишь на мгновение уставился на него, прежде чем покачать головой.
  - "Нет, я хочу разобраться с этим. Только один раз, и ты выслушаешь меня. Гарри не помнит Лили и Джеймса, Снейп. У него нет воспоминаний о людях, которые любили его больше всего на свете. Дамблдор дал мне думосброс, чтобы я дал ему некоторые воспоминания, и я работаю над тем, чтобы собрать их вместе. Я не собирался спрашивать тебя, в основном потому, что ненавижу тебя и считаю огромным придурком, но Лили... когда-то давно ты был ее лучшим другом, Снейп. Годрик знает, что она в тебе нашла, но ты знал ее раньше меня, еще до того, как она приехала в Хогвартс".
  - "У тебя хватает наглости просить у меня воспоминания о Лили, чтобы поделиться ими с отродьем Поттера?"
  - "Отродье Поттера также является сыном Лили, Снивеллус, так что, возможно, тебе стоит начать вспоминать об этом!" - воскликнул Сириус, его гнев теперь нарастал. - "У него ее гребаные глаза! И ее абсолютная доброта! Все то, что я хочу, чтобы он понял, если у него будет шанс узнать, какой была его мать. Вы проводили с ней время, вы были с ней лучшими друзьями, и я не хочу, чтобы вы показывали ему какие-то ужасные воспоминания о том, как вы потеряли эту дружбу, но вспомните хорошие времена. Разве это слишком большая просьба? Лили была бы польщена, если бы вы решили проявить такую доброту к ее сыну! Неужели вы хотите сказать, что ради отношений, которые вы когда-то разделяли с ней, вы даже не подумаете об этом?"
  Снейп усмехнулся. - "Она не была моим другом. Она была просто грязнокровной сукой".
  Кулак Сириуса разлетелся и ударил Снейпа в челюсть, напугав его. - "Вот это друг друг, придурок! Спасибо за зелье".
  Он шагнул вкамин и оставил Снейпа стоять в кабинете с палочкой, направленной в ярости на огонь, а Сириус остался с мыслями о том, как удивительная женщина, которую он знал как Лили Эванс Поттер, подружилась с таким мерзавцем.
  ***
  После фиаско, постигшего Снейпа, когда он осмелился попросить у него воспоминания о Лили, Сириус решил, что, возможно, лучшим началом для него будет сбор и каталогизация собственных воспоминаний. Именно там Римус и нашел его однажды днем неделю спустя, когда Гарри впервые остался ночевать в "Норе". Он сидел за кухонным столом, перед ним стоял тазик с думосбросом, а перед ним стояли маленькие бутылочки.
  - "Что ты делаешь, бродяга?" - спросил Римус, садясь за стол напротив своего друга.
  Сириус кивнул на думосброс:
  - "Пытаюсь решить, должен ли я упорядочить их в хронологическом порядке и как-то записать в журнал, или же я просто оставлю их сюрпризом, когда Гарри будет их просматривать".
  Римус улыбнулся и поднял одну из бутылок.
  - "От кого это?"
  - "Пока что мои. Я хотел посмотреть, как все пройдет, прежде чем начать собирать у других, понимаешь? Я имею в виду, что это всего лишь копии памяти, но я хочу собрать их как можно больше".
  Римус кивнул, перевернув маленькую бутылочку в руке.
  - "Могу я спросить, какие у тебя первые воспоминания?"
  Сириус улыбнулся и взял у Римуса бутылку, налив ее в тазик.
  - "Моя первая поездка на поезде в школу".
  Они оба посмотрели на стук из окна, с удивлением увидев большую коричневую амбарную сову. Сириус открыл окно и впустил сову внутрь, чтобы она согрелась, достал для нее небольшую миску с водой и осторожно отцепил пакет от ее ноги.
  - "Это из Хогвартса", - сказал он, поднося его к столу. - "Интересно, что мне прислала Минни".
  Римус улыбнулся. - "Может быть, от Дамблдора", - сказал он, но когда Сириус только закатил глаза, он рассмеялся. - "Ты прав, это, скорее всего, от Минервы. Она, наверное, просто проверяет, как ты там".
  Сириус рассмеялся, открывая пакет, и его глаза расширились, когда он увидел бутылочки с серебристо-голубовато-белым вихрем воспоминаний. Он потянулся за письмом, вынимая его из конверта.
  "Блэк,
  
  Это для Лили.
  
  Не говори со мной об этом больше никогда.
  
  Снейп"
  - "Вот дерьмо", - воскликнул Сириус, протягивая письмо Римусу. - "Он действительно прислал мне свои гребаные воспоминания! Срань господня!"
  - "Кто это сделал?" - спросил он, его взгляд переместился на слова, а глаза расширились в неверии. - "Снейп? Ты попросил Северуса Снейпа дать тебе воспоминания для Гарри, и он согласился? Что, проклятый Мерлин, ты с ним сделал?"
  Сириус фыркнул. - "Думаю, хоть раз он меня послушал".
  - "Наверное, наступил конец света", - сказал Римус, заставив своего друга громко рассмеяться.
  - "Нет", - сказал Сириус с улыбкой. - "Я думаю, я просто достучался до него о том, что он пытается сделать что-то, чтобы загладить вину за все, что произошло между ним и Лили. Он сожалеет об этом, это видно любому. И я сказал ему, что он был первым человеком, который знал ее и подружился с ней, и это важное воспоминание, которым он должен поделиться с ее сыном. Я никогда на миллион лет не думал, что он действительно... Интересно, что это такое?".
  Римус поднял первую бутылку с небольшой улыбкой на лице. - "С точки зрения организации, если бы ты собирался записывать бутылки в журнал, нам бы точно пришлось сначала их просмотреть, верно?"
  Сириус засунул язык за щеку. - "Да, я думаю, что да, я имею в виду строго в организационных целях, конечно".
  Римус открыл бутылку и заколебался, прежде чем вылить ее в думосброс. - "У тебя здесь уже есть одно воспоминание, может, сначала удалить его?"
  Сириус покачал головой. - "Нет, это просто моя первая поездка на поезде, когда я встретил Джеймса и Лили. Мы можем посмотреть его после того, как посмотрим фильм Снейпа".
  Римус кивнул и вылил воспоминания в таз, а затем они оба улыбнулись и наклонились вперед, погружаясь в воспоминания.
  Северус Снейп стоял неподалеку и смотрел на Лили своими темными напряженными глазами. Его сальные черные волосы лезли ему в глаза, и он так крепко держался за тележку, что костяшки его пальцев побелели от напряжения. Его мать, довольно простая на вид женщина, стояла позади него с суровым выражением лица.
  Он нигде не увидел своего друга, но его взгляд упал на маленького тощего мальчика, стоявшего неподалеку со своими родителями. У него были черные волосы, торчащие во все стороны, и круглые очки. Он практически подпрыгивал на своих ногах.
  - "Смотри, мама! Вот она!" - воскликнул мальчик, отвлекая внимание Снейпа от платформы, где он искал свою подругу Лили.
  Юфимия Поттер покачала головой от удовольствия. Она не могла сдержать восторг своего одиннадцатилетнего сына. - "Джеймс, иди сюда!" - настаивала она, пытаясь укротить его беспорядочные волосы. - "Ты мог бы хотя бы причесаться сегодня утром!"
  Джеймс вырвался из ее хватки, широко ухмыляясь. - "Неа, так выглядит лучше! Ты так не думаешь, папа?"
  Флемонт Поттер лишь широко ухмылялся, засунув руки в карманы, пританцовывая на пятках ног. - "Ты изменишь свое мнение, когда станешь старше. Оставь его, Фи, он в порядке. Еще один сильный гриффиндорец!"
  - "Монти! Ты не знаешь, что он будет в Гриффиндоре! Он умный молодой человек, может быть, Рейвенкло- это его дом?" - настаивала Юфимия, бросая на мужа отчаянный взгляд.
  Флемонт подмигнул своему сыну. - "Гриффиндор", - прошептал он, заставив Джеймса рассмеяться. - "Надо, чтобы дедушка гордился тобой".
  Джеймс ухмыльнулся шире и рассмеялся, когда его мама игриво ткнула отца локтем в ребра. - "Шляпа всегда знает, что лучше, Джеймс; не слушай своего отца".
  Флемонт снова подмигнул. - "Маленький секрет, Джейми, шляпа учитывает твое мнение".
  Он широко улыбнулся своему сыну. - "Но я буду гордиться любым домом, если ты этого хочешь".
  Юфимия собирала ворс и собачью шерсть с задней части рубашки Джеймса. - "Джейми! Как ты уже успел так испачкаться, мы же только что вышли из дома?"
  - "Мама", - сказал он в отчаянии, вырываясь из ее объятий. Когда она только уставилась на него, он вздохнул и обхватил ее руками. - "Со мной все будет хорошо, мама! У меня будут друзья, я буду хорошо учиться и много-много играть в квиддич".
  Юфимия крепко обняла сына, целуя его в щеки. - "Что я буду делать без тебя, постоянно слоняющегося по дому?".
  Она поцеловала его в лоб. - "Я люблю тебя, мой дорогой мальчик".
  Джеймс покраснел от смущения и придвинулся, чтобы обнять отца. - "Я тоже тебя люблю, мама! Боже - это не значит, что ты больше никогда меня не увидишь!"
  Флемонт рассмеялся и крепко обнял сына. - "Веди себя хорошо", - он поцеловал сына в щеку, а затем на мгновение прижал его к себе, казалось, что-то шепча ему на ухо.
  - "Это твоя подруга Лили, Северус", - сказала миссис Снейп, оторвав довольно ревнивый взгляд Снейпа от мальчика, обнимающего своего отца, чтобы посмотреть на Лили с ее родителями и сестрой. Он придвинулся ближе, чтобы слышать, что она говорит.
  Он наблюдал, как Лили прикусила нижнюю губу и крепко сжала руку отца. Большой красный паровоз с надписью Хогвартс-экспресс", промелькнул перед ней. Она нервно посмотрела на отца, и он улыбнулся ей.
  - "Я вижу Северуса вон там, Лили. Он не беспокоится о том, чтобы уехать на поезде". - Мистер Эванс сказал ей, указывая туда, где Снейп подслушивал разговор с ее семьей.
  Лили улыбнулась своему отцу. - "Я знаю, папа. Я вижу его".
  Мистер Эванс опустился на колени перед дочерью, аккуратно заправляя ее длинные рыжие волосы за уши. - "Ты нервничаешь, милая?"
  Она кивнула, украдкой взглянув на свою старшую на три года сестру, Петунию, которая стояла рядом с их матерью, скрестив руки перед собой в раздражении. Мать поймала ее взгляд и тепло улыбнулась ей, а Лили осторожно сглотнула. - "Туни все еще сердится на меня".
  Мистер Эванс оглянулся на свою старшую дочь и вздохнул. - "Петуния - очень упрямая девушка, как и кое-кто другой, кого я знаю", - добавил он, заставив Лили покраснеть. - "Но сегодня речь идет о тебе, Лили, а не о Петунии. Ты получила замечательный дар. То, чего никто другой в нашей семье никогда не получал. Дар магии".
  Он поцеловал ее в лоб и улыбнулся, когда она бросила руки ему на шею и крепко обняла его. - "Я люблю тебя, милая".
  - "Я люблю тебя, папочка", - прошептала она, уткнувшись лицом в его плечо.
  Когда он встал и нежно погладил ее по голове, она повернулась и бросилась в объятия мамы. Миссис Эванс обняла ее и поцеловала в макушку. - "Теперь будь хорошей девочкой, Лили. Усердно учись и практикуйся".
  - "Буду, мама, обещаю".
  Миссис Эванс улыбнулась и нежно провела пальцем по щеке дочери. - "И не забывай веселиться".
  Она потрогала нос Лили, заставив ее улыбнуться.
  - "Обязательно".
  - "Я люблю тебя, Лили", - сказала миссис Эванс, целуя ее в щеку.
  Лили улыбнулась и повернулась к сестре. Руки Петунии все еще были скрещены перед ней, и на лице у нее было презрительное выражение, словно рядом что-то ужасно пахло. Лили просто обхватила сестру за талию и крепко обняла ее. - "Я буду очень скучать по тебе, Туни!"
  Петуния фыркнула, пытаясь оттолкнуть сестру, но Лили только крепче обняла ее, заставив Снейпа фыркнуть, пока Петуния продолжала пытаться высвободиться. - "Честно, Лили! Отпусти!"
  Лили отстранилась и посмотрела на сестру. - "Неужели тебе ни капельки не грустно от того, что ты не увидишь меня до Рождества?"
  - нет.
  - "Мне жаль, Туни, мне жаль! Послушай -" она поймала руку сестры, когда та оттолкнула ее, и крепко держалась за нее, хотя Петуния пыталась вырвать ее из своей хватки. - "Может быть, когда я буду там - нет, послушай, Туни! Может быть, когда я буду там, я смогу пойти к профессору Дамблдору и убедить его изменить свое решение!"
  - "Я не - хочу - уходить!" - сказала Петуния и вытащила свою руку обратно из хватки сестры. - "Ты думаешь, что я хочу поехать в какой-то дурацкий замок и учиться быть..."
  Ее бледные глаза блуждали по платформе, по кошкам, мяукающим на руках своих хозяев, по совам, порхающим и ухающим в клетках друг друга, по студентам, некоторые из которых уже были в длинных черных мантиях, грузили чемоданы на алый паровоз или еще приветствовали друг друга радостными криками после целого лета разлуки. - "Ты думаешь, я хочу быть... уродом?"
  Глаза Лили наполнились слезами, когда Петунии удалось отдернуть ее руку. - "Я не уродка. Это ужасные слова".
  - "Вот куда ты пойдешь", - сказала Петуния со смаком. - "Специальная школа для чудаков. Ты и этот мальчик Снейп... чудаки, вот кто вы двое. Это хорошо, что вас отделяют от нормальных людей. Это для нашей безопасности".
  Лили посмотрела на своих родителей, которые с искренним удовольствием оглядывали платформу, наслаждаясь происходящим. Затем она снова посмотрела на сестру, и ее голос был низким и свирепым. - "Ты не думала, что это школа для таких уродов, когда писала директору и умоляла его взять тебя!"
  Петуния побагровела. - "Умолять? Я не умоляла!"
  - "Я видела его ответ. Он был очень добрым".
  - "Тебе не следовало читать..." шептала Петунья.
  - "Это было мое личное - как ты могла...?"
  Лили выдала себя, бросив полувзгляд в сторону Северуса, стоявшего неподалеку.
  Петуния вздохнула. - "Этот пацан нашел его! Ты и этот пацан пробирались в мою комнату!"
  - "Нет - не пробирались!" - Теперь Лили встала в оборону. - "Северус видел конверт и не мог поверить, что магла могла связаться с Хогвартсом, вот и все! Он сказал, что в почтовой службе должны быть волшебники, работающие под прикрытием, которые заботятся о..."
  - Очевидно, волшебники суют свой нос повсюду!" - сказала Петуния, теперь она была так же бледна, как и раскраснелась. - "Уродка!" - плюнула она на сестру и убежала туда, где стояли ее родители.
  Лили подошла к родителям, чтобы обнять их в последний раз, пообещав писать домой каждую неделю, и ее сердце немного разрывалось, когда сестра игнорировала ее. Она схватила свою тележку. Она помахала на прощание и направилась к Снейпу, едва избежав худенького темноволосого мальчика в очках, который чуть не врезался в ее тележку, пытаясь сесть в поезд.
  - "Прости!" - воскликнул он, остановившись, чтобы улыбнуться ей.
  Лили улыбнулась в ответ, стараясь, чтобы он не увидел слез, грозящих вот-вот сорваться с ее глаз. Его ухмылка озарила все лицо, и было невозможно не улыбнуться ему в ответ. - "Все в порядке; ничего страшного".
  Мальчик широко улыбнулся ей, поправляя очки. - "Я просто рад сесть в поезд. Я Джеймс".
  - "Лили", - сказала она, принимая его руку. - "Ты уже был в Хогвартсе?"
  Он кивнул, широко улыбаясь. - "Один раз с мамой, но это было летом, и там не было студентов. Я на первый год. Не могу дождаться, когда меня определят в Гриффиндор и я смогу посмотреть матчи по квиддичу! Это будет самый лучший год! Ты тоже первокурсница?"
  Лили улыбнулась ему в ответ. - "Да. Что такое квиддич?"
  - "Только лучший спорт во всем мире! Ты увидишь! Пойдем, ты можешь сесть со мной, если хочешь!" - сказал он ей, широко улыбаясь.
  Лили указала на место, где стоял Снейп, неловко наблюдая за ними. - "Мой друг ждет меня".
  - "Он тоже может прийти", - сказал ей Джеймс, помахав рукой Снейпу.
  Снейп лишь бросил на него взгляд, а Джеймс пожал плечами и снова повернулся к Лили. - "Ну, если вы не можете найти купе, я освобожу вам место".
  - "Спасибо, Джеймс".
  Он помахал на прощание рукой и осторожно поднял свой чемодан по ступенькам к поезду с помощью мальчика постарше. Лили подошла к Снейпу, улыбаясь. - "Это был Джеймс. Он тоже первокурсник. Он рассказал мне о Гриффиндоре, другом доме".
  - "Слизерин - единственный дом, который имеет значение, Лили", - коротко сказал ей Снейп. - "Поверь мне, ты не захочешь быть ни в каком другом доме".
  - "Ты еще даже не знаешь, будешь ли ты в доме Слизерин, Сев!"
  Он пожал плечами, смахнув волосы с глаз. - "Я просто знаю. Что Петуния сказала тебе, чтобы ты так расстроилась?"
  Лили пожала плечами, так как слезы снова угрожали ее глазам. - "Я знаю, что ты мог слышать ее, Сев! Она ненавидит меня, и это твоя вина! Ты пронюхал и нашел то письмо от Дамблдора".
  Рот Снейпа открылся от удивления. - "Это не моя вина, что она оставила его лежать открытым в мусорной корзине в таком виде. И она тебе не нужна, Лили!"
  - "Она моя сестра!"
  - "Она всего лишь..." - Он быстро поймал себя на слове; Лили, слишком занятая попыткой незаметно вытереть глаза, не слышала его. - "Пойдем, найдем купе".
  Когда воспоминания закружились вокруг них, Сириус и Римус снова оказались на платформе Девять и три четверти, но на этот раз там стоял Сириус.
  Сириус стоял на платформе и с тоской смотрел на Хогвартс-экспресс. Он уже много лет мечтал попасть в школу. Шанс покинуть родительское гнездо и выбраться из дома своих сумасшедших родителей. Шанс окунуться в приключения.
  - "Сириус, ты вообще меня слушаешь?" - потребовала Вальбурга Блэк, положив руки на бедра.
  Сириус закатил глаза, прежде чем повернуться и посмотреть на свою мать. Ее длинные черные волосы были убраны в тугой пучок, а серые глаза смотрели на него с раздражением: - "Да. Веди себя хорошо. Будь хорошим Слизеринцем. Держись подальше от неприятностей, иначе ты вернешься и меня прямиком домой. Я ничего не пропустила?"
  Глаза Вальбурги сузились. - "Не умничай со мной, мальчик!"
  Сириус медленно вдохнул и выдохнул. - "Да, мама".
  Вальбурга на мгновение уставилась на него. - "Я ожидаю, что ты сделаешь все возможное, Сириус. Чтобы принести славу Древнейшему и Благородному Дому Блэков как верный Слизеринец и первенец Ориона Блэка, ты будешь делать то, что лучше для этой семьи. Держитесь подальше от неприятностей и от тех, кто ниже тебя по положению. Заводи друзей с нужными людьми. Помни, ты - Блэк. Нет более высокой чести".
  Сириус просто кивнул, с тоской глядя на паровоз впереди. - "Обязательно, мама".
  Вальбурга кивнула, похоже, удовлетворенная его ответом. - "Хорошо. Я жду письма к концу недели с рассказом о Слизерине и о некоторых друзьях, которых ты завел, и о хороших семьях, из которых они происходят. ToujoursPur, понятно".
  - да, мама.
  - "Увидимся на Рождество".
  Сириус кивнул, схватил свой чемодан и поспешил прочь. Он вскочил в поезд, без посторонней помощи затащил свой чемодан и двинулся на поиски купе, где можно было бы сесть. Открыв дверь одного из них, он увидел тощего мальчика в очках и с беспорядочно разметавшимися волосами, растянувшегося на скамейке. Он легонько постучал по дверному косяку, чтобы привлечь его внимание.
  - "Здесь есть место еще для одного или ты держишь все места для себя?"
  Мальчик усмехнулся и жестом пригласил его зайти внутрь. Он притащил с собой свой чемодан, и они вдвоем запихнули свои чемоданы на полку, после чего он сел рядом с Джеймсом, вытянув ноги на ту же скамейку так, что они оказались лицом к лицу.
  - "Я понимаю, почему ты растянулся; так гораздо удобнее, приятель".
  Мальчик наклонился вперед, протягивая руку.
  - "Я Джеймс".
  - "Сириус", - сказал он, проводя пальцами по своим слегка лохматым темно-черным волосам. Ему стало интересно, является ли Джеймс тем, с кем его мать сочла бы социально приемлемым общаться, подумал он. - "Итак, Джеймс, ты первокурсник?"
  - "Определенно. Не могу дождаться, когда начну учиться настоящей магии! Кажется, что каждый раз, когда я хочу что-то сделать, мама и папа всегда говорят мне подождать, пока я не стану достаточно взрослым. Кроме квиддича. Я обожаю квиддич! Я могу провести остаток жизни на метле!"
  Рот Сириуса подергивался от удовольствия.
  - "Летать - это здорово. Ты собираешься играть в команде своего дома?"
  Джеймс нетерпеливо кивнул. - "Еще бы! Я отличный загонщик. Но это полный отстой, что для того, чтобы играть, нужно быть на втором курсе! На какой позиции ты играешь?"
  Сириус пожал плечами, почесывая подбородок. Обычно он играл только с Регулусом, поэтому трудно было сказать, какая позиция ему нравится. - "Обычно вратарь, но я не хочу играть в школьной команде. Я буду просто наблюдать".
  - "Ты не любишь играть в квиддич?" - воскликнул Джеймс, его рот был открыт в тревоге. - "Это практически богохульство!"
  Сириус рассмеялся, скрестив руки перед собой. Мальчик излучал восторг при одном упоминании о чем-либо, связанном с квиддичем. Джеймс тут же начал рассказывать ему о своих любимых командах (Паддлмир и Холихед) и о своей новой метле (Nimbus 1000) и ее многочисленных преимуществах. Их разговор о квиддиче был прерван, когда дверь купе открылась, и они оба посмотрели на стоявшую там рыжеволосую девушку.
  - "Привет, Лили", - улыбнулся Джеймс. - "Заходи!"
  У девушки были длинные рыжие волосы, заправленные за уши, и ярко-зеленые глаза, которые наполнялись слезами, когда она поспешно пыталась их вытереть. - "с-спасибо".
  - "Ты в порядке?" - спросил Сириус, вопросительно подняв бровь.
  С чего бы ей плакать? Может быть, ей страшно уезжать из дома, подумал он. Он был уверен, что не все были рады уехать от семьи, как он.
  Она кивнула. - "Отлично".
  - "Вот оно! Мы отправляемся в Хогвартс!" - воскликнул невысокий мальчик с сальными черными волосами, входя в купе позади Лили.
  Лили кивнула, опустив глаза, но, несмотря на себя, она наполовину улыбнулась.
  - "Тебе лучше быть в Слизерине", - сказал сальноволосый мальчик.
  Джеймс быстро поднял голову и поморщился. - "Кто хочет быть в Слизерине? Думаю, я бы ушел, а ты?" - спросил он Сириуса, который все еще лежал рядом с ним на сиденье.
  Сириус полусерьезно улыбнулся им. Слизерин всегда пользовался дурной репутацией из-за желания Салазара Слизерина сделать его чистым домом, состоящим только из чистокровных. Его собственный семейный девиз, подумал он, toujourspur, всегда чист.
  - "Вся моя семья была в этом доме на протяжении веков".
  - " Боже мой!" воскликнул джеймс, с раскрытыми глазами. - "А я думал, что с тобой все в порядке!"
  Сириус усмехнулся. Мальчик ему безмерно нравился, и он надеялся, что не будет судить о его семье, прежде чем у него появится шанс показать ему, кто он на самом деле. - "Может быть, я нарушу традицию. Куда ты направляешься, если у тебя есть выбор?"
  Джеймс поднял невидимый меч. - "Гриффиндор, где обитают храбрые сердцем! Как мой папа!" - Сальноволосый мальчик издал маленький, пренебрежительный звук, заставив Джеймса повернуться к нему. - "У тебя с этим проблемы?"
  - "Нет", - сказал он, с усмешкой глядя на него. - "Если ты предпочитаешь быть мускулистым, а не умным.
  - Куда ты надеешься пойти, раз уж ты ни то, ни другое?" - Сириус прервал его, раздраженный грубостью мальчика. Джеймс был его первым потенциальным другом, и он не собирался позволять какому-то сопляку проявлять к нему неуважение.
  Джеймс разразился смехом, заставив Сириуса ухмыльнуться. По крайней мере, он развлекает потенциального друга, подумал он.
  Лили сидела, довольно раскрасневшаяся, и с неприязнью смотрела с Джеймса на Сириуса. - "Пойдем, Северус, найдем другое купе".
  - "Ооооо..."
  Джеймс и Сириус подражали ее возвышенному голосу, а Джеймс пытался поставить Снейпу подножку, когда они проходили мимо.
  - "Увидимся, Снивеллус!" - воскликнул Сириус, когда они открыли дверь купе. Дверь захлопнулась за ними, и Сириус повернулся, чтобы ухмыльнуться Джеймсу. - "Какой неприятный гад! Хотя рыжая казалась милой, ты ее знаешь?"
  Джеймс покачал головой. - "Нет, просто столкнулся с ней возле поезда. Она казалась достаточно милой. Но у нее плохой вкус на друзей. Сириус, неужели вся твоя семья была в Слизерине?"
  Сириус кивнул, его глаза соответствовали его имени, когда поезд начал двигаться. - "Да, мама сказала мне, что я должен продолжить семейную традицию".
  - "Хотя Гриффиндор - гораздо лучший дом! Он для смелых и отважных, и это лев, а не змея, которая, несомненно, является лучшим животным!" - сказал Джеймс, ухмыляясь. - "Мы просто должны быть в одном доме!"
  Сириус, естественно, пожал плечами. - "У каждого из нас свой путь, и моя мама считает, что я должен следовать семейной традиции, которая начинается со становления Слизерином".
  - "Мой папа сказал мне, что шляпа учитывает твое мнение", - сказал ему Джеймс с ухмылкой. - "Если ты хочешь быть в Слизерине, ты можешь быть там, но если ты предпочитаешь быть в Хаффлпаффе или, скажем, в Гриффиндоре, как я, тогда скажи об этом шляпе. Думаю, она должна прислушиваться к твоим желаниям".
  Сириус удивленно уставился на Джеймса. - "Правда?"
  Джеймс кивнул. - "Мой отец не лжет".
  - "Вау, я не знал, что это дает возможность выбора. Как всегда говорит мне моя дорогая мама, Древнейший и Благороднейший Дом Блэк рождается и воспитывается в доме Слизерин, но, возможно, я буду тем, кто нарушит эту традицию."
  - "Ты - Блэк? Вы должны знать моего дядю Чарли и тетю Дори!"
  Сириус кивнул. - "Чарлус Поттер, да, это значит... разве твой отец не изобрел это зелье для волос в двадцатых годах? Разве он не супер-старый?"
  Джеймс пожал плечами и улыбнулся. - "Не очень старые, но да, определенно старше. Мама думала, что им не суждено иметь детей, потому что они так долго пытались и ничего, но потом появился я. Маме было пятьдесят восемь, когда она родила меня".
  - проклятье - сказал Сириус. - Значит, ты единственный ребенок?"
  Джеймс кивнул, заложив руки за голову. - "Да. А ты?"
  - "Младший брат, Регулус. Ему девять. В основном заноза в заднице".
  Джеймс рассмеялся. Он всегда хотел иметь брата. - "Я думаю, было бы здорово иметь брата. Немного одиноко, когда у тебя есть только родители, с которыми можно играть. Эй, ты любишь музыку?"
  Сириус сморщил нос.
  - "В ней есть свои моменты. Мне нравятся оркестровые крещендо и все такое, наверное".
  Джеймс на мгновение уставился на него. - "Ну, классика отлично подходит для, ну, знаешь, балов и прочего, но я имею в виду рок-н-ролльную музыку?"
  Сириус покачал головой. - "Я не знаю, что это такое".
  - "Человек из "Битлз"? Ты серьезно?"
  - "Да, я Сириус, но я не знаю, что такое "Битлз" вне насекомого?".
  Джеймс закатил глаза от неубедительной шутки и вскочил, чтобы залезть в багажник и найти свой беспроводной проигрыватель. - "Ха, ха! Приятель, они тебе понравятся! Просто подожди!"
  Римус рассмеялся, пересортировав два воспоминания, обозначив их как первую поездку на поезде. - "Джеймс действительно любил музыку. Ты видел воспоминание Снейпа, как он просто смотрел на Джеймса с его родителями, а потом на Лили с ее?"
  Сириус кивнул. - "Он выглядел ревнивым. Его мама едва признала его, чтобы отправить в школу. Джеймс ему сразу не понравился, еще до того, как он что-то сделал. Джеймс даже сразу пригласил его в свое купе, а он практически насмехался над ним. Жалкий гаденыш".
  Римус уставился на бутылки, все еще стоящие на столе. - "Я думаю, он выглядел одиноким, и я думаю, что Лили была его единственным настоящим другом, поэтому тот факт, что он оттолкнул ее, еще более печален. Я заметил, что в первый раз, когда ты встретил Северуса, ты был задницей, как я мог этого не знать?".
  Сириус пожал плечами. - "Он был придурком с самого начала! Издевался над Джеймсом за то, что тот хочет быть в Гриффиндоре".
  - "После того, как Джеймс высмеял его за то, что он хочет быть в Слизерине", - сказал Римус в отчаянии. - "Вы двое уже создавали проблемы.
  Сириус усмехнулся. - "Мы знали, что нам не нравится этот хмырь, Муни, это все, что я могу сказать".
  - "Это отличные первые воспоминания, Сириус. А что за второе у тебя здесь?" - спросил Римус.
  - "О, я думаю, это Сортировка", - рассеянно сказал Сириус, забирая еще одну бутылку из пакета, присланного Снейпом. - "Разве ты не хочешь посмотреть, что еще Снейп оставил нам?"
  Римус кивнул. - "Совершенно точно".
  Глава 42: Та, что с воспоминаниями Часть I
  ДИСКЛЕЙМЕР: Мне не принадлежат прекрасные воспоминания, подаренные Снейпом, которые принадлежат JKR из тридцать третьей главы "Гарри Поттера и Даров Смерти"; однако я позволил себе небольшую вольность.
  Иногда я обнаруживаю, что пишу истории о Мародерах без какого-либо сюжета, плана или причины, и иногда я пытаюсь найти способ втиснуть их куда-нибудь (что я и делаю сейчас). Надеюсь, они вам понравятся, потому что мне очень понравилось их писать.
  - "Разве ты не хочешь посмотреть, что еще Снейп оставил нам?"
  Римус кивнул. - "Совершенно точно, но давай посмотрим Сортировку, бродяга. Это похоже на хорошее воспоминание, к которому я хотел бы вернуться".
  Сириус пожал плечами и вылил второе воспоминание в чашу.
  Когда поезд замедлил ход и они прибыли на станцию Хогсмид, Сириус последовал за девушкой Лили и ее другом с сальными волосами, которые вышли из поезда и сели в лодки, предоставленные огромным волосатым мужчиной с рокочущим голосом. Он был совершенно уверен, что тот сказал, что его зовут Хагрид, и это сразу же вызвало улыбку на лице Сириуса. Он оказался в лодке с тремя девочками, которых не узнал, потеряв Джеймса из виду в суматохе высадки, но вскоре узнал, что девочек зовут Мэри, Дори и Гестия. Затем они двинулись в сторону замка, движимые магией по сверкающему Черному озеру.
  Он последовал за ними в Большой зал, с нетерпением оглядываясь по сторонам. Его взгляд остановился на высокой стройной женщине с темно-каштановыми волосами, стянутыми в пучок, с квадратными очками на кончике носа. На ней было темно-зеленое бархатное платье, застегнутое у шеи, и черная мантия. Она смотрела на всех довольно строго, но он уловил блеск в ее глазах, который тут же заставил его улыбнуться. К его удивлению, она улыбнулась ему в ответ, а затем вернулась к своему строгому лицу, глядя на приближающихся студентов.
  - "Добрый вечер. Я профессор МакГонагалл. Я глава Дома Гриффиндор, заместитель директора школы, а также преподаватель трансфигурации. Я приветствую всех вас в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Я надеюсь увидеть некоторых из вас в моем собственном доме и с нетерпением жду возможности стать вашим учителем. Вскоре вы проследуете за мной в Большой зал, где вас распределят по домам. У каждого дома своя уникальная история и происхождение, где вы найдете новых друзей и почувствуете гордость за свой дом. Это четыре дома: Гриффиндор, Рейвенкло, Хаффлпафф и Слизерин. Обратите внимание, что вы можете заработать баллы Дома за хорошее поведение и учебу или по любой причине, которую сочтет подходящей учитель. Любое нарушение правил приведет к потере баллов. В конце семестра дом, набравший наибольшее количество баллов, будет награжден Кубком Дома на большом празднике и торжестве". - Ее глаза пробежались по нервно ерзающим ученикам, прежде чем ее взгляд снова остановился на Сириусе.
  Он просто усмехнулся ей. Было в ней что-то такое, что заставляло его улыбаться. У него было ощущение, что она не так сурова, как кажется на первый взгляд, но в то же время он твердо знал, что с ней не стоит шутить.
  - "Теперь следуйте за мной", - объявила она и повела учеников в Большой зал.
  Глаза Сириуса расширились, когда они вошли в великолепный зал. Потолок был заколдован и выглядел как ночное небо за окном, и был покрыт плавающими свечами. По всему залу стояли четыре длинных стола, за которыми сидели студенты, и один большой стол в передней части зала, за которым сидели профессора. Они прошли по центру зала и остановились в толпе вокруг профессора МакГонагалл, где на табурете лежала старая грязная шляпа.
  К его удивлению, она начала петь. Когда он слушал, как она описывает качества четырех домов, его мысли снова вернулись к Слизерину. Действительно ли он хотел быть именно там?
  Слизерин: дом для хитрых, дом чистокровных, дом, в котором жила вся его семья. Слизерин: где можно было использовать свой интеллект, чтобы продвинуться в мире. Это был неплохой дом, но был ли он достаточно хитрым?
  Он так не думал.
  Рейвенкло: Здесь ценились остроумие и интеллект. Они любили учиться, отвечать на загадки и философствовать о жизни. Это был он?
  Он не был уверен.
  Гриффиндор: Для храбрых и мужественных; тех, кто проявляет рыцарское отношение к другим.
  Он определенно не был очень храбрым, подумал он.
  Хаффлпафф: Для трудолюбивых. Тех, кто предан справедливости, признанию и верности. Звучит неплохо.
  Но поскольку он никогда в жизни не видел справедливости, то и этот дом мог оказаться не для него.
  Сириус уставился на шляпу и сглотнул. Слизерин был его семейным домом. Дом, в который, как все ожидали, он попадет; в котором преуспеет. Но он знал, что это место не для него. На самом деле, ни один из четырех домов, о которых пела шляпа, не казался ему местом, где он мог бы быть. Его глаза нашли Джеймса, который в восторге указывал на шляпу. Неужели отец Джеймса был прав? Действительно ли шляпа приняла во внимание его мысли? Он снова поднял глаза на профессора МакГонагалл, не слушая ее слов. Иметь ее в качестве главы своего дома было бы неплохо, не так ли?
  Но все в семье Блэков учились в Слизерине.
  Его ладони вспотели, и он положил их в карманы, прикусив нижнюю губу. Профессор МакГонагалл развернула пергамент в своих руках и начала читать имена вслух:
  - "Андерсон, Сара!"
  Маленькая девочка с вьющимися каштановыми волосами вскочила на табурет. Шляпа была надета на ее голову, и в зале воцарилась тишина, а затем
  - "Рейвенкло!"
  - "Эйвери, Лайонел!"
  - "Слизерин!"
  - "Блэк, Сириус!"
  Сириус шагнул вперед, не сводя глаз с ног, пока двигался к табурету. Его ладони обильно вспотели, и он закрыл глаза, когда шляпа опустилась на них. Он подпрыгнул, когда шляпа заговорила ему на ухо.
  - "Хм, сложно. Ты хочешь проявить себя, но не хочешь быть похожим на остальных членов своей семьи. Здесь много смекалки, ума, верности... но куда тебя пристроить?"
  Только не Слизерин, подумал Сириус, я не хочу быть похожим на свою семью.
  - "Слизерин - не дом для тебя, в этом я уверена, но с твоей смелостью лучше быть - ГРИФФИНДОР!"
  Последнее слово было выкрикнуто на весь зал, и Сириус не смог сдержать огромную ухмылку, которая появилась на его лице, когда он занял свое место. Несколько студентов Гриффиндора похлопали его по спине, когда он занял свое место за столом, чувствуя огромное облегчение и ужас одновременно. Его родители не обрадуются тому, что он выбрал не Слизерин, а другой дом. Его глаза встретились с глазами Джеймса, который широко улыбался и показывал ему два больших пальца вверх.
  Он в пол-уха слушал имена других студентов: Браун, Бербидж, Кэмпбелл, Кэрроу, Кейси, Чанг, Дэвис, Диггори... а потом он оживился, когда услышал: Эванс, Лили. Он смотрел, как милая маленькая рыжая девочка из поезда нервно заняла свое место на табурете, и шляпа упала ей на лицо. Прошло меньше пяти секунд, как шляпа назвала Гриффиндор, и она поспешила вперед, чтобы сесть рядом с ним.
  - "Привет, похоже, мы будем соседями по дому!" - воскликнула она, широко улыбаясь ему.
  Он усмехнулся в ответ, на его лице появилась огромная улыбка. - "Похоже. Твой друг Снивеллус будет разочарован".
  Улыбка Лили померкла. - "Это Северус. Не нужно быть таким грубым", - сказала она, отворачиваясь от него.
  Он пожал плечами и повернулся к шляпе, когда были названы новые имена: Фоули, Филдс, Флинт, Фортескью, Гуджен, Джонс, потом Кейн, Дианна тоже стала гриффиндоркой. Она села напротив Сириуса с широкой ухмылкой на лице.
  - "Гриффиндорцы, да? Фантастика!"
  Сириус усмехнулся и повернулся к шляпе, пока МакГонагалл вызывала Кендрика, Лестрейнджа, Ли, а затем Люпина, Римус был следующим выбранным гриффиндорцем.
  Сириус смотрел, как мальчик со шрамом в форме полумесяца над бровью направился к ликующему столу Гриффиндора. Он занял место рядом с Лили и улыбнулся. У него были светлые золотисто-каштановые волосы и золотисто-карие глаза.
  Сириус улыбнулся ему. - "Привет! Я Сириус, это Лили".
  - "Римус", - сказал он, добродушно улыбаясь. - "Приятно познакомиться. Это было более нервно, чем я ожидал".
  Сириус кивнул в знак понимания и переключил свое внимание обратно. Его взгляд остановился на Джеймсе, который все еще практически подпрыгивал на ногах. Ему было интересно, стоит ли этот энергичный мальчик когда-нибудь на месте. Он надеялся, что тот был в Гриффиндоре. Он никогда не встречал никого, кто был бы так полон жизни и энергии, как этот тощий мальчишка, и так решительно настроен на то, чтобы его определили в этот дом.
  Профессор МакГонагалл продолжала называть имена: Мейсон, затем Макдональд, Мэри и Маккиннон, Марлин и Медоуз, Доркас также были гриффиндорками, и Сириус сдвинулся со скамьи, чтобы освободить место для трех новых девочек. Монро перешла в Хаффлпафф, Нотт - в Слизерин, Паркинсон - в Слизерин. Петтигрю, Питер стал седьмым гриффиндорцем. Сириус радостно воскликнул, когда Питер занял свое место среди них, а затем был вызван Поттер, Джеймс.
  - "Гриффиндор!" - выкрикнула шляпа, и Сириус захлопал громче всех, широко ухмыляясь, когда Джеймс занял свое место рядом с ними.
  - "Ты был прав, приятель!"
  Джеймс широко улыбнулся.
  - "Я же говорил тебе, что это мой дом!"
  Имена продолжали звучать на букву "П": два мальчика-близнеца по имени Превитт попали в Рейвенкло, после чего были отсортированы Розье, Роул, Сэмпсон, Скамандер. Шеклболт, Кингсли, также стал гриффиндорцем; Шафик, и, наконец, Снейп, Северус был назван.
  Сириус наблюдал, как Лили встала на скамейку, чтобы посмотреть, как ее друг примеряет шляпу.
  - "Слизерин!"
  Лили села, ее глаза были грустными.
  - "Нас развели по разным домам!"
  Сириус обнял ее в знак поддержки. Она выглядела совершенно раздавленной. - "Все в порядке, Лили. Это не значит, что ты никогда его не увидишь. У нас все еще будут совместные занятия и все такое. Я уверен, что вы по-прежнему будете друзьями".
  Она кивнула, украдкой взглянув на Снейпа, который даже не смотрел в ее сторону.
  Теперь, когда все люди были рассортированы, его желудок начал урчать, и он задумался о том, сколько еще будет еды. Он слушал в пол-уха, как сортировали Спиннет, Вэнс, Уилкс и, наконец, Забини и Зусак.
  Затем человек в темно-розовой мантии с фиолетовыми лунами на ней встал перед Большим залом. Его длинная белая борода была заправлена в пояс, и он улыбался залу.
  - "Добрый вечер всем. Для новых учеников я - профессор Альбус Дамблдор, директор этой школы. Я приветствую всех вас в этом замечательном году, где, я уверен, мы будем много веселиться и многому научимся. Я должен сделать несколько важных объявлений. Через две недели состоятся отборочные соревнования по квиддичу для команд домов. Объявления будут в общих комнатах ваших домов. В школьных командах могут играть только ученики второго курса и старше. В коридорах запрещено использовать магию. А Запретный лес, конечно же, запрещен. В этом году Хагрид посадил на территории школы большое дерево, которое называется гремучая ива. Я советую всем ученикам подходить к нему с осторожностью, так как оно очень одинокое и не любит, когда кто-то находится рядом с ним. Если вы приблизитесь к нему, дерево ударит вас. А теперь ужинайте ". -Он поднял руки, и на всех столах тут же появились блюда.
  Сириус наблюдал, как глаза Лили расширились от удивления.
  - вау!
  Он засмеялся и стал угощаться. Он не мог перестать улыбаться.
  Римус широко улыбался, когда они снова появились на кухне. Они все выглядели такими молодыми, прибыв в Хогвартс. Он поднял еще одну бутылку.
  - "Я до сих пор не могу поверить, что Снейп действительно послал тебе несколько воспоминаний, и если они хоть наполовину так же хороши, как те первые...?"
  Сириус широко улыбнулся. - "Я знаю. Я действительно впечатлен. Мы должны посмотреть еще одно воспоминание Снейпа".
  Римус усмехнулся, было как-то неправильно просматривать воспоминания, которые прислал Снейп, но любопытство в данный момент было сильнее его моральных принципов. - "Да, мы должны", - и он вылил еще одно воспоминание Снейпа в чашу.
  Они вдвоем упали головой вперед в солнечный свет воспоминаний, их ноги нашли теплую землю.
  Когда Сириус выпрямился, он увидел, что находится на почти пустынной игровой площадке. Вдалеке возвышалась одна огромная дымовая труба. Две девочки раскачивались взад-вперед, а худой мальчик наблюдал за ними из-за кустов. Его черные волосы были слишком длинными, а одежда была настолько несочетаемой, что это выглядело нарочито: Слишком короткие джинсы, потертое, слишком большаякуртка, которая могла бы принадлежать взрослому мужчине, и странная рубашка, как кофта.
  Сириус придвинулся ближе к мальчику. На вид Снейпу было не больше девяти-десяти лет, бледный, маленький, жилистый. На его худом лице читалась нескрываемая жадность, когда он наблюдал за тем, как младшая из двух девочек взмывает все выше и выше, чем ее сестра.
  - "Лили, не делай этого!" - взвизгнула старшая девочка.
  Но девочка отпустила качели на самой высоте их дуги и взлетела в воздух, совершенно буквально взлетела, запустила себя в небо с громким криком смеха, и вместо того, чтобы разбиться об асфальт детской площадки, она парила в воздухе, как трапециевидная артистка, оставаясь в воздухе слишком долго и приземляясь слишком легко.
  Римус вдруг вспомнил, как Гарри делал почти то же самое в парке несколько месяцев назад, в тот день, когда он встретил Джинни Уизли. Эта мысль заставила его улыбнуться, когда другая девушка накричала на Лили.
  - "Мама сказала тебе не делать этого!"
  Петуния остановила свой взмах, протащив каблуки своих сандалий по земле, издав хрустящий, скрежещущий звук, затем вскочила на ноги, положив руки на бедра.
  - "Мама сказала, что тебе нельзя, Лили!"
  - "Но я в порядке", - сказала Лили, все еще хихикая. - "Туни, посмотри на это. Смотри, что я могу сделать".
  Петуния огляделась. На детской площадке было пустынно, кроме них самих и, хотя девочки об этом не знали, Снейпа. Лили подобрала упавший цветок с куста, за которым притаился Снейп. Петуния подошла, явно разрываясь между любопытством и неодобрением. Лили подождала, пока Петуния подойдет достаточно близко, чтобы ее было хорошо видно, и протянула ладонь. Цветок лежал, открывая и закрывая свои лепестки, как какая-то причудливая устрица с множеством крыльев.
  - "Прекрати!" - взвизгнула Петуния.
  - "Тебе не больно", - сказала Лили, но закрыла рукой цветок и бросила его обратно на землю.
  - "Это неправильно", - сказала Петуния, но ее глаза проследили за полетом цветка на землю и задержались на нем. - "Как ты это делаешь?" - добавила она, и в ее голосе звучала явная тоска.
  - "Это очевидно, не так ли?" - Снейп не мог больше сдерживаться и выскочил из-за кустов.
  Петуния вскрикнула и побежала назад к качелям, но Лили, хотя и была явно напугана, осталась на месте. Снейп, казалось, пожалел о своем появлении. Тусклый румянец залил бледные щеки, когда он посмотрел на Лили.
  - "Что очевидно?" - спросила Лили.
  В голосе Снейпа чувствовалось нервное возбуждение. Бросив взгляд на удаляющуюся Петунию, которая теперь висела рядом с качелями, он понизил голос и сказал: - "Я знаю, кто ты".
  - "Что ты имешь в виду?"
  - "ты... ты ведьма", - прошептал Снейп.
  Она выглядела оскорбленной. - "Это не очень приятная вещь, чтобы сказать кому-то!"
  Она повернулась, задрав нос, и пошла в сторону сестры.
  - "Нет!" - сказал Снейп. Теперь он был сильно раскрасневшимся. Он полетел за девочками, выглядя до смешного похожим на летучую мышь, как и его старшая версия.
  Сестры смотрели на него с неодобрением, обе держались за один из столбов качелей, как будто это было безопасное место.
  Смех Петунии был как холодная вода.
  - "Волшебник!" - вскрикнула она, к ней вернулось мужество, когда она оправилась от шока, вызванного его неожиданным появлением. - "Я знаю, кто ты. Ты тот самый мальчик Снейп! Они живут в тупике Прядильщика у реки", - сказала она Лили, и по ее тону было видно, что она считает этот адрес плохой рекомендацией. - "Почему ты шпионишь за нами?"
  - "Я не шпионил", - сказал Снейп, которому было жарко, неуютно и грязноволосому от яркого солнечного света. - "В любом случае, за тобой бы не стал шпионить", - добавил он злобно, - "ты магла".
  Хотя Петуния, очевидно, не поняла слов, она вряд ли могла ошибиться в тоне.
  - "Лили, пойдем, мы уходим!" - пронзительно сказала она.
  Лили сразу же повиновалась сестре и посмотрела на Снейпа, когда уходила. Он стоял и смотрел им вслед, пока они проходили через ворота детской площадки, оставив Снейпа стоять там в горьком разочаровании.
  Сцена растворилась и вновь образовалась вокруг них.
  Теперь они находились в небольшой чащобе деревьев. Сириус видел, как сквозь их стволы блестела освещенная солнцем река. Тени, отбрасываемые деревьями, создавали в бассейне прохладную зеленую тень. Двое детей сидели лицом друг к другу, скрестив ноги на земле. Снейп уже снял куртку; в полутьме его странный наряд выглядел не так необычно.
  - "...и Министерство может наказать тебя, если ты занимаешься магией вне школы, ты получишь письма".
  - "Но я занималась магией вне школы!"
  - "Мы в норме. У нас еще нет палочек. Когда ты ребенок, они тебя отпускают, и ты ничего не можешь с этим поделать. Но когда тебе одиннадцать, - он важно кивнул, - и они начинают тебя обучать, тогда ты должна быть осторожной."
  Наступила тишина. Лили подняла упавшую веточку и покрутила ею в воздухе, и Сириус решил, что она представляет, что это ее палочка. Затем она уронила веточку, наклонилась к мальчику и сказала: - "Это ведь правда, да? Это не шутка? Петуния говорит, что ты мне лжешь. Петуния говорит, что никакого Хогвартса не существует. Это правда, не так ли?"
  - "Для нас это реально", - сказал Снейп. - "Не для нее. Но мы получим письмо, ты и я".
  - "Правда?" - прошептала Лили.
  - "Определенно", - сказал Снейп, и даже с его плохо уложенными волосами и странной одеждой он производил странное впечатление, расположившись перед ней, полный уверенности в своей судьбе.
  - "И действительно ли оно прилетит с совой?" - прошептала Лили.
  - "Обычно так и есть", - сказал Снейп. - "Но ты магглорожденная, поэтому кто-то из школы должен будет прийти и объяснить это твоим родителям".
  - "Есть ли разница в том, что ты магглорожденный?"
  Снейп колебался. Его черные глаза, жадно всматривающиеся в зеленоватый мрак, пробежались по бледному лицу, темно-рыжим волосам.
  - "Нет", - сказал он. - "Это не имеет никакого значения".
  - "Хорошо", - сказала Лили, расслабляясь. Было ясно, что она волновалась.
  - "У тебя много магии", - сказал Снейп. - "Я видел это. Все время, пока я наблюдал за тобой..."
  Его голос оборвался; она не слушала, а растянулась на лиственной земле и смотрела на полог листвы над головой. Он наблюдал за ней так же жадно, как наблюдал за ней на детской площадке.
  - "Как дела у тебя дома?" - спросила Лили.
  Между его глазами появилась небольшая складка.
  - "Отлично", - сказал он.
  - "Они больше не ссорятся?"
  - "О да, они ругаются", - сказал Снейп. Он поднял кучу листьев и начал рвать их, видимо, не понимая, что делает. - "Но пройдет не так много времени, и я уйду".
  - "Разве твой отец не любит магию?"
  - "Ему ничего не нравится, очень многое", - сказал Снейп.
  - "Северус?"
  Небольшая улыбка искривила рот Снейпа, когда она произнесла его имя.
  - "Ага?"
  - "Расскажи мне еще раз о Дементорах".
  - "Зачем тебе о них знать?"
  - "Если я использую магию вне школы..."
  - "За это тебя не отдадут Дементорам! Дементоры - это для людей, которые делают очень плохие вещи. Они охраняют тюрьму для волшебников, Азкабан. Ты не попадешь в Азкабан, ты слишком..."
  Он снова покраснел и нарвал еще листьев. Затем небольшой шуршащий звук позади них заставил их обернуться: Петуния, прятавшаяся за деревом, потеряла опору.
  - "Туни!" - сказала Лили с удивлением и радостью в голосе, но Снейп уже вскочил на ноги.
  - "Кто теперь шпионит?" - крикнул он. - "Что тебе нужно?"
  У Петунии перехватило дыхание, она была встревожена тем, что ее поймали. - "Что это на тебе надето?" - спросила она, указывая на грудь Снейпа. - "Блузка твоей мамы?"
  Раздался треск.
  Ветка над головой Петунии упала.
  Лили вскрикнула.
  Ветка ударила Петунию по плечу, она попятилась назад и разрыдалась.
  - "Туни!"
  Но Петуния уже убегала.
  Лили обернулась к Снейпу. - "Это из-за тебя это произошло?"
  - "Нет".
  Он выглядел одновременно вызывающе и испуганно.
  - "Ты сделал!" - она отступала от него. - "это ты сделал! Ты сделал ей больно!"
  - "Нет - нет, я не делал этого!"
  Но эта ложь не убедила Лили. Бросив последний горящий взгляд, она выбежала из маленькой чащи вслед за сестрой, а Снейп выглядел несчастным и растерянным...
  Римус удивленно уставился на Сириуса. - "Посмотри, каким недалеким он был даже тогда. Бедная Лили, она действительно доверяла ему, понимаешь? Она всегда жалела об этом, что не помирилась с ним".
  Сириус покачал головой. - "Я до сих пор не могу поверить, что он отдал их мне для Гарри. Посмотри, какой маленькой была Лили и ее сестра... Они действительно были близки, но даже тогда было видно, что Петуния завидует тому, что может сделать ее сестра".
  Римус кивнул, почесывая подбородок, пока набирал новые воспоминания и наклеивал этикетки на бутылки. - "Это действительно потрясающе, бродяга. Гарри очень повезет, если однажды они будут храниться у него".
  - "Надеюсь, что так", - сказал он, разглядывая бутылки с новыми этикетками. - "Я почти боюсь увидеть, какие еще воспоминания оставил нам Снейп".
  Римус улыбнулся и поднял одну из бутылок, принадлежавших Сириусу. - "Ну, давай проверим одну из твоих и посмотрим. Теперь, когда я попал в эту ловушку воспоминаний, я заинтригован".
  Сириус усмехнулся и посмотрел, как его друг заливает в думосброс очередное воспоминание. - "Я размышляю над этим. Но ты можешь помочь мне решить, стоит ли делиться этим или нет".
  Римус кивнул и склонил лицо к воспоминаниям.
  После пира Сириус поспешил по лестнице в свое общежитие, за ним по пятам следовали остальные мальчики. Он вошел в просторную комнату и улыбнулся, увидев пять кроватей. Их чемоданы уже стояли у каждой кровати, и он с удовольствием обнаружил себя на крайней правой. Рядом с ним у окна сидел Джеймс, с другой стороны - Питер, потом Римус, а крайний слева, возле двери в ванную, - Кингсли.
  Джеймс поспешил вперед и прыгнул на свою кровать, широко улыбаясь. - "Это здорово!"
  Питер засмеялся, прыгая на свою кровать. - "Определенно! Это так здорово, что нас всех распределили в Гриффиндор! И я первым встретил Римуса в поезде, а ты - Сириуса!"
  Джеймс нетерпеливо кивнул. - "Точно, Пит! Кисмет!"
  Сириус усмехнулся, присаживаясь на свою кровать. - "Я рад, что попал в Гриффиндор, хотя знаю, что мои родители будут недовольны. Как ты думаешь, они заметят, если я не напишу домой, чтобы сообщить им?".
  Римус фыркнул с порога. - "Если они такие же, как мои, то точно будут. Я уже почти склоняюсь к тому, чтобы начать писать домой, только чтобы меня не доставали".
  Джеймс рассмеялся. - "Я обещал маме, что напишу к концу недели, думаю, это будет достаточно скоро. К тому времени мне уже будет что сказать!"
  Сириус растянулся на кровати, закинув руки за голову. - "Как ты думаешь, занятия будут трудными?"
  Джеймс покачал головой. - "Нет, думаю, у нас все будет хорошо. Мы узнаем наши расписания завтра за завтраком, это мне староста Кросс сказал. Эй, а почему ты думаешь, что Запретный лес, ну, знаешь, запретный?".
  Бровь Сириуса слегка приподнялась. - "Разве там не должны быть темные существа?"
  Питер почесал голову. - "Кентавры, единороги и все такое, а еще я слышал, что есть целая армия гигантских пауков и оборотней".
  Джеймс рассмеялся. - "Гигантские пауки? Не может быть, чтобы это было правдой!" - Он посмотрел в окно башни. - "Скорее всего, оборотни, а может, и вампиры. Думаю, однажды я захочу исследовать это".
  Сириус сел, подозрительно глядя на Джеймса. - "Ты тянешь нас за хвост ".
  - "Нет, правда! Держу пари, там очень здорово. И, наверное, страшно. А ты не хочешь?" - спросил он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на них, его глаза плясали от возбуждения.
  - "Я думаю, прежде чем отправляться исследовать запретные места на территории школы, нам стоит сначала выяснить, где находятся наши классы и, возможно, как найти дорогу в самом замке", - предложил Кингсли, с улыбкой покачав головой. - "Оставьте приключения на потом", - сказал он, направляясь в ванную комнату.
  Джеймс широко улыбнулся, когда дверь закрылась. - "Полагаю, он прав. А что с этим деревом? Если к нему так опасно подходить, зачем вообще сажать его на территории школы?"
  Питер кивнул. - "Да, это странно. У него должно быть какое-то важное гербологическое качество или что-то в этом роде".
  - "Я устал от всей этой еды", - сказал Сириус, громко зевая. - "Я иду спать".
  Он стянул с себя рубашку, и взгляд Джеймса упал на длинные белые шрамы, пересекающие его спину.
  - "Сириус, что, блин, случилось с твоей спиной?"
  - "А?" - спросил Сириус, снова натягивая рубашку. - "О, ничего."
  - "Прости, я не хотел лезть не в свое дело". - быстро сказал Джеймс. Он знал, что у него была ужасная привычка выбалтывать все, о чем он думал.
  Сириус покачал головой. - "Нет, все в порядке. Просто они старые. Я даже не помню, как они у меня появились. Спокойной ночи."
  Он закрыл занавески кровати вокруг себя и закрыл глаза.
  Римус кивнул, когда его друг оторвал его от воспоминаний. Он понял, о чем спрашивал его друг. - "Ты не знаешь, хочешь ли ты, чтобы Гарри знал, насколько похожи были ваши детские годы". - Когда Сириус не ответил, он потянулся вперед, чтобы коснуться руки друга. - "У тебя до сих пор те шрамы на спине, бродяга".
  - "Сейчас они настолько выцвели, что их почти не видно. А мои татуировки закрывают большую часть шрамов".
  Римус встал, чтобы сделать себе чашку чая, пока он говорил. - "Это приятное воспоминание, Сириус. Видно, что Джеймс уже предвкушал приключения. Я уверен, что Гарри хотел бы увидеть это. Я думаю, как можно больше показать ему - это всегда хорошо".
  Сириус улыбнулся своему другу. - "Надеюсь, ты прав".
  Примечание автора:
  
  Здесь представлены Студенты из поколения Мародеров. Фамилии взяты из списка JKR и нескольких оригинальных персонажей, которые появятся позже в ASC.
  
  Гриффиндор:
  Сириус Блэк
  Римус Люпин
  Питер Петтигрю
  Джеймс Поттер
  Кингсли Шеклболт
  Лили Эванс
  Гестия Джонс
  Дианна Кейн (оригинальный персонаж)
  Мэри Макдональд
  Марлин МакКиннон
  Доркас Медоуз
  
  Рэйвенкло
  Роберт Браун (первое имя от меня)
  Дэвид Кейси (оригинальный персонаж)
  Бертран Дэвис (имя придумано мной)
  Саймон Фоули (имя придумано мной)
  Гидеон Превитт
  Фабиан Превитт
  Генри Уилкс (имя и фамилия мои)
  Сара Андерсон (первое имя от меня)
  Марсали Кэмпбелл (первое имя от меня)
  Катерина Кендрик (первое имя от меня)
  Цзи Ли (первое имя от меня)
  ЭммелинВэнс
  
  Хаффлпафф:
  Кристиан Бербидж (первое имя от меня)
  Ху Чанг (имя от меня)
  Амос Диггори
  ФлореанФортескью
  Натаниэль Монро (имя придумано мной)
  Томас Скамандер (имя собственное)
  Джонатан Зюсак (имя придумано мной)
  Калипсо Филдс (оригинальный персонаж)
  Грейс Гаджон (имя придумано мной)
  Алиса Мейсон
  Дельта Сахни (оригинальный персонаж)
  Эрин Спиннет (имя придумано мной)
  
  Слизерин:
  Лайонел Эйвери (имя придумано мной)
  АмикусКэрроу
  Магнус Флинт (имя придумано мной)
  РабастанЛестрейндж
  ТеолониусНотт (имя придумано мной)
  Корнелиус Паркинсон (имя от меня)
  Эван Розье
  Адам Роул (первое имя от меня)
  Кристофер Сэмпсон (первое имя от меня)
  Заин Шафик (имя от меня)
  Северус Снейп
  Джованни Забини (имя придумано мной)
  Алекто Кэрроу
  Кэролайн Коллинз (оригинальный персонаж)
  Афина Кросс (оригинальный персонаж)
  Глава 43: Та, что с воспоминаниями Часть II
  Вот еще несколько воспоминаний о Мародерах - я говорила вам, что немного переборщила, но обещаю, что это важно для следующей части истории - плюс это просто весело, во всяком случае, для меня.
  Кроме того, я только что сделала забавную догадку, кем был другой таинственный гриффиндорец. Мне всегда казалось, что это Кингсли, только потому, что он молод, а по какой-то причине в моем каноне Фрэнк Лонгботтом всегда на год или два старше Мародеров. Я просто придумала имя для девочки LOL.
  текст:
  Римус сел за стол с двумя чашками чая. - "Итак, что у тебя дальше на повестке дня по воспоминаниям?"
  Сириус улыбнулся и открыл одну из своих бутылок, на его лице появилась улыбка. - "Один из редких случаев, когда Джеймс и Лили ладили до того, как она обнаружила, что он законченный болван".
  Он засмеялся, наблюдая за тем, как его друг заливает память в думосброс. - "Значит, все еще рано на первый курс", - сказал он с усмешкой.
  Сириус усмехнулся. - "Я скажу".
  Затем он закрутил свою волшебную палочку в памяти...
  Сириус вошел в общую комнату Гриффиндора вместе с Джеймсом, Римусом, Питером и Кингсли и встал рядом с Лили, Доркас, Динной, Марлин и Мэри, прислушиваясь к их разговору.
  Доркас тепло улыбнулась им, разговаривая с Лили, пока та поправляла галстук девочки. - "Конечно, мой папа ужасен в этом, и я поправляю ему галстук последние шесть лет. Он будет совершенно беспомощен, пока я в школе".
  староста с предыдущей ночи, мальчик по имени Эйдан Кросс, прислонился к стене и ждал их, пока они устраивались в общем зале.
  - "Доброе утро, первокурсники!" - сказал он, одарив их яркой улыбкой. Его светлые волосы были длинноваты и стянуты кожаным ремешком, а серые глаза блестели. - "Я провожу вас в Большой зал, а профессор МакГонагалл раздаст всем вам карты и расписания".
  Сириус последовал за другими гриффиндорскими первокурсниками через портретное отверстие и через замок в Большой зал. Он выглядел гораздо менее угрожающе, чем вчера вечером. Потолок сегодня выглядел вполне нормально, но Лили удивленно вскрикнула, когда вокруг них начали летать совы, и в тревоге отпрыгнула назад, столкнувшись с Джеймсом.
  Он рассмеялся и схватил ее за руку, чтобы поддержать. - "Вот это да, Эванс, это просто почта!"
  - "Почта?"
  Он кивнул, широко улыбаясь ей. - "Да." Он опустился на скамейку и принялся за завтрак, а Лили заняла место рядом с ним.
  - "Совы?"
  Джеймс кивнул, дожевывая бекон. - "Разве твои мама и папа не пользуются совами?"
  Лили покачала головой, когда Сириус сел по другую сторону от Джеймса. - "Нет, мои родители совсем не волшебники. Они пользуются услугами почтальона. Я знала, что совы доставляют послания, но видеть их так много сразу - зрелище не из приятных".
  - "Ты магглорожденная?" - удивленно спросил Сириус, потянувшись за стаканом апельсинового сока.
  Лицо Джеймса засветилось. - "Блестяще! Этот придурок даже не слышал о "Битлз"! Эванс, ты должна рассказать ему, как они великолепны! И Элвис! Неговоряужео The Rolling Stones и The Animals! Этот придурок думает, что я все это выдумал!"
  Сириус закатил глаза. - "Я не говорил, что ты это выдумал, просто я никогда не слышал маггловской музыки до вчерашнего дня, когда ты включил ее в поезде".
  - "Его семья - чистокровные, что означает, что его знания о магглах, скажем так, удручающе скудны", - сказал ей Джеймс, усмехаясь. - "А если серьезно, насколько ужасными являются "Битлз"?
  Лили рассмеялась от волнения. - "Битлз" - это здорово. У меня дома в спальне висит плакат Пола".
  - "Видишь, Сириус? Я же тебе говорил! Правда, какой твой любимый альбом? Ай!" - воскликнул он, когда белая сова перед ним укусила его за пальцы. - "Прости, Платон! Я тебя не заметил!" - Он потянулся за кусочком своего тоста и отщипнул кусочек, чтобы дать сове, пока разворачивал пергамент, его уши горели красным. - "Я сказал ей, что напишу в конце недели".
  Сириус усмехнулся, оглядевшись. - "О, твоя мамочка уже скучает по тебе, Поттер?"
  Джеймс проигнорировал его, читая письмо вслух.
  "Дорогой Джейми,
  
  Мы с папой надеемся, что у тебя будет замечательный первый день занятий. Мы послали Платона, чтобы просто передать тебе привет и чтобы ты думал о нас дома. Напиши к выходным и пришли Посейдона с письмом, мы хотим знать все.
  
  Мы тебя любим!
  С любовью,
  мама и папа"
  - "Она сумасшедшая", - пробормотал Джеймс, складывая пергамент, его уши все еще горели.
  - "Я думаю, это мило", - сказала ему Лили, добавляя щедрую порцию сливок в овсянку с ягодами. - "И для протокола, я люблю Abbey Road, а также Revolver, RubberSoul, Help и, безусловно, Sgt. Pepper's Lonely Hearts Club Band, но, честно говоря, я люблю их все".
  Улыбка Джеймса расширилась. - "Лили Эванс, я думаю, мы только что стали лучшими друзьями".
  - "Лили?" - раздался голос сзади них, и они оба повернулись к Снейпу, который стоял там, неловко засунув руки в карманы.
  - "Снивеллус, верно?" - сказал Сириус с ухмылкой. - "Я вижу, зеленый и серебряный работают на тебя".
  Лили посмотрела на него. - "Его зовут Северус".
  Джеймс поднял руки вверх в знак капитуляции. - "О, как ужасно грубо с нашей стороны. Я бы извинился, Снивеллус, но я и так вижу, что ты болван".
  Лили ударила его по руке, ее зеленые глаза пылали. - "Кажется, я знаю, кто этот придурок, Джеймс Поттер!" - Она полностью развернулась и улыбнулась своему другу. - "Как Слизерин, Сев? Это все, на что ты надеялся?"
  Он кивнул, глядя на мальчиков, которые сейчас разговаривали между собой. - "Мы можем поговорить?"
  Лили кивнула, схватив яблоко. - "Что происходит?"
  Северус пожал плечами, его руки все еще были в карманах, и он посмотрел на Джеймса и Сириуса, которые явно подслушивали. - "Мы все еще друзья, верно?"
  Лили посмотрела на него с недоумением. - "Конечно, мы все еще друзья! Почему ты думаешь иначе?"
  Снейп оглянулся на стол Слизерина, а затем на Большой зал, где все студенты весело завтракали. - "Нас разделили по домам, Лили. Все изменится".
  Лили рассмеялась над его страдальческим выражением лица. Она не представляла, как проживание в разных общежитиях может на что-то повлиять. - "Ты просто смешон! То, что мы находимся в разных частях замка, не означает, что мы не можем быть друзьями и что мы не будем видеться. У нас все равно будут совместные занятия, мы сможем учиться вместе и видеться вне уроков".
  Он одарил ее небольшой улыбкой. - "Гриффиндор и Слизерин должны быть врагами".
  - "Тогда они враги, по крайней мере, в нашем случае", - сказала она, заставив его улыбнуться. - "Почему они враги?"
  - "Не враги, конечно", - осторожно сказал Снейп. - "Но мы должны быть осторожны. Некоторым людям может не понравиться, если я буду общаться с тобой".
  На это Лили подняла бровь. - "Кто эти люди и почему тебя волнует, что они думают?"
  - "Лили", - сказал Снейп в отчаянии. - "Магический мир другой. Петуния считает нас ненормальными, потому что у нас есть магические способности, но в этом мире отличаешься ты".
  - "Я?" - удивленно спросила она, скрестив руки перед собой. - "Чем я отличаюсь?"
  Снейп выглядел неловко, и он шаркал ногами, пока говорил. - "Потому что тымагглорожденная, а некоторые люди, а именно чистокровные, считают это... отталкивающим. Я просто хотел предупредить тебя на случай, если кто-то скажет тебе что-то, ну, знаешь, грубое".
  - "Ты ведь не чистокровный?" - спросила она его, и ей не понравилось, как это слово сорвалось с ее языка.
  Снейп покачал головой. - "Нет, не так, я полукровка, но это все равно намного лучше, чем кто-то, кто происходит из не магического происхождения".
  - "Ты хочешь сказать, что теперь тебе стыдно быть моим другом? Ты сказал мне, что не имеет значения, магглорожденная ли я!"
  - "Эй!" - сказал Джеймс, поворачиваясь на своем месте. - "Эванс, этот парень не дает тебе покоя?"
  - "Поттер, пошел вон", - сказала она, бросив на него взгляд и обернувшись к Снейпу. - "Ну, а ты?"
  - "Нет! Нет! Я бы никогда!" - пробормотал он, отбрасывая волосы с глаз. - "Я просто... Я просто хотел, чтобы ты знала".
  Лили на мгновение уставилась на него. - "Хорошо, теперь я знаю. И что теперь?"
  Снейп одарил ее небольшой улыбкой. - "Теперь мы остаемся друзьями, несмотря ни на что".
  - "Я все еще не понимаю, почему это что-то меняет, Сев, но если тебе станет легче от того, что я знаю, тогда ладно".
  Он кивнул. - "Надеюсь, у нас будет совместный урок первым".
  Лили улыбнулась, глядя, как он возвращается за свой стол. Она посмотрела на двух мальчиков, когда Джеймс заговорил рядом с ней.
  - "Честно говоря, приятель, ты должен услышать "Белый альбом", я сыграю его для тебя позже".
  Сириус лишь усмехнулся и переключил свое внимание на Лили. - "Итак, Лили, откуда ты знаешь этого сальноволосого хмыря?" - спросил он, смахивая с глаз свои черные волосы.
  - "Он не сальноволосый хмырь, и его зовут Северус Снейп!" - воскликнула она, взяв ложку с овсянкой. - "Он живет недалеко от меня".
  - "Так ты знала его до вчерашнего дня?" - спросил Джеймс, убирая свою тарелку.
  Лили кивнула. - "Мы встретились в парке. Он увидел, как я колдую, и сказал мне, что я ведьма. Я понятия не имела, ведь я магглорожденная и все такое, а потом он рассказал мне все о Хогвартсе и о том, что, поскольку мне исполнилось одиннадцать, я получу письмо. Я думала, что он выдумывает истории, но потом письмо действительно пришло".
  - "Мне всегда было интересно, как магглорожденные узнают об этом? Я имею в виду, думают ли они, что письмо - это розыгрыш?" - спросил Сириус, посмотрев на Джеймса в поисках подтверждения. - "Я имею в виду, на самом деле? Как они узнают?"
  - "Профессор Дамблдор приходил ко мне домой", - сказала Лили, доедая овсянку. - "Он поговорил со мной и моими родителями и рассказал нам все о школе".
  - "Блестяще", - сказал Джеймс, широко улыбаясь. - "Я просто годами доставал родителей, почему я до сих пор не могу поехать в Хогвартс".
  Сириус рассмеялся, взял еще немного бекона и огляделся, не заметил ли кто-нибудь, что он взял несколько секунд, прежде чем отправить его в рот. - "Мои родители просто спорили, что для меня лучшеХогвартс илиДурмстранг".
  Джеймс выглядел оскорбленным. - "Как они вообще могли подумать! Дурмстранг даже в сравнение не идет!"
  Сириус пожал плечами. - "У них есть свои причины. Но они решили, что Хогвартс - лучший выбор, потому что наша семья всегда была Слизеринцами". - Он усмехнулся. - "Спорим, я получу вопилер, когда мама узнает, что я в Гриффиндоре".
  - "Что такое вопилер?" - спросила Лили, не сводя глаз с Сириуса. - "И есть другие магические школы?"
  Джеймс кивнул, улыбаясь ей. - "О да, школы есть по всему миру. Но Хогвартс, безусловно, лучшая из них. И вопилер- это не то, чего ты хочешь, поверь мне! Это письмо ярко-красного цвета и оно кричит на тебя".
  Сириус вздохнул. - "Я лучше напишу домой и сообщу новости".
  - "Ты можешь использовать Посейдона, если хочешь".
  - "Спасибо, приятель, но у меня есть сова".
  - "Мисс Эванс?"
  Лили повернулась при звуке своего имени и улыбнулась профессору МакГонагалл. - "Доброе утро, профессор".
  - "Доброе утро, вот ваше расписание и карта школы. Ваш первый урок сегодня утром будет со мной. Я с нетерпением жду встречи со всеми вами". - Она раздала первокурсникам остальные расписания, заново знакомясь с именами и лицами.
  Лили с интересом рассматривала карту школы. Она проигнорировала Джеймса и Сириуса, которые сейчас препирались по поводу того, должен ли Сириус написать домой сегодня вечером или подождать до конца недели. Она повернулась к Марлин и тепло улыбнулась.
  - "Хочешь прогуляться со мной до Трансфигурации?"
  - "С радостью", - сказала Марлин с улыбкой. - "Мы можем попытаться не заблудиться вместе".
  Римус рассмеялся, закончив просмотр воспоминаний: - "Честно говоря, бродяга, ты еще не успел сходить даже на один урок, а уже был большой задницей для Снейпа. Неудивительно, что он тебя ненавидел".
  - "Он тоже тебя ненавидит, ты же знаешь!"
  Римус усмехнулся. - "Верно, но я думаю, что основная ненависть досталась мне только из-за того, что я связан с тобой и Джеймсом".
  Сириус усмехнулся. - "Наверное, да. В любом случае, я просто думаю о своих первых воспоминаниях с Джеймсом и Лили, о встрече с ними и знакомстве с ними, и я подумал, что это забавные воспоминания, которыми можно поделиться. Как мы познакомились, понимаешь?"
  "Я думаю, ты начинаешь отлично, Сириус. И я действительно думаю, что тебе следует наклеить на них ярлыки, как я, очевидно, делал для тебя в любом случае. Перечисляй их в хронологическом порядке, как хочешь. В любом случае, он сможет просматривать их, когда захочет или сколько захочет, в любом порядке. Это будет что-то, чем он будет дорожить вечно".
  Сириус улыбнулся. - "Я надеюсь, что это так".
  После того, как Римус ушел домой, Сириус обнаружил, что все еще сидит перед думосбросом, его собственные воспоминания наводнили его разум, и он понял, что есть некоторые воспоминания, которые Гарри не нужно видеть. Были некоторые воспоминания, которые он иногда хотел бы стереть из своего мозга, независимо от того, насколько важны они были для определения его собственных отношений с Лили Эванс и Джеймсом Поттером.
  Думая об этих воспоминаниях сейчас, он осторожно вставил одно из них в чашу, удивляясь, почему он чувствует необходимость мучить себя, просматривая его, наблюдая, как оно разворачивается перед ним.
  Это был третий день занятий, когда в Большой зал влетел красный конверт и упал прямо на его тарелку. Он шумно сглотнул.
  - "Похоже, мама получила мое письмо", - сказал он с гримасой.
  Рот Джеймса открылся в ужасе. - "Тебе лучше открыть его, приятель. Покончим с этим".
  Питер кивнул, его глаза были устремлены на красный конверт. - "Еще хуже, когда ты его игнорируешь. Мой папа однажды проигнорировал одно письмо от своей мамы, это было ужасно!"
  Края конверта дымились от ярости, и он осторожно открыл клапан, стараясь не обжечь пальцы, и тут же закрыл уши руками, когда гневные крики матери заполнили Большой зал.
  "СИРИУС ОРИОН БЛЭК! КАК ТЫ ПОСМЕЛ БРОСИТЬ ВЫЗОВ ДОМУ СВОИХ ПРЕДКОВ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ СТАТЬ ГРИФФИНДОРЦЕМ ВМЕСТО СЛИЗЕРИНА! НАМ С ТВОИМ ОТЦОМ ЕЩЕ НИКОГДА НЕ БЫЛО ТАК СТЫДНО ЗА ТЕБЯ! Я ТРЕБУЮ, ЧТОБЫ ТЫ НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕШЕЛ В СЛИЗЕРИН, ДАБЫ НЕ ПОДВЕРГАТЬ ДАЛЬНЕЙШЕМУ ПОЗОРУ ДРЕВНЕЙШИЙ И БЛАГОРОДНЕЙШИЙ ДОМ БЛЭКОВ! И КАК ТЫ ПОСМЕЛ НАСЫПАТЬ ЧЕСОТОЧНЫЙ ПОРОШОК ВО ВСЕ БОКСЕРСКИЕ ТРУСЫ СВОЕГО БРАТА! ОН УЖЕ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ЧЕШЕТ СЕБЯ! ЭТО НЕУМЕСТНО! И Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ТЫ УБРАЛ МОЙ ШАМПУНЬ И ЗАМЕНИЛ ЕГО НА ЗЕЛЕНУЮ КРАСКУ ДЛЯ ВОЛОС, СИРИУС БЛЭК! ТЫ БУДЕШЬ НАКАЗАН, КОГДА ВЕРНЕШЬСЯ ДОМОЙ! ЧТО КАСАЕТСЯ ПОТТЕРА - НЕ СВЯЗЫВАЙСЯ С ЭТИМ ПРЕДАТЕЛЕМ КРОВИ! ТЫ - БЛЭК! ВЕДИ СЕБЯ КАК БЛЭК! ТУДЖОРС ПУР!"
  Письмо разлетелось в пух и прах, а Сириус лишь ухмыльнулся, когда все нервно засмеялись над ним. Он нервно провел пальцами по волосам и улыбнулся в знак извинения.
  - "Простите все, моя мама - настоящий лучик солнца, не так ли?"
  Джеймс усмехнулся и хлопнул его по спине. - "Ты подсыпал зудящий порошок в кальсоны своего брата и покрасил волосы своей мамы в зеленый цвет?"
  Сириус озорно усмехнулся, его глаза плясали от подавляемого смеха. - "Подумал, что им нужно что-то на память обо мне".
  Джеймс зарычал от смеха, когда его глаза встретились с глазами Римуса. - "Что ты на меня так смотришь, Римус? Сириус ведь не собирается перестать быть моим другом, правда?" - спросил он, внезапно посмотрев на Сириуса с беспокойством.
  Сириус покачал головой. - "Нет, конечно, нет. Она не знает, чем я занимаюсь в школе, и ей не нужно это знать".
  - "Мистер Блэк?" - сказала профессор МакГонагалл, стоя у них за спиной.
  Сириус повернулся, чтобы ухмыльнуться ей. - "Это я".
  Профессор МакГонагалл лишь поджала губы. - "Пойдемте со мной, пожалуйста".
  Сириус пожал плечами, встал и последовал за ней из Большого зала. Она повела его по коридору и поднялась по лестнице к большой статуе горгульи.
  - "Карамельные ириски", - сказала она, и статуя отодвинулась в сторону, открыв винтовую лестницу.
  Сириус поднялся за ней по лестнице и оказался в большом овальном кабинете, полном кружащихся предметов, сотен книг и прекрасного красного феникса, который сидел над большим столом, за которым сидел Дамблдор. Он вздрогнул, когда увидел свою мать, стоящую у стола.
  - "Э, привет, мама".
  ВальбургаБлэк повернулась на каблуке и уставилась на него. - "Вот мой предательский сын!"
  Профессор МакГонагалл положила руку ему на плечо, слегка сжав в знак заверения. - "Быть избранным в Гриффиндор, леди Фалмут, не является государственным преступлением".
  Профессор Дамблдор тоже встал, сложив руки перед собой. - "Теперь, моя дорогая, Вальбурга, вы не можете ворваться в школу, требуя, чтобы я исключил вашего сына из такого благородного дома. Сортировочная шляпа всегда помещает наших учеников туда, где им самое место. Вы это знаете".
  - "Он сделал что-то с этой шляпой, чтобы насолить мне! Его место в Слизерине!" - потребовала она, положив руки на бедра. - "Все Блэки должны быть в Слизерине!"
  - "Сириус", - доброжелательно сказал Дамблдор, на его лице появилась улыбка. - "Ты обманул шляпу?"
  - "Нет", - быстро сказал Сириус, не сводя глаз с разъяренного взгляда матери. - "Джеймс Поттер сказал мне, что шляпа прислушивается к моим собственным мыслям, и что... что если я не хочу быть в Слизерине..." - он запнулся, и последние слова прозвучали так тихо, что их услышала только МакГонагалл. - "Я мог бы выбрать не быть".
  - "Держись подальше от этого Поттера, Сириус Блэк! Его родители - грязные предатели крови, они общаются с отвратительными магглами и грязнокровками, а он, очевидно, уже навевает ужасные мысли в твоей голове! Ты - будущий виконт Фалмутский, и я не позволю тебе разбрасываться своей жизнью с такими отбросами!"
  - "Вальбурга! Мне не нравятся такие разговоры в моей школе!" - воскликнул Дамблдор. - "Сириус, ты просил Шляпу не помещать тебя в Слизерин?"
  Сириус кивнул, его взгляд был устремлен на Дамблдора. - "Шляпа сказала мне, что мне не место в Слизерине".
  Вальбурга в ужасе смотрела на его заявление, делая автоматический шаг прочь от него, как будто он был заражен какой-то инфекцией. - "Очевидно, я недостаточно постаралась, чтобы донести до тебя важность рода Блэков, мальчишка!"
  Рука МакГонагалл по-прежнему лежала на его плече, и Сириус чувствовал себя очень уверенно. - "Сириус учится в Гриффиндоре, и я горжусь тем, что он в моем доме".
  Его мама лишь бросила взгляд на МакГонагалл. - "Могу я остаться наедине с сыном?"
  Дамблдор кивнул, жестом приказав МакГонагалл следовать за ним к выходу. - "Конечно. Минерва, пойдемте завтракать?"
  Сириус просто задохнулся, когда дверь в кабинет Дамблдора закрылась за ними, и он повернулся, чтобы посмотреть на свою мать. - "Зачем ты потрудилась послать мне Ревун, если ты все равно собиралась появиться и устроить сцену?"
  Его шея болела от удара, и он старательно слизывал кровь с губ.
  - "Не задавай мне вопросов, Сириус", - холодно сказала она.
  - "Да, мама".
  Вальбурга на мгновение уставилась на него. Она быстро наложила на них чары уединения, закрыв их от посторонних глаз и ушей портретов в комнате.
  - "Мне никогда не было так стыдно, когда пришло твое письмо и ты сообщил нам, что тебя определили в Гриффиндор - да еще и с Поттером!"
  - "Он чистокровный!"
  - "Кто сотрудничает с магглами! Юфимия Поттер хорошо известна тем, что сотрудничает с маггловскими благотворительными организациями и фондами, и это отвратительно! Ты не должен разговаривать с этим мальчиком, Сириус, ты меня понял?" - Когда он не ответил, она снова дала ему пощечину. - "Ты меня понимаешь?"
  - "Он мой сосед по комнате! Я не могу обещать, что не буду с ним разговаривать!"
  Глаза Вальбурги ожесточились. - "С меня хватит твоих умных замечаний. А те выходки, которые ты устроил перед уходом из дома, были незрелыми и детскими! Тебе лучше просить прощения, потому что, когда ты вернешься домой на Рождество, я могу обещать - ты будешь наказан соответственно".
  - "Это была просто шутка", - сказал он, его сердце заколотилось в груди, когда ее палочка повернулась к нему.
  - "Imperio!" - сказала она, и он почувствовал знакомое ощущение полного расслабления, напряжение покинуло его тело. - "Вымоли у меня прощение, Сириус".
  Он почувствовал, как его тело выгнулось, когда он упал на колени. Почему она хотела, чтобы он умолял? Ах да, потому что он разыграл своего младшего брата. Но должен ли он был умолять? Когда эта мысль пронеслась у него в голове, заклинание снялось, и он встал, а она ударила его сзади так сильно, что он упал обратно на землю.
  - "Я надеялась, что ты уже перестал сопротивляться", - сказала она ему, когда он поднялся на ноги. Ее взгляд переместился на закрытую дверь кабинета Дамблдора, прежде чем ее палочка снова направилась на него. - "Круцио!"
  Сириус прикусил язык так сильно, что пошла кровь от боли, но он знал, что лучше не кричать. Ему казалось, что его внутренности разрываются на части, пока он пытался бороться со своим телом, чтобы оставаться неподвижным. Это длилось всего около тридцати секунд, но ему показалось, что это длилось вечность, и когда она уронила свою палочку, в его глазах стояли слезы.
  - "Попроси у меня прощения", - повторила она, ее голос был холоден.
  Сириус перевел дыхание, стоя на коленях перед ней, кровь капала у него изо рта. - "Прости меня, мама. Прости, что я разыграл тебя и Регулуса. Мне жаль, что я опозорил самый древний и благородный дом Блэков. Прости, что я гриффиндорец. Пожалуйста, пожалуйста, прости меня", - умолял он, опустив глаза в пол.
  Вальбурга взяла его подбородок в руку и заставила встать на ноги. - "Так-то лучше. Тебе нужно научиться уважать старших, Сириус. И помни, что я говорила о семье Поттеров. Подружись с благородными семьями, которые входят в Дом Слизерин, и поверь мне, я буду знать. Твоя кузина Нарцисса будет отчитываться передо мной, и не думай, что она не расскажет мне, что именно ты задумал. Понятно?"
  Сириус кивнул, в его глазах стояли слезы. - "Да, мама".
  Она притянула его к себе для короткого объятия. - "Мне не нравится наказывать тебя, Сириус. Почему ты заставляешь меня?" - Когда он не ответил, она отстранилась. - "Иди доедай свой завтрак".
  Бросив последний взгляд на мать, он поспешил вниз по лестнице и вышел из кабинета Дамблдора, тяжело дыша. Он шагнул в один из альковов и прислонился к стене, закрыв глаза. Во рту все еще чувствовался вкус крови, и он поморщился, поняв, что прикусил язык так сильно, что он все еще кровоточил.
  Он поспешно вытер кровь с губ и вышел из алькова, едва не сбив Лили на пол. Он схватил ее за плечи, чтобы поддержать.
  - " Проклятье! Прости, Эванс!" - сказал он, схватив ее сумку с книгами и накинув ее на плечо с небольшой улыбкой.
  - "Все в порядке", - сказала она, улыбаясь ему в ответ. Она нахмурилась, глядя на него. - "Сириус, у тебя губа кровоточит".
  - "Да", - сказал он, слизывая кровь. - "Я прикусил язык".
  Лили на мгновение уставилась на него. - "У тебя начало толстой губы".
  - "Я тоже прикусил губу".
  Ее зеленые глаза смотрели только в его. - "Знаешь, то, что твоя мама сказала в том "вопилере"... ты не позор. Я думаю, она была просто разочарована тем, что ты не идешь по стопам семьи".
  Он фыркнул. Разочарование - не то слово, которое он бы использовал. - "Да, может быть. Слушай, если увидишь Джеймса, скажи ему, что я жду его за обедом".
  - "Разве ты не идешь на занятия?" - окликнула она его, но Сириус проигнорировал ее и направился по коридору в общую комнату Гриффиндора. Он едва добрался до своей кровати, прежде чем упасть в нее, и наконец позволил слезам упасть, сжимая в руках подушку и всхлипывая.
  Воспоминание улетучилось, и думосброс погрузился во вторую половину своего дня...
  Когда он спустился на обед, он занял место за столом в нескольких местах от Джеймса, Римуса и Питера и потянулся за сэндвичем. Он удивленно поднял глаза, когда Лили села рядом с ним.
  - "Э, привет Лили".
  - "Сириус, ты в порядке?" - спросила она, положив свою руку на его руку.
  Он заставил себя ухмыльнуться. - "Конечно".
  - "Ты пропустил Зелья".
  - "У меня просто немного болела голова, нужно было вздремнуть".
  Она уставилась на него на мгновение. - "Почему ты не сидишь с Джеймсом, Римусом и Питером?"
  - "Мне захотелось посидеть здесь", - упрямо сказал он, намазывая хлеб маслом. Когда она лишь продолжала пристально смотреть на него своими зелеными глазами, он положил нож. - "Что?"
  - "Я не знаю", - честно сказала она ему. - "Но что-то в тебе изменилось. Ты уверен, что с тобой все в порядке? Я очень хороший слушатель, ты знаешь".
  Он слабо улыбнулся ей. - "Тебе не понять".
  - "Это не значит, что я не могу слушать".
  Он лишь продолжал намазывать масло на хлеб, уставившись в свою тарелку. Он мог представить лицо своей мамы, если бы она обнаружила, что он разговаривает с магглорожденной. У него и так было достаточно проблем на душе, не нужно было добавлять еще больше.
  - "Спасибо, но я в порядке".
  Лили тепло улыбнулась ему и нежно сжала его руку. - "Предложение всегда открыто". - Затем она повернулась, чтобы улыбнуться Мэри, которая села напротив нее.
  Сириус быстро съел свой хлеб, макая его в тушеную говядину, когда его взгляд переместился на стол Слизерина, где его кузина Нарцисса, пятикурсница, наблюдала за ним своими холодными глазами. Он сглотнул. Да, ему не нужно было усугублять свои проблемы.
  Воспоминания все еще заставляли его морщиться. Он почти позволил матери убедить его оттолкнуть своих новых друзей. Он помнил, каким несчастным он сделал себя в первый месяц учебы. На второй неделе занятий он даже подрался, все еще разрываясь между тем, чтобы быть счастливым со своими новыми друзьями или послушать мать. Он откинулся на стуле и закрыл глаза.
  Ему не нужен был "думосброс", чтобы воспоминания поглотили его.
  Они выходили из теплиц после грязного урока гербологии, на котором им всем отчаянно хотелось помыться, когда Снейп, Розье и Эйвери окружили Лили и Мэри, которые шли впереди Сириуса, Джеймса, Римуса и Питера, возвращаясь в замок.
  - "Было довольно приятно немного поработать руками, не так ли?" - спросил Эйвери, глядя на девочек. - "Немного работы в саду старым добрым маггловским способом".
  Лили пожала плечами. - "Да, это было мило, но я хочу помыться. Даже на шее у меня грязь от этих прыгающих луковиц ".
  Мэри сочувственно кивнула. - "Одна из них отскочила прямо мне на голову!"
  Лили хихикнула, вспомнив, как она перепрыгнула через голову Мэри и приземлилась на Питера, который закричал, как девчонка. - "Это было уморительно! Крик Питера был таким высоким!"
  Розье усмехнулся над ней. - "Тебе не следовало смеяться над ним".
  - "Даже он подумал, что это смешно", - сказала Мэри, улыбаясь ему. - "Все смеялись. Поттер сказал ему, чтобы он взял себя в руки, ведь это было всего лишь растение!"
  - "Но некоторые из нас не ниже его", - с угрозой сказал Розье, плюнув на землю перед ними.
  - "Что это значит?" - потребовала Лили, остановившись на своем пути.
  Эйвери ухмыльнулся. - "Это значит, что такие грязнокровки, как вы две, не имеют права смеяться над своим начальством".
  - "Не называй ее так, Эйвери", - мягко сказал Снейп.
  - "Ты знаешь, что она такая, Северус. Честно говоря, я даже не знаю, как ты можешь выносить ее вонь?"
  - "Что ты мне только что сказал?" - потребовала Лили, ее шея покраснела. Она никогда раньше не слышала этого термина, но по тому, как уничижительно он его произнес, она поняла, что это нехорошо.
  - "Я сказала, что ты грязнокровка, которая должна проявлять уважение к начальству!" Эйвери плюнул.
  - "Ты извинишься перед Эванс и МакДональд", - потребовал Джеймс у них из-за спины, его глаза потемнели от возмущения.
  Эйвери фыркнул и посмотрел на Розье, который только рассмеялся. - "Почему я должен? Они такие, какие есть, Поттер! Мерзкие - маленькие - грязнокровки".
  Кулак Джеймса впечатался в лицо Эйвери, и Лили задохнулась от шока, когда мальчики навалились друг на друга, нанося удары. Когда Розье ударил Джеймса ногой по ребрам, Сириус прыгнул вперед и ударил его по лицу, а профессор Спраут поспешила на крики, используя свою палочку, чтобы разнять их четверых.
  - "Маггловские дуэли! Что вы делаете, мальчики? Задержать вас всех и снять десять баллов с Гриффиндора и Слизерина!" - кричала она, пока Джеймс вытирал кровь с уголка рта.
  Эйвери и Розье вскочили на ноги и посмотрели на Джеймса и Сириуса, после чего они пошли вперед, увлекая за собой Снейпа, который повернулся и извинился перед Лили, когда его уводили.
  - "Стоит потери очков", - пробормотал Джеймс, помогая Сириусу подняться на ноги. - " тупицы. Спасибо, что пришел мне на помощь, приятель".
  Сириус кивнул, вытирая грязь со своей одежды. - "Конечно, нечестная борьба, когда кто-то бьет тебя по ребрам", - сказал он, ткнув Джеймса в то место, где он был нежен, и наблюдая, как тот вздрогнул. - "Ты собираешься жить?"
  - "Думаю, да", - сказал он с ухмылкой. Он повернулся к Лили и Мэри, и выражение его лица прояснилось. - "Мне очень жаль, что вам, девочки, пришлось это услышать. Эйвери и Розье должны были получить больше, чем наказание".
  Мэри кивнула, ее глаза расширились. - "Спасибо, что пришли нам на помощь, это было очень благородно с вашей стороны".
  Джеймс усмехнулся, обхватив каждую из них за плечи. - "Рыцарство живет и здравствует!"
  Лили улыбнулась, когда Джеймс достал из кармана носовой платок и попытался вытереть кровь с губы. Она пожалела его и помогла ему, не сводя глаз с его окровавленной губы, пока она говорила. - "Я знаю, что он сказал плохо, но боюсь, что я не поняла его".
  Джеймс слегка замер, его рука накрыла ее руку. - "Это очень плохое имя для таких, как вы с Мэри, тех, кто происходит из не магической среды. По сути, оно означает "грязная кровь", что является полной чушью. Неважно, откуда вы родом, важно, что вы ведьмы, вы обе, и самое главное - гриффиндорцы, и мы держимся вместе".
  - "Вот, вот", - сказал Римус, улыбаясь своему другу. - "Хорошо сказано, Джеймс!"
  Мэри встала на носочки и поцеловала в щеку Сириуса, а затем Джеймса. - "А говорят, рыцарство умерло. Спасибо, мальчики". - Она взяла Лили за руку и потянула ее к себе. - "Пойдемте, надо быстро принять душ перед ужином".
  Лили кивнула, ее зеленые глаза смотрели на Джеймса и Сириуса. - "Да, спасибо вам обоим".
  - "Ты можешь поверить Эйвери и Розье?" - потребовал Джеймс двадцать минут спустя, вытирая полотенцем мокрые волосы и продолжая разглагольствовать о происшествии после Гербологии.
  Римус пожал плечами. - "Они тупицы. Я рад, что ты вмешался, Джеймс. Я сам к ним двигался".
  Джеймс бросил полотенце в корзину для белья. - "Отвратительно, вот что это было! Я не понимаю, как люди могут использовать такие выражения. Лили и Мэри такие милые! Я бы даже не знал, что они магглорожденные, если бы они нам не сказали. Почему это вообще имеет значение?"
  - "Некоторые люди просто лучше других", - сказал Сириус, застегивая брюки.
  Питер покачал головой, расчесывая свои мокрые волосы. - "Я в это не верю. Но вы двое были очень храбрыми, когда били этих парней".
  Джеймс усмехнулся. - "Это было приятно. Они заслужили это".
  Сириус только улыбнулся, стягивая через голову рубашку, и обнаружил, что Джеймс снова уставился на его спину. - "Завидуешь моим боевым шрамам, Поттер?"
  Джеймс поймал на себе пристальный взгляд и покачал головой. - "Нет, просто интересно, зачем ты пытался сделать себя еще уродливее. Ты и так напугаешь тролля".
  Сириус рассмеялся и бросил свое мокрое полотенце в Джеймса. - "Отвали, Поттер!"
  Джеймс засмеялся, поймав полотенце, прежде чем оно ударило его по лицу. - "Я умираю с голоду!"
  Римус кивнул, вставая. - "Мы должны спуститься к ужину".
  - "Я подожду с тобой", - сказал Джеймс, усаживаясь на кровать и натягивая носки на ноги.
  Римус и Питер направились к выходу, а Джеймс некоторое время смотрел вслед Сириусу.
  - "Ты в порядке, дружище?"
  Сириус продолжал расчесывать волосы, не глядя на Джеймса. - "Да, а что?"
  Джеймс пожал плечами. С тех пор как появился вопилер, он заметил в своем друге определенные перемены. Он казался немного замкнутым и уже не так часто шутил с ними. Половину времени он даже не сидел с ними за едой.
  - "Не знаю, ты вел себя странно".
  Сириус повернулся, чтобы посмотреть на него, его серые глаза были совершенно пустыми. - "Послушай, Поттер, правда в том, что я не знаю, хочу ли я дружить с вами".
  Глаза Джеймса расширились от удивления. Это было последнее, чего он ожидал. - " В смысле?"
  "Я - Блэк. Я не могу дружить с кем-то вроде тебя, кто происходит из семьи предателей крови. Мать Люпина - маггла, ради Мерлина, даже разговаривать с ним - преступление в моей семье, а Питер - ничего, только плаксивый маленькийщенок. Даже не начинай говорить о Шеклболте, не то чтобы он действительно тусовался с нами, но я думаю, будет лучше, если мы будем просто соседями по комнате и ничего больше, хорошо?"
  Джеймс просто уставился на него, его глаза были уязвлены. - "Ты серьезно?"
  - "Сириус Блэк,да.
  Рот Джеймса дернулся от этой шутки. - "Нет, правда, приятель, ты решил, что мы не можем быть друзьями, да что с тобой такое? Ты сегодня защищал Эванс и МакДональд! Ты даже не колебался!"
  - "Мне не понравилось видеть двоих против одного".
  - "Ты лжешь", - сказал ему Джеймс.
  Сириус пожал плечами. - "Ты мне не нужен, так что... просто оставь меня в покое". - Он схватил свою палочку и выбежал из комнаты, а Джеймс в шоке уставился ему вслед.
  Но позже тем же вечером, когда Сириус лежал в своей кровати, плотные красные шторы, закрытые вокруг него (чтобы не видеть его соседей по комнате), были грубо раздвинуты Джеймсом, который тут же плюхнулся на край кровати.
  - "Прячешься, приятель?"
  - "Нет", - сказал Сириус, спихивая его с кровати. - "Отвали!"
  Джеймс просто сел обратно, скрестив руки перед собой. - "Нет. Мне скучно".
  - "Ну, иди и найди Римуса, Питера или Кингсли. Я занят".
  - "Задумчивый? Звучит не слишком весело". - Джеймс сказал просто, прислонившись спиной к одному из столбов. - "Итак, если не считать внезапного решения стать заносчивый маленькимкобелем, почему мы не можем быть друзьями?"
  - "Ты мне не нравишься, Поттер".
  Джеймс фыркнул. - "Вот это ложь, если я когда-либо ее слышал, Блэк. Я потрясающий. Все меня любят".
  Сириус закатил глаза. - "Правильно, продолжай так думать".
  Джеймс просто уставился на него. Сириус подчеркнуто не смотрел на него, его руки были скрещены перед грудью в защитной манере, и было видно, что он старается не показать, как он раздражен.
  - "Это из-за кошмара, который приснился тебе прошлой ночью?" - спросил Джеймс. Он слышал, как его друг ворочался во сне, бормоча "нет" под нос и извиняясь, но когда Джеймс разбудил его и спросил, все ли с ним в порядке, тот ответил "да" и перевернулся на спину.
  - "Ты любопытный придурок, ты знаешь это? Не твое дело, что мне сниться!"
  Он естественно пожал плечами. - "Иногда разговор о плохих снах помогает. Однажды мне приснился кошмар, в котором огромный дракон ворвался на крышу нашего дома и все поджег. Это было ужасно! Я проснулся в слезах, и после того, как я рассказал об этом маме и папе, мне стало легче".
  - "Мы не собираемся держаться за руки и заплетать друг другу гребаные волосы, Поттер. Уходи!" - потребовал Сириус, снова пиная Джеймса ногой.
  Джеймс проигнорировал его и вытянул свои длинные ноги по кровати Сириуса так, чтобы его ступни неоднократно ударяли его по ребрам. - "Нет. Нет, пока ты не скажешь мне почему".
  - "ПОТОМУ ЧТО МОЯ МАМА ТАК СКАЗАЛА, ХОРОШО!" - крикнул Сириус, слезая с кровати и направляясь к окну.
  Джеймс остался на месте, наблюдая за спиной друга. - "Потому что я предатель крови, так что ли? У нас у всех красная кровь, знаешь ли".
  Сириус только кивнул, его глаза были закрыты. - "Послушай, Джеймс, так будет лучше. Для всех".
  - "Не для тебя", - упрямо сказал Джеймс, поднимаясь на ноги. - "Ты очень несчастен! Чем для твой мамы будет хуже, если ты решишь дружить со мной? Давай, Сириус!"
  Сириус продолжал смотреть в окно. - "Моя кузина Нарцисса учится на пятом курсе Слизерина. Она будет шпионить за мной и расскажет моим родителям. Они узнают".
  - "Все прошлое лето я провел под домашним арестом", - сказал Джеймс с улыбкой. - "Не играть в квиддич было совсем хреново, но в целом все было не так уж плохо. К тому же, мы можем найти тайные способы общения".
  - "Джеймс", - сказал Сириус, открывая глаза. - "Нет."
  - "Ты действительно делаешь все, что хочет твоя мать, да?" - разочарованно сказал Джеймс. - "Ну, я хочу, чтобы ты знал, что я отличный друг, и ты упустишь это, если сделаешь это".
  Сириус снова закрыл глаза и прикусил нижнюю губу, морщась от того, что она все еще была нежной. - "Я не хочу дружить с тобой, Поттер".
  Джеймс вздохнул. - "Отлично. Тогда сиди здесь и размышляй в одиночестве, проклятый придурок!"
  Сириус услышал, как за ним захлопнулась дверь, и поморщился. Это было к лучшему, подумал он. Так и должно было быть.
  - "У нас у всех красная кровь, знаешь ли", - прошептал Сириус вслух про себя.
  Эти шесть маленьких слов Джеймса Поттера были словами, которыми он жил и которые повлияли на всю его жизнь.
  Глава 44: Та, в которой бродяга и олень становятся кровными братьями
  У меня в голове всегда была идея, что в детстве Сириус подвергался жестокому обращению, но он не знал об этом; на самом деле, он думал, что это совершенно нормально, когда его так дисциплинируют. У меня также есть идея, что Сириус и Лили всегда были друзьями с самого начала. Лили дружила со всеми Мародерами почти весь первый год, пока не начались их выходки и нелепое высокомерие, и тогда она стала воспринимать их как задир и большеголовых болванов. Но я думаю, что она и Сириус всегда были друзьями на каком-то уровне. Как и она и Римус, которые, как я знаю, сблизились из-за магловской литературы.
  Но я думаю, что отношения Сириуса и Джеймса - одни из самых важных для исследования, потому что они были братьями во всех отношениях. И я хотела показать, почему это было так важно для Сириуса и почему он любил Джеймса гораздо больше, чем других своих друзей. Не то чтобы он любил их меньше, но почему Джеймс занимал такое важное место в его сердце и как это понимать: We allbleedred - то, что Сириус сказал Регулусу - стало таким важным для него и помогло ему понять, почему он так отличается от своей семьи.
  текст:
  - "У нас у всех красная кровь, знаешь ли", - прошептал Сириус вслух про себя, вспоминая слова Джеймса. Это были слова, которыми нужно жить, и он никогда не забывал их, несмотря на то, как плохо он обращался с Джеймсом Поттером в течение следующих нескольких недель.
  Сириус вспомнил, как он провел следующие две недели, слоняясь по замку. Он редко с кем разговаривал, разве что лаял на них в гневе. Он ел в тишине, делал домашние задания в тишине библиотеки и сидел на задней парте каждого класса, не поднимая головы. Он разговаривал с Нарциссой каждые несколько дней и просил ее доложить его матери, что он без друзей, как она и хотела. Он вспомнил, каким несчастным был тот первый месяц, пока Лили, МакГонагалл и Джеймс не заставили его снова взяться за ум.
  Он пинал камни под ногами, бросая один из них в Черное озеро, засунув руки в карманы, когда порыв прохладного ветра донесся до воды. Он обернулся на звук своего имени и увидел Лили, идущую к нему.
  В отличие от Джеймса, Римуса и Питера, которые поверили ему на слово и перестали разговаривать с ним как можно чаще после его ссоры с Джеймсом, Лили продолжала приставать к нему, спрашивать, все ли у него в порядке, и напоминать, что она хороший слушатель. Каждый раз, когда он пытался оттолкнуть ее, она лишь игнорировала его и продолжала быть невероятно милой с ним.
  Он понятия не имел, почему.
  - "Сириус!" - снова позвала она, махая ему рукой. - "Тебя ищет профессор МакГонагалл".
  - "Спасибо", - сказал он, подхватил свою сумку с книгами и направился в сторону замка, игнорируя ее, когда она окликнула его.
  Ему потребовалось десять минут, чтобы найти ее кабинет, пока он шел, толкаясь ногами, и когда он постучал, ее бодрое "войдите" привело его внутрь. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел свою кузину Нарциссу Блэк, сидящую перед ее столом.
  - "Эванс сказала, что вы хотите меня видеть, профессор?" - спросил он, переводя взгляд с нее на Нарциссу, ее золотистые светлые волосы были заплетены в длинную косу, спускавшуюся по спине.
  - "Да, мистер Блэк, садитесь".
  Сириус занял место рядом со своей кузиной и улыбнулся, когда МакГонагалл предложила ему печенье.
  - "Все в порядке?" - спросил он. Он не мог понять, почему он и Нарцисса оказались здесь.
  - "Мисс Блэк пришла ко мне с беспокойством о тебе, Сириус. Она говорит, что у тебя нет друзей и что ты проводишь все свое время в одиночестве".
  МакГонагалл говорила доброжелательно, не сводя с него глаз.
  - "Это правда?"
  Сириус удивленно посмотрел на Нарциссу.
  - "Почему?"
  Нарцисса пожала плечами.
  - "Тетя Валли немного экстремальна в своих взглядах, Сириус. Я думаю, ты воспринимаешь ее слова слишком буквально".
  Сириус посмотрел на нее.
  - "Она сказала мне, что ты будешь шпионить за мной и расскажешь ей, если я сделаю что-то, что она не одобрит!"
  Нарцисса вздохнула и слабо улыбнулась ему.
  - "Я на пятом курсе. У меня нет времени шпионить за тобой, Сириус, и, честно говоря, мне все равно, что ты делаешь".
  Он выглядел приободренным.
  - "Ты... ты не хочешь?"
  - "Тебя поместили в Гриффиндор не просто так. Дружи с кем хочешь. Я ни слова не скажу твоей маме. Клянусь".
  Она встала и кивнула МакГонагалл.
  - "Присмотрите за ним, профессор".
  Сириус смотрел, как она закрывает за собой дверь, и потянулся за еще одним печеньем, тихонько поедая его.
  - "Я могу идти, профессор?"
  МакГонагалл покачала головой.
  - "Еще нет, мистер Блэк".
  Она сложила руки перед собой и некоторое время просто смотрела на него. Когда он начал неловко двигаться, она вздохнула.
  - "Сириус, твоя мама говорила тебе, что ты не должен дружить с Джеймсом Поттером, Римусом Люпином и Питером Петтигрю?"
  Сириус только кивнул, его серые глаза смотрели на нее.
  - "Они недостойны фамилии Блэк".
  МакГонагалл пробормотала себе под нос, пока говорила.
  - "Вы защищали мисс Эванс и мисс Макдональд, когда над ними издевались мистер Эйвери и мистер Розье. Вы бросились на помощь мистеру Поттеру, когда он защищал их. Ты решил не быть в Слизерине, несмотря на настояния матери, что там твое место. По-моему, это звучит как храбрость, мистер Блэк; как настоящий гриффиндорец".
  Он слабо улыбнулся ее словам и смахнул волосы с глаз, прежде чем тщательно замаскировать их.
  - "Она узнает, профессор. Если она узнает, что я защищал магглорожденную, она узнает и..."
  - "И что она сделает, мистер Блэк?"
  МакГонагалл спросила осторожно, не сводя с него глаз. Страх в его глазах, прежде чем он быстро скрыл его, встревожил ее.
  - "У меня и так с ней проблемы. Я не хочу быть в еще больших".
  - "Все время от времени попадают в неприятности. Смею предположить, что это делает жизнь немного веселее, не так ли? Я припоминаю, что несколько недель назад в "вопилере" рассказывалось о нескольких шалостях, которые вы устроили дома перед приходом в школу".
  Сириус медленно улыбнулся.
  - "Она ненавидит, когда я устраиваю розыгрыши, но это весело, и не похоже, что они кому-то навредили. Они просто заставляют меня смеяться. Но мама так злится, и я знаю, что она заставит папу выпороть - я имею в виду, посадить меня под домашний арест на все каникулы".
  МакГонагалл заметила его промах, и ее голос был мягким, когда она заговорила.
  - "Твой отец обижает тебя, Сириус?"
  Сириус пожал плечами, улыбнувшись ей.
  - "Нет, конечно, нет. Просто, знаете, обычная дисциплина, когда я плохо себя веду, а я веду себя очень часто".
  - "Сириус, ты ведь знаешь, что есть большая разница между дисциплиной и наказанием, которое вредит, верно?"
  Сириус подумал о шрамах на своей спине и покачал головой.
  - "Я знаю, профессор. Я в порядке, правда".
  МакГонагалл с минуту наблюдала за ним. Она колебалась, прежде чем заговорить, тщательно подбирая слова.
  - "Вы и Джеймс Поттер очень похожи, мистер Блэк. По тому, как вы шутили и смеялись друг с другом в первую неделю, я поняла, что вы станете большими друзьями. Что касается мистера Люпина и мистера Петтигрю, то вы все, кажется, очень хорошо ладите. У мисс Эванс всегда есть для вас улыбка, и я наблюдал за тем, как вы подталкивали их на каждом шагу. Мне бы не хотелось, чтобы вы потеряли такую замечательную дружбу из-за того, что ваша мама считает, что они вас недостойны. Каждый, кто достаточно храбр, чтобы быть выбранным для Гриффиндора, должен знать, насколько замечательным будет любой друг, которого он может завести в том же доме".
  - "Даже... даже если бы это было правдой", - сказал ей Сириус, взяв еще одно печенье, когда она предложила его.
  - "Теперь они меня ненавидят".
  Его серые глаза были полны печали, и она тепло улыбнулась ему, когда его волосы упали ему на глаза.
  - "Нет, не ненавидят".
  Она встала, обошла стол и села на стул рядом с ним.
  - "Я знаю, что иногда пойти против родителей - это очень трудный выбор. Но делать свой собственный выбор тоже очень важно. Ты должен делать то, во что веришь, Сириус. Если ты действительно не хочешь дружить с этими мальчиками, то не дружи. Но если ты отталкиваешь их только потому, что на этом настаивает твоя мама, я думаю, тебе стоит пересмотреть свое мнение".
  Она удивила его, нежно откинув темные волосы с его лица, ее глаза были добрыми.
  - "И если тебе когда-нибудь понадобится поговорить о чем-нибудь, моя дверь всегда открыта. Всегда".
  Сириус улыбнулся ей.
  - "Спасибо, профессор".
  - "А теперь иди, а то обед пропустишь".
  Сириус поднялся на ноги и схватил свою сумку, улыбнулся ей, а затем поспешил из кабинета, чувствуя себя так, словно с его груди только что сняли огромный груз. Он побежал по коридору, его ухмылка расширилась, когда он заметил впереди Лили Эванс, разговаривающую со Снейпом.
  Он схватил ее, притянул к себе и крепко обнял.
  - "Эванс!"
  Она засмеялась и обняла его в ответ, когда он крепко сжал ее.
  - "Сириус, что ты делаешь?" - воскликнула она, когда он отпустил ее и широко улыбнулся.
  - "Приятно видеть, что ты снова улыбаешься".
  - "Прости, что в последнее время я вел себя как дурак, был угрюмым и все такое. Ты была очень добра ко мне, а я этого не заслужил", - честно сказал он ей, улыбаясь.
  Снейп скрестил руки перед грудью, глядя на них двоих.
  - "Я собираюсь пойти на обед, Лили".
  - "О, хорошо - пока, Сев!" - сказала она, поворачиваясь обратно к Сириусу.
  - "Действительно, приятно видеть, что ты снова улыбаешься. Ты помирился с Джеймсом, Римусом и Питером?"
  Он покачал головой, засунув руки в карманы.
  - "Нет. Хотя я хочу - как ты думаешь, они простят меня за то, что я такой большой болван?"
  Лили пожала плечами, жестом приглашая его сесть с ней на скамейку.
  - "Я не знаю. Думаю, это зависит от того, насколько ты был придурком".
  Он улыбнулся ей, его серые глаза смотрели на нее из-под длинных ресниц.
  - "Я много думал о том, что ты сказала о том, что нужно слушать и... Я имею в виду, если бы ты все еще... Я имею в виду, ты знаешь..."
  Он покраснел и неловко сдвинулся на скамейке.
  Лили улыбнулась, потянувшись, чтобы коснуться его руки.
  - "Я с удовольствием выслушаю все, что ты захочешь мне рассказать, Сириус".
  Улыбка Сириуса расширилась, когда он посмотрел на нее.
  - "Ну, я не хочу обременять тебя своими проблемами бедного маленького богатого мальчика".
  - " Не грузись", - сказала ему Лили, скрестив ноги.
  - "У меня нет ничего более важного, чем выслушать человека, которому нужно выговориться".
  Он наблюдал за ней какое-то мгновение. Он не знал точно, почему вид ее так взволновал его. Но после выхода из кабинета МакГонагалл он увидел ее и вспомнил, как она была мила с ним, предложила ему поговорить, убедилась, что с ним все в порядке. Она была самым милым человеком, которого он когда-либо встречал, и он понял, что хочет с ней подружиться. Магглорожденная ведьма. Возможно, отчасти это было вопреки его матери, подумал он, но также и из-за нее. Она заставила его захотеть стать ее другом.
  - "На днях, когда я получил тот вопилер", - начал он, наблюдая, как ее зеленые глаза с интересом смотрят на него.
  - "Моя мама пришла в школу, чтобы поговорить с Дамблдором. Она хотела, чтобы меня немедленно исключили из Гриффиндора и перевели в Слизерин. Мы поспорили, и Дамблдор сказал ей, что Шляпа всегда помещает учеников туда, где им место. Она была в ярости. Она ударила меня, поэтому у меня пошла кровь изо рта", - сказал он ей, когда ее глаза расширились от шока. Она взяла его за руку, и он почувствовал, что она его успокаивает.
  - "Но она сказала мне, что я не могу дружить с Джеймсом, Римусом и Питером, потому что... потому что они недостойны Древнего и Благороднейшего Дома Блэков. Когда я спорил с ней, она использовала Cruc - то есть, она накричала на меня и... что ж... это почти всегда приводит к желаемому эффекту. Так что я уступил. И я оттолкнул всех. Я сделал то, что она хотела".
  Он замолчал на мгновение. Он немного оступился, но поскольку Лили была магглорожденной, ему не нужно было беспокоиться о том, что она поймет то, что он собирался сказать.
  - "Спасибо, что выслушала, Лили. Я надеюсь, что мы сможем стать друзьями".
  Лили тепло улыбнулась ему.
  - "Мы друзья, глупенький".
  Она обняла его и поцеловала в щеку.
  - "И если тебе когда-нибудь понадобится поговорить, я всегда готова тебя выслушать".
  Он обнял ее в ответ и улыбнулся.
  - "Спасибо. Мне нужно найти Джеймса, Римуса и Питера и загладить свою вину. Может быть, увидимся?"
  Она кивнула, когда он поспешил уйти, и вскоре Сириус опустился на скамейку рядом с Питером в Большом зале и улыбнулся трем первокурсникам Гриффиндора.
  - "Привет, Пит".
  Питер повернулся и удивленно посмотрел на него, его рот был полон картофельного пюре.
  - "Сириус!"
  - "Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе есть с закрытым ртом?" - спросил он, щелкнув Питера по щеке, когда картофельное пюре потекло по его подбородку.
  Питер скривился и вытер рот салфеткой.
  - "Только каждый день".
  - "Итак, что вы трое делаете сегодня днем?"
  спросил Сириус, наблюдая за ними.
  Питер нервно посмотрел на Джеймса и Римуса.
  - "Мы собираемся спуститься к озеру, чтобы насладиться солнцем, пока на улице еще тепло. Я бы пригласил и тебя, но не хочу, чтобы наша недостойность отразилась на тебе".
  Джеймс фыркнул на это и посмотрел на Римуса.
  - "Римус не очень хорошо себя чувствует, Пит, поэтому он сказал, что после обеда пойдет к мадам Помфри, так что останемся только мы с тобой".
  - "Что случилось, Римус?"
  спросил Сириус, нахмурив брови. Теперь, когда он посмотрел на него, он действительно выглядел немного осунувшимся. Его лицо было бледным и застывшим.
  - "Почему тебя это волнует? Мы же не друзья или что-то в этом роде."
  потребовал Джеймс, поднимаясь на ноги.
  - "Пойдем, Римус! Мы с Питом пойдем с тобой в больничное крыло".
  Сириус смотрел, как они уходят, и вздохнул. Ему определенно нужно было многое исправить. Через пятнадцать минут он нашел Джеймса и Питера у озера, которые катали камешки по воде, пока Джеймс тщательно инструктировал Питера, как это делать.
  Сириус засунул руки в карманы, приближаясь к ним.
  - "Молодец!" - сказал он, когда камень Джеймса проскочил восемь раз, прежде чем погрузиться под поверхность озера.
  Джеймс только посмотрел на него.
  - "Чего ты хочешь, Сириус?"
  Сириус придвинулся ближе к ним, его глаза были устремлены на озеро.
  - "Я хочу быть друзьями, если вы, ребята, меня примете".
  Питер усмехнулся на это и легонько ударил его по руке.
  - "Это все, чего мы хотели, пока ты не решил стать великим болваном".
  - "Он слишком хорош, чтобы тусоваться с такими, как мы, Пит", - сказал Джеймс, отбивая еще один камень и наблюдая, как он проскакивает шесть раз, прежде чем утонуть.
  - "Я не такой", - сказал Сириус в отчаянии.
  - "Я огромный болван, и я не заслуживаю того, чтобы вы были моими друзьями. Я понимаю, если ты не хочешь больше со мной разговаривать. Но я надеюсь, что ты передумаешь".
  - "И почему мы должны?"
  Джеймс потребовал, повернувшись, чтобы посмотреть на Сириуса, его ореховые глаза вспыхнули от гнева.
  - "Ты оттолкнул нас!"
  Сириус пинал камни у своих ног, пока говорил.
  - "Потому что я позволил маме запугивать меня тем, что я не могу дружить с вами, парнями, и я... я не хочу больше позволять ей запугивать меня".
  Джеймс на мгновение замолчал.
  - "Я рад, что ты пришел в себя".
  Сириус быстро поднял голову, его серые глаза смотрели с надеждой.
  - "Правда?"
  Джеймс улыбнулся ему и стукнул его по плечу.
  - "Нам нравится этот придурок, да, Пит?"
  Питер кивнул, улыбаясь в ответ.
  - "Да, мы любим его".
  Сириус улыбнулся им.
  - "Я надеялся, что вы, ребята, скажете это, потому что я думал устроить розыгрыш в общей комнате, и мне бы очень пригодилась помощь".
  Рука Джеймса легла на плечи Сириуса.
  - "О, я определенно в деле. Что у тебя на уме?"
  Они сразу же простили его, и это было лучшее, что когда-либо случалось с ними. Они стали его настоящей семьей. Он сделал свой второй выбор в пользу Дома Блэков, и это того стоило.
  Он бросил взгляд на часы. Гарри сегодня ночевал у Уизли, и он не собирался проводить так много времени здесь, в думосбросе, но время ускользало от него, пока он путешествовал по своим воспоминаниям. Там оставалось еще три воспоминания Снейпа, которые он еще не успел просмотреть.
  Сириус покачал головой, закрыл коробку и отправился спать. Он просмотрит их утром, когда голова будет менее туманной. Но когда он забрался в свою кровать королевских размеров, его сны не были легкими.
  Он проснулся в паническом поту, холод и темнота ползли вокруг него. Он не был уверен, было ли это потому, что он был один в доме впервые с тех пор, как Гарри переехал, или же виной всему были воспоминания, но такого сильного кошмара у него не было уже несколько месяцев.
  Он потянулся за своей палочкой, отчаянно нуждаясь в свете и благодарный Мародеру, который забрался на его кровать, чтобы прижаться к нему, скучая по своему мальчику. Он гладил питомца несколько мгновений, пока его сердце не перестало колотиться, а затем прошел в ванную и плеснул холодной водой на лицо, его тело дрожало от воспоминаний о проклятии Круциатус, поразившем его, когда его мать держала палочку. Его кошмар был лишь вспышкой: Вальбурга - Орион - Джеймс и Лили мертвы - он один в камере Азкабана - резня вокруг него, когда Питер исчез, а его сердце все еще колотилось...
  Сириус посмотрел на себя в зеркало и решил принять горячий душ, наслаждаясь теплом воды, прежде чем спуститься вниз. Он наконец-то обустроил главную ванную комнату так, как хотел: с полноценной ванной и душевой кабиной. Он немного раскошелился, но ему было все равно. После тюремного заключения он хотел иметь возможность наслаждаться собой, поддерживая чистоту. У него был большой стоячий душ, а под окном стояла большая когтистая ванна. Он расчесал волосы перед зеркалом и взглянул на часы на стойке.
  Было чуть меньше четырех, но по опыту он знал, что не заснет. Давненько ему не снились такие сильные кошмары.
  Он заварил себе чашку чая, отговорив себя добавлять в него огненное виски, и сел за стол, устремив взгляд на бутылки с воспоминаниями. С минуту он смотрел на них, затем взял следующее воспоминание Снейпа и вылил его в чашу.
  Лили сидела в библиотеке напротив Снейпа. Она корпела над концом ручки, перед ней была раскрыта трехкольцевая тетрадь, и она старательно переписывала свои записи по истории магии, сделанные накануне; по ходу дела она выделяла их разными цветами фломастеров. Она замешкалась, когда почувствовала, что кто-то смотрит на нее, и подняла глаза на забавное лицо Снейпа.
  - "Чего?"
  - "Это смешно, ты ведь знаешь это?" - спросил он ее, кивнув на блокнот.
  - "Почему?"
  Снейп закатил глаза.
  - " Ты просто переписываешь те же записи, которые сделала сегодня на уроке. Какая пустая трата времени".
  - "Это не так", - настаивает она, улыбаясь своим идеально организованным записям с цветовой кодировкой. "Это помогает мне сосредоточиться на том, что я выучила за день, и упорядочить мои записи, чтобы было легче учиться. Кроме того, так гораздо лучше, чем на клочках пергамента повсюду".
  Снейп только усмехнулся.
  - " Ты странная".
  Лили засмеялась и вытянула руки над головой.
  - "Я принимаю это".
  Она взглянула на часы и вздохнула.
  - "Уже почти комендантский час, нам пора собираться, пока не пришла мадам Пинс и не выгнала нас".
  Снейп кивнул и начал собирать свою домашнюю работу.
  - "Итак, что Блэк хотел раньше?"
  - "Хм?" спросила Лили, наклоняясь, чтобы подобрать фломастеры, которые она уронила на пол.
  - "Блэк. Он подошел раньше и обнял тебя, как будто не видел тебя несколько недель. Я думал, мы договорились, что он придурок".
  - "Он такой", - сказала Лили, вставая на ноги.
  - "Я имею в виду, он может быть таким. В последнее время он кажется каким-то одиноким".
  - "И что, вы теперь друзья?"
  подозрительно спросил Снейп.
  Лили вздохнула. Она знала, что Снейп немного опекает ее, возможно, даже слишком. Похоже, ему было трудно привыкнуть к тому, что у нее есть друзья, кроме него.
  - "Да, думаю, так и есть".
  - "Он называет меня Снивеллус", - с горечью сказал он.
  Лили нахмурила брови.
  - "Я попросила его прекратить, но если бы ты перестал быть таким ужасным по отношению ко всем, это было бы очень кстати".
  - "Я не ужасный", - воскликнул Снейп, хватая свою сумку с книгами, когда они встали.
  - " Ты совсем немного общаешься. Ты даже почти не разговариваешь с Мэри, Марлин, Дори, Диной или Кингом, когда они занимаются с нами".
  - "Они бессодержательные зануды!"
  - "Нет, это не так", - настаивала Лили, когда они выходили из библиотеки.
  - "Ты, Северус Снейп, просто сноб".
  Он фыркнул на ее слова.
  - "Ладно, может быть, немного".
  Когда она улыбнулась ему, он улыбнулся ей в ответ.
  - "Я просто скучаю по тому времени, когда были только ты и я, понимаешь? Сейчас нас обоих словно тянет в разные стороны. Эйвери и Розье считают меня глупым, что я все еще дружу с тобой, а ты заводишь все эти новые знакомства. Я просто скучаю по тому, как все было до того, как мы приехали сюда".
  - "Сев, то, что мы вдвоем заводим новых друзей, не означает, что мы не можем найти место друг для друга", - сказала она ему. - "И я тоже не слишком люблю твоих новых друзей. Они называют меня грязнокровкой".
  - "Я знаю и очень сожалею об этом!"
  воскликнул Снейп, его глаза были печальны.
  - "Я объяснил им, какая ты замечательная, но они очень твердо стоят на своем. Я попросил их никогда больше не говорить тебе такого".
  Лили кивнула, думая о том, как Джеймс и Сириус защищали ее в тот день.
  - "Было бы здорово, если бы ты смог сделать что-то в тот момент, Сев".
  - "Что? Ты хочешь, чтобы я ударил их, как это сделал Поттер? Я бы никогда не опустился до чего-то настолько неандертальского".
  - "Я не думала, что это неандертальцы", - сказала ему Лили, глядя на него из-под ресниц.
  - "Я думала, что они были очень храбрыми. И Джеймс Поттер - единственный, кто сказал мне, что означает это слово. Не ты. Ты мог бы предупредить меня, Сев".
  - "Лили, это было несколько недель назад, почему ты вспоминаешь об этом сейчас?"
  - "Это было у меня на уме, и, честно говоря, я все еще злюсь из-за этого!"
  - "Этого больше не повторится, Лили. Я клянусь. Я не позволю им причинить тебе боль".
  Снейп сказал ей отчаянно, остановившись, чтобы коснуться ее руки.
  - "Не позволю".
  Лили улыбнулась ему. Его глаза были полны отчаяния и надежды, и она вздохнула. Она знала, что он не хотел ее обидеть, но когда он не защитил ее, это причинило ей боль. Тот факт, что он пытался загладить свою вину, очень многое для нее значил.
  - "Спасибо, Сев".
  Некоторое время они шли в дружеской тишине, а затем Лили внезапно остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на него.
  - "Сев, ты много знаешь о магии и... Я знаю, что сейчас только октябрь, так что мы еще не так много узнали, но сегодня я кое-что услышала и не поняла, что это значит".
  Снейп вопросительно посмотрел на нее.
  - "Что ты слышала?"
  - "Cruc... Я не знаю остальной части слова, он - его оборвали. Это просто звучало ужасно, но я понятия не имею, что это такое".
  Глаза Снейпа расширились. Он встревоженно посмотрел на Лили, затем затащил ее в пустой класс и закрыл дверь.
  - "Круцио?"
  Когда она кивнула, он в ужасе уставился на нее.
  - "Где, Господи, ты слышала это слово?"
  - "Вокруг". Что это значит? Это ужасно?"
  Снейп кивнул, его темные глаза смотрели на нее.
  - "Ужаснее, чем вы можете себе представить. Это одно из Непростительных".
  - "Что это?"
  спросила Лили, с тревогой глядя на своего друга. Снейп выглядел испуганным, в его глазах появился жадный взгляд, когда он услышал это.
  - "Это ужасные проклятия", - сказал он ей, положив сумку на стол и откинув сальные волосы с глаз.
  - "Их три, и использование любого из них на живом человеке автоматически отправляет вас в тюрьму Азкабан до конца жизни".
  Лили поднесла руку ко рту, когда она задыхалась.
  - "Что... что оно делает?"
  Снейп посмотрел в ее расширенные от ужаса глаза. Ее голос был едва слышным шепотом, и он снова задался вопросом, где она услышала это слово.
  - "Это называется проклятие Круциатус, и это пыточное проклятие. Мама рассказывала мне, что боль от него не сравнима ни с чем, что ты можешь себе представить. Оно изгибает тело так, как не должно, причем изнутри, так что кажется, будто органы напрягаются, чтобы протиснуться сквозь кожу. Это должно быть ужасно! Вы можете умереть от него, если будете находиться под ним слишком долго, или, что еще хуже, вы можете сойти с ума. Но главное, чтобы это вообще сработало, нужно очень хотеть причинить человеку невероятную боль. Это так ужасно".
  Обе руки Лили закрывали ей рот, а по щекам катились слезы. Она быстро вытерла их и схватила сумку с учебниками.
  - "Кто мог использовать такое ужасное проклятие?"
  Снейп последовал за ней обратно в холл и пожал плечами.
  - "Я слышал, что это используется для получения информации от людей, а моя мама говорила, что, по слухам, некоторые чистокровные семьи используют это в качестве сурового наказания, но я думаю, что это полная чушь".
  Лили кивнула, стараясь не дать слезам упасть, когда они дошли до конца коридора, который означал пожелание спокойной ночи.
  - "Спасибо, что рассказал мне, Сев. Мне было просто любопытно".
  - "С тобой все в порядке, Лили? Я не хотел тебя расстраивать".
  - "Нет, нет, это не так. Просто это так ужасно, как ты и сказал".
  Она улыбнулась ему.
  - "Спокойной ночи, Сев".
  - "Спокойной ночи", - сказал он ей, повернулся и направился в сторону общежития Слизерина.
  Сириус уставился на воспоминание, его глаза расширились, когда он понял, что только что увидел. Лили попросила Снейпа объяснить ей это; вот почему она... Он закрыл глаза. Тот момент, тот единственный момент, когда он увидел ее в коридоре после разговора с МакГонагалл... когда он решил проигнорировать требования матери и подружиться с тем, с кем ему захочется. Он увидел Лили и вспомнил, как она всегда говорила ему, что она хороший слушатель, потому что он просто выложил все, что произошло... он никогда не хотел случайно упомянуть о проклятии, но это произошло.
  И как только слово "crucio" сорвалось с его губ, он обрел нового друга в лице Лили Эванс и брата в лице Джеймса Поттера.
  Это было воспоминание, которое Гарри заслуживал увидеть, подумал Сириус, поднося свою палочку к голове и осторожно извлекая ее. Он с минуту наблюдал, как оно кружится в бассейне, а затем шагнул в свое старое общежитие в Гриффиндорской башне и пережил все заново.
  Сириус стоял у своей кровати в брюках и искал в сундуке свою пижаму, спиной к двери, крича "войдите" тому, кто стучал в дверь.
  Лили вздрогнула, когда свет отразился от белых шрамов, и он повернулся.
  - "Лили, что ты здесь делаешь?" - удивленно спросил он, стягивая через голову пижаму.
  Она бросилась к нему, со слезами на глазах, и крепко обняла его.
  Сириус неловко обнял ее и крепко прижал к себе.
  - "Мы снова обнимаемся, я не против", - сказал он ей.
  Джеймс вышел из ванной и удивленно посмотрел на Лили и Сириуса.
  - "Привет, Эванс, что ты здесь делаешь?"
  Сириус пожал плечами, большим пальцем вытирая слезы с ее глаз.
  - "Эванс, правда, что происходит? Ты в порядке? Почему ты рыдаешь?"
  Она кивнула, не сводя с него глаз.
  - "Я не рыдаю! Я просто... я просто хотела сказать, что ты самый храбрый человек из всех, кого я знаю".
  Сириус нахмурил брови в замешательстве.
  - "Ты головой ударилась или что? Я не сделал ничего такого, чтобы заслужить этот комплимент!"
  Джеймс хлопнул своего друга по плечу.
  - "Принимай любой комплимент, Блэк".
  Лили отпустила Сириуса и посмотрела на Джеймса.
  - "Поттер, можно мне побыть с Сириусом наедине?"
  Джеймс кивнул, с минуту наблюдая за ними двумя.
  - "Да, конечно. Я все равно собирался принять душ".
  Он взял свои туалетные принадлежности и направился обратно в ванную, а Лили снова повернулась к Сириусу.
  - "То, что ты рассказал мне сегодня, о своей матери и о том, каким она хотела бы тебя видеть. Ты НИЧЕМ не похож на нее, Сириус Блэк".
  Он улыбнулся ей, сел на кровать и провел руками по волосам.
  - "Ну, хорошо".
  - "Я бы никогда не предала твое доверие, Сириус, в том, что ты рассказал мне сегодня. Я не знаю, знает ли Джеймс или кто-то еще?"
  Когда он покачал головой в ответ, она кивнула.
  - "Я знаю, что означает слово "crucio"".
  Слезы снова наполнили ее глаза.
  - "Твоя мама... она... она ведь не применяет это слово к тебе, правда?"
  Сириус колебался. Она снова плакала.
  - "Лили, перестань плакать, с тобой все в порядке?"
  - "О, Сириус", - сказала она, крепко обнимая его.
  - "Пыточное проклятие. Пожалуйста, скажи мне, что я ошибаюсь. Это ведь не пыточное проклятие?"
  Сириус только кивнул.
  - "Так и есть".
  - "И она использует его на тебе?"
  - "Лили, это дисциплина, когда я плохо себя веду. Все семьи так делают. Ты просто не понимаешь, потому что ты из магглов".
  Лили покачала головой, взяв его руку в свою и прижав ее к сердцу.
  - "Нет, я не понимаю этого и отказываюсь в это верить! Держу пари, если бы ты сказала это Джеймсу, Римусу и Питеру, они бы тоже этого не поняли".
  - "Джеймс из чистокровной семьи, поверь мне, Эванс, его родители применяли это к нему, когда он плохо себя вел. Держу пари, много раз. Это называется дисциплина".
  - "Шрамы на спине тоже дисциплинируют?"
  Сириус пожал плечами, вырывая свою руку из ее руки.
  - "У моего отца тяжелая рука с ремнем, ну и что. Когда ты плохо себя ведешь, тебя наказывают. Это нормально".
  - "Спроси Джеймса прямо сейчас, нормально ли это!" - потребовала она, ее голос дрожал от гнева.
  - "Он в душе".
  - "Прямо сейчас, Сириус, или я не уйду", - настаивала она, скрестив руки на груди, ее зеленые глаза пылали.
  - "Может, я и из маггловской семьи, но я говорю тебе, что ты ошибаешься!"
  Он вздохнул и закатил глаза.
  - "Хорошо, но это ты будешь выглядеть глупо".
  Он направился в ванную и позвал Джеймса.
  Джеймс вышел через несколько минут в пижамных штанах, используя полотенце, чтобы высушить волосы.
  - "В чем дело? Разве парень не может спокойно закончить душ?".
  Он схватил рубашку и натянул ее, вытирая волосы насухо.
  Лили положила руки на бедра и посмотрела на Сириуса.
  - "Спроси Поттера - сейчас же".
  Сириус закатил глаза и ухмыльнулся Джеймсу.
  - "Она убеждена, что я лгу ей, но я сказал ей, что она просто не понимает, что происходит из маггловской семьи".
  - " Понял что?" спросил Джеймс, плюхаясь на свою кровать.
  - "Дисциплина для тех, кто плохо себя ведет".
  Джеймс усмехнулся на это и почесал подбородок.
  - "По словам моей мамы, я всегда плохой. Вот, например... этим летом меня лишили права летать и запретили ходить к Зонко, а потом папа забрал мой Nimbus 1000 на целых две недели - и это была чистая пытка! По крайней мере, когда я был отстранен только от полетов, я все еще мог чистить метлу, полировать ее и все такое, понимаешь?"
  Лили ухмыльнулась, скрестив руки перед собой.
  - "Я же говорила тебе, что это ненормально, Сириус Блэк!"
  Сириус посмотрел на Джеймса в замешательстве.
  - "Так вот как твои родители наказывают тебя? Да ладно, приятель, не надо приукрашивать! Что, если ты сделаешь что-то, что они совершенно не одобрят?"
  Джеймс пожал плечами, на мгновение став задумчивым.
  - "Ну, несколько лет назад я поменял весь сахар на соль и наоборот, и мой дедушка пришел и положил соль в чай", - сказал он со смехом. "О, Мерлин, он был в такой ярости! Он схватил меня за шиворот, бросил в спальню и запер там на два часа; угрожал, что заставит меня съесть паточный пирог, мое любимое лакомство, сделанное с солью вместо сахара. Моя бабушка сказала ему, что он слишком бурно реагирует, и выпустила меня через два часа".
  Сириус выглядел бледным и медленно опустился на кровать.
  - "Но, но... это самое страшное наказание, которое ты когда-либо получал?"
  - "В основном, да", - сказал Джеймс, подумав.
  - "Когда мне было шесть лет, мы с папой были в Глазго, и я заблудился. Когда он нашел меня, он был так зол, что стал багровым, он схватил меня и тряс так сильно, что у меня болела шея, и он отшлепал меня, но потом он, знаете ли чуть, задушил меня - он так волновался, что меня собираются похитить и убить, и вообще я так счастлив, что ты в порядке, в родительской панике. Почему? Из-за чего Эванс так расстроилась и разрыдалась?"
  Сириус посмотрел на свои руки, с удивлением обнаружив, что они дрожат.
  - "Твои родители никогда... не заставляли тебя исповедоваться?"
  - "Заставил меня признаться - в чем? Я единственный ребенок, приятель, я могу винить во всем только собаку", - сказал Джеймс со смехом.
  Лили коснулась руки Сириуса.
  - "Ты должен сказать ему".
  Она поцеловала его в щеку.
  - "Увидимся утром".
  Он кивнул и смотрел, как она уходит, а Джеймс подошел и сел на кровать своего друга.
  - "Дружище, правда, о чем это Эванс? Все в порядке?"
  Сириус колебался, все еще глядя на свои руки, удивленный тем, что они дрожат.
  - "Ты... в ту первую ночь ты спросил меня о спине?"
  На кивок Джеймса он закрыл глаза.
  - "Я надел любимое мамино жемчужное ожерелье на одну из установленных в холле голов домовых эльфов, и папа отстегал меня за это. Он сделал так, что из его палочки появился длинный кожаный ремень, и ударил меня так сильно, что... с меня слетели куски кожи. Меня вырвало. Это был не единственный раз".
  Джеймс обнял друга за плечи, но ничего не сказал.
  - "Сегодня я рассказывал Лили, что моя мама заставила меня пообещать, что я перестану дружить с вами, парнями, потому что вы недостойны фамилии Блэк, и как моя кузина Нарцисса помогла мне понять, что я решил быть в Гриффиндоре, чтобы я мог сам выбирать себе друзей, и моя мама не может меня остановить", - сказал он, украдкой взглянув на Джеймса, который наблюдал за ним, его ореховые глаза были полны грусти.
  - "Мой папа может быть плохим, когда злится, но моя мама - настоящая... Когда она пришла в школу, чтобы потребовать, чтобы Дамблдор удалил меня из Дома Гриффиндор, она была еще злее, когда я отбился от Империуса. Я уже почти год могу его сбросить, и ее бесит, что она не может меня контролировать, поэтому она...", - он закрыл глаза, запнувшись. - "Она использует Круциатус".
  Джеймс задохнулся, но промолчал.
  - "Я случайно упомянул об этом мимоходом Лили, и она узнала, что это такое, и вот так... Мама сказала мне, что все используют это на своих детях. Что... что это клеймо настоящего Блэка, если я не закричу", - тихо сказал Сириус. - "Твои родители никогда...?"
  - "Нет", - мягко сказал Джеймс, осторожно поглаживая плечо друга. - "Нет, приятель, они никогда бы не стали. Мне так жаль."
  Он пожал плечами.
  - "Не о чем сожалеть, приятель. Как я уже сказал, я думал, что это нормально".
  Джеймс слегка сжал плечо Сириуса. Он молчал несколько минут, а когда заговорил, его голос был тихим, едва превышающим шепот.
  - "Я рад, что Эванс была рядом, чтобы выслушать, но ты всегда можешь поговорить со мной. Всегда".
  Он одарил его яркой улыбкой и схватил свою палочку, порезав себя по всей ладони.
  - "Этим я объявляю нас кровными братьями. Мы всегда будем рядом друг с другом, несмотря ни на что".
  Он протянул руку, и Сириус уставился на него.
  Затем Сириус своей палочкой порезал ему руку, и они соеденили ладони.
  - "Всегда".
  Сириус улыбнулся Джеймсу: его кровь смешалась с его кровью, и впервые за одиннадцать лет он почувствовал, что он дома.
  Братья... Сириус всегда чувствовал, что Джеймс - его брат.
  В тот день в начале октября в первый год обучения в школе Джеймс сделал его кровным братом, и с того момента он никогда ничего от него не скрывал. Джеймс знал, из какой семьи он вышел, но Сириус сделал все возможное, чтобы Джеймс не узнал о его трудных летних каникулах. После того последнего лета перед приездом Регулуса в Хогвартс Сириус редко возвращался домой, проводя как можно больше времени вдали от семьи.
  Братья, подумал он, улыбаясь.
  Он нахмурился, вспоминая воспоминание о Снейпе и Лили в библиотеке, которое дал ему Снейп. Это казалось странным воспоминанием для Снейпа, но вопросы, которые Лили задавала ему в октябре первого года обучения, она продолжала задавать и позже, и, возможно, именно поэтому он счел нужным поделиться ими.
  Он забрал у Снейпа два последних воспоминания, когда рассвет приблизился к горизонту, он закрутил палочку в вещество и скользнул в воспоминания...
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"