Он долго боялся подойти к ней, долго боялся увидеть то же угасшее лицо и печальный взгляд, что провожали его в Нарготронде, но услышал ее смех - и решился.
Она играла с котенком, привязав к пояску хрустящую бумажку - проворному рыжему зверьку нравился шелест - и обернулась на звук его шагов.
В ее глазах мелькнул испуг и он остановился, не зная, что делать дальше - уйти? Остаться? Но она сама подошла к нему.
- Гвиндор... Не уходи.
И он остался.
*
- Та любовь была как болезнь, как злое наваждение, как проклятие... Теперь я люблю его лишь как брата и в любви моей нет больше горечи. Простишь ли ты меня?
- Я никогда не винил тебя ни в чем.
"Поцелуем я выпью печаль из глаз твоих..."
"Поцелуем сниму я печать мук твоих..."
Говорят, что все печали исцеляются в Чертогах Мандоса, но их исцеление завершилось - здесь и сейчас.