Аннотация: Вставки от лица Снейпа. Конец седьмого года, без Рона.
Глава 28: Глава двадцать восьмая: Северус Снейп - Часть первая
Резюме:
Пожалуйста, поприветствуйте Снейпа в этой истории - в этой главе рассказывается о его участии в войне.
Я знаю, что он не всем нравится, но его описание от первого лица будет иметь решающее значение для завершения истории, установления связи между точками зрения и ответов на многие вопросы, связанные с сюжетом.
Записи:
Джоан Роулинг и любые другие соответствующие аффилированные лица, очевидно, владеют правами на Гарри Поттера и вселенную Гарри Поттера. У меня нет ничего, кроме вставленных оригинальных персонажей / концепций сюжета. Я не зарабатываю на этом денег. Это просто фанатская работа.
Я хотел бы выразить огромную благодарность замечательным людям, которые согласились помочь мне просмотреть предыдущие главы, чтобы выявить все досадные ошибки, которые я больше не вижу. Спасибо вам: Amelia_Davies_Writes, GalaxyNightangale и всем остальным, кто указал на мои грамматические ошибки через discord.
И огромное спасибо Греке за то, что согласилась прочитать и протестировать новые главы, Джинни за то, что помогала мне воплощать идеи в жизнь, пока я работал над этим чудовищем, и Инви, которая уже несколько раз не давала мне удалить эту историю. Я очень ценю вашу помощь.
Текст главы
Как и все последующие главы о Снейпе от первого лица, эта глава посвящена Пушистику Пандашипу, который является маяком света в моей жизни. Ты замечательный человек, и ты приносишь в мой мир больше радости, чем можешь себе представить. Изначально я не собирался писать эту историю от лица Снейпа. Не потому, что не хотел (отнюдь), а потому, что изначально эта история должна была быть намного меньше, чем сейчас. Однако ситуация изменилась - и по мере того, как эта история разрасталась, мне стало интересно дополнить ее и дать более реалистичное изображение войны с разных точек зрения. Ваше предложение включить изображение Снейпа от первого лица вдохновило меня и помогло еще немного развить и углубить сюжет. И, надеюсь, это придаст больше смысла некоторым другим второстепенным персонажам.
Похоже, что эта история будет развиваться и дальше, пока не будет рассказана именно так, как я хочу.
***
Предупреждения:
В этой главе рассказывается о пытках, убийствах и о том, что Волдеморт, как правило, плохой парень.
Мы не написали ничего лишнего или шокирующего, но кому-то эта глава может показаться сложной и/или расстраивающей при чтении. Поэтому я поместил краткое содержание из двух предложений в конце главы, чтобы вы могли пропустить его, если хотите.
Текст:
Сентябрь 1997 года
Хогвартс
Впервые, возможно, за всю историю Хогвартса, в Большом зале во время ужина царила тишина.
Хотя это совершенно не помогло снять напряжение, которое испытывал каждый из сидевших там людей. Если уж на то пошло, тишина только усугубила ситуацию. Каждый звон бокала, каждое движение тарелки и каждый скрежет ножа эхом разносились по залу, когда студенты старались не поднимать головы во время еды и не смотреть куда-либо в сторону главного стола. То есть все, за исключением исключительно раздражающей и вызывающей проблемы рыжеволосой, которая продолжала сверлить его взглядом. Он был совершенно уверен, что она за весь вечер не притронулась ни к одному кусочку своей еды.
Как она могла?
Она сидела неподвижно, как доска, сжимая вилку с такой силой, что та начала гнуться и впиваться в стол. С таким яростным взглядом, каким она смотрела на него, мог сравниться только этот идиот Лонгботтом. Он откусывал кусочек от своей еды, бросал прищуренный взгляд на сидящих во главе стола, а затем повторял процесс. Они вдвоем уже доставили ему больше неприятностей, чем нужно - организовали проникновение в его кабинет и попытались украсть меч Гриффиндора, фальшивый меч, заметьте, но никто об этом не знал. Они тоже почти добились своего. Если бы он не поймал их на лестнице, когда они выходили, у них бы все получилось. Если это и было каким-то признаком того, как пройдет оставшаяся часть учебного года, то Снейп уже потерял терпение.
Не то чтобы он не понимал ненависти, почему она была направлена на него, и почему ученики боялись пикнуть во время еды. Шла только третья неделя учебы, а Кэрроу уже установили рекорд по наибольшему количеству наказаний, когда-либо назначавшихся после уроков. Снейпу было бы все равно, если быть честным, студенты были маленькими страшилищами, и многие из них заслуживали наказания, но проблема заключалась в том, какие наказания предписывали Кэрроу.
Их жестокая, садистская натура была изобретательной даже по стандартам пожирателей Смерти. Так что, если его жизнь и без того была недостаточно трудной из-за слежки за Поттером, Грейнджер и рыжеволосой обезьяной, то теперь ему приходилось справляться с жестокостью Кэрроу и не давать им убивать, калечить или умственно истощать учеников.
До сих пор ему удавалось держать ситуацию под контролем, предотвращать серьезные травмы и даже назначать несколько отработок Хагриду, которому он доверял безопасность учеников. В худшем случае, он знал, что сможет наложить Империус на Кэрроу, а затем стереть им память, чтобы предотвратить любые ужасные задержания или опасные для жизни ситуации, но он надеялся избегать этого как можно дольше. Это было бы рискованно, и остались бы улики, которые вызвали бы подозрения. Даже студенты начали бы сомневаться в нем, если бы он не позволял Кэрроу быть в какой-то степени ужасающими - все дело в равновесии.
Прямо сейчас он ожидал, что взгляды, которыми обменивались двое гриффиндорцев-защитников, были как-то связаны с тем, что этот молодой блондинчик вырезал слово "болван" на тыльной стороне своей ладони. Кэрроу, очевидно, нашли коллекцию уникальных перьев, тех самых, которые нравились Амбридж на пятом курсе, и они им понравились. Но сейчас это волновало его меньше всего. Порезы заживут, и не будет никаких других длительных повреждений или последствий черной магии. Так что, хотя это и было болезненно, ученикам оставалось только стиснуть зубы и терпеть.
Снейп бросил сердитый взгляд на гриффиндорский стол, и ему было приятно видеть, что все, кто украдкой поглядывал на него, снова уткнулись в свои тарелки. Все, кроме рыжеволосой. Если она не будет осторожна, то погибнет, и он ничего не сможет сделать, чтобы остановить это. Хотя ему не нравилась идея убивать студентов или позволять им умирать, он всегда знал, что в какой-то момент, когда война достигнет своего апогея, это станет вполне реальной возможностью. Все, что планировал Дамблдор, достигло апогея, и теперь он остался один расхлебывать кашу, ежедневно переживая последствия ошибки, которую совершил семнадцать лет назад.
Ошибки, о которой он будет сожалеть каждую секунду каждого дня до конца своей жалкой жизни, пока неизбежно не погибнет на этой войне.
Он всегда знал, что все закончится одним из трех способов: тюрьмой, смертью или проживанием своей печальной жизни в одиночестве. Но по мере того, как развивались события и шло время, третий вариант казался менее вероятным. Он слишком много сделал, слишком много видел и был виновен в слишком большом количестве преступлений, чтобы когда-нибудь его имя было очищено и ему позволили жить нормальной жизнью вне этой войны.
После убийства Дамблдора первый вариант тоже отпал. Люди хотели заполучить его голову. Они хотели, чтобы он заплатил за то, что сделал, и они бы никогда не позволили ему сгнить в Азкабане. Это оставляло ему только одну последнюю возможность, и, как ни странно, он ждал ее с нетерпением. Он с нетерпением ждал смерти; было бы неплохо хоть раз обрести покой.
Кроме того, он не заслуживал того, чтобы прожить остаток своей жизни после того, что натворил. Было бы лучше, если бы его время истекло. Единственное, что оставалось неизвестным, - это как и когда это произойдет. Его единственным последним желанием было увидеть падение Темного Лорда, прежде чем он испустит последний вздох. Это было единственное, о чем он просил.
Он снова уставился в свою тарелку, решив не обращать внимания на девчонку Уизли и вместо этого порассуждать, стоит ли ему есть остывающий картофель. Ничего привлекательного в нем не было. Из-за стресса у него почти не было аппетита, и он с трудом доверял тому, что ему подавали. Если бы не магические свойства Хогвартса, связывающие домашних эльфов так, что они физически не могли отравить его, они бы уже сделали это. Тем не менее, по еде, которую они ему прислали, было ясно, что они недовольны.
Однажды он получил кусок торта, на котором красной глазурью было написано слово "предатель". Несомненно, это было от Добби - эльф был смелым и преданным эльфом.
"Выглядит уместно", - подумал он, мысленно закатывая глаза, но сохраняя бесстрастное и непроницаемое выражение лица. Просто еще один способ искупить свои грехи - голодание.
Он положил вилку обратно на стол, решив, что лучше не рисковать. Он просто приготовит себе что-нибудь перекусить, когда вернется в апартаменты директора, - ничего лучше простых тостов на ужин третий вечер подряд.
Когда трапеза, наконец, закончилась и студенты начали расходиться по своим комнатам, Снейп быстро встал, обходя Макгонагалл. Она смотрела на него со смесью эмоций - грустью, разочарованием и гневом. Это не улучшило его настроения. Вероятно, это был пункт номер один в его списке из всего, что он ненавидел в возвращении в Хогвартс после убийства Дамблдора, - предательские взгляды, которые бросали на него коллеги-преподаватели. Не то чтобы они когда-либо были близки. Блядь, он даже не был дружелюбен с большинством из них. Последние семнадцать лет он провел, работая на двух работах, выполняя приказы Дамблдора и играя определенную роль. У него никогда не было времени или возможности завести друзей или построить свою жизнь. Это была его роль, это была его жертва, и он принял ее.
Но их недовольные взгляды и перешептывания о его предательстве казались еще одним грузом, добавленным к постоянно растущему грузу, который он нес на своих плечах.
Из всех профессоров он больше всего сожалел о том, что солгал Макгонагалл.
В прошлом она всегда поддерживала его и относилась к нему по-доброму, несмотря на его неприятный характер и ужасные качества. Он знал, что не был хорошим человеком, никогда им не был, но и не был таким плохим, каким его все считали. Хотя, он полагал, что то, что все они теперь ненавидели его, было свидетельством его работы в качестве двойного агента. По крайней мере, до сих пор его миссия была успешной, даже если временами она была изнурительной и трудной.
Он опасался, что ему будет все труднее и труднее выполнять ту роль, на которую его назначил Дамблдор, если его коллеги продолжат выражать свое недовольство и явно восстанут против него и Кэрроу. Их постоянная потребность помогать становилась его самой большой проблемой, и это еще больше усложняло его и без того чрезвычайно сложную работу. Если бы они не были осторожны, их головы тоже оказались бы на плахе, прямо рядом с головами девочки Уизли. Он может быть правой рукой Темного Лорда, но он мог сделать не так уж много.
Он ворвался в кабинет директора и закрыл за собой дверь. Он ненавидел эту комнату. Он ненавидел все, что было в этом проклятом кабинете, особенно портреты, которые постоянно наблюдали за происходящим и критиковали его. Они были кучкой любопытных старикашек, которым нечем было заняться, кроме как подслушивать и выкладывать свои два цента, когда этого не требовалось. Слава Мерлину, они были связаны с Хогвартсом и исполняющим обязанности директора, поэтому не могли предать огласке разговоры, происходившие в этой комнате. Хотя, как правило, это был всего лишь один портрет, который беспокоил его больше всего...
- Северус, нам нужно кое-что обсудить, - донесся до него знакомый голос Дамблдора со стены справа от его огромного письменного стола.
Ах да, подумал Снейп, подходя к столу и вешая свой сюртук на спинку стула. Он почувствовал, как в нем разгорается сарказм, и повернулся, чтобы посмотреть на портрет. Вот он - мой самый любимый портрет из всех.
- что? - Спросил Снейп резким тоном. Он знал, что это было частью его работы, но постоянные просьбы Дамблдора или необходимость поболтать, даже после смерти, были лишь еще одним напоминанием о его жизненных ошибках.
- Мальчик Уизли, - подсказал Дамблдор. - Он ушел, как я и ожидал.
- И что вы хотите, чтобы я с этим сделал? - Спросил Снейп, облокотившись на стол и приподняв бровь. Его взгляд метнулся вправо, и он не удивился, увидев Финеаса, гордо стоящего в своей позе рядом с Дамблдором. Он явно собрал какую-то новую информацию об этой троице и разговаривал с Дамблдором, пока того не было в кабинете. - Сходи за ним и верни его друзьям? Может, мне тоже завязать ему шнурки? Может быть, дать им троим инструкцию по эксплуатации, или мне следует просто полностью разрешить эту войну самому?
- Северус, не нужно язвить, - спокойно сказал Дамблдор, что только еще больше разозлило Снейпа. - Ты же знаешь, что они должны справиться с этой частью самостоятельно. Я ожидал, что Рон уйдет; просто, похоже, Гарри и Гермиона восприняли это немного иначе, чем я ожидал.
- Ну, а чего ты ожидал от них? Погнаться за ним? Мальчик - идиот, даже больший, чем Поттер, и это о чем-то говорит. Он нужен им, чтобы закончить задание? - Спросил Снейп, чувствуя, как его раздражение продолжает расти. Его бесконечно раздражало, что Дамблдор до сих пор не раскрыл, над какой задачей они работали. Единственное, что он знал, это то, что это было важно для победы над Темным лордом. Однако знание этой информации только мешало уснуть, потому что доверить группе детей задание, которое якобы могло склонить исход войны в их пользу, было нелепо.
"Блестящая стратегия, Дамблдор", - с раздражением подумал он, когда начал выходить из себя. Просто блестящая.
- Ну, - Дамблдор на мгновение замолчал и, казалось, обдумывал ситуацию. - Не совсем, хотя вместе они сильнее, чем порознь. Полагаю, нам просто нужно подождать и посмотреть, что предпримет Рон, хотя я надеюсь, что со временем он вернется.
- Отлично, - сказал Снейп, оттолкнулся от стола и направился к двери в углу кабинета, которая вела в его личные покои.
Это было единственное место, где он мог по-настоящему побыть один, единственное безопасное место, где он мог высказывать свои мысли вслух или спать так, чтобы никто не подслушивал и не наблюдал за его действиями. Это была одна из немногих вещей в работе директора, которая ему действительно нравилась, - небольшая защищенность его собственной квартиры, куда он мог уединиться после долгих дней и ночей, проведенных за игрой вдвоем. Простой холст звал его по имени, и в данный момент у него не было возможности сидеть и слушать, что говорит Дамблдор, поскольку он притворялся полезным, но на самом деле вообще ничего ему не говорил.
- Теперь, когда мы с этим разобрались, - усмехнулся Снейп, направляясь к двери.
- Северус, подожди, - позвал Дамблдор. - Нам нужно обсудить, как доставить им меч Гриффиндора...
- И что именно вы хотели бы обсудить по этому поводу? - Снейп практически сплюнул сквозь зубы, возвращаясь к надоедливому портрету. Он был всего в нескольких шагах от тишины и покоя, и ему отчаянно хотелось немного поспать, прежде чем его снова вызовут в Малфой-мэнор. На прошлой неделе его вызывали дважды, и каждый раз он возвращался в школу только после 4 часов утра. У него не было сил разбираться с этим прямо сейчас. - Мы не знаем, где они, что несколько затрудняет доставку меча, и я хотел бы напомнить вам, что именно вы отказались сообщить мальчику что-либо полезное - или Грейнджер. У нее, по крайней мере, есть какие-то мозговые клетки. Вы могли бы предоставить ей информацию. Возможно, сказал ей, что Финеас не был шпионом Темного Лорда, что он мог бы стать связующим звеном между вами. Они были невероятно осторожны и никогда не выдавали своего местонахождения, пока он был на свободе - по крайней мере, из-за того, что он не пытался...
- Спасибо вам...-- пропищал Финеас, слегка выпятив грудь и быстро кивнув, прежде чем Снейп продолжил.
- Самое большее, что я могу сделать, - это попытаться зачаровать портрет, чтобы он услышал, когда откроют сумку, пока он еще внутри. И, как вы, наверное, помните, вы отказались позволить мне установить слежку за мальчиком. Итак, скажите мне, Дамблдор, что именно вы хотели бы обсудить? Как именно вы хотите, чтобы я доставил меч? Может, мне попробовать отправить его им по почте? Отправить с совой? Может, дать объявление в маггловскую газету под названием "подержанный меч, бесплатная доставка"?
Дамблдор хмуро посмотрел на него со своего портрета, складка между его бровями стала глубже, прежде чем он поправил очки-полумесяцы на переносице. Поведение Снейпа явно не произвело на него впечатления, и он был недоволен тем, как прошел разговор.
- Я вижу, что сейчас не самое подходящее время, - тихо сказал Дамблдор. - Давай поговорим завтра, Северус, и постарайся немного отдохнуть.
- С нетерпением жду этого, - процедил Снейп сквозь стиснутые зубы, поворачиваясь и сокращая расстояние до двери.
Сжав кулаки, он взялся за ручку другой рукой. Дамблдор был одним из немногих людей, которые могли довести его до физического проявления эмоций - Мародеры были единственными, кому удавалось делать это регулярно. Едва он переступил порог и вздохнул, как почувствовал знакомое жжение на левом предплечье.
Звонок от Темного Лорда.
- Да мать твою, - сердито сказал он, развернулся и ворвался обратно в кабинет директора, остановившись лишь на мгновение, чтобы схватить свой сюртук. Он аппарировал прежде, чем Дамблдор успел снова открыть рот.
***
- А-а-а, Северус, как хорошо, что ты присоединился к нам.
Мурлыкающий голос Люциуса заставил Снейпа внутренне закатить глаза, хотя он сохранял невозмутимое выражение безразличия, когда повернулся к Малфою. Он прибыл в Поместье всего через несколько секунд после того, как его тело начало гореть, и, надев сюртук, прошел через ворота и направился по длинной подъездной дорожке к поместью. Его раздражало, что он все еще не мог аппарировать прямо в дом, но это право было предоставлено только Малфоям и Темному лорду. Поэтому ему потребовалось целых пять минут, чтобы добраться от калитки до входной двери. По крайней мере, ему не пришлось стоять снаружи, как остальным пожирателям смерти, и ждать, пока кто-нибудь впустит его. Темный Лорд настоял на том, чтобы ему разрешили приходить и уходить, не дожидаясь, когда он окажется на территории.
Сегодня вечером он не успел сделать и четырех шагов по фойе, как слева подкрался Люциус. Снейп знал, что он здесь; его просто бесило, что этот человек говорит так, будто у него есть выбор.
Конечно, я бы присоединился к вам. Что за невероятно идиотские слова, подумал Снейп, сокращая расстояние между ними.
На первый взгляд, Люциус выглядел безупречно, как всегда. Дорогие мантии, новые туфли, классическая ухмылка Малфоя, расплывшаяся на его чересчур красивом лице, когда он стоял, стараясь казаться выше своего роста, - желая продемонстрировать всем, кто входил, свое чувство собственности на свой дом, хотя все знали, что он давно утратил его из-за Темного лорда.
- Люциус, - медленно произнес Снейп, окидывая взглядом стоящего перед ним человека и подмечая все мелкие детали, которые тот пытался скрыть.
Небольшая складка на воротнике его рубашки, небольшая потертость на новом ботинке, микроскопический блеск под глазами выдавали то очарование, с помощью которого он скрывал темные круги, а тусклость волос, которой обычно не было, свидетельствовала об ухудшении его здоровья. Да, Люциус Малфой испытывал стресс, хотя Снейп полагал, что этого следовало ожидать. В конце концов, Темный лорд наводнил дом этого человека за последний год и предъявлял невероятные требования к его семье.
- Сегодня вечером мы встретимся в гостиной на втором этаже, - сказал Люциус, направляясь к большой лестнице справа от них.
От Снейпа не ускользнуло легкое подергивание правого глаза Люциуса, и он собрался с духом. Несмотря на то, что он был отстранен от своих эмоций, ему не нравились ночи, подобные сегодняшней. Подергивание выдало его. Темный лорд привел в Поместье компанию, и он подозревал, что ночь будет долгой.
Ничего не говоря о своих чувствах, он последовал за Люциусом вверх по лестнице. Когда они подошли ближе, он услышал еще несколько голосов - Беллатрисы, конечно же, она ни за что не пропустила бы веселую ночь, и Червехвоста, который, вероятно, собрал гостей.
Когда он вошел в комнату, то заметил двух других похитителей рядом с Червехвостом. Нарцисса тоже была там, она тихо стояла у левой стены и выглядела такой же измученной, как и ее муж. Затем был сам Темный Лорд.
Сколько бы раз Снейп ни видел его, от этих кроваво-красных глаз у него всегда пробегали мурашки по спине и кровь стыла в жилах. Снейпу не было стыдно признаться, что он боится Темного Лорда - было бы глупо не бояться. Этот человек, если его вообще можно было так назвать, был злым, деспотичным, безжалостным и просто отвратительным. Снейп перевел взгляд на центр комнаты. Кто-то убрал длинный стол, и перед ними сидели гоблин, Марли, аптекарь из Годриковой лощины, Герберт, герболог из "Плесени на стене", и Дин Томас, бывший студент Хогвартса. Каждый из них был привязан к стулу, и все они выглядели оборванными.
- Се-еверус, - прошипел Волдеморт, и его плоское лицо исказилось в злобной улыбке, когда Снейп вошел в комнату и встал справа от Люциуса. - Рад, что у тебя получилось - теперь мы можем начать. Как ты знаешь, мы заинтересованы в получении контроля над поставками. Несколько теплиц уже присягнули на верность, и мы пришли к соглашению с большинством аптекарей.
Снейп кивнул. Он уже знал эту информацию, и он знал, что под "соглашением" Темный лорд подразумевал, что они уже убили одного владельца аптеки и похитили жену другого, пока тот не согласится сотрудничать. Когда имеешь дело с Темным Лордом, не существует такого понятия, как сделка - он так или иначе получает то, что хочет. Вопрос был лишь в том, сколько времени это займет или сколько ты готов потерять, пока не отдашь ему это.
- Я рад представить Марли, владельца аптеки в Годриковой лощине, и Герберта, управляющего одной из крупнейших теплиц. Мы уже некоторое время заинтересованы в заключении с ними сделки.
Они не смогли их найти.
Марли ушла в подполье и провела последние несколько недель, тайно распространяя свои товары. Герберт укрылся в своей подземной теплице, оказывая ожесточенное сопротивление, пока, наконец, оборотни под командованием Беллатрисы не смогли пробиться внутрь. Дину повезло. Темный лорд еще не назвал его по имени, так что он все еще мог пережить эту ночь. Скорее всего, он был схвачен случайно примерно в то же время, что и Гоблин, так что, возможно, ему удалось избежать незначительных пыток, прежде чем его отправили в подземелья Малфоев. Он заметил, как Дин взглянул на него. Его щека была в синяках и ссадинах; он пытался поймать взгляд Снейпа, но у него хватило ума держать рот на замке.
Снейп подавил вздох. Он ничего не мог с этим поделать. Было бы прискорбно, если бы Темный Лорд решил убить Дина, но он не смог бы вмешаться. Это снова была бы Чарити Бербедж и еще один груз, который лег бы на его плечи.
- Я тебе не помогаю, - выплюнула Марли, ее глаза расширились от гнева, и она потянула за ремни на своем стуле.
"Очевидно, не все здесь такие умные", - подумал Снейп, вздохнув про себя, когда взгляд Темного лорда метнулся прямо к Марли. Если бы Марли была умнее, она бы сотрудничала - или, по крайней мере, делала вид, что сотрудничает. Она могла бы саботировать поставки пожирателям смерти, работать в подполье с остатками Ордена или, по крайней мере, оставаться в живых до окончания войны, а затем помогать в восстановительных работах, которые, несомненно, потребуются.
Теперь ее судьба была практически решена.
- Неужели это так? - Тихо спросил Волдеморт. Его красные глаза практически светились в полумраке комнаты, когда он шагнул к ней.
Снейп заметил, что женщина заметно вздрогнула; ее нижняя губа задрожала от близости Темного лорда, а глаза расширились от страха. Тем не менее, он поаплодировал ее мужеству, когда она вздернула подбородок и вызывающе посмотрела на Темного Лорда. Жаль, что ее храбрость пропала даром.
- Да, - ответила она с гордо поднятой головой. Если она думала, что ее просто будут держать в плену, то жестоко ошибалась. Темный Лорд не брал пленных, если они не представляли какой-то ценности, а несговорчивый владелец аптеки не представлял никакой ценности. Ее заменили бы кем-то другим, более подходящим для выполнения роли, запланированной Темным лордом.
- И что бы подумала об этом твоя семья? - Прошипел Волдеморт ей на ухо, когда она задрожала всем телом.
Ему всегда нравилось вторгаться в личное пространство людей и раздвигать их границы; он знал, как им от этого неуютно. Он знал, как сильно люди боялись его, боялись его внешности и были возмущены тем, как он двигался и говорил. Он подпитывался их страхом, жаждал отвращения и удовлетворял свое властолюбивое эго за счет их реакции. Чем больше вы реагировали, тем больше он брал.
- У меня нет семьи.
Волдеморт откинулся на спинку стула и посмотрел на Нарциссу, которая кивнула в знак подтверждения. Помимо других задач, она отвечала за сбор данных о ключевом персонале - годы жизни в высшем обществе, знакомство со сплетнями, знакомство со всеми в волшебном мире и их наследием стали ее мастерством на войне. Кто бы мог подумать, что такая эгоистичная, материалистичная и тщеславная женщина, которую интересовало только самосохранение, станет столь высокопоставленным членом окружения Темного Лорда? Она уже давно превзошла роль Люциуса и пользовалась уважением пожирателей смерти, а Темный лорд доверял ей, несмотря на то, что у нее самой не было метки.
Она ненавидела это; Снейп знал. Она доверилась ему несколько месяцев назад.
Осознание того, что ее информация часто была решающим фактором в том, выживет человек или умрет, давило на нее тяжелым грузом. Это начало разъедать ее душу и менять ее как личность. Конечно, не помогло и то, что многие из смертей произошли в ее доме, испачкав полы как в прямом, так и в переносном смысле. То, что здесь произошло, никогда не будет стерто, и она сказала, что беспокоится о том, что никогда больше не будет чистой.
Будучи богатым чистокровным человеком, было легко поверить, что ты лучше всех остальных, осознать свое превосходство, согласиться с предвзятыми учениями своей семьи и поддержать правое дело. Но когда ты это увидел, все стало по-другому. Все было по-другому, когда это происходило в твоем доме, когда кровь проливалась на твой мрамор - когда она была на твоих руках, потому что ты нажал на спусковой крючок и дал добро. Все было по-другому, когда они вовлекли в это твоего сына и попытались обагрить кровью и его руки. Нарцисса на собственном горьком опыте поняла, что иногда то, о чем ты думаешь, на самом деле не так, как оно есть на самом деле, и, возможно, она ошибалась.
- Тогда нам больше не о чем говорить, - сказал Волдеморт, переводя взгляд на Марли. - Круцио.
Женщина громко закричала. Звуки вырывались из ее горла, как осколки стекла, когда она вцепилась в ремни, удерживающие ее на стуле. Ее конечности пытались вырваться, но они были привязаны к стулу и не могли двигаться, поэтому все сиденье вибрировало. Глаза Дина расширились от этого звука, но он тут же закрыл их и отвернулся. В пытках не было необходимости. Темный Лорд больше не будет задавать ей вопросов или просить о помощи. Он убьет ее. Он делал это, потому что хотел, потому что мог, и чтобы показать Герберту, что его ждет, если он откажется сотрудничать. Темный Лорд никогда не дарил легкой смерти, потому что это было бы милосердно, а предатели крови заслуживали боли и мучений.
Сначала ты страдал, и только потом он убивал тебя.
- Авада Кедавра.
Это слово было произнесено так обыденно, что, если бы не яркая вспышка зеленого, можно было бы подумать, что ничего не произойдет. Это было похоже на завершение обычной беседы. Но Марли застыла на своем стуле. Крики мгновенно прекратились, хотя Снейп все еще слышал, как они эхом отдаются в его голове. Даже если бы он вернулся в подходящее время, он сомневался, что смог бы отдохнуть этой ночью.
- Герберт. - Волдеморт повернулся и направился вдоль ряда стульев к крупному мужчине в конце, ближайшем к Нарциссе. - Насколько я понимаю, у вас есть дочь?
Нарцисса кивнула еще раз, когда Темный лорд взглянул на нее, ожидая подтверждения. От Снейпа не ускользнуло, как дернулась ее левая рука, когда она теребила мантию. Дети влияли на нее больше всего. Ей было труднее всего отделиться от них.
- Я хотел бы предложить новую деловую сделку, - сказал Волдеморт, наклоняясь к мужчине и одаривая его опасной улыбкой. - Соглашение о поставках.
- Да, - сказал Герберт; его глаза были полны слез, а руки, прижатые к спинке стула, дрожали. - Да, для нас было бы честью заключить сделку на поставку.
Очевидно, что знания о том, что Темному Лорду известно о его спрятанной дочери, было достаточно, чтобы сломить этого человека - в сочетании с тем, что рядом с тобой пытали и убивали друга. Марли и Герберт работали вместе в отделе поставок зелий более пятнадцати лет, и Лина, дочь Герберта-сквиб, была его гордостью и радостью, которую он пытался скрыть, когда три года назад начали сгущаться тучи войны.
- Хорошо, - сказал Волан-де-Морт, поворачиваясь и направляясь к Нарциссе. - Поместите остальных в подземелья, не портите их - они могут нам понадобиться позже из-за их связи с Поттером и знаний о Гринготтсе. Договоритесь с Гербертом о регулярных поставках, как и договаривались.
- Да, милорд, - кивнула Нарцисса, не поднимая головы, без сомнения, скрывая свои эмоции.
- Люциус. - Волдеморт повернулся к блондину, движение было медленным и опасным. Его тело практически скользнуло по полу, как у змеи. Он остановился перед Люциусом, слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Его убийственный взгляд был устремлен на мужчину рядом со Снейпом, который в данный момент изо всех сил старался не дрожать. Затем он снова заговорил, понизив голос так, чтобы слышали только Снейп и Люциус. - Постарайся на этот раз не разочаровать меня. Поставки требуются каждый месяц, и я ожидаю, что вы проверите наличие товара на складе, прежде чем отправлять его.
- Да, милорд. - Люциус поклонился так же, как Нарцисса, хотя его голос звучал не так уверенно. Он уже довольно долго подвергался гневу Темного Лорда. Честно говоря, было удивительно, что этот человек вообще еще жив.
- Северус, как только прибудет первая партия припасов, мне нужно, чтобы ты приготовил еще сыворотки правды и доставил ее в обычное место. Его взгляд метнулся к Снейпу, но он остался стоять перед Люциусом, вторгаясь в личное пространство мужчины и наслаждаясь ощущением дискомфорта, исходящим от его изможденной фигуры.
- Да, милорд, - повторил Северус, как и все остальные, склонив голову.
- Беллатриса! Отдай должное Герберту за то, что он потратил наше время в оранжерее и растратил наши ресурсы. Больше его не пощадят, - Волдеморт резко повернул голову в ее сторону, прежде чем развернуться на каблуках и аппарировать прочь.
Тревожный радостный смешок разнесся по комнате, когда Беллатриса, чуть ли не пританцовывая, направилась к Герберту. Ее улыбка была почти такой же безумной, как и глаза, она вертела в пальцах волшебную палочку, склонив голову набок, чтобы посмотреть на мужчину.
- О, Герберт, Герберт, Герберт, - проворковала она, откидывая локон с лица и наклоняясь, чтобы широко улыбнуться ему. - Я же говорила, тебе следовало выйти. Круцио!
Нарцисса двигалась быстро. Она уже стояла перед Дином, когда Беллатриса произнесла заклинание. Воздух прорезали крики Герберта, когда он корчился от боли под действием проклятия Беллатрисы, и женщина вздрогнула от этого звука. Снейп наблюдал, как она сняла с Дина путы и, направив на него волшебную палочку, повела его из комнаты в подземелья - конечно, она решила сначала вывести его из комнаты; любой маленький ребенок напоминал ей Драко. Но так же, как и он, Снейп знал, что Нарцисса ничем не поможет другим гостям сегодня вечером, потому что они ничего не могли сделать - по крайней мере, пока.
Так что пока он будет делать то, что делал всегда. Он соберется с духом и перенесет это. Снейп проигнорирует гримасу Нарциссы, он не обратит внимания на душераздирающие крики Герберта и не заметит дрожь, исходящую от тела Люциуса, лежащего рядом с ним. Он бы отстранился, проглотил собственную агонию и отгородился от всего.
Он бы притворился, что его не волнуют жизни людей, которые были до него, потому что война была ядовитой и сокрушительной, и она убила бы вас, если бы вы ей позволили.
***
Краткое содержание из двух предложений:
Снейп изо всех сил пытается помешать Кэрроу чрезмерно мучить студентов в Хогвартсе, одновременно придумывая, как доставить Меч Гриффиндора Гарри и Гермионе. Снейпа вызывают в поместье Малфоев, где мы узнаем, что Дин и Грипхук были схвачены, Волдеморт пытается одержать верх в войне и контролировать поставки зелий, затем: Волдеморт пытает и убивает владельца аптеки, который отказывается помогать, он заставляет герболога Герберта работать с ними и поставлять припасы, и Нарцисса, ставшая заметной фигурой на войне, приводит Дина в подземелье поместья.