...В один из вечеров, в марте, мы были как раз одни. Он сидел на диване, курил - и вдруг тихим-тихим голосом сказал:
- Мамочка, я скоро умру...
Я растерялась, поспешно выбежала на кухню. Казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди, в горле - комок.
- Мамочка, ты что затихла?
Собралась с духом, вошла к нему, села рядом:
- Зачем и почему ты мне это говоришь?
- Боишься?
- Боюсь...
- А ты не боись, - сказал и вынужденно улыбнулся.
- К чему такие мысли... Оставь это, ведь ты еще такой молодой, сильный, красивый ... - попыталась я разрядить наступившее напряжение, потрепала его за волосы.
- А вот же Лермонтов погиб в 26 лет, Пушкин - в 37, Есенин - в 30... - продолжал он.
- Но ты же не Пушкин и не Есенин!
- Нет, но все же...
- Давай, сынуля, больше никогда не говорить о таких вещах. Я не должна, не хочу жить без тебя...
Мы обнялись. В шесть часов он ушел играть спектакль. Я осталась ночевать у него...