Аннотация: Тут дьявол с богом борется, а поле битвы - сердца людей. Ф.М. Достоевский. Братья Карамазовы
"Поле битвы"
Тут дьяволсбогомборется, аполебитвы - сердцалюдей.
Ф.М. Достоевский. Братья Карамазовы
Непохоже на бой, на поле, и, кажется, на людей.
Но история - вот она, вся с натуры.
Истекает пеплом, змеится обычный день.
Под ногами крошатся рисованные текстуры.
Ангел говорит: я ему подкидывал по чуть-чуть -
раз, наверно, двести,
блики в речке, плывущие дальше и дальше,
бархатцы на отцовой даче,
море маленьких чуд,
котёнка в подъезде,
сны деревенского детства,
рыжую девчушку, живущую по соседству,
славную озорницу,
ведь они должны были пожениться...
Я его касаюсь - а там пластичное... неживое.
Руки - словно сквозь ледяную воду.
Бьёт озноб, и муторно мне, и недужно,
а ему всё равно. Ему ничего не нужно.
Дьявол говорит: я ему подкидывал по чуть-чуть -
в меру сил, особенно так не тужась:
новости, пошлятину, массу людских причуд,
только он не ужасается, вот те ужас!
Дозы хамства - счёт уже на десятки,
мелкие и не очень взятки,
дорогущий ремонт (видел бы ты эту плитку),
чокнутую бабушку-инвалидку,
а ему всё равно. Он сытый, холёный барин.
Ангел, веришь? Он просто непрошибаем.
Думал, не пущу его в райские кущи,
а ему бы только попить-покушать,
да в стрелялке танками погреметь,
и, прости за лексику, дурочек поиметь...
Ангел, веришь? Я растерялся прямо...
Нет там никого. Лишь статуя. Голограмма.
Ангел говорит: как страшно, ни свет, ни злость.
Дьявол говорит: теперь таких до чёртиков развелось,
умываю руки, что толку пронзать стрельбой
серое, текстурное, мёртвое пепелище...
Ангел ищет поле - вести безнадёжный бой.
Боя нет.
Поля тоже.
Но ангел ищет.