Подымалов Андрей Валентинович
Там, где ты не был

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:

ТАМ, ГДЕ ТЫ НЕ БЫЛ


  Бывают вещи слишком невероятные,
  Чтобы в них можно было поверить,
  Но нет вещей настолько невероятных,
  Чтобы они не могли произойти.

Томас Харди

КНИГА ПЕРВАЯ

ВСПОМНИ ИМЯ СВОЕ


  Место действия - миры в пределах радиальной оси линейно-угловой сети.
  Время действия - наши дни и близкие к ним.
  Сюжет - вариантный.
  Правдоподобность - абсолютная (в условиях реально-декоративных миров и обусловленных этим границах).
  Основные персонажи реальны либо имеют реальные прототипы.
  Все совпадения, связанные с планетой Земля, не являются простыми совпадениями.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЭКСПАНСИЯ-МИНУС

I


  Полковник Лирх еще раз обвел взглядом присутствующих. Весь командный состав десантного отряда был на месте: его заместитель капитан Финдай, командир группы атаки Свенс, командир группы прикрытия Нарвин и командир отделения разведки Денверк.
  Из посторонних - двое. Это, прежде всего, капитан Арлен Друскайт с планеты Эглания. И - Шорс с планеты Хизарк. Что касается последнего, то Лирх о нем почти ничего не знал, даже в каком он звании. Впрочем, это не имело значения, поскольку никаких властных полномочий в отряде он не имел. Переговоры о его участии в экспедиции велись на самом высоком уровне.
  Другое дело - Друскайт. Личность достаточно известная, несмотря на то, что служит он у себя, на Эглании, в каких-то специальных секретных частях. Друскайт был одним из немногих, кто умел находить проходы между мирами и открывать их. Как он это делал, никто не знал, но умел он это в совершенстве. Короче, даже из тех, кто обладал такими способностями, он был лучшим. Услуги его ценились неимоверно высоко, поэтому соседние планеты обращались за помощью к Эглании крайне редко и то только в чрезвычайных случаях.
  Насчет Шорса полковника Лирха лишь уведомили, что он обладает теми же способностями, что и Друскайт.
  Включение в отряд со стороны двоих специалистов такого класса говорило о том, какое значение придавалось предстоящей экспедиции. В других обстоятельствах Лирх ни за что бы не согласился на присутствие в десантном отряде чужаков. Но здесь приходилось мириться. На всей их планете Неетхалле не было ни одного человека с такими способностями.
 
  Полковник кашлянул и заговорил.
  - Итак, начнем совещание. Вы все в курсе поставленной задачи, но я вкратце еще раз обрисую ее. Нашему отряду предстоит высадиться на планете-спутнике Неетхалле-2 и захватить находящуюся там базу. База - неизвестной принадлежности, мы даже не знаем, что за цивилизация ее основала. О самой базе сведений крайне мало. Все наши разведывательные зонды сбивались еще на подлете, лишь одному удалось достичь высоты над поверхностью, которая позволила сделать несколько снимков. Можете взглянуть.
  Лирх достал из папки фотографии и бросил на стол. Подождал, пока все посмотрели и продолжил.
  - Как видите, это все, что мы имеем. На фотографиях можно различить точки внешней защиты, посадочную площадку и вход в базу. Сама база находится под поверхностью планеты ... Примерный план операции следующий. Наш корабль обходит Неетхалле-2 по касательной и заходит со стороны солнца. Одновременно с нами стартуют еще несколько кораблей в качестве отвлекающих мишеней без экипажей на полной автоматике. Пока система внешней защиты базы разбирается с ними, мы зависаем над планетой, расстреливаем точки защиты и совершаем посадку. Причем, специальные системы наведения позволят при этом вести непрерывный огонь по базе. После посадки группа атаки захватывает вход в базу. Затем вперед идет отделение разведки. Лейтенант Нарвин со своей группой обеспечивает общее прикрытие с тыла и охрану корабля, так как мы не знаем, на какие неожиданности можем натолкнуться. После входа в базу операция развивается в соответствие с обстоятельствами ... Какие будут вопросы?
 
  В глубине души полковник нервничал. Он понимал, что операция будет проводиться в условиях неопределенности при наличии крайне скудной информации. Что их ожидает внутри базы, никому не известно. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что бойцы его не подведут: он лично сам отбирал каждого.
  Молчание нарушил Друскайт.
  - Полковник, есть нюансы, которые мне хотелось бы обсудить с вами наедине.
  - Хорошо, останьтесь после совещания.
 

II


  Когда они остались в комнате одни, Друскайт спросил:
  - Скажите, полковник, как давно вы обнаружили наличие неизвестной базы на вашей планете-спутнике?
  "Какого черта этот чужак лезет со своими вопросами, которые к существу дела вообще никак не относятся? Ему лично, наверняка, столько тоже заплатили, что мог бы и помолчать. Тем более, что его обязанности в отряде четко определены".
  Однако Лирх постарался подавить раздражение.
  - Около двух лет назад по нашему летоисчислению.
  - За это время неизвестная цивилизация осуществляла по отношению к Неетхалле какие-либо враждебные действия?
  - Нет.
  - Почему же вы вдруг решились на первый удар?
  - Во-первых, это не удар, а разведка боем. Во-вторых, вам бы понравилось, если бы по соседству с вами и на вашей территории поселился неизвестно кто и занимался неизвестно чем. И, в-третьих, капитан, ваши замечания здесь абсолютно неуместны.
  Друскайт ничем не подал вида, что его задела откровенная грубость Лирха.
  Он встал из-за стола, несколько раз прошелся взад-вперед, потом снова подошел к столу и склонился над ним, разглядывая фотографии.
  Глядя на его сухую, слегка сутуловатую фигуру, Лирх испытал нечто вроде гордости за себя: о его великолепной спортивной форме, несмотря на годы, и недюжинных физических данных в офицерской среде ходили даже легенды. Немаловажное значение имели и успешно проводимые операции: полковник не знал неудач. Впрочем, живого эгланианина он видел впервые: кто их знает, может, они все там такие.
  Лирх ждал, предоставив инициативу продолжения разговора Друскайту.
 
  - Полковник, вы же понимаете, что операция практически не подготовлена. Нет самой элементарной информации. Мы даже не знаем, что нас ждет при входе на базу.
  - Да, понимаю.
  - И?
  - Что "и"? Не знаю, как у вас, на Эглании, А у нас, на Неетхалле, полученные приказы положено выполнять.
  - Как вы думаете, полковник, эта неизвестная цивилизация сильнее или слабее вас?
  - Почему вы задаете такой вопрос?
  - Просто лишь потому, что при любом исходе операции надо быть готовым к тому, что эта цивилизация, до сих пор не проявлявшая агрессивности, сделает ответный ход. И готовы ли вы его отразить - ведь этот ход будет отнюдь не миролюбивым.
  Друскайт по-прежнему не смотрел на полковника, продолжая разглядывать фотографии. Лирх почувствовал, что его охватывает что-то похожее на смесь бешенства с отвращением.
  - Послушайте, капитан, вас, как я понимаю, наняли, - Лирх постарался на этом слове сделать ударение, - не для того, чтобы вы здесь занимались философскими построениями, а совсем для других целей.
  - Я помню об этом, полковник.
  - Если у вас нет замечаний по существу дела, то давайте сегодня разговор на этом закончим.
  - Отчего же? Я могу вам кое-что рассказать об устройстве базы, что, надеюсь, поможет уточнить план операции, а не полагаться на случай и везение, как вы не так давно здесь проповедывали.
  - По-вашему, я похож на проповедника?
  - Простите, полковник, я был не совсем корректен. Давайте приступим к делу.
  Друскайт взял руки одну из фотографий, прошел к небольшой чертежной доске, что висела на стене за спиной Лирха, взял мелок и, не отрывая взгляда от снимка, стал сосредоточенно что-то чертить.
  Лирх демонстративно не поворачивался, ожидая, чем все это закончится.
  - Ну, вот, полковник, в общих чертах готово. Прошу взглянуть.
  Лирх повернулся к чертежной доске. На ней был набросан какой-то схематический план.
 
  - Полковник, это то, что мне удалось разглядеть. За абсолютную достоверность я не ручаюсь, но общий план верен. Вот это - вход в базу. Дальше - тоннель. Вот здесь, здесь и здесь - линии защиты. Кто их обеспечивает и на каком уровне, я не знаю. Могу лишь предположить, что этот уровень весьма высок. Несомненно, задействована автоматика. Пройти их можно, но потери с нашей стороны будут достаточно высоки.
  - Какова протяженность тоннеля?
  - Метров триста-четыреста. И как я уже сказал, в нем находятся три линии обороны.
  - Вы отвечаете за точность своего прогноза?
  Друскайт пожал плечами.
  - Снимки не дают возможности сделать более точный анализ. Я говорю лишь о том, что вижу.
  - То есть, подписаться под тем, что вы только что сказали, вы не можете?
  - Почему же? - Могу. То, о чем я сказал, абсолютно достоверно.
  - Почему вы не рассказали об этом, когда здесь были все командиры подразделений?
  - Во избежание ненужных дебатов и дабы не посеять сомнения в их головах. Это самое опасное, когда командиры не уверены в себе и в общем плане операции. Я не собираюсь учить вас, полковник, но, поверьте, мне приходилось участвовать в таких операциях, из которых живыми выходили лишь единицы.
  - И вы в их числе?
  - Давайте обойдемся без ненужного сарказма. Как вы сами не так давно заметили, мои обязанности четко определены. В частности, в случае неудачи, я должен вывести из-под удара как можно большее количество бойцов.
  - За счет открытия проходов между мирами?
  - В основном да.
  - На базе есть такие проходы?
  - Точно я смогу сказать только на месте. Пока по фотографии просматриваются контуры двух проходов. Но ...
  - Что "но"?
  - Такие проходы я, полковник, еще не встречал. Я не знаю, куда они ведут.
  - В смысле?
  - Я не знаю, в каком мире окажусь, если шагну в них. Поэтому уходить через такие проходы можно лишь в крайних случаях ... Возможно, на месте станет понятнее.
  - Так, ясно, что ничего не ясно.
  - Ну, почему же, полковник? Я вам дал схему тоннеля, и вы можете внести, если пожелаете, свои корректировки в план атаки. Больше мне пока сказать нечего. Я могу идти?
  - Идите, капитан. А я подумаю над вашей схемой.
 

III


  На следующий день Лирх опять собрал совещание в том же составе. Исключением был лишь тучный человек в штатском с обвислыми щеками и заплывшими глазками. Казалось, все совещание он продремал, лишь в самом конце, когда Лирх объявил новый план операции, объяснив изменения получением дополнительных данных, однако, не указав их источник, он приоткрыл глаза, и Друскайт сразу почувствовал на себе его цепкий взгляд
  - Капитан, вы пойдете впереди, вместе с отделением разведки. Мы понимаем, насколько увеличивается ваш риск, но важность операции очень высока. Вопрос уже согласован на самом высоком уровне. В случае вашей гибели мы гарантируем семье весьма солидную пожизненную компенсацию.
  На лице Друскайта не дрогнул ни один мускул. Он лишь слегка склонил голову в знак согласия.
  - Я готов.
  Взгляд штатского словно потух, и он опять прикрыл свои глаза, как бы давая понять, что его миссия на этом закончена.
  Полковник Лирх еще раз окинул взглядом своих подчиненных.
  - Задача ясна? Старт - послезавтра. Если у кого-то появятся предложения, обращайтесь лично ко мне, но только до завтрашнего вечера. Позже ничего приниматься не будет ... Капитан Финдай и капитан Друскайт, вас я попрошу задержаться.
 
  Когда они остались одни, полковник обратился к штатскому:
  - Господин министр, прошу Вас.
  Тучный человек опять приоткрыл свои глаза и заговорил:
  - В успехе операции заинтересован не только Неетхалле, но и весь Союз "Радиального Коридора Миров". Поэтому я не буду лишний раз акцентировать на этом внимание. Никто не знает, что за цивилизация обосновалась на Неетхалле-2. Все наши попытки добыть информацию закончились неудачей. Поэтому главная задача экспедиции - узнать, кто создал базу и чем на ней занимается ... Полковник, каков состав десантного отряда?
  - Пятьдесят восемь человек, включая консультантов Друскайта и Шорса.
  - Вы полагаете, этого достаточно?
  - Состав комплектовался в соответствие с планом операции. В связи с новыми данными, полученными от капитана Друскайта, как я Вам уже докладывал, в план были внесены изменения, но они коснулись лишь тактики захвата базы. Я не счел нужным менять состав отряда, тем более, что он подбирался из лучших бойцов спецподразделений.
  Министр медленно и тяжело поднялся со стула и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся.
  - Желаю удачи, полковник. И вам, господа, тоже.
  Когда дверь закрылась, полковник Лирх опустился на свое место и, немного помолчав, заговорил:
  - Надеюсь, вам все понятно? Капитан Друскайт, объясняю, почему вы пойдете вместе с отделением разведки. Главная ваша задача - все-таки разобраться с проходами, куда они ведут и возможно ли ими воспользоваться в случае неудачи. И второе - постараться сыграть на опережение: определиться с линиями защиты, их точным расположением и техническими возможностями ... Капитан Финдай, в соответствие с изменениями, внесенными в план, ваша основная задача - обеспечить функционирование группы прикрытия. Я пойду вместе с группой атаки. Вопросы будут?
  И Финдай, и Друскайт промолчали.
 

IV


  Минуты перегрузки миновали, и десантники зашевелились в своих креслах-лежаках.
  Арлен скосил глаза. Рядом сидел молодой черноволосый парень. Тот неожиданно широко улыбнулся.
  - Привет! Меня зовут Урла. Я - из отделения разведки, по совместительству - снайпер. Рядовой.
  - Капитан Друскайт.
  - Ого! Неужели сам Друскайт? Расскажу своим - не поверят.
  - Почему же?
  - Так вы же почти легенда.
  - Многие склонны эти легенды сочинять.
  - Ну, не скажите. Только не про вас ... Значит, успех нам просто обеспечен.
  - Несколько операций, в которых я принимал участие, закончились неудачно.
  - И что, по вашей вине?
  - Скорее всего, нет. Просто операции были спланированы неправильно, а я не настоял на изменениях. Ведь я всего лишь консультант, а решения принимают другие.
  - А как с нашей операцией?
  Арлен вздохнул.
  - Все, что можно, мы постарались предусмотреть. Хотя некоторые неясности остались. Часть решений будем принимать на месте. Поэтому я иду впереди, вместе с вами.
  Урла присвистнул.
  - Ну, тогда все будет в порядке. Стрелять умеешь?
  - Меня этому учили с детства.
  - Из чего?
  - Без разницы. Предпочитаю пистолеты с обеих рук.
  - И каковы результаты?
  - Нормальные. По центру - десять из десяти.
  Урла еще раз присвистнул.
  - Я считаюсь хорошим снайпером. Но из пистолета у меня таких результатов нет. Из винтовки или автомата - другое дело.
  - А как со скорострельностью?
  - В смысле?
  - На линиях защиты, боюсь, нам придется столкнуться с боевыми автоматами, то есть с автоматически наводящимися и стреляющими устройствами. А они устроены на сенсорах. Как ты понимаешь, человек не очень-то способен конкурировать с автоматикой. Поэтому скорострельность будет играть решающую роль.
 
  К Лирху подошел штурман корабля.
  - Полковник, через десять минут высадка.
  - Мы успеваем?
  - Пока все нормально.
  - База ведет огонь?
  - Да. Они отстрелили уже половину наших ложных целей. Если так будет и дальше, то сесть успеем.
  Штурман был абсолютно спокоен, его глаза ничего не выражали. Лирх в очередной раз подивился тому, как четко кадровики выполнили свою работу: ну, дрогни на этом месте человек, засомневайся, - и все, пиши пропало на всей операции.
  - Подскажешь, когда пойдем на контакт. Сейчас даже секунды решают все.
  Полковник откинулся на лежаке. Перегрузка снова вдавила всех в свои места.
  Завыли тормозные дюзы. Штурман махнул рукой. Лирх с трудом оторвал свое тело от кресла.
  - Всем встать! Бегом на выход! Оружие - в боевой готовности!
 
  Друскайт еще прежде полковника спрыгнул с лежака и, словно выдирая непослушное тело из тугой пелены, первым выпрыгнул в открывшийся проем.
  Ноги сразу по щиколотку ушли в песчаный грунт. Местность вокруг очень сильно напоминала его родину, Эгланию.
  Однако разглядывать и раздумывать не было времени.
  - Ну, что, капитан, куда дальше?
  Это Урла, державший наизготовку автомат.
  - Видишь тот черный прямоугольник? Это вход. Сразу за ним - первая линия защиты. Будь предельно внимателен. Я иду вперед - а ты меня прикрывай.
  Отделение разведки уже рассыпалось веером. Огонь пока никто не вел. Арлен несколькими короткими прыжками, постоянно меняя угол продвижения, уже пересек более половины пространства, отделяющего его от входа, когда оттуда полыхнуло белым ослепительным огнем. От песчаного бархана, за который он успел нырнуть, плеснуло сухим крошевом.
  Арлен еще протирал глаза, когда из-за соседнего бархана ударила длинная автоматная очередь, и белый огонь сразу затух.
  Теперь Арлен уже бежал, не прячась. Пока противник молчит, надо успеть достичь входа.
  Как он и предполагал, защиту обеспечивали боевые автоматы. Пока везение было на стороне атакующих: во-первых, автомат на входе был лишь один, а, во-вторых, Урла одной очередью поразил его сенсоры.
  Но в этот момент его манипуляторы ожили, и снова полыхнул огонь - автомат стрелял вслепую. Арлен едва успел отпрянуть к стене, а в следующий миг, уйдя из зоны обстрела и оказавшись рядом с автоматом, расстрелял из обеих рук его процессор.
  Самые худшие предположения Друскайта начали сбываться с первых же шагов. Навряд ли они поймут, что за цивилизация здесь обосновалась. У нее, скорее всего, машинная основа, и увидеть истинное лицо ее создателей не удастся.
  Похоже, что они преодолели лишь передовой пост. Следующие линии защиты, наверняка, мощнее. Да и фактор неожиданности уже утерян - поэтому в центр базы без ощутимых потерь не прорваться.
  Где-то впереди, совсем рядом, находилась первая линия. И бросаться на нее в лоб было неразумно. Но и на месте стоять нельзя. Арлен не успел ничего предпринять, как невдалеке от него поднялся полковник Лирх и махнул рукой, давая команду к атаке. Рука Лирха еще не успела завершить свое движение, когда из глубины тоннеля сразу из двух точек полыхнул знакомый огонь.
  Друскайт вскочил и, вопя что-то нечленораздельное, открыл стрельбу из обоих своих пистолетов. Однако было уже поздно. Полковника Лирха словно перерезало пополам.
  Друскайт, не прекращая стрельбу, побежал вперед, надеясь лишь на свою меткость и скорострельность. Боковым зрением успел заметить, что рядом с ним бегут несколько десантников, среди которых был и Урла. Десантники тоже на бегу вели огонь из своих автоматов.
  Когда до линии оставалось не более десяти метров, боевые автоматы замолчали. Но и из их группы, что вела спонтанную атаку, больше похожую на атаку обреченных, линии защиты достигли лишь он, да Урла.
  Преодолев рывком последнее пространство, они оказались лицом к лицу с боевыми автоматами. Их было два.
  - Урла, добей их. Похоже, у них есть система самовосстановления.
  Урла выпустил еще по очереди и повернулся к Друскайту.
  - Капитан, с чем мы здесь столкнулись?
  - Я сам плохо понимаю.
  Арлен бегло осмотрел автоматы. Непонятно было, то ли они на автономном режиме, что косвенно указывало на наличие искусственного интеллекта, что само по себе уже не сулило ничего хорошего, то ли каким-то образом подключены к общей системе управления.
  - Что дальше делать, капитан?
  - Беги за Финдаем. Я не могу здесь командовать, меня никто слушать не будет.
 
  Финдай несколько секунд разглядывал труп полковника Лирха, потом подошел к Друскайту. Это был невысокий приземистый человек с темным, будто от солнечного загара, лицом. Таким стечением обстоятельств уже в начальной фазе операции он явно был выбит из колеи, хотя старался этого и не показывать.
  Друскайт решил его немного встряхнуть.
  - Капитан Финдай, вы, как заместитель командира десантного отряда, должны принять на себя руководство операцией. Я буду с вами рядом и помогу, если понадобится. Первую линию защиты мы уничтожили. Впереди - еще две. Проходы в другие миры я буду уточнять по мере продвижения.
 

V


  Тоннель дальше был почти прямой, и простреливался насквозь с самой дальней точки. Поэтому не представлялось возможным даже приблизиться ко второй линии защиты.
  Прижавшись к стене, Друскайт подозвал к себе лейтенанта Свенса, командира группы атаки.
  - Лейтенант, впереди - вторая линия защиты. И все пространство простреливается. У нас из строя выведено уже пятеро. Если атаковать линию как обычно, то не избежать еще больших потерь. Поэтому мне нужны снайперы. У тебя есть такие в группе?
  - Есть.
  - Подбери трех человек, может быть, не самых лучших.
  - Почему не самых лучших?
  - Третья линия защиты будет самой сильной и насыщенной. И вот там понадобятся лучшие.
  - А этих, что же, послать на смерть?
  - Кто-то выживет.
  - А самому тебе слабо, капитан?
  - А кто сказал, что я не буду в этом участвовать?
  - Пойдешь?
  - Лейтенант, вы же знаете, что с самого начала я был в первых рядах атакующих.
  - Знаю.
  - Тогда какие у вас вопросы?
  - Других косят, а тебя не зацепило.
  - Потому что я более подготовлен.
  - Ну, легенд о тебе, капитан, предостаточно.
  - Мне об этом уже говорили ... Лейтенант, я понимаю вашу неприязнь ко мне, как к чужаку. Но сейчас, я думаю, не время препираться. Время работает против нас.
  - Ладно, капитан, проехали. Сейчас я подберу, кого тебе надо.
 
  Через несколько минут Свенс привел десантников.
  - Поступаете в распоряжение капитана Друскайта.
  Арлен оглядел подошедших. Крикнул:
  - Рядовой Урла!
  - Я здесь, капитан.
  - Урла, в этой группе ты - старший. Слушайте задачу. Начинаем атаку на вторую линию защиты. На ней тоже два боевых автомата. Если мы не собьем, хотя бы на время, их прицел, нам не пройти. Стрелять - только по сенсорам. Автоматы способны их восстанавливать. Время восстановления, в зависимости от степени повреждения, различное - от нескольких секунд до нескольких минут. В любом случае преодолеть расстояние до них мы не успеем. Поэтому огонь необходимо вести непрерывно.
 
  Атака на вторую линию защиты была проведена классически. Отряд потерял еще двоих десантников, но линия была взломана. За спиной остались еще два боевых автомата с полностью расстрелянными электронными мозгами.
  Впереди была третья линия, за которой уже угадывался вход во внутренние помещения базы.
  Друскайт опять позвал Свенса.
  - На третьей линии - не менее трех-четырех боевых автоматов. Если мы здесь завязнем, то дальше нам уже не пройти. Но нахрапом эту линию не возьмешь. Коридор полностью простреливается. Нет ни одного сантиметра чистого пространства. Здесь одними снайперами уже не обойдешься. Придется использовать гранатометы. Причем, одного залпа будет недостаточно. Нужно не менее трех, причем, только прицельных.
  - Тоннель выдержит? Не завалится?
  - Будем надеяться. Придется рисковать ... Вот сейчас, лейтенант, нужны лучшие: и снайперы, и гранатометчики. Потому что стрелять им придется с открытого пространства.
  - Хорошо, я распоряжусь.
 
  Подошел капитан Финдай.
  - Друскайт, чего ты здесь раскомандовался?
  - Ну, хорошо, командуйте вы, капитан. Вы же руководите операцией на настоящий момент.
  - Вот поэтому я все твои команды отменяю. Снайперы, вперед!
 
  Третью линию взломали, только ценой была потеря еще десяти человек. Но Финдай не признавал своих ошибок и разделал под орех командиров групп.
  Проход во внутренние помещения базы был открыт, но отряд уменьшился более, чем на четверть.
  К Финдаю подбежал боец из группы прикрытия и стал что-то докладывать. Тот переменился в лице, опять созвал командиров групп и начал отдавать какие-то приказы. Движение вперед застопорилось.
  Друскайт подошел к Финдаю.
  - Капитан, что случилось?
  Финдай задумчиво посмотрел на Друскайта, словно размышляя, стоит ли говорить.
  - Наш корабль уничтожен. На площадку осуществляет посадку чужой корабль.
 
  Когда Финдай и Друскайт вышли из тоннеля, их взору предстала следующая картина: над посадочной площадкой завис корабль неизвестной конструкции. Не было привычного визга тормозных дюз. Корабль мягко ткнулся в грунт, открылись люки, и из них посыпались насекомоподобные аппараты, которые, сразу же приняв боевую стойку, принялись раздвигать свои суставы, обнажая манипуляторы с вмонтированным в них оружием. Это тоже были боевые автоматы, правда, несколько отличающиеся от тех, с которыми отряд вел бой в тоннеле.
  Вся эта армада рассыпалась на отдельные группы и согласованно двинулась вперед, охватывая кольцом вход в тоннель.
  Практически вся группа прикрытия была сметена в течение нескольких минут.
  Друскайт устало заметил:
  - Я предупреждал полковника Лирха о возможных последствиях.
  - Именно об этом?
  - Ну, почему именно об этом? Последствия могли быть самыми разными. Это - лишь один из вариантов. Более развитая цивилизация непременно должна была ответить на предпринятую против нее агрессию. Весь вопрос лишь в том, какого рода может быть этот ответ. Дай Бог, что все ограничится только этим.
  - Чем?
  - Уничтожением нашего отряда.
  - А что, может быть и хуже?
  - Конечно.
  - Вы с такими ситуациями сталкивались?
  - И не один раз.
  - И каковы бывали последствия?
  - Однажды была уничтожена планета вместе с населявшими ее живыми существами ... А теперь, капитан Финдай, нам надо подумать, как унести отсюда ноги.
  - Нам с вами или всем?
  - Я никогда не думал только о себе.
  - И как же нам уносить ноги?
  - Боюсь, выбор будет весьма небольшой. Как я уже сказал, моим предупреждениям не вняли - но сейчас бессмысленно это повторять. Если позволите, я просто дам совет.
  - Говорите.
  - Надо срочно сформировать заградительную группу. Собрать в нее всех гранатометчиков. На некоторое время группа задержит боевые автоматы. Продержится она, конечно, недолго, но у нас нет другого выхода. Если, конечно, кто-то желает уцелеть. Всех остальных собирай на второй линии защиты. Недалеко от нее есть проход. Я его открою. Вот только куда он откроется, я не знаю.
  - Что это значит?
  - Здесь оказался один из центров Лабиринта миров. Я впервые столкнулся с такой ситуацией. Но, похоже, это единственный шанс на спасение.
  - Что говорит Шорс?
  - Он тоже не знает.
 
  ... Они уходили по тоннелю, а сзади грохотали разрывы гранат и трещали автоматные очереди.
  У Друскайта было смутно на душе. Все это навевало воспоминания о провале трехлетней давности, хотя аналогий и было мало. Друскайт знал, что его вины в этом не было. Но сам провал операции давал о себе знать. Возможно, сейчас ситуация была еще хуже: выйти из нее с минимальными потерями невозможно. Тем более, что вообще непонятно, куда уходить.
  Они с Финдаем достигли второй линии защиты, когда от входа в тоннель перестали доноситься хлопки гранат.
  - Финдай, собирай оставшихся. Похоже, боевые автоматы прорвались. Я попробую их задержать.
  Финдай глянул непонимающе.
  - Капитан, у нас нет другого выхода. Хотя мне и не приходилось тоже сталкиваться с таким явлением раньше, но, кажется, я понял логику и принцип действия боевых автоматов и могу в чем-то их опережать ... Но они оставляют нам все меньше времени - и будут отдавливать нас к помещениям базы. В первый проход мы не успеваем уйти. И в саму базу входить нельзя: мы не знаем, что нас там ждет. Перед самым входом в базу есть еще один проход. Куда он ведет, я тоже не знаю. Если нам улыбнется удача, мы попадем в свой мир. Если нет - то тогда обратная дорога будет достаточно долгой.
  - А если вас убьют?
  - Тогда всех будет выводить Шорс. Он сумеет открыть этот проход.
 
  Но тут вспыхнула перестрелка на третьей линии защиты, а вскоре показались и отступающие десантники. Их теснили боевые автоматы, по-видимому, появившиеся из внутренних помещений базы. Теперь оставалось рассчитывать лишь на проход в районе второй линии.
  - Финдай, держите их, не подпускайте к проходу!
  И Друскайт кинулся назад по тоннелю. Добежал до первой линии. Там было сплошное месиво из тел десантников и покореженных механизмов: Заградительная группа стояла до последнего.
  Арлен замер, всматриваясь в проем. Ни единого движения, боевые автоматы ничем себя не проявляли, словно их и не было больше.
  Арлен повернулся, собираясь идти обратно. Он даже не понял сначала, что его остановило: что-то вроде чувства опасности. Он резко обернулся и, успев боковым зрением отметить появившийся непонятно откуда боевой автомат, заученным движением выхватил из-за пояса пистолеты и, перекатившись на спину, начал стрелять.
  Боевой автомат был близко, метров пятнадцать, не более, поэтому Друскайт не боялся промахнуться. Он разрядил почти две обоймы.
  Уже видя, как потухают сенсоры автомата, он вскочил на ноги и, подбежав вплотную, всадил последние пули прямо в процессор. И, в уже затухающих зрачках автомата, он вдруг увидел такую боль и непонимание, что на мгновение замер. Арлен стоял перед умирающим автоматом и не понимал, кто же находится перед ним: живое существо или простой механизм.
  Однако раздумывать было некогда. Он хотел перезарядить пистолеты, но не успел.
  Из-за поворота уже выкатывался новый автомат. У Друскайта не было иного укрытия, кроме того механизма, которого он только что расстрелял. Арлен присел сзади него. Прямо перед его глазами оказалось оружие автомата, зажатое в безжизненно повисших манипуляторах.
  Арлен протянул руку и попытался взять оружие. Вопреки опасениям, сделать это удалось достаточно легко. В руках Друскайта оказалось нечто, отдаленно напоминающее пистолет с удлиненным стволом, но без привычного спускового крючка. И стрелял он явно не пулями. Арлен хорошо помнил полковника Лирха и других десантников, буквально разрезанных на части.
  Появившийся боевой автомат заметил движение, когда Друскайт брал оружие, но не начинал стрельбу, по-видимому, анализируя ситуацию: ведь в поле его обзора был, прежде всего, мертвый собрат.
  А Арлен в это время лихорадочно старался привести в действие чужое оружие, понимая, что без подпитки энергии оно может и не работать.
  Неожиданно из ствола полыхнуло белым ослепительным огнем, когда боевой автомат находился от него уже в нескольких шагах.
  Арлен все вдавливал и вдавливал клавишу, которую так случайно и удачно нажал, и смотрел, как под белым лучом плавится и растекается по полу тоннеля то существо, что было перед ним. Теперь он уже не рискнул бы назвать его автоматом, потому что это действительно было некое существо. Оно издавало тонкий пронзительный звук, похожий на стон, и в его потухающих сенсорах Арлен опять видел ту же боль, что и у предыдущего убитого им автомата.
  А в проеме возникали уже новые силуэты.
  За спиной гулко хлопнуло несколько раз, и на том месте, где появились автоматы, ахнули взрывы гранат.
  К Друскайту подбежали Финдай и двое гранатометчиков.
  - Капитан, уходим! Надо все-таки попытаться войти в проход. Еще немного, и нас сомнут.
 

VI


  Они отступали. Самое поганое было то, что отступать было некуда. Противник был вездесущ. Он полностью блокировал тоннель и планомерно с двух сторон сжимал пространство.
  От всего отряда осталось лишь десять человек. Боеприпасы были тоже на исходе.
  Неожиданно натиск со стороны автоматов прекратился, и в наступившей зловещей тишине прозвучал металлический голос.
  - Мы предлагаем вам прекратить сопротивление. Вам все равно отсюда не уйти. Все пути отхода блокированы, корабль ваш уничтожен. Мы знаем, что вас осталось всего десять. По сути дела, нам нужны двое, те, что из других миров. Один из них - капитан Друскайт с планеты Эглания, второй - некто Шорс из Хизарка. Если вы сдадитесь, мы заберем только их, а всех остальных доставим на Неетхалле. Последствий для планеты никаких не будет. Это - наше условие. Ваше правительство уже знает, что отряд уничтожен. Общая договоренность также достигнута. Имейте в виду, что цели своей мы все равно достигнем, только восемь из вас останутся здесь, если вы не согласитесь.
  Финдай повернулся к Друскайту.
  - Капитан, а зачем вы им нужны вместе с Шорсом?
  Арлен, не выпуская из рук вновь приобретенное оружие, задумчиво хмыкнул.
  - Могу лишь догадываться. Похоже, это очень развитая цивилизация, только механистического типа, и им многого не хватает. В частности, они не умеют ходить между мирами через проходы.
  - Ну, что, пойдешь к ним? Ради наших жизней.
  - Знаешь, Финдай, проход, о котором я говорил, находится прямо за нашей спиной. Но, повторяю, в какой мир он ведет, я не знаю. Скорее всего, там развилка. А куда шагать из развилки, я даже не представляю ... Есть еще одна проблема.
  - Какая?
  - Так как мы не знаем, в каком мире окажемся, то также не будем знать, как мы будем выглядеть. Дело в том, что в неизвестном нам мире мы автоматически вселимся в чужие тела. И потом вспомнить самих себя окажется далеко не просто.
  - Мы можем туда все шагнуть?
  - В принципе, да. Но я не думаю, что нам всем позволят уйти. К тому же проход нестабилен.
  - Что это значит?
  - Не все успеют туда впрыгнуть ... А теперь, как решишь ты, капитан Финдай. Я - лишь консультант, а командир здесь - ты.
  - Друскайт, а ты что, готов сдаться?
  - Конечно, нет.
  - А жизнь десяти человек?
  - Финдай, ты же понимаешь, что перед лицом долга ничего не имеет никакого значения.
  - Значит, мы мыслим одинаково. Открывай проход.
  - Финдай, помни, что в том мире, куда мы попадем, нам придется долго искать друг друга.
  - Ладно, Друскайт, не парься. Когда наступят новые проблемы, тогда мы и будем их решать.
  - Предупреди всех, когда откроется проход, пусть не медлят, а сразу идут в него, прикрываясь огнем.
 
  Проход Арлен, на собственное удивление, открыл достаточно быстро, но, как он и ожидал, за ним колебалась белесая муть, ни одного мира не было видно.
  Арлен подал знак и встал у прохода, пропуская бойцов. И тут же сзади что-то гулко лопнуло: боевые автоматы возобновили стрельбу. И сразу же проход начал схлопываться. Понимая, что в следующий момент будет уже поздно, Арлен прыгнул вперед. Больше за ним никто пройти не успел.
  Кроме Друскайта, из тоннеля ушли:
  Макес Финдай - заместитель командира десантного отряда, капитан.
  Флин Оклен - заместитель командира группы атаки, лейтенант.
  Мирк Урла - отделение разведки, рядовой.
  Шорс - из Хизарка, консультант по параллельным мирам.
  В последний момент Шорс шагнул куда-то в сторону и исчез, как бы растворился в этой белесой мути. Последним проблеском мысли Арлен понял, что он недооценил Шорса, тот, видимо, знал больше и успел шагнуть в свой мир.
  А дальше все перед взором Друскайта померкло.
 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

КЛЮЧ ОТ СТАРОЙ КВАРТИРЫ

I


  Мне показалось, что я проснулся от звонка будильника. Не открывая глаз, привычно сбросил одеяло, встал с постели и включил свет. Глянул на часы - они показывали пять часов утра. Я взял с подоконника кружку с водой, настоянной на лимоне, сделал несколько глотков и присел на край кровати.
  Постепенно дурман в голове рассеялся, спать больше не хотелось. Какие-то слова вертелись на окраине сознания - последнее, что осталось от сумбурного сна, но я никак не мог их вспомнить. Неожиданно, как вспышка, пришли имена: Урла, Оклен, Финдай. Или это были не имена? И, сразу вслед за ними - Неетхалле.
  Я потряс головой. Что за фигня? Присниться же, хрен знает, что такое. Но вот что интересно: пустые сны рассеиваются сразу, а эти имена настойчиво толклись в мозгу, не давая ему успокоиться.
  Так я просидел минут пятнадцать, и уж хотел снова прилечь, когда новая вспышка озарила мою память.
  Я вдруг вспомнил еще один свой сон. Вспомнил полностью, в деталях. Самое интересное, что этот сон я видел три раза. Начало было всегда одинаковое, а продолжение отличалось.
 
  Все три раза сон начинался с того, что я оказывался под одиноким фонарем, освещавшим пространство вокруг себя метров на десять, не более. Фонарь стоял на перекрестке улиц, которые веером расходились в разные стороны. Сразу за перекрестком высилось двухэтажное кирпичное здание старинной постройки, длинное, как советский барак.
  Вокруг тишина, улицы теряются во мгле ночи. Моросит унылый надоедливый дождь
  Я перехожу через перекресток и подхожу к дому. В нем два подъезда, кое-где светятся окна. Дверь первого подъезда наглухо закрыта. Первый раз я в него постучался, но на стук никто не ответил. Второй и третий раз я уже просто прошел мимо.
  Следующий подъезд открыт. Первый этаж выглядит нежилым. Поэтому я поднимаюсь по темной мрачной лестнице сразу на второй этаж и попадаю в длинный почти неосвещенный коридор. Какое-то чутье мне подсказывает, что надо повернуть налево, что я и делаю. Я иду по коридору до самого конца и останавливаюсь перед крайней дверью, на которой прибита металлическая табличка с номером "41". Цифры на табличке медные, по крайней мере, мне так показалось.
  Я достаю из кармана тяжелый узорчатый ключ и вставляю его в замочную скважину. Дверь открывается легко и бесшумно.
 
  Каждый раз я не зажигал свет, а, прикрыв за собой дверь, проходил дальше. Интересного в этой квартире, а, вернее, в комнате, ничего не было. Громоздкий платяной шкаф как бы разгораживал комнату на две. В первой половине, приспособленной под кухню, стояли стол и холодильник, который был всегда отключен. Во второй половине был лишь старый разболтанный диван со скомканным одеялом и смятой подушкой.
  Я откидывал подушку в сторону, и в глаза сразу бросалась вороненая сталь пистолета, рядом с ним глушитель и две обоймы.
  Я брал пистолет и вставлял обойму. Вторую обойму и глушитель засовывал в боковой карман плаща, а пистолет - во внутренний карман. Выходил из комнаты, снова замыкал ее на ключ, проходил по тому же полутемному коридору и через перекресток направлялся к знакомому одинокому фонарю.
  Каждый раз меня там ожидал невысокий худощавый человек в шляпе, глубоко надвинутой на самые брови. Казалось, этот противный мелкий дождь ему не досаждал.
 
  А вот дальше в каждом сне все менялось. Этот человек, ни слова не говоря, какими-то немыслимыми подворотнями провожал меня до определенной точки, давал инструкции и оставался ждать.
 
  Итак, во время первого сна я оказался возле высокого стеклянно-бетонного здания. Подошел к подножию длинной анфилады ступенек. Из-за поворота подкатил длинный лимузин, из которого вышли два человека в штатском. Они подозрительно покосились на меня, но ничего не сказали. Несколько секунд все было тихо, затем наверху послышались голоса. Люди возле машины сразу же заняли напряженные позы, что изобличало в них сотрудников службы безопасности.
  Сверху по ступенькам спускалась группа людей. В центре шел высокий крупный мужчина с начинающим лысеть черепом.
  Я сразу вычленил его телохранителей, ибо только они представляли из себя некоторую опасность. Все остальные были не в счет.
  Я достал пистолет, навинтил глушитель и шагнул вперед. Как и следовало ожидать, телохранители сразу насторожились, хотя моего пистолета еще и не видели. Они уже выхватывали свое оружие, когда я начал стрелять. Они опоздали на секунду, может быть, две. Но мне этого было достаточно. На каждого из них я потратил по одному выстрелу. И уже через мгновение развернулся к машине. Люди из службы безопасности также не успели ничего сделать.
  После этого я, не спеша, подошел к лысоватому господину. Самое странное, что я не увидел в его глазах и тени страха. Но это меня уже не интересовало. Я всадил в него последние пули из обоймы, перешел снова улицу, слыша вой далеких полицейских сирен.
  Вернувшись на то место, где меня ожидал провожатый, я отдал ему пистолет и запасную обойму.
  Не доходя до фонаря на перекрестке, он растаял в ночи, а я шагнул снова через незримую черту, что разделяла мой сон и его.
 
  Второй мой сон повторился в точности до момента, когда меня под фонарем снова ожидал невысокий худощавый человек в шляпе по самые брови. Он опять вел меня по подворотням. Тем же самым или другим, трудно было определить, тем более, что это все-таки был сон.
  Мы опять вышли на освещенную улицу. Только на этот раз мой провожатый меня не оставил, а провел несколько кварталов, прежде чем мы оказались перед каким-то громоздким сооружением, похожим на стадион. Внутри него слышался рев многотысячной толпы, подогреваемой звуками рок-музыки.
  Провожатый заговорил.
  - Там сейчас начнется проповедь.
  - Что за проповедь?
  - Новой религии.
  - И что с того?
  - Нам это не нужно. Ты должен его убить.
  - Почему я?
  - Не задавай глупых вопросов.
  - Ты хамишь... А если я сначала убью тебя?
  - Тогда ты не сможешь вернуться назад.
  Мне показалось, что шляпа моего провожатого еще глубже надвинулась на его глаза.
  - Делай, как знаешь. Я лишь исполняю приказы.... Впрочем, я не думаю, что ты будешь делать глупости. Жду тебя в условленном месте.
  Глядя, как он удаляется, я еще некоторое время раздумывал, а не всадить ли ему пулю меж лопаток, а потом повернулся и пошел к "черному" входу.
  Подойдя вплотную к охранникам, я понял, что иначе, как с боем, здесь не прорваться.
  - Гражданин, вы куда?
  - На проповедь.
  - Ваши документы.
  Я машинально зашарил по внутренним карманам плаща, там действительно что-то было. Я протянул все. Охранник долго их рассматривал. Вдруг его лицо просветлело.
  - Зачем же вы идете через "черный" вход? У вас же контрамарка на престижный балкон.
  - Разве?
  - А вы, что, не знали?
  - Простите, я такой рассеянный. Друзья сказали, что я могу пройти где угодно.
  - Ну, в принципе, да. Только проповедь уже началась.
  - Ну, вот, значит, через центральный вход я уже не смогу пройти?
  - Я думаю, навряд ли. Хорошо, я вас пропущу. Наш сотрудник вас проводит, чтобы не создавать лишнего шума.
  - Спасибо, вы так добры.
  - Не стоит благодарности. Оклен, проводи господина.
  Из-за плеча охранника вышел еще один коротко стриженный, лет под тридцать. Что-то в его холодных белесых глазах мне не понравилось, да и в имени его было настораживающе знакомое.
  Мы шли по переходам спорткомплекса, когда до меня донесся шипящий голос Оклена.
  - Стой!
  - В чем дело?
  - Я знаю, зачем ты здесь.
  - Ну, и что с того?
  - Я тебя должен убить.
  - Оклен, не совершай ошибок. Проповедник должен умереть. Но тебе умирать совсем не обязательно. Ты еще можешь понадобиться.
  - Ты так самоуверен. Если я сейчас выстрелю, то еще неизвестно, кто кому понадобится.
  - Оклен, поверь, я успею выстрелить раньше, но мне совсем не хочется тебя убивать. Я все равно уйду отсюда неуязвимым. Давай отложим выяснение отношений до более лучших времен.
  Секунды таяли, а Оклен все размышлял. Наконец, он спрятал пистолет в кобуру и, уже поворачиваясь уходить, пробурчал:
  - Все равно тебе отсюда не выбраться.
  - Предоставь это решать мне самому.
  ... Через прорезь портьер я хорошо видел профиль проповедника. Открытое мужественное лицо. Около пятидесяти лет. Седые короткие волосы, зачесанные на левую сторону. Сильный проникновенный голос.
  Где-то пару минут я смотрел на него, а потом до меня стали доходить слова, которые он бросал в толпу. Даже полностью не вникая в их смысл, я понял, что эти слова завораживают, они парализуют волю, они заставляют следовать за ними.
  И тогда, подняв пистолет, я дважды нажал на спуск. Пули ударили в висок проповедника, опрокидывая его навзничь и швыряя к другому краю рампы.
  ... Выйти из спорткомплекса не представляло большого труда. Переполох поднялся такой, что вся охрана просто-напросто сдулась, не понимая, что ей нужно делать.
 
  А вот третий сон, который заставил меня вспомнить два предыдущих, остался неоконченным.
  Я также зашел в комнату с номером "41", достал из-под подушки пистолет и вышел на улицу, где под фонарем меня ждал знакомый мне по прежним снам провожатый.
  На этот раз мы не пошли в центральную часть города, а долго кружили по каким-то унылым и мрачным улицам. Потом вышли на окраину, где стояло одинокое высотное здание.
  Провожатый обернулся.
  - Это твой объект. Попасть в него сложно, но ты уж постарайся. Инструкций больше тебе никаких давать не буду: на месте поймешь сам, что нужно делать.
  А дальше сон оборвался.
 
  И теперь я сидел на своей постели в пять часов утра, кутаясь в одеяло от холодного утреннего воздуха, овевающего комнату через раскрытое настежь окно.
 
  Несколько дней мне эти сны не давали покоя, но потом я стал о них забывать. Сны - они и есть сны, и если обращать на них большое внимание, то так и недалеко до психгорки.
 

II


  Стоял теплый летний вечер. Утомленный работой и очередными семейными разборками, я брел под мелким крошевом июльского дождя, не замечая прохожих, не замечая улиц и домов.
  Только один раз я отметил свое местоположение: улица имени Максима Горького. Я шел по ней вверх и даже не задумывался о том, как я здесь оказался: ведь это место было достаточно далеко от того района, в котором я проживал. Впрочем, летом можно оказаться где угодно, если тебя никто не ждет - это ж не зима, когда мороз очень быстро отвлечет от ненужных размышлений.
  Пройдя до самого конца вверх, я вышел на перекресток с улицей Новобульварной, остановился, огляделся по сторонам, шагнул на него и не сразу понял, что вокруг все изменилось
 
  ... Я опять стоял на том самом перекрестке из своего сна, где горел одинокий фонарь, а расходящиеся веером улицы терялись во мраке мелкого унылого дождя, который неожиданно стал холодным и неприятным.
  Я сделал шаг вперед. Под ногой что-то брякнуло. Я посмотрел вниз. На брусчатой мостовой что-то тускло блеснуло. Это был ключ. Тот самый ключ, что я трижды видел во сне. - Но ведь теперь это был не сон.
  Не понимая, что происходит, я, тем не менее, нагнулся и взял этот ключ. Да, он был тот же самый - медный, массивный, с узорчатым верхом.
  А через перекресток, прямо передо мной, стоял тот же самый двухэтажный длинный кирпичный дом с темными окнами.
  К этому времени я уже промок насквозь. Тем более, что вышел из дома без зонта и в одной рубашке.
  Пока я раздумывал, из соседнего переулка вышла галдящая группа молодежи и направилась в мою сторону. Никогда не знаешь, что в голове у этих юнцов, и лучше с ними в подобной ситуации не встречаться.
  Поэтому я, помятуя свои сны, пошел через перекресток к мрачному зданию, которое все же не внушало мне доверия.
 
  Все было, как и в моих снах. Минуя первый подъезд, я сразу вошел во второй и по темной лестнице поднялся на знакомый этаж.
  Тот же полутемный коридор, и я иду в его самый конец. Та же последняя дверь с металлической табличкой и номером на ней - 41. И - никого вокруг, хотя из-за некоторых дверей пробивался свет, и были слышны музыка и чьи-то голоса.
  Я подхожу к двери. Еще раз четко и ясно фиксирую номер.
  Достаю из кармана ключ с узорчатой ручкой и вставляю в замочную скважину. Как и во сне, ключ провернулся два раза, и дверь распахнулась.
  Раздался противный скрежет несмазанных петлей, и яркий свет, ворвавшийся в коридор, заставил меня вздрогнуть. Это распахнулась соседняя дверь, и на ее пороге возникла фигура миловидной женщины в коротком домашнем халатике. Взгляд мимолетно отметил округлость коленей, стройность бедер.
  Я поднял взгляд выше. Женщина лет примерно сорока с короткой стрижкой. На щеках - ямочки, в мочках ушей поблескивают, на первый вид, непритязательные сережки. Я, хоть и не был ценителем в мире изящного, а попросту, вообще не разбирался ни в драгметаллах, ни в драгкамнях, но интуитивно понял, что в ушах нежданно объявившейся соседки находится нечто весьма дорогое.
 
  - Семен Аркадьевич, вы так редко появляетесь здесь, что ваш образ можно и забыть.
  Я несколько секунд помолчал, оценивая ситуацию. Женщина продолжала вызывающе смотреть на меня.
  - Простите, мы знакомы?
  - До настоящего момента официально - нет. Я же говорю, вы так редко бываете здесь... Меня зовут Лика.
  - Лика, вы простите, но я весь промок, и, как вы правильно заметили, я редко здесь бываю, а потому, если позволите, я сначала хотел бы пройти в свою комнату.
  - Конечно-конечно. Я надеюсь, вам хватит десяти минут, чтобы привести себя в порядок. Я так понимаю, что за время вашего такого долгого отсутствия в вашем холодильнике абсолютно пусто, а ужин вам никто не приготовил.
  После этой тирады обворожительную улыбку Лики трудно было воспринять равнодушно. Я еще некоторое время смотрел в ее глубокие томные глаза, а потом решительно распахнул дверь своей комнаты. И услышал вдогонку:
  - Семен Аркадьевич, когда переоденетесь, приходите ко мне. Ужин у меня немудрящий, но, я думаю, жареная картошка с мясом вам понравится.
 
  Я аккуратно прикрыл за собой дверь и встал на пороге. Одно дело - посещать эту квартиру во сне, и совсем другое - наяву. Почему-то я не стал включать свет, хотя четко и ясно видел выключатель с левой стороны.
  Все было знакомо: и холодильник с висящим на ручке проводом, и стол, покрытый старой потертой клеенкой, и шкаф, делящий комнату как бы на две части.
  Я переступил с ноги на ногу. Звук чавкающих мокрых туфель словно вывел меня из оцепенения. Сбросив обувь, я подошел к окну и посмотрел на улицу. Тот же одинокий фонарь на перекрестке, и тот же унылый мелкий дождь.
  Я прошел за шкаф, попутно отмечая свои мокрые следы на толстом слое пыли, которая покрывала все в комнате.
  За шкафом все было так же, как и во сне. Низкая тумбочка, криво висящая книжная полка и старый потертый диван, со скомканным одеялом и цветастой подушкой.
  Все было слишком реально, и в то же время этого не могло быть в реальности.
  Я устало опустился на колченогий стул и какое-то время бессмысленно смотрел на диван. Потом откинул подушку. Тускло блеснула вороненая сталь. Знакомый мне по снам пистолет лежал в своем привычном углублении. Рядом - глушитель и две обоймы.
 
  Неожиданно отворилась дверь, щелкнул выключатель, и голос Лики вопросил:
  - Семен Аркадьевич, вы здесь? И почему в темноте?
  Я поспешно бросил подушку на место и встал.
  - Боже мой, какое же у вас здесь запустение! Сразу видно, что одинокий человек.
  Вслед за этими словами Лика нарисовалась возле шкафа собственной персоной. Она была все в том же коротком халатике, только в свете вспыхнувшего электросвета казалась еще более соблазнительной и обворожительной. С меня же по-прежнему стекали дождевые капли. Я неуверенно переступил. Носки неприятно чмокнули.
  - Семен Аркадьевич, простите, что я так надоедлива, но мне просто хочется, чтобы вам было хорошо. Вам есть во что переодеться? Я понимаю, что это может быть неприятно, но у меня остались некоторые вещи моего бывшего мужа.
  Я неуверенно пожал плечами, подошел к шкафу и открыл одну его створку. На полках лежали тщательно выглаженная одежда и постельное белье.
  - Да, Лика, у меня есть, во что переодеться.
  Что-то вроде усмешки промелькнуло в ее глазах, но голос прозвучал виновато.
  - Простите меня. Но мне сегодня тоже одиноко, наверно, в этом виноват чертов дождь. Вы навестите меня?
  - Да.
 
  Когда Лика ушла, я сбросил с себя мокрую одежду, достал из шкафа сухую (моя - не моя, кто сейчас определит) и переоделся. Развесил прежнюю одежду сушиться на стульях и подошел к зеркалу, висящему в простенке.
  Мое лицо в чем-то изменилось. Я минуту или две рассматривал его, пока не понял, в чем дело. Я выглядел гораздо моложе, чем был на самом деле. Под глазами исчезли мешки, разгладились морщины на лбу.
  Я еще раз подошел к окну и глянул на перекресток. Тот же одинокий фонарь, но, единственное отличие - возле него стоял невысокий худощавый человек и смотрел себе под ноги, хотя было такое впечатление, что он смотрит прямо на меня.
  Я отошел от окна. Фиг вам! Это не сон - и я не обязан подчиняться его законам.
  Батареи в комнате были холодными - ну, кто же в середине лета будет отапливать, тем более, такие бараки, в котором я находился. Все же я еще раз перевесил свою мокрую одежду и, выключив свет, вышел в коридор, по-прежнему полутемный.
  Постучал в соседнюю дверь. Она распахнулась сразу же. Лика улыбалась, в ее комнате было уютно, не то, что в моей. На стенах горели светильники, в глубине комнаты виднелся накрытый столик.
  Лика не обманула: там действительно стояла сковородка с жареной картошкой и мясом, распространяя по всей комнате восхитительный аромат, какая-то еще немудрящая закуска.
  Я чувствовал себя не совсем в своей тарелке.
  - Извините, Лика, что я с пустыми руками. В холодильнике ничего нет, а зайти в магазин я как-то и не подумал.
  В глазах Лики опять мелькнуло что-то похожее на насмешку.
  - Семен Аркадьевич, а вы разве видели в нашем районе хоть один магазин? И даже в центре они разве работают в это время?
  Я не знал, что ответить, но Лика сама пришла мне на помощь.
  - Впрочем, вы так редко и так ненадолго появляетесь здесь, что вас вполне можно простить за ваше незнание.
  И она снова обворожительно улыбнулась. Подошла к холодильнику, достала из него запотевшие бутылки с вином и водкой и, непринужденно о чем-то болтая, увлекла меня к столу.
 
  Время прошло незаметно, бутылки опустели. Содержание нашего разговора я плохо запомнил, потому что все время подспудная мысль о том, как же я оказался здесь, в своих снах, не давала мне покоя.
  Я уже подумывал, как бы деликатно откланяться и отправиться в свою унылую комнату, как Лика вдруг непонятно чему рассмеялась, открывая ровный ряд ослепительно белых зубов, и после этого, лениво позевывая, сказала:
  - Как у вас говорят, хватит соловья баснями кормить. Я правильно выразилась?
  Сначала я опешил.
  - Не могу точно сказать, но, вроде, примерно так.
  Лика опять усмехнулась и, кивнув на широкую постель, произнесла:
  - Так что, может, приступим? Если вы, конечно, не против, и у вас есть к этому способности и возможности. Я-то женщина одинокая и уже давно ни с кем не спала, если честно.
 
  Я несколько секунд молча смотрел в ее призывно блестевшие глаза, потом перевел взгляд на бедра, которые едва прикрывали полы коротенького халатика. Предложение было высказано настолько откровенно, что грех было от него отказываться. Меня смущало лишь одно.
  - Простите, Лика, а здесь есть, где помыться? Я весь пропах этим унылым дождем и еще каким-то потом, хотя в такую погоду вроде бы трудно вспотеть.
  - Конечно, в конце коридора есть душевая комната. Я вас провожу, иначе вам с непривычки не все будет понятно.
  ... Действительно, без Лики я бы, наверно, не вымылся. Раздевалку от душа отделяла прозрачная стеклянная перегородка, и через нее хорошо было видно, что там мылись две девушки. Я инстинктивно попятился назад, как услышал смеющийся голос Лики:
  - Чего испугался? У нас здесь так принято. Моются все вместе, и ничего зазорного в этом нет. Да я и сама с тобою помоюсь, а то, не ровен час, потом комнаты перепутаешь.
  И она легким движением сбросила с себя халатик, под которым ничего не было. Несколько секунд она вызывающе смотрела на меня, а потом, покачивая бедрами, пошла в моечную.
  Вид ее крепкого тела с призывно колеблющимися ягодицами и исключительно стройными и ровными ногами, меж которыми темнел небольшой треугольник темных курчавых волос, сделал свое дело.
  В этот миг распахнулась дверь, и из моечной в раздевалку впорхнули те девушки, что до этого принимали душ. Я стоял в идиотской позе, с торчащим пенисом, и не знал, что мне делать. Одна из девушек недоуменно скользнула по мне взглядом. Ее взгляд стал еще более недоуменным, когда она увидела мой восставший орган.
  Однако тут вновь дверь отворилась, и Лика, поймав меня за руку, буквально втащила в моечное отделение и затолкнула под струю теплой воды.
  Я кое-как помылся, потому что Лика постоянно бросала на меня взгляды. Потом она взяла из моих рук мочалку.
  - Давай я тебе помогу, а то ты даже ни видишь, что трешь.
 
  Уже в раздевалке она даже не дала мне одеться, а, набросив на плечи длинное махровое полотенце, сочно поцеловала в губы.
  - Здесь недалеко, не успеешь замерзнуть.
  В коридоре нам никто не встретился, и, зайдя в комнату, я сразу же юркнул под одеяло, а уже через пару секунд прижимал к себе прохладную обворожительную Лику.
 

III


  Утром я проснулся от запаха свежесваренного кофе. Зажмурил глаза и попытался вспомнить, где же находятся мои трусы. Но - тщетно.
  Из маленького магнитофона, стоящего на подоконнике, лилась тихая музыка. За окном, хоть и рассвело, было пасмурно, по стеклу текли и текли тоненькие струйки: шел все тот же противный и унылый мелкий дождь, который временами переходил в еще более тоскливое крошево, непонятно из чего состоящее.
  - Проснулся?
  Возле кровати нарисовалась Лика в своем неизменном халатике.
  - Вставай, пойдем пить кофе.
  - Да вот, не могу найти...
  - Это, что ли?
  И Лика виртуозным движением достала откуда-то мои трусы и, весело засмеявшись, начала вертеть их на пальце. Вдоволь насладившись моим смущением, она великодушно протянула их мне.
  - Держи. Надеюсь, я могу говорить с тобой на "ты"?
  - Конечно.
  Лика присела на край постели.
  - А ты - молодец! Такого класса мне еще никто не показывал. Я не шучу. Это действительно так.
  И она вдруг с неподдельной нежностью запустила пальцы в мои волосы и сказала совершенно непонятные слова:
  - Даже переход до конца не сработал. Ты хоть и помолодел, но остался совершенно седым. Впрочем, это тебя не портит. А, даже наоборот, добавляет какой-то шик. Жаль, я не могу тебя показать никому из своих знакомых - они все умерли бы от зависти... Ладно, давай одевайся и приходи на кухню завтракать.
 
  Кроме трусов, я из своей одежды больше ничего не нашел и, пройдя на кухню, плюхнулся на стул, попутно приглаживая волосы и почесывая начинающую пробиваться щетину.
  То, что называлось кухней, было такой же импровизацией, что и в моей комнате.
  Я поймал себя на том, что эту непонятную комнату из своих снов, неожиданно ставшую реальностью, называю своей. И почему-то не удивился этим мыслям.
  Лика критически осмотрела меня и засмеялась.
  - Мы вчера с тобой все забыли в душе. Сейчас схожу, принесу.
 
  Через несколько минут я уже сидел в своих (или не своих, взятых из шкафа) тренировочных штанах и футболке.
  Лика еще раз осмотрела меня и спохватилась.
  - Ты же, наверно, хочешь умыться. Вот раковина. Она есть в каждой комнате. Правда, я не знаю, есть ли в твоей комнате вода, поскольку ты бываешь здесь годом да родом. Поэтому мойся здесь, вот тебе зубная щетка и паста. Насчет щетины пока ничего не могу посоветовать. Надеюсь, к вечеру разберемся.
  - К вечеру?
  - Может, и раньше, если ты сообразишь, где находишься.
  - Что это значит?
  - Ты сначала умойся, милый, и позавтракай.
 
  Завтрак прошел в полном молчании. Допив кофе, я промямлил:
  - Лика, я пойду к себе.
  - А что, здесь тебе плохо?
  - Нет, очень хорошо. Но все же надо в своей комнате осмотреться. Убраться хотя бы - там же пыли немерено.
  Лика скептически глянула на меня.
  - И как же ты собираешься бороться с пылью? Ведь, наверняка, у тебя нет не только ведра, но и самой обычной половой тряпки.
  ... Я пытался сопротивляться, но Лика стояла на своем. В конце концов, сломленный ее напором, я покорно отворил дверь своей квартиры, и Лика с ведром и кучей тряпок торжественно ступила за порог.
  Я уселся на старый стул, который, заскрипев всеми суставами, не преминул развалиться подо мной в самый неподходящий момент. Лика всплеснула руками и залилась тихим мелодичным смехом, наблюдая, как я, кряхтя и вполголоса матюгаясь, выбираюсь из-под обломков того, что еще минуту назад было стулом.
  - Ох, Семушка, ты еще со многим здесь столкнешься, так что будь осторожен. Общежитие старое, да и порядки здесь другие, чем у вас, в вашем мире.
  - В нашем мире? А что тогда здесь?
  Но Лика не отвечала, вовсю орудуя шваброй. Я стоял посреди обломков стула, размышляя, куда бы их деть, как услышал возглас Лики.
  - Ой, а это что такое?
  Проклятье, я совсем забыл про оружие под подушкой, и сейчас Лика с удивлением разглядывала его.
  - Сема, что это значит?
  - Сам не знаю. Так было во снах и повторилось наяву.
  - В каких снах?
  - Потом расскажу.
  - Сема, ты знаешь, что за хранение оружия полагается смертная казнь?
  - Нет, не знаю.
  Лика задумалась.
  - Тогда надо все это выкинуть. Ночью, тихо и незаметно, чтобы никто не знал.
  - Нет.
  - Почему нет?
  - Я не знаю, кто его сюда положил. Я думаю, хозяин за ним придет. Положи подушку на место.
  - Там могут остаться твои отпечатки.
  - Я не прикасался к оружию.
  - А ты в этом уверен? Сам же говорил о каких-то своих странных снах. Я так поняла, что в этих снах ты бывал здесь?
  - Да.
  - А ты уверен, что это были сны?
  - Что ты имеешь в виду?
  - Просто предполагаю... Тогда никто не может дать гарантию, что отпечатков твоих нет. А, как я уже тебе говорила, в нашем мире за это полагается смертная казнь.
  - Ты уже не в первый раз говоришь "в нашем мире". Это значит, что я нахожусь в ином мире, нежели тот, который является мне родным?
  - Возможно. У тебя тоже есть книжная полка. Но ты ни разу не удосужился в нее заглянуть. Очень настоятельно тебе советую это сделать. Эти книжные полки - обязательный атрибут каждой комнаты и каждой квартиры.
 
  Действительно, на противоположной от дивана стене висела книжная полка. Книг в ней было не густо, но, видимо, количество книг не являлось главным ее достоинством.
  Я достал наугад одну из книжек. Это был академический труд под названием "История Неетхалле". Я машинально пролистал его, потом решил читать сначала, благо Лика основательно взялась за уборку. Она гремела ведром и шваброй, а я, внимательно прочитав первую главу, начал постепенно осознавать, где же нахожусь.
  На местном наречии этот мир назывался Неетхалле. Как я понял, это было почти то же самое, что и Земля. Правда, было похоже на то, что государство здесь было лишь одно, вернее, Конфедерация государств. Хотя и существовало несколько десятков каких-то карликовых территорий, типа анклавов или автономий. Международный язык общения - линдгорский. Очень развитая техника, весьма совершенные технологии. Климатические условия, сходные с земными. Жесткая авторитарная власть. Короче, планетарное структурированное государство, изжившее, или считающее, что изжившее, всякое инакомыслие. Куда оно движется и в чем его цели, было не совсем понятно.
  Я отложил историю и взял с полки политический справочник, но он мало что добавил к почерпнутым ранее сведениям.
 
  Лика закончила уборку и собралась уходить.
  - Лика, подожди. Покажи мне на атласе, где я хотя бы нахожусь в данный момент.
  - А какая тебе разница?
  - Ну, все же, ради спортивного интереса.
  - Вот здесь.
  И Лика уверенно ткнула в атлас. Я прочел название населенного пункта - Харт. Настоящая провинция, до столицы, как и у нас, довольно не близко. Но более всего меня поразило название Конфедерации - Руссор.
  - Лика, ты не против, если я посижу немного у себя и почитаю?
  - Конечно, тебе это будет полезно.
  Однако дальнейший просмотр "Истории Неетхалле" мне мало что дал. Я лишь уточнил, что Руссор - это, в принципе, не конфедерация, а конституционная монархия, технически довольно развитая, хотя в основном это заметно по центральной части. В военном отношении, если автор "Истории" не приукрашивал, Руссор, пожалуй, превосходил военную мощь всех земных государств, вместе взятых.
 
  За окном начало смеркаться. Видимо, в Неетхалле светлое время суток было совсем коротким.
  Я подошел к окну. Дождь прекратился. Фонарь уже горел, но под ним не было заметно знакомой невысокой фигуры. По-видимому, задания сегодня никакого не будет, и я могу, если получится, отправляться к себе домой. Правда, я пока слабо себе представлял, как я это сделаю.
  Одежда моя просохла, я переоделся и зашел к Лике попрощаться.
  Она некоторое время молча смотрела на меня, а потом, закинув ногу на ногу, задумчиво спросила:
  - Уже собрался? Не хочешь задержаться?
  - Мне пора.
  - Когда опять заглянешь сюда?
  - Не знаю. Как позовут.
  - Кто позовет?
  - Сам хотел бы знать. Прости за нескромный вопрос, но как ты узнала, что я из другого мира?
  - Догадалась. Впервые ты здесь появился около двух месяцев назад. До этого, насколько я помню, эта комната всегда была нежилая. Появлялся ты всегда в темное время, сразу куда-то исчезал, возвращался обычно через несколько часов и снова уходил. Кроме того, ты не знаешь здешних правил и законов.
  - Почему именно в этот раз ты вышла из своей комнаты?
  - А я человек любопытный. Мне стало интересно, что за новый жилец у нас появился.
  - Почему ты назвала меня Семеном Аркадьевичем?
  - Так просто. Некоторые имена у вас и у нас совпадают. Я решила ляпнуть наугад. Но ты даже не удивился и не подал виду, что я ошиблась.
  - Почему ты решила, что ошиблась?
  - Так, интуиция. И как же тебя все-таки зовут?
  - В следующий раз скажу.
  - Если он будет.
  - Мне кажется, что будет... Еще вопрос. Ты упомянула в разговоре, что мир, из которого я прихожу, называется Землей. Откуда ты это знаешь?
  - А ты сам ночью во сне говорил. В основном что-то непонятное, но слово "Земля" я хорошо расслышала.
  - Тогда мне вот что интересно. Мы говорим на моем языке - и ты меня понимаешь.
  - Милый, я не знаю вашего языка. Тебе просто кажется, что ты говоришь на своем языке. На самом деле ты говоришь на линдгорском. Может, просто думаешь на своем.
 
  Еще некоторое время мы продолжали смотреть друг на друга, потом я буркнул: "Пока", - и вышел в коридор, успев отметить, что Лика так и не сделала попытки встать и проводить меня.
 

IV


  Я уж собрался было идти к выходу, но какая-то мысль, толком даже и не оформившаяся, не давала мне покоя. Что-то явно было не так. Особенно после разговора с Ликой. Я снова подошел к окну и посмотрел на улицу. Там ничего не изменилось, меня по-прежнему никто не ждал.
  Я машинально глянул на свою дверь, потом на Ликину, и только сейчас осознал то, что мой мозг отметил еще вчера: расстояние между нашими дверями было явно больше, если учесть ширину наших комнат, словно между ними скрывалось еще какое-то помещение.
  Осторожно, стараясь не шуметь, я снова отомкнул дверь и вошел назад в свою комнату.
  Беглый осмотр стены ничего не дал: никаких швов, никаких признаков потайной двери. Оставалась лишь торцевая стенка шкафа, вплотную придвинутого к стене. Я открыл дверцу, вынул все полки с бельем и аккуратно сложил их на диван. Потом тщательно обследовал внутреннюю поверхность, однако ничего похожего на кнопку либо какой другой механизм управления, так и не обнаружил.
  Я уж решил было оставить поиски до другого, более подходящего, случая, как, оперевшись ладонью о спинку дивана, почувствовал, что ее угол сдвинулся под весом моего тела куда-то вниз. Открылось углубление, в котором матово отсвечивала черная панель с кнопкой. Я надавил на нее и услышал тихий шелест. Боковая стенка шкафа отъехала внутрь, и открылся темный проем.
  Немного помедлив, я шагнул в него.
  Абсолютно темная комната. В ее глубине мерцают разноцветные огоньки какой-то аппаратуры.
  Я достал из кармана зажигалку. Ее неверный огонек мало что добавил к уже увиденному, но позволил отыскать выключатель. Комнату озарил тусклый свет одинокой лампочки, висящей прямо под потолком.
  Я огляделся. Комната поуже моей. С правой стороны у торцевой стенки - старый потертый диван, который как раз был по размерам ширины помещения. Небольшой столик, три стула, маленький холодильничек, который, в отличие от моего, тихо гудел. Я открыл дверцу: вода в бутылках, немного каких-то продуктов.
  Левую половину комнаты занимала аппаратура непонятного назначения. Часть ее была включена, видимо, работала в автоматическом режиме.
  Той пыли, что покрывала мою комнату до того, как Лика навела там порядок, здесь не было: явно, уборка производилась регулярно. Если бы сюда проходили через мою комнату, то на полу, наверняка, остались бы пыльные следы. Скорее всего, сюда есть еще один вход, и именно из Ликиной квартиры.
  Больше здесь делать было нечего, и я, выключив свет, прошел назад к себе и привел все в прежнее положение.
 
  - Простите, вы все закончили?
  Я медленно обернулся: видимо, прошлые путешествия между мирами выработали во мне новые привычки, раньше я не отличался большой выдержкой.
  Возле окна, прислонившись к стене, стоял высокий плечистый человек. Тусклый свет уличного фонаря не позволял толком рассмотреть его лицо.
  - Извините, что без стука и приглашения. Пару минут я простоял здесь, не хотел вам мешать. Разрешите, я пройду? Да, хочу вас предупредить, Сергей, не надо делать лишних неосторожных движений и не надо меня бояться: я не сделаю вам ничего плохого.
  Я не нашел ничего глупее, как задать вопрос:
  - Вы знаете мое настоящее имя?
  Мне показалось, что незнакомец улыбнулся.
  - Конечно. А то какой-то дурацкий Семен Аркадьевич, верно? Мы многое знаем о вас. Можно сказать, почти все.
  - Кто это "мы"?
  - Ну, Сергей, такие подробности вам пока знать не обязательно... Сейчас я постараюсь вам кое-что рассказать, чтобы ввести вас немного в курс. Ибо настало время в интересах дела, чтобы ваши действия и поступки стали более осмысленными. Кстати, для простоты общения зовите меня просто "майор" - это примерно соответствует тому званию, что я имел бы у вас на Земле, если бы родился и жил там. Я работаю в особом подразделении на государственные структуры очень высокой иерархии.
  "Майор" прошел вперед и сел на диван.
  - Присаживайтесь тоже. Свет мы зажигать не будем, это ни к чему... Итак, начнем с ваших вопросов. Что вас интересует?
  - Меня много что интересует. Прежде всего, как я оказываюсь здесь?
  - Это самый сложный вопрос. Есть миры, отдельные представители которых достаточно свободно путешествуют по Вселенной. Мы же слабо еще представляем себе технику преодоления границ между мирами, несмотря на наше техническое развитие. Могу вам сказать, что мы намного превосходим ваш мир в этом отношении. Поэтому Земля в общем плане нас мало интересует. Не сочтите за обиду, но что можно взять от цивилизации, отстающей на несколько порядков? Но... В этой отсталой цивилизации вдруг обнаруживается индивидуум, легко преодолевающий границы между мирами. Причем, спонтанно. Естественно, мы этим индивидуумом заинтересовались. Сейчас кое-что стало понятно, и техника "перехода" тоже стала проясняться, а в некоторых случаях мы уже научились этим управлять. Пока больше ничего я вам сказать не могу.
  - Понятно, что ничего не понятно. А мои сны? Это происходило в действительности?
  - А что вы помните?
  Немного помедлив, я рассказал. "Майор" задумчиво посмотрел на меня и кивнул.
  - Да, было.
  - И я расстрелял этих людей?
  - Да.
  - И кто же решал, что это нужно сделать? И что сделать это должен был именно я?
  - А какая вам разница? Вы же это сделали в своих снах. Можно даже сказать, что вы этого не делали. Это же были лишь сны. Никто вас за это не осудит. Тем более, что все это произошло в другом мире.
  - Вам легко говорить.
  - Почему вы так думаете? Мне тоже приходилось совершать разные поступки во имя спокойствия и порядка. Вы знаете, что было бы, останься жить тот проповедник? Вся планета была бы ввергнута в состояние хаоса.
  Мне не хотелось продолжать спор на эту тему.
  - Что теперь будет дальше со мной?
  - Ничего особенного. Мы переходим ко второму этапу: осуществление сознательного перехода в другие миры.
  - Сознательного?
  - Да, пришло время вам попытаться это сделать.
  - Когда?
  - Да хоть завтра, хоть сейчас. Все зависит лишь от вас. Кстати, попробуйте именно сегодня. Вы к этому уже практически готовы. Провожатый вас только лишь проконтролирует. Точку "перехода" вы знаете... Вообще-то в вашем мире вами тоже заинтересовались специальные структуры. И я не удивлюсь, если вас в точке "перехода" встретят и захотят с вами иметь конфиденциальную беседу.
  - И о чем же будет эта беседа?
  - Я думаю, о многом. О ваших способностях и о нашем мире.
  - Что же я должен рассказать?
  - Все, что хотите. Можете правду, можете приврать. Все равно никто не сможет вас проверить. А правда нам абсолютно ничем не грозит.
  - А если меня в психушку упрячут?
  - Не упрячут. Вы им будете очень нужны. У них же тоже нет специалистов такого класса. Вот только боюсь, что они вас постараются использовать в своих мелких узковедомственных целях, учитывая общий уровень цивилизации. Впрочем, мы ситуацию будем контролировать.
  - Каким образом?
  "Майор" усмехнулся.
  - Какая вам разница? Просто мы не дадим вас обидеть.
  - Так вы говорите, сегодня я могу попробовать "шагнуть" сам?
  - Можете. И я с большим интересом понаблюдаю из окна за вами.
  - Я могу отсюда что-то взять с собой?
  - Можете. И тогда я понаблюдаю за еще одним экспериментом: пока никому не удавалось пронести через "переход" какую-либо вещь, не относящуюся к обязательной экипировке проходящего. Я имею в виду одежду, обувь - все остальное через границу между мирами не пропускается... Что бы вы хотели взять?
  - Одну из этих книг.
  И я указал на полку. "Майор" с интересом хмыкнул.
  - И какую же именно?
  - "Историю Неетхалле".
  Он на мгновение задумался.
  - Берите. В ней нет ничего секретного. Хотя для ваших спецслужб это, наверняка, будет занимательное чтиво. Книга написана в патриотическом стиле, там много вранья. Ну, да ладно, контакт с вашими службами, рано или поздно, но все равно надо устанавливать. Только имейте в виду, что книга написана на линдгорском, а на Земле, кроме вас, этого языка никто не знает. Так что вам придется ее переводить.
  - Еще вопрос: как соотносятся время в Неетхалле и на Земле?
  - Вас волнует, заметили ли ваше отсутствие? Разница есть, но есть и некоторые обстоятельства, о которых вы узнаете в своем мире. Так что, навряд ли, ваша семья что-то заподозрит. В крайнем случае, придумаете что-нибудь. Думаю, проблем с этим не будет.
 

V


  Я снова надел плащ, взял книгу с полки, сунул ее подмышку и, не прощаясь, вышел в коридор. "Майор" меня не задерживал.
  Уже проходя мимо фонаря и сворачивая в знакомый переулок, я оглянулся, отметив в окне темный силуэт "майора".
  У входа в переулок я остановился и внимательно вгляделся в его пространство. В одной из ниш я скорее угадал, чем разглядел низкую приземистую фигуру своего неизменного провожатого по странным снам.
  Я остановился и из какого-то детского озорства поманил его пальцем, но он так и не вышел.
  Точку "перехода" я помнил хорошо. Поэтому, подойдя к ней, я просто закрыл глаза и шагнул.
 
  И тут же меня привел в чувство визг тормозов и бешеный мат водителя. Я опять стоял на углу улицы Новобульварной прямо на проезжей части, а буквально в нескольких сантиметрах от меня стояла иномарка, водитель которой все еще изрыгал из себя проклятия в адрес лохов и козлов.
  Но его уже усаживали в машину какие-то незнакомые молодые люди, и, сопровождаемый их последними напутствиями, он что-то буркнул в ответ, громко хлопнул дверкой и, заложив немыслимый вираж, умчался дальше.
  Я уже понял, что это те встречающие, о которых меня предупреждал "майор".
  Я безропотно отдал книгу, дал проверить карманы своего плаща и также безропотно сел в подкативший автомобиль.
  Я сразу же оказался зажатым на заднем сиденье между двумя дюжими удальцами. Если б у меня и были бы мысли о сопротивлении, то под собой они не имели бы никакой почвы.
  Машина катила по ночным улицам, я даже не пытался определять направление ее движения, потому что это не имело никакого значения. Мы долго колесили по улицам, пока, наконец, не остановились у какого-то неприметного дома.
  - Выгружайся!
  Достаточно неприветливо обратился один из сопровождающих. Я не стал дергаться: с такими жлобами лучше промолчать, чем нарываться на неадекватный ответ. Зачем делать лишние телодвижения: ведь все развивается по своим законам, и если нам суждено еще встретиться, то вот тогда мы и разберемся. А то ведь можно, ненароком, и стеклянный член, как в анекдоте, сломать. Чего совсем бы не хотелось...
  Впрочем, это уже из другой, как говорится, оперы. Пока же я ждал, чем закончится это представление. Что-то мне подсказывало, да и слова "майора" я помнил, что никаких серьезных последствий, этот контакт иметь не будет, если я стану вести себя достаточно благоразумно.
 
  Мы прошли в дом, причем, сопровождающие молодцы контролировали каждое мое движение. Видимо, инструкции им были даны серьезные.
  Впрочем, домом это можно было назвать с большой натяжкой. Обычный дачный домик, где на тесной кухоньке горел неяркий свет, который давала запыленная и засиженная мухами лампочка на сорок ватт.
  За столом сидел лысый человек неопределенных лет в потертом пиджачке и неторопливо прихлебывал из стакана крепко заваренный чай.
  Он поднял на меня усталые глаза и неожиданно дружелюбно улыбнулся.
  - Присаживайтесь, Сергей Александрович. Чайку не желаете после дальней дороги?
  - Смотря как измерять эту дальность.
  - Да хоть как... И все же, может, чайку?
  - Не откажусь.
  Я с удовольствием отпил принесенный ароматный чай.
  - Замечательно. А то там пьют какую-то дрянь, не имеющую ничего общего с нашим чаем.
  - Там?
  - Ну, вы же знаете, где я был.
  - Понятия не имею. На вас мы набрели чисто случайно. И я очень надеюсь, что вы сами все расскажете, и как можно подробнее.
 
  Один из сопровождавших меня подошел к столу и положил перед лысым человеком изъятую у меня книгу. Тот повертел ее в руках, полистал, потом снова положил на стол.
  - Так, весьма интересно. И о чем же эта книга?
  - Это история Неетхалле. Написана на линдгорском языке.
  - И кто же ее сможет перевести?
  - Я.
  - Еще интереснее. Вы знаете этот язык? И как давно?
  - Со вчерашнего дня.
  - Хорошо... Ребята, подождите пока на улице.
  Подождав, пока все выйдут, мой собеседник некоторое время смотрел в окно, потом перевел глаза на меня.
  - Им совсем не обязательно слушать продолжение нашего разговора... Итак, что такое Неетхалле?
  - Это название мира, в котором я был.
  - По идее, я должен бы удивиться тому, что вы мне рассказываете. Но я не удивляюсь. Вам не кажется это странным?
  - Немного.
  - Чтобы нам с вами было дальше проще разговаривать, скажу коротко: кое-что мы знаем о "переходах". Скажите, как вам удалось пронести книгу? Насколько я знаю, до сих пор это было невозможно.
  - Я не могу этого объяснить. Получилось - и все.
  - Инициатива взять книгу была ваша?
  - Да, моя.
  - И вам разрешили это сделать?
  - Да.
  - Почему?
  - Они говорят, что настало время установить контакт.
  - Для чего?
  - Мне это неизвестно.
  - Вы можете объяснить, как вы идете через "переход"?
  - Раньше был просто вызов с той стороны, потом меня отправляли обратно. То есть, что-то вроде команды. Сегодня я впервые перешел обратно сознательно.
  Лысый человек допил чай и на некоторое время задумался. Потом опять посмотрел на меня - в его усталых глазах по-прежнему ничего не изменилось
  - Знаете, Сергей Александрович, сейчас уже поздний час, и мы наш разговор закончим в другое время. В соседней комнате есть свободная постель, можете там располагаться.
  - Извините, но я уже вторые сутки отсутствую. Жена будет волноваться.
  - Вы думаете? Вот телефон - позвоните.
 
  Я набрал номер. Мне ответил мужской голос, который непонятно кому принадлежал. Я положил трубку.
  - Кто это был?
  - А вы не поняли?
  - Нет.
  - Да это ж вы сами. Просто человек зачастую не знает, как его голос звучит по телефону, поэтому и не может узнать.
  Мне казалось, что последние события приучили меня уже ничему не удивляться, однако оказалось не так.
  - Что за чушь?
  - А вот здесь вы не правы.
  - Я что, и здесь, и там?
  - Почти. Мы впервые столкнулись с этим феноменом, поэтому не могу вам пока ничего конкретного сказать. По-видимому, это побочные явления, возникающие во время перехода между мирами.
  - История про доктора Джекила и мистера Хайда живет и здравствует?
  - Зря иронизируете. В данном случае это проявление феномена как нельзя более кстати. Ваша жена вашего отсутствия не заметила. Вы для нее - на своем привычном месте.
  - Пьяный и дурной?
  Мой собеседник поморщился.
  - Вы сами выбрали такое определение, хотя, возможно, доля истины здесь есть. Все это пока на уровне гипотез и предположений. Могу высказать лишь свое собственное мнение. ... Похоже, это ваш личный способ раздвоения, и по-другому вы не можете уходить в "переход". Так что насчет доктора Джекила и мистера Хайда вы в чем-то и правы.
  - Интересно было бы посмотреть на своего двойника.
  - Не советую. Завтра вечером вы придете домой и станете самим собой. А пока я еще раз настоятельно советую вам переночевать здесь. Утром вас разбудят немного раньше, нам надо будет обсудить ряд вопросов. Потом вас отвезут на вашу работу, если, конечно, обстоятельства не изменятся. Спокойной ночи.
 

VI


  Ночью я спал плохо. Проснулся где-то часа в четыре утра и потом просто лежал. Недалеко проходило шоссе, по нему время от времени проносились машины. Свет их фар отражался в окнах, пробегал по переплетам и, спустя несколько секунд, гас в удалении. Потом мне надоело лежать, я встал, прошел на кухню и заварил себе чай.
  - Не спится?
  Мой вчерашний собеседник возник в дверном проеме. Его цепкие внимательные глаза словно бы ощупали меня всего.
  - Да, не спится.
  - И что же вы решили?
  - А что я должен был решать? Ведь от вас конкретных предложений не было.
  - Неужели? По-моему, я предложил вам работать на нас. Неужели вы этого не поняли?
  - Почему же? Хорошо понял. А разве у меня есть выбор? Я могу вам ответить отказом?
  - Можете. Но последствия, как вы сами понимаете, для вас могут быть не совсем желательными. Уж слишком необычны и важны те события, в центре которых вы оказались. И слишком необъятны и непредсказуемы те силы, которые вы разбудили.
  - И все же, если я откажусь?
  - Я вам не советую этого делать.
  - Чем же это мне грозит?
  - Подумайте о своей семье.
  - О какой?
  - А разве у вас в этом мире нет семьи?
  - Послушайте, я не знаю вашего звания...
  - Подполковник.
  - Так вот, подполковник, мне плевать и на ваше звание, и на вас в том числе.
  - А на свою семью?
  - Вы же прекрасно знаете, что за свою семью я просто порву вас всех на части, невзирая на звания и должности.
  Лысый человек усмехнулся.
  - А у вас хватит на это сил и возможностей?
  - Я их займу.
  - В другом мире, что ли?
  - Это мое дело.
  Он вздохнул.
  - А вы не слишком самоуверенны?
  - В чем?
  - Что вам удастся это сделать?
  - Я надеюсь на это. А вы, подполковник, как я понимаю, лишь пустая фишка. Не будь в обиду вам сказано, но, на самом деле, вы - пустое место. Я больше не желаю на эти темы разговаривать с вами.
  Я, конечно, блефовал, но у меня не было на данный момент другого выхода.
  Подполковник несколько минут помолчал, потом, достав из кармана сотовый телефон, набрал номер. Переговорив, он положил мобильник на подоконник и уставился в окно.
  - Итак, подполковник, что мы делаем дальше?
  - Подождите, сейчас приедет генерал Мирлин, и тогда, надеюсь, вам все станет ясно.
  Фамилия мне, конечно, ни о чем не говорила, поэтому я стал также ждать. Так мы сидели где-то с полчаса, думая каждый о своем и глядя, по преимуществу, в стол.
 
  ... Возле ворот ткнулась черная иномарка с затемненными стеклами. Стукнули дверцы, выскочили телохранители, затем из основного салона высунулась дородная фигура в генеральском мундире.
  Генерал Мирлин был обычным человеком, если так можно говорить о тех, кто принадлежит к высшим слоям общества.
  Когда я служил в армии, то генералов видел предостаточно, поэтому видение нового члена меня не повергло в ступор и не вызвало благоговения.
  Подполковник же заранее поднялся, зачем-то погладил свою лысую голову.
  Входная дверь отворилась.
  - Здравия желаю, товарищ генерал!
  Вошедший, не отвечая, прошел к столу и, пожав подполковнику руку, повернулся ко мне. Из чувства вежливости я встал и сухо поздоровался. Никакого пиетета к генералу Мирлину я не испытывал. Он с интересом несколько секунд всматривался в меня, потом произнес:
  - Так вот вы какой, Семен Аркадьевич! Который раз убеждаюсь, что фотографии дают о людях не совсем верное представление.
  Я с удивлением посмотрел на генерала.
  - Почему Семен Аркадьевич?
  Генерал довольно засмеялся.
  - Это было что-то вроде шутки. Просто я хотел показать, что мы о вас достаточно много знаем. Откуда - не скажу. Профессиональная тайна. Да вы присаживайтесь, Сергей Александрович, нам надо много еще чего обсудить.
  - Но мне нужно на работу.
  - Не волнуйтесь, сегодня там будет ваш двойник, а завтра, быть может, если мы договоримся, у вас будет другая работа. Причем, гораздо более высокооплачиваемая, чем на вашем прежнем месте...
  И, уже обращаясь к подполковнику.
  - Анатолий Иванович, как прошла ваша беседа с Сергеем Александровичем?
  - Не вполне.
  - Что же так?
  - Он выказывает юношеский задор и непонимание ситуации.
  - Ну, это дело поправимое. Итак, с чем вы не согласны, Сергей Александрович?
  - В основном с тоном, каким мне это было предложено.
  - Понятно. Вы уж извините подполковника, знаете ли, специфика работы накладывает свой отпечаток.
  Чуть заметная улыбка тронула губы подполковника. Надо сказать, что я этому немало подивился: я уж думал, что он вообще лишен эмоций.
  Генерал пододвинул к себе листок бумаги и написал несколько цифр.
  - Получать за свою работу вы будете вот столько. Вас это устраивает?
  Я глянул на листок.
  - Вполне. Только что я должен делать? Ну, переведу эту книгу - "История Неетхалле". А что дальше? Насколько я понимаю, мне придется "ходить" не только в Неетхалле?
  - Естественно. У нас насчет применения ваших уникальных способностей есть несколько другие планы. Но мы их обсудим немного позднее. Сейчас же вы мне подробно расскажите о своих путешествиях.
 
  ... Когда я закончил свой рассказ, генерал Мирлин помолчал, а потом задумчиво изрек:
  - Если бы я это услышал лет пять назад, я сам бы посадил вас в "дурку". Теперь, опять же в силу специфики нашей работы, я знаю, что в этом нет ничего невозможного. "Майор" вам не сказал, контакт какого типа они хотели бы установить?
  - Нет.
  - И еще. Вам не показалось, что кто-то из них уже бывает в нашем мире?
  - Трудно сказать. В принципе, это не исключено. В техническом отношении они намного обошли нас, если судить по этой книге.
  И я кивнул в сторону "Истории Неетхалле", которую подполковник так и не убирал со стола.
  - К тому же, "майор", по понятным причинам, не мог быть со мною полностью откровенным. Кроме того, они же каким-то образом нашли меня и научились не только вызывать к себе, но и поручать выполнение особых операций.
 
  Генерал грузно поднялся из-за стола и протянул мне руку.
  - Ну, хорошо, Сергей Александрович, давайте пока прощаться - меня ждут дела. Вы пока отдыхайте. Сейчас сорганизуют баньку, пивко, вот только девочек не обещаю - с этим у нас строго. А потом подполковник Смирнов введет вас в курс дела. Надеюсь, вы с ним поладите. Он - человек терпимый и понятливый. К тому он курирует именно то направление деятельности, к которому вы будете привлечены.
 

VII


  Уже в предбаннике, потягивая после парной холодное пиво, подполковник Смирнов миролюбиво произнес:
  - Меня зовут Анатолий. Давайте не будем дуться друг на друга - мы же не дети. И делать нам с вами одно дело. Может быть, перейдем к конкретике?
  - Что ж, давайте.
  Подполковник еще раз отхлебнул пиво и смачно заел его солидным куском аппетитного копченого лосося. Что и говорить, пиво он умел пить вкусно и красиво. Не спеша вытер руки о лежащее рядом полотенце и только после этого поднял на меня глаза.
  - Служба, в которой я состою, и которую возглавляет генерал Мирлин, не числится ни в одном реестре, даже самом секретном. Тем не менее, зарплату мы получаем регулярно, и, как видите, достаточно неплохую. Структуру службы вам пока знать не обязательно. Всему свое время. Такого человека, как вы, мы искали очень давно. Контактов с другими мирами у нас не было, хотя мы и знали, что возможность переходов существует, причем, не только в теоретическом плане. Но к таким контактам мы особо и не стремились, поскольку отдавали себе отчет в том, что это может быть небезопасно, учитывая возможный разрыв в техническом развитии. Всегда стоит опасаться сильного соседа, тем более, когда не знаешь его намерения. И ваш рассказ убедил нас в том, что опасения были не напрасны. Поэтому, несмотря на то, что Неетхалле - это первая возможность контакта, активировать его мы будем весьма осторожно. Надо достаточно хорошо подумать, стоит ли вообще его поддерживать. Необходимо правильно оценить возможные "плюсы" и "минусы". ... Поэтому с Неетхалле мы пока сделаем паузу. Задачи перед вами будут поставлены иного порядка. И, прежде всего, на благо нашей страны.
  Поймав мой вопросительно-иронический взгляд, он вполне серьезно заявил:
  - А что вы так смотрите? Я действительно патриот своей страны, и вы тоже со временем поймете, что быть им не так уж и плохо. А пока прочтите вот это.
  И он, достав из тонкой папки, лежавшей здесь же, на краю столика с закусками, несколько листков.
  - Что это?
  - Читайте-читайте. Это даст вам первое представление о той глобальной задаче, которую мы вместе с вами будем решать. А я пока еще попарюсь.
 
  На первом листке стоял заголовок, который выглядел довольно интригующе, но ничего не объяснял - "Альтернативная история".
  Далее шел текст.
  "Теория множественных миров в качестве одной из ветвей имеет предположение о том, что в этой множественности миров существует также бесконечное количество миров, в которых земная цивилизация повторяется. В результате каждый из живущих на Земле имеет своих двойников, число которых соответствует количеству этих миров.
  Если изначальные предпосылки верны, то возможны два варианта:

     -- эти миры абсолютно идентичны
     -- эти миры друг от друга отличаются.

  Первый вариант, несмотря на то, что его поддерживает целый ряд очень известных и авторитетных ученых, представляется не совсем приемлемым, поскольку предполагает дурную и абсурдную бесконечность.
  Второй вариант перспективнее, так как из него вытекают достаточно интересные выводы. А именно: если в близлежащих мирах эти различия минимальны, то, по мере удаления, в связи с нарастанием четвертой координаты - времени, эти различия нарастают.
  Вывод из всего этого лежит на поверхности: мир, отстающий от нас по времени - это наше прошлое, а мир, опережающий нас во времени - наше будущее. Хотя, если подходить со строгих позиций, это не совсем так. Возникают случайные сдвижки, которые могут вызвать лавину событий, уводящих мир совсем на другой путь развития.
  Однако, в любом случае, возможность путешествия во времени перестает быть абстракцией. Остается лишь технически, либо каким другим способом решить этот вопрос.
  Гораздо интереснее другое. Предположим, человек смог попасть в свой прошлый мир. Возможно, здесь есть определенные ограничения, связанные с моментами рождения и смерти двойников. Также пока непонятно, как будет решаться парадокс "внука, убивающего своего дедушку до своего дня рождения". Скорее всего, такая ситуация возможна, однако ее реализация будет равносильна гибели того мира, из которого прибыл "внук", и ему будет уже некуда возвращаться.
  Если же условия задачи смягчить, не задавая параметрам экстремальные значения, то "внук", прибывший в мир "дедушки", способен совершить некие действия, которые в корне могут изменить его собственный мир.
  И здесь возникают заманчивые перспективы. - Можно подкорректировать ближайшее будущее своего мира, если точно знать, в каком из прошлых миров какое совершить действие.
  В принципе, задача начинает приобретать довольно ясные очертания - надо всего лишь разобраться в причинно-следственных связях между прошлым и будущим и четко поставить задачу.
  Во-первых, надо достаточно точно спрогнозировать будущие события.
  Во-вторых, определить в этом будущем нежелательные моменты и понять, какие события в прошлом определили именно такое развитие.
  В-третьих, построить более приемлемую модель будущего.
  В-четвертых, построить схему причинно-следственных связей и определить, что надо изменить в прошлом, чтобы будущее максимально точно вписалось в просчитанную оптимальную модель.
  Воздействие на прошлое должно быть, по возможности слабым и мало ощутимым, чтобы не вызвать шквал побочных неприятных эффектов или не запустить цепочку, уводящую будущее на неизвестный путь, о чем уже говорилось выше.
  Во всем этом является невыполнимым или представляется таковым лишь одно: проникновение в прошлое и возвращение обратно. Хотя, в принципе, здесь также есть, от чего оттолкнуться - привязки к датам и событиям, то есть пространственно-временные координаты".
 
  Подполковник Смирнов вернулся из парилки. Я отложил в сторону листки и задал вопрос:
  - А для чего менять будущее?
  - Приведу вам небольшой пример. Допустим, мы в 2008 году проникаем в 1935 год и производим там такое изменение, которое в 2012 году кардинально изменит политическую карту мира, унеся в небытие целые страны и народы.
  - Зачем это лично вам?
  - Лично мне это, может, и ни к чему. Но есть люди, которые были бы не против этого. К тому же, как я уже сказал, я патриот своей страны.
  - Вам по-прежнему не дает покоя мысль о построении справедливого общества на всей планете?
  - А почему бы и нет?
  - Я так понимаю, что моей глобальной задачей будет попытка проникновения в прошлое с целью его немного подправить?
  - Примерно так.
  - И вы уже определились, куда мне надлежит отправиться?
  - Да, две такие точки уже есть.
  - И куда же?
  - Не все сразу. Это мы обговорим завтра.
 

VIII


  Вечером я был дома. В каком месте я подменил своего двойника, я даже не заметил. Жена ничего не сказала, и мы просто разошлись по соседним комнатам, как совершенно чужие люди.
  Утром я встал в шесть часов, мне для этого уже не надо было даже заводить будильник. Не знаю, что в этом случае оказывало наибольшее влияние: долголетняя привычка или приближающаяся старость.
  Когда я вышел из подъезда, ко мне неприметной тенью скользнул силуэт, и тихий голос настойчиво произнес:
  - Сергей Александрович, прошу вас в машину.
  Видя мое замешательство, он добавил:
  - Прошу вас не удивляться. Я лишь выполняю приказы. Генерал Мирлин отправил за вами машину.
  Спорить не приходилось, и я покорно сел в припаркованную рядом черную "Волгу", хотя, вроде бы, по нынешним временам, эта модель должна бы уж выйти из моды. Видимо, давние пристрастия спецслужб имеют довольно живучие корни.
 
  В невзрачном трехэтажном здании, возле которого мы остановились, меня предупредительно провели в кабинет, где мне навстречу поднялся сам генерал Мирлин. Он дружелюбно улыбнулся и протянул руку.
  - Доброе утро, Сергей Александрович! Я так понимаю, что вы приняли наше предложение?
  - Его трудно было не принять.
  - Да ладно вам. Смиритесь с этим, как с неизбежностью. Уверяю вас, вам здесь понравится - работа интересная, зарплата достойная. Что еще человеку в наше время надо? ... Сейчас сюда подойдет подполковник Смирнов. Надеюсь, вы успели подружиться... А, вот и он. Забирайте, подполковник, нашего дорогого гостя и коллегу и окончательно введите его в курс дела.
 
  В кабинете, куда Смирнов привел меня, были те же голые стены, практически пустой стол, если не считать трех телефонов, один из которых, явно, был "вертушкой". Едва усевшись с другого конца стола, я нахально задал вопрос:
  - Итак?
  - Что "итак"?
  - Вводите меня в курс дела.
  Подполковник сразу поскучнел.
  - Вы все-таки неисправимы. Не так все быстро. Давайте по порядку... Если я буду немного повторяться, вы уж не обессудьте, просто я хочу, чтобы вы себе все четко уяснили. Вчера я вам кое-что рассказал о тех задачах, что поставлены перед нами. Применительно к вам это означает следующее. - Вы умеете проходить между мирами, и то, видимо, не всегда. Нам же нужно, чтобы вы прошли не между чужеродными мирами, а земными, отстоящими друг от друга на определенном временном интервале. Я занимаюсь этими вопросами с самого первого дня, когда они были обозначены. Конечно, сам я не умею "ходить" между мирами, но уже понял, что переходы между чужеродными и однородными мирами - суть разные вещи.
  - Для чего же вы тогда меня пригласили?
  - В надежде на то, что вы сумеете разобраться, может быть, и на основе интуиции и совершить такой переход. По крайней мере, кроме вас, этого делать больше никто не умеет. Хотя я понимаю, что такой эксперимент можно провести лишь на действующей модели.
  - Ну, так и давайте по существу. Где и в какое время я должен оказаться и что должен сделать?
  Смирнов ненадолго задумался, а потом сказал, по-прежнему глядя в стол (я уже стал ненавидеть эту его привычку):
  - Ну, хорошо, сейчас я вам дам кое-какие пояснения, а потом коротко обрисую суть предстоящего первого задания, или, если угодно, эксперимента. Возможно, это будет и правильно.
 
  - Вчера вы читали очень краткие тезисы программы. Даже не тезисы, а выжимки в популярном виде. К ним я хочу добавить, что при путешествиях во времени, как показывают расчеты, изменения временной составляющей не будет. Будет лишь незначительное изменение причинно-следственных связей.
  - Но ведь изменение связей как раз и вызовет изменение времени. И в какое будущее потом вернется человек, побывавший в прошлом?
  - В свое. Ведь глобальные изменения начнутся не сразу, а несколько позднее. Поэтому человек, побывавший в прошлом, вернется не в гипотетическое будущее, а в тот же год, месяц и день, из которых он отправился в прошлое. Запрограммированные изменения произойдут через некоторое время, поэтому его зацепить не успеет. Конечно, есть определенные ограничения. В частности, время нахождения в прошлом не должно превышать нескольких часов, тогда человек практически ничем не рискует, тем более, что регион его проживания будет находиться достаточно далеко от основных событий. Исполнителей такого уровня не может быть много. В данный момент, вы - пока один. Поэтому обеспечить для вас режим безопасности достаточно несложно.... Не решен лишь сущий пустяк: как найти такой "проход" и потом вернуться обратно.
  Подполковник при этих словах снова попробовал улыбнуться. Потом добавил:
  - Вот в этом и состоит пока ваша задача.
  - А дальше?
  - Что дальше?
  - Чтобы решать поставленную задачу, мне нужна информация. - Вы говорили о двух найденных в прошлом точках.
  Смирнов вздохнул.
  - Но это будет последнее, что я вам пока расскажу.
 
  - Итак. Жил у нас в стране изобретатель-артиллерист Артемьев Владимир Андреевич. Генерал. Лауреат нескольких премий. Начиная с сентября 1933 года, занимался совершенствованием и доведением реактивных снарядов РС-82 и РС-132 до сдачи их на вооружение. Является одним из авторов "катюш". Был у него в жизни такой эпизод. В 1922 году он был арестован и постановлением Особого совещания при Коллегии ОГПУ заключен в концлагерь сроком на три года. В 1925 году он вернулся с Соловков и продолжил работу в Газодинамической лаборатории Н.И.Тихомирова. Но, по другим источникам, он в 1924 году на Главном артиллерийском полигоне в Ленинграде провел пуски двадцати одной ракеты, которые дали десятикратное увеличение дальности их полета за счет реактивного заряда. ... Так сказать, мы имеем ярко выраженную точку в прошлом, имеющую несколько вариантов развития событий. И посмотрите на разницу во времени: 1924 год и 1933 год - у советской ракетной техники было украдено несколько лет... Мы подняли все секретные архивы, и выявилась одна любопытная деталь: на Соловки Артемьев попал после дружеской вечеринки, где он под хмельком неосторожно рассказал несколько анекдотов. Вроде, на вечеринке все люди были надежными, но вот, поди ж ты, кто-то все-таки сдал.
  Смирнов замолчал. Я с интересом глянул на него.
  - И что из всего этого следует?
  - Если вмешаться в те события, то можно направить их по другому варианту. И тогда этих потерянных лет не будет.... Наши специалисты провели детальный анализ. Есть лишь два выхода: найти того, кто сдал, или не допустить участия Артемьева в вечеринке. К сожалению, узнать фамилию стукача не удалось. Поэтому остается лишь одна возможность: предотвратить там появление Артемьева.
  У меня так и вертелись на губах ехидные слова, но я сдержался. Вместо этого спокойно спросил:
  - И это должен сделать я?
  - Да.
  - Каким образом?
  - Сначала подумайте, как попасть в 1922 год в конкретное место и в нужный час. Детали мы обсудим позже.
 

IX


  Меня отвели в какую-то пустую комнату и оставили одного. На столе было лишь несколько чистых листков и ручка. Я бесцельно их перебрал и стал смотреть в зарешеченное окно. Сколько так прошло времени, не знаю.
  Неожиданно в голове мелькнула смутная мысль. Не давая ей ускользнуть, я напряг свою память. Почему-то вспомнилась книга Ричарда Баха "Чайка по имени Джонатан Ливингстон". И именно тот момент, где Ливингстону объясняют, как можно в следующее мгновение оказаться в любом месте, где тебе хотелось бы быть.
  Я сразу вспомнил, как я "шагнул" в последний раз из Неетхалле домой. - Я просто представил себе тот угол улиц, где мне надо было оказаться.
  Я еще немного посидел, обдумывая пришедшую идею, а потом поднялся и вышел в коридор. Вопреки моим ожиданиям, возле двери никакой охраны не было, видимо, система внутренней безопасности здесь была достаточно хорошо продумана, и не имело смысла ставить на этажах какие-то дополнительные посты.
  Я остановился в раздумье. Ни на одной двери не было не только табличек, но и номеров. Поэтому, не мудрствуя лукаво, я просто сунулся в соседнюю дверь. Там за столом сидел бледнолицый молодой человек и перебирал какие-то бумаги. Он без всякого выражения глянул на меня.
  - Простите, мне нужен подполковник Смирнов.
  Бледнолицый, не меняя выражения, опять уткнулся в свои бумаги.
  - Через кабинет.
  Я не стал выражать знаков благодарности, поскольку в них никто не нуждался, а просто прикрыл дверь.
 
  Подполковник Смирнов был на месте. Казалось, он был слегка удивлен, приятно удивив меня проявлением своих эмоций. Я прошел внутрь и сел напротив.
  - Вы хотите мне что-то сказать?
  - Да, подполковник, есть идея.
  Он меня молча выслушал, потом также молча записал перечень тех материалов и документов, что мне были нужны, и сказал, что для их поисков и доставки понадобится некоторое время, но, самое большее, завтра к утру эти материалы будут лежать у меня.
 
  Действительно, на следующий день на моем столе уже с утра лежала стопка бумаг. Я стал с интересом их перебирать. Там было много чего, но, самое главное, было именно то, что меня более всего интересовало: фотографии старой Москвы, офицеров НКВД, генерала Артемьева, его шофера и охранников. Также была приколота справка о графиках выезда генерала и адрес дома, где он проживал до ареста.
  Еще неделя у меня ушла на то, чтобы все это запомнить и четко, в деталях, себе представлять.
  Наконец, я понял, что могу решиться на эксперимент.
 
  Смирнов внимательно меня выслушал, позвонил по "вертушке", и через пять минут мы предстали перед генералом Мирлиным.
  - А если случится неудача, и вы не попадете туда, куда нужно?
  - Тогда я просто вернусь назад.
  - А если не удастся вернуться?
  - Тогда вы меня просто спишите.
  - Вы так спокойно об этом говорите.
  - Товарищ генерал, я прожил уже достаточно долгую жизнь и устал бояться каждого куста.
  - Ненужное геройство... Значит, гарантий нет?
  - Гарантий не будет никогда, пока мы не попытаемся сделать это хотя бы раз.
  - Возможно, вы и правы. Но, все же, я не пойму, почему вы так настроены?
  - Я привык выполнять порученное мне дело на совесть и отрабатывать те деньги, что мне платят за работу.
  - Хорошо, вы меня убедили. Подполковник Смирнов, готовьте операцию. Сегодня я доложу "наверх", что мы готовы к ее проведению.
 
  ... Я стоял возле подъезда четырехэтажного здания, ожидая, когда подойдет машина за генералом Артемьевым.
  На мне была приличная шинель со знаками различия офицера НКВД. Однако в Москве все же стоял январь, и было достаточно холодно. Единственное, что я не предусмотрел - это обувь. Обут я был в щегольские сапоги, поэтому ноги немилосердно мерзли. Однако в этом тоже был свой резон: офицер НКВД в таких сапогах должен был неизменно внушать доверие. Оставалось надеяться, что аналитики подполковника Смирнова не слишком намного ошиблись, и мне не придется здесь бесславно замерзнуть.
  И, действительно, не прошло и пятнадцати минут, как из ближайшего переулка вынырнул автомобиль.
  Из него выскочил также энкавэдэшник, но ниже меня по званию. Он направился к подъезду, но я заступил ему дорогу.
  - Добрый вечер! Моя фамилия - Веденеев. Сегодня я буду сопровождать генерала. Можете по прямой связи эту информацию проверить.
  Он недоверчиво на меня уставился, но не решился пререкаться.
  - Извините, но я такой информации не получал. Разрешите, я уточню.
  Через несколько минут он вернулся, и, откозыряв, сообщил:
  - Желаю вам приятно провести вечер.
  И неожиданно улыбнулся.
  - Мне сделали как бы подарок. Сегодня у меня было назначено свидание с любимой девушкой, которое чуть не сорвалось... Ладно, я побежал на автобус.
  И, продолжая счастливо улыбаться, он припустил по улице.
 
  Подойдя к машине, я открыл дверцу водителя.
  - Как тебя зовут, друг?
  Молодой парень, сначала смотревший настороженно, а потом, увидевший, что наши переговоры с бывшим сопровождающим закончились благополучно, дружелюбно улыбнулся.
  - Сергей.
  Меня несколько покоробило совпадение имен, но выбора у меня не было.
  - Сегодня я буду сопровождать Владимира Андреевича. Давай-ка осмотрим твою машину.
  Сергей глянул недоуменно, но подчинился. Когда он открыл багажник и склонился над ним, я ударил его рукоятью пистолета по затылку. Он сразу осунулся вперед, и я лишь подтолкнул его, запихивая в багажник.
  - Извини, Сережа, но так надо.
  Я уселся за руль и стал ждать. Немного погодя, из подъезда показалась коренастая фигура генерала Артемьева. Я вышел ему навстречу и открыл дверцу. Он подозрительно уставился на меня.
  - А вы кто такой? Я вас не знаю.
  - Капитан Веденеев.... Извините, товарищ генерал, произошли некоторые накладки, и начальство сделало подмену. Если желаете, можете уточнить.
  - А где мой шофер?
  - Я - в едином лице. Вот мои документы.
  Весь расчет был на то, что генерал не захочет снова подниматься в квартиру, чтобы уточнять ситуацию.
  Артемьев еще несколько секунд размышлял, потом сел в машину.
  - Поехали, мы и так уже опаздываем.
  Я глянул на часы. Артемьев был прав, мы действительно опаздывали, но не в том смысле, что подразумевал генерал. На все про все у меня оставалось не более двадцати минут.
  Я гнал машину на предельной скорости к точке "перехода". Генерал временами недовольно кряхтел, но пока не выказывал неудовольствия. Лишь когда мы пропустили нужный поворот, он заметил:
  - Позвольте, а вы знаете маршрут?
  - Товарищ генерал, там сегодня идут ремонтные работы.
  Лишь когда мы миновали второй поворот, он покосился на меня.
  - Капитан, куда мы едем?
  Точка "перехода" была почти рядом, поэтому я резко затормозил.
  - Мы приехали, товарищ генерал.
  - В смысле7
  Не поворачиваясь, я боковым движением плеча ударил генерала в подбородок. Он сразу обмяк и как бы растекся на своем сидении. Я повернулся и, соизмеряя силу, ударил его под левый глаз. Подождал пару минут, наблюдая, как набухает синяк.
  - Простите, товарищ генерал, но это в ваших же интересах. Ни к чему вам быть на этой вечеринке.
  Потом вышел из машины, помог выбраться из багажника начавшему приходить в себя водителю и усадил его за руль.
  - Сережа, только не вздумай куда-то ехать. Вас и так скоро найдут - поэтому замерзнуть не успеете.
  Немного помедлив, я все же решился исполнить те вольности, что утаил от подполковника Смирнова.
  Я уже собирался "шагнуть" в "проход", когда мне в голову пришла еще одна шальная мысль. Ведь я, следуя принципу Джонатана Ливингстона, могу "шагнуть" куда угодно. И я живо представил себе внутреннюю обстановку кабинета подполковника Смирнова.
 
  ... Никогда не забуду этой картины.
  Обычно невозмутимый подполковник долго и бессмысленно пялил на меня глаза, обозревая мою фигуру в военной шинели.
  - В чем дело, подполковник, вы, что, меня не узнали?
  - Ну, блин, предупреждать же надо! Ты что, уже всему научился?
  - Подполковник, а с какого времени мы с вами на "ты"?
  Мне показалось, что в его взгляде промелькнуло что-то похожее на злость. Но он себя пересилил.
  - Извините, просто это было так неожиданно.
  Я постарался сделать виноватый вид.
  - Вы меня тоже извините, подполковник. Просто у меня не было времени на выбор вариантов. Поэтому я "шагнул" туда, что лучше всего смог представить.
  - Ладно, проехали... Подождите немного, я должен доложить генералу.
  Положив трубку, Смирнов произнес:
  - Генерал сейчас сам будет здесь.
 
  Когда я закончил свой рассказ, Генерал Мирлин задумчиво спросил:
  - Вы уверены, что нам удалось изменить ситуацию?
  - На сто процентов нельзя быть ни в чем уверенным. Но, я думаю, после таких событий, да еще с синяком под глазом, генерал навряд ли отправится на вечеринку. Даже при большом его желании ему не позволят это сделать органы. Тем более, что я оставил там знаки.
  Смирнов выпучил глаза.
  - Какие знаки?
  - В бардачок я положил георгиевскую ленточку, ту, что всем дарили на День Победы, а рядом с сиденьем шофера оставил записку: "Наше дело правое - мы победим".
  Генерал Мирлин тяжело вздохнул и, осуждающе глядя на меня, сказал:
  - Больше никогда не делайте так. Тем более, что следующее задание будет связано не с нашей страной.
  После его ухода Смирнов долго молчал, потом буркнул:
  - Еще одна подобная выходка - и к вам будут приняты соответствующие меры.
  - В смысле? Вы меня убьете или запретите "ходить" по мирам?
  - Зачем? У нас есть другие, достаточно адекватные, способы воздействия.
  - Вы мне опять угрожаете?
  - Перестаньте, в конце концов, быть мальчишкой. Поймите, мы занимаемся очень серьезным делом... Чтобы закончить на этом разговор, хочу сказать, что вы в основном прекрасно справились с заданием. Отдохните недельку, а потом поговорим о следующем.
 

X


  Ровно через неделю Смирнов снова пригласил меня к себе.
  - Присаживайтесь, Сергей Александрович. Вы получили премию за предыдущее задание?
  - Да.
  - Вы ею довольны?
  - Вполне.
  - А теперь почитайте вот эту справочку.
 
  "Отто Скорцени.
  Родился 12 июня 1908 года в Вене в семье потомственных военных. В 1931 году закончил Высшую техническую школу и начал работать в строительной фирме. В 1932 году знакомится с Йозефом Геббельсом и вступает в австрийскую НСДАП.
  В 1939 году Скорцени заканчивает частную летную школу и получает летные права. К тому времени он уже стал совладельцем фирмы строительных лесов, завязал знакомства с влиятельными людьми. Вторым браком он женился на дочери президента Рейхсбанка Ялмара Шахте.
  Начинается Вторая Мировая война. Не служивший ранее в армии Скорцени пытается стать боевым летчиком, но его не берут по возрасту (31 год). Тогда он поступает в ваффен-СС (аналог гвардейских частей Красной Армии) и в качестве инженера-автомеханика участвует во французской и балканской кампаниях. В 1942 году Скорцени попадает в Россию, но после ранения и тяжелой дизентерии врачи признают его негодным к службе в боевых частях.
  Осенью 1942 года Скорцени оканчивает курсы танковых офицеров, но надежды вернуться на фронт обрывает очередной приступ дизентерии. Казалось бы, военная карьера Отто Скорцени окончена.
  В апреле 1943 года капитан запаса Скорцени получает неожиданное предложение возглавить новую часть, предназначенную для проведения специальных операций. Часть носит название "Специальный учебный лагерь Ораниенбург". Руководству СС потребовался знающий и разбирающийся в технике офицер для обучения немецких коммандос."
 
  На этом текст заканчивался. Я аккуратно положил листок на стол и спросил:
  - А что же дальше?
  - А дальше были ряд успешных операций, которые принесли Скорцени славу лучшего диверсанта Европы. В числе таких операций - и освобождение Муссолини. ... И вот здесь нам показалось странным, что человек без специальной подготовки сначала стал во главе подразделения, готовившего будущих коммандос, а потом и продемонстрировал всем, как надо проводить уникальные операции, используя абсолютно нетрадиционный подход и незаурядные логические построения. А вам не показалось, что здесь есть нестыковки?
  - Ну, в мире достаточно много странного.
  - Извините, но немцы были не дураки, чтобы поручать такое важное дело человеку, мало понимающему в нем.
  - Может, сыграли его связи? Все же, сам Ялмар Шахт.
  - Связи не смогли бы ему помочь провести целый ряд блестящих операций.
  - А если у него были талантливые помощники?
  - Мы проверяли. В ближайшем окружении Скорцени таковых не было. Кроме того, абсолютно точно установлено, что все эти операции Скорцени разрабатывал лично сам.
  - И каков же вывод?
  - А вывод напрашивается такой: Скорцени лукавит, а архивы надежно прячут его лукавство. Похоже, что в период с 1932 года по 1939 год он прошел обучение в специальной диверсионной школе.
  - Вы знаете, что это за школа?
  - Примерно. Первый аналог школ СС.
  - Какой это точно год?
  - С большой долей вероятности - 1933-й.
  - И вы предлагаете мне туда отправиться, искать неизвестно кого и неизвестно где?
  - Пока нет. Но в течение ближайших дней наши аналитики дадут ответ. Как вы помните, в случае с Артемьевым их прогноз был безошибочен.
  - Это ничего не значит. Раз на раз не приходится.
  - Сергей Александрович, вы же понимаете, что другого выхода нет.
  - Хорошо, тогда попрошу мне как можно скорее дать информацию в том же объеме, что и по генералу Артемьеву.
  - Этим мы сейчас и занимаемся.
  - В чем причина спешки? Артемьев и Скорцени как-то связаны меж собой?
  - В общих чертах, да. Ракетные разработки.
  - В чем состоит задача?
  - Не дать Скорцени поступить в эту диверсионную школу. Тогда, возможно, удастся избежать довольно многих нежелательных последствий.
  - Хорошо. Как только у вас будет готова информация, сразу же дайте ее мне.
  - Естественно.
 
  Через несколько дней на мой стол легла тонкая папка.
  - И это все?
  - К сожалению, да. Такие люди, как Отто Скорцени, стараются как можно меньше оставлять следов. Здесь есть еще его собственные мемуары, но там, думаю, вы мало найдете правды.
  - Понятно... Сразу скажите, в какой день я должен попасть.
  - 25 июня 1934 года. Утро, восемь часов тридцать минут. Адрес там есть.
  И Смирнов кивнул на папку.
  - Фотография места есть?
  - К сожалению, нет.
  Я открыл папку и стал демонстративно ее листать, не обращая больше внимания на подполковника.
  Он уже привык к моим выкрутасам и просто тихо вышел.
 
  ... Я опять стоял в незнакомом месте. На мне была форма офицера СС. В знаки различия я особо не вдавался, в данном случае, это и не имело большого значения.
  Тихий пригород Берлина, где нахождение любого представителя власти внушало в эти годы тихий трепет и уважение. Было раннее летнее утро, я терпеливо ждал. Возле меня был припаркован черный "Мерседес-Бенц".
  Появившегося из-за угла здоровенного детину я заметил сразу. Он скорым шагом двигался в сторону центра. Еще раз отдав мысленно дань уважения аналитикам подполковника Смирнова, я шагнул ему навстречу.
  - Отто Скорцени?
  - Да, а в чем дело?
  - Я офицер СС. Вам надо проехать со мной на некоторое время.
  - Извините, но у меня срочное дело.
  - Вы торопитесь на экзамен в диверсионную школу СС?
  Он подозрительно глянул на меня.
  - Откуда вы это знаете?
  - Разве мои погоны не говорят о том, что я могу знать не только это, но и нечто большее?
  На лице Скорцени выразилось смятение.
  - Да, конечно.
  - Или вы мне не доверяете? Можете посмотреть мое удостоверение.
  - К чему же? Я и так вам верю.
  - Тогда садитесь в машину. Мы уладим небольшие формальности, а потом я доставлю вас прямо в школу.
  Отто немного помедлил, потом все-таки сел в машину.
  Как и в первый раз, времени у меня оставалось в обрез.
  Я немного поплутал по близлежащим улочкам и, наконец, припарковался у двухэтажного старого дома, на вид необитаемого.
  Я кивнул Отто.
  - Выходи.
  Он глянул недоверчиво, но, видимо, вид моего мундира пересилил, и он вышел из машины.
  Я уверено направился ко входу в подъезд, потому что знал, что иначе Скорцени не пойдет. Я шагал, слыша, как он идет сзади в нескольких метрах.
  Также, не сбавляя шага, я зашел в подъезд, по звуку шагов понял, что Скорцени сделал то же самое и, резко обернувшись, направил пистолет ему прямо в лоб.
  - Отто, только без дури. Сделай шаг в сторону и начинай медленно раздеваться.
  Я снял пистолет с предохранителя.
  - Отто, я не шучу. Мне не хотелось бы тебя убивать, но, если ты меня вынудишь, я это сделаю.
  С таким человеком, как Скорцени, надо быть всегда настороже. Поэтому я не спускал с него глаз, пока он раздевался. Лишь на какой-то миг я потерял контроль и едва за это не поплатился.
  Непонятно откуда Скорцени выхватил нож и ударил. Меня спасло лишь природное чутье, выработанное за то время, что я "ходил" по мирам. Лезвие мелькнуло возле моего лица в считанных миллиметрах, затем я перехватил его руку и ей же нанес скользящий удар. Кроваво-красная полоса перечеркнула левую щеку Скорцени.
  Кровь хлынула тугой струей, я пережал кисть, и клинок выпал из его рук. Я бросил Отто его же рубашку.
  - Зажми рану. Еще раз повторяю, я не хочу тебя убивать. Поэтому продолжай раздеваться.
  Он с ненавистью смотрел на меня, прижимая к лицу окровавленную рубашку.
  - Продолжай, Отто, продолжай. И не смотри на меня так - мы с тобой никогда в жизни больше не встретимся.
  Я подождал, пока он полностью не разденется, потом собрал в кучу его одежду.
  В чем-то мне было даже его жалко.
  - Отто, не вини себя. Здесь участвуют силы других миров.
  Не снимая его с прицела, я подхватил одежду и вышел из подъезда, пятясь спиной. Все-таки этот детина вызывал невольное уважение.
  Я сел в свой "Мерседес", закинув одежду Скорцени на заднее сиденье, доехал до ближайшего мусорного бака и выбросил всю ее туда.
  Все-таки, хоть Скорцени и был потенциальным врагом, я не испытывал к нему ненависти и вражды. Не знаю, почему. Может, оттого, что все же мы с ним отстояли достаточно далеко. Тем более, что я имел неоспоримое преимущество.
 
  В этот раз запас времени у меня все же остался, поэтому я спокойно доехал до точки "перехода", решил больше не злить подполковника Смирнова и просто "шагнул" в свой кабинет.
  Там я и сидел в немецкой форме, не делая попыток кого-то разыскивать.
  Где-то через час меня нашли сами. Дверь распахнулась, и в проем просунулся подполковник.
  - Вы уже здесь? Почему так скрытно?
  - Вам же в тот раз не понравилось, что я "шагнул" прямо к вам в кабинет.
  - Да ладно, хватит ерничать. Ну, как?
  - Все нормально. Только теперь Отто всю жизнь будет ходить со шрамом на левой щеке и навряд ли станет главным диверсантом Европы.
  Подполковник Смирнов устало опустился на стул и потер свою лысую голову.
  - Значит, мы все-таки на правильном пути.
  - Это вы, а - я?
  - Сергей Александрович, каждый из нас выполняет свою работу, за которую, между прочим, платят весьма неплохие деньги.
  - Вы знаете, куда мне хочется послать вас? Почему говно должен выгребать я, пусть и за неплохие деньги, как вы изволили выразиться, а вы лишь снимаете сливки?
  Смирнов недобро посмотрел на меня и промолчал.
  - Я могу пока отдохнуть?
  - Можете. Когда вы понадобитесь, мы вам сообщим.
 

XI


  Целую неделю я отсыпался. На вопросы жены, почему я не хожу на работу, я отвечал невразумительным мычанием, типа того, что я сменил место. Потом получил зарплату, выложил на стол несколько пачек денег, и меня оставили в покое.
  Все это время мною владело тупое безразличие. Я просто пил водку, валялся на диване и играл с компьютером в его дурацкие карточные игры, в основном раскладывал пасьянсы. Причем, даже самые сложные у меня часто складывались. Всякие "ходилки" и "стрелялки" меня не привлекали: почему-то в них мне не хватало скорости и реакции, не то, что в реальной жизни.
  В конце недели я почувствовал вызов - вызов из Неетхалле.
  Я тут же сообщил об этом подполковнику Смирнову. Он сразу же отправился к генералу Мирлину. Вернулся то ли хмурый, то ли взъерошенный.
  - Когда пойдете?
  - Время не указано. Могу и сегодня.
  - Хорошо, идите, только с того же места, что и раньше, с угла улиц.
  - Все равно другой точки "перехода" здесь рядом нет.
  - Всякое бывает.
  - Ну, вы же все равно будете меня контролировать.
  - Будем.
  - Какие будут указания по контакту?
  - Смотрите сами, по обстоятельствам.
 
  Я подошел к точке "перехода". Какое-то смутное тягостное предчувствие томило меня.
  На точке все было как обычно, за исключением того, что невдалеке стояли две черные иномарки, за тонированными стеклами которых ничего нельзя было рассмотреть.
  Я сделал шаг вперед и вновь оказался перед одиноким фонарем. По привычке глянул под ноги, но ключа на обычном месте не оказалось. Тревога, которую я ощутил еще до "перехода", усилилась.
  Можно было вернуться, но я почему-то не стал этого делать. Не оглядываясь по сторонам, я пошагал через перекресток к знакомому зданию. Однако на этот раз дверь в первый подъезд была широко распахнута. Немного помедлив, я шагнул в проем - не хотелось идти до другого конца здания.
  Едва я нащупал перила и поставил ногу на первую ступеньку, как почувствовал сзади какое-то движение. Инстинктивно падая на ступеньки лестницы и переворачиваясь при этом на спину, я ударил обеими ногами в темноту, ощутив при этом, что попал во что-то мягкое и податливое. Кто-то утробно хрюкнул и, хватаясь руками за косяки, вывалился на улицу.
  Дальше я действовал в автоматическом режиме. Слыша, что сверху кто-то торопливо спускается, я рывком поднялся на ноги и вжался в угол. Мои глаза уже немного привыкли к темноте, поэтому я смог различить смутную тень, осторожно спускающуюся по ступенькам. Подождав, когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки, я сделал легкое касательное движение, подхватил обмякшее тело и привалил его к стене.
  И опять же чуть слышимые шаги снаружи я определил каким-то шестым чувством.
  Раздался негромкий хлопок, а потом в проеме возникла фигура. Это был мой неизменный провожатый по предыдущим визитам.
  "Это я", - раздался шепот.
  Он вошел в подъезд, легко поднял за шиворот только что сбитого мною. Снова опустил его на пол. Раздался опять хлопок, и в отблеске фонаря блеснул вороненый глушитель.
  - Извините, так нужно. Они были слишком опасны. Прошу прощения, что дело дошло до такой ситуации. Мы немного их недооценили.
  - Кто они?
  - Конкурирующая организация. Больше ничего не могу сказать. Если "вверху" сочтут нужным, то расскажут подробнее. ... Можете подниматься по этой лестнице. Ваша комната открыта. Ключ вам больше не понадобится, Следующая встреча состоится в другом месте, вам о нем сообщат. Я буду ждать вас на прежнем месте. Пока же мне нужно убрать следы.
 
  Я поднялся по лестнице и оказался почти напротив знакомой двери. Толкнул ее, дверь легко и без шума раскрылась. Я замер на пороге, но, похоже, больше никаких неожиданностей не предвиделось.
  Прикрыв дверь, я прошел к знакомому дивану, откинул подушку.
  Пистолет покоился на привычном месте. Рядом, как всегда, - глушитель и две обоймы. Я сразу навинтил глушитель и вставил обойму - сегодня надо быть готовым ко всему. Положил пистолет в карман плаща и собрался уже идти к выходу, как мое внимание привлек какой-то блеск возле ног. Я опустился на колени и заглянул под диван. Возле ножки что-то лежало, тускло отсвечивая в неверных отблесках уличного фонаря.
  Это была женская сережка - и спутать я ее не смог бы ни с какой другой. Когда-то я сам покупал своей жене этот эксклюзивный вариант. Помню, я отвалил тогда за сережки уйму денег. Жена долго гордилась перед своими подружками, пока с год назад не призналась с неподдельной горечью, что где-то обронила одну сережку. Наши отношения тогда уже начали приходить в упадок, я посокрушался и расценил это как недобрый знак...
  И вот теперь эта утерянная сережка, покрытая слоем пыли, лежала на моей ладони.
 
  Я устало присел на диван и тупо задумался. Хотя раздумьями это было назвать трудно - мыслей в голове вообще не было никаких. То, что это была именно та сережка, я нисколько не сомневался. И попасть она могла сюда лишь в двух случаях: либо вместе с моей женой, либо кто-то ее похитил и принес сюда преднамеренно.
  Я опустил сережку в карман плаща, достал из другого кармана пистолет и хотел снова его сунуть под подушку, но раздумал. Передернул затвор, досылая патрон, встал и вышел в коридор. Дверь за собой все же прикрыл - хотя я и знал, что сюда больше не вернусь, но неистребимая тяга к порядку пересилила.
  Подошел к Ликиной комнате и, не постучавшись, толкнул дверь. Она оказалась не заперта.
  Лика сидела за столом и красила ногти. Казалось, мое появление ее нисколько не удивило.
  - Сережа? - Проходи.
  - Уже не Семен Аркадьевич?
  - А какая разница?
  - Большая, дорогуша.
  И я направил ствол пистолета на нее. Однако в лице ее ничего не дрогнуло, она продолжала красить ногти.
  - Сейчас ты ответишь мне лишь на один вопрос.
  - Какой?
  - Кто еще из нашего мира, кроме меня, бывал здесь, у вас?
  - Ну, а мне ж откуда знать? Спрашивай у других.
  - Я уточняю вопрос: здесь бывала женщина?
  Лика с откровенной насмешкой взглянула на меня.
  - Сережа, тебе не кажется, что ты смешон?
  Откровенное хамство, прозвучавшее в ее голосе, меня взбеленило.
  - Лика, не шути так со мной. Тебе известно, что я почти профессиональный наемный убийца?
  - Ой-ой, как страшно! И этот почти убийца способен застрелить беззащитную женщину, с которой провел такую восхитительную ночь?
 
  С ее стороны это было ошибкой. Я снял пистолет с предохранителя и, чуть отведя ствол в сторону, нажал на спусковой крючок. Ее маникюрный набор, находящийся в считанных сантиметрах от руки, разлетелся на мелкие куски.
  - Ты что, с ума сошел?!
  Я снова сдвинул ствол в сторону Лики.
  - Сережа, ты не понимаешь, что делаешь.
  Впервые в ее глазах мелькнула тень смятения: она явно испугалась, хотя по-прежнему старалась не подавать вида.
  Я вынул из второго кармана сережку и протянул ее на раскрытой ладони. Золотые узоры засияли в свете настольной лампы.
  - Ну, и что, обыкновенная женская сережка.
  - Я нашел ее под диваном.
  - И что с того?
  - Когда-то эти сережки по моему личному эскизу делались в единичном экземпляре. В качестве подарка моей жене. От меня... Где-то с год назад она сказала мне, что одну из сережек потеряла.
  - Ну, и что? Мало ли одинаковых сережек? К тому же по твоему эскизу могли сделать еще. Как ты можешь утверждать, что эта сережка принадлежит именно твоей жене?
  - Вот здесь, с тыльной стороны, есть инициалы. Ее инициалы.
  - Пусть так. Только что это доказывает? - Супружескую измену? Нечего закатывать по этому поводу истерики.
  - Лика, ты что, правда не понимаешь, или придуриваешься? Ведь это - разные миры. И меня просто используют, как пешку.
  - Может, этой пешке суждено стать ферзем?
  - Ладно, хватит. У меня нет времени. Я последний раз повторяю свой вопрос: она здесь бывала?
  Лика впервые опустила глаза.
  - Сережа, какого ответа ты от меня ждешь? Если я скажу "нет", ты убьешь меня. Теперь я верю, что ты можешь это сделать. Если я скажу "да", меня убьют другие. Я не хочу врать, поэтому я говорю "нет". А теперь можешь стрелять.
  И она подняла глаза, в которых я прочитал совсем другое. Я понимал, что нахожусь в цейтноте, но я не мог стрелять в Лику и не мог уйти, до конца не удостоверившись.
  Я давно носил в кармане фотокарточку жены и, даже когда наши отношения разладились, так и не избавился от этой своей привычки. Чисто автоматически, подчиняясь внутреннему чувству настороженности, я зашел с другой стороны стола, достал из внутреннего кармана снимок и положил перед Ликой.
  Она долго смотрела, потом взглянула на меня и на мгновение закрыла глаза в знак подтверждения.
  - Сколько раз эта женщина бывала здесь?
  Лика задумчиво пощелкала пальцами: раз-два-три.
  Я снова положил фотографию в карман и, пятясь спиной, отошел к двери. Уже выходя в коридор, я услышал вдогонку:
  - До встречи, Сережа!
  Я ничего не ответил, потому что знал, что сюда уже не вернусь.
 

XII


  Очутившись в коридоре, я мгновение размышлял, в какой подъезд выходить. Если данные аудио- и видеонаблюдения, которые, наверняка, велись в Ликиной комнате, уже обработаны, и информация поступила кому надо, то все зависит от инерции системы, по которой эта информация проходит.
  Вроде бы напрашивался короткий путь, но, подчиняясь интуиции, я направился к дальней лестнице, продолжая держать в руке пистолет со снятым предохранителем. Я понимал, что главное - добраться до фонаря.
  Ступив на лестницу, я остановился на несколько секунд и тут же услышал где-то невдалеке едва слышный звук открывающейся двери. Возникшие в коридоре силуэты я скорее почувствовал, чем увидел. Понимая, что это может быть кто угодно, в том числе и просто жильцы, направлявшиеся в душ, и в то же время сознавая, что любая ошибка в оценке ситуации мне будет слишком дорого стоить, я, продолжая стоять вполоборота, трижды нажал на спуск. Три негромких хлопка, и в свете пламегасителя я увидел повалившиеся почти к моим ногам темные фигуры. На раздумья времени больше не было. Оттолкнувшись, я прыгнул прямо через перила на площадку первого этажа.
  На переходной площадке меня ждали, но этим прыжком я их опередил. Они уже бежали по лестнице, я выстрелил еще два раза и, не ожидая результатов, выскочил из подъезда. Там стоял человек на подстраховке, его я просто ударил рукоятью пистолета: в отличие от прошлых заданий, в этот раз была лишь одна обойма, поэтому патроны приходилось экономить.
  Я понимал, что по прямой мне до фонаря вряд ли удастся добежать и, не раздумывая, нырнул за противоположный угол дома.
  Не успел выпрямиться, как почувствовал прикосновение к плечу. Я уже разворачивался, одновременно нанося один из заученных ударов, как оказался сбит на землю. Попытался вывернуться, но напавший явно был профессиональнее.
  - Тихо. Не дури.
  Я узнал по голосу своего низкорослого провожатого.
  - Вставай. Я знал, что ты выйдешь в этот подъезд, поэтому тебя ждал здесь. Их слишком много, поэтому не будем ввязываться в драку. На подходе - группа зачистки, они все сделают, что нужно. Твое же задание никто не отменял. Пошли.
 
  Мы обошли здание с другой стороны. Мой провожатый махнул рукой, и мы пошли в обход, добираясь к знакомой подворотне с другой стороны. Я не понимал, почему нужно каждый раз идти именно через нее, но здесь, видимо, были какие-то условности или законы, которые нельзя обойти.
  - Сколько раз ты стрелял?
  - Пять.
  - Тогда держи еще обойму, а то тебе может не хватить.
  Я сунул обойму в карман, машинально отметив в уме, что до сих пор не знаю, сколько патронов в обойме.
  - Сколько у меня еще в пистолете осталось?
  Провожатый удивленно глянул на меня.
  - А ты, что, не знаешь? Обычный пистолет, девятизарядный, аналог ваших.
  Я на ходу перезарядил пистолет, сунув в карман недострелянную обойму.
  - Зачем?
  - Сегодня здесь у вас сплошные неожиданности.
  - Думаю, они закончились.
  - Как знать.
 
  Мы уже были возле подворотни, как мой провожатый сунул руку в карман, доставая переговорное устройство, нечто вроде миниатюрной рации: видимо, поступил срочный вызов.
  Увидев, как напряглась его спина, я понял, что отпущенный мне лимит времени закончился: все, что произошло в Ликиной комнате, система прокачала через себя и приняла решение, навряд ли в мою пользу.
  Я не хотел стрелять этому человеку в спину, но у меня не было другого выхода: даже секундное промедление могло стоить мне жизни, а я не хотел умирать в этом мире, мне надо было еще кое с кем поквитаться.
  Даже выдергивать пистолет из кармана не было времени, поэтому я просто стрелял через плащ. Даже после третьего выстрела он продолжал стоять на ногах. Я еще дважды нажал на спуск, и тогда он сунулся лицом вперед.
  Я скривился.
  - Прости. Но мне не оставили выбора.
 
  Я уже видел, как от дома отделилось несколько фигур, которые бежали в мою сторону. Но и до фонаря, точки моего "перехода", было не более пяти шагов.
  Оказавшись возле точки, я вдруг сообразил, что там, на Земле, меня также ждут.
  "Вот фиг вам!". Я не знал, сработает ли принцип Джонатана Ливингстона при переходе между чуждыми мирами, но все же представил себе узкую бетонную дорожку возле своего дома и "шагнул", успев заметить удивленные лица подбегавших преследователей.
 

XIII


  В этот раз переход получился не совсем корректным: меня сильно толкнуло, и я упал на колени, появившись из ниоткуда прямо перед молодой парочкой, прогуливавшей на сон грядущий какую-то породистую собачонку, чем напугал их всех до полусмерти. Похоже, более всего была напугана собачонка, которая вырвала поводок и с истошным визгом куда-то умчалась.
  Меня еще раз швырнуло в сторону, но я пересилил себя и привстал. Перед глазами все качалось.
  Парочка немедленно ретировалась вслед за своей собачонкой. И действительно, было чего испугаться: вид у меня, наверно, был еще тот. Всклокоченный мужик в черном плаще с бессмысленными глазами, в правой руке зажат пистолет.
  Я присел на бордюр и заметил, что руки мои трясутся. Хорошо, что это место достаточно безлюдное, да и фонарей здесь нет. Постепенно мое сознание стало проясняться. По-видимому, все дело в том, что я каким-то образом пронес с собой пистолет: а ведь оружие через "переходы" проносить категорически запрещено.
  Наконец, силы вернулись ко мне, и я встал. Наверняка, в спецструктурах обоих миров уже начался переполох, поэтому надо было торопиться. Хотя я и сам толком не знал, что же мне делать дальше.
 
  Решив, что терять больше уже нечего, я пошел прямо к своему подъезду, стараясь не думать о том, ждет ли кто меня. В подъезде никого не было. Я поднялся на свой этаж и, достав из кармана ключи, отомкнул входную дверь своей квартиры.
  В прихожей горел свет. На кухне слышались женский и мужской голоса. В женском явно угадывался голос моей жены, мужской тоже мне показался знакомым.
  Я ждал, не проходя вперед, и по-прежнему держал в правой руке пистолет.
  Наконец, послышались шаги, и в коридоре появилась моя жена. Она с удивлением глянула на меня, а потом подошла почти вплотную. Ситуация, явно, была неоднозначной, но она не выказала и тени испуга. Между прочим, меня всегда удивляла вот эта ее, временами, какая-то непонятная и безрассудная смелость.
  - Ты откуда?
  - А ты не знаешь?
  - Почему я должна знать, где ты бываешь. Ты мне никогда не докладываешь.
  Я вынул из кармана сережку и бросил к ее ногам. Она даже не взглянула.
  - Ты знаешь, где я ее нашел?
  - Понятия не имею.
  - В Неетхалле. Комната номер 41 в старом общежитии.
  - Какой неетхалле? Какая комната? Ты, как всегда, во власти своих фантазий. Не хочешь полечиться?
  Она продолжала спокойно смотреть на меня. Не опуская глаз, я выстрелил. Пуля попала в брошенную сережку и куда-то ее зашвырнула.
 
  - Дорогая, отойди в сторону.
  В коридоре появился мужчина. В его руке также был пистолет, направленный в мою сторону. Теперь я понял, почему мужской голос показался мне знакомым: это был тот саамы "майор" из Неетхалле. Я криво усмехнулся.
  - Дорогая?...
  - Сергей, это совсем не то, что ты думаешь.
  - Откуда ты знаешь, о чем я думаю.... Впрочем, действительно отойди в сторону. Я-то тебя не зацеплю, а вот он, скорее всего, сможет. Я не знаю, какова твоя роль во всем этом. Возможно, ты и фигура, но разменная. Точно также, как и я - разменная пешка. А судьба у предназначенных "на размен" всегда одинакова. Но я не желаю покорно ждать, когда меня разменяют.
  "Майор" снова вступил в разговор.
  - Сергей, к чему пустая риторика. Давай спокойно все обсудим. Я понимаю, у тебя есть вопросы, на которые ты хотел бы получить ответы.
  - Лживые?
  - Ну, зачем ты так?
  - А как еще с тобой? Ты же говорил, что не умеешь "ходить" между мирами.
  - Я про себя этого не говорил. Я лишь сказал, что в Неетхалле никто не умеет. А это разные вещи. Я же - полукровка, из другого мира, где такие способности встречаются. В Неетхалле я лишь прохожу службу.
  Я кивнул на свою жену.
  - Она бывала в Неетхалле?
  - Да.
  - Зачем?
  - Когда мы начали тебя разрабатывать, то заинтересовались и ей. Она не обладает в полной мере твоими способностями, но кое-какие зачатки в ней есть. С ней мы решили играть в открытую: она очень умный и своеобразный человек. Просто, Сергей, тебя всегда подводил твой неуживчивый характер и амбиции. Мы устроили ей экскурсию в Неетхалле. И, знаешь, ее способности вдруг стали развиваться.
  - И вы ее использовали так же, как и меня?
  - Нет. Зачем женщин в такое впутывать?
  - Но ведь еще используете?
  - Конечно. Но пока не знаем, как.
  - Ублюдки!
  - Ну, вот, опять ты за свое... Кстати, как ты пронес оружие через "переход"?
  - Так же, как и ты.
  - Я не проносил. Я не умею этого делать. Этот пистолет я достал здесь, это не так уж и сложно. И храню здесь же.
  - В моей квартире?
  - Ну, зачем? Я знаю, что у вас законы тоже суровые, что и в Неетхалле... А теперь давай, положи пушку на пол, и мы обсудим еще некоторые детали, которые для тебя будут весьма интересны. Пойми, у меня мало времени, и я не могу тебя бесконечно уговаривать.
 
  В его голосе прозвучала скрытая угроза. Не поднимая руки, я всего лишь немного изменил угол наклона ствола и дважды нажал на спуск. Теперь у меня в пистолете оставался лишь один патрон, но этого пока было достаточно. Мои пули точно попали в его пистолет, и тот с грохотом улетел куда-то в угол. "Майор" схватился за кисть, все-таки одна из пуль зацепила его пальцы, хотя я этого и не хотел.
  - Идиот, зачем ты это сделал?
  - Я должен был ждать, когда это сделаешь ты?
  - Я бы этого не сделал!
  - Прикажешь тебе верить?
  - У тебя нет другого выхода.
  - Ну, почему же? Здесь, в стволе, есть еще один патрон, а в кармане в обойме - еще четыре.
  - Ну, и что это тебе даст? Ведь тебя все равно прикончат.
  - Наверно. А, может, и нет - если я тебя сдам своим "друзьям".
  - Тогда ты тем более будешь им не нужен.
  - А у тебя есть другие предложения?
  - Есть. Нам надо отсюда уходить. Скоро здесь будут твои "друзья", как ты сам выразился, и тогда уже уйти никому не удастся.
  - И куда же мы должны уходить?
  - В Неетхалле.
  - Не смеши меня. Я там уже такого натворил.
  - Ничего страшного. Ты защищался и убивал наших конкурентов, тем более, что они - вне закона. Так что это тебе проститься.
  - А мой провожатый?
  - Что с ним?
  - Я его расстрелял в спину пятью выстрелами, когда решил уйти назад.
  - И что из того? Не волнуйся, с ним ничего страшного не произошло, он лишь тяжело ранен.
  - Не понял. Ведь я стреляю без промаха.
  - Знаю. Но еще не родился тот человек, который смог бы его убить. Он зла на тебя держать не будет. Возможно, вы еще подружитесь Он - солдат, и понимает, что солдатам часто приходится поступать вопреки здравому смыслу.
  - Пусть так.... Но зачем я вам?
  - Сергей, а ты не задумывался, почему у тебя получается "ходить" между мирами - ведь на Земле этого также, как и в Неетхалле, никто не умеет. А сегодняшний случай, когда ты пронес оружие? Ты же знаешь, что есть незыблемые законы, которые нельзя нарушать. И лишь единицы получают это право.... Так ты еще не вспомнил себя, Арлен Друскайт?
 
  Меня будто чем-то тяжелым ударило по голове. Ноги мои подкосились, и я сел прямо у порога. А перед моими глазами завертелись разнообразные картины: песчаные холмы, подземные города, десантный отряд, полковник Лирх, боевые автоматы, лица Финдая, Оклена, Урла и наш прыжок в неизвестность.
  А потом я почувствовал, что мою личность куда-то швырнуло, она сжалась до крохотного размера и оказалась где-то на задворках сознания. Но полностью не затухла и оттуда видела, как "майор" подошел ко мне и забрал оружие. Потом взял меня за воротник плаща и оттащил вглубь коридора. Я больше уже не мог контролировать свое тело - начал просыпаться Арлен Друскайт.
 
  ...Арлен открыл глаза и сразу же натолкнулся на внимательный взгляд "майора". Сильно болел затылок, а во всем теле ощущалась слабость.
  - Друскайт, вы меня слышите?
  - Да.
  - Вы все вспомнили?
  - Почти.
  В этот момент раздался осторожный стук в дверь.
  - Ну, вот, Арлен, они и явились, эти "друзья" Сергея. И у нас осталось не более десяти минут, чтобы уйти. Не для того мы вас так долго искали, чтобы сейчас все погубить.
  - Тогда какого черта вы из меня делали этого невольного киллера?
  - Мы не были уверены, что это вы. Поэтому пришлось пойти на такой шаг.
  - В следующий раз я вас заставлю делать то же самое.
  - А вы думаете, мне не приходилось этого делать?
  Арлен сел, прислонившись к стене. Голова еще кружилась.
  - Как мы сможем отсюда уйти? И что будет с ней?
  Друскайт кивнул в сторону женщины, которая еще не так давно была его земной женой.
  - С ней ничего не будет. А ведь, с другой стороны, какая вам разница, Арлен: у вас в Эглании другая семья и другая жена. Что вам эта земная женщина, с которой вы, тем более, уже давно в натянутых отношениях. Или у вас раздвоение?
 
  ... Этими словами "майор" меня напряг. Задвинутый на периферию сознания, я все же еще сохранял какую-то свободу действий, ведь Друскайт пока был еще слаб. Я нащупал брешь и опять всплыл на поверхность.
  - "Майор", ты нарываешься.
  - Чего?
  - Пошел ты знаешь, куда?
  И я добавил несколько непечатных слов. Я знал, чем его можно вывести из равновесия. "Майор" сменился в лице и не сдержался.
  - Друскайт, что вы сейчас можете? Ваше оружие у меня, а сами вы, как последний слизняк, покорно сидите возле стены.
  И "майор" склонил надо мной злобно ухмыляющуюся физиономию. Меня всегда удивляло, как это можно, по земному определению, дважды наступать на одни и те же грабли.
  Левой ногой я ударил его под колени, а правой, "ножницами", придавил шею упавшего "майора" к полу. Он захрипел. Левой рукой я перехватил выпавший пистолет и наставил его на жену, сделавшую было шаг вперед.
  - Не вздумай сделать еще шаг. Я убью и тебя, и его.
  "Майор" задушено прохрипел:
  - Арлен, не делай глупостей.
  - Ты их первым начал делать.
 
  В этот момент в дверь опять осторожно постучали.
  - Ну, вот видишь. Без меня тебе отсюда не уйти.
  - Почему?
  - Еще один "переход" ты, конечно, найдешь. Но вот ждать там будут меня, а не тебя. И тебе просто не выжить.
  - А это так важно?
  - Мы намечаем новую операцию на Неетхалл-2, и ты нам нужен.
  - Кому это вам? Ты же сам сказал, что ты лишь наемник, и твоя родина - не Неетхалле.
  - Да. Но это разве так важно? Я - из Хизарка, откуда был и Шорс.
  - Почему был?
  - Из той экспедиции он не вернулся.
  - А если подробнее?
  - Арлен, ты же понимаешь, что у нас нет сейчас времени.
  - А если мне на это наплевать? Ведь ты же не хочешь ничего толком говорить. И со мной себя ведешь некорректно.
  - Арлен, ты все узнаешь, я ведь тоже всего лишь винтик в этой игре... А за свое поведение я приношу извинения.
  Я ослабил хватку. И тут же почувствовал, как меня снова зашвырнуло на периферию сознания.
 
  - Арлен, ты что, сдурел?
  - Извини, но это не я.
  - Как не ты?
  - Понимаешь, это тот, в котором я жил все эти годы. Сергей.
  - Да-а, дела. Ты что, оставил его в себе?
  - Ну, все-таки, это его тело, а не мое. И было бы несправедливо полностью его уничтожать.
  - Ты же тогда постоянно будешь иметь проблемы.
  - Посмотрим...
  - Одну из них могу тебе сразу обрисовать. Дело связано с твоей внешностью. Первое время ты будешь сохранять его внешность полностью. Возможно, после ты сможешь вернуть свою прежнюю. Хотя не исключено, что у тебя их будет две. И, либо ты их сможешь менять по своему усмотрению, либо это будет происходить спонтанно. Никто не может сказать, от чего это зависит, и как это будет выглядеть в случае с тобой. Так что, подумай.
  - Ладно, думать будет потом. Сам же сказал, что сейчас на это нет времени. Давай вставай. Показывай, как и куда мы будем отсюда уходить.
  "Майор" встал, потер шею и кивнул.
  - Пошли в спальню.
  - Куда?
  - Там единственный прямой и достаточно безопасный проход в Неетхалле на уровне первого этажа. Да, и будь добр, собери все оружие: негоже оставлять здесь следы.
 
  "Майор" подошел к глухой стене, положил на нее руки, постоял так немного, быстро очертил контуры прямоугольника. Потом отпрянул и замер.
  Несколько секунд ничего не происходило. Затем по контуру прямоугольника появилось свечение, а через мгновение кусок стены как бы исчез. За ним была та же ночь, только ночь другого мира. Через открывшийся проход прямо в спальню легким ветерком закидывало ветки росших рядом деревьев. За ними виднелось какое-то темное здание, похожее на особняк, без единого проблеска света. По краям открывшегося проема волнами струился воздух.
  Арлен впервые в своей жизни наблюдал, как открывает проход специалист из Хизарка.
  "Майор" подошел к проему и обернулся.
  - Ну, что, капитан Друскайт, вы готовы?
  И не удержался от сарказма.
  - С женой прощаться будете?
  Арлен-Сергей не ответил и обернулся. Жена стояла на пороге комнаты. В ее лице он не смог прочесть ничего.
 
  "Майор" шагнул в проем и исчез. Спустя какое-то время донесся его голос:
  - Давай, Арлен, здесь невысоко. Я подстрахую.
  Казалось, что он говорит откуда-то издалека.
  Арлен шагнул следом и словно куда-то провалился. Через мгновение его ноги мягко коснулись поверхности, а под плечо его подхватила рука "майора".
  - Ну, вот, мы и на месте... А вот и те, кто нас встречает.
  Из темноты выступили два человека.
  - С прибытием. Пойдемте к машине. Ближе мы не смогли подъехать.
  Неожиданно один из них вскинул перекинутое через плечо оружие. Раздалась короткая очередь, и прямо к их ногам с ветвей дерева упало какое-то змееподобное существо. Его длинные когтистые лапы скребли по камням, а из открытой пасти с загнутых черных клыков стекала слюна.
  Арлен отступил немного в сторону.
  - Вампир, - коротко бросил стрелявший.
  Арлен еще раз оглянулся на тот дом, из которого они только что вышли. Его контуры уже расплывались в воздухе.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ЭКСПАНСИЯ-ПЛЮС

I.


  Они вошли в какое-то мрачное помещение, похожее на бункер. В ярко освещенном коридоре через каждые двадцать метров находился пост охраны.
  Арлена завели в тесный закуток, где были лишь кровать и низкий столик.
  Провожающий откозырял.
  - Отдыхайте, капитан.
  Арлен не стал спорить и сразу же завалился в постель, сдав перед этим все оружие, что у него было.
 
  Наутро к нему осторожно постучались. Арлен оторвал голову от подушки.
  - Войдите.
  В дверь просунулась физиономия охранника.
  - Господин капитан, приказано вас разбудить. Через полчаса за вами придут.
  Ничего не отвечая, Арлен отбросил одеяло и спустил ноги с постели. Охранник исчез. Немного поплескавшись в приютившейся рядом с закутком мойке и прополоскав рот каким-то непонятным, но приятно пахнущим раствором, он снова присел в ожидании на постель.
  Немного погодя, в дверь опять постучались. Это был "майор".
  - Вы готовы, капитан?
  - К чему?
  - Ну, на Земле, где вам пришлось так долго прожить, существует легенда о ком-то из известных деятелей, которого слуга каждый день будил словами: "Просыпайтесь, сударь, вас ждут великие дела".
  - "Майор", ваша ирония неуместна.
  - Ну, почему же, откуда вы можете знать, что вас ждет?
  - Наверняка, какая-нибудь гадость, на которые вы большой мастер.
  - Капитан, давайте не будем делать друг другу комплименты, тем более, что нас действительно ждут.
  Арлен не стал спорить, и они вышли из закутка. Поднялись на лифте на несколько этажей вверх и оказались в коридоре, который был намного комфортабельнее всего, что Друскайт видел раньше.
 
  Они вошли в большую приемную и уселись в ожидании. Немного погодя, мимо них в кабинет прошел тучный человек, показавшийся Арлену знакомым. Какое-то смутное воспоминание словно ударило в его мозг и тут же рассеялось, словно туман, Арлен попытался его восстановить, но ничего не получилось.
  Наконец, их позвали.
  В кабинете, кроме тучного человека, находились еще двое. Они не проявили никакого видимого интереса к вошедшим.
  Друскайт, не ожидая приглашения, сел за стол. "Майор" примостился в сторонке.
  Несколько минут прошло в молчании. Наконец, тучный человек приоткрыл глаза, и именно по этой манере Арлен вспомнил его.
  - Капитан, насчет того, что у вас могут быть разные внешности, меня предупредили. Сейчас же меня интересует другое: вы вспомнили свое прошлое?
  - Почти.
  - Это хорошо. Сейчас вы должны рассказать нам все, что происходило во время последней операции на Неетхалле-2.
  - В имеете в виду "экспансию-минус"?
  - Почему вы так ее называете?
  - Потому что мы тогда проиграли.
  - В каждом поражении есть положительная сторона.
  - Конечно, господин министр.
  Тучный человек несколько больше приоткрыл свои глазки.
  - Вы вспомнили и меня?
  - А почему бы и нет?
  Министр задумался на пару минут, а потом продолжил, как ни в чем не бывало.
  - Немного отвлекусь от темы. Мы связались с вашим правительством и сообщили ему, что вы живы, и мы вас вытащили из того недоразвитого мира, в котором вы оказались. Скажу вам, что у вас на родине были весьма довольны таким развитием событий. Нам дали согласие на ваше дальнейшее участие во втором этапе десантной операции и сообщили о присвоении вам очередного воинского звания - обер-майор... Вот это сообщение и приказ, переданные по межгалактической связи.
 
  Друскайт некоторое время задумчиво смотрел на переданный ему листок, даже не пытаясь вчитываться в текст. Он и так знал, что это правда. Его интересовала лишь подпись: командующий специальными войсками генерал Линнер. Арлен достаточно хорошо знал этого человека, и далеко не с лучшей стороны: Когда-то они начинали вместе, но Линнер не участвовал ни в одной боевой операции, и лишь принадлежность к дальней ветви королевской семьи позволила ему сделать такую карьеру.
  Сам Друскайт тоже имел отношение к королевскому роду, но никогда этим не козырял и не злоупотреблял.
  Приказу Линнера, как военный человек и офицер, он обязан был подчиниться, однако для себя уже решил, что в этот раз будет играть по своим правилам.
  - Итак, как я понял, вы хотите, в первую очередь, знать все о прошлой операции?
  - Да, вы все правильно поняли.
  - А что же, Флин Оклен не смог ничего поведать?
  А разговор вмешался "майор".
  - Что вы знаете об Оклене?
  - Ну, вы же его нашли раньше меня и уже сумели перетащить назад. Это же тот самый охранник из моего "сна".
  Сидящие за столом переглянулись, и инициативу снова взял в свои руки тучный человек.
  - Обер-майор, кто такой Оклен? Его функции были строго ограничены, он выполнял лишь то, что ему положено и не мог, в силу этого, видеть целостной картины. Вы же, хоть и не относились к командному звену, но, как я полагаю, принимали активное участие в десанте. Кроме того, вы - человек со стороны, и, наверняка, лучше видели недочеты и промахи.
  - Извините, господин министр, еще один вопрос. Со мною вместе, кроме Оклена, прошли еще капитан Финдай и рядовой Урла. О Шорсе я уж не говорю, потому что знаю, со слов "майора", что он на переходе где-то потерялся.
  - Капитана Финдая мы нашли, но он отказался вернуться. Я думаю, не стоит больше о нем говорить. Рядового Урла мы, честно говоря, не искали. Он разве так важен?
  - Господин министр, этот вопрос я подниму чуть позднее. А сейчас позвольте начать доклад.
  - Хорошо, начинайте.
 

II


  Когда Арлен закончил свой рассказ, в кабинете воцарилась тишина. "Майор" задумчиво чертил в своем блокноте какие-то фигурки. Остальные присутствующие сидели неподвижно, как манекены, и хранили по-прежнему строгое молчание. Видимо, субординация на Неетхалле была строжайшая. Наконец, министр заговорил.
  - Скажите, обер-майор, каковы все-таки, на ваш взгляд, основные причины неудачи?
  - Во-первых, недостаток информации. Во-вторых, ошибки, допущенные при разработке плана атаки. В-третьих, неудачно подобранный командный состав, который не в полной мере соответствовал поставленным задачам. В-четвертых, мы быстро утеряли фактор внезапности, и дальше противник постоянно нас опережал. Даже когда мы уже находились перед входом во внутренние помещения базы, нам не дали на это времени. И последнее - главная задача не была четко сформулирована: что, все-таки мы должны были там искать.
  - И что же вы предлагаете теперь?
  - Извините, господин министр, я не могу продолжать дальше работать в условиях дефицита информации. Скажите, после неудачи с нашим десантом были с вашей стороны еще попытки проведения новых атак?
  Министр обменялся с "майором" взглядом, потом сказал:
  - Да, была еще одна попытка. Но в этот раз отвлечение ложными целями не сработало. Корабль был сбит во время посадки. Погибли все - сто шестнадцать человек вместе с экипажем.
  - Ответной атаки на Неетхалле не было?
  - Нет.
  - И как вы планируете новый штурм?
  - Точного плана пока нет. Для его доработки была нужна информация о первой экспедиции, которую мы и получили сейчас от вас.
  - И она вам чем-то помогла?
  - Об этом сделает выводы начальник главного штаба генерал Свиргейн, который присутствует на нашем совещании.
  - Господин министр, еще один вопрос. Кто будет назначен командиром новой экспедиции?
  - Это так важно?
  - Да.
  - Пока этот вопрос еще не рассматривался, хотя кандидатуры отобраны. Что еще?
  Друскайт понял, что наступил момент, когда пора диктовать свои условия.
  - Господин министр, я прочитал все, что здесь написано, - и он ткнул пальцем в космограмму, - но я приму участие в экспедиции лишь на моих условиях.
  Несмотря на прежнюю флегматичность, у министра, казалось, глаза открылись вдвое больше обычного.
  - На каких условиях?
  - Первое - командиром экспедиции буду я. Второе - план разрабатываю тоже я. Также сам подбираю состав. Но сначала мне нужна информация о том, что мы должны узнать или найти на этой базе... Вот мои условия, и на эту тему я не собираюсь больше дискутировать. Либо они принимаются, либо вот на эту грамоту я не обращу даже никакого внимания.
  - Но ведь вы получили приказ.
  - Мои взаимоотношения с моим начальством позвольте решать мне самому... Извините, если, может быть, был излишне резок.
  Арлен встал и вышел из кабинета, не ожидая дальнейшей реакции на свои слова.
 
  В этот день и на следующий к нему никто не заходил. Лишь на третий день дверь отворилась, и в проеме появилась физиономия "майора". Поздоровавшись, он спросил:
  - Ну, что, Друскайт, вы готовы к дальнейшему разговору?
  - Я-то готов к нему давно. Это вы - не готовы.
  - Друскайт, меня уполномочили провести с вами переговоры.
  - Хорошо, начинайте.
  - Вы по-прежнему настаиваете на своих условиях?
  - Однозначно.
  - Все же хочу еще раз напомнить вам о приказе вашего начальства. Ведь вы хорошо знаете, каковы могут быть последствия.
  - Я не хочу, чтобы еще одна экспедиция закончилась провалом и гибелью людей. Но в этот раз они не позволят, чтобы кто-то смог уйти. В том числе и мне. Я не боюсь смерти, но и не хочу бездарно погибать в угоду чьим-то амбициям и чьей-то прихоти.
  - Вы действительно думаете, что новая экспедиция тоже провалится?
  - Если мы будем действовать по вашему плану, то - да.
  - Почему вы так уверены в этом?
  - Вы там были? А ваш, или не ваш, министр? А я там - был. И знаю, что это такое, какие там линии защиты, и как их надо проходить. Тем более, что сейчас эти линии, наверняка, усилены. Вам мало тех жертв, что вы уже понесли?... Да, все забываю вас спросить. Сколько лет прошло с той первой атаки?
  - А вы не знаете?
  - Нет. Во время переходов ощущение времени сбивается.
  - Ну, если считать по земному времени, то четырнадцать лет. В эгланианский календарь переводите сами.
 
  "Майор" прошел к столику и сел.
  - Ну, хорошо, а каков же ваш план? Я не собираюсь сейчас обсуждать его подробности, Но те, кто уполномочил меня вести переговоры, хотят его знать. Вы - умный человек и должны понимать, что они правы.
  - Главное - никакого звездолета. Отряд пойдет через "переход", который находится между третьей линией защиты и входом в базу. Конечно, сейчас там все под строгим контролем. Но все-таки фактор неожиданности сработает: я думаю, после двух неудачных экспедиций с нашей стороны они навряд ли ожидают третью попытку. А, если и ожидают, то, скорее всего, по стандартному сценарию, заранее обреченному на провал... Еще одна отправная точка плана - численность отряда. Не более двенадцати человек.
  - Почему?
  - Это особенность "перехода". Так сказать, его пропускная способность. Вообще-то она у разных "переходов" отличается. Но у этого - именно такая. Все зависит от импульса схлопывания. И то нет гарантии, что последнего просто не "размажет".
  - Что значит "размажет"?
  - Такие случаи уже были. Люди просто исчезают, не успев выйти из "перехода", и никто не знает их судьбу.
  - Как могут двенадцать человек решить успех операции?
  - Это уже детали плана.
  - Вы хотите сказать, что план у вас готов полностью?
  - Естественно... Я уже отмечал у министра, что еще один важный аспект - подбор участников операции. Это должны быть все снайперы. Причем, лучшие и безупречные, не допускающие ни единого промаха, и которые в скорострельности не должны уступать боевым автоматам. И еще: мне нужен рядовой Урла.
  - Мы не знаем, где он.
  - Ищите. Во время перехода мы не должны были с ним далеко разминуться. Значит, он в том же районе, где вы нашли и меня. Я думаю, и Оклеена, и Финдая вы нашли там же.
  - Вы правильно понимаете. И все же, зачем вам нужен Урла?
  - Он - великолепный снайпер. Я отвожу ему в операции очень важное место. Урла не хуже меня знает, что нас там ждет, и сумеет подготовить бойцов надлежащим образом. Надо иметь в виду, что там от каждого выстрела будет зависеть очень многое. И все равно, потери в размере процентов восемьдесят неизбежны... Но прорыв во внутренние помещения базы я гарантирую, как и выполнение задания... Которого я, вообще-то еще толком не знаю.
  На несколько минут воцарилось тягостное молчание. Потом "майор" встал из-за столика и направился к выходу. Возле двери он обернулся.
  - О том, какое будет решение, вам сообщат, Друскайт.
 
  Ждать пришлось недолго. Уже на следующий день Арлена снова провели в знакомый кабинет. Участники совещания были те же, что и раньше.
  Арлен доложил свой план, а в конце добавил:
  - И, все-таки, меня интересует конечная цель операции. Дело в том, что от этого зависит тактика. Я считаю, что у нас в общей сложности будет не более двадцати минут, поэтому я должен правильно распределить бойцов между атакующими и оборонительными звеньями.
  Министр поморщился.
  - На сегодня все свободны, кроме обер-майора Друскайта.
  Впервые за оба совещания он встал из-за стола и, тяжело переставляя неповоротливые ноги, прошелся несколько раз по кабинету.
  - Обер-майор, вы, конечно, понимаете, что эта информация абсолютно конфиденциальна. Я даже всех остальных, по сути, выставил из кабинета. Мы принимаем ваши условия, но и вы, с того момента, как узнаете эту информацию, уже не сможете отказаться от участия в операции.
  - Я не собираюсь отказываться, господин министр.
  - Ну, и хорошо. Коротко суть в следующем. Во внутренних помещениях базы есть бункер. В нем хранится некий артефакт, представляющий из себя черный кристалл. Этот кристалл является, по сути, оружием, поскольку уже сейчас способен разнести на куски целую планету. Почему я сделал оговорку "уже сейчас"? Дело в том, что кристалл продолжает расти. Откуда он взялся, из чего сделан и для каких целей его готовит неизвестная нам цивилизация - все это покрыто мраком. Ваша задача - забрать кристалл и доставить его на Неетхалле.
  - Откуда сведения о кристалле?
  - Хранители Лабиринта миров через дружественную нам планету сочли возможным сообщить об этом. Видимо, они тоже обеспокоены.
  - Тогда, на Неетхалле-2 нам предложили обмен.
  - Какой?
  - Меня и Шорса - на жизни бывших в то время в живых десантников.
  - Вы не согласились?
  - Я был готов, но капитан Финдай, как командир, принял другое решение.
  - Я думаю, он поступил правильно.
  - Они сказали, что с вами достигнута договоренность.
  - Нет, на контакт никто не выходил.
  Арлен все решил задать еще вопрос.
  - Господин министр, зачем вам кристалл?
  - Нам не нравится, что оружие такой силы находится у нас прямо под боком. Мы же не знаем, против кого они собираются применить его.
  - И что вы будете делать с кристаллом?
  - Наши ученые разберутся... Обер-майор, вам не кажется, что вы задаете уже лишние вопросы?
 

III


  За неделю удалось подобрать пока только восемь человек. Друскайт сам занимался с ними каждый день на выделенном стрелковом полигоне. Результаты обнадеживали, но настоящую картину могли дать лишь реальные стрельбы по реальным боевым автоматам. Неожиданно "майор" объявил, что через несколько дней на полигон доставят два таких автомата.
  Арлен не поверил.
  - Настоящие?
  - Нет, конечно. Наши ученые постарались сделать почти точные копии.
  - А оружие?
  - Тоже почти. Но десант пойдет с обычным вооружением: есть конструктивные недоработки, и рисковать мы не можем. Доработка требует времени, а времени у нас почти нет.
 
  Как-то вечером, когда Друскайт отдыхал у себя в комнате после очередного трудного дня, в дверь постучали.
  - Войдите.
  Вошли двое. Первым был "майор", а второго за его спиной было плохо видно, неяркий свет ночника не давал такой возможности. "Майор" сделал шаг в сторону, и Арлен впервые за последние дни улыбнулся: вторым был Мирк Урла.
  - "Майор", а вы все-таки молодец! Я уж и не надеялся... Ну, что, Мирк, как дела?
  Тот в ответ тоже ухмыльнулся, отчего его длинное сухое лицо несколько оживилось, иначе в неверном свете лампы оно скорее производило отталкивающее впечатление, чем располагало к себе.
  - Теперь, я думаю, они наладятся: ведь я у себя на родине... Да, извините, капитан, я вас не поприветствовал. Но на мне нет формы, и я не могу отдать вам честь подобающим порядком.
  Вмешался "майор".
  - Рядовой Урла, Друскайт теперь уже обер-майор... Кстати, именно по его требованию мы на ваши поиски задействовали большие силы.
  - Что ж, благодарю, а обер-майора Друскайта искренне поздравляю с повышением.
  - Спасибо, Мирк. Но мы здесь не для того, чтобы делать друг другу комплименты. У нас много дел. Но тебе надо пару дней отоспаться, откормиться, а то вид у тебя не очень-то. Извини, что об этом говорю.
  - Да ничего. Просто последнее время там, на Земле, мне было не до жиру. Я потерял работу, жил в подвалах, питался всякой дрянью. Да вы, обер-майор, и сами знаете, какова там жизнь на самых "низах". Впрочем, наверно, не знаете. Ведь вам повезло немного больше. Не подумайте только, что это в упрек... Кстати, мы с вами встречались.
  - Неужели?
  - Просто я начал вспоминать себя немного раньше. Возможно, этому способствовал тот образ жизни, что я вел... Не помните снайпера Руслана?
  - Это как-то поздним вечером за летним столиком?
  - Да.
  - Помню. Тогда у меня появилось смутное подозрение, но оно так ни во что конкретное и не оформилось. Значит, это был ты?
  -Ага.
  Арлен помолчал. "Майор", как изваяние, замер у двери.
  - Ладно, все это в прошлом. Мирк, ты мне нужен.
  - Говорите, обер-майор, я вас слушаю.
  - Сразу открою тебе некоторые карты. Готовится новая экспедиция на Неетхалле-2. Командиром ее назначен я. Операция будет проходить по моему плану, и с ограниченным количеством бойцов. Все они должны быть отменными снайперами. Ты был там и знаешь, насколько много зависит от умения хорошо стрелять. Ведь опередить боевой автомат почти невозможно. Поэтому даже тех снайперов, что уже прошли отбор, надо готовить и готовить. Но и этого еще мало. Надо суметь ТАМ воплотить это в реальность. Кроме тебя, я не вижу никого, кто бы сумел с этим справиться.
  - А что же Финдай и Оклен?
  - Они хорошие бойцы. Но... Финдай отказался возвращаться, а Оклен - не снайпер и никогда им не будет. Я тебя не тороплю с ответом. Пока будешь отдыхать - подумай.
  У Урла еще более осунулось лицо. Казалось, он мгновенно постарел лет на десять.
  - Обер-майор, можно, я присяду?
  - Конечно. Извини, что сразу не предложил.
  Урла сел за столик и задумался. В комнате повисло молчание.
  - Да, Мирк, забыл тебе сказать, что в случае твоего согласия ты становишься моим заместителем в отряде со всеми вытекающими отсюда обязанностями и ответственностью.
  Урла хмыкнул.
  - Когда приступать?
  - По твоему вопросу я понял, что ты даешь согласие. Отдохни сутки, потом я объясню тебе, что делать дальше, и каков план операции.
 
  Мирку Урла удалось разыскать недостающих снайперов: пригодились его давние связи, когда он служил в одном из лучших разведподразделений страны и участвовал в нескольких ответственных операциях.
  Наконец, наступил день, когда на полигон доставили две копии боевых автоматов. Начальство ушло в специальное укрытие, Друскайт же остался стоять на открытом месте сразу за линией своих бойцов. Для страховки у него в обеих руках было по многозарядному пистолету, и то лишь потому, что этим видом оружия он владел лучше всего.
  Урла же вообще был рядом с бойцами. Он также был вооружен, но, по условиям тренировки, он мог применить свое оружие лишь в крайней ситуации.
  Первые двое снайперов заняли исходные позиции. Откуда появятся автоматы, никто не знал: тренировка проходила в условиях, максимально приближенных к реальным.
 
  Уже второй час территорию полигона разрезали автоматные очереди, взрывы гранат и ответные трассы лазерных лучей.
  Пока все шло нормально. Каждая пара снайперов успешно справлялась со своим противником, после чего техники быстро восстанавливали пораженные сенсорные устройства.
  Беда произошла, когда свое задание отрабатывала последняя пара. Одного неточного выстрела хватило, чтобы полуослепший сенсор поймал в прицел десантника, и прицельный удар лазера буквально разрезал его на части.
  Мирк Урла на какую-то долю секунды не успел на подстраховку.
 
  Когда все закончилось, Мирк устало присел на краешек броневого щита и тупо уставился в землю.
  Арлен подошел и сел рядом.
  - Мирк, ты же знаешь, насколько все серьезнее будет там. Может быть, это звучит и кощунственно, но сегодня все получили наглядный урок, что происходит, когда недооцениваешь противника. Больше тренировок не будет. Через два дня - операция... С сегодняшнего дня ты официально назначен моим заместителем и тебе присвоено, в силу этого, звание лейтенанта.
  Мирк поднял голову и непонимающе уставился на Друскайта.
  - Чего так смотришь? Обратной дороги у нас с тобой уже нет.... Не сможешь за эти два дня найти кого-то взамен погибшего сегодня?
  - Попробую.
 

IV


  В последний день перед атакой Друскайт позвал к себе Урла.
  - Я несколько изменил план.
  Тот взглянул удивленно.
  - Каким образом?
  - Не в смысле тактики проведения операции на Неетхалле-2. А в смысле проникновения туда. Мы пойдем обходным путем: через Лабиринт миров - так будет надежнее.
  - Что за "лабиринт"?
  - Это типа коридора с разветвлениями. В коридоре есть входы во все миры.
  - Начальство знает?
  - А зачем им об этом знать? Все равно оно этот процесс видеть не сможет.
  - Ну, я не знаю, обер-майор, Вам виднее.
  - Дело в том, Мирк, что те, кто сейчас находятся на Неетхалле-2, давно приняли свои меры предосторожности. Если мы пойдем обходным путем, то наши шансы на успех, хоть на один процент, но возрастут.
  - А каковы вообще наши шансы?
  - Скажу тебе честно, пятьдесят на пятьдесят.
  - Почему?
  - Уж слишком сложно то задание, которое нам предстоит выполнить.
 
  ... Арлен прошелся перед построившимися десантниками, проверил готовность оружия. Из посторонних был рядом только "майор". Друскайт остановился перед последним в ряду десантником - молодым симпатичным парнем, которому на вид было не более двадцати лет. Сопровождавший Друскайта Урла тихо сказал:
  - Этот - из последнего пополнения. Вместо выбывшего.
  - Не подведет?
  - Думаю, нет.
  - Хорошо, пойдет вместе со мной во внутренние помещения базы.
  Урла ничем не выказал своего удивления.
  - Понятно. Его зовут Дюрк. Вместо кого он пойдет с вами?
  - Решим на месте.
  Арлена тронул за плечо "майор" и кивком попросил отойти в сторону.
  - Обер-майор, вы изменили план?
  - С чего вы взяли?
  - Я же чувствую, что вы решили идти через "лабиринт", или, вернее, "мост миров".
  - "Майор", вы проницательны. Но "лабиринт" и "мост" - это несколько разные вещи. "Лабиринт" позволит нам увеличить фактор неожиданности.
  - Почему вы не доложили об этом руководству?
  - Во избежание лишних вопросов.
  "Майор" тяжело вздохнул и отвернулся, пробурчав себе как бы под нос:
  - Во всяком случае, я ничего об этом не знал.
  - Конечно.
  Арлен еще раз прошелся вдоль строя.
  - Ну, что, парни, вы все знаете, какая перед нами стоит задача. Каждый знает свое место в отряде, а также порядок действий. Больше мне сказать вам нечего... Приготовьтесь! На посадку - марш!
 
  Ничем не примечательный крытый тентом грузовик минут через двадцать остановился возле низкого приземистого здания, больше похожего на сарай или барак. Пятясь задом, он въехал в открывшиеся ворота. Отряд быстро выгрузился.
  Несколько дней назад Друскайт совершенно случайно нашел эту точку перехода, которая имела идеальные параметры и была абсолютно безопасна от "схлопывания". Точку быстро обнесли стенами, отгородив от посторонних глаз.
  Команды строиться не требовалось: все и так знали, что надо делать.
  - Парни, сейчас откроется проход, и все вы спокойно шагнете в него. То место, где вы окажетесь, пусть вас не удивляет, тем более, что там опасности нет, если не делать лишних шагов в сторону. Я иду первым... Приготовьтесь.
 
  "Переход" открылся сразу. Его контуры были ровными и четкими.
  Арлен шагнул - и оказался в длинном сумрачном коридоре. Он посторонился и каждого возникающего в проеме десантника лишь заставлял сделать шаг в сторону. Очень скоро уже весь отряд теснился возле него.
  - А сейчас я делаю десять шагов влево, и мы растягиваемся цепочкой. Лейтенант Урла и капрал Файн следуют сразу за мной. Там, где я остановлюсь, прямо передо мной откроется "переход" на Неетхалле-2. Как вы уже знаете, он нестабилен, поэтому придется действовать очень быстро. В этот "переход" надо не шагать, а прыгать. Первыми прыгаем мы трое. И тут же, вслед за нами, все остальные тройки, независимо от того, как будут развиваться события за "переходом".
 

V


  Как только руки Арлена показались из "перехода", он сразу же начал стрельбу, еще не видя противника и основываясь лишь на прошлом опыте и прошлых своих знаниях о конфигурации третьей линии защиты. Кроме того, Друскайт не исключал, что здесь могли поставить дополнительный пост. И он не ошибся. Он даже не ошибся в точке нахождения этого нового поста, в чем убедился, едва его голова вынырнула из "перехода" вслед за руками.
  Хоть первые выстрелы и производились "вслепую", они все же попали в цель. А дальше все-таки сыграл свою роль фактор неожиданности. Перекатившись обычным способом по полу, Арлен уже следующей серией выстрелов полностью разнес сенсоры боевого автомата. Манипуляторы, несущие оружие, поникли, один из лучеметов неожиданно легко отвалился, и Арлен, зная по прошлой экспедиции эффективность этого оружия, быстро перехватил его.
  Урла и Файн, рассредоточившись, уже вели огонь по третьей линии защиты.
  В "переход" одна за другой впрыгивали тройки, и Арлен, просчитав их, с облегчением вздохнул: "Удалось пройти всем".
 
  Третья линия, состоящая, как и прежде, из двух боевых автоматов, была уничтожена быстро. Однако Друскайт не успел себя поздравить, хотя бы мысленно, с успешным завершением первого этапа операции, как откуда-то из дальней ниши полыхнул ослепительный огонь.
  - Мирк, там еще пост! Бей туда гранатами!
  Еще на этапе подготовки операции вопрос использования гранат обсуждался очень долго: каков будет их эффект применения в середине тоннеля, никто не решался сказать. Хотя Друскайт и докладывал, что гранатометы пришлось привести в действие еще во время первой экспедиции. Однако эксперты продолжали сомневаться: одно дело, когда гранаты рвутся на входе тоннеля, и совсем другое, когда это происходит внутри.
  Но сейчас выбора не было: одного из десантников уже срезало первой же очередью. Арлен был готов к потерям, но не в самом же начале!
  В тоннеле трижды гулко хлопнуло: Урла не стал мелочиться, тем более, что ситуация действительно была критической. Нишу заволокло едким дымом, и стрельба оттуда прекратилась.
 
  - Мирк, ко мне!
  Урла мгновенно оказался рядом.
  - План не меняется. За исключением того, что у тебя теперь будет на одного человека меньше. Я забираю двоих и иду во внутренние помещения. У тебя на прикрытие вместе с тобой остается восемь человек. Здесь оставляй Файна и еще одного бойца. Черт его знает, откуда эти автоматы могут появиться. Если они вновь возьмут третью линию, то нам уже никому отсюда не выбраться... Итого, вместе с тобой остаются две тройки. Этого, конечно, мало, но ты, как мы с тобой и планировали, тотчас же атакуешь вторую линию. Имей в виду, скоро сюда подтянется первая линия, и тебе придется несладко. Держи их, сколько сможешь. Разрешаю использовать все виды боеприпасов и оружия, что у нас есть... Все, давай действуй, а мы пошли на базу.
  Урла, не отвечая, махнул рукой, и две тройки, рассыпавшись вдоль стен, быстро двинулись вперед.
  Друскайт подозвал к себе того молодого десантника, которого выбрал себе в напарники еще перед штурмом.
  - Дюрк, мы сейчас идем вовнутрь. Держись немного сзади. Войдешь в базу лишь тогда, когда мы разберемся на входе с постом охраны.
  И бросил уже второму десантнику.
  - Фринк, по плану.
 
  Они несколькими перебежками достигли входа и также согласованно впрыгнули в проем, одновременно ведя огонь по сторонам с обеих рук.
  Арлена опять же спасло его природное чутье и опыт ведения боя в подобных ситуациях. Поняв, что большинство зарядов уходит впустую, он сосредоточился на стрельбе лишь из одного пистолета. К тому же ему повезло, что один из сенсоров боевого автомата был разбит сразу. Автомат крутился на месте, пытаясь с помощью уцелевшего сенсора отыскать противника. Однако Друскайт ему этого шанса не дал. Отчаянным броском прямо под автомат он уже с одного выстрела уничтожил последний сенсор.
  Перекатившись на другой бок, Арлен понял, что второй автомат, стоявший на охране входа, еще жив и продолжает вести огонь.
  Невдалеке лежал Фринк, одежда его дымилась.
  "Сволочь", - пробормотал Друскайт и ударил по автомату из лучемета, что он подобрал ранее, с каким-то мстительным удовольствием наблюдая, как плавится обшивка автомата, и он превращается в груду то ли искореженного металла, то ли неизвестно чего еще.
  - Дюрк, сюда!
  В проеме появился молодой десантник. Его взгляд остановился на неподвижном теле.
  - Это Фринк? Что с ним?
  - А тебе непонятно? Вперед, держись рядом!
  - Но он же еще жив! Мы что, бросим его?
  - Заберем на обратном пути. Зажми пока его раны индивидуальными пакетами.
 
  Они пробежали через два зала. В них никого не было, лишь гудела какая-то аппаратура, мерцали разноцветные огоньки, доносились щелчки и завывание.
  Лишь в третьем зале, за пультом непонятного назначения, суетились два существа, лишь отдельными деталями напоминавшие те боевые автоматы, с которыми шел бой в тоннеле, только без оружия.
  Арлену некогда было разбираться, что и как.
  Поэтому он просто резанул этих существ из лучемета, отбросил потом его в сторону и приказал Дюрку:
  - Будь готов уходить назад через пять минут. Больше у нас времени нет. Пока собери в какую-нибудь коробку со столов все, что сочтешь нужным: бумаги, чертежи, диски, небольшие устройства.
  И он кинулся дальше: бункер должен быть где-то рядом. Не желая искушать судьбу и учитывая дефицит времени, Друскайт из-за угла просто швырнул две гранаты в ту сторону, где, по его предположениям, мог находиться пост охраны.
  Его подвела некоторая поспешность. Выждав несколько секунд, он выпрыгнул на середину коридора, держа наготове пистолеты. Искореженный автомат, уже превратившийся в груду обломков, был уничтожен. Но последним проблеском сенсора уловив движение, он дал очередь.
  Друскайт почувствовал, что его правое плечо обожгло, словно огнем. Комбинезон вспыхнул, но тут же погас, обнажив разошедшиеся кровоточащие ткани, края которых сразу запеклись кроваво-красным рубцом. Неприятно запахло жженым мясом. Рука сразу плетью обвисла вниз.
  Однако клясть себя за неосторожность было некогда. Прямо перед ним был бункер с кодовыми замками.
  Понимая, что сейчас ему может помочь лишь счастливый случай, либо сам Господь Бог, Друскайт начал с левой руки стрелять по замкам.
  Неожиданно что-то щелкнуло, и створки бункера стали разъезжаться. Еще не веря своей удаче, он шагнул в открывшийся проем. И тут же понял, что дальше не пройти. В центре помещения, под прозрачным колпаком, находился именно тот черный кристалл, за которым его послали. А все пространство до него было пронизано разноцветными нитями электронной защиты. Первый же шаг в это пространство означал неминуемую смерть.
  Арлен несколько секунд смотрел на кристалл, потом вернулся к искореженному автомату, порылся в обломках и нашел уцелевший лучемет. Вернулся на порог бункера и, подняв ствол на уровень кристалла, начал стрелять.
  Сначала ничего не происходило, потом в прозрачном колпаке стало проплавляться отверстие. Колпак лопнул, и луч ударил прямо в кристалл. Тот засветился, по его граням побежали светлые огоньки, и вдруг он ярко вспыхнул.
  Арлен, уже понимая, что произойдет в самое ближайшее время, выскочил в зал. Дюрк уже набрал полную коробку непонятно чего.
  - Дюрк, уходим!
  Друскайт давно слышал грохот боя, который, по-видимому, давно подошел к третьей линии защиты.
  Возле выхода из центральных помещений базы Дюрк остановился возле раненого Фринка.
  - Командир, я не могу его бросить! Он - мой друг!
  - Дюрк, тогда мы все останемся здесь.
  Следом, из центра базы, уже нарастал гул.
  Дюрк взвалил на плечо Фринка, подхватил другой рукой коробку и побежал вслед за Друскайтом.
 
  Возле "перехода", на третьей линии защиты, уже почти никого не было. Лишь Урла и два десантника сдерживали натиск боевых автоматов.
  Арлен открыл "переход" и крикнул:
  - Дюрк, прыгай! Урла, пропускай ребят вперед и прыгай вслед за ними! Я прикрою отход.
  - Это не дело, командир! Кто нас потом выведет? Поэтому прыгать будем вместе.
  ... Белесый туман на "переходе" разошелся и снова сомкнулся вслед за ними.
 
  Они лежали на полу сумрачного коридора. Арлен почувствовал на плече чье-то касание. Это был Урла.
  - Живой, командир?
  - Да вроде. Кто еще уцелел?
  - Ты да я, да мы с тобой. А если серьезно, то все. Только в разной степени. Тех ребят, что оставались со мной, зацепило очередью уже во время прыжка. Видимо, оба не жильцы, как и Фринк. Ну, и Дюрк жив, и коробку не потерял.
 
  Неожиданно раздалось резкое неприятное гудение, и стенки коридора завибрировали. Потом где-то далеко гулко ахнуло, и вибрация усилилась.
  Урла прислушался.
  - Что это?
  - Я думаю, что Неетхалле-2 больше не существует.
  - Командир, вы это серьезно?
  - Более чем.
  - Да... дела. И куда нам теперь дальше?
  - Попробуем уйти домой.
 
  Однако, несмотря на все попытки Друскайта, "переход" на Неетхалле открыть не удалось.
  - Что будем делать, командир?
  - Пойдем по коридору. Это же - "Лабиринт миров", где-то должна быть дверь.
  Дюрк опять взвалил на плечо Фринка. Урла подошел к продолжавшим лежать десантникам.
  - Ну, что?
  - Не дышат.
  - Пусть пока остаются здесь. Когда найдем дверь, вернемся за ними.
  ... Коридор, казалось, был бесконечен. Однако Арлен упорно шел вперед.
  Вскоре им встретилась развилка. Арлен еще раздумывал, свернуть ли в нее, как заметил в конце ответвления какое-то движение. Навстречу им явно кто-то шел.
  Они остановились. Шедший навстречу приближался, и Друскайт начал угадывать в нем знакомые черты. Это был Шорс.
  Когда Шорс подошел и уселся рядом с ним у стены, тупо и бессмысленно глядя перед собой, Арлен спросил:
  - И как долго ты плутаешь?
  - Не знаю. Похоже, здесь времени не существует.
  - Зачем ты тогда шагнул в сторону?
  - Хотел домой попасть.
 
  Арлен уже дал команду подниматься, как впереди стало что-то происходить. Прямо в стене коридора открылся проем, и из него показались два неповоротливых извивающихся существа. Они были похожи на слизней, по всей их поверхности переливались фосфоресцирующие разноцветные огоньки.
  Урла схватился за оружие, но Арлен положил руку ему на плечо.
  - Не дергайся. Это - Хранители Лабиринта.
  Слизни некоторое время о чем-то между собой переговаривались, об этом можно было судить по вспышкам огоньков и сиплым скрипящим звукам. Потом прозвучал вопрос, возникший как бы из ниоткуда.
  - Кто вы?
  Арлен понял, что лучше ничего не скрывать.
  - Десантники из Неетхалле.
  - Что вы здесь делаете?
  - Уходим из Неетхалле-2 после проведенной операции.
  - Неетхалле-2 больше не существует. Это ваших рук дело?
  - В какой-то степени да.
  Слизни еще посовещались.
  - Ладно, этот случай будет разбираться отдельно. В Лабиринте вам делать нечего, здесь нельзя долго задерживаться.
  - Мы не можем найти "переходы".
  - Кому куда надо?
  Друскайт указал на Шорса.
  - Отправьте его в Хизарк. А то он давно уже тут плутает.
  Арлену показалось, что прозвучал смешок.
  - А чего плутать? Вход в Хизарк у него за спиной.
  Действительно, за спиной сидящего Шорса вспыхнуло светлое пятно, и он тут же куда-то словно провалился.
  - Всем остальным нужно в Неетхалле?
  - Да.
  - Весьма сожалеем, но, в связи с только что произошедшими событиями, все входы в Неетхалле из Лабиринта временно закрыты.
  - Обходные пути есть?
  - Есть.
  - Из Эглании?
  - Есть один.
  - Тогда отправьте нас всех в Эгланию. Оттуда мы уже сами доберемся.
  - Хорошо.
  - Да, вот еще что. В коридоре остались наши погибшие товарищи.
  - Мы знаем. Но они не погибли. В Лабиринте смерти не существует. Если возникает реальная угроза живому существу, его функции временно приостанавливаются. Мы их восстановим, а когда "переходы" стабилизируются, переправим на Неетхалле. Кстати, можете оставить и своего раненого, потом он вернется вместе с ними.
  Однако Дюрк не хотел об этом и слышать.
  - Я Фринка здесь не оставлю.
  - Дело ваше, мы не можем настаивать... А сейчас встаньте рядом друг с другом.
 
  Спустя пару секунд вокруг них вспыхнуло голубое сияние, быстро обратившееся в облако. Облако сгустилось, очертания стен Лабиринта стали расплывчатыми, а потом и вовсе исчезли. Исчезли и сами слизни.
  Вокруг осталось лишь облако, в котором они плыли через темноту.
 

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ВОЗВРАЩЕНИЕ

I.


  Они стояли на вершине песчаного холма. Ноги по щиколотку утопали в песке. Вокруг простиралась бесплодная равнина.
  - Это и есть твоя родина, обер-майор?
  - Да, Мирк, это и есть моя родина.
  - И как же здесь жить?
  - Раньше это была цветущая планета. В силу разных причин она стала такой, какой ты ее видишь сейчас. Вся жизнь теперь - под поверхностью планеты. Там и города, и промышленность, и даже производство продуктов питания. Кстати, тот холм, где мы сейчас находимся, является одним из пунктов космической локации. И, по совместительству, содержит в себе оборонно-наступательный комплекс... Так что, особо не удивляйся, если здесь что-то появится.
  Урла сделал попытку присесть, от чего его Друскайт сразу же предостерег.
  - Не делай этого. Еще неизвестно, на что ты сядешь.
  И, действительно, ждать пришлось недолго. По трем сторонам от них открылись провалы, и оттуда поднялось нечто, похожее на лифты, на которых находились вооруженные группы людей.
 
  - Сдать оружие!
  Вперед выступил низкий коренастый человек с погонами и нашивками, явно офицерской принадлежности.
  Арлен спокойно сказал:
  - Парни, починяйтесь. Да и не в том мы положении, чтобы отказываться от предложения.
  Они сложили оружие на песок. Его тут же собрали и унесли.
  - Кто такие? - продолжил свой допрос офицер.
  Арлен выступил вперед.
  - Разрешите, господин лейтенант, я доложу.
  - Ты разбираешься в наших знаках различия? Хорошо, докладывай!
  - Мы пришли сюда из Лабиринта Миров после проведения десантной операции. У нас есть тяжелораненый. Все эти десантники - из Неетхалле. Я - из Эглании. Меня зовут Арлен Друскайт, обер-майор войск специального назначения.
  У лейтенанта, казалось, от удивления вылезут из орбит глаза.
  - Ты что несешь? Капитан Друскайт несколько лет назад погиб, об этом все знают, он посмертно стал героем.
  - Тем не менее, я - Друскайт.
  - Заткнись! Еще раз вякнешь - и пожалеешь об этом.
  Неожиданно вмешался один из солдат, прибывших вместе с лейтенантом.
  - Господин лейтенант, разрешите доложить? Я могу подтвердить, что это действительно Друскайт. Я был вместе с ним в одной из спецопераций.
  Удлиненный разрез глаз и смуглые черты лица выдавали в нем уроженца юга. Он выдержал злой взгляд лейтенанта, не моргнув и глазом. Тот хмыкнул, но тон не переменил.
  - Всем в лифт! Внизу разберемся!
 
  Лифт заскользил вниз, и створки сверху закрылись. Спуск продлился недолго, и, выйдя из подъемника, они оказались в просторном светлом коридоре. Но идти никуда не пришлось, так как пост внешней охраны находился сразу напротив.
  Войдя в комнату, Дюрк, не спрашивая разрешения, положил Фринка на кушетку. Тот по-прежнему был без сознания.
  Друскайт обратился к лейтенанту.
  - Я вас очень прошу пригласить сюда врача.
  - Не учите меня. Я уже дал распоряжение. Врач сейчас подойдет.
  И действительно через пару минут в комнату вошел средних лет мужчина в халате, из-под которого виднелся военный мундир.
  Он бегло осмотрел Фринка и выпрямился.
  - Увы, ничем помочь не могу. Его ранения не совместимы с жизнью.
  - Но ведь он еще жив!
  - Это ничего не значит. Я - не Всевышний.
  И он повернулся, собираясь уходить. Арлен загородил ему дорогу.
  - Послушайте, доктор, этот парень прошел через такое, что просто обязан выжить.
  - Никто ничего и никому не обязан.
  И, отстранив Друскайта, врач ушел. Арлен повернулся к лейтенанту.
 
  - Соедините меня с генералом Линнером!
  Лейтенант с изумлением воззрился на Друскайта.
  - Ну, и заявочки! Почему это я должен соединять тебя с генералом? И откуда ты его знаешь?
  - Это объяснять я не собираюсь. Лейтенант, я повидал в жизни всякое, и мне бы не хотелось, чтобы вы из простого упрямства сломали себе карьеру.
  Лейтенант хотел было поставить на место невесть откуда взявшегося самозванца, но в последний момент сдержался. "Черт его знает, кто он таков! И, если он не врет, то мне, действительно, это может дорого стоить. Но и выходить напрямую на генерала тоже не с руки".
  Он нажал конку вызова. Ответил адъютант генерала. Лейтенант сухо и лаконично доложил о происшествии, а потом добавил:
  - Один из них называет себя обер-майором Друскайтом и требует, чтобы его соединили с генералом Линнером.
  После доклада он дал отбой и стал ждать. Ожидание было недолгим. На связи был сам генерал.
  - Где тот человек, что называет себя обер-майором Друскайтом?
  - Здесь, рядом.
  - Передайте ему связь.
  Арлен подошел к селектору.
  - Добрый день, Дайк.
  Воцарилось недолгое молчание.
  - Арлен, ты откуда появился?
  - Долго рассказывать. Да и не место здесь этому.
  - Сейчас я пришлю за тобой.
  - Дайк, предварительно надо решить один вопрос.
  - Какой?
  - Со мной раненый. Очень тяжелый. Приходил врач, осмотрел, сказал, что он безнадежен. У меня большая просьба: попытаться его спасти, он прошел, в прямом смысле этого слова, через ад.
  - Хорошо, я сейчас дам команду. Что еще?
  - Кроме него, со мной еще двое. Все - из Неетхалле. Надо бы их пока устроить.
  - Не беспокойся. Все?
  - Пока все.
  - Я жду тебя у себя в кабинете.
  Арлен уже выходил из комнаты, когда мимо него прошмыгнули два санитара с носилками. Он обернулся к Урла и Дюрку.
  - Вас устроят на отдых. Ни о чем не беспокойтесь.
  И добавил, уже обращаясь к лейтенанту.
  - Спасибо за помощь.
  А тот мысленно поздравил себя за проявленную предусмотрительность.
 

II


  Генерал Линнер поднялся из-за стола и пошел навстречу Друскайту, излучая отеческую радость и благорасположение. Арлен слишком хорошо знал генерала, чтобы отличать в нем искреннее от наигранного. Тем не менее, он не подал и вида: сейчас было не время и не место идти на конфронтацию.
  В этот момент Арлен почувствовал, как у него закружилась голова, он покачнулся и схватился за спинку стула. Генерал Линнер остановился на полпути.
  - Что с твоим лицом, Арлен? Оно какое-то чужое.
  - Извините, генерал. Последствия жизни в чужом теле. Сейчас это пройдет.
  Однако прошло не менее получаса, пока Друскайт почувствовал, что снова в норме. Он поднял голову и слабо улыбнулся.
  - Все в порядке, генерал.
  - И часто это бывает?
  - Нет.
  - Это не опасно для здоровья?
  - Не думаю.
  Генерал дружески приобнял Друскайта, и они прошли к столику в углу кабинета.
  - Выпьешь что-нибудь?
  - Не стоит. За последнее время я отвык.
  - Ну, как хочешь.
  Линнер побарабанил пальцами по столешнице.
  - Как прошел штурм?
  - Неестхалле-2 больше не существует.
  - Знаю... Но задание выполнить удалось?
  - Смотря как считать... Я дал обещание его выполнить. Но оно в принципе было невыполнимым: ведь мы не знали, что нас там точно ждет. Поэтому я сделал то, что было возможно сделать. Я уничтожил кристалл. Мои бойцы вынесли оттуда кое-что. Там, на посту внешней защиты, осталась коробка с материалами, что мы успели взять. Если бы мы задержались там еще на несколько минут, то не было бы и этого.
  - Арлен, я понимаю, что ты сделал все, что только было возможно. Другой не сделал бы и этого. Коробку я распорядился забрать.
  - Но, в принципе, теперь это собственность Неетхалле.
  - Не волнуйся, они ее получат.
  И Линнер усмехнулся.
  - Когда уцелевшие бойцы твоего отряда пойдут домой, то захватят с собой эту коробку... Кто их поведет?
  - Кроме меня, некому.
  Генерал неожиданно зевнул.
  - Извини, Арлен. В последнее время я не высыпаюсь, много дел. Да и тебе надо отдохнуть. Поэтому твой подробный доклад отложим на завтра.
 
  Генерал прошел на свое место, взял со стола листок бумаги и молча протянул Друскайту. Тот пробежал его глазами. Это был приказ о присвоении ему внеочередного звания полковника.
  - Арлен, тебя сейчас проводят в офицерскую гостиницу. Там приведешь себя в порядок, помоешься. Через пару часов тебе принесут твой новый мундир. После этого ты можешь отправляться к своей семье.
  Друскайт уже взялся за ручку двери, когда его снова остановил голос генерала.
  - Арлен, задержись еще на минутку.
 
  Друскайт обернулся.
  - Надеюсь, ты хорошо знаешь наши законы.
  - Да, знаю.
  - И все же я тебе кое-что напомню. В Эглании очень мало женщин, планета постоянно находится на грани вырождения. Поэтому женщина детородного возраста, которая, по той или иной причине, остается без мужа, не имеет права быть свободной - она должна повторно выбрать себе мужчину. Правда, выбор ее в этом случае абсолютно свободен. Если ее первый муж погибает, и об этом есть достоверные сведения, то вопросов не возникает. Другое дело, если он пропадает без вести. Если пропавший без вести муж неожиданно объявляется, то он имеет право занять свое прежнее место.
  - Лея вышла замуж?
  Линнер развел руками.
  - Таков закон. Ведь известий о тебе не было много лет.
  Арлен ничего не сказал больше и молча вышел из кабинета.
 
  Когда за ним прибыл сопровождающий, он был уже в полной готовности. Вымытый, побритый, в новеньком полковничьем мундире.
  Квартира Друскайта находилась довольно далеко, и, пока они преодолевали многочисленные коридоры, переходы, ярусы, у него было достаточно времени подумать. Но он так и не решил, что же будет делать.
  На звонок долго никто не отзывался. Наконец, раздались шаги, и дверь распахнулась. На пороге стояла Лея, сзади нее маячил какой-то худосочный мужчина. На нем был военный мундир со знаки различия майора - видимо, он только что вернулся со службы и еще не успел переодеться.
  Лея несколько мгновений недоуменно смотрела, потом охнула.
  - Ты? Откуда?
  - Может, сначала в квартиру запустишь?
  - Да-да, конечно, проходи.
  Арлен не пошел дальше прихожей.
  - Я был очень далеко.
  У плеча Леи вновь возник худосочный мужчина.
  - Дорогая, кто это?
  - А ты еще не понял? Арлен Друскайт, мой первый муж.
  Арлена покоробило такое представление, но он не подал вида. Воцарилась гнетущая тишина. Арлен увидел, как поникли плечи мужчины. Но, самое главное, в глазах Леи он не увидел радости от встречи.
  Неожиданно в глубине квартиры раздался детский крик.
  - Мама, папа, где вы?
  И в прихожую выбежала девочка лет семи. Увидев незнакомого мужчину, она прижалась к ноге Леи и почему-то испуганно посмотрела на Арлена.
  Друскайт резко развернулся и, не прощаясь, вышел.
  - Арлен, постой!
  Арлен обернулся. Лея стояла на пороге.
  - Не надо ничего объяснять. Я все понимаю. И не буду вам мешать. ... Где сейчас сыновья?
  - В военном училище. Далеко отсюда.
  - Значит, наша встреча не состоится. Возможно, это и к лучшему. Прощай.
 

III


  На следующий день Друскайт подробно доложил генералу Линнеру о проведенном штурме Неетхалле-2. тот выслушал, поблагодарил, но как-то мимоходом, потом спросил:
  - Какие у тебя дальнейшие планы? Я могу предложить тебе на выбор ряд хороших должностей.
  - Я пока об этом не думал. Сначала надо доставить моих бойцов домой. Кстати, как там раненый?
  - Задействованы самые лучшие специалисты. Они делают все возможное.
 
  Целую неделю Друскайт ничем не занимался. В основном лежал на кровати и смотрел в потолок. Один раз навестил Урла и Дюрка, заверил их, что, как только Фринк пойдет на поправку, он их переправит домой, на Неетхалле. А Фринк действительно выкарабкался и уже начал вставать.
 
  Наконец, настал день, когда они шагнули в "переход". В Неетхалле их уже ждали: из Эглании дали соответствующую информацию.
  На представительной, но малочисленной комиссии, Друскайт подробно доложил о проведенной операции.
  Тучный министр выразил свое неудовольствие:
  - Полковник, в целом вы задание не выполнили. Материалы, доставленные вами, несомненно, ценны, но ведь кристалл мы не получили.
  - Его невозможно было взять за то время, что у нас было.
  - Зачем вы его уничтожили, а вместе с ним и целую планету?
  - Он представлял опасность для всего окружающего. Мы ведь не знали, против кого готовилось это оружие. Оставить его невредимым - означало многократно усилить угрозу.
  - И все же, условия вы не выполнили. Поэтому ваше вознаграждение мы снижаем в два раза.
  - Господин министр, мне вознаграждение вообще не нужно. Если можно, распределите его между семьями погибших десантников.
  - Мы не можем сделать это просто так. От вас нужно официальное заявление.
  - Оно будет... Что с теми десантниками, которых обещали вернуть Хранители Лабиринта?
  - Хранители выполнили свое обещание. Два дня назад их доставили.
 
  Когда все разошлись, и Друскайт вместе с "майором" вышли на улицу, тот сказал:
  - Полковник, вы меня удивляете.
  - Чем?
  - Отказаться от таких денег.
  - А зачем они мне? Спокойнее спать без них.
  "Майор" хмыкнул и более ничего не сказал.
 
  На следующий день, когда было покончено со всеми формальностями, Арлен попросил "майора":
  Вы сможете отвезти меня на то место, где мы с вами перешли сюда с Земли?
  "Майор" задумался.
  - Хотите вернуться туда?
  - Почему вы так решили?
  - Да по вам видно.... А чего же не в Эгланию?
  - Там мне больше делать нечего.
  - Ваше дело. И все же, почему на Землю?
  - Просто хочу взглянуть.
  - Не лукавьте, Друскайт. Вам это не к лицу. Вы меня толкаете на должностное нарушение.... Впрочем, в знак уважения к вам я пойду вам навстречу, хотя мы друг друга и недолюбливаем.
 
  И вот Арлен стоял и смотрел, как в воздухе начала прорисовываться стена кирпичного дома. Сначала ее очертания были размытыми, контуры колебались, а потом все замерло. По стене побежали белые точки, потом они собрались в прямоугольник, который мгновенно расширился до размеров двери. Вспышка неяркого света - и проход открылся.
  Арлен продолжал стоять и смотреть.
  - Ну, что, Друскайт, вы идете или нет? - раздался за спиной голос "майора". - Имейте в виду, что такой легкий и безопасный "переход" существует только здесь. Все остальные, которыми вы пользовались ранее, уже закрыты.
  Арлен, не оборачиваясь, шагнул вперед, подпрыгнул, ухватился за нижний край "перехода", подтянулся и встал на ноги.
  Потом сделал шаг вперед.
 

IV


  Арлен стоял в своей прежней земной комнате, где жил раньше.
  Он огляделся.
  Здесь мало что изменилось: новое покрывало на широкой кровати, новые шторы. Раньше эта комната лишь номинально считалась спальней, сейчас же она явно использовалась по своему прямому назначению.
  Арлен обернулся. Проема, через который он только что сюда вошел, больше не было. Сзади была стена.
  Он немного постоял. В квартире было тихо, явно, никого нет. Он прошелся по всем комнатам, отмечая изменения, которые произошли за время его отсутствия.
  Подошел поочередно ко всем окнам. В округе тоже мало что изменилось.
  Потом прошел на кухню, заварил себе чай, сел за стол и стал ждать. В его положении ничего другого не оставалось.
  Незаметно наступил вечер. Где-то часов в восемь в дверях заскрежетал ключ. Судя по голосам, вошли двое, мужчина и женщина. Женский голос явно принадлежал его жене, мужской голос тоже показался знакомым.
  Раздались легкие шаги, и в кухню вошла жена. В первый момент она опешила, увидев Арлена.
  - Сергей?!
  Он не отвечал, задумчиво глядя на нее. Она почти не изменилась, даже стала лучше выглядеть, видимо, жизнь в его отсутствие пошла ей на пользу.
 
  - Дорогая, ты с кем разговариваешь?
  И в кухню вошел мужчина, выше среднего роста, смуглый, со спортивной фигурой. Увидев Арлена, он остановился, хотя и не подал вида, что удивлен. Арлен сразу узнал его: это был один из сотрудников того секретного заведения, на которое он одно время работал, когда еще жил на Земле под именем Сергея Александровича. Правда, близко они тогда не сталкивались, да и имени его Арлен не знал, но сейчас ему почему-то стало неприятно. Мужчина тоже узнал Арлена, но ничем этого не показал.
  - Дорогая, кто это, и как он здесь оказался?
  - Мой бывший муж, Сергей. Как здесь оказался, понятия не имею.
  Арлен усмехнулся.
  - Почему бывший?
  - Сережа, ты так давно исчез, и о тебе не было никаких известий, что наш брак по моей инициативе расторгли, и я снова вышла замуж.
  - Вот как?
  - Да, так... А где ты был?
  - Очень далеко отсюда. ТАМ, ГДЕ ВЫ НЕ БЫЛИ. И никогда никто из вас не будет.
  - Там было плохо?
  - По-всякому.
  - Зачем ты вернулся?
  - На тебя посмотреть.
  - И что дальше?
  - Сейчас я уйду.
  - Куда?
  - Назад. Туда, откуда пришел.
 
  Арлен встал и прошел в спальню. Подошел к стене и положил на нее руки. Ничего не происходило: "переход" не открывался. Сделав еще несколько попыток, он понял, что все бесполезно. Оставался старый "переход" на перекрестке, придется добираться туда.
  Он направился к выходу из квартиры.
  - Сергей, подождите, нам надо поговорить.
  Арлен обернулся, Мужчина выжидающе смотрел на него. Подошла жена.
  - Толя, не держи его, пусть уходит.
  - Посиди пока на кухне, родная. Нам действительно нужно переговорить.
  Дождавшись, когда она ушла, мужчина заговорил.
  - Сергей, вам некуда идти. Тот "переход", на который вы надеетесь, надежно блокирован, вам к нему даже не подобраться. Вас перехватят еще по дороге. Кроме того, на вас слишком приметная форма, аналогов на всей Земле ей нет. При вас - оружие, а это является уголовно наказуемым деянием. Поэтому предлагаю вам следующее. Возле подъезда вас будет ждать машина. Вы сдаете оружие, и вас вежливо доставят на старое место работы. Далее мы продолжим наше сотрудничество. Гарантирую, что никаких санкций к вам применено не будет.
  Арлен, не отвечая, открыл защелку и вышел на лестничную площадку. Он понимал, что мужчина прав, но перспектива опять работать на эту организацию его не прельщала.
  Возле подъезда уже, действительно, стояла машина. А возле нее - два амбала, знакомые ему еще по первой встрече.
  Спустившись по ступенькам, Арлен выжидающе остановился. Встречающие медленно вынули руки из карманов, тускло блеснули стволы.
  Арлен усмехнулся. Он мог бы перестрелять их и тех, кто еще оставался в машине, в течение двух-трех секунд, но ему уже надоело убивать.
  С противоположной стороны открылась дверца, и вышел еще один человек. Свет фонаря упал на лысый череп. Подполковник Смирнов.
  - Ребята, держите его под прицелом, от него можно что угодно ожидать.... Сергей Александрович, очень медленно и аккуратно достаньте свой пистолет, который у вас сзади за поясом с правой стороны и также медленно положите его на землю, а потом сделайте три шага назад.
 
  Арлен размышлял. Логика советовала ему подчиниться. Конечно, в том учреждении, где он работал раньше, он будет под жестким контролем, но шанс попасть на "переход" все же останется. Хотя это еще и не факт: земляне тоже не стоят на месте.
  Он достал из-за пояса пистолет и положил его перед собой, потом сделал, как и приказывал Смирнов, три шага назад.
  Подполковник подошел, отшвырнул ногой пистолет в сторону.
  - А теперь, Сергей Александрович, протяните вперед руки. Я вам застегну на время для надежности браслетики.
  Арлен протянул руки, но, едва Смирнов сделал еще шаг, он слегка качнулся вперед. Его пальцы коснулись шеи подполковника, и тот повалился прямо на вытянутые руки Арлена. Он подхватил обмякшее тело Смирнова правой рукой, а левой выхватил второй пистолет и из-под плеча подполковника дважды выстрелил по ногам амбалов. Те повалились на асфальт.
  Арлен опустил рядом с ними подполковника, собрал выпавшее оружие и открыл дверцу со стороны водителя. Все это произошло в таком темпе, что тот никак не успел среагировать.
  Арлен жестом велел ему выходить, все оружие вывалил в стороне, забрав лишь свой пистолет.
  - Помоги ребятам, а я поехал. Подполковник тоже скоро очнется.
 

V


  Арлен гнал машину в сторону окраинных рабочих кварталов. Он знал, что облава на него уже началась, поэтому надо было торопиться: главное сейчас - на время затеряться.
  Едва въехав в промышленную часть города, он бросил машину и дальше пошел пешком, петляя переулками и подворотнями, все более углубляясь в трущобы.
  Обойдя очередной ветхий барак, Арлен оказался на пустыре. В его глубине светился огонек. Это, явно, был костер, возле него сновали тени, похоже, бомжи готовили ужин.
  Подойдя ближе, Арлен убедился, что прав. Не спрашивая разрешения, он сел на свободный чурбак. Возле костра сидели четыре человека. При появлении Арлена они замолчали и теперь настороженно на него поглядывали. Наконец, один из них, кудлатый грязный мужик, нарушил молчание, просипев:
  - Кто такой? Чего надо?
  - Приютиться на время.
  - Так у нас негде ютиться, кроме как в подвале.
  - Мне все равно.
  - А сам откуда?
  - Издалека.
  - Военный, что ли?
  - Бывший.
  Кудлатый немного помолчал, потом приказал соседу:
  - Юрка, сгоняй за Тамарой. Обскажи ей все.
  Минут через пятнадцать из темноты возникло три силуэта. Один из них был Юркой. За ним подошла женщина с испитым лицом, сопровождаемая длинным мосластым мужиком.
  Женщина остановилась перед Друскайтом.
  - Этот, что ли?
  Потом обратилась к кудлатому.
  - Запали-ка нам костерок в сторонке. И кофейку завари.... В каком звании, военный?
  - Полковник.
  - Ни фига себе!
 
  Вскоре в стороне запылал костер, кудлатый вернулся и доложил, что все готово.
  Арлену тоже предложили кофе. Он не стал отказываться. На удивление кофе оказался неплохим. Тамара неожиданно улыбнулась.
  - А мы плохой не держим... Итак, тебе нужно на время перекантоваться?
  - Да.
  - Сколько?
  - Пока не знаю.
  - Но у нас ведь жилье только в подвалах.
  - Я согласен.
  Тамара задумалась.
  - Интересный ты человек. Представительный. Полковник, хоть и бывший, как говоришь. В розыске?
  - Почти.
  - Тогда тебе нельзя в подвалы. Разболтают.
  Она повернулась к мосластому мужику.
  - А что, Лёшик, может, он в нашей хате пока поживет? Комнатка же свободная.
  Лёшик сверкнул белками глаз.
  - Еще чего!
  - А чего ты боишься? Комнатка же бросовая, мы там не живем. Ко мне он приставать не будет. Не будешь же, полковник?
  - Не буду. Я - импотент.
  Лешик сидел, набычившись. Потом спросил:
  - А чем он за проживание расплачиваться будет?
  - Да, скажи, полковник, у тебя есть чем заплатить? Деньги у тебя есть?
  - Денег нет, но есть стволы.
  Неожиданно Лёшик заинтересовался.
  - Стволы, говоришь? Не "меченые"?
  - Нет, чистые. Один могу сразу отдать, второй - когда буду уходить.
  - Заманчиво... Ладно, пошли. А как насчет твоего камуфляжа?
  - Тоже отдам при уходе.
 
  Они зашли в барак, по темной расшатанной лестнице поднялись на второй этаж. Это была даже не квартирка, а просто комната. Абсолютно неухоженная, с обшарпанными стенами и давно не мытым полом. В углу стояла железная кровать, на которой валялось какое-то грязное тряпье. В другом углу - колченогий стол, рядом с которым приютилась не менее древняя табуретка.
  - Электричество здесь давно отключили, так что будешь жить без света. Да оно и к лучшему: нечего привлекать лишнее внимание. Днем отсюда - ни шагу. Пищу тебе будут приносить. Все понятно?
  - Понятно.
  - Вот тебе ключ. Все же постарайся добыть денег - тогда и еда тебе будет получше. Сам понимаешь, за так и чирей не соскочит. Ты же, наверняка, к хавке из мусорных баков и со свалок не привычен?
 
  В бараке жила лишь одна семья: видимо, он относился к ветхому жилому фонду, непригодному для проживания.
  Первую неделю Арлен вообще не выходил из комнаты, лишь ночью по нужде спускался во двор, где стоял одинокий дощатый сортир. Пища, которую ему приносили, не отличалась изысканностью, но он старался не думать о ее происхождении.
  Через неделю Арлен все же решился взглянуть на старый "переход". Попросил у Тамары на время какую-нибудь сменную одежду: в своем камуфляже он был слишком заметен. Та принесла довольно приличные брюки и рубашку, и уже на следующую ночь он сходил на разведку.
  "Переход" был действительно наглухо блокирован. Арлен еще несколько раз сходил туда, потом бросил это бестолковое занятие. Он просмотрел весь город, но других "переходов" не обнаружил.
  Потом он начал регулярно наведываться по ночам в центр, но уже с другой целью: подработать в ночных супермаркетах. Деньги платили небольшие, но это было хоть что-то. Надо было расплачиваться с Тамарой за приличную еду, да и запас наличных требовался - надо было выбирать момент и уезжать в другой город. Один раз ему, можно сказать, крупно повезло: он нашел бумажник, в котором оказалось несколько сот долларов. Конечно, в другое время Арлен постарался бы найти хозяина, но сейчас ему было не до благородных поступков.
  Так прошло еще три месяца. Арлен понял, что пора отсюда уезжать: бессмысленность подобного существования буквально разъедала его мозг, парализуя мысли и волю. Временами накатывала апатия.
 
  В одну из ночей, выйдя по привычке подышать свежим воздухом, он задумался, глядя на звездное небо.
  Кто-то коснулся его плеча. Арлен инстинктивно отпрянул, выхватывая пистолет, и услышал легкий смешок.
  - Друскайт, вы стали нервным и неосторожным.
  Арлен опустил оружие. Это был "майор"
  - Мы с трудом вас нашли. Нам надо поговорить. Может, пройдем к вам?
  В комнате "майор" огляделся.
  - Небогато живете.
  - Может, обойдемся без неуместной иронии?
  - Не обижайтесь, Друскайт. Давайте лучше перейдем к делу.
  - Давайте.
  - Полковник, не хотите вернуться назад?
  - Назад - это куда?
  - Сначала - в Неетхалле. Потом, если будет такое желание, к себе домой, в Эгланию. Можете в Хизарк. Вы же знаете, что вас у довольствием примет любой из миров "Радиального Коридора".
  - Ладно, "майор", не надо мне делать комплименты, я уже выжил из такого возраста. Я вас достаточно хорошо знаю, поэтому далек от мысли, что вы лишь из чувства альтруизма хотите помочь заблудшему.
  - Вы правы, Друскайт. Поэтому буду откровенен: правительство Неетхалле готово заключить с вами контракт на ваших условиях.
  - Для чего?
  - Те документы, что вы доставили, помогли выйти на след этой неизвестной механистической цивилизации, что попортила нам столько нервов. Она находится очень далеко. Возможно, добраться до нее не удастся. А, возможно, пригодятся ваши опыт и знания. Поэтому оставаться вам на Земле, ну, никак не с руки. Даже если бы здесь и было хорошо. Не сочтите мои слова опять иронией.
  - Я хотел сразу вернуться. Но тот "переход", через который я всегда ходил, сейчас блокирован даже на дальних подступах. А "переход" в своей бывшей квартире я не смог открыть. Потому и оказался в этом месте: старые друзья мною заинтересовались.
  - Так бывает, Друскайт. Вы легко открываете сложнейшие "переходы" и споткнулись на легком. Не расстраивайтесь... Ну, что, вы согласны?
  - Да.
  - Значит, завтра уходим.
  - Каким образом?
  - Снова через вашу бывшую квартиру.
  - Там, наверняка, засада.
  - Нет, я проверял. Ваши "друзья", как вы их назвали, надеются, что ситуацию там контролирует их человек, да и не ждут вас на этом месте. Они же поняли, что вы тот "переход" открыть не сможете... Сегодня я видел их ищеек. Они уже близко сюда подобрались. Не сегодня-завтра выйдут на этот барак, да и бомжи сдадут.
 
  Неожиданно в замке заскрежетал ключ. "Майор" сунул руку в карман и вопросительно посмотрел на Арлена.
  - Наверно, это хозяйка. Но, вообще-то по ночам она сюда не ходит.
  Это оказался Лёшик. Он исподлобья оглядел комнату.
  - А это кто?
  - Друг.
  - Было же условие никого сюда не водить! Впрочем, сейчас это уже не имеет значения. Завтра утром, полковник, тебя здесь не должно быть. А то появились тут какие-то, ходят, вынюхивают. Похоже, тебя ищут.
  - Не волнуйся. Мы и так утром собирались уходить.
  - За тобой должок, полковник.
  - Да, я помню. Камуфляж можешь забирать сейчас. Но пока в нем не гарцуй, пусть немного все успокоится. Пистолет оставлю на столе. И, вот еще, отдай Тамаре.
  И он протянул Лёшику деньги, оставленные на "черный день".
  Когда Лёшик ушел, "майор" произнес:
  - По-моему, нам лучше уйти сейчас. Все равно скоро утро. Ствол не оставляй - может, еще пригодится. А с него хватит и того, что уже получил.
 
  Уже по дороге, пока они выбирались из трущоб, "майор", как бы между прочим, сказал:
  - Кстати, Лика о тебе спрашивала.
  Арлен промолчал.
 
  Возле дома засады действительно не было.
  "Майор", как заправский взломщик, орудуя отмычками, быстро открыл все замки, а потом также замкнул их изнутри.
  - "Майор", подождите минутку.
  Арлен нашел листок бумаги, ручку, написал на листке лишь одно слово: "Прощай".
  - До чего же вы сентиментальны, Друскайт. - проворчал "майор". - Ну, все, пора.
 
  "Переход" он открыл быстро. В отличие от прошлого раза, в Неетхалле был тоже день, правда, клонившийся к закату.
  "Майор" спрыгнул первым и стал ожидать Друскайта. Арлен обернулся, еще раз оглядел свое бывшее земное пристанище, мысленно прощаясь с ним, и тоже шагнул в проем.
 
  2007 год.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"