Попов Александр Евгеньевич
Чебурашки

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:


 ЧЕБУРАШКИ
 
 
  Такая погода: не подкузьмит, так подморозит, - а падать некуда. Мусору места нет, человеку и подавно. Так и тянет поддать, как вроде подуть на больное место.
 - Пить - это путь. Давай на "ты".
 - В "ты" - вспрыск в душу. Выдержишь?
 - Выдержу. Давно знаю, что водка всегда как вызов на дуэль.
 - Которая никогда не состоится.
 - Ее не хватит или...
 - Или... Вот именно или.
 - Твердая закусь есть или так обойдемся?
 - Огурец. Он не огорчает: грусть снаружи, а внутри светло.
 Кухня - наше родовое гнездо, а мы ее птенцы. Птицами не станем.
 Устали. Крыльями не уродились.
 - Из чего богатые делают деньги?
 - Из воздуха бедных.
 - Зачем?
 - Заначить.
 - И что?
 - От нехватки воздуха в головах происходит что-то нехорошее.
 - А мы с тобой бедные?
 - Нет, мы беглые.
 - Да тем, кто из полусвета - светить без надобности.
 - Свет скорее скорость, она сковывает.
 - Ты тупой.
 - А что, другие тоже бывают?
 - Не знаю. Вира!
 - Какая это хорошая команда "Вира": и вера, и радость, и ветер на всех!
 - Еще и водка, как вид на жительство.
 - Французы говорят "вода жизни".
 - Да... Когда из воды уходят роса и слезы, она становится просто водкой.
 - Веткой, за которой мы сидим и пьем.
 - Водка - вода, в которую вогнали ветра под завязку. И обозвали грубо.
 - Как?
 - Градусами.
 Мы познакомились вчера в поезде и никак не можем расстаться. Купе тоже разновидность кухни, только на колесах
 - Сердце - спутник солнца?
 - У него, как и у луны, фазы. Когда месяц сердца на изломе, начинается
 край света.
 - Поэты зажигают свечи. Мы стаканы ставим вместе. Вира, друг, вира.
 - Лучше ими, чем головой.
 - Что ими?
 - Чокаться.
 - Ты знаешь, где середина всего?
 - Середина - слеза, а за ней тот же край.
 - Ты плачешь?
 - Нет, мне это действие не по плечу.
 - И я не плачу. А в слезе все же еще есть возможность выплыть.
 - Куда?
 В поезде было проще: впереди маячила кухня, деревья ребячились за
 окном.
 - Из дерева делают мебель, игрушки и строят корабли. А из людей
 что?
 - То, из чего человек, из этого материала кораблей не построишь. Из
 людей ничего делать нельзя, если они люди.
 - А где они, эти люди?
 - Люди в тени своих песен.
 - А песни?
 - Песни, они для всех. Грех на всем, а на песнях его нет. Плесни.
 - Вира?
 - Вира!
 Замолчалось надолго, думалось о любви слова и звука. О плоде. О песне.
 Мечталось быть Огинским, проиграть все битвы подряд и под конец поражений сочинить сврй полонез полонез. Вот с кем бы выпить.
 - За полонез!
 - Ополоумел, что ли?
 - Наливай доверху. Вира!
 - Вира!
 - Зачем жить, не спрашиваю. Чем жить скажи?
 - Кухней, похмельем, иногда пельменями.
 - Без минут на просветление?
 - Без - не получается. Участь не украсить - только украсть. Ладно,
 слушай.
 - Лишку не будет?
 - Сам напросился. Она была толстой, неряшливой, дышала как придется. А как ей было еще дышать среди нас, оболтусов? Все наши тяготы в себя вобрала и несла этот груз неподъемный за всех.
 - Ты это о ком?
 - О своей училке. Все из жизни вычеркнул, а ее не могу. Как - то
 проснулся с бодуна, оглянулся и рядом себя обнаружил. А на мне рецепт подвешен: "Для наружного не подойдет, годится для внутреннего потребления". Подрастерялся, как подросток. К учителке бы побежать. Да где взять? Они, учителя, для таких, как мы, мужиков, не предусмотрены. Наши педагоги больше в погонах ходят.
 - Давай выпьем.
 - Давай. Она вечерами выводила гулять свою собаку. Быстро уставала,
 усаживалась с трудом на лавку. И они ревели - морда в морду.
 - Она пила?
 - Шепотом. Боялась, что пожалеют. Каждый день со скудной зарплаты
 покупала ананас и гордо несла к дому.
 - А она их ела, эти ананасы?
 - Этого никто не видел. Она их носила, как королевы платья не носят.
 - Ты ее чем-то обидел, да?
 - Она часто простужалась. Много чихала, кашляла. Однажды, на
 классной вечеринке, я не заметил, что она сидит в углу. Было темно, народ танцевал. Я предложил выпить за ее знаменитый чих. И вдруг он раздался из угла, этот ее замечательный чих. Все дружно засмеялись. Она после этого долго болела, и в школу нашу не вернулась.
 - И что ты?
 - В магазины не могу заходить. С полок ананасы ее глазами на меня
 таращатся.
 - Фу, греха - то на грош.
 - А искупить как? Вот тогда в первый раз и испачкался. Нынче вот весь
 в грязи, а тот грех до сих пор покоя не дает.
 - Ты доброе - то еще что-то делаешь?
 - Доброе что дорога. Раз свернул - не воротишься.
 - До бодрой ноты нам сегодня не напиться. Как звали твою училку?
 - По отчеству "Геннадьевна". А ананас она, как добрый
 крокодил Гена Чебурашку, у груди держала.
 - А сам ананасом закусывал когда-нибудь?
 - Дурак ты, они же чебурашки.
 - И что?
 - Значит, из сердца.
 - А корабли из них можно строить?
 - Из сердца все можно. А нужно?
 - Нужно.
 - Что тебе еще нужно?
 - Чебурашкой хочу быть. Чем так - лучше чебурашкой.
 - Давай оба чебурахнемся.
 - Давай. А как это делают?
 - Их не делают. Ими становятся.
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"