Это случилось в то время, когда людей только-только закончили выгонять из подвалов и поселять в Новых Черёмушках.
Молодой Юра, обгоняя под утро на своём "Туристе" поливальные машины лишь поддавал газу и дружелюбно улыбался то размытым росой утренним клумбам, то пустым скамейкам, то памятникам Циолковскому с воздетой к творцам чугунной астролябией. "Жаль, что водка по каким-то причинам не была изобретена, а то я бы выпил", - думал он обычно приходя на работу к обеду, а коллеги за его спиной шептали друг другу:
- Какой человек-то хороший! Musculino!
- Да!...
- Да!...
- Да!...
Да, жизнь приобретала сытный вид. Пусть что-то раньше не срослось, не вышло - здесь-то все знают меня по-другому, по-моему. Наверное, не успею обжиться - слишком много внимания астронавтике.
Бредя по столовой, Юра гнал прочь от себя мрачные мысли, непременно заменяя их ещё более мрачными. Незаметно для себя он оказался у "Раздачи":
- Чего вам, мужчина?
- Грибное ассорти, номер два.
- Опять за старое взялся негодяй!
На месте раздатчицы зачем-то оказалась его собственная мама, такая же, как во времена босоногого детства - вот и сейчас она очень строго целила в него указательным пальцем.
- Извините. Запеканку. Компот.
- Четыре.
Не так скоро. Ведь от предыдущего опыта осталось только: "...проявлял симптомы такого-то...... Вр. такой-то" - справка.
- Наслышаны о ваших успехах, - за столом кто-то был.
- Мне друзья нужны, беседовать. Вот выписка от врача. Павел?
- Павел, это - Пётр, а этот, в пенсне - Константин Эдуардович. У вас всё хорошо - об этом сейчас все газеты пишут.
Юра отвлёкся, ему на минуту всё опротивело. Он апатично посмотрел наружу, в мостовую за окном и ноги сами скользнули по наклонному карнизу. Страх? "Помогите мне. Простите. Я давно хотел этого. Ну что со мной ещё может случиться? Я, кстати, с прошлого раза шлема не снимал".
Перед стартом он уточнил детали, успев задать своим новым друзьям пару каких-то бессвязных вопросов, начал что-то бормотать на своём и смеяться - они подхватили его и не спеша отделяя ступени, взмыли в заоблачную даль.
Курящим на балконах, развешивающим бельё, впрочем, как и людям иных профессий стало понятно: "Сейчас!!!". Прохожие, немедленно попрятав в авоськи свои булки с кефиром, бросились по домам, передавая по цепочке сигнал жителям дальних кварталов. Со всевозможных поверхностей они прыгали, падали, срывались, делая это коллективно и поодиночке. Одни мчались вниз и разбивались на куски - другие возносились. На четверть часа город охватила весёлая суматоха праздника.
- Вот если бы у меня было четыре руки, а не две, я бы успел его схватить - утвердил мальчик и, подскакивая, отправился стареть, - отшлёпать его было уже некому, все вышли в Открытый Космос.