Аннотация: ещё одна версия небезызвестной Кассандры. не без стёба.
Урсула Пигулевская
Кассандра
Трагедия
Действующие лица:
Кассандра - провидица, дочь троянского царя Приама и Гекубы.
Хризомела - дочь Касссандры и Диониса
Геката - богиня
Афродита - богиня
Гера - богиня
Афина - богиня
Хор
Хор:
Могучей Трои стены ещё крепки, и злой
Судьбы ещё не приоткрыта дверь,
Но что сильней меча под солнцем и луной?
Рука, качающая колыбель.
Кассандра : Вот перекрёсток. Ночь. И полнолунье.
Как раз вершить недобрые дела.
Мурашки по спине и ужас, смертный ужас...
Ритуал кровавый я завершить должна -
Но бронзовый кинжал рука держать не в силах
О Хризомела, девочка, дитя!
Ребёнок мой, от моей крови кровь,
И плоть от моей плоти, боли моей боль...
А в этих ручках, судорогой сжатых, рвётся сердце
- в клочья рвётся сердце
Матери-убийцы, на весах судьбы
Готовой заплатить единственным,
Что в мире дорого -
- единственною дочерью моей -
за избавленье от кошмаров, от видений, что еженощно
мой терзают сон - и пепел
в сердце мне стучит, кровавый пепел Трои...
Но что за стук копыт?
Что там - луны светлее из тумана? Гекаты белый конь?!
Геката: Что я вижу! Пророчица, утратившая убежденья дар,
Его вернуть решила жертвой? Нет, уж слишком ты бледна,
И крови жертвы на тебе куда как больше, чем на жертве!
Зачем к себе так сильно ты ребёнка прижимаешь? Ведь ребёнок мёртв?
Или?.. О, где мои глаза! Ведь это ... твоё дитя?!
Так вот какая ты, о Диониса дочь и женщины
земной, пророчицы троянской?
Хризомела, златое яблоко раздора,
Та, что служением своим любому из богов
Расположение народа могла вернуть?
Три олимпийки не последних
Из-за тебя сцепились в воющий клубок.
И солнцеликий Аполлон, твоею матерью отвергнут,
Во гневе дар её проклял, лишив навечно силы убежденья.
Что ж, теперь Парис заслуженной награды не получит,
И не присвоит той, что не ему принадлежит - тебя,
О Хризомела, Диониса дочь!
Кассандра: Не смей! Се - дочь моя! я, давшая ей жизнь,
Подарок свой отнять посмела -
Чтоб малой кровью кровь большую предотвратить!
Но, боги, как же больно, как тоскливо...
Геката: Верши же ритуал, о женщина!
Ты - делай то, что дОлжно,
Будь что будет. А боль... ну боль.
Впервые, что ли, боль тебе терпеть,
Отвергнутой, забытой, преданной родными,
Единственной способной видеть путь -
Бессильной рассказать другим,
Что ждёт их - бой, осада, кровь,
И смерть, повсюду жестокий танец смерти!
Из-за чего?! Из-за кого?!
Парис, сластолюбивец жалкий,
За жену чужую в обмен готов
Твоё дитя отдать, и погубить
Себя, тебя, её, весь род ваш и всю Трою!
Так смелей, верши же ритуал!
Кассандра: О Хризомела! Первая Приама внучка,
Та, что красотой и смелостью своей
Должна была бы стать
Достойна предков славных,
Жрица, какой не видел свет,
Дионисом покинутая дочь,
В моих объятиях кровавых спит
Последним сном... Что же скажет мать...
Геката: Что тебе Гекуба?!
Скоро зайдёт луна - все усилья прахом,
И жертва, жертвенней нельзя - напрасна?!
Бей!!!
Кассандра: Пусть пухом нежным станет ей земля.
Моя рука уже колоть устала...
Будет то, что будет...
Гера: Кто посмел нарушить покой священный олимпиек? Кто вызвал нас сюда, под стены Трои,
На перекрёсток в полнолунья ночь?
Афродита: Кто оторвать меня посмел от радостей любви,
С чужого ложа меня увёл
Под небо, по краешек залитое луной?
Афина: Меня, Зевеса дщерь, кто оторвать осмелился
От дела - от размышлений о высоком, о смысле жизни?!
Геката: Всё правильно. И ритуал исполнен точно.
И жертвенная кровь, и лунный свет,
И мать, провидящая зло, и её ребёнок мёртвый
И я, богиня ночи, - свидетельствуем -
Будет то, что будет.
А вы останетесь ни с чем.
Кассандра: Её хотели вы, о суки, готовые за власть
Любого разорвать в клочки,
Играющие нами как в бирюльки,
С высоты Олимпа не слышащие криков боли тех, Кого в игры порыве смели вы с игровой доски!
Смотрите же и трепещите от ярости!
Вот Хризомела, дочь моя и Диониса,
Я своей рукой её убила - чтоб лишить предмета спора вас,
А предателя Париса - награды, что Трою погубить
Одна была способна - и должна.
Теперь её меж вами разделю -
Как и дОлжно, равно, по-сестринки.
Тебе, о Гера, сердце Хризомелы -
Преданнейшее из людских сердец.
Тебе, Афина, - голова, где разум светлый
И красноречивейший язык,
Каких нескоро человечество дождётся.
А тебе, Пеннорождённая, - то тело, которое
В руках держу в последней ласке -
Ведь из-за тебя другой она вовеки не узнает!
Не мести жажду я - пусть сами вы себя за это
Казнить и мучить будете вовек!
Других не надо судей, кроме
Стыда и Совести для вас.
Подите прочь, богини, я хочу
Своё оплакать горе.
Геката: Всё. Они ушли. Ритуал исполнен. Рок обманут.
И только двое под луною - мать и дочь.
Кассандра: Я сделала, что дОлжно. Дальше будь что будет.
Троя спасена, но дочки смерть себе я не прощу.
Достойно ли покорно терпеть и ждать,
Пока меня - овечку на закланье - поведут
Через смурное торжище людское к храму
На суд. Нет. Не хочу суда. Толпы глухие лица, ропот злобный
И ненависть... Кому доверю своей судьбы
растрёпанную нить?.
Пусть никто не знает, что за злодейство совершила я,
И что тому причиной послужило.
Пусть на мне - на грудь, на лоб, на спину -
проступит надпись - мать-детоубийца.
Дыханье бьётся в горле. А в руках - кинжал
Дрожит и скалится.
Пора. Ведь Хризомела заждалась.
Геката Воистину, пора. Возьму за руки вас -
И мать, и дочь, и поведу - но не к Харону, не к Аиду,
не через Коцит и Лету - нет, туда, где ждёт другая доля
Обеих вас - очищенных и кровью, и грехом.
Хор:
Пусть будет ей невыносимо больно,
Собой закроет для несчастий дверь.
И колесо судьбы поворотить способна
Рука, качающая колыбель.