Поздний московский вечер. Жена старательно гладит рубашки мужа. Муж сидит на диване и делает вид, что сочиняет новое стихотворение. На самом же деле он поглядывает на молодую ещё и здоровую во всех отношениях супругу в ожидании того, когда она освободится, чтобы увлечь её в спальню.
- Сколько раз я тебе говорила, ешь за столом нормально, - сказала жена. - Шестую рубашку доглаживаю и все в пятнах.
- А что они не отстирываются, что ли?
- Нет, конечно.
- Значит, ты просто стирать не умеешь.
- Так не я же стираю, а машина.
- Вот именно, - согласился муж. - А ты сходи на рынок, купи стиральную доску, мыло хозяйственное и постирай, как бабы на Руси раньше стирали.
- Ты это серьёзно?
- Куда уж серьёзнее, - не подавая виду, что шутит, ответил муж.
- Тогда я тебе как русская баба вот что скажу, - посчитав совет мужа упрёком, громко произнесла жена. - Ты тоже стирать не умеешь.
- Что ты имеешь в виду?
- Всё.
- Что всё-то?
- А всё.
- А если конкретно?
- Пожалуйста, - запальчиво сказала жена, взмахнув тяжёлым утюгом, будто веером. - Все всё могут, а у тебя одно на уме, какую бы такую рифму найти. Трус несчастный.
- А при чём здесь трус? - удивился муж, пожалев уже о своём шутливом совете. - Ты же говоришь, стирать не умею.
- Сам должен знать.
- Ничего не могу понять, чего я не стёр-то? - решительно вставая с дивана, воскликнул муж.
- Дурь свою поэтическую из башки не стёр до сих пор. Лысина вон уже на макушке, а всё туда же.
- Куда туда же?
- В серебряный век, наверно. Поэты там разные без дела слоняются и ты среди них. Очнись, никому твои стихи не нужны. У каждого сейчас смартфон в кармане, а не томик Марины Цветаевой.
- Да ты соображаешь, что говоришь!
- Не хуже тебя соображаю.
- И обзываешься ещё, - обиженно заявил муж. - Я же тебя не обзываю ворчуньей.
- А почему это я ворчунья?
- А почему это я трус?
- А потому, что все бизнесом в столице занимаются, деньги куют, а ты боишься. Тьфу!
- А ты не тьфукай, растьфукалась тут. Думаешь, легко правильную рифму подобрать. Вот подбери, например, рифму к слову спальня.
- Наковальня, - не задумываясь, ответила жена.
- Надо же, правильно, - удивился муж. - Интересные у тебя словечки сегодня. Тогда уж пойдём и займёмся кузнечным делом, а то поздно уже.
- А с молотом у тебя всё в порядке? - улыбаясь, спросила жена. - А то что-то кузнец уставать стал в последнее время.
- Неправда! - с тревогой в голосе возразил муж. - Когда это я жаловался на усталость. Ковал и буду ковать.
После этого смелого утверждения он подкрался к жене сзади, нежно обнял её, поцеловал в затылок и, слегка подталкивая, увлёк... в кузницу.
Потом так и повелось у них: спросит муж про дела кузнечные - и всё понятно жене.